"Поняшка"

История трех сталкеров.

Другие пони

Шиповник из Вечнодикого Леса

В лесу родилась ёлочка, в лесу она росла... нет, не так. В Вечнодиком Лесу вырос куст шиповника. Что он делает в этом лесу? Почему у него такие идеальные зелёные листья? Почему у него такие идеальные острые шипы? Он говорит, что он учёный. Что ж, в определённые моменты нашей жизни все мы бываем учёными. Но почему здесь, почему сейчас? Что ему надо от пони?..

Флаттершай Твайлайт Спаркл Пинки Пай

Все грани мира

Попаданцы продолжают пребывать в Эквестрию неся с собой перемены. Кто то пытается наладить личную жизнь, кто-то реализует свои самые мрачные и кровожадные фантазии. А еще есть люди, которые посвятили свою жизнь защите нового дома. Принцесса Селестия дает новое задание своей лучшей ученице: разобраться почему пришельцы попадают в Эквестрию и устранить проблему "попадания" раз и навсегда.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Другие пони Дискорд Человеки

Проверка Луны

Сегодня принцесса Луна была довольна, потому что её план сработал безупречно. Вернее, так она думала...

Принцесса Селестия Принцесса Луна

Fallout Equestria: The Inner Road

Эквестрия сама по себе была немаленькой страной. Обширные земли входили в ее состав. Казалось, что такую армаду земель полностью уничтожить не удастся. Что же, всех пони, думавших так, ждал неприятный сюрприз. Конфликт, разгоревшийся между Эквестрией и страной зебр, перерос из войны наций в войну уничтожения.Последняя битва длилась всего ничего. Магия чудовищной силы обрушилась на города и индустриальные центры обеих держав, выжигая и загрязняя все вокруг. Множество пони и зебр погибли за короткий промежуток времени. Некоторым пони повезло: они сумели укрыться в Стойлах, построенных как раз на случай Апокалипсиса, и призванных, как им казалось, защитить их от ставшего неродным внешнего мира. Некоторым повезло меньше. Не успев, или не получив место в Стойле, оставшиеся на поверхности пытались как-то спастись. В дальнейшем они либо мутировали, превратившись в мертвецоподобных существ - гулей, либо умерли от радиации. Они начали завидовать тем, кому посчастливилось спастись в Стойлах, но еще более тем, кто умер сразу. Огромные территории Эквестрии замолчали.Прошло немного времени как они заговорили вновь. И это были совсем не те разговоры что пони могли услышать в старых пластинках. Нет. Пустоши заговорили на языке силы, а не уважения. Вся Эквестрия заговорила на языке силы. Все Пустоши были похожи друг на друга - и в то же время друг от друга не зависили. Все пони пришли к общему языку сами, несмотря на отличия земель где они жили. И в то же время, изменив одну Пустошь, другую ты не изменишь. Огромная территория Эквестрии, казавшаяся достоянием, быстро превратилась в проклятие тишины. Тишины, где твои слова о родном поселении уже не значат ничего, если ты отошел далеко от своего дома. Тишины, где никто не поверит о происшествиях в Столичной Пустоши.

Другие пони ОС - пони

Попаданцы не нужны

Матвей жил, матвей попал…

Человеки

Розовый мир

Или почему в Эквестрии не выгодна наркоторговля.

Пинки Пай ОС - пони

О том, что скрывают двери

В одну холодную осеннюю ночь малыш Пипсквик приболел. Довольно серьезно, и пока его отцу пришлось уехать по важным и срочным делам в другой город, сестра Редхарт с удовольствием согласилась с ним посидеть.

Черили Пипсквик Сестра Рэдхарт

Nanite Master

В недалеком будущем человечество совершило грубую ошибку, которая привела к заражению необузданной и опасной нанотехнологией АБСОЛЮТНО ВСЕХ живых существ на Земле... Как повлияет на Эквестрию "неожиданное" появление двух инфицированных "людей"? ...А целой своры мутантов?

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Человеки

Скука

Щелчок там, щелчок тут - простая арифметика случайного порядка, называемого со всей серьёзностью - Хаосом. И неважно, что за этой великой субстанцией кроется лишь озорство и шалость. Ведь шалость дурашливого божка гораздо приятней, чем больная скука всемогущего духа. По крайней мере, ему самому так это казалось.

Дискорд

Автор рисунка: BonesWolbach
Глава вторая Глава четвертая.

