Автор рисунка: Stinkehund

Флиттер

Глава 1: Пони и чейнджлинг

Атмосфера в Кантерлоте представляла собой странную смесь нервозности и возбуждения. С одной стороны, вот-вот должна была состояться королевская свадьба, которая обещала запомниться на долгие годы. С другой стороны, легкий фиолетовый оттенок, примешивающийся к солнечному свету, постоянно напоминал о щите, окружающем город, и об угрозе, которую он подразумевал.

Однако, как минимум, одна пони-пегаска, не испытывая ни капли волнения или нервозности, притащила своего мужа к задней части города, где щит касался земли, чтобы поглядеть на него поближе.

— Ты только глянь! — Морнинг Рэйн улыбнулась и взглянула на Свифт Стара. — Можно ли вообще поверить, что этот щит сотворил один-единственный единорог? А ты, кстати, что-нибудь подобное можешь?

— Я тебя умоляю, — проворчал жеребец со вздохом, — Эту штуку удерживает Шайнинг Армор! Его мать — лучшая телепортистка во всей Эквестрии, а его сестра не только личная ученица Селестии, но и ляганый Элемент Магии! Даже не сравнивай меня с ними! И если ты хотела, чтобы я завидовал его силе, то тебе удалось.

Кобыла рассмеялась и подошла еще ближе к мерцающему фиолетовому барьеру.

— Интересно, какой он на ощупь, — пробормотала пегаска, протягивая мятно-зеленое копыто.

— Дорогая, ты серьезно? — произнес Свифт Стар. — Я слыхал, что Шайнингу и так очень трудно поддерживать его. И уж точно последнее, что ему надо, это любопытные пони, которые бродят вокруг и тыкают в щит копытами.

Морнинг Рэйн фыркнула.

— Завидуешь, да? — спросила она, ухмыляясь.

Жеребец бросил на нее раздраженный взгляд, но решил не удостаивать эту подколку ответом:

— Давай просто оставим все как есть. Я не желаю нести ответственность за какое-нибудь вторжение чудовищ.

— Ой-ой-ой. Да ты просто ревнуешь, что я тут играюсь с магией молоденького жеребца, — дразнясь, промурлыкала пегаска и ткнула копытом в щит. К ее удивлению оно беспрепятственно прошло сквозь него.

— Эй! Ты должен попробовать! Чувствуется покалывание!

— Ладно-ладно, — единорог покачал головой и, несмотря на это, улыбнулся. — Но если заявится стража и потащит нас в кутузку, не говори, что я тебя не предупреждал.

Он поднес копыто к щиту, ожидая, что он отреагирует так же, как и на Морнинг Рэйн. Однако, прежде чем он смог коснуться его, пурпурная молния ударила из щита, выжигая черные пятна на его шерсти. Жеребец вскрикнул от удивления и отпрянул, широко раскрыв глаза.

Пегаска ахнула:

— Свифт! С тобой все в порядке, дорогой?

Единорог кивнул, слегка потрясенный:

— Я в порядке. Мне не больно. Просто как-то... странно.

Морнинг Рэйн схватила мужа за копыто, чтобы посмотреть на повреждения. Однако, пока она всматривалась, черные пятна начали исчезать. Через несколько секунд они совсем пропали.

— Ух, — удивленно пробормотала пегаска. — Чего это оно?

Свифт Стар покачал головой:

— Понятия не имею, — ответил он дрожащим голосом. — Может, магия щита как-то конфликтует с моей собственной?

Морнинг Рэйн нахмурилась и пожала плечами:

— Давай просто пойдем домой.

Когда они развернулись, то обнаружили себя в окружении полудюжины стражей, которые грозно смотрели на них.

— Граждане! Держись подальше от щита! — рявкнул на них капитан. — Если вы хотите покинуть город, пожалуйста, делайте это через обозначенные контрольно-пропускные пункты!

Свифт Стар не удержался и долбанул себя копытом по лбу, бросив на жену раздраженный взгляд:

— Это ты во всем виновата.

* * * * *

Спустя более чем получаса, двух пони наконец-то выпустили из участка. Стражи дошли до того, что пригласили некоторых из их соседей, дабы те смогли подтвердить их личности, чтобы окончательно убедиться, что они не проскользнули в город извне. В общем, это было достаточно утомительное и неловкое испытание. Попрощавшись с соседями, которые, к счастью, были в основном удивлены происходящим, они решили сходить перекусить, прежде чем направиться домой. Вечером ожидалось празднование на весь город, и супруги, естественно, собирались в нем поучаствовать, но сейчас они решили насладиться относительной тишиной и покоем суетного города.

Донат Джо не мог с ними не согласиться.

— Это просто безумие, точно вам говорю, — заявил он со смехом, убирая со стола. — Я даже рад, что не участвую во всем этом сумасшествии. Они, вроде как, заставили понивильскую банду заниматься приготовлениями.

— Носителей Элементов? — улыбнулась Морнинг Рэйн. — О, это просто замечательно!

— Пинки Пай — отличный повар, так что с угощениями все будет в полном порядке, — хозяин заведения улыбнулся. — Да и у старого Донат Джо точно будет несколько припозднившихся посетителей, после того как празник кончится.

Свифт Стар выглянул в окно:

— А из этих кобыл получилась неплохая команда, не так ли?

— Ну, не знаю, — нахмурился Донат Джо. — Последнее, что я слышал, это как Твайлайт Спаркл поругалась с ними, обвинив невесту в том, что та хочет разрушить жизнь евойного брата. Я думаю, что даже если ты Элемент Магии, то это не мешает тебе быть просто жуткой золовкой...

— Ох, Селестия всемилостивая, — нахмурилась пегаска. — Надеюсь, они помирятся. Это же просто ужас, если подобное случается на свадьбе.

— И не говори. Эй, у вас же вроде сын есть примерно их возраста?

— Ага, — единорог кивнул. — В Тротсборо живет. И мы пока не слыхали, что он себе подружку завел.

Морнинг Рэйн улыбнулась мужу:

— Ну, если и завел, то будем надеяться, что он окажется порешительнее тебя.

Донат Джо приподнял бровь:

— Этот жеребец тянул с принятием решения, мэм? — спросил он с улыбкой.

— Это было трудное время, — Свифт Стар вздохнул. — У меня не было работы, я не привык к Кантерлоту, и между нами все было немного напряжено, так что я просто... не поднимал тему брака, пока все не уладилось.

Морнинг Рэйн всплеснула копытами:

— Он заставил свою бедную беременную подругу ждать! — закричала кобыла, прежде чем уткнуться носом в шею мужа. — Но в конце концов все оказалось в порядке.

— Держу пари, ты не была бы так ослепительна в свадебном платье до рождения Блюпринта, — заметил Свифт Стар с улыбкой. Он повернулся к Донат Джо. — И, как ни странно, после рождения жеребенка, родственники воспринимают его появление на свадьбе куда лучше.

Хозяин заведения усмехнулся:

— Каждый день узнаю что-то новое о своих клиентах. Итак, могу я принять ваш заказ?

Морнинг Рэйн бросила взгляд в меню:

— Пончик с малиновым желе. Без глазури и без обсыпки.

Однако, прежде чем Свифт Стар успел сделать заказ, они услышали странный грохот. Это звучало как гром, только более... ритмичный. Жеребец нахмурился:

— Что это за звук?

Донат Джо выглянул в окно и ахнул:

— Они были правы! Кто-то атакует щит!

Оба пони мигом присоединились к нему у окна и смогли увидеть черные фигуры, отскакивающие от щита. Зрачки Свифт Стара уменьшились до размеров булавочных головок, когда он понял, кто это был.

— Мы должны выбраться отсюда! — крикнул жеребец. — Быстро!

Он выбежал на улицу, таща за собой жену.

Пара только что покинула заведение Донат Джо, когда звук разбитого стекла заполнил небо над городом. Свифт Стар поднял глаза и увидел, как щит раскололся на тысячи осколков. Огромные куски кристаллизованной магии врезались в землю прежде, чем успевали раствориться. Черные фигуры угрожающе зависли там, где ранее был щит.

— Клянусь Селестией! Он не выдержал! — закричала пегаска. Она перевела взгляд на мужа, не веря своим глазам. — Щит не выдержал!

Свифт Стар не ответил. Он в ужасе смотрел вверх. Жеребец узнал эти черные фигуры. Он слишком хорошо знал, кто это.

— Их не должно быть здесь, — произнес он, в отчаянии глядя на кобылу. — Они не должны делать подобное, это нарушит весь баланс!

— Свифт, дорогой? Что ты имеешь в виду? Ты знаешь, что это за существа?

— Да, из моих путешествий. Это чейнджлинги, — ответил единорог. — Они выживают, принимая вид кого-нибудь любимого и питаются любовью, которую им дают.

Кобыла нахмурилась:

— Но, что ты имел в виду под балан...

— Сейчас не время для выяснения тонкостей их культуры! — закричал Свифт Стар. — Они просто не должны делать подобного, ясно? Идем. Принцессы и Носители разберутся с ними. Давай просто вернемся домой и переждем.

— Точно. Извини, — кобыла кивнула.

Как выяснилось, вся беготня была зря. Чейнджлинги роились сверху и легко заметили бегущих. В течении нескольких минут их окружили. Свифт Стар остановился, когда увидел, что улица перекрыта. Морнинг Рэйн налетела на него и оба пони грохнулись крупами на землю.

Одно из черных существ приблизилось к ним. Его глаза похожие на стальные синие шары, смотрели на парочку с холодной угрозой. Чейнджлинг жадно ухмыльнулся, обнажив острые клыки.

Свифт Стар оскалил зубы:

— Вас не должно быть здесь! — прошипел он.

Черное существо не ответило. Оно взглянуло на остальных чейнджлингов позади них и что-то приказало на шипящем языке. Один за одним все были охвачены зеленым пламенем.

Когда зеленое пламя спало, половина чейнджлингов превратилось в копии кобылы-пегаса. Другая половина коллективно моргнула и ошарашенно уставилась на единорога, которого они не смогли скопировать. Морнинг Рэйн заметила то же самое, и ахнула.

Явный лидер группы в замешательстве смотрел на Свифт Стара. Он что-то прошипел единорогу и ждал ответа. Не получив оного, чейнджлинг продолжил на эквестрийском:

— Ты один из нас! — сказал он странным жужжащим голосом. — Почему ты не следуешь путем Роя? Королева приказывает нам.

— Какая королева?! — закричал в ответ единорог. — Вы ненормальные! Нельзя просто так игнорировать Старые Обычаи!

Он оглянулся, когда услышал шаги за спиной, и заметил, что Морнинг Рэйн отступила от него на несколько шагов. Она с недоумением смотрела на него.

— Ты... ты один из них? — пегаска побледнела.

— Морнинг Рэйн, пожалуйста, — произнес Свифт Стар. — Все совсем не так!

Черное существо наклонило голову:

— Ты должен следовать путем Роя! — прогудело оно, по-видимому, полностью неспособное понять, что Свифт Стар мог оказаться не на их стороне. — Схватить ее! Что ты делаешь?

