Мунвинг
Глава 2: Скелеты в шкафу
Кантерлот. Это не Мэйнхэттен или Детрот, где нищие маленькие пони совершают свои маленькие преступления. Не Троттингхэм, где интеллигентные джентельпони творят свои изощренные зверства. Нет, Кантерлот не таков. У Кантерлота есть деньги. В Кантерлоте живут большие пони.
В Кантерлоте преступления настолько велики, что становятся незаметными. Пони не способны осознать их, так же, как муравей не способен осознать идущего мимо пони.
Но кто-то допустил ошибку. Маленькое преступление — изломанное тело на тротуаре. Еще один шрам на лике города. Почему так близко к пещерам? Требует дальнейшего расследования. Шрам. Каждый шрам имеет свою историю. Крыло — загнанный в угол воин-чейнджлинг. Задние ноги — жеребята в худшей клоаке Фланкфурта. Шея — железный ошейник. Спина — мой хозяин. Перерезала ему глотку. Улетела. Глаз — потасовка в баре. Сорок пять лет с тех пор, как я выползла из трущоб. Сейчас уже не такая шустрая, как раньше.
Швальбе закрыла блокнот и спрятала его вместе с ручкой в небольшую сумку под крылом. Она потянулась и опустила голову, заходя в пещеру. Темнота ей не мешала. Бэтпони тихо пискнула, уши навострились, улавливая слабое эхо. Швальбе ухмыльнулась и направилась глубже в пещеру, с легкостью обходя сталактиты. Наконец, она нашла место, где потолок опускался, и заползла внутрь.
— Привет, — произнесла бэтпони, стараясь, чтобы голос звучал как можно дружелюбнее. — Пойти со мной...
— Арчер? — позвала Скуталу, открыв дверь. Квартира казалась пустой, но сопение, раздающееся из спальни, ясно указывало, что ее кузина дома. На мгновение пегаска задумалась, стоит ли ее будить. В старой квартире, которую они делили, попытка разбудить Арчер могла закончиться арбалетным болтом или парой пуль в морду. Но сейчас Арчер изменилась или, как говорил Чардж, — повзрослела. Теперь земнопони хранила оружие в сейфе, и маловероятно, что одно из них окажется у нее на тумбочке.
Скуталу направилась в спальню. Двуспальная кровать была в беспорядке; Арчер лежала на животе поперек нее, все еще одетая в теплый поддоспешник, который она таскала под броней. Когда пегаска снова окликнула ее, то земнопони лишь перевернулась на спину.
— Ну, Арчер! — простонала Скуталу.
— Вы имеете право хранить молчание… — пробормотала во сне ее кузина.
Скуталу закатила глаза, подошла к ней и погладила гриву. Глаза Арчер распахнулись, она взглянула на Скуталу и вздохнула:
— Ты не Баттон, — проворчала земнопони. — Вали на фиг.
— Нам нужно поговорить.
— Может позже, а? — Арчер накрыла голову подушкой.
— Чардж хочет тебя перевести, — Скуталу решила, что только внезапный, резкий шок разбудит ее кузину.
— Да пошел он, — ответила Арчер. — Я облажалась. После службы я пошла к Клауд Кикер…
Она рассказала о своей неудачной встрече с кобылой-пегасом.
— Да уж, ты действительно облажалась, — проворчала Скуталу. — И зря потратила время. Она этого не делала.
— Ну, теперь-то я это понимаю… Я совсем безнадежна, да? Вообще двинулась из-за кобылки, которую даже не знаю...
— Есть чутка, — ответила пегаска. — Так или иначе, дело почти закрыто. Это Крекер или Бисквит или как там его звали.
— Хорошо, — Арчер душераздирающе зевнула. — Теперь, может, дашь мне поспать? Тебе тоже, кстати, не помешает… Поговорим насчет Чарджа позже, ладно?
— Ладно, — согласилась Скуталу. — Увидимся, Арчер.
Та уже храпела.