Глава третья

Основная группа, в которой публикуется дополнительный материал, а также исходный текст в формате Word: https://new.vk.com/ekvestriada

«Поезд пробирается через ледяные пустоши. За окном царит снежное спокойствие, что нельзя сказать о ситуации в самом поезде. Два неплохо одетых пони оживленно спорили».

— И все таки, Аристарх, я советую тебе в этот раз быть немного поосторожнее. Хотя бы раз, — пытался переубедить меня мой коллега.

— Ты сомневаешься в моем профессионализме? Скажи это мне в лицо, а не вуалируй, — с мертвенным равнодушием и спокойствием сказал я.

— Я не капли не сомневаюсь в том, что ты развяжешь войну, если этого захочешь. И даже если не захочешь, — он уклонился от вопроса, что могло сказать больше, чем настоящий ответ.

Я никогда не понимал Мельёна с его мягкими методами дипломатии. Мы не для того работаем, что бы плыть по течению. Мы должны сами управлять течением, и неважно, какими методами мы это делаем. Но он не понимает этого, и пытается навязать свой вялый метод мне. Он не понимает сути действия, предпочитая действовать по обстоятельствам.

— Мельён, я могу понять тебя, но не могу понять твои методы. Ты просто выжидаешь момента, чтобы легонько повлиять на ситуацию. Это долго и неэффективно. К тому же ситуация, в этом случае, сама на себя влияет, притом непредсказуемо.

— Я хотя бы не рискую своей жизнью. А ты не раз был на волосок от смерти. Хотя… Помнится, ты организовал собственные похороны, и внутри гроба лежал ты сам. И каким, скажи пожалуйста способом, ты хотел действовать в последствии? Да и вообще, твой последний визит в Гриффонстоун был богат на глупости.

— Если ты не помнишь, мой последний визит в Гриффонстон был невероятно успешен.

— Тебе чуть ли не отрубили голову. До этих событий я даже начинал думать, что ты исправляешься.

— Медвежуки не были даже обществом. Это было племя, для которого дипломатия ничего не значит.

— Но ты же ведь пресёк возможность набегов с их стороны без своих радикальных методов.

— Лишь потому, что у меня не было возможности. Как влиять на них, так и свалить, когда это было нужно. После медвежуков пребывание в грифонской псевдоимперии доставило мне настоящее наслаждение.

— Не забывай, что наша работа ответственна.

— О поверь, я ни на секунду не смыкаю глаз, лишь бы только добиться процветания нашей страны и моих премиальных!

— Во втором я не сомневаюсь

Двигатели стали постепенно тихнуть и поезд остановился.

— Мы на месте? – спросил я

— Подожди-ка, — Мельен выглянул в окно и стал внимательно рассматривать кристальные здания, — да, мы там, где должны быть. Выходим.

Магией я схватил небольшой портфельчик и направился со своим спутником к выходу. И как только мы оказались вне поезда, я стал дивится красоте города из кристаллов. Он на самом деле достоин быть столицей Экветрии. Хоть город из камня тоже достоин похвал, но он не сравнится с изяществом кристальной империи. И тут у меня возникла мысль, которая ещё долго мне не будет давать покоя.

— Мельён, а как называется этот город. Вроде как кристальная империя – полу-регион, полу-государство.

— Не знаю. Я тоже как-то раз интересовался этим вопросом, но так и не получил на него ни единого ответа. Ты не первый, и, быть может, не последний кто этим озадачен. Кстати, видишь тот невзрачный домик?

— Да

— В нём некая особа Рэрити, приближённая принцессы Твайлайт, хочет открыть бутик. Но это, возможно, лишь слух.

— Зачем мне это знать?

— Возможно, тебе интересно это. Она уже открыла три бутика и получает с них сказочный доход. Быть может, если она продолжит в том же духе, то станет богатейшим пони в Эквестрии. Ты же любишь деньги?

— Она и в прям применяет весьма интересные инновационные методы зарабатывания денег. Ты прав, мне это уже интересно. Но как ты говорил: «Это только слух».

— Хоть раз тебе что-то помешало превратить слух в реальность. Ты, кажется, именно на этом и специализируешься.

— Похоже, что не я один заинтересовался этой особой. Я редко вижу от тебя такую настойчивость.

— Это всего лишь…

— Хах! Можешь не продолжать. Я тебя понял.

— Надеюсь, что правильно.