Единорог уставился на чейнджлинга, его обычно оранжевые глаза полыхнули ядовито-зеленым магическим светом.

— Я держу обещание.

Свифт Стар быстро развернулся и ударом задних ног отшвырнул чейнджлинга в толпу ему подобных. Прежде чем они успели среагировать, он схватил Морнинг Рэйн передними ногами и рванул вверх, жужжа ободранными насекомовидными крыльями, которые возникли словно из ниоткуда.

— Ты не он! Кто ты такой?? — в ужасе закричала пегаска.

— Тот, кто любит тебя, — ответил Свифт Стар, влетая в одно из окон высокой дворцовой башни.

Как только они оказались внутри, Морнинг Рэйн ударила не-единорога в живот, заставив его выпустить ее. Кобыла прижалась к стене и уставилась на него.

— Где он? — гнев и отчаяние вспыхнули на ее мордочке. — Что ты сделал со Свифт Старом?!

Не-единорог выглянула в окно и заметил быстро приближающихся чейнджлингов:

— Сейчас совсем не время для этого! Мы должны спрятаться!

— Нет... — тихо сказала Морнинг Рэйн, покачав головой. — Ты меня не обманешь. Где настоящий Свифт Стар?

— О, ради Селестии... — желтый жеребец лихорадочно озирался по сторонам. — У нас нет на это времени!

Он подхватил пегаску сиянием зеленой магии и потащил за собой, рванув по коридору.

— Прекрати! Немедленно отпусти меня! — визжала кобыла. Она попыталась вырваться из поля телекинеза при помощью крыльев, но обнаружила, что они прижаты к ее телу магией.

— Прекратить что? Спасать тебя? Вот уж, нет! — закричал в ответ жеребец.

Один из чейнджлингов внезапно пробил окно и врезался в единорога, заставив магическое поле вокруг пегаски исчезнуть и та с удивлением рухнула на пол. Наблюдая за тем, как Свифт Стар сражается с черным существом, она никак не могла решить, что делать: сбежать от него вряд ли будет хорошей идеей, да и у кобылы было слишком много вопросов, которые требовали ответов.

Единорог раздраженно пнул существо в грудь и вскочил на ноги.

— Давай же! — крикнул он Морнинг Рэйн. После неуверенного взгляда на черное существо, пегаска побежала за ним.

Пока они бежали, сквозь стеклянные окна прорвались и другие чейнджлинги. Один из них зацепил Морнинг Рэйн полем телекинеза. Однако чейнджлинг в форме единорога не собирался допускать подобного. Он стиснул зубы и со вспышкой, полыхнувшей вокруг рога, вытащил пегаску на свободу. Свифт Стар призвал щит из зеленого пламени, чтобы держать чейнджлингов на расстоянии. Они слышали крики боли, когда черные создания пытались приблизиться. От такого активного использования магии, рог того, кто прикидывался ее мужем, казалось, сгорел, обнажив черный и изогнутый, совсем как у тех, кто нападали на них.

— Ты действительно такой же, как они! — ахнула кобыла.

— Я совсем не такой, как эти идиоты! — закричал жеребец, бросаясь за угол, Морнинг Рэйн следовала за ним.

После нескольких поворотов в дворцовых коридорах, им, наконец, удалось оторваться от преследующего их Роя. Свифт Стар открыл дверь и жестом указал пегаске войти внутрь. Еще раз осмотрев коридор, он закрыл дверь и запер ее, оставив их вдвоем в большой затемненной комнате.

Пару секунд они просто стояли, тяжело дыша от усталости. Никто не знал, что сказать. Наконец, не-Свифт Стар нарушил тишину.

— Ну и что с того, что я такой? — прошептал он. — Разве это имеет значение?

— Конечно же, имеет! — ответила Морнинг Рэйн. Она понизила голос, когда услышала жужжание крыльев за дверью. — Ты... ты не Свифт Стар.

Чейнджлинг грустно улыбнулся и сложил крылья на спине:

— Это спорный вопрос. Конечно, я не тот пони, в которого ты изначально влюбилась. Даже не буду этого отрицать. Но как мне кажется, я проделал хорошую работу, заменяя его.

— Что ты с ним сделал? — зашипела пегаска, гнев вновь вспыхнул в ее голосе.

— Ничего! — ответил чейнджлинг, в его голосе звучала усталость. Он тяжело вздохнул и посмотрел на дверь. — Я пытался его спасти. Неудачно.

Морнинг Рэйн сглотнула, пытаясь сдержать слезы:

— И... ты занял его место?

— Таковы Старые Обычаи, — пробормотал жеребец, отводя взгляд. — Мы занимаем место потерянных близких.

Пегаска подошла к нему, села и недоверчиво покачала головой:

— И как долго ты был... им?

— Ты не понимаешь! — ответил чейнджлинг, глядя на нее. — Блюпринт никогда не встречался со своим настоящим отцом. Помнишь то дурацкое путешествие через ущелья? Из-за которого ты так злилась? Он из него так и не вернулся.

— Но вернулся ты, — тихо пробормотала Морнинг Рэйн. Она моргнула, пытаясь понять последствия этого откровения.

— Это то, как мы существуем, — кивнул чейнджлинг. — Я спросил его, как велят Старые Обычаи. Любовь — сильное чувство. Я бы принес тебе счастье, вместо разбитого сердца из-за жеребца, который отправился в тупое путешествие и не вернулся. Для него выбор был очевиден. Он не желал делать тебя несчастной, даже если бы существовал другой выбор.

Пегаска уставилась в пол и покачала головой:

— Двадцать лет. Ты врал мне двадцать лет.

— Я сделал тебя счастливой, — чейнджлинг неловко отвел взгляд

— Ложью! — закричала Морнинг Рэйн. — Как ты мог так поступить со мной?!

— Что? — жеребец непонимающе уставился на нее. — Я превратил твою глупую влюбленность в едва знакомого жеребца в счастливый брак! Как ты думаешь, что бы случилось, если бы я этого не сделал? Ты была беременна, а он был мертв! Я женился на тебе! Я помогал растить нашего сына! И теперь ты обвиняешь меня в том, что я сдержал обещание тупому жеребцу, который бросил тебя в таком положении? Я обещал ему, что позабочусь о тебе. Вас обоих. Я обещал ему, что ты будешь счастлива! Именно это я и делал.

Пегаска покачала головой, слезы навернулись ей на глаза:

— Но все равно это была ложь.

— Я люблю тебя, Морнинг Рэйн, — чейнджлинг схватил ее за плечи передними ногами и решительно покачал головой. — И это не ложь. Он никогда не просил меня выходить за тебя замуж. Когда я давал тебе свои клятвы, они были искренними! Как ты думаешь, почему я так долго тянул? Ты была так зла на Свифт Стара за то, что он свалил, что я чуть не умер с голоду за те пару месяцев. Я сделал тебе предложение только после того, как влюбился в тебя.

Кобыла, все еще неуверенно, заглянула ему в глаза, понимая, что, по крайней мере, жеребец был искренен. Он обнял ее и вздохнул:

— Я не знаю, чего пытается достичь эта ненормальная королева, но любовь это не то, что можно так просто собрать. Чтобы получить любовь, нужно потратить любовь. Пройдет совсем мало времени и единственное, что она сможет собрать будет ужас, — чейнджлинг не смог сдержать улыбки. — И как существо, которое питалось эмоциями всю свою жизнь, могу тебя заверить, что на вкус он просто отвратителен.

Из глубины комнаты внезапно раздался стон. Одеяло на большой кровати, которую парочка даже не заметила, было отодвинуто сиянием синей магии. Из-под него появилась заспанная темно-синяя голова с волнистой посверкивающей звездами темной гривой и довольно большим рогом.

— Тия? Это ты? — пробормотала темная фигура. Затем она перевернулась на другой бок и натянула одеяло на голову.

И пони и чейнджлинг замерли неподвижно, словно статуи, прежде чем начать очень осторожно отступать к двери. Мысль о том, что Принцесса может помочь им одолеть внешнюю угрозу, даже не пришла им в голову. На самом деле, в этот самый момент они и о Рое напрочь забыли. Единственное, о чем парочка могла думать — это то, что они случайно пробрались в спальню Принцессы Ночи, и что им абсолютно точно не хочется быть застуканными за этим. Как бы ни старались принцессы, но столетия жутких историй на Ночь Кошмаров просто так из памяти пони было не выкинуть.

* * * * *

Пара молча шла по пугающе пустому дворцу. Казалось, что стражей либо схватили и утащили, либо они отправились в город помогать горожанам. Разбитое стекло, выбитые двери и расколотые вазы были явными признаками прошедшей здесь борьбы, но, как ни странно, казалось, что ни одного чейнджлинга во дворце не осталось.

— Куда мы идем? — спросила Морнинг Рэйн.

Жеребец посмотрел вверх по лестнице:

— В обсерваторию. Я хочу глянуть, что происходит.

Пегаска кивнула и молча последовала за ним. Когда они поднялись наверх, чейнджлинг направился к балкону, увидел хаос на улицах, и покачал головой.

Морнинг Рэйн остановилась наверху лестницы и посмотрела на него:

— Ну... — начала она нерешительно, — если ты не Свифт Стар... тогда кто ты такой?

— Я был Свифт Старом большую часть своей жизни. Это правда имеет значение? Я все такой же, как был. Я все еще люблю брокколи, все еще ненавижу люцерну, и все еще достаточно хорош в музыкальных заклинаниях, — жеребец вздохнул и умоляюще посмотрел на кобылу. — Пожалуйста, не проси меня отбросить все это.

— Я и не прошу! — ответила пегаска. — Но если это все... на самом деле твое, то значит Свифт Стар был не такой?

— Я... думаю, нет, — чейнджлинг моргнул. — Мне вообще кажется, что он не был похож на меня.

— Ну и как твое имя? — спросила Морнинг Рэйн, мягко улыбнувшись.

Единорог  нахмурился. Это было так давно. Он так привык быть Свифт Старом.

— Флиттер. Именно такое имя у меня было, — жеребец умоляюще посмотрел на пегаску. — Мне правда нужно опять использовать его?

Та уставилась в пол:

— Прости меня. Не думаю, что смогу снова называть тебя Свифт Старом.

Морнинг Рэйн присоединилась к нему на балконе и взглянула на хаос внизу. Рой, судя по всему, был занят битвой со знакомой командой из полудюжины пони, которые медленно продвигались к зданию Исторического Архива.

— Так... куда мы теперь? — спросила она.

— Будем выбираемся отсюда. Мы все равно ничем помочь не можем. Принцесса Селестия там, внизу, как и Элементы Гармонии. Единственное, что мы можем сделать, это быть пойманными.

— Я не это имела в виду! А что насчет нас? Насчет нас обоих?

— Я понимаю, что ты имела в виду, — Флиттер, отошел от балкона и направился в сторону лестницы. — Надо подождать. Кажется, этих бешеных пони поймали. Идем, пока нас не заметили.

Морнинг Рэйн взглянула вниз, где все чейнджлинги сосредоточили свое внимание на шестерке пойманных пони. Пегаска ахнула и побежала за Флиттером:

— Это Носители! Они поймали Носителей Элементов Гармонии!