Несмотря на то, что Арчер переехала к Баттону, Скуталу все еще жила в их старой квартире. Коллекция арбалетов и огнестрельного оружия на стенах, сменилась плакатами Вандерболтов, чертежами разных устройств и вырезками из газет.
Пегаске нравилось это место. Даймонд Тиара все так же жила по соседству. Скуталу мало разбиралась в драгоценностях, но, похоже, серьги и ожерелья изготовленные земнопони были в моде. У пегаски даже была пара сережек, которые Даймонд Тиара подарила ей на день рождения.
Скуталу как раз открывала дверь, когда услышала позади шум. Она мигом развернулась и увидела Даймонд Тиару с седельными сумками, выходящую из квартиры.
— Привет, — произнесла пегаска. — Как дела?
— Замечательно, — ответила Даймонд. — Ночная смена?
— Ага, — пробормотала Скуталу, зевая. Арчер была права — пора было ложиться спать. — Тяжелая выдалась ночка...
— Почему? Что-то случилось?
— Ну… — пегаска внезапно подумала, что рассказать все Даймонд Тиаре будет явно не лучшей идеей. Конечно, с ней все было в полном порядке, если не считать несколько случаев, когда она приходила к Скуталу, находясь буквально на грани приступа паники. Обычно подобное случалось зимой. — Дело все еще не закрыто, поэтому я не должна никому о нем рассказывать.
— О, ладно, — Даймонд нервно потопталась на месте, наклонилась ближе к пегаске и прошептала: — Знаешь, мне сегодня приснился странный сон. Я его почти не помню, но ты с Сильвер Спун там были. Когда я проснулась, то думала, что у меня будет приступ...
— Может, тебе стоит поговорить с доктором? — Скуталу, бросила неуверенный взгляд на земнопони. Она не боялась, что Даймонд ее убьет, но пегаске всегда было тяжело видеть, как Даймонд Тиара боится чего-то, что не может видеть или хотя бы назвать.
— Я как раз собиралась, — ответила земнопони. — Сразу после встречи с Октавией.
— Хорошо. Если тебе что-то понадобится, я буду дома весь день.
— Замечательно. Увидимся.
Даймонд Тиара улыбнулась и ушла вниз по лестнице.
Скуталу смотрела на нее, пока она не скрылась из вида, а потом вошла в квартиру. Единственное, о чем она сейчас могла думать, это душ и кровать.
Когда Даймонд Тиара подошла к большому особняку недалеко от замка принцесс, то услышала звук скрипки, доносящийся из сада. Исполнение было далеко не идеальным — иногда были слышны фальшивые ноты, да и скрипка казалась настроенной не совсем правильно, но мелодия звучала красиво, и Даймонд поймала себя на том, что начала ее напевать.
Она остановилась у ворот и позвонила. Сначала казалось, что ее никто не услышал, но через какое-то время темно-синяя кобыла-единорог выскочила из дома и впустила Даймонд Тиару.
— Миссис Октавия примеряет платья, — объяснила кобыла. Даймонд Тиара с удивление посмотрела на нее. Меньше всего она ожидала увидеть в таком доме пони, говорящую как бандитка из Мэйнхэттена... или как Бэбс Сид. — Меня зовут Найткэп, я ассистент мисс Поммель.
— Меня зовут Даймонд Тиара, — ответила земнопони и заметила, как кобыла слегка вздрогнула, услышав это имя. Даймонд уже давно привыкла к подобной реакции, и не переживала по этому поводу, но все же почувствовала мурашки, пробежавшие по спине. — Я принесла ожерелье для дочери миссис Октавии.
— Тогда пойдемте к ней, — произнесла Найткэп. — Платья, ожерелья... Готовиться какая-то вечеринка?
— Кьютсионера, как мне кажется, — Даймонд проследовала за кобылой в дом. — Миссис Октавия довольно популярна среди элиты Кантерлота, так что будут приглашены буквально все...
— Да, она говорила о чем-то таком Коко, — произнесла Найткэп. — Эм-м-м... мне нужно вернуться наверх. Я думаю, Октавия скоро спуститься...
