Мистер Диск

О пауках, таблетках и зеркале

Час спустя фанфары возвестили о прибытии лошадефицированной версии моего босса. У этой версии, как и у Каденс, была пара крыльев и рог на лбу. (Хмм... на заметку — не стоит заставлять её протыкать им себя). И у неё была своя корона, и какое-то ожерелье. И та же золотая обувка. Она была белоснежной, а её грива была куда круче, чем у босса. И как она развевается, если в комнате ветра нет?

Пока они разговаривали с Каденс, я заметил черту, присущую и "моей" Селестии.

— А почему вы выше всех остальных? — спросил я.

Лошадиная версия босса повела бровью.

— Что это значит?

— Даже в моей галлюцинации вы выше всех остальных.

— Галлюцинации?

— Ой, да бросьте, это ведь так! В смысле, все вокруг лошади...

— Пони. — перебил меня Шайнинг.

— Неважно. Я во дворце, сделанном из кристаллов, и вот! — я указал на своё тело. — Кто-нибудь должен принести мне мои лекарства. Карманов я на себе не вижу, так что может кто-то из вас... — я замолк. На своей ящерской ноге я увидел их. Сотни маленьких пауков ползли по ней.

— Ааа! — прокричал я, пытаясь стряхнуть их. В борьбе с этими насекомыми, я упал на пол, но их было слишком много.

— СНИМИТЕ ИХ! — крикнул я.

— Дискорд, что происходит? — с заботой в голосе спросила Селестия.

— ПАУКИ! СНИМИТЕ ИХ С МЕНЯ!

— Но их нет. — успокаивала меня Каденс.

— Ты пытаешься обмануть нас? — Шайнинг будто посмеялся над моим недугом.

Я быстро понял, что эти трое будут только смотреть, и потянулся когтями туда, где в настоящем мире были карманы. Может у меня... Да! Когти попали в знакомый карман и достали оттуда знакомый пузырёк с таблетками. Сорвав крышку, я высыпал их на мраморный пол, подхватил ртом несколько и проглотил.

Затем я закрыл глаза, сложил руки за головой и как мантру повторял "Всё пройдёт", пока галлюцинации не исчезнут.

Я почувствовал, как к моему плечу что-то прикоснулось. Что-то круглое, плоское и тёплое. Открыв один глаз, я увидел Селестию, лежащую на животе, и тянущуюся ко мне... копытом.

— Дискорд, всё в порядке? — спросила она с материнской заботой. Я осмотрелся. Пауки пропали, но пони всё ещё были здесь. Я внимательно посмотрел на пузырёк, изучая его и таблетки, которые, очевидно, были реальными.

— У меня что, галлюцинация в галлюцинации? Это ведь не может быть правдой... Да?

— Диск, это правда. — сказала Селестия. — Но что ты проглотил?

— Я... Я не понимаю. Вот они, таблетки, но вы все ещё тут.

— Что делают эти таблетки?

— О, ничего такого, просто держат мой разум в рамках приличия. Чтобы не происходило того, что произошло минуту назад. Я держу с собой несколько на этот случай.

— А что будет, если ты их не примешь?

— Ну... Скажем так, в прошлый раз, когда я их не принял, меня уволили и закрыли в психушке. Я там как в камне был.

Селестия затихла.

— Мне жаль это слышать.

— Не волнуйтесь. — отмахнулся я. — Мне новые вчера выписали. — я осторожно собирал их с пола. — Пока они у меня есть, всё будет в порядке. И не грустите, во время такого мне зачастую приходят идеи для картин.

— Вы художник?

— Да, что-то вроде защитного механизма. Вместо того, чтоб держать безумие в себе, я выплёскиваю его на холст. Иногда я задаюсь вопросом, не одно ли то же креативность и безумие. Обе вещи создают немало проблем.

— Кажется, я понимаю. — лошадиная версия Селестии кивнула. — А теперь нам, наверное, стоит отправить тебя домой.

— Да. — согласился я. — Был трудный день, и я бы с удовольствием побыл бы дома.

Вскоре, когда таблетки были собраны, троица привела меня обратно в комнату с зеркалом.

— Тебе лишь нужно пройти через него. — сказала мне Каденс. Я посмотрел на неё. Она что, ещё безумнее меня?

— Поверь мне. — добавила она.

Я потянулся львиной лапой и, как и ожидал, коснулся твёрдого стекла.

— Что-то должно было произойти? — спросил я. В отражении я заметил две вещи: во-первых, у пони позади меня на морде так и читалось "о-оу". Во-вторых, я заметил на себе ещё кое-что, чего до этого не замечал. — Это что, крылья?

— О боже. — произнесла Селестия. — Мистер Диск, боюсь, вам некоторое время придётся остаться здесь.

— О чём вы говорите?

— Вы не прошли через зеркало.

— Через зеркало, — я выгнул бровь, — в Страну Чудес, или что?

Никто из них ничего мне не ответил, и лишь переглянулись как студенты, чей эксперимент не удался.

— Что нам теперь делать? — заговорил Шайнинг. — Портал в его мир закрыт.

— Ну, спрятать его не получится. — сказала Каденс. — Да и он его вскоре найдёт.

— Кто меня найдёт? — спросил я. Трое замолчали.

— Мистер Диск, — начала Селестия, — знаю, это прозвучит странно, но зеркало — переход между вашим и нашим мирами. Как переход меж двух измерений, где всё похоже, но в то же время всё различается. Где есть все, кого вы знаете, вроде директора Селестии или ваши студенты, но их жизни совершенно другие. В этом мире есть другая версия вас. И вы оба находитесь в этом мире.

— Погодите, здесь есть ещё один я?