Автор рисунка: BonesWolbach
Допрос с пристрастием часть 1

Допрос с пристрастием часть 2

***

-Профессор, вы что-то говорили о непредсказуемых последствиях? —  как можно более не принуждено спросил я, предварительно убедившись, что остался с единорогом одни на один. Это как-то связанно с вызванной портальным двигателем аномалией пространства-времени?

-Какой такой аномалией пространства-времени? – ,,невинный’’ астрофизик непонимающе посмотрел на меня.

-Не прикидывайся, выкидыш твайликорна! Я видел расчёты в твоём ПипБаке. Что такое истинная аномалия? Отвечай сволочь рогатая!!! – распалившись, я не обратил внимания, на долетающее из дальнего конца машинного отделения хихиканье Электрона и вездесущей зебры. А зря.

-Истинная аномалия мой дорогой друг, это один из параметров траектории небесного тела. Она представляет собой угол между текущим радиус-вектором объекта и линией апсид его орбиты, — словно тупому первокурснику объяснил мне профессор. 

-Почему тогда твоя программа сообщила ,,анализ движения невозможен, обнаружена сингулярность’’?  –  не поверил я учёному.

-Вероятно, одна из функций в знаменателе приняла нулевое значение из-за ошибки при вводе данных в МатХард, — речь единорога убыстрилась, и я начал подозревать, что он издевается.  

-Хочешь сказать, портальный двигатель тут не причём?  

Квант, оценивающе посмотрел мне в глаза.

Ну чего тебе не нравится? -  мысленно выругался я на профессора.

Главный инженер, как образованный, в отличии от капитана с комиссаром, жеребец, умеет сомневаться, и просто жаждет выслушать мнение академической науки. Что не так?

Очевидно, астроном решил, что если и многое, то терять всё равно нечего.

-Никакого портального двигателя, Дискорд вас неучей подери, в природе не существует!!! Устройство, которое я изучал, оказалось всего лишь заурядным сверхмощным электромагнитом! – глаза Кванта блеснули яростью, открытие способное перевернуть магическую науку оказалось двухсотлетним фейком!

-Как такое возможно? – усомнился я.

-Не знаю, — обессилено простонал единорог, в тяжёлые времена пони готовы поверить любым шарлатанам, если те пообещают устройство способное решить все их проблемы нажатием одной кнопки.

Учитывая, какие трудности с логистикой вызвала нездоровая привычка МВТ осваивать бюджет при помощи ,,не имеющих аналогов в мире вундервафлель’’ всех форм и расцветок, легко поверить, что не знающие мат.часть бюрократы были просто счастливы, выделить ещё один безумный грант шайке псевдо учёных, разумеется, если те будут не против поделиться деньгами налогоплотильщиков. Виновными за провал, так или иначе, оказывались горе академики, коварно обманувшие щедрых за чужой счёт чиновников, и по рассеянности забывшие вернуться с очередного заокеанского симпозиума.

— А мы через два века читаем статьи: о торсионных полях и лечении пиздецомы подорожником веря, что знания предков неоспоримы, — только невесомость и природная предусмотрительность помешали мне сплюнуть.

-Всё бы наверняка тихо заглохло от недостатка финансирования, если бы каким-то журналистам не приспичело срочно написать про нечто ,,воодушевляющее’’.

-Но если квантовый двигатель это миф, то как тогда  объяснить, виденное мною в иллюминатор свечение??? – я вкратце поделился с учёным своими наблюдениями.

-Эффект Вавилова-Черенкова, — рассмеялся астрофизик, плотное облако теряемых Кветцелем газов попало в радиационный пояс планеты.

-Если всё так, как ты говоришь, то ради чего было устраивать стрельбу, ведь сам же сказал: овчинка выделки не стоит?

-Я знаю, что спрятано на Луне и обещаю,  если это вырвется на свободу, то никто не обрадуется.

-Хочешь напугать меня туманными пророчествами? Что там? Оружие?

