Автор рисунка: Siansaar
Глава 11 Глава 13

Глава 12

21 июня 1941 года
Москва. Лубянка.

— Значит вам больше нечего добавить по этому делу, товарищ Самсонов? — Лаврентий Павлович медленно расхаживал по кабинету, закинув руки за спину и периодически сверкая стёклами пенсне на вытянувшегося перед ним по стойке смирно капитана. А точнее уже майора.

— Так точно, товарищ народный комиссар! — всё так-же чётко ответил Андрей на вопрос всесильного наркома НКВД.

Сейчас, вместо своего обычного делового френча, на манер вождя, Берия был одет в военный мундир. С огромными рубиновыми звёздами на обшлагах рукавов, и такими-же, в больших генеральский петлицах. В связи с объявлением в стране мобилизации, нарком был обязан как и все остальные его сотрудники одеть форму.

А в голове Андрея в это время вновь пролетали воспоминания о безумных событиях последних дней. 

Сначала это необычное задание и удивительный новый мир, необычайно яркий и населённый добрыми и приветливыми жителями — кажется вообще никогда не знавшими войн и нужды. А потом была экскурсия по Понивилю, и под вечер безумная приветственная вечеринка Пинки Пай, устроенная внутри НАСТОЯЩЕГО ЖИВОГО ДЕРЕВА!!! Которое пони использовали в качестве библиотеки! Уму не постижимо! А когда они наконец вернулись обратно, его тут-же взяли в оборот предельно вежливые, но непреклонные сотрудники ОСНАЗа НКВД. Похоже они всё это время так и дежурили возле сторожки его отца. В итоге он только и успел что отвезти Олеську домой, перекинулся парой слов с женой, и снова в путь. В сопровождении молчаливых бойцов в фуражках с васильковыми околышами, его привезли на аэродром, к специально дежурившему на этот случай самолёту, и по прилёту в Москву без единого слова препроводили прямо в кабинет Берии. 

Но перед этим, ещё в Минске, неприметный сотрудник Лубянки вручил ему перо и стопку чистых листов. И весь полёт до Москвы, Андрей подробно и со всем тщанием записывал всё что увидел в другом мире. И отдельно свои собственные впечатления и выводы, от общения с представителями внеземной цивилизации.

И вот теперь, ознакомившись с отчётом Андрея, Берия уже второй час продолжал выпытывать у него всё новые и новые подробности. При этом он то и дело записывал что-то в свой небольшой блокнот. Особенно, как заметил капитан, наркома интересовала судьба Судоплатова. И не знает-ли Андрей, когда он должен вернуться с переговоров. 
— Из этого их... как его там? — нарком НКВД быстро сверился со своими записями — Кантерлота. 

Но на этот вопрос капитан не смог ответить ничего конкретного, и Лаврентию Павловичу это явно не нравилось. Похоже он всерьёз переживал за судьбу своего друга, и порученца по особо важным делам.

— Хорошо, Андрей Егорович. Благодарю вас. Вы очень помогли нам. А сейчас взгляните ка на это, и постарайтесь предельно точно вспомнить. Не встречались ли вам на той стороне... Вот эти существа. 

И с этими словами нарком взял со стола какую-то неприметную серую папку, и извлёк оттуда два листа, с искусно выполненными на них цветными рисунками. 

Андрей взял листы, и принялся разглядывать изображённых там существ.

Первое, пропорциями тела чем-то напомнило ему Селестию, только было антрацито чёрного окраса, с прозрачными, словно у насекомого крыльями, и странными отверстиями в изогнутом роге и у основания ног. Второе существо было очень похоже на первое, но было не таким высоким и стройным, и не имело короны. Вместо гривы у него было что-то наподобие гребня, а из угрожающе раскрытой пасти торчали длинные изогнутые клыки.

Через некоторое время Андрей отрицательно помотал головой и вернул рисунки Берии.
— Простите товарищ народный комиссар. Я видел там много разных существ, в основном как и эти отдалённо похожих на пони. Но вот конкретно таких, точно не было. Я бы запомнил.

— Хорошо, товарищ Самсонов. — нарком НКВД вновь спрятал рисунки в папку. — В таком случае пока что на этом всё. Сейчас вас отвезут в расположение вашей новой части. Познакомитесь с вверенным вам личным составом. Сами понимаете — мобилизация дело серьёзное. — и Лаврентий Павлович с усмешкой развёл руками — Закон есть закон. Но послезавтра. Или если случится что-то экстренное, вас должны будут снова доставить в Москву. Сюда, ко мне. А потом, скорее всего вы снова вернётесь Белоруссию — к нашим незваным гостям.