— Ты уверена? — единорог замер.

— Мы же видели их на представлении на День Согревающего Очага, помнишь? Я точно знаю, как они выглядят!

Флиттер выбежал на балкон и стал вглядываться в пони, которых тащила за собой целая толпа черных существ.

— Мы не можем им помочь, — он отрицательно помотал головой. — Нас всего двое.

— Но ты бы мог им помочь, правда? Если ты обернешься, то будешь выгля...

— Нет! — закричал жеребец, прервав ее. Кобыла удивленно посмотрела на него.

— Я не могу снова превратиться в пони, который уже мертв! — крикнул он, в глазах чейнджлинга стояло отчаяние. — Неужели ты не понимаешь?

— Ты... ты бы застрял в своей... нормальной форме?

— Не называй это так, — попросил единорог. Сосредоточившись на крыльях и роге, он восстановил маскировку. — Мне нужно быть рядом с пони, чтобы принять его форму. Если я целиком приму форму чейнджлинга, то Свифт Стар исчезнет навсегда.

— Но... ты же все еще будешь собой, — нерешительно пробормотала Морнинг Рэйн.

— Посмотри на них! — в отчаянии потребовал жеребец. — Ты что действительно хочешь, чтобы я так выглядел?

— По крайней мере, ты будешь собой. Я не возражаю.

— Зато я возражаю! Разве ты не понимаешь?! Чейнджлинги теперь враги Эквестрии! Ты можешь представить, как я буду ходить тут, в Кантерлоте, после всего этого, похожий на одного из них? Да все тут же похватают факелы и вилы! Мне нужно быть Свифт Старом, чтобы быть с тобой!

— Если они победят, это все равно не будет иметь значения! — пегаска покачала головой.

Флиттер вздрогнул:

— Если они победят... эта ненормальная королева, скорее всего, даже не потрудится поддерживать смену дня и ночи. Будто снова восстала Найтмер Мун.

Его глаза внезапно распахнулись, и он уставился на Морнинг Рэйн.

— Луна! — воскликнула пегаска. — Она наш единственный шанс!

Флиттер застонал:

— Надо было сразу ее разбудить, — он развернулся и направился обратно к лестнице.

Странное чувство остановило его. Жеребец почувствовал, как дрожь пробежала по спине и оглянулся на балкон. Пегаска навострила уши, и посмотрела на него. Она тоже это почувствовала.

— Что это такое?! — спросила Морнинг Рэйн, подходя к перилам. Она заметила яркий свет, исходящий из свадебного зала.

— Это любовь, — ответил чейнджлинг, слегка смущаясь. Затем он нахмурился. — Но ее преобразуют в заклинание.

Его глаза расширились, когда жеребец увидел, как фиолетовая сфера распространяется от того места, где было белое свечение:

— О нет.

Рванувшись прочь от балкона, он вновь расправил свои крылья и изо всех сил бросился прочь от приближающегося щита.

— Флиттер? Что ты делаешь? — удивленно пробормотала пегаска, глядя на удаляющийся силуэт. Внезапно она почувствовала покалывание, когда щит прошел сквозь нее, и вспомнила, какое воздействие он оказал на ее мужа утром. Кобыла ахнула.

— Флиттер! — закричала она и кинулась вслед за мужем, который отчаянно пытался держаться подальше от щита.

Магический щит несся вперед, словно гигантская фиолетовая стеклянная стена, таща за собой всех чейнджлингов. Несмотря на все свои усилия, Флиттер никак не мог опередить его. Когда щит столкнулся с ним, он почувствовал, как его маскировка сгорает в фиолетовом пламени. Жеребец с отчаянием смотрел на свои копыта, где последние проблески желтой шерстки исчезали, сменяясь блеском черного панциря.

Когда последние следы фиолетового пламени опали, его осенило. Его самые жуткие страхи сбылись. Пути назад не было — Свифт Стар исчез навсегда.

Чувствуя себя полностью подавленным, Флиттер сложил крылья и позволил щиту волочь себя. Все было кончено. Он никогда больше не станет Свифт Старом. Он выполнил обещание в меру своих сил, но дальше не было смысла продолжать борьбу. Когда чейнджлинг взглянул на землю, приближающуюся к нему с огромной скоростью, то заметил, что, по иронии судьбы, окажется в тех же ущельях, где умер Свифт Стар.

Теперь он умрет там еще раз.

— Даже не думай сбежать от меня! — раздался голос позади него. Размытое пятно розового и мятно-зеленого цвета нырнуло в ущелье, столкнулось с падающим чейнджлингом и вылетело обратно.

* * * * *

Пони и чейнджлинг лежали на пыльной каменной скале рядом с ущельем. Оба были совершенно измотаны, потрясены и рады, что остались живы.

— Флиттер? — спросила пегаска.

— Да, Морнинг Рэйн? — ответил тот странным, жужжащим голосом.

— И куда мы теперь пойдем?

Флиттер улыбнулся, встал и быстро поцеловал ее в губы. Его большие прозрачно голубые глаза смотрели прямо в ее фиолетовые.

— Куда захотим, любовь моя.

Глава 2: Хорошие и плохие времена

Черное насекомоподобное существо, тихонько жужжа, летело по лесу, когда сильный запах достиг его чувств. На самом деле это был не настоящий запах, а ощущение. Сильный всплеск эмоций, характерный для приближающегося конца жизни разумного существа.

Безысходность. Стыд. Сожаление. Столько сожаления, что оно могло исходить лишь из одного источника... Любовь.

Существо направилось к источнику эмоций, вылетело из леса и спустилось в  ущелье. Ему не потребовалось много времени, чтобы обнаружить, что это был пони — ярко-желтый единорог с зеленой гривой. Единственная причина, по которой он все еще был жив — дерево, растущее на стене ущелья. Однако, судя по ране на боку, со стеной он все же столкнулся. Посмотрев выше, чейнджлинг заметил кровавое пятно, указывающее, где это произошло.

Существо колебалось. Единорог был в отчаянии, да и определенно в смертельной опасности, но если ему помочь, то он, вероятно, может быть спасен. Старые Обычаи подразумевали множество способов получения положительных эмоций от разумных существ. Любовь была наиболее сильной, но даже простая благодарность разумного существа была лучше, чем примитивные эмоции окружающей дикой природы, которыми чейнджлинг питался с тех пор, как покинул улей.

Зеленое пламя объяло черное существо. Когда пламя опало, то оно выглядело точно так же, как раненый единорог, с полупрозрачными крыльями все еще жужжавшими на спине.

— Не двигаться, — произнес чейнджлинг, извлекая из разума пони элементарное понимание его языка. — Я помогать.

Глаза единорога расширились, когда он заметил летающую копию себя, но он смог только кивнуть. Путешественник знал, что в лесах обитают всевозможные странные магические существа, начиная с окаменяющих взглядом кокатриксов и заканчивая полупрозрачными звездными зверьми. Так что существо, скопировавшее его внешний вид, явно было не самым худшим вариантом.

Чейнджлинг подхватил пони передними ногами, вылетел из ущелья и осторожно положил его на камень. Он смотрел на лежащее тело со смесью любопытства и беспокойства.

— Я Флиттер, — произнес он. — Плохо знать пони-форма. Ты сильно пострадать?

Единорог взглянул на длинную рану на боку. Она выглядела плохо, но он точно знал, что это не самая большая проблема. Жеребец чувствовал вкус крови во рту и боль в легких. Внутренние повреждения явно были куда хуже, чем внешние.

— Мне нужно попасть... к врачу, — прохрипел единорог. — Ты можешь мне помочь, Флиттер?

Тот кивнул:

— Нужен пони-дом. Пони знать пони-форма, чтобы помогать пони. Да. Я отводить в пони-дом.

Поток благодарности был для чейнджлинга как глоток свежего воздуха. У разумных существ были такие странные реакции. Но ему хотелось большего. Ему нужно было больше. Он поможет этому существу.

* * * * *

Через несколько часов солнце зашло. Пара пони медленно двигалась вперед. Единорог шел, обессилено привалившись к своему зеркальному отражению. Крылья чейнджлинга скрылись под его безупречной иллюзией пони.

Свифт Стар рухнул на землю. Уже в пятый раз. Флиттер обеспокоенно посмотрел на него:

— Ты быть хуже. Я мочь видеть. Пони-дом далеко?

Единорог кивнул и попытался встать на ноги, но не смог. Наконец, он издал разочарованный вздох, который перешел в приступ кровавого кашля.

— Думаешь, я дотяну? — спросил он своего спутника.

— Ты слабеть. Я думать, нет. Ты нужно отдыхать, но, ты не увидеть день, — Флиттер выглядел расстроенным из-за своей неудачи. — Я делать все, что мочь.

Единорог улыбнулся, затопив чейнджлинга еще одной питательной волной благодарности:

— Ты сделал все, что мог, — повторил Свифт Стар. — Не вини себя за это. По крайней мере, ты пытался. Больше помочь мне было некому.

Флиттер посмотрел на умирающего единорога:

— Я чувствовать. Сожаление. Много сожаления. Оставлять других позади. Других кто любить.

Свифт Стар слабо кивнул:

— Мне не следовало оставлять ее, — он посмотрел на звездное небо. — Думаю, теперь уже поздно сожалеть.

— Я помогать. Есть пони-форма. Ей не страдать.

— Ты обманщик, — единорог нахмурился и вздохнул. — Теперь понятно. Все это время, вся эта помощь... Ты просто хотел занять мое место.

Чейнджлинг покачал головой:

— Я делать все, что мочь. Пробовать спасать ты. Неудача. Не обман. Но она быть счастливой. Что она делать, когда тебя не быть? Думать о твой судьба без конца. Отчаиваться, когда узнать. Ты хотеть это?

— Нет! — единорог покачал головой. — Но ты обманешь ее!

— Ты любить. Она любить. Мне надо любовь. Еда для меня. Любовь нельзя украсть. Твоя любовь — моя любовь, пока она хотеть. Заботиться о ней.

Свифт Стар снова закашлялся, кровь брызнула на землю. Внезапно он обхватил копытом шею чейнджлинга и поднял голову к уху Флиттера:

— Она беременна! Я не могу позволить тебе обмануть ее, а потом бросить, когда ты ей больше всего будешь нужен! Обещай мне, обманщик, — прорычал он на ухо своей копии, — обещай мне, что позаботишься о них. Об обоих. Я им нужен. Ты будешь рядом с ними, пока они в тебе будут нуждаться, даже если она этого не захочет!

Раненый единорог ослабил хватку и с шумом рухнул на землю. Он тяжело вздохнул и уставился на чейнджлинга. Флиттер поморщился. Он не ожидал такой страсти. Это какое-то саморазрушение. Теперь он понял, почему Старые Обычаи говорили, что любовь может быть опасна. Захватывающе. Чейнджлинг вкусил эту страсть, и она заинтриговала его. Он жаждал большего.