-Товарищ Стальон считает, что наша экспедиция обнаружит на луне нечто способное обеспечить паритет с Селестией Прайм. Но реальность, реальность гораздо хуже. Наивные пони с поверхности даже не подозревают, что абсолютное оружие совсем не обязательно будет большой бомбой или пушкой. Существуют вещи — пострашнее тысячи мегазаклинаний!  

-Например? – я ощутил нарастающий скепсис.

-Не скажу.

В переборку тихо постучали.

-Чего надо?!

-Мне удалось настроить систему астронавигации и интерфейс автопилота. Теперь если задать конечную орбиту установленная на Бореалисе автоматика проложит курс без помощи пони, — влетевший в машинное отделение Байт раздувался от гордости, за проделанную работу.

Зрачки Кванта расширились, а нижняя челюсть задрожала. Борясь с паникой, единорог прикинулся, что новость касается его не сильнее чем прогноз погоды, но получилось не убедительно.

-Ну и зачем ты тогда нам нужен? – демонстративно отвернувшись от астрофизика, я медленно поплыл к люку.

-Я знаю, как выявить синта!!! – нервы учёного сдали раньше, чем я проделал половину намеченного пути.

-Вот так бы сразу…

***

-Ты в своём уме!!! – выслушав мой доклад, командир пришёл от идеи Кванта в столь дикий восторг, что к тихой радости комиссара предложил выбросить учёного в открытый космос, просто для профилактики.

-Флер? – я в отчаянии посмотрел на товарища.

-Знаешь Метал, по моему давать мегазаклинание в копыта пытавшегося угробить нас теоретика реально плохая идея… — голос сектанта был подозрительно спокоен.

— Ты же не собираешься на самом деле выбросить его в открытый космос, — забеспокоился Балу.

-Только, если он продолжит молчать.

-Ладно, слетаю за чародеем, — вооружившийся разводным ключом пегас скрылся в приборно-агрегатном отсеке, и вернулся лишь спустя пять минут, гордо толкая впереди себя отвинченное кресло с крепко привязанным единорогом.

-Вы не понимаете, что творите… — закричал, астрофизик, когда Метеор оставил его висеть вверх ногами в шлюзовой камере.

-А ты нам объясни, — усмехнулся пегас, захлопывая дверь.

 Увидев, с каким энтузиазмом, пилот поплыл в кабину, где располагался пульт управления шлюзом, я затряс плечо Флера.

-Полегче!!! Мы так без навигатора останемся.

В глазах земного пони сверкнула глубоко скрытая ненависть и…  Триумф?

Я вздрогнул, сложив два и два.

Комиссар весь полёт не замечал  выходки Кванта отнюдь не из сочувствия. Флер целенаправленно выжидал, пока единорог обнаглеет настолько, что потеряв осторожность, доиграется, и теперь без официальных разбирательств ликвидирует будущего Зебриканца умелыми копытами бывшего вандерболта. Вероятно, с этой целью Стальон и включил нас троих в лунную миссию.

-Что я мул, что ли? – усмехнулся зависший у интеркома Флер. Не за что, ни про что, выбрасывать в открытый космос наш биологический щуп лунного грунта.

***

Тонуть в лунной пыли совсем не хотелось, и я направился в кабину Бореалиса, размышляя: согласится ли астрофизик принять участие в разработанной бортмехаником ,,программе исследования’’ сопротивления  грунтов ночного светила’’ добровольно за ,,амнистию” или же самоотверженного рыцаря науки придётся сгонять с трапа пинками и ударами приклада.

Больное воображение тут же нарисовало картину, как обиженный единорог ноет что-нибудь про первые за двести лет шаги по поверхности спутника, которые приходится совершать под дулом автомата кандовых солдафонов. Картина выглядела столь завораживающе, что я не сразу заметил пытавшегося привлечь моё внимание медпони.