— Так точно товарищ народный комиссар внутренних дел! — Андрей снова вытянулся по стойке смирно и отдал честь. — Служу партии и трудовому народу! 

— Вот и хорошо. — нарком с улыбкой похлопал бравого бойца по плечу. — А пока будете принимать дела в дивизии, постарайтесь вспомнить ещё хоть что-то. Всё. Даже то что на первый взгляд покажется пустяком. И конечно помните. Вы по-прежнему находитесь под подпиской о неразглашении — как носитель тайны Особой Государственной Важности. Со всеми вытекающими для вас последствиями, так что не болтайте об этом.

— Так точно! — вновь отчеканил Андрей. — Я всё прекрасно понимаю товарищ народный комиссар! Не проболтаюсь! Язык за зубами держать умею.

— Хорошо-хорошо. Я вас не в коем случае не пугаю. Просто предупреждаю. Впредь будьте очень внимательны со всеми с кем общаетесь. И особенно во время разных там застолий. А лучше вообще не злоупотребляйте спиртным. Хорошо? 

И нарком шутливо погрозил свежеиспечённому майору пальцем. 

Но как только Андрей вновь отдав честь вышел из кабинета, Берия тут-же вернулся к столу и поднял трубку телефонного аппарата. 
— Глаз не спускать с этого Самсонова. В случае попытки захвата неизвестными, даю разрешение ликвидировать на месте. Как носителя особо важной и опасной информации. И учтите. Упустите — ответите головой! 

Отдав распоряжение, Берия опустился в кресло, и устало протерев красные от недосыпа глаза, вновь взялся за телефон.

Ожидая ответа Лаврентий Павлович вновь достал из папки рисунки, и в очередной раз принялся разглядывать фотороботы этих странных "марсиан" — что недавно целым стрелковым полком прошлись по территории Советской Белоруссии.
............

22 июня 1941 года
Замок Бергхоф. "Орлиное гнездо"
Баварские Альпы. 

Шасси Юнкерса Ju-52 плавно коснулись бетонной поверхности аэродрома, и тяжёлый военно-транспортный самолёт ещё пару раз плавно подпрыгнув, резво помчался по взлётно посадочной полосе, глуша движки и постепенно сбавляя скорость.

Перелёт до ставки фюрера в баварских Альпах прошел без происшествий, но настроение командующего второй танковой группой, генерала Гейнца Гудериана, всё ровно было далёким от приятного. И виной тому была вся эта ужасная ситуация, сложившаяся как в его танковых и моторизованных дивизиях, так и вообще, на всём будущем восточном фронте. 

Хотя по правде генерал уже сильно сомневался — что этот самый "великий поход на восток" вообще состоится. Уж в этом то году точно. И более того, в глубине души Гудериан был несказанно рад этому. 

Нет, он не испытывал к славянам ни капли симпатии. Но как прирождённый и потомственный военный, он отлично помнил прошлую Великую Войну, и понимал всю пагубность новой затеи фюрера — о войне на два фронта. В отличии от мнений начальника штаба сухопутных сил Гальдера, и собственно автора плана "Барбаросса" генерала-полковника Паулюса, он Гудериан, не верил что Советская Россия это колосс на глиняных ногах. И конечно не верил что стоит им его только слегка толкнуть, и он сам рухнет к ногам истинных арийцев, и настоящих хозяев этого мира. 

С самого начала вся эта затея вызывала недоверие и сопротивление с его стороны. А уж теперь...

Теперь, когда появилась эта странная кобыла, обладающая поистине необъяснимыми и сверхъестественными способностями, на востоке вообще всё пошло из рук вон плохо.

Нападения на аэродромы, скопления техника, и склады с горючим и боеприпасами происходили каждую ночь! От чего настроения в войсках уже были близки к панике, и даже среди офицеров всё чаще говорили вслух: о проклятие, и обречённости грядущего великого похода против "орд восточных варваров". Разумеется фюрер от всего этого был просто в неописуемой ярости! И в этом вопросе — Гудериан полностью разделял его чувства. Генералу бронетанковых войск это казалось каким-то изощрённым издевательством! Насмешкой арийских богов над своими потомками!

По приказу фюрера во всех войсках на восточном фронте начали вводить беспрецедентные меры безопасности и борьбы со слухами, но это не давало никаких результатов. Эта рогатая кобыла буквально издевалась над великой армией Рейха! Нанося чудовищный ущерб материальной части сил вермахта и Люфтваффе. 