— Я сделать, — произнес он, полностью осознавая, что игнорирует предупреждения Старых Обычаев. — Я обещать. Я заботиться о них. Не так долго, как она хотеть. Пока они нуждаться.

— Тогда скажи мне... Флиттер, — умирающий жеребец расслабился, — что мне теперь делать?

Рог чейнджлинга засветился зеленым

— Открыть свой разум. Показать дорогу к ней. Показать любовь к ней. Показать прошлое. Как ты говорить. Показать память. Я заботиться о них. Я обещать.

* * * * *

Морнинг Рэйн смотрела в костер.

— Понимаю, — сказала она.

— Я тогда был так молод, — произнес Флиттер, заканчивая рассказ. — Так неопытен в понячьих эмоциях. Я оставался с ним до самого конца. И даже похоронил его.

— Но.. значит, он действительно любил меня? — спросила пегаска. — Он собирался вернуться?

— Вроде как, тебя он все же любил, — чейнджлинг пожал плечами, — но вообще, кто его знает... Может, он просто обманул обманщика. Даже с информацией, которую я получил от него, я понятия не имею, кто он такой и откуда взялся. Он дал мне только то, что хотел. И я тогда даже не осознавал этого.

Кобыла нахмурилась, и посмотрела на него:

— Погоди-ка, это значит... все эти месяцы после возвращения... ты вел себя так странно и холодно...

Флиттер кивнул:

— Я мог только подражать тому, что смог получить. Насколько я понимаю, у Свифт Стара не было никаких идей как справиться с твоим гневом. Я импровизировал, и у меня это не сильно хорошо получалось.

— Но ты остался, — Морнинг Рэйн улыбнулась и прислонилась к мужу. — Честно признаться, это больше, чем я ожидала от него, после той поездки в ущелья. В конце концов... вспоминая это, мне жаль, что я вымещала все на тебе.

— Ну, я выжил, — ответил чейнджлинг, улыбаясь ей в ответ. — Еле-еле. Блюпринт практически спас мне жизнь. Жеребята просто удивительны. Минимальное количество ласки дает огромный поток любви в ответ.

— Да, видеть тебя с ним... это было нечто особенное, — улыбка кобылы стала еще шире. — Я не думала, что у Свифт Стара хватит духу быть отцом. Ты же проводил каждую свободную минуту с малышом Блю.

— У меня не было выбора. От тебя любовью и не пахло, а я понятия не имел, как изменить это.

— Ну, действуя как ответственный отец, ты решил эту проблему, — Морнинг Рэйн потерлась о мужа носом. — Это вернуло тебе мое расположение.

Она чуть отодвинулась от него:

— Хотя мне кажется странным, что вид, который зависит от эмоций, знает о них так мало.

— Мы раса пожирателей эмоций, а не психологов, — усмехнулся чейнджлинг. — Ведь то, что ты ешь сено не делает тебя ботаником, правда?

— Справедливое замечание, — пегаска удивленно моргнула.

Она посмотрела на ночное небо и свадебный фейерверк, сияющий над Кантерлотом. Кобыла могла поклясться, что видела звуковую радугу.

— Ладно, хватит шутки шутить, — сказала она. — И куда нам теперь идти?

Флиттер засмеялся. Это был странный, шипящий звук. Чейнджлинг  отрицательно покачал головой:

— Не имею ни малейшего понятия.

— Ну, думаю, о свадебной вечеринке мы можем забыть, — проворчала Морнинг Рэйн, все еще глядя на далекий город.

— Щит исчез, — заметил Флиттер, — можем попробовать.

Пегаска бросила на мужа ироничный взгляд и улыбнулась:

— И опять разворошить всю королевскую свадьбу? — она покачала головой. — Давай не будем. По крайней мере, эти двое заслуживают счастья. Кроме того, они могут тебя не пустить, когда ты выглядишь вот так.

Флиттер вздохнул:

— А если я смокинг надену?

Пегаска рассмеялась:

— Чейнджлинг! Мастер маскировки!

Она оглянулась на город и вздохнула:

— Мы же туда не вернемся, да? — пробормотала Морнинг Рэйн. — Такое странное чувство...

Флиттер кивнул. Почему-то ему казалось, что в ее словах было что-то очень важное, но он не мог понять что. Однако он должен был согласиться.

Это действительно было странно.

Глава 3: Пестики и тычинки

— Флиттер? — спросила Морнинг Рэйн.

— Да, дорогая?

— А куда это мы идем?

Чейнджлинг остановился и удивленно моргнул. Утром, после недолгих раздумий, они решили отправиться в Тротсборо, где жил их сын. Но где-то на полдороге они, казалось, отклонились от маршрута. Самым странным было то, что он этого даже не заметил. Что-то словно гнало его вперед.

Флиттер посмотрел в том направлении, куда они шли, и заметил вдалеке грозовые тучи. Он оглянулся на свою жену

— Это ведь Вечнодикий лес, да? — спросил он несколько озадаченно.

— Совсем дикий,  и совсем неприрученный... Ну, выглядит он именно так, — ответила пегаска. — Не мог бы ты объяснить мне, почему мы идем прямо к нему?

Флиттер стиснул челюсти:

— Мой... улей там. Он тянет меня к себе. Каким-то образом, — теперь, когда он понял это, то действительно почувствовал ощутимую тягу. Инстинктивную часть его самого, что вела домой.

— Твой улей? — переспросила Морнинг Рэйн. — Это у тебя что, тоска по дому взыграла?

Флиттер покачал головой:

— Нет. Мне кажется, что это нормально. После возвращения к своей собственной форме, предполагается, что чейнджлинг, вроде как, должен вернуться домой и доставить собранную любовь.

— Эм-м-м, Флиттер, милый, ты и есть чейнджлинг. Что за догадки?

— Ты должна понять, — жеребец помотал головой, — Свифт Стар был первым пони, которого я заменил! Для меня это все внове!

— Так погоди, это любовь... ты что действительно хранишь ее? — пегаска нахмурилась. — Я думала, ты ею просто питаешься.

— Для тебя эмоции — это как вкус еды. Ты чувствуешь его, когда ешь , а потом он исчезает. Чтобы снова почувствовать тот же вкус, тебе нужно еще того же блюда. Для нас... это и есть пища. Чем больше мы потребляем, тем больше имеем. Все лишнее сохраняется.

— Типа, как жир? — Морнинг Рэйн подняла бровь.

Флиттер бросил на жену слегка раздраженный взгляд:

— Не то сравнение, которое я бы использовал, но, думаю, вполне точное.

— Ух ты. Со всеми этими годами собранной любви, ты, должно быть, выглядел бы как маленький пухленький чейнджлиненочек! — по голосу Морнинг Рэйн было заметно, как она впечатлена.

—....да-да, типа того, — проворчал Флиттер, жалея, что у него нет глаз, которые можно закатить. Он скучал по понячьему телу.

— Ну и как же это обычно работает? Ты уже говорил мне, что можешь выжить на примитивных эмоциях лесных существ. Наверное, не сильно приятно, но все же, этого было достаточно. Так что же тогда со сбором любви? Зачем улью нужно...

Глаза пегаски расширились, когда она поняла. Она уставилась на мужа:

— Это для размножения, да?

Именно в этот момент Морнинг Рэйн обнаружила, что чейнджлинги все таки могут краснеть.

— Так, давай-ка проясним, — произнесла кобыла, изо всех сил стараясь не рассмеяться. — Мы женаты уже двадцать лет, и за это время ты очень даже хорошо разобрался в специфике воспроизводства пони.

Флиттер опустил голову, но ничего не сказал.

— Но при первом упоминании о размножении чейнджлингов, ты покраснел, как маков цвет?

Жеребец молча кивнул, чем вызвал у пегаски смешок.

Она подошла и потерлась о мужа носом.

— Тогда как же это работает? Прям настолько сильно отличается от того, что делают пони?

— Ну, думаю, не очень, — отозвался Флиттер, все еще освещая окрестности своей красной мордой. — Просто еще один дополнительный фактор. Яйца чейнджлингов, даже оплодотворенные, не развиваются, пока не получат порцию любви от королевы. Передача любви сборщиками королеве — это очень... интимный процесс. По крайней мере, мне так говорили. Очевидно, он укрепляет связи между жителями улья. Никогда не наблюдал его лично.

Морнинг Рэйн нахмурилась:

—И... ради этого ты возвращаешься? “Интимный процесс” с вашей королевой?

— Я не знаю! — воскликнул чейнджлинг в отчаянии. — Я ничего этого не знаю. Но это стремление, этот инстинкт вернуться... он непреодолим. Я не могу игнорировать его. Во мне целых двадцать лет сохраненной любви! Я думаю, большинство чейнджлингов возвращаются с месяцем или двумя! Это похоже на тяжелый груз, тянущий меня к улью.

— И что, ты надеешься прийти туда, слить всю любовь, а потом просто уйти? — пегаска казалась несколько обеспокоенной. — Они могут не позволить тебе вернуться.

— Я не пойду туда без тебя, — Флиттер посмотрел на жену. — Проклятые Старые Обычаи. Если мне надо идти туда, то я хочу, чтобы ты все время была со мной.

— Даже во время этого... “интимного процесса” с королевой?

— Особенно тогда! — отозвался жеребец расстроенным тоном. — Эта штука меня пугает!

Пегаска нежно прижалась к нему носом:

— Не волнуйся, дорогой. Мы что-нибудь придумаем.

* * * * *

Для пони Вечнодикий лес был пугающим местом. Флора цвела и пахла, фауна размножалась и ела друг друга, облака и тучи просто двигались. И все это само по себе. Кто-то говорил, что это работа Дискорда. Кто-то утверждал, что это осколки боевой темной магии, что применяла Найтмер Мун тысячу лет назад. Некоторые считали, что пони уже приручили все что могли, а тут осталось сборище всего неприручаемого.

Так или иначе, лес был великолепен, угрожающ, и кишел жизнью. Флиттер вписался без проблем. Он был частью этого леса. Дикой и страшной частью. Жеребец заметил, что крылья насекомого делают его куда более маневренным, чем крылья пегаски, и он может легче зависать на одном месте. Но несмотря на то, что чейнджлинг мог лететь быстрее, он все равно ждал ее. Он никогда ее не бросит.

Поздним вечером они, наконец, добрались до входа в пещеру, охраняемую двумя чейнджлингами. Стражи выглядели довольно озадаченными, увидев пару из пони и их собрата. Они переглянулись в замешательстве, а потом уставились на Флиттера. Один из них произнес что-то на жужжащем языке, который Морнинг Рэйн  не понимала. Пегаска вопросительно взглянула на мужа.

— Язык улья. Тот, в городе, тоже говорил на нем, но там был незнакомый мне диалект, — жеребец развернулся к чейнджлингам и что-то им ответил. Выражение морд стражей стало еще более озадаченным, но, казалось, что они все равно не хотели пропускать их.

Флиттер, явно не пришедший в восторг от такого приема, прожужжал что-то совсем короткое. Оба стража в изумлении уставились на него и отошли в сторону. Жеребец усмехнулся.

— Что ты им такого сказал? — спросила Морнинг Рэйн.

