Антрополог

Вторник, часть 2

— А как моя любимая хищница поживает сегодня? – Лира радостно засмеялась, бросая лакомство своему следующему подопечному.

Маленькое существо хихикнуло, прыгнуло и поймала печенье на лету. Как вчерашний Филлип, правда, не настолько страшный, этот маленький человек оказался несовместим с природной магией Эквуса, и оказался превращённым в гибрид земнопони и росомахи.

Эта часть заинтриговала Флаттершай, учитывая то, что росомахи обычно водятся в северных регионах. А ещё это вызвало истерику у слишком заботливых родителей.

Улыбаясь, Лира прилегла и магией усадила кобылочку меж своих передних ног. Этот пациент любил обнимашки.

— Итак, Джесси, — спросила она, пока дитё устраивалось поудобнее. – О чём сегодня поговорим? Хочешь во что-нибудь поиграть?

Не дожидаясь ответа, да и не нуждаясь в нём, Лира телекинезом достала ящик с игрушками из угла комнаты и перевернула его. Лира была просвещённой кобылкой, и её познания в области различных культур, возрастов и жанров, помогли узнать что на самом деле нравится людям. Именно поэтому она выкинула все дешёвые, безвкусные и легко ломающиеся игрушки, которые спонсоры жертвовали в мусорную кучу, и за свои деньги купила настоящие.

Не самыми её любимыми воспоминаниями были походы в больницу с родителями, где ей приходилось сидеть в маленькой детской зоне и играть с теми игрушками, которые нравились им только по мнению взрослых. Иногда она спрашивала себя, а разве сами они не были детьми?

В любом случае, она наблюдала, как загоревшиеся глаза Джесси бегали по этим несметным богатствам, как всегда происходило каждую неделю во время её визита. Не было игрушечных поездов с запутанными рельсами, деревянных кубиков или тех раскрасок, которые были лишь сборником каракуль. Нет, это были качественные вещи: плюшевые игрушки, сделанные из минки с родины минотавров Миноса(1), металлический набор поездов из Детрота, фигурки, сделанные из укреплённого силикона, окрашенные нестираемой краской, и самоочищающиеся раскраски, которых невозможно было закончить.

Джесси схватила свою любимую плюшку, маленькую Вуну(2), и выбрала случайную раскраску. Сложно не умилиться, словно старая нянечка, глядя, как маленькая девочка грызёт ушко игрушки раскрашивая картинку кричащей королевы Кризалис, прибиваемой мухобойкой(3).

— Или же я просто могу смотреть на то, какая ты милая. – усмехнулась Лира, потираясь носиком о макушку девочки.

— Мой брат говорит, что мы скоро уйдём. – произнесла она, не желая оставаться в тишине. Тишина была ужасной. Она обычно означало то, что кто-то смотрит, как ты воруешь вкусняшки. Шум был безопасным.

— Ну, — сказала Лира, сдувая пряди гривы, что опустились на лицо. – Вы бы ушли раньше, если бы он не пытался поджечь морковные поля Харвест. А затем он вырвал все доски из её забора. А после этого, сопротивляясь аресту, напал на стражу и держал мэра Мэйр в заложниках.

— Ага. – Джесси драматично вздохнула. – Все расстроились в тот день.

— Он просто выполняет обязанности старшего брата, Джесси. – Лира пожала плечами. – Вы с ним попали сюда совершенно одни и... ну... превратились во что-то шокирующее, и он до смерти испугался за твою безопасность. Когда ты решила улизнуть из вашего укрытия в Вечнодиком и поиграть с метконосцами, он подумал, что тебя похитили местные.

— Я собиралась вернуться. – заявила Джесси таким тоном, будто она не раз уже это повторяла. – И хотела принести с собой конфеты, которые дала мне Твист.

— Какими бы хорошими не были твои намерения, — начала Лира, взяв раскраску себе и выбрав рисунок Дискорда, творящего хаос(4). – это всё же заставило твоего брата совершить несколько преступлений. К счастью, мы, пони, народ понимающий, и просто заставили его починить всё, что он наломал. Хотя я думаю, перерегистрация картотечного блока мэра Мэйр заняло больше всего времени.

— Никаких «извините» не хватит, чтобы уйти от этого. – хихикнула Джесси.

— Иногда я волнуюсь о твоём взгляде на жизнь – сухо заметила Лира мимоходом. Она была немного занята, разрисовывая на лице Дискорда страшные гримасы. Она помнила тот раз, когда он вырвался. Биг Мак, у которого тогда мозги перемешались, вылизал её сверху донизу и подарил мёртвого опоссума. Этот опоссум стал причиной ненависти к этому хаотическому придурку.

— Тебе не следует смеяться над неудачами брата. – упрекнула она ребёнка. – Он очень сильно тебя любит, и ему приходится за это платить.

Ушки Джесси немного опустились, но она молчала, снова принимаясь за ухо плюшки и раскрашиванию. Лира больше не поднимала эту тему, она была просто пищей для размышлений. Джесси не была плохой девочкой, она просто не знала, что некоторые ответы были не к месту.

— Мне нужно прийти в следующий понедельник, Джесси. – сказала она, выждав подходящее количество времени. Которое, кстати, совпало с количеством времени, потраченным на пририсовку Дискорду лифчика и высоченных каблуков. – Это будет наш последний сеанс перед тем, как маги синхронизируют портал и не вернут вас домой.

Джесси бросила то, чем занималась и обняла Лиру, и та вскоре обняла в ответ.

— Я буду скучать по вам, мисс Харти.

Лира поцеловала её в макушку и засмеялась.

— Я тоже буду скучать по тебе, Джесси. Но подумай о семье. Вы пропали на шесть месяцев. Просто представь, как обрадуются ваши родители, когда снова увидят вас. Разве это не замечательно?

Джесси кивнула, всхлипывая; она готова была расплакаться.

— Я когда-нибудь снова увижу вас?

— Надеюсь. – ответила Лира. – Не теряй надежду, малая. Никогда.

(1) Там всё должно быть жёстким

(2) Ходит слух, что за этим стоит Селестия. Единственный комментарий Луны, что она имеет половину с прибыли.

(3) Подозревают определённую принцессу любви и её супруга, но они не могут дать прямого ответа из-за смеха.

(4) По какой-то причине, он никогда не бывает одинаковым