А потом, две недели назад, начался настоящий кошмар!
Кобыла додумалась ударить по переправам через Вислу. И после уничтожения всех крупных железнодорожных мостов, сосредоточенная в Польше немецкая группа армий "Центр" оказалась буквально в положении стада баранов, загнанных в тесное стойло между Вислой и советской границей. 

Положение в группе армий "Север", у фельдмаршала Лееба, было немногим лучше. Находясь в восточной Пруссии, она также ощутила эффект от разрушения мостов в устье Вислы. Но там хотя бы была налажена линия снабжения транспортами по Балтийскому морю. А вот войскам южнее приходилось гнать все необходимые эшелоны в обход. Чуть ли не через территорию Румынии. А ведь прокормить пять с половиной миллионов солдат, и обеспечить их горючим и боеприпасами, это в плане логистики и так была задача нетривиальная. А уж теперь! 

Железнодорожные мосты приходилось возводить буквально заново — на новом месте. Ибо массивные железобетонные опоры, способные пережить даже прямое попадание тысячекилограммовой авиабомбы, под ударами этого существа плавились и кипели, стекая в бурлящую воду словно кусок маргарина на сковородке. И теперь, составы приходилось разгружать на берегу, переправлять по понтонным переправам, после чего вновь грузить на новые эшелоны. А ведь новые вагоны и паровозы тоже нужно было как-то доставлять на восточный берег Вислы. Все дороги уже давно были забиты автотранспортом, который брали отовсюду где только можно. И всё равно, над собранными в гигантский котёл войсками всё явственнее нависала угроза голода. И от одной мысли, что эта крылатая кобыла додумается уничтожить ещё и мосты через Одер, генерала панцерваффе каждый раз пробирал озноб. Тогда удержать восточные земли для Германии станет практически нереально. И ни о каком великом походе на Россию не будет идти даже речи. 

И именно в связи с этой, практически безвыходной ситуацией на восточном фронте, Гудериан и прибыл на совещание в ставку фюрера. 

Пересев на аэродроме в специально выделенный охраной мерседес, он ехал сейчас через все эти многочисленные блокпосты, медленно петляя по узкому серпантину, в сторону гордо возвышавшегося на склоне горы замка Бергхоф. Он должен был вместе с другими командующими группами армий, во что бы то ни стало донести до фюрера всю правду о сложившейся ситуации. И свой личный план, по организованному отводу войск обратно в Германию, Чехословакию, и в районы оккупированной Франции. 

При этом для себя, генерал панцерваффе решил твёрдо: если фюрер отвергнет его план, и будет настаивать на выполнении прежде перенесённого на первое июля плана Барбаросса, то лично он тут-же подаст в отставку. Гудериан не желал быть причастен к той бойне, что неизбежно постигнет немецкие войска. Стоит им только начать наступление под прикрытием обескровленных Люфтваффе, и практически без бензина, снарядов, и продовольствия.
............

Замок Бергхоф.
Рейхсканцелярия.

— Гиммлер!! Вы бестолочь и неумеха!! — "Бешеный Ефрейтор" принялся опять быстро расхаживать вдоль огромного заваленного картами стола, бросая грозные взгляды на вытянувшихся перед ним людей. — Ваш план по применению фальшивых денег в банках нейтралов и САСШ полностью провалился! И я больше не желаю слушать ваших объяснений!! — он вновь сорвался на крик, и что было силы треснул кулаками по крышке стола. — И что нам теперь делать!?! Я вас спрашиваю!?! Теперь план "Барбаросса" должен быть реализован в этом году во что бы то ни стало!!! Вы не хуже меня знаете что ждёт экономику Германии в противном случае!! Мы уже проедаем последние плоды победы на западе!!! Нам скоро будет нечем платить проценты по облигациям займа народного банка!! На руках у населения и промышленников уже векселей на 320 процентов от общего валового продукта!!! Ничем не обеспеченных кроме обещаний!!! Как я вас спрашиваю, мы будем вылезать из этой пирамиды!??! К марту сорок второго мы станем банкротами!! А значит без новых побед и трофеев на востоке — мы обречены!!!

Гитлер наконец выдохся, и обессиленно рухнув в кресло принялся вытирать платком выступившую на лбу испарину.

Потом его взбешённый взгляд вновь впился в лица обоих присутствующих здесь людей, и он уже более спокойным голосом поинтересовался:
— А что на счёт вас, профессор Тилле? У ваших шаманов есть новая информация по поводу вчерашнего шторма в мире духов? И как это отразится на дальнейших действиях проснувшейся богини?

Стоявший рядом с рейхсфюрером СС глава института Аненербе, невысокий пожилой мужчина в больших очках с роговой оправой, откашлялся и заговорил.