— Не волнуйся, я понятливый.

— Ты вверг грифонов в новую распрю, в то время, когда тебе нужно было поддерживать с ними нейтрально-тёплые отношения и не допускать войны.

— Теперь они точно не нападут, по крайней мере, в ближайшее время. Это я могу гарантировать.

— Из-за тебя мы не можем контролировать там ситуацию.

— Если бы вы не отозвали меня обратно в Кантерлот, я бы обеспечил восшествие на трон лояльного к нам претендента. Разве крепкий союз – не то, что нам нужно в такое время?

— Город, из которого мы тебя отозвали на родину, через несколько дней объявил тебя изменником короны, феррадером. За это не просто казнят. Тебя ожидало гораздо хуже чем просто казнь.

— При мне были все необходимые документы, обеспечивающие мою безопасность. Только когда я уже оказался за пределами их страны, моя сеть стала рушиться. И даже сейчас отдельные её элементы функционируют и позволяют мне управлять ситуацией на более чем достаточном уровне. Но это, конечно, если нам будет действительно необходимо такое влияние.

— Сомневаюсь, что ты бы пользовался этим только в условиях необходимости.

— Что ты хочешь сказать этим?

— То, что я знаю тебя уже очень долгое время.

— Не ты ли говорил, что я исправляюсь?

— Я прекрасно видел, что перед посадкой на поезд ты передал небольшую бумажку пони, которого я не знаю. А те твои знакомые, которых я не знаю, либо твои злейшие враги, коих полно, либо твои шпионы и тайные сторонники.

— Ну... Ладно, скажи честно, ты шпионил?

— Да. А как без этого? С самого твоего провала с грифонами мы очень усердно следим за всеми твоими действиями.

— Мой агент уже пойман?

— Нет. Но мы следим теперь и за ним.

— Такая профессия…

— Да уж, такая профессия…

Далее мы шли молча. Мы оба были друзьями чуть ли не с пелёнок. Мой род издавна имел общую судьбу с его родом. И действительно, это был один из моих немногочисленных друзей. То, что он следил за мной — вполне обусловленный страх.

Я действительно не раз был на грани смерти.

Сама по себе наша профессия подразумевает опасность. Мы – дипломаты. Я повидал множество дипломатов и в Эквестрии, и за её пределами. И, поверьте мне, нигде больше дипломатия не располагает таким влиянием и уважением, как в Эквестрии. Это, своего рода, государство в государстве. Никто, даже принцессы, не могли вмешиваться в дела Канцелярии, нашего верховного органа. Только ему подчиняются дипломаты.

Канцелярия представляет собой небольшую группу пони и сотни других, находящихся в подчинении каждого из них. Эта организация нужна нам, в первую очередь, простите за тавтологию, чтобы организовывать нашу работу. Но это не означает, что мы подчинены строгим порядкам. Им не подчинён никто, кроме, разве что, таких как Мельён. Но и таких агрессивно действующих как я тоже немного. Это всё порождает много недоразумений. Потому, Канцелярия даёт весьма расплывчатые миссии, в которых обговариваются лишь основные моменты, которые дипломат обязан выполнять. А вот то, как он будет выполнять эту миссию полностью зависит от него самого.

Канцелярия весьма терпимо относится к большинству методов. Главное – чтобы работа была выполнена.

Все члены Канцелярии (то есть все дипломаты Эквестрии) полностью равны в правах. Курс внешней политики определяется путём дебатов и голосований. И, так как все члены этого учреждения – дипломаты, то дебаты могут продолжатся неделями. При всем этом Канцелярия является очень эффективным образованием. Не раз оно доказывало своё превосходство над другими видами организации внешнеполитических действий.

Ко всему прочему канцелярия располагает почти безграничной властью. Один дипломат, без помощи канцелярии, сможет подставить кого-нибудь, переубедить страну в чем либо и использовать ситуацию в свою пользу. Дипломат, который имеет связь с канцелярией, может устроит переворот, создать десяток новых государств и в самых неприятных для него ситуациях оставаться невредимым.

Если дипломату нужен документ, то Канцелярия его обеспечит. Если дипломату нужны деньги, то независимо от запрашиваемой суммы, Канцелярия ему это обеспечит. Если дипломату необходимо, что бы кто-то перестал жить – Канцелярия это осуществит. В последнем случае мы обычно используем лично нанятых пони, или заставляем других сделать всю работу за нас.