Кобыла быстро убежала.
Даймонд Тиара села на диван и посмотрела сквозь стеклянную дверь, ведущую в сад. Там она увидела маленькую кобылку-единорога, лет четырех, с серой шерсткой, как у матери, и длинной гривой шоколадного цвета. Она удерживала телекинезом скрипку и смычок, играя достаточно громко. Земнопони встала с дивана, подошла к двери в сад и толкнула ее.
— Привет.
Скрипка выпала из магического поля, а кобылка замерла, глядя на Даймонд Тиару своими большими глазами цвета шелковицы.
— Я слышала, как ты играешь, — продолжила Даймонд. — У тебя неплохо получается.
Кобылка ничего не ответила, неуклюже обхватив копытами скрипку. Даймонд Тиара попятилась, решив не пугать ее. Когда земнопони вернулась в гостиную, то заметила Октавию, стоящую у лестницы и наблюдающую за ней.
— Доброе утро, — мордочка Даймонд Тиары зарделась. Кобылка промчалась мимо нее и обняла мать за ногу. — Я... я не хотела ее пугать...
— Не волнуйся, — ответила Октавия, поглаживая гриву дочери. Кобылка взглянула на Даймонд и убежала вверх по лестнице, но земнопони все еще могла видеть ее поблескивающие глаза, наблюдающие за ней. — Харт Бит не разговаривает с незнакомцами, даже с воспитателями в детском саду.
Октавия вздохнула.
— Я немного беспокоюсь по этому поводу, но моя мать говорит, что раньше я была такой же.
— Ага... Должно быть, ей нелегко, сегодня здесь так много разных пони... — пробормотала Даймонд и открыла седельную сумку. — Я сделала для нее это ожерелье. Надеюсь, с меткой я не ошиблась...
— Все идеально, — Октавия осмотрела ожерелье.
— На самом деле, я бы не стала устраивать такое большое празднование, но, к сожалению, все эти пони ожидают от меня именно его... — Она покачала головой. — Так все устроено в Кантерлоте. Ты либо находишься в центре внимания, либо вообще не существуешь. Но, конкретно тебе, ведь совсем не нравится быть в центре внимания, правда?
Даймонд Тиара вспомнила, как отреагировала Найткэп на ее имя.
— Не нравится, — ответила она. — Это было пятнадцать лет назад, но некоторые пони до сих пор помнят, что я сотворила... Кое-кто думает, что это было круто и что я знаменитость... Но это совсем не та слава, которой бы мне хотелось. Мне лучше хранить это в тайне.
— Ну, у нас у всех есть свои скелеты в шкафу, — ответила Октавия. — Мало кто помнит, что до встречи с мужем, у меня были отношения с двумя диджеями разом.
Она взяла листок бумаги с кофейного столика и пояснила:
— Список гостей. Давай посмотрим... Ассистентка Коко Поммель была проституткой. Хорошая кобылка. Коко говорила мне, что кое-кто из ее работников невзлюбили ее из-за того, что она вышла замуж за осла и родила дочку... — Октавия вздохнула, — ...Винил. Но у высшего света Кантерлота тоже есть свои скелеты. Аппер Краст... Ее муж изменял ей с несовершеннолетними кобылками и вел дела с мафией... Неудивительно, что его убили... Блэк Марбл...
— Мне кажется, я поняла, что ты имеешь в виду, — прервала ее Даймонд. — Наверное, в Кантерлоте трудно найти шкаф не набитый скелетами... Моя подруга Сильвер Спун и ее мать...
Земнопони замолчала. Хотя Сильвер Спун умерла уже пятнадцать лет назад, говорить о ее секретах было неправильно.
— Именно, — Октавия кивнула. — Никто не без греха, у всех есть секреты... Например, мой муж до сих пор не может забыть то, что он видел в пещерах.
— Я читала его рассказ. Но вот, что мне интересно... — Даймонд склонила голову, — ...зачем искать монстров под землей, когда их и здесь предостаточно?