— Мой фюрер, к сожалению пока мне нечем вас обнадёжить. — не смотря на бившую Гитлера яростную дрож, голос профессора был вполне спокойным и ровным. — Подавляющее большинство шаманов до сих пор не могут дозваться до своих духов покровителей. Они молчат. И к тому-же. После вчерашнего катаклизма, двое из моих самых сильных спиритуалов прорицателей похоже окончательно пали в кому, и неизвестно когда из неё выйдут. Но одно установить удалось точно. К этому причастна проснувшаяся богиня Эпона. 

Пожилой мужчина перевёл дыхание и продолжил.

— Она всё сильнее гневается на нас, и требует новых жертв. Её ужасный облик ночной фурии, и та жестокость, с которой она обошлась с нашими учеными в лаборатории №2 Министерства вооружений — говорит об этом наглядно. 

— Вот как? — фюрер вновь скривился. — Что-же ей нужно на этот раз?

Профессор Тилле ненадолго задумался и наконец вкрадчивым тоном проговорил:
— Мой фюрер. Я думаю что судя по той бойне в Дрездене, а так-же буре что богиня учинила вчера в мире духов... Она очень разгневана недостатком крови. Все признаки произошедшего говорят об этом. Она скорее всего забрала в своё логово и пожрала там, весь тот человеческий испытательный материал, что находился на тюремном этаже разрушенного лабораторного комплекса. По крайней мере все свидетели утверждают — что евреи узники подняли невообразимый, полный ужаса крик, когда эта кобыла добралась до них. А потом там всё рухнуло. Когда рабочие и солдаты из охраны СС пробили путь на тот уровень, там не было найдено никого. Поэтому я и мои коллеги считаем, что окончательно умилостивить богиню смогут только человеческие жертвоприношения.

— Что за чушь! — Гитлер вновь в ярости вскочил с кресла и подбежал к профессору. — Если бы Эпона желала крови, она бы не щадила моих солдат!!!

— Всё просто мой фюрер. — не смотря на перекошенное от ярости лицо Гитлера, глава Аненербе остался совершенно невозмутимым. — Поскольку нашими учёными давно доказано, что поклонявшиеся Эпоне древние кельты были предками французов, а значит и истинными арийцами, то следовательно и небесная кобылица Эпона... это тоже Арийская богиня. И потому она не желает крови своих верных сынов. Доблестных солдат Рейха! Но как и любому языческому богу, чтобы стать сильнее и даровать покровительство и власть своим детям, ей нужны кровавые жертвы. И желательно человеческие. Принесённые на освещённом в её честь алтаре.

Но тут пожилой мужчина на секунду запнулся, и поправив очки добавил.

— Точнее... Поскольку богиня Эпона, согласно записям Ариана Аквинатского, является сущностью стихии воздуха, то и жертвоприношение должно быть реализовано не посредством закалыванием жертвы, а её удушением. Ритуал описан во всех подробностях, и думаю мы сможем провести его уже в ближайшее новолуние. Наконец-то мы сможем воззвать к богине в полную силу, и направить её гнев на наших врагов. Всё зависит только от количества принесённых ей в жертву агнцев. Но это должны быть ни в коем случае не арийцы. Иначе этим мы лишь вызовем ещё больший её гнев. Лучше всего в качестве жертвенного скота подойдут недочеловеки. Евреи и цыгане.

— Сколько вам нужно? — и фюрер неожиданно перевёл задумчивый взгляд на Гиммлера.

Но тот лишь заметно дёрнулся, и вытянулся в струнку ещё сильнее.

Глава Аненербе тем временем провёл в голове какие-то свои расчёты, и наконец озвучил цифру:
— Я считаю что оптимальным количеством ритуалов должно быть число не меньше трёх. По десять тысяч жертв на каждое приношение.

— Хорошо. — "Бешеный Ефрейтор" лишь одобрительно махнул рукой, и вновь склонился над картой с планом "Барбаросса".

Какое-то время он любовался цветными стрелками намеченных ударов — нацеленных на Москву, Ленинград, Киев. А потом он вновь взглянул на рейхсфюрера СС.

Но Гиммлер уже понял его без слов, и тут-же выпалил:
— Не волнуйтесь мой фюрер! Моё ведомство сумеет обеспечить всё необходимое количество жертв в ближайшие три дня. Я немедленно отдам приказ войскам охранных дивизии по концлагерям. А так-же мы проведём новый рейд в Варшавское гетто.