Никто не смеет вмешиваться в наши дела, даже принцессы. Мы же пользуемся бесчисленным количеством прав и привилегий.

Наше общество очень закрыто. Лишь немногие могут войти в наши ряды, и потому мы немногочисленны. Для того, что бы стать дипломатом, необходимо, в первую очередь быть единорогом. Возможно, что это дискриминация, но многолетняя практика показала, что именно единороги имеют талант к дипломатии. Не все конечно. И потому, для тех, кто хочет стать дипломатом, а имя им – легион, необходимо сдать такое количество экзаменов, что страх неминуем. Но пони все равно идут сдавать их, учат, пытаются пересдать, но все тщетно. Лишь единицы их сдают. После идёт долгое обучение дипломатическим наукам, настолько дотошное, что многие жалеют, что сдали эти чёртовы экзамены. До конца, чаще всего, не доходит никто. Но если всё-таки кто-то дойдёт, то он становится дипломатом.

Каждый дипломат может иметь свои взгляды, которые, конечно, не должны быть настроены против Канцелярии. Иногда случается, что дипломаты немного «недопонимают» друг друга. Они имеют разные методы, и это может стать причиной разногласий. Не часто, но такое бывает, что дипломаты вмешиваются в дела других дипломатов, но никогда это не заканчивалось плохо (но и хорошо обычно тоже не заканчивается). По правилам Канцелярии (да, там всё же есть небольшой свод правил, которые желательно выполнять), внутри учереждения запрещены любые конфликты, а любой вопрос должен решаться дипломатически, то есть беседой.

В беседу не должен никто вмешиваться, никакого осуждения беседы тоже не может быть. В беседе оба находят компромисс, который не должен интересовать других дипломатов. Это создано для предотвращения массовых заседаний, которые, в случае их столь массового применения, становятся неэффективными. Массовые заседания, как было уже сказано, проводятся лишь для определения внешнеполитического курса (кстати, не только Эквестрии. Канцелярия определяет политику всех известных стран, путем сложнейших манипуляций каждого дипломата). Ну, конечно, всё это сопровождается назначением миссии каждому дипломату. В итоге заседания редко проходят чаще, чем раз в несколько месяцев. Но, как уже было сказано, бывает, собрания затягиваются.

Таким образом, Канцелярия была просто необходима не только для обеспечения огромной поддержки, но и для координирования наших действий.

Тем временем мы подошли к кристальному дворцу. Величественное строение из самоцветов поражало своей грандиозностью. Острые грани, игра цвета – все это достойно столицы великой империи.

Нет сомнений, что Кантерлот тоже незаурядный город, но это всегда был город единорогов. Но не стоит забывать, что Кристальная империя – город кристальных пони. Сейчас, в связи с огромным интересом к их культуре, участилось количество приезжающих в этот прекрасный город. Так что в кристальной империи достаточно много пони не из кристаллов.

Мы проходили по бесчисленным кристальным залам. Я следовал за Мелье, который уже не первый раз был в этом городе. Наконец мы добрались до зала, стоящего перед тронным. Мельён обернулся:

— Только не спровоцируй войну.

Я хотел что-то ответить, но он открыл двери. Мы гордо зашагали к кристальному трону где сидела принцесса Кэденс. Рядом стояли элитные гвардейцы, самые доверенные пони её супруга, Шайнинг Армора.

— Мы приветствуем вас от лица Канцелярии и Кантерлота. Наша организация назначила нас вместо прошлых двух дипломатов. Они провели хорошую работу. Мы надеемся, что сможем ещё сильнее укрепить наши связи.

— Конечно, как хорошая правительница, я хочу процветания своей страны, и если укрепление отношений – это то, что нужно нам, то я только рада этому.

— Не сомневаетесь. Это не просто желанно. Это – необходимо, — мягко для меня, но достаточно настойчиво сказал я

— Принцесса, не забывайте, что хоть у наших империй много общего, но это не значит, что мы должны быть полностью зависимы от Кантерлота, — врезался в дипломатический, неприкосновенный разговор какой-то солдат.

— Прошу не забывать, кто вас освободил от рабства, солдат, — раздражённо напомнил я ему о его долге.

— Нас спасла принцесса Твайлайт и её помощники. Канцелярия не имеет к этому никакого отношения! – крикнул солдат

— Молчите, Камбефер, — учтиво, но грозно сказала Кэденс, — Пожалуйста, прошу простить моего капитана. Он близкий друг Шайнинг Армора, и руководит моей личной гвардией. Сейчас он позволил себе слишком много.