-Что-то случилось док? – мордочка эскулапа не предвещала ничего хорошего…

-Пока ещё нет, — Балу с ленцой потянулся за термосом, но в ближайшее время обязательно…

Интересно.

-Откуда такая уверенность?

-Запас антисептических средств и стерильных перевязочных материалов на исходе. Состояние командира стремительно ухудшается. Интоксикация прогрессирует и…

-И? – спокойствие доктора казалось мне не уместным, хотя вряд ли впавший в истерику пони способен помочь кому либо, даже себе.

-Я уверен, что Дед Хув не врёт про сломанный автодок.

-Интуиция? – не знаю можно ли считать её аргументом при принятии решения.

-Неважно, всё равно я не смогу сделать для раненных больше, их шансы пережить перелёт к луне или перегрузки во время посадки уменьшаются с каждым часом. Пойми меня правильно, я очень хочу помочь этим пони, но ни один врач не может просто взять и волшебным образом заморозить состояние пациентов, до прихода помощи…

Я не знал, что сказать, но тут выражение глаз Балу молниеносно изменилось.

Множество раз мне доводилось слышать истории, о том как в практически безвыходных ситуациях уже отчаявшиеся пони ощущали поразительную ясность понимания, и не перебирая вариантов сразу видели решение, так словно оно было очевидным, и не требовало длинных логических построений.

Вот и сейчас в голове медпони внезапно вспыхнула новая идея. Мгновение и доктор уже знал, что делать, хотя и не собирался сразу раскрывать все карты. 

— Если не секрет, какое отношение имеет ваш с Байтом напарник к институту?

Встретившись с сияющим озарением взглядом Балу, я не узнал товарища, достойная рентгена проницательность упорно не вязалась с мирным образом хозяйственного деревенского жеребца. До меня, наконец, дошло, этот дискордовски хитрокрупый и внимательный земнопони видит нас насквозь.

Теперь было очевидно: равнодушие доктора – защитная реакция, позволяющая ему понимать чувства окружающих и при этом поступать разумно, не впадая в бессильный гнев или бесполезную жалость.

-Флер — большой фанат науки, — осторожно начал я, поняв, что загнан медпони в угол. До встречи с нами он очень сильно хотел, что бы его признали своим в подземельях института. Но несмотря на все выполненные для яйцеголовых задания, они продолжали смотреть на него как на чужака или пустое место, а потом и вовсе изгнали куда подальше, мол заниматься наукой в институте способны только потомки довоенных учёных, а дикарям место в диких пустошах. Обиженный он отправился искать себя, странствуя по поверхности, где и встретил нас.

-Значит с криогенными камерами, мне придётся разбираться одному, — спокойно сделал вывод Балу.

-У нас есть две исправные установки. В одну поместим раненых, в другую для экономии кислорода единорогов.

-Не раньше, чем они рассчитают нам траекторию, — возразил земной пони, без обид, но я не очень доверяю двухсотлетней автоматике.

-А единорогам ты значит доверяешь?!

-Кванта вполне можно понять.

-Особенно если вынашиваешь схожие планы!!! Грязный отравитель!!!  –  я рывком направил крупнокалиберный пистолет-пулемёт на любителя плутократов.

Решил, значит заморозить часть конкурентов в криокамерах, а остальных потравить бромидом калия врач убийца!!!

-Действующим веществом в ядах группы цианидов, — как ни в чём не бывало, ответил Балу, является отрицательный ион остатка синильной кислоты, а соли калия с незапамятных врём, используются пони как успокоительное средство при лечении нервных заболеваний.

Оправдание медпони звучало логично, не в цианистом литии, не в синильной кислоте, калия не наблюдается, меж тем они более опасны.

-И что же тогда этот грёбанный бром делает в моём чае??? – я попытался вылить содержимое термоса на язвительного эскулапа, но в невесомости это было не так-то просто.