— Хорошо рейхсфюрер, — кивнул уже наконец немного повеселевший Гитлер, — а заодно также ускорьте реализацию плана с заложниками на всех складах и местах базирования техники. В первую очередь на границе СССР. Не меньше целой семьи поляков и евреев на каждый резервуар бензохранилища, или ангар с боеприпасами. — потом ещё немного подумав, фюрер добавил. — И соберите побольше детей со всех гетто и концлагерей. Не важно где. Пусть они каждую ночь сидят прикованные под нашими танками и самолётами. 

— Будет исполнено мой фюрер! — и Гиммлер выкинув правую руку в зиге, громко стукнул каблуками сапог. — Позвольте выполнять?

— Нет, подождите. — неожиданно остановил его хозяин кабинета.

Австрийский художник недоучка подошёл к телефону, и снял трубку внутренней связи. 
Отдав короткие приказания, он добавил:
— Герр Тилле, вы свободны. Готовьте ваших шаманов к жертвоприношению. А вы Гиммлер задержитесь. Мне понадобится ваше присутствие на совещание с нашими бравыми вояками.

И после этих слов, лицо Гитлера вновь исказила презрительная гримасса.
...........

Тоже место. Через полчаса.

Когда Гудериан, в составе высшего командного и партийного состава Рейха вошёл в кабинет Гитлера, его взгляд тут-же задержался на чёрной форме рейхсфюрера СС. Увидев его, генерал про себя сплюнул, и вновь в сердцах назвал Гиммлера задницей вместо башки. 

Как и все потомственные военные — наследники славной Прусской школы великого Бисмарка — Гудериан терпеть не мог СС, и этого выскочку из штатских. Забиравшего в свои части самых лучших, сильных и стойких бойцов. Цвет и надежду Германской нации! 

Но вскоре командующий второй танковой группой подавил свою неприязнь, и занял своё место у стола, в числе других генералов. Перебирая в памяти детали своего плана, он уже приготовился было слушать очередную вступительную проповедь "бешеного ефрейтора" — о величии немецкого народа, и историческом праве истинных арийцев властвовать над всеми неполноценными унтерменшами. Ибо такое происходило перед каждым совещанием... Но вдруг! 

В ушах Гудериана раздался неожиданный резкий свист. Он дёрнулся, а лицо его исказилось гримасой муки. А в следующую секунду, генерал уже с криком схватился за голову и рухнул на пол. Ощущение было такое, словно кто-то только что со всего размаху вогнал ему топор прямо в мозг. Оглушённый Гудериан даже не заметил, как прошедшая по комнате волна ультразвука буквально скрутила всех остальных людей, и все они с криками и стонами повалились на пол вслед за ним.

Генерал с трудом перевёл дыхание. Тело его не слушалось, а перед глазами плыли красные круги, словно у утопленника. Но в конце концов, преодолевая ужасную слабость и мигрень, Гудериан открыл глаза, кое-как проморгался, и сумел сфокусировать зрение. И тут же он увидел как входные двери распахнулись, и внутрь стали один за другим забегать одетые в чёрную форму эсэсовцы, с MP-40 на перевес.

Действуя быстро и слаженно, эти рослые белобрысые парни, с лицами истинных арийцев, резво рассыпались по периметру залы совещаний. Встав вдоль стен, они угрожающе навели своё оружие на беспомощно скрючившийся на полу людей, всем своим видом давая понять — что лучше с ними не шутить.

Но даже если-бы у Гудериана и было желание драться с этими мордоворотами из службы охраны СС, он всё равно бы ничего не смог предпринять. Его табельный пистолет, как и оружие всех остальных командующих, сейчас находился на посту охраны внутреннего периметра. И более того. Сейчас генерал только и мог, что беспомощно вращать глазами, и с трудом шевелить одеревеневшими пальцами. Он был буквально прижат к полу чувством всеподавляющей слабости — словно из него только что залпом выпили все жизненные силы.

"Что происходит...? Заговор против фюрера...?" — с трудом всплыли в мозгу оглушённого человека первые осмысленные предположения. — "Но почему тогда бойцы СС...? Ведь рейхсфюрер тоже здесь... Неужели Кальтенбруннер...? И чем он нас так приложил...? Зараза...!!"

Но тут глаза лежавшего без сил генерала расширились от удивления ещё больше. Ибо вслед за "эсэсовцами", в дверях показалось нечто уж совершенно неожиданное. Это оказалась высокая и красивая женщина, немного худая, и с длинными спутанными волосами. Но она была босая! И в каком-то грязном, изодранном до состояния лохмотьев платье! И особенно диким, на фоне всего этого её безумного наряда, оказалась небольшая корона из блестящего чёрного металла, что венчала голову этой странной незнакомки.
Уперевшись руками в косяки широкого дверного проёма, женщина с видом истинной хозяйки положения осмотрела оцепленную "эсэсовцами" залу, и её рот расплылся в торжествующей улыбке. И тут Гудериан буквально похолодел от ужаса. Ибо он чётко увидел как во рту у незнакомки блеснули длинные и острые клыки.