— Мы тоже просим прощение. Наше настойчивость была слишком неуважительной, — ласковым голосом как бы «спел» Мельён. Его голос обладал огромным обаянием, что часто помогало ему в его профессии.

— Прошу, направляйтесь в вашу комнату. Вас будут сопровождать лучшие пони, если желаете, — прошипел Камбефер

— Не волнуйтесь. Мы обойдёмся без этого, — сказал я этому капитану, который, видимо, пользовался большим влиянием на принцессу.

— Принцесса, завтра мы обсудим все договоры, которые Канцелярия желала бы иметь с вами. А на сегодня мы хотели бы закончить.

— Разумеется. Я уверена, мы найдём общий язык, — официально, но немного робко сказала Кэденс, которой была непривычна жизнь официального лица.

— Не сомневаюсь, — с улыбкой сказал Мельён.

Мы вышли из зала и направились в наши комнаты. Я смутно знал где это и предпочёл просто следовать за Мелье.

— Помнишь, что я тебе говорил? Не надо так давить! Не надо так агрессивно вести переговоры! Хотя бы не во время первого визита, что бы не портить первое впечатление.

— Ты видел этого Камбефера? Он рушит планы Канцелярии!

— Он серьёзный соперник, но если мы будем осторожно прощупывать их систему, то уже через месяц, я уверен, мы найдём способ ослабить его позиции.

— Целый месяц нашим целям будет мешать этот выродок!

— У нас достаточно времени. Нам некуда спешить.

— Очень сильно хочется верить, что он не испортит всё прежде, чем мы сможем «ослабить его позиции»

— Не беспокойся. Это твоя комната, — Мелье указал на дверь.

— Твоя соседняя?

— Разумеется! Можешь осмотреться. Дворец великолепен. Даже дня не хватит, что бы налюбоваться всеми комнатами. А библиотека – ты найдёшь здесь то, чего никогда бы не нашёл ни в одной другой библиотеке.

— Спасибо, но пока что я лучше пойду в комнату. Думаю, если мы тут надолго, то библиотека будет кстати.

Пройдя в комнату, я осмотрелся. Всё было роскошным, как, в принципе, и везде, где ценится дипломатия.

Присмотревшись ко всем деталям интерьера, и, надо признать, что кристаллы придают определённый шарм. Но сейчас это было не главное. Я открыл свой портфель. Множество документов, письменных принадлежностей и пары других вещей. Я достал чистый листок и быстро принялся писать письмо. Медлить было нельзя. Этот капитан Кембефер не должен мешать Канцелярии. Мои методы гораздо лучше методов Мельёна именно тем, что не надо долго ждать и терпеть. Честно говоря, я вообще не понимаю, зачем все так усложнять.

Дописав письмо, я упаковал его в конверт, капнул сургуч и поставил печать Канцелярии. Шпионы Мелье следили за мной, за моими агентами. Но у любой дипломат может связаться с Канцелярией и никто, кому дорого хоть что-то, не имеет права в эту связь вмешиваться. Мельен знает правила, он не будет перехватывать письмо, которое адресовано столь могущественной организации.

В письме кратко описывался пони, и то, что он не желателен. Канцелярии этого достаточно.

Я вышел в коридор. Я шёл и удивляясь узору кристаллов. Всё это было создано то ли кристальными пони, то ли кем-то иным. Всё это было потеряно на долгие годы, но вдруг появилось из неоткуда. Это было восхитительно.

Дойдя до выхода, мне предстал залитый солнцем город, который отражал каждый луч. Я направился дальше и дальше, когда, наконец, не наткнулся на почтальона. Его я и искал, хоть и не надеялся найти. Да, это странно. Город я не знаю, и вышел в пустых поисках кого-нибудь, кому можно было лично передать письмо. Хотя вообще я рассчитывал найти одного из своих пони в кристальной империи. Тут находилась не самая моя большая агентурная ячейка, но и здесь она была – и этого хватало. Проблема была в том, что если честно, я уже и позабыл, кто в ней состоит. Мне всегда было достаточно лишь того, что они передавали мне важнейшие сведения. Они были обычными пони, которое жили своей жизнью. Каждого из них я спасал из очень больших проблем, за что они были вечно благодарны мне. Их благодарность заключалась в том, что каждый собирал немного информации в той области, сфере жизни или месте, где он регулярно находился, работал или жил. Эта маленькая деятельность никак не мешала им жить как все остальные и занимала от силы минут десять в неделю. Они отправляли лишь несколько строк, но сотни таких как они, позволяли составлять подробнейшую картину всех областей Эквестрии. Поэтому спасение нескольких десятков жизней в свободное время полностью себя окупало.