— Двадцать лет, — Флиттер улыбнулся своей жене. — Не знаю, ведут ли они записи, но я точно побил все рекорды.

Пегаска рассмеялась и ее голос эхом разнесся по тоннелям.

Улей выглядел совсем не так, как она ожидала. После зрелища того, как чейнджлинги ловили пони на улицах Кантерлота, ей казалось, что это будет зеленое светящееся место, полное слизи. Вместо этого тут было довольно сухо, а пол пещеры зарос красным мхом. Похожие на бумагу шестиугольные соты покрывали стены. Некоторые из них были запечатаны и наполнены чем-то желтым и светящимся. Тоннели, идущие вертикально вверх и вниз, встречались не реже чем горизонтальные ответвления — очевидное преимущества вида, где все существа имели крылья.

Когда Флиттер приземлился на покрытый мхом пол, Морнинг Рэйн последовала его примеру. Сверху мох казался сухим, но когда ее копыта погрузились в него, то она почувствовала влагу. Чувство прохлады было достаточно приятным. Пегаска даже заподозрила, что мох мог использоваться в качестве хранилища воды.

Любопытные глаза всех оттенков синего, начиная от серо-стального и заканчивая небесно голубым, наблюдали за парочкой из шестиугольных сот, пока те шли через улей. Несколько чейнджлингов взволнованно жужжали вокруг Флиттера, по-видимому, задавая ему вопросы, и иногда принимая форму Морнинг Рэйн. Судя по тону ответов мужа, пегаска могла предположить, что он, в основном, пытается их прогнать. Она чувствовала себя достаточно странно, когда преобразившиеся чейнджлинги начали издавать возбужденные звуки ее собственным голосом.

— Я же ни слова не говорила. Откуда у них мой голос? — прошептала пегаска на ухо Флиттеру.

— Это часть твоей формы, — улыбнулся тот. — Мы получаем информацию из ауры — магической энергии, излучаемой всеми живыми существами. Там не только то, как ты выглядишь.

Морнинг Рэйн оглянулась на летающие копии самой себя и вздохнула:

— Далеко еще? Меня они немного нервируют.

— Нет, осталось только подняться, — ответил Флиттер. Пегаска увидела, что его надо понимать буквально — тоннель шел вертикально вверх.

* * * * *

Помещение, в которое они вошли, мало чем отличалось от других, которые они уже видели, за исключением, может быть, того, что оно было практически пустым. В нем отсутствовали шестиугольные соты, которые Морнинг Рэйн определила как жилища чейнджлингов, а для освещения использовалась всего лишь пара маленьких светящихся сот.

Однако фигуру, сидящую здесь, нельзя было описать иначе чем “величественная”. Королева чейнджлингов была ростом с Селестию, со странным причудливо изогнутым рогом и несколькими парами крыльев. Несмотря на возраст, угадывающийся в ее ярко-зеленых глазах, ее тело выглядело подтянутым и сильным. Королева смотрела на парочку с любопытством доброй бабушки, наблюдающей за играми внуков.

— Флиттер! — произнесла она, ее голос звучал чисто и без акцента, но с тем же странным жужжанием, что и у остальных чейнджлингов. — Тебя давно не было дома.

— Королева Морфозай, — ответил чейнджлинг, склонив голову, — Так и есть. И надолго задерживаться я не собираюсь.

Королева с любопытством подняла бровь:

— Ты просто переполнен энергией. Я подозреваю, что пони, которую ты привел с собой, и есть причина?

Она не стала дожидаться ответа и повернулась к Морнинг Рэйн:

— Да... связь не оборвалась, несмотря на исчезнувшую маскировку. Это любопытно, — королева взглянула на Флиттера. — Теперь ты можешь сам себя обеспечивать любовью.

— Нет, не могу, — чейнджлинг покачал головой. — Ты не можешь производить любовь исключительно для себя. Это работает только когда мы вместе.

— И все же ты получаешь ее, после того, как отдашь любовь ей, — королева улыбнулась. — Очень эффективно.

Она снова обратилась к пегаске:

— Приветствую, пони. Меня зовут Морфозай, я Королева и Мать этого улья. Как тебя зовут?

— Э-э-э... Морнинг Рэйн, — ответила кобыла, слегка озадаченно. У королевы был способ плавно переключаться между своими действиями, что не позволяло другим говорить или делать что-либо, если она этого не хотела.

— Морнинг Рэйн, — тут же повторила королева. — Ты очень долго заботилась о моем маленьком Флиттере.

Царственный чейнджлинг ухмыльнулась:

— Что же ждет вас в будущем?

И снова она не стала ждать ответа. Королева снова переключила внимание на Флиттера и коротко коснулась его рога своим. Ее глаза расширились и начали ярко светиться:

— Так много... Тебе, наверное, действительно хочется отдать ее.

Флиттер удивленно отдернул рог назад и оглянулся на Морнинг Рэйн. Мордочка жеребца покраснела.

Королева рассмеялась со странным двойным тембром:

— Ах, такой взрослый, но такой неопытный.

Она вновь коснулась рога жеребца, на этот раз почти полностью закрыв глаза. Сквозь оставшиеся щели пробивался яркий белый свет. Флиттер покраснел и тяжело задышал. После того, что казалось вечностью, но, вероятно, длилось не больше полуминуты, королева отвела свой рог обратно, закрыла глаза и медленно выдохнула. Флиттер попятился.

Королева ласково обняла его и одарила обольстительным взглядом:

— Окажешь ли ты честь, став отцом детей своей любви? — спросила она.

Жеребец уставился на королеву, разинув рот:

— Нет! — крикнул он.

Флиттер обернулся к пегаске, но увидел ее такой же озадаченной, как и он сам. Он подлетел к ошеломленной кобыле и крепко схватился за ее копыта, ища поддержки.

Королева села с растерянным выражением морды:

— Нет? — она быстро вернулась к своему предыдущему царственному поведению. — Очень хорошо, какой-нибудь другой самец займется этим. Почему такая странная реакция?

Разрядившаяся ситуация, да и Флиттер рядом с ней, вывели Монинг Рэйн из ступора:

— Мы, пони, моногамны, — сказала она. — Флиттер дал мне свои клятвы. Это значит, что я его единственная супруга.

— Хорошо, — ответила Морфозай. — Но он — чейнджлинг. Он давал клятву под маскировкой.

Несмотря на замечание об их "неразрывной связи", королева, похоже, считала более чем очевидным, что любое обещание, данное под маскировкой, можно не выполнять.

— Я готов подписаться под каждым словом, — заявил Флиттер с вызывающим взглядом. — Мои клятвы были полностью моими.

Королева, казалось, искренне удивилась этому:

— Ты отдал мне сохраненную любовь, хотя у тебя есть супруга? Я ничего не понимаю!

Флиттер пребывал в том же состоянии:

— Прошу прощения?

— Мне следует отдавать только излишки, — произнесла королева. — Ты что, совсем не хочешь быть отцом своих детей?

— Она же пони. Я думал, пони и чейнджлинги не могут... скрещиваться?

— Только под маскировкой, — ответила королева. — Но семя чейнджлинга не будет развиваться без любви. У тебя были целых двадцать лет.

Морнинг Рэйн взглянула на Флиттера:

— Она только что сказала, что мы можем иметь детей? Мы вдвоем?

— Похоже на то, — жеребец кивнул. — Хотя я понятия не имею, как кормить любовью нерожденного жеребенка. Я думал, это прерогатива королевы.

— Любой может это делать. В улье не я одна яйца откладываю.

— Наполовину пони, наполовину чейнджлинг, — размышляла пегаска. — На что это может быть похоже?

Королева улыбнулась:

— Кто знает? Может быть, чейнджлинг с настоящей пони-формой. Может быть, нормальный пони, самый обычный. Или обычный чейнджлинг. Может быть, что-то еще, — она посмотрела на Флиттера. — Однако ты отдал мне всю свою любовь. Тебе нужно вернуть часть, чтобы это сработало.

Морнинг Рэйн и Флиттер обменялись веселыми взглядами, прежде чем обернуться к королеве:

— Мы добудем еще, — улыбаясь, заявил Флиттер. — Можете считать это моим прощальным подарком.

— Там, где мы ее берем, осталось еще много, — добавила пегаска, скопировав улыбку мужа. — Дайте нам несколько месяцев.

Глава улья кивнула:

— Да, вижу. Думаю, вам не понадобится много времени, чтобы набрать нужное количество.

Морфозай направилась к выходу из довольно простого на вид тронного зала, жестом указав следовать за ней в один из темных туннелей в задней части помещения. Морнинг Рэйн сразу почувствовала, что воздух тут был более влажным. По мере того как они продвигались по тоннелю, темнота сменилась флюоресцентным зеленым свечением, проникающим сквозь слизистые мембраны, закрывающие проемы в стенах. Эта часть улья выглядела именно так, как рисовала себе в воображении пегаска.

— Это инкубатор, — тихо произнесла королева. Стены, казалось, поглощали весь звук. — Флиттер, я покажу тебе, как направлять любовь.

Она с любопытством посмотрела на живот пегаски:

— Хотя не могу утверждать, что с пони процесс будет полностью идентичным.

Она подошла к одной из мембран. Тусклое свечение исходило от нее. Королева повернулась к жеребцу:

— Ты чувствуешь?

— Да. Растущая жизнь, — Флиттер кивнул и нахмурился. — И она хочет есть.

Морфозай одарила его взглядом учителя гордого успехами ученика:

— Ты знаешь, что делать. Это в твоей природе, — она кивнула в сторону мембраны. — Попробуй накормить его. У тебя должно было остаться еще немного любви.

Королева взглянула на Морнинг Рэйн и улыбнулась:

— Все равно в ближайшее время голод тебе не грозит.

Флиттер кивнул и поднес рог к мембране. К его удивлению, центр слизистой оболочки на самом деле был твердым, как стекло, и его рог стукнул по нему.

Королева была права. Учиться было нечему. Личинка с другой стороны просила, и он дал. Это было просто и так же естественно, как мать, кормящая жеребенка. Энергия текла из рога в мембрану и дальше, к личинке за ней.

Отодвинув рог назад чейнджлинг нахмурился. Ему казалось, что чего-то не хватает. Не потребовалось много времени, чтобы понять, чего именно. Отсутствовал отклик. В отличие от малыша Блю много лет назад, личинка чейнджлинга не реагировала потоком благодарных эмоций, сообщая, что он сделал что-то правильно. Флиттер понимал, что это совершенно нормально для чейнджлинга, но все равно было странно заботиться о ком-то безответном.

— Все сработало? — поинтересовалась Морфозай, выдернув жеребца из его мыслей. Она выглядела немного обеспокоенной.

— Ох! — жеребец яростно закивал. — Да, все сработало просто отлично.

— Но тебя что-то беспокоит, — королева с любопытством смотрела на него.

Флиттер взглянул на мембрану:

— Это просто странно, осознавать, что я когда-то был таким же совершенно бесчувственным существом. Понячьи жеребята выдают огромное количество любви с самого рождения.