Вдоволь насладившись открывшимся ей зрелищем, странная женщина наконец шагнула в комнату... И за её спиной... Гудериан увидел ЕЁ! 

Вслед за незнакомкой в дверях показалась голова существа, чьё изображение генерал уже много раз видел на составленных очевидцами её нападений фотороботах. Это была ТА САМАЯ! Белоснежная крылатая кобылица единорог. Сейчас она настороженно оглядывала комнату, хлопая своими огромными фиалкового цвета глазами, из под длинных ресниц. Вблизи, её лицо действительно больше походило на человеческое, и казалось по настоящему прекрасным и притягательным. Особенно в ореоле её волшебной, словно сотканной из тумана гривы. Сейчас она плавно колыхалась вокруг её головы, словно на невидимом ветру, нежно переливалась всеми цветами утренней авроры.

"Красивая..." — только и успел подумать про неё Гудериан.

Ибо тут женщина в лохмотьях повернулась к нему, и её глаза вспыхнули ярким изумрудным пламенем. Генерал встретился с её взглядом, и тут-же дёрнулся и обмяк, потеряв сознание.
............

Селестия осторожно вошла в комнату и осмотрелась. Кризалис к этому моменту уже окончательно успокоила всех присутствующих людей, и сейчас во всю праздновала свою маленькую победу. В широкой улыбке запрокинув голову, и раскинув руки в стороны, она кружилась среди тел поверженных ею врагов, словно исполняла какой-то только ей одной понятный танец победителя. Но богиня солнца решила пока не обращать внимания на странные закидоны своей новой союзницы.
Главное что-бы сильного вреда окружающим от неё не было. И конечно, чтобы она честно исполняла все пункты договора. А в остальном — пусть развлекается как хочет. В конце-концов, что ещё от неё ждать. Зашуганная постоянными преследованиями повелительница расы изгоев, прожившая тысячи лет в нижних планах, скрываясь и прячась. Она уже давно привыкла никому не доверять. 

"Ничего," — Селестия внутренне улыбнулась. — "придёт время, и королева избавится от своих заскоков и привычек." 

Уж она то, как старшая дочь владыки света, позаботится об этом. И в сердце Кризалис вновь разгорится огонь дружбы, любви, и веры в ближних. Как и в душах всех её детей. А сейчас... А сейчас рог принцессы Селестии на секунду вспыхнул, и в воздухе перед ней материализовалась папка с нужными ей документами. 

Удерживая папку в золотистом облачке телекинеза, богиня принялась обходить залу, пролистывая вложенные туда фотографии, и сверяя их с лицами лежащих вокруг неё людей.

Селестия осторожно дотронулась золотым накопытником до щеки очередного растянувшегося на ковре человека, в чёрной форме, субтильного телосложения, и круглых очках без оправы. Она повернула его голову и пригляделась, сверяясь с фотографией. Наконец убедившись в сходстве, она поставила на ней небольшую галочку.
"Так, рейхсфюрер СС — есть."

Потом повернулась к следующему, лежащему рядом без чувств человеку, со смешными усиками и длинной чёлкой. 
Она повторила процедуру и утвердительно кивнула.
"Этот — тоже есть. Хорошо..."

Принцесса продолжила обходить залу и сверяться со списком. При этом она совершенно не обращала внимания на деловитую суету перевёртышей. Некоторые из которых уже скинули с себя обличье людей, и сейчас телекинезом затаскивали в комнату всё новые тела. Своих реципиентов, из числа бойцов ближней охраны фюрера. Чей вид они собственно на время и позаимствовали.
...........

Кризалис наконец прекратила свой странный танец, и скрестив руки на груди, принялась наблюдать за действиями своей новой союзницы. 
При этом королева вновь с удовольствием улыбнулась, вспомнив ГИГАНТСКУЮ жатву, что вчера беспощадной косой прошлась по всему астральному плану Земли. Наконец-то! Селестия официально вступила в свои права владения планетой, наглядно заявив всем окрестным сущностям "Кто теперь тут главный!" Солнечная Богиня обрушившись на тонкие планы ближайшего космоса настоящим огненным смерчем, без всякой жалости выжигая в прах сомны бесов, демонов, и прочих астральных паразитов. Лишь светлые и природные духи не пострадали в том океане бушующего святого огня.