Октавия промолчала. Вместо этого она взглянула на скрипнувшую дверь — доктор Стэйбл, только что вернулся с работы. Он подошел к ним и поцеловал жену в щеку.
— Здравствуй, Даймонд, — произнес он, бросая седельные сумки в угол. — Как поживаешь?
— Все отлично, — улыбаясь, ответила Даймонд Тиара. — Но мне уже пора идти, меня ждет доктор Инк Блот.
— Видел ее утром, — зевая, ответил доктор Стэйбл. Земнопони решила, что он, как и Скуталу, вернулся с ночной смены. — Думаю, она будет рада тебя видеть.
Жеребец улыбался, но Даймонд заметила в нем что-то странное: может то, как он смотрел на лестницу, а точнее на свою дочь, сидящую там и наблюдающую за ними?
— Он что-то скрывает, — заметила Сильвер Спун, внезапно появившись рядом. — И он, и Скуталу.
“Я знаю”, — подумала Даймонд Тиара. — “Думаешь, дело во мне?”
— Тебе лучше показаться доктору, — ответила Сильвер. — Ты начинаешь думать, что все вокруг из-за тебя...
Несмотря на то, что Скуталу нравилось готовить, она часто обедала в небольшом баре рядом с редакцией "Кантерлот Таймс". Отчасти это было связано с тем, что после ночных смен она была не в настроении заниматься готовкой, но возможно и с тем, что несмотря на наличие энтузиазма, она так и не смогла продвинуться дальше макарон с различными соусами. Не говоря уже о том, что Шэйди Дэйз, жеребец, которого пегаска впервые встретила еще в школе, когда они с подругами вели для газеты колонку сплетен, теперь работал в “Таймс” и часто обедал в этом же баре.
Скуталу сидела за столом, заливая тарелку соусом табаско и глядя в глаза Шэйди.
— Ты уверена, что будешь это есть? — спросил он.
— Конечно. Когда готовила моя кузина, то острый соус был единственным способом выжить.
Шейди Дэйз кивнул.
— Тяжелая ночь?
— Вроде того. А ты откуда знаешь? — спросила пегаска, отправляя в рот полную ложку. Изначальный вкус был едва различим под слоем табаско, а значит поставленной цели она достигла.
— В этой штуке куда больше углеводов, чем ты обычно ешь, — ответил жеребец. — Кроме того, ты положила две ложки сахара в кофе.
Скуталу бросила на него неодобрительный взгляд.
— Да тебе прямая дорога в стражу. Какие еще выводы сделал?
— Да ладно тебе. Я же работаю в газете. Там, куда попадают новости о мертвых жеребятах.
— Я ничего тебе о ней не расскажу, — пегаска вздохнула. — У нас есть подозреваемый, и мы ищем ее родителей. Дело закрыто.
— Я и не собирался ничего спрашивать, — Шейди сделал глоток кофе. — Просто увидев тебя, я подумал, что это вам с Арчер не повезло найти ее.
— ”Не повезло" — самое подходящее словосочетание, — пробормотала Скуталу и сделала глоток кофе, пытаясь собраться с мыслями. — Арчер вообще в раздрае. Сам же ее знаешь. Обычно у нее все хиханьки да хаханьки, но стоит ее довести и “фигак” — везде кишки и кровища... А потом много переживаний...
Шейди поморщился:
— Если ты не заметила, я вообще-то ем... Хотя кишки и кровища прекрасная тема для первой полосы.
— Точно, — ответила пегаска. — Думаю, нам обоим не помешало бы передохнуть.
— Ну... — жеребец покраснел. — У меня как раз свободный вечер...
— Ты что-то предлагаешь? — Скуталу ухмыльнулась.
— Эм-м-м... Я имею в виду, что ты и я... Мы бы могли...
— Уговорил. Думаю, часть с заиканием можно пропустить и сразу перейти к обсуждению куда идем и что делаем, ага?