-Появление кобылки на борту вынудило меня, как корабельного врача принять меры гарантирующее адекватное поведение экипажа в течении полёта…

-Ах ты…

-Не беспокойся действие препарата временное, через пару недель твоя ракета снова будет подниматься по тревоге…

 -Утешил млять. Это хоть не опасно? – я ощутил себя слишком молодым что бы завязывать с кобылами, те более с подачи этого...

-Не опаснее чем использовать сложные алгоритмы, не имея представлений о границах их применения.

-Чего ты хочешь от меня? – не в традициях земных пони вести отвлеченные от жизни беседы, но к чему меня подводит док?

-Взгляни на ситуацию глазами учёного.

-Хм, мне предлагают принять участие в чисто научно-исследовательской экспедиции, результаты которой должны изменить жизнь всех копытных, но как только мы достигаем цели, бывший анклавовец и бойцы Красноглаза тут же вцепляются друг другу в глотки, ради проклятого мегазаклинания.

-Браво! Со стороны выглядело так, как будто вы перестреляете друг друга из-за добычи, я даже ощутил некоторую благодарность к ксеноморфу…

-Хмм. Такой умный и просвещённый академик наверняка решил,  что к кому бы из нас, тёмных и не образованных жителей пустоши, не попал трёхкилотонный артефакт, это приведёт к катастрофе, и решил спасти пони от самих себя, прикарманив бомбу. Он же не такой дикий, как мы, он точно знает кому спецбоеприпасы нужнее…

-И кто за них больше заплатит. Дело Флатершай — цветёт и пахнет.

-И что, предлагаешь его за заботу поблагодарить? 

-Думаю для всех будет лучше отложить разборки до посадки, по возможности, до того момента, когда я отойду от этого летающего гроба на пяток миль…

***

Вернувшись в бытовой отсек, я стал свидетелем поистине ужасного зрелища: Флер пытал беззащитного учёного своими глупыми вопросами.

Крепко связанный астрофизик оказался в полной власти земного пони и теперь страдал, не в силах удовлетворить нездоровое любопытство комиссара.

Перевёрнутое кресло с измученным единорогом продолжало висеть в задраенном шлюзе, а копыто бортмеханика всё ближе подбиралось к большой страшной кнопке выключателя освещения.

-То есть как в ядрёной бомбе? –  дикий пони с наслаждением отхлебнул крепким кофе. 

— Нет!!! Как в Солнечном Фугасе!!!  – простонал Квант, уже просто мечтая вылететь в открытый космос.

Но избавление не приходило…

-Там же происходит радиационная эмплозия.  Свет от взрыва ядрёного заряда — триггера, отражаясь, фокусируется и сжимает специально зачарованный дейтрит лития. Как такое возможно в звезде?

-В звёздах давление света напротив уравновешивает тяжесть верхних слоёв светила, которые в противном случаи упали бы на его ядро.

-А если Селестия что-то напутает с мощностью?

-Если количество магии-света выделившееся в процессе ядрёных превращений недостаточно — звезда сжимается, падая сама на себя, давление и температура в её центре растут и водород начинает гореть быстрее…

Ужас то какой, расскажу не поверят.

-Флер, — я позвал напарника, дав небольшую передышку учёному, что на самом деле ты хотел сказать тогда, в кабине?

-Метал, помнишь, ты спрашивал, куда я пропадал из Филлидельфи?  - на мордочке земного пони появились сомнения, сознаться или оставить всё как есть.

Тааак, пора нам поговорить на чистоту. Хватит одному из нас терзаться сомнениями, а другому совестью. Тем паче догадаться то было не сложно…

-Ты ещё раз пытался попасть в Институт? – мне вспомнился разговор с медпони, я видел в твоих вещах учебник по петрологии.

-Агась. Несколько лет я выполнял все их задания в надежде, что мне позволят присоединиться к их обществу и заниматься наукой!!!

Так вот куда пропадал этот засранец!!! Откровение партнёра, ошеломило меня. Я не знал что делать, сердиться или нет, на попытавшегося променять нас ради всеобщего блага на науку товарища?  