Правда как заметила Кризалис, многие из особенно крупных астральных тварей всё-же избежали расплаты. Они уже давно сбежали в более низкие слои упорядоченного, едва поняв, чем им грозит появление в ближайшем космосе одной из старших детей Амеша Спента. Так что истребляющий огненный вал Селестии прошёлся в основном по самым тупым и жадным. Что словно стая трупных мух упрямо продолжали кормиться на биоэнергетическом поле Земли, поглощая психическую энергию злобы, страданий, и предсмертных мук десятков тысяч людей, ежедневно истреблявших друг-друга в боях очередной мировой войны, или умиравших от голода и издевательств со стороны себе подобных. 

И тут Кризалис с отвращением скривилась. Она НЕНАВИДЕЛА демонов и бесов всеми фибрами души, и сейчас очень сожалела что Селестия не ударила сразу — едва только появилась здесь. 
Ах... сколько крупных тварей удалось бы ей развоплотить навсегда? Сколько новых войн в других мирах, смут, и появлений маньяков удалось бы Богине солнца предотвратить, перехвати она всю эту мерзость в самом начале? 

Хотя с другой стороны, Кризалис понимала что и её рой не многим лучше всех этих тёмных сущностей. Она и её детки откровенно вампирили разумных. Но всё-же инфильтраторы чейнджлингов действовали тонко, и собирали только исключительно любовь. Да и то, самый верхние её эмоциональные аспекты — которые в противном случае просто растворились бы в энергетическом поле планеты. 
Но всё-же... Она вновь с дрожью вспомнила своё прошлое. Когда она САМА! Едва не поддалась той-же скверне! Но Николай спас её! Удержал! Она и её дети сумели остановиться в самый последний момент, едва не начав сами поглощать эту отвратительную, тошнотворную, буквально опустошающую душу энергию предсмертных мук, боли, горя, и отчаянья других разумных. Всё-таки хвала небесам, и всем благим богам! Она смогла удержать себя, предпочтя лучше сдохнуть с голоду вместе со всем своим роем, нежели перейти ТУ ЧЕРТУ!! Королева прекрасно понимала, что перейди она тогда эту грань, и точно стала бы демоном! И тогда высшие планы упорядоченного жгли бы её душу нестерпимым для дэвов огнём творца, загоняя её сущность в нижние планы. Или даже в ледяные пустыни бездны. И не было бы у неё теперь такой союзницы как Селестия, а у её роя легального положения, и кормовой базы в ЦЕЛУЮ планету! И теперь, королева была готова практически на всё — лишь бы не разочаровать союзницу, и оправдать доверие солнечной принцессы
..........

Наконец проверив всех по списку, Селестия подняла вопросительный взгляд на Кризалис, которая сейчас в задумчивости топталась босыми ногами на груди лежавшего без чувств человека. Заместителя фюрера по партии — Мартина Бормана.

— Смотри рёбра ему не сломай, — напомнила Селестия.

Но Кризалис только с усмешкой отмахнулась.

— Пф! Не волнуйся твоё солнцекрупейшество. Ничего этому борову не будет. Глянь какое брюхо отъел! А я ведь совсем лёгенькая.

— Ну-ну... — Селестия только печально покачала головой, как всегда не обратив внимания на остроту в свой адрес. 

Но Кризалис всё же сошла с периодически стонавшего под её весом бесчувственного тела, и Селестия продолжила, с уже с более серьёзным тоном.

— Ты говорила тут будут все нужные нам. А я насчитала только половину. — и принцесса помахала перед лицом Кризалис папкой с личными делами главных гитлеровских бонз. — Где остальные?

Но королева чейнджлингов опять только небрежно отмахнулась от подсунутой ей папки. 

— Всё будет в порядке. Мои детки в обличии сотрудников местных отделений гестапо, уже выдвинулись по нужным адресам. 

И тут вдруг королева на секунду замерла, подняв голову и как будто прислушиваясь.

Потом она вновь довольно улыбнулась:
— Ну вот. Что я и говорила. Глава четвёртого отдела РСХА, генерал Кальтенбруннер, только что был захвачен. И мои мальчики уже везут реципиента в условленное место. На принц Ойген штрассе осталось взять только бригаденфюрера СС Шелленберга и Мюллера.

— А что с Ёдлем, Крупом, Геббельсом, и Герингом? — вновь поинтересовалась богиня, сверяясь со списком и ставя у себя новую галочку.

— А Геринг то нам зачем? — искренне удивилась королева роя. 

Она решительно прошла по зале, и пнула тело Вальтера фон Левински. 

Новый глава Люфтваффе, одетый в роскошный мундир маршала авиации, только тихо ойкнул в ответ. 