— Но им нужно куда больше ухода, — заметила Морнинг Рэйн, наклонилась и попыталась посмотреть сквозь мембрану. — Эти малыши, кажется, совершенно одни в своих маленьких коконах. Сколько им будет, когда они вылупятся?

— Тридцать месяцев, — ответила королева. — Два с половиной года. После этого они живут в улье, строят свой дом, изучают Старые Обычаи и отправляются на сбор.

Пегаска нахмурилась и уставилась на мужа:

— Погодите-ка... Свифт Стар был твоей первой формой. Тогда сколько тебе лет?

— О, это тот неловкий момент, когда ты обнаруживаешь, что переспала с пятилетним жеребчиком, — Флиттер весело улыбнулся. — В твою защиту скажу, что к тому времени я уже был взрослым чейнджлингом.

Морнинг Рэйн смотрела на него, совершенно сбитая с толку. Она открыла рот, чтобы ответить, но ничего не получилось. Пегаска моргнула и закрыла рот.

Жеребец посмотрел на нее со смесью удовольствия и беспокойства:

— Ну, ты сама спросила.

Морнинг Рэйн потерла копытом висок и вздохнула:

— Да... Я сама спросила... — пегаска посмотрела на королеву чейнджлингов. — А теперь мы можем идти?

— Конечно, — ответила Морфозай, осторожно кивнув. Она вывела их из инкубатора обратно в помещение, где они с ней встретились.

— Мне любопытно, — королева плавно развернулась к Флиттеру, — что заставило тебя сбросить маскировку спустя двадцать лет? У меня такое чувство, словно это было не по доброй воле. Твои инстинкты не привели бы тебя сюда, если бы у вас было место, которое можно назвать домом.

— Это действительно был не мой выбор, — Флиттер покачал головой. — Другая королева-чейнджлинг вторглась в Кантерлот и, по-видимому, собиралась захватить всех жителей. Меня выкинуло из города мощным заклинанием щита, которое пони использовали для контратаки. Оно же разрушило мою маскировку.

Глаза Морфозай распахнулись:

— Еще одна королева? Которая выставила всю нашу расу врагами пони? Это очень плохая новость!

Жеребец покачал головой:

— Я даже не понимаю, чего они добивались. Как можно получить любовь, сначала внушив ужас?

Королева взглянула на него с болезненным выражением мордочки:

— Вообще-то, способ существует. Это против всех древних правил и против самого здравого смысла, но отчаявшаяся королева могла попытаться, — Морфозай сделала паузу, обсуждаемый вопрос ей явно не нравился. — Это называется Вечный Сон.

— Что это такое? — нахмурился Флиттер.

— У нас, чейнджлингов, есть власть влиять на разум других существ, — ответила королева, в основном, как пояснение для Морнинг Рэйн. — Вечный Сон это нечто похожее, но для большого количество пони разом. Их усыпляют, а сны связывают друг с другом, так что пони продолжают жить в этом сне, служа источником пищи для улья1.

— Ну... звучит довольно милосердно, учитывая обстоятельства, — пробормотала пегаска.

Королева покачала головой и вздохнула:

— Это отчаянный шаг. Тупик. В спящих пони можно поддерживать жизнь, но жеребят родить они не смогут. Во сне им никогда не увидеть другого пони, который не связан этим заклинанием и даже во сне они никогда не смогут иметь детей, потому что даже королева чейнджлингов не может убедительно играть роли нескольких поддельных пони.

Она взглянула на пегаску глазами полными печали:

— Это не милосердие ни для одной из сторон. Те, кто находится внутри сна, в конце концов заметят недостатки иллюзии, и когда они поймут, что попали в поддельный мир, то медленно сойдут с ума. Любовь превратится в ужас, и пока королева будет пребывать в трансе, поддерживая заклинание, ее подданные начнут слабеть, а потом гибнуть или разбегаться, оставляя спящих пони умирать от голода.

— Это просто ужасно! — воскликнула Морнинг Рэйн, отступая назад. Она прижалась к мужу в поисках поддержки.

— Именно, — Морфозай кивнула. — Но даже сейчас, когда подобное предотвращено, единороги по всей Эквестрии начнут применять заклинания по распознаванию чейнджлингов. Действия этой безумной королевы подвергли опасности всех нас.

Она серьезно посмотрела на гостей улья:

— Я должна предупредить моих маленьких чейнджлингов, что на них открыт сезон охоты. К счастью, ты передал мне эту огромную силу. Я использую твой дар, чтобы призвать всех своих детей, и он же поможет нам просуществовать долгие месяцы.

Королева взглянула на тоннель, из которого они впервые попали в тронный зал, а затем оглянулась на чейнджлинга и пегаску:

— А что вы собираетесь делать? — она посмотрела на Флиттера. — Ты не можешь вернуться туда, где на тебя будут охотятся.

— Я должен, — ответил жеребец. — Мне нужно увидеться с сыном.

— Твоим сыном? — спросила королева с явным замешательством.

— Я его вырастил, — решительно заявил Флиттер. — Это делает его моим сыном.

Морфозай нахмурилась, но промолчала и через какое-то время кивнула:

— Вы все равно должны остаться на ночь. После захода солнца Вечнодикий лес слишком опасное место даже для чейнджлинга. Я сомневаюсь, что после двадцати лет отсутствия, твой дом еще цел, но найти пару свободных труда не составит.

Жеребец обеспокоенно посмотрел на Морнинг Рэйн:

— Чем дольше мы здесь пробудем, тем выше шанс, что новости из Кантерлота дойдут до Тротсборо.

Пегаска покачала головой:

— По любому об этом всем уже писали в утренних газетах. Все ждали новостей о свадьбе. Так что все уже всё знают.

— А ты не возражаешь, чтобы... переночевать тут? — нерешительно поинтересовался Флиттер.

— Почему бы и нет? — Морнинг Рэйн улыбнулась. — Ты жил по-моему двадцать лет... Давай глянем, что значит жить по-твоему.

* * * * *

Морнинг Рэйн проснулась от раздражающего жужжания. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что это не у нее в голове, а снаружи той бумажной конструкции, в которой они провели ночь. Несмотря на свою легкость, стены были очень прочными, но звуконепроницаемостью похвастать не могли. Высунув заспанную мордашку из шестиугольного входа, пегаска увидела по крайней мере две дюжины чейнджлингов, шарахающихся вокруг. Часть из них приземлилась выше или ниже их позаимствованного жилища, часть просто парила в воздухе перед входом. Как и вчера, некоторые из них скопировали форму Морнинг Рэйн, как только заметили ее. И все они подарили ей счастливую копию ее самой лучшей улыбки.

— Чего они все делают? — спросила пегаска, протирая глаза ото сна.

Позади раздался смешок:

— Кормятся, конечно же, — Флиттер подошел к ней и нежно обнюхал шею. — Даже я способен порождать любовь. Это же место просто пропитано ей.

Морнинг Рэйн покраснела, вспомнив предыдущую ночь. Извлечение королевой сохраненной Флиттером любви, оставило чейнджлинга несколько более возбужденным, чем он продемонстрировал в тронном зале. Теплые тона земли их временного жилища, как оказалось, создавали очень интимную атмосферу. Новость о том, что у них могут быть общие дети, вероятно, тоже оказала влияние.

— Пропитано. Верно, — пегаска бросила на мужа неловкий взгляд. — Немного странно знать, что они питаются нашей близостью.

— Не беспокойся. Я собрал достаточно любви для нашего маленького проекта, — усмехнулся жеребец. — Но ты должна понимать, что эмоции очень похожи на запахи... независимо от того, как много ты вдохнул, вокруг тебя все равно все так же будет пахнуть.

Неудивительно, что напоминание о том, что все вокруг до сих пор благоухает их ночью страсти, не помогло Монинг Рэйн справиться со смущением.


Глава 4: Отец и сын

— Итак, — произнесла Морнинг Рэйн. — Пять лет? Серьезно?

— Да, — Флиттер вздохнул. — Мне было пять лет, когда я встретил тебя. И хватит думать обо мне с точки зрения понячьего возраста. Пожалуйста.

Они пробирались через Вечнодикий лес, пытаясь найти хоть какие-то признаки цивилизации и сориентироваться. Хотя у чейнджлинга не возникло ни малейших проблем с поиском своего улья, об обратной задаче подобного сказать было нельзя. Парочка неторопливо летела сквозь лес, направляясь примерно в сторону, где, как они предполагали, должен был находиться Тростборо.

— Кстати, — пегаска покачала головой. — Мне скоро сорок, а тебе всего двадцать пять! Ты куда ближе по возрасту к Блюпринту, чем ко мне.

— Тебя это так сильно беспокоит?

— Да, нет, — ответила кобыла. — Это просто... странно думать об этом.

— Тогда не думай.

Морнинг Рэйн пожала плечами и взглянула вперед. Казалось, они наконец-то выбрались из леса.

— Ну... и где это мы? — спросил чейнджлинг.

Пегаска огляделась и заметила вдали яблони:

— Это ферма “Сладкое яблочко”. Мы вышли почти к Понивиллю.

— Отлично! — Флиттер улыбнулся. — Если мы пойдем по опушке, то найдем дорогу в Тротсборо.

* * * * *

— И что нам теперь делать? — спросил Флиттер.

Представить худший день для посещения Тротсборо было сложно. Ярмарка. Единственный день в неделю, когда все пони весь день были на улице, а не занимались разнообразными делами у себя дома. Парочка рассматривала деревню с соседнего холма, а чейнджлинг дополнительно спрятался за удобно расположенным деревом.

— Ты можешь замаскироваться, — заявила Морнинг Рэйн, закатывая глаза.

— В таком городишке, как этот? — Флиттер вздохнул и покачал головой. — Нет, нет и нет. Во-первых, это означает, что мне придется скопировать кого-нибудь, кого вероятно знает весь город. Во-вторых, они увидят, что этот кто-то ходит с кобылой, с которой у него нет никаких отношений. Я бы предпочел просто навестить сына, а не устраивая скандал на весь город или еще каких ненужных драм.

— Тогда... стань мной? — предложила пегаска.

— ...чего? — удивленно моргнул чейнджлинг.

— Ты же можешь превратиться в кобылу?

— Да, конечно, но...

— Тогда все вообще элементарно. Просто будет две меня.

— Слушай, — Флиттер покачал головой, — даже не касаясь вопроса о том, как мне некомфортно было бы превращаться в тебя... насколько я припоминаю, сестры-близнеца у тебя все равно нет.

— Смотри... Я улечу на другой конец города, убедившись, что меня никто не увидит. Ты идешь отсюда, я иду оттуда, мы оба прикидываемся мной, и оба идем к дому Блюпринта. Если мы будем действовать шустро, то никто даже и не заметит, что на ярмарке было две меня одновременно.

Чейнджлинг застонал:

— Это полнейшая авантюра и как раз в твоем духе! Кто-нибудь мог запомнить нас с предыдущих визитов. Что мне делать, если со мной кто-то заговорит?

— Чутка потрындеть и идти дальше? — Морнинг Рэйн ухмыльнулась. — Ты хочешь сказать, что после двадцати лет брака ты не сможешь выдать себя за свою любимую женушку?