-Байт в курсе?

-Не знал, как вам сказать…

Я представил, сколько сил и здоровья Флер положил на достижение своей цели и не нашёлся, что ответить.

-Понимаю, ты осуждаешь меня за попытку уйти от вас, по-своему понял моё молчание земнопони…

-По словам Кванта, наука у них закончилась два столетия назад, — спешно перебил я товарища, вот только покаяния блудного последователя Флатершай мне тут и не хватало!!! Вижу, что совестью мучался… Было бы из-за чего?

Ты же не забыл бы про нас, если бы яйцеголовые тебя приняли??? Тайком бы слал антирадин дронами, а? – я выдавил из себя снисходительную улыбку, понимая, что совсем не хочу знать, как бы дикарь поступил на самом деле…

-Агась! Знания и их плоды должны быть доступны всем пони! А таких друзей и единомышленников, как вы у меня никогда не было!!!

-Тогда тебе повезло, что ты не попал в наши лаборатории, мои бывшие соплеменники… — астрофизик замялся, понимают просвещение несколько по другому.

Флер неожиданно дружески кивнул учёному: Лучше док расскажи, что ваша банда снобов знает о лунной базе.

-Коротая одно из совещаний в институте, я просматривал  старые архивы и наткнулся на отчёт с упоминанием поставок для особо секретной лаборатории звезда-38, где велись разработки штамма бактерий употребляющего в пищу полимеры. Всё оборудование требовалось передать сотрудникам корпорации Спейс-пони.

-Хочешь сказать, что с луны мы привезём бактерию жрущую на обед резину, пластик, и композиты? – сказанное Квантом мне решительно не понравилось.

Но в словах синего единорога был смысл.

Ведь замок Луны построили в те времена, когда о композитах никто и слыхом не слыхивал. И ничто не мешало принцессе выделить под секретные эксперименты какое-нибудь не значащееся на генеральном плане крыло.

В таком случаи использовать в качестве прикрытия шумное соседство с ничего не подозревающими пижонами колонистами было не только естественно, но и экономически целесообразно. Вот только что мог означать сброс грузов с челноков? Утечку?

Проникнуть в чертоги Луны, в таком случаи будет величайшей ошибкой в истории послевоенной цивилизации.

Но и отказываться от высадки из-за слов единственного единорога не менее преступно.

-Квант, ты можешь чем-то доказать свои слова?

-Действие блокиратора почти прошло, если хотите, я могу транслировать своё воспоминание в мозг одного из вас, но для этого потребуется физический контакт…

Я попытался оценить ситуацию: терять волшебнику нечего, и даже ослабленная магия легко поджарит мне мозги. С другой стороны пятерых он всё равно не забодает…

-Давай, – переглянувшись мы с комиссаром открыли вход в шлюз.

 -Если сказанное тобой правда, обещаю: мы сбросим тебя над тем районом Эквестрии, который сам выберешь, с таким количеством воды и провианта, которое выдержит парашют.

Можно и больше, я тихо порадовался, что стандартная траектория возвращения с луны подразумевает вход в атмосферу с отскоком над Зебрикой….  

-Если с Металом что-нибудь случится, пеняй на себя, — Флер закрыл за моей спиной гермодверь.

-Готов?

Я прикоснулся лбом к рогу висящего вниз головой учёного.

***

После ставшего привычным сумрака шлюзовой камеры, меня ослепил колючий неоновый свет. Но инстинктивно отпрянуть или зажмуриться не получилось. Тело, в котором я находился, принадлежало другому пони.

Квант сидел за пультом в помещении, смахивающем одновременно на аудиторию колледжа в нашем стойле и довоенный кинозал. Далеко за спиной моего носителя перемигивались лампочками какие-то сложные приборы, а тридцатью метрами впереди располагался здоровенный экран, к подножию которого амфитеатром спускались столы, с установленными на них терминалами.