— Насколько я знаю, после ваших погромов на аэродромах в Польше, — и с этими словами Кризалис вновь изобразила перед Селестией шутливый книксен. — Геринг был отстранён от управления ВВС, и получил унизительный чин главы лесничего хозяйства Германии. Политической силы он больше не представляет.

— Но у него много друзей и сторонников среди среднего и высшего командного состава. — не сдавалась Селестия. — И он может создать фронт сопротивления против реформ новой власти. — и тут взгляд богини солнца стал предельно твёрдым, а в речах её больше не ощущалось прежней мягкости и чуткости — Кризз, я не потерплю даже тени возможности заговора и попытки нового переворота. И уж тем более возникновения в территории "Новой Германии" гражданской войны. У фанатиков национал-социализма не должно остаться ни одного видного вождя в качестве знамени. А Геринг бывший лётчик-АС великой войны. И потому до сих пор популярен в ВВС. Его опасно оставлять на свободе, даже в качестве провокатора и приманки для потенциальных бунтовщиков. Ты всё поняла?

Улыбка тут-же сползла с лица королевы перевёртышей, и она с поклоном ответила.
— Хорошо Ваше Высочество. Я немедленно отправлю группу захвата в замок Хесельсхофф. 

— Отлично, — и на лицо Селестии вновь вернулась её обычная улыбка кроткой и любящей принцессы. — В таком случае продолжим. Забирай всех отмеченных в списке, и сегодня же доставь в условленное место. Я потом сама решу что с ними делать.

Потом ещё какое-то время Селестия наблюдала как "эсэсовцы" Кризалис сноровисто вытаскивают из кабинета бесчувственные тела. А когда всех "нужных людей" заменили, белоснежная аликорн подошла к лежащему без чувств Гудериану, и встала над его телом. Богиня наклонила голову, и кончик её сияющего золотой аурой рога коснулся лба мужчины.
............

Гудериан с трудом открыл тяжёлые после сна веки, и огляделся. 
— Что это... — он с удивлением обнаружил что полулежит в мягком удобном кресле, в коридоре, и вокруг никого! 

Только бойцы СС, из личной охраны фюрера, всё так же чёрными истуканами стояли на своих постах вдоль стен, и никак не реагировали на развалившегося в кресле генерала.

— Я что... уснул...? Ох нет! — Гейнц поспешно встал, и прихватив портфель с документами, кинулся в сторону рейхсканцелярии. На ходу он пытался вспомнить — что-же произошло..?

"Ну да," — он напряг свою ещё тяжёлую после сна голову. — "Вроде я прибыл на совещание, переговорил с Гальдером и новым маршалом Люфтваффе. А потом появился личный адъютант Гитлера и предупредил всех, что у фюрера срочное совещание с учёными и начальником министерства вооружений, по поводу недавнего удара по Дрездену."

Он продолжил на ходу вспоминать.
Совещание отложили до восьми вечера, и потому он ещё погулял по замку, попутно обсуждая ситуацию в Польше с командующими других танковых групп. А потом они все вместе сходили в столовую, где отменно поужинали, и даже выпили. И похоже... Потом его сморило...? 

"Ох, ну конечно! Теперь только бы не опоздать на совещание" — генерал ещё больше ускорил шаг, явно уже представляя себе гнев фюрера на своё через чур вызывающее поведение при штабе. 

Но наконец подойдя к приёмной, от с облегчением выдохнул, обнаружив что все остальные командующие по-прежнему ждут у дверей в ожидании. 

Но что сразу показалось Гудериану странным: 
Вид у многих из них тоже был — какой-то помятый? 
Фёдор Фон Бок сейчас тихо обсуждал что-то с командиром четвёртой танковой группы Рейхенау, а на щеке у фельдмаршала явственно был виден отпечаток от пряжки его собственного портфеля. Было похоже что он тоже только что проснулся. И спал явно в неудобной позе, с собственным портфелем вместо подушки. Гудериан подошёл к группе военных, и хотел было поинтересоваться у своего непосредственного начальника — на счёт своего предположения. 
Но тут широкие двери приёмной распахнулись, и личный адъютант Гитлера пригласил всех в кабинет. В составе остального генералитета Гудериан вошёл в зал совещаний, быстро настроившись на рабочий лад, и отбросив лишние мысли в сторону.
Сейчас самым главным было только одно — всеми силами отстоять перед фюрером свой план по отводу войск за Вислу. 

И если бы в этот момент Гудериан обернулся, то увидел бы как глаза идущего следом за ним адъютант на секунду блеснули, полыхнув призрачным изумрудным огнём. 
..........

Читать дальше

...