Математика разума

Ложный конец

Эпилог четвертой части.

Когда принцессы вернулись в замок, их встретил Дискорд с каким-то растерянным выражением лица. За ним постоянно переглядываясь, стоял Илдрик.

— Почему вы здесь? – удивленно спросила Селестия. – Что с Миракрис?

— Мы нашли лекарство, — сообщил Илдрик. – Не окончательное, но, по крайней мере, королеве уже не грозит смерть.

— Пока что, — мрачно добавил Дискорд. – Не знаю, как они его нашли, но оно работает. Что было там?

— Сомбра, фактически, мертв. – Селестии самой не верилось в свои слова. Илдрик дернулся, будто от удара. – Старлайт и Лайтнинг у нас.

— Наконец-то… — Дискорд улыбнулся. – Я и надеяться не смел… Он исчез навсегда?

— Думаю, на несколько тысяч лет, — ответила Селестия. – Почти что навсегда. Но нам еще нужно кое-что решить.

Принцесса оглянулась на сферы с заключенными в них помощницами Сомбры.

— Через десять минут я жду вас в главном зале, — произнесла она. – Эти двое отправятся в Тартар, и мне потребуется ваша помощь.

Магический барьер открылся. Два пленника, уже отвыкшие от света, нервно прищурились.

— Вы, двое, — раздался знакомый голос. – За мной.

Им ничего не оставалось, как последовать приказу. Оба знали, что сопротивление ничего не даст. Ни в камере, где они провели томительные дни, ни в пещерах, наполненных тусклым светом, им не удалось бы сбежать.

Наконец, они достигли главного зала. С удивлением оба отметили, что пещера почти пуста – лишь пять драконов собралось здесь, чтобы решить их судьбу.

— Вы все уже знаете подробности этой ситуации. — Эмбер, сидевшая на своем троне, обвиняющее указала на них своим скипетром. – Эти двое – позор драконьего рода. Им наплевать на всех, кроме себя.

— Мы знаем, Эмбер. – Кто-то прервал поток обвинений принцессы драконов. – И ты знаешь наше мнение. Здесь нечего обсуждать.

— Значит, и не будем, — драконица поднялась. – Игнис и Деймос, правом лорда драконов я изгоняю вас из Плохоземья. Отныне вы – не драконы. Если вернетесь – не рассчитывайте на пощаду.

— Их надо было казнить, — послышался голос сзади.

— Это мне решать, — отрезала Эмбер. – Я не буду кровавой правительницей.

Драконы вокруг озабоченно завозились, но не стали спорить. Было видно, что все они ожидали иного исхода.

— Чего встали? – Эмбер показала на них скипетром. – Убирайтесь.

Оба дракона, понимая, что та не шутит, поспешно направились к выходу.

— Мы еще вернемся, мелкая ты… — начал было Игнис.

— Вернетесь – умрете, — спокойно произнесла Эмбер. – Я дала вам второй шанс. Третьего не будет.

Оказавшись вне горы, Игнис вопросительно посмотрел на брата.

— И что теперь? — протянул он.

— Знаешь, вчера мне такой странный сон приснился, — задумчиво произнес Деймос. – Я летел куда-то на север, и долетел до большой горы. В ней была пещера. Я зашел внутрь, и увидел темное облако, рядом с которым стояла та странная пегаска. Они взглянули на меня, и все вспыхнуло.

— Думаешь, это было видение? – спросил Игнис.

— Думаю, нужно ему последовать, — сказал Деймос. – Чего терять-то?

Огонек от свечи мигнул и погас.

Нисса вытерла пот со лба. Казалось бы, неудача должна была как минимум расстроить ее, но реально она не ожидала ничего другого. Согласно всему, что она знала, причин для неудачи не было, и все же раз за разом заклинание не приносило никакого результата.

Уже который день Нисса билась над призывом фамильяра. Изначально это выглядело несложным делом – многие маги слабее справлялись с этой задачей. Она знала как минимум двух магов слабее себя и одного примерно равного себе по силе, добившихся успеха за день или два. И все же, что-то шло не так. Конечно, волшебница и не рассчитывала, что сможет подготовить все безошибочно, но, раз за разом проверяя и устраняя ошибки в заклинании, она пришла к моменту, когда их попросту не осталось. Все было сделано идеально точно – и все же не приносило результата.

Она даже бросила это дело – до того момента, как та странная волшебница, Старфаер, воодушевила ее снова начать эксперименты. Однако стоило ей устранить последнюю ошибку и провести ритуал идеально, как что-то мелькнуло, и последовал взрыв, стоивший ей исключения с турнира. С того момента прошло больше месяца – и никаких успехов.

Больше месяца тщетных попыток. Почему, почему ничего не получается? Всякий раз, когда Нисса пыталась найти причину неудач, ей хотелось взвыть. У нее было ощущение, будто рядом спряталась принцесса, незаметно срывавшая ритуал – никакой другой причины Нисса не могла себе представить.

Опять что-то мелькнуло – как всегда, при срыве ритуала, лишь с тем отличием, что на этот раз волшебница ничего не делала.

Она оглянулась, и увидела недавно погасшую свечу, на вершине которой плясал яркий огонек.

Свеча зажглась сама.

С невероятной скоростью Нисса вновь начала ритуал. Несмотря на десятки неудач, на этот раз ее переполняла уверенность в успехе. Она увидела знакомое мелькание, но свеча не потухла.

Последовало еще две вспышки, более ярких, чем обычно. Ниссе показалось, что она увидела внутри последней тонкую изогнутую фигуру… скорее всего, показалось.

Огонек свечи разросся и оторвался от фитиля. Медленно облетел свое бывшее пристанище. Коснулся одного из брошенных свитков Ниссы, покрытых уже ненужным записями, и тот почти мгновенно вспыхнул и сгорел. И наконец, замер прямо перед ней.

Волшебница чувствовала, что огонек в ее власти. Дикий жар, исходящий от него, не мог ей навредить, и она бесстрашно коснулась призванного фамильяра, почувствовав лишь приятное покалывание.

— Хм… — В поисках чего-нибудь, на чем можно было проверить возможности фамильяра, Нисса взглянула на стоявшую на столе железную кружку. Быстрая мысленная команда – и огонек рванулся к цели, почти мгновенно коснувшись ее в указанной точке – и отпрянув. На стенке кружки появилась оплавленная отметина – глубокая царапина с сильно оплавленными краями.

Это было невероятно. Разве что Филомена, фамильяр огня Селестии, которому принцесса умудрилась создать плоть, была способна на такое.

— Как бы тебя назвать... – С этим часто возникали проблемы – маги считали все звуковые комбинации недостаточно идеальными для своих фамильяров, однако пиромантке не пришлось долго думать – слово само родилось в ее разуме. – Знаю! Твое имя – Бритвожар.

Огонек крутанулся в воздухе, будто одобряя.

— Ну, вот и отлично. – Закончив ритуал, Нисса почувствовала сильную усталость. Конечно, было интересно, насколько силен ее фамильяр, или что мешало ей провести ритуал, или даже почему свеча зажглась сама собой – но сейчас ей хотелось спать. – Охраняй меня, однако, кто бы мне ни угрожал, не убивай его.

Фамильяр послушно парил вокруг спящей волшебницы. Казалось, будто он очень доволен.