— Как скажешь, — морда Шейди стала уже темно-красной. — Я знаю тут один нипоньский ресторанчик, куда хотел бы зайти. И вроде как, в кино идет новый фильм “Спайдермаре”...
— “Спайдермаре”, говоришь? — пегаска ухмыльнулась. — Нам же не шестнадцать, Шейди…
Она подождала несколько секунд, наблюдая за сменой эмоций на морде жеребца.
— Но это не значит, что мне не понравится, — она засмеялась.
Шейди Дэйз тоже нервно рассмеялся, пытаясь скрыть свое предыдущее смущение.
— Значит, в шесть перед кинотеатром? — спросил он.
— Заметано, — ответила Скуталу.
Скуталу заворочалась в кровати и оглядела темную комнату. Светящиеся стрелки часов на тумбочке показывали четверть третьего. Шейди Дэйз пробормотал что-то во сне.
“Все зашло чуть дальше, чем я ожидала...” — подумала пегаска. Нипоньская еда вместе с бутылкой вина помогли великолепно провести вечер и ночь, но теперь Скуталу не могла заснуть. Она выпуталась из мятых простыней, расправила крылья и надела ночнушку.
Пегаска вышла из спальни и прошла через гостиную, лунный свет заставлял жуткие тени плясать на стенах. Скуталу подошла к окну и открыла его, вдыхая прохладный воздух. На улице не было ни души: пустые улицы были хорошо освещены, но никого не было видно. Пегаска постаралась высмотреть стражей, но они, похоже, прятались от ветра в тени стен. Она попыталась вспомнить у кого сегодня было ночное дежурство.
— Привет, — услышала она хриплый голос прямо над собой. Пегаска подняла глаза и уставилась прямо в пару желтых глаз. — Рада видеть, что ты проснуться.
— Швальбе! — прошипела Скуталу, оглядываясь на дверь спальни. — Что ты тут делаешь? И, чтоб ты знала, в квартире есть дверь.
— Прости, — пробормотала бэтпони. — Мы прийти раньше, но я слышать, что у тебя гость...
Швальбе ухмыльнулась, обнажив клыки.
— Ты... Ты нас подслушивала? — пегаска вдруг почувствовала, что краснеет.
— Трудно не слышать. — бэтпони кивнула. — Не волноваться. Даймонд Тиара спать. Ничего не слышать.
— Спасибо, — произнесла Скуталу стараясь остаться невозмутимой. — Чего тебе надо?
— Привести тебе гостя, — ответила Швальбе и коротко пискнула. Пегаска ошеломленно смотрела, как маленькая, наверно лет пяти, кобылка-бэтпони влетела в комнату и приземлилась на пол. Швальбе последовала за ней и похлопала кобылку по плечу.
Кобылка повернулась к бэтпони и издала тихий писк. Скуталу обратила внимание, что ее фиолетовая грива была острижена, причем тем, кто не имел ни малейшего понятия как это делать — коротко, неопрятно и криво.
“Может, это чтобы избавиться от вшей,” — подумала пегаска.
Скуталу присмотрелась к кобылке и замерла, увидев ее глаза. Радужная оболочка была светло-жёлтой, почти белой, а щелевидные зрачки оставались узкими, несмотря на темень. Двигаясь по комнате, кобылка едва слышно попискивала, постоянно шевеля ушками.
— Слепая с рождения, — объяснила Швальбе. — Не важно. Поздороваться с тетей Скуталу, малышка.
Кобылка вытянулась по стойке смирно и издала более громкий писк, навострила уши и повернулась к Скуталу.
— Привет, — произнесла кобылка странным голосом, как будто она читала о том как надо говорить в книге, но никогда не слышала как пони разговаривают и сама не практиковалась. — Меня зовут Стеллар Даст.
Пегаска увидела, как кобылка вздрогнула и слезинка скатилась с ее мордочки.
— Что случилось, Стеллар Даст? — спросила страж.
— Не знаю, — ответила кобылка. — Но что-то произошло с Мунвинг…