Отсутствие окон, и забытое чувство стерильности воздуха позволяли предположить, что запечатлённое в памяти учёного место находится где-то глубоко под песками пустоши. 

Жители подземелья не испытывали нужды экономить энергию на освещении, а вот места им, должно быть, не хватало.  Помещение, выполняло одновременно функции центра управления и зала совещаний.

На ровной площадке под не показывающим ничего экраном расположился овальный стол, за которым, престарелые джентльпони обсуждали нечто, по их мнению, очень важное.

-Так значит, вы признаёте, что захватили на поверхности образец, даже не удосужившись провести предварительных наблюдений за его повадками?! –  сидевший ко мне в профиль бежевый единорог, в нелепом костюме тройке, говорил подчёркнуто вежливо, стараясь дистанцироваться от возимого им по столу товарища, как от кучи навоза.

-Данная особь обладала чистым генетическим материалом! – отчаянно попытался парировать оранжевый жеребец в двух креслах от покуда молчащего ,,босса’’.

-Профессор Гелекоптер вам известно, биологических материалов поступающих благодаря ,,дополнительным вступительным испытаниям” катастрофически не хватает для осуществления Проекта, — подержал товарища ещё один горе исследователь.

Наивный. Бежевый единорог завёлся, столь хорошо заученным экспромтом, что даже у меня не осталось сомнений, он полжизни только и ждал  момента, посадить в лужу потерпевших фиаско коллег:

-Это не оправдание доктор Мелстрём!!! Как подопытный мог вырваться во время эксперимента, перебить персонал вашей лаборатории, и разнести два уровня института?!

-Анализ съемок камер службы безопасности показал, что сбежавший экземпляр действовал вопреки логике, вместо выхода он зачем-то в начале искал душевую, ломая по пути всё встречное оборудование… — корректно дополнил белый единорог с короткой смоляной гривой, недовольно теребя галстук. 

-И нашёл!!! Лаборант Бигмелонс застала его там с поличным, — не выдержал полуночный жеребец в позолоченных очках, очевидно, самое крупное из местных светил науки.

Странно, почему-то я всегда представлял учёных взмыленными пони в лабораторных халатах, с пробирками в зубах и мечтой осчастливить весь мир своими открытиями в глазах, частенько рассеянных или одержимых непонятными исследованиями, но дружелюбных и доброжелательных по своей природе.

Очевидно, в данном подземном убежище подобные бескорыстные энтузиасты вымерли, ни одно столетие назад. Сидящие за столом джентльпони представляли полную противоположность бесстрашных исследователей, виденных мною в лабораториях Филлидельфии.

-Бедная кобылка… —  подобострастно посочувствовал  виновник торжества, наконец, сообразив вокруг кого следует вращаться, надеюсь, всё закончилось быстро, и она не страдала…

-Отнюдь, но моя ассистентка сумела выжить!!!

-И как она это сделала???  - в голосе ,,босса вертолёта”, как я про себя назвал ,,ловкого интригана’’, за напускным любопытством, проступило торжество загнавшего в угол жертву хищника.

-К сожалению, что точно произошло в душевой, науке пока неизвестно. Пострадавшая несёт бессвязный бред, из которого санитарам, тем не менее, удалось установить, что подопытный называл её плохой пони,  обещал унести на облака, и это было погрясно.

-Как как?

-Погрязно, что бы это могло значить? – в голосе матёрого учёного, звучало недоумение.

Лучше бы его так ставило в тупик: от кого беглец узнал — где выход. Или как ,,беззащитная жертва’’ неизвестного эксперимента сумела вырваться из копыт поднаторевших академиков?

Впрочем, учитывая склонность единорогов к тайным обществам и интригам, наблюдаемая мной грызня между профессорами, определёно, имела здесь статус национальной забавы.