Зачем я это делал? Почему бы мне не нанять на полноценную работу профессиональных шпионов? Хотя бы потому, чтобы не тратить деньги Канцелярии в пустую. Там, где сосредоточенно мое внимание, там, где это требуется это, всегда работают агенты. Но там, где это не так необходимость держать профи – растратное удовольствие. И ненужное. Мне вполне хватает пары строк.

Но вот, почтальон, уже всего в нескольких метрах от меня, ходил и разносил письма. Я вежливо попросил его остановится.

— Что вам угодно, мсье, — почтальон внимательно стал осматривать одежду на мне.

— Не могли бы вы доставить это письмо как можно скорее адресату? – я протянул конверт

Он взял конверт и посмотрел на печать. В его глаз сверкнула искра. Он прищурился, после посмотрел на меня. Улыбнувшись, он сказал.

— Конечно. С этим не возникнет проблем.

— Большое спасибо.

Я направился обратно в кристальный дворец. Канцелярия известна многим. Она всегда награждает тех, кто ей помогает. Или, иногда, убирает тех, кто ей мешает.

Пройдя по десяткам коридоров, я, наконец, добрался до своей комнаты. Был уже вечер. Необходимо было составить примерную речь на завтра, чем я, собственно, и занялся весь оставшийся день.

Ночью, мне приснился необычный сон. Хотя бывает ли сон обычным? Для каждого по-разному.

Звезда. Пустыня. Вино вместо воды в реке. Вдалеке слышны цикады. Вино бурлит. Звезда ярче. Река взрывается и тысячи капель на лету превращаются в молоко. Они усеивают небо многими звёздами. Звезда становится все ярче. Цикады приближаются. И вот они едят звезды. Старая звезда взрывается. Цикады улетают, оставив одну звезду. Части старой звезды летят вниз. Все они изчезают. Но одна успевает упасть на землю. Из того места, куда оно упало, льётся вино. Вино превращается в реку. Все повторяется.

Сон можно растолковать. Но надо ли это? Бесполезная трата времени.

Я проснулся. Кто-то подходил ко мне, говоря «Просыпайся! Быстрей, прошу тебя!». Окончательно выйдя из сна, я разглядел Мельёна. Реакция не заставила себя ждать. Я тут же вскочил и стал одеваться.

Я хотел задать вопрос, что его заставило прийти в столь раннее время, но в этом он меня опередил:

— Аристарх, все кончено. Весь мир рушится, — дрожащий голос Мельёна в страхе еле произносил звуки.

— Что случилось? – я никогда не видел его таким, и не представлял, что могло случиться.

Он покачивался. Я слышал его тяжелое дыхание. Он сел на ближайший диван. Он смотрел не на меня. Он смотрел на точку, неведомую точку в пространстве.

— Аристарх… Она.… Уничтожила… Канцелярию… — его голос произносил полу-понятные отрывки слов.

— Кто?

— Кантерлот! Селестия! – шепотом, но с неистовой ненавистью сказал Мелье

— Ублюдочная тварь! Как она могла!? Канцелярия многие годы работала на благо Эквестрии! Как она вообще себе это позволила? Сумасшедшая мерзавка!

Я, выведенный из себя, кричал и бранил принцессу. Мельён сидел неподвижно.

Вскоре моя кровь немного остыла. Я сел рядом с моим другом. Посидев чуть больше минуты, мой голос сказал:

— Что дальше?

— Н-незнаю, — все ещё дрожа, говорил Мелье

Этот ответ почему то меня удовлетворил. Он был единственным, который можно было бы заключить из всего этого.

— А дипломаты, находящиеся в Кантерлоте? – задался я вопросом, произнеся его вслух.

— Мертвы

Я вздрогнул. Холодный пот, и без того выступивший после первых его слов, вновь стал проявляться на коже. На тот момент в Кантерлоте находилось на порядок больше дипломатов, чем обычно. Многие из них ещё не успели выехать на свою миссию.

— Их?

— Вырезали… Никто не уцелел…