— Ох, ладно, — Флиттер заглянул в глаза пегаске. — Для протокола... Мне этот план абсолютно не нравится.

— Принято. Но, что-то я не вижу, чтобы ты предлагал что-то получше.

— Что есть, то есть, — уныло заметил чейнджлинг.

Наступила тишина..

— Ну? — спросила кобыла, наклонив голову. — Давай, я готова.

— Рэйни, солнышко... ты не представляешь, как мне неловко от всего этого. Я никогда раньше не был кобылой.

— Опять же, принято, — ухмыльнулась пегаска. — Хватит думать, превращайся давай. Мы не можем тратить на это весь день.

Флиттер вздохнул, и стена зеленого пламени скрыла его тело. Когда пламя опало, на его месте стояла мятно-розовая кобыла-пегас.

— Ух ты, — сказала Морнинг Рэйн. — Ты как сестра-близнец, которой у меня никогда не было!

У второй Морнинг Рэйн дернулся глаз:

— ...ты не представляешь, как это неловко.

* * * * *

Если отбросить вопросы комфорта, то проникновение в город прошло довольно гладко. Флиттер выждал около двадцати минут, чтобы дать Морнинг Рэйн время добраться до другой стороны города, в надежде оказаться у дома Блюпринта примерно в одно и тоже время, а затем смешался с оживленной ярмарочной толпой. К счастью, дом их сына находился практически в центре города.

— Морнинг Рэйн! — раздался голос позади. — Это ты? Сколько лет, сколько зим!

Флиттер подавил стон и посмотрел на молодую кобылу. По крайней мере, он знал, кто она такая:

— Привет, Саншайн! — бодро произнес он, голосом своей жены. — Я тут, чтобы сына навестить.

— Да, я так и решила, — кобыла кивнула с дружелюбной улыбкой. — Ты слыхала об этом ужасе в Кантерлоте?

— А-ага... мы прям в центре этой заварушки оказались. Жуть просто. Хорошо, что Шайнинг Армор их всех вышвырнул вон, да? — Флиттер продолжил улыбаться. — Мы уехали сразу после всего этого.

— О! Свифт Стар тоже здесь?

Чейнджлинг мысленно пнул себя. Идиот!

— Эм-м-м, нет. Он решил сделать крюк через Понивилль. Мы... — импровизируй, Дискорд тебя дери! —...планировали сюрприз для Блюпринта и он решил проверить, не там ли Пинки Пай. Я лично сомневаюсь, так как все Носители Элементов были на свадьбе, но ты же знаешь Свифт Стара, он как упрется рогом...

* * * * *

Тем временем на другом конце города Морнинг Рэйн оказалась в похожей ситуации.

— О нет, все в порядке со Свифтом. Он просто решил не пропускать свадебную вечеринку.

— Так ты, че, одна сюда добралась? — произнес коричневый жеребец-земнопони. Он выглядел впечатленным. — Со всей этой кучей чейнджлингов, которые невесть куды делись! Я б в одиночку, вааще не осмелился куды пойти!

Пегаска чувствовала себя довольно некомфортно. Жеребец, по-видимому, был хорошим другом сына, но она его не знала. Кобыла вспомнила, что он помогал Блю переносить вещи в новый дом, но на этом вся информация и закончилась.

— Хе-хе, это не проблема. Я ни одного не видела!

— Дык, этож, миссис Рэйн, как жеж их увидишь-то? Ты смотришь на пони, а он, может, и не-пони!

— Ох, вот только в паранойю впадать не надо, — ответила пегаска. Ей нужно было заканчивать этот разговор, и у нее была довольно хорошая идея, как это сделать. — С таким отношением, ты можешь обвинить кого угодно в том, что он чейнджлинг, только потому, что давно его не видел.

Жеребец удивленно моргнул:

— Ох! — воскликнул он. — Я ниче такого не имел в виду! Простите, мэм.

— Ну, мне действительно пора идти к Блюпринту...

— Я првожу! — улыбаясь, предложил жеребец.

Пегаска вздернула бровь:

— Я и так прекрасно знаю, где живет мой собственный сын, — она кивнула на листок бумаги, торчавший из седельной сумки земнопони. — Тебе лучше закончить со списком покупок, пока все не позакрывались. У меня для Блю... довольно серьезные новости, понятно? И это только семейное дело.

— О. Ясно, — серьезно кивнул жеребец. — Желаю удачи, мэм.

Морнинг Рэйн вежливо кивнула ему и направилась дальше.

* * * * *

Флиттер добрался до дома первым. Он мысленно выругался. Чейнджлинг понятия не имел, что сказать сыну, особенно, когда он выглядел как Морнинг Рэйн. Тем не менее, выбора не было. С улицы надо было убраться до того, как сюда доберется пегаска.

Он постучал в дверь, невольно задержав дыхание. Будучи чейнджлингом, он почувствовал легкое любопытство своего сына, проникающее через дверь, задолго до того, как он открыл ее.

Блюпринт распахнул дверь, и его морда засветилась радостью:

— Мама! Какой чудесный сюрприз! Я думал, ты сейчас на свадьбе!

— Ох нет, там сейчас слишком много народу, — ответил Флиттер, заходя внутрь и закрывая за собой дверь. — Все эти шумные вечеринки и все такое. Поэтому мы решили приехать сюда!

Чейнджлинг заметил, что опять мелет вздор, но ничего не мог с собой поделать.

Блюпринт бросил на “нее” обеспокоенный взгляд:

— Ты в порядке?

Он, кажется, не заметил, что Флиттер снова ошибся, сказав "мы".

— Даже не спрашивай, — чейнджлинг вздохнул. — Напряженное путешествие.

“По крайней мере, последняя часть”, — добавил он мысленно.

Стук в дверь заставил его замереть. Это был момент, которого он боялся. Прежде чем сын успел среагировать, Флиттер приоткрыл дверь и, убедившись, что это действительно Морнинг Рэйн, быстро втащил ее внутрь и захлопнул дверь.

Блюпринт посмотрел на две одинаковые копии своей матери и удивленно моргнул.

— Пожалуйста, сохраняй спокойствие! — Флиттер почти кричал на него. Чейнджлинг перевел взгляд на жену. — О богини, это, должно быть, выглядит крайне странно.

Блюпринт медленно отступал назад:

— Вы, ребята, чейнджлинги. Я читал о вас в газете. В Кантерлоте...

Морнинг Рэйн покачала головой:

— Погоди, все не так просто.

Флиттер вздохнул:

— А я говорил. Авантюра. Полнейшая.

Пегаска бросила на него сердитый взгляд:

— Ну, тем не менее мы сюда добрались, не так ли? — закричала она. — Я не припоминаю, чтобы ты придумал что-нибудь путное!

— Мы могли хотя бы подождать, пока ярмарка закроется! — Флиттер отступил назад.

— Вот спасибо! — зарычала в ответ Морнинг Рэйн. — Полчаса назад это предложение было бы полезным!

— Ты вечно куда-то торопишься, — со вздохом сказал Флиттер. — Это же не твой круп на кону. Тебе, может, и все равно, а мне не хочется, чтобы меня гнала толпа с факелами и вилами!

Блюпринт замер и нахмурился. Разговор принимал ужасно знакомый оборот.

— Да это даже не фермерская деревушка! — пегаска закатила глаза. — Сомневаюсь, что у кого-то здесь есть вилы.

— Вот, ты опять за свое! Начинаешь спорить о бесполезных мелочах, вместо того, чтобы признать свою неправоту!

Блюпринт уставился на Флиттера с озадаченным выражением морды:

— ...папа?

Однако две спорящих кобылы совершенно перестали обращать на него внимание.

— А вот и нет! — заявила настоящая Морнинг Рэйн. — Не надо грести все деревеньки под одну гребенку! Серьезно! Ты ведешь себя так, словно Хэйтэйл — единственная в стране деревня, которую ты ви...

Морнинг Рэйн замолчала и моргнула, когда поняла, что Флиттер действительно никогда не видел никаких других деревень, кроме той, в которой они тогда жили. У него не было воспоминаний Свифт Стара, и он редко покидал Кантерлот с тех пор, как они туда переехали.

— Ой. Точно, — пробормотала она. — Так и есть.

Следующее, что она поняла, было то, что они полностью забыли о Блюпринте, который, смотрел на них со знакомым скучающим выражением на морде.

— Вот именно из-за этого я и съехал, чтоб вы знали, — категорично заявил он. — А теперь объясните мне, пожалуйста, почему мой отец выглядит как кобыла?

Флиттер и Морнинг Рэйн обменялись обеспокоенными взглядами, прежде чем обернуться к сыну.

— Тут такое дело, — начал Флиттер, — если коротко, то эта заварушка в Кантерлоте серьезно подпортила нам жизнь. Я действительно чейнджлинг, и я прожил в Кантерлоте двадцать лет без каких-либо проблем. А теперь я утратил маскировочную форму.

Он взглянул на Морнинг Рэйн, вздохнул, и, наконец, трансформировался обратно. Когда зеленое пламя угасло, Флиттер снова выглядел как черный чейнджлинг.

Блюпринт нахмурился:

— Это же не какой-то розыгрыш с заклинанием трансформации уровня Старсвирла?

— Как будто я когда-нибудь смог бы сотворить подобное, — пробормотал Флиттер.

— Нет, сына, боюсь, что нет, — пегаска покачала головой. — Твой отец чейнджлинг, Блю.

Когда эта информация наконец дошла до него, глаза жеребца распахнулись:

— Н-но каким образом...

Флиттер посмотрел на него:

— В общем, один безответственный идиот бросил твою беременную маму, а потом убился в глуши. С тех пор я его подменяю.

— На самом деле ничего не изменилось, — произнесла Морнинг Рэйн. — Он по-прежнему твой отец.

— Ну, только не биологический, — добавил Флиттер.

Казалось, что Блюпринт, воспринял все это довольно легко, вероятно, потому, что он уже узнал своего отца, несмотря на то как тот выглядел. Он потер лоб копытом.

— Подожди. Значит, ты не Свифт Стар.

— Нет, — Флиттер покачал головой. — Он умер до твоего рождения. Ты никогда с ним не встречался.

— Так как же тебя зовут на самом деле?

Чейнджлинг нервно поглядел на сына:

— Э-э, ну-у... Флиттер.

— Это кобылье имя, — заметил жеребец, приподняв бровь.

— Как бы да, — проворчал чейнджлинг, — оно было у меня уже много лет, прежде чем я это понял. Я хочу заметить, что для чейнджлингов это вполне нормальное жеребцовое имя.

Блюпринт вздохнул:

— Знаешь, это как-то несправедливо, — сказал он, глядя на новую внешность отца. — Теперь из нас всех я единственный без крыльев.

— И тебя больше всего беспокоит именно это? — спросил чейнджлинг.

— Ну, я мало что могу с этим поделать, верно? В любом случае, подделать ругань моих родителей никто точно не смог бы.

— Вот тут ты прав. Твоя мама действительно сильно испугалась, вот и все, — заметил Флиттер. — Я всего лишь слегка... не в восторге.