Готов поставить все имеющиеся крышки, в нужную душевую наивного подопытного привёл чей-то коварный план. В конце концов, чего стоит установить на дверях замки разной сложности, так что бы имеющему определённый навык взлома пони был по зубам только один путь? 

Интересно, только ли за место вблизи кормушки интеллигентные на вид пони так подставляют друг друга?

-Возможно, она увидела нечто действительно страшное, — предположил кто-то из сидевших за мониторами, когда молчание затянулось.

-Ещё бы получить долгожданный чистый генетический материал столь грязным способом, это же шок для любого биолога!

-Может, разнося лаборатории, этот варвар осознал всю важность проводимых нами исследований и решил добровольно поделиться своим генетическим материалом единственным известным ему способом? – наивно предположила совсем молодая прыщавая единорожка в круглых очках.

-Этим животным двигал инстинкт!!! – повысил голос бородатый академик. Из-за преступного недосмотра ценнейший прототип разнёс пол института и сбежал в пустошь! Ответственные должны ответить! Вышлите за этим отработанным материалом ликвидатора! Он меня не знает, но он  меня ещё узнает!!!

Зелёные строки текста медленно ползли по чёрному экрану не в меру навороченного терминала. Квант старательно прикидывался мебелью, делая вид, что совершенно не слушает, как полуночный жеребец, освобождает от должности начальника кафедры генетических исследований.

И всё же незаметная улыбка играла на губах астрофизика.

***

Мда, на отягощенных высшим учёным званием и соответствующим чувством собственной важности единорогов избыток свободного времени и ограниченный круг общения действует похлесче концентрированного мутагена…

Казалось бы, убежище светлых голов, как теплица укрытый от хищной пустоши ковчег науки, но как самоутвердиться и чем себя занять единорогу, если он уже навесил на себя все докторские и профессорские бляхи, а до пенсии ещё далеко, и таких уникумов в бункере большая часть?

Вот и получилась из глубоко запрятанного в недра родной страны НИИ банка с пауками на зависть стойлтеку с его недоэкспериментами.

Ладно, по крайней мере, Квант вычитал историю о питающихся пластмассой микробах раньше, чем сбежал с этого курорта.

Я потряс головой, окончательно прогоняя тускнеющее видение прошлого, и пытаясь сдержать нервный смех, полетел к интеркому.

-Флер открывай!

-Познакомишь меня с той единорожкой монтажницей из Филлидельфии?

-Прекрати, я же знаю что Электра не в твоём вкусе.

Перед мысленным взором ясно встала светло-серая грива, как же беззащитна, может быть пони в пустоши.

-Не плохо для жертвы промывания мозгов, — изгнал мою тоску открывший дверь комиссар. 

-Квант прав, на луне нам делать нечего.

-Ладно, зато есть законсервированная боевая космическая станция с автодоком, — предложил почти прощёный единорог, —  неужели Дедхуф не наградит вас за её запуск, какой-нибудь древней реликвией из НЗ их ордена?

-Инициатива наказуема, мой искупающий вину друг, — улыбнулся комиссар,  — высадишься на сапфир-6 первым!

Думаю, факт наличия вундервафли волнует товарища Стальона гораздо больше, чем, то где мы её достали, особенно если кое-кто не станет болтать о сделках со стальными рейнджерами. 

-Если положить золотую рыбку на сковородку количество желаний резко возрастает до сотни, — усмехнулся тихо вошедший Балу.

Несколько дней назад мы собирались обшмонать забытый на орбите транспортный челнок. Мысль о том, что над лунной ждёт своих исследователей нетронутая войной космическая станция завораживала.

Впервые за долгое время я точно знал что делать.

Получен новый уровень.

Новая способность: ЧЕРЕЗ НЕ МОГУ!!! Вы проходите испытание, даже если необходимый параметр S.P.E.S.H.A.L на единицу ниже требуемого. Почему? Потому что Родина сказала надо, потрескавшимися устами командира/комиссара!!!

Конец первой части.

Продолжение следует...

...