Морнинг Рэйн закатила глаза:

— В свою защиту могу сказать, что в тот момент за нами гналась целая армия чейнджлингов.

Разговор прервал громкий стук в дверь.

— Блюпринт! — раздался грохочущий голос. — У тебя дома чейнджлинги!

— Борода дискордова! — выругалась пегаска. — Как они догадались?

— Уф, — пробормотал чейнджлинг. — Они, должно быть, друг с другом поговорили. Я вроде как паникую.

Блюпринт взглянул на них:

— Идите через сад! — прошипел он. — Я его задержу.

Парочка кивнула и выбежала через заднюю дверь в сад. Попав туда, Флиттер взглянул на целую толпу, собравшуюся перед домом.

— Что я тебе говорил? — окликнул он Морнинг Рэйн. — Вилы.

— Просто беги! — прошипела пегаска и побежала дальше. Флиттер последовал за ней.

— Эй, они тут! — закричал кто-то.

Морнинг Рэйн еще раз выругалась, в этот раз упомянув такие подробности анатомии Дискорда, что пораженный чейнджлинг удивленно поднял бровь.

— Сюда! — рявкнула она, затаскивая мужа в темный переулок. Они видели,  что большая часть толпы промчалась мимо. Пони действительно несли вилы, и, несмотря на то, что день был в самом разгаре, факелы.

К сожалению, оставшаяся часть толпы была куда медленнее и внимательнее к деталям.

— Они здесь, в переулке! — закричал кто-то. Флиттер и Морнинг Рэйн услышали, как шум позади них усилился, когда вся толпа попыталась втиснуться в узость переулка.

Он вывел их на более широкую улицу, один из концов которой уже был заблокирован пони, которые были немного умнее и смогли предположить, где они появятся. Пегаска вцепилась в копыто мужа мертвой хваткой и потащила его в другую сторону.

— СТОЙ! — заорал Флиттер. Он выдернул ногу из хватки Морнинг Рэйн, встал посреди дороги и оглянулся на пегаску. — Это продолжается и так  достаточно долго.

Толпа осторожно приблизилась к нему, демонстрируя растерянность. Они просто собирались выгнать его из города, но когда этот план внезапно провалился, то никто не знал, что делать дальше.

Чейнджлинг подошел к ближайшей пони в толпе — земной кобыле с вилами во рту.

— Чего? — спросил Флиттер.

Кобыла удивленно моргнула, попыталась что-то сказать и решила, что лучше всего сначала выплюнуть вилы.

— Эм-м-м, — сказала она наконец, — ты же чейнджлинг. Верно?

Флиттер снова пожалел, что у него нет глаз, которые можно было бы закатить:

— Как мило, что ты заметила. Чего ты от меня хочешь?

Кобыла посмотрела на пони вокруг. Они ободряюще кивнули ей, но никто не  проронил ни слова.

— Выгнать тебя из города? — кобыла неуверенно улыбнулась.

Флиттер махнул копытом на дорогу позади себя:

— Это дорога на Сэдлбрайт, правильно?

Кобыла моргнула и наклонила голову, чтобы посмотреть мимо чейнджлинга на дорогу:

— Эм-м-м, да. Вроде как...

— Значит, вы не просто хотели выгнать меня из города, а хотели загнать меня в другой. Думаешь жители Сэдлбрайта скажут вам спасибо, за то что вы загнали чейнджлинга к ним в город?

Неуверенная улыбка кобылы сменилась выражением общего дискомфорта:

— Нет?

— Тогда, скажи, пожалуйста, почему вы меня преследуете?

— Потому что... ты чейнджлинг?

Флиттер презрительно посмотрел на нее:

— Да, я чейнджлинг. Поздравляю. Хочешь приз за проницательность? А теперь прекратите нести чепуху и ведите меня в участок стражи. Мне это кажется гораздо лучшим вариантом, чем ваша жалкая пародия на толпу линчевателей.

— А у нас нет участка, — заметил какой-то пони из толпы.

— Ага. У нас почти нет преступлений. Все друг друга знают, — добавил другой.

— Участки для больших городов, — сказал еще кто-то.

— А-а-а-а! — Флиттер заорал от разочарования. — Что же должен сделать пони в ваших краях, чтобы его арестовали?

— Эм-м-м... ты не пони, — заметила стоящая впереди кобыла.

— Благодарю! А то я не приметил! — Флиттер пронзил ее свирепым взглядом. — Кстати, где ты вообще взяла эти вилы?

— Что? — кобыла была явно застигнута врасплох внезапной сменой темы. — Я работаю в транспортной компании. Мы используем их для разгрузки секов с тюном... ... ох, тюков с сеном, я имею в виду.

Флиттер оглянулся на Морнинг Рэйн:

— Ну, по крайней мере одна загадка решена.

— Я извиняюся, — произнес коричневый жеребец, с которым Морнинг Рэйн встретилась утром, — чей-то ты хочешь, штоб тя арестовали?

Флиттер бросил на него бесстрастный взгляд:

— Я извиняюсь, но зачем вы меня преследуете? По-видимому, я сделал что-то не так, и поэтому я предпочел бы, чтобы Верховный Суд Эквестрии определил, в чем именно я виновен, и каково мое наказанье.

— Прально. Эм-м-м, очевидно, шо ты выдавал сбя за нее, — жеребец ткнул копытом в сторону Морнинг Рэйн.

— Это она предложила! — заявил чейнджлинг раздраженно. — И я ей сразу сказал, что это ужасная идея!

— Првда? — жеребец посмотрел на пегаску.

— О да. Абсолютно ужасная, — повторил Флиттер невозмутимо.

Морнинг Рэйн вздохнула и пошла к мужу:

— Ну, я не хотела поднимать шум. Так казалось лучше, чем просто прийти сюда.

— Но ты напал на Кантерлот, — раздался другой голос.

— Нет,  не нападал, — ответил чейнджлинг со скучающим выражением морды.

— Нет, не нападал, — подтвердила пегаска. — Он был со мной весь день. Единственные, на кого он напал, были те вторгшиеся чейнджлинги.

— Это кстати была явная самооборона, — добавил Флиттер.

— Это точно. Они напали на нас первыми, — Морнинг Рэйн, кивнула в знак согласия.

— Я, конечно, раньше так не выглядел. Некоторые из вас могут знать меня как Свифт Стара, — он осмотрел толпу и взглянул на жену. — Мне уже надоело объяснять это все. Сейчас какой уже раз? Четвертый?

— Ну, Морфозай в объяснениях не нуждалась, — заметила пегаска.

— А точно-точно, — задумчиво произнес Флиттер. — Тогда в третий раз. Короче, с объяснениями я закончил.

— Ну... и чего теперь? — спросила стоящая самой первой кобыла.

— Теперь, — голос Блюпринта раздался из глубины толпы, — вы перестанете приставать к моему отцу, и они оба переночуют у меня.

Толпа расступилась, пропуская голубого единорога.

— Всех все устраивает? — спросил он строгим голосом.

Из толпы, которая почему-то больше не казалась толпой, и растеряла всю свою движущую силу, послышались утвердительные голоса. Когда троица направилась к дому Блюпринта, жители медленно разошлись.

— Ну, — спросил единорог, когда они подошли к дому. — Что ты собираешься делать?

— Этот цирк продолжается уже достаточно долго, — проворчал Флиттер. — Знаешь, я говорил серьезно. Если ничего не делать, то такое будет в каждом городе. Нет уж, хватит. Утром, первым делом я отправлюсь в участок стражи и сдамся властям. Пусть суд со мной разбирается. Это единственный способ решить все раз и навсегда.

Блюпринт покачал головой:

— Но поблизости действительно нет ни одного города с участком... Единственное, что не сильно далеко... хотя нет. Думаю, это плохая идея.

— Чего? — спросил чейнджлинг. — Просто скажи мне.

— Ну... Понивилль. Все знают, что Твайлайт Спаркл близко общается с принцессой. И она уже должна была вернуться со свадьбы.

Флиттер остановился и удивленно моргнул. Этот суд был на несколько инстанций выше того, на который он рассчитывал.

— А-а-а, да какого сена, почему бы и нет, — проворчал он и вошел в дом.

Глава 5: Ученица и чудовище

Когда Флиттер и Морнинг Рэйн вошли в Понивилль, то стало очевидно, что просто отправиться в город безо всякой маскировки было куда лучшей идеей, чем любой “хитрый план”, который они могли измыслить. На них, естественно, бросали удивленные взгляды, но никто за факелами и вилами не кидался.

Конечно, парочка прекрасно знала, что Понивилль в последние несколько лет буквально притягивал разные необычности. Так что жители, видимо,  просто привыкли и не обращали внимания на всякие странности.

Как, например, странная розовая штука, которая в данный момент преградила им путь и явно демонстрировала серьезные внутренние терзания.

Чейнджлинг с пегаской смотрели на Пинки Пай, гадая, чего же она хочет.

— Да? — наконец спросил Флиттер.

Пинки задумчиво потерла подбородок копытом:

— Можно мне... устроить тебе приветственную вечеринку? — спросила земнопони с неуверенным выражением на мордочке. — Я никогда раньше не устраивала вечеринок для чейнджлингов.

Внезапно она нахмурилась:

— А вдруг чейнджлинги не любят вечеринки? Или, может быть, ты не хочешь, чтобы все знали, что ты тут. Хотя нет, это глупо. Ты же чейнджлинг. Тогда ты бы замаскировался. Да?

Морнинг Рэйн и Флиттер удивленно моргнули.

— Ну-у-у-у, так... можно? — мордочка Пинки расцвела огромной умоляющей улыбкой.

— Пожалуй, не стоит, — пегаска дружелюбно улыбнулась земнопони. — Мы просто проходили мимо.

Пинки немного сдулась:

— О. Ну ладно, — она немедленно оживилась снова, и внезапно ее улыбка оказалась прямо на перед носом чейнджлинга. — Эй! Превратись в меня!

Флиттер отшатнулся со смесью удивления и страха:

— Нет. Просто... нет.

— Оу-у, — мордочка Пинки погрустнела. Но земнопони сразу же вновь оживилась. — Ну, и куда вы идете?

— Вообще-то мы ищем Твайлайт Спаркл, — чейнджлинг взглянул на розовую пони. — Надеемся, что она сможет помочь нам кое в чем.

Пинки пристально посмотрела на него.

— Хм-м-м, — серьезно кивнула земнопони. Каким-то непостижимым образом она сотворила монокль и курительную трубку с мыльными пузырями. — Дай-ка угадаю. Ты не можешь превращаться. Действительно, серьезный недуг для чейнджлинга! Не беспокойся, доктор Спаркл вам поможет, она самый могучий волшебник в городе!

Флиттер потер лоб копытом:

— Нет, я прекрасно могу превращаться.

— Тогда почему ты не превратился в меня-я-я-я? — застонала Пинки, взглянув на чейнджлинга грустным-прегрустным взглядом.

Морнинг Рэйн решила, что эти глупости продолжаются уже достаточно долго:

— Послушай, Пинки, ему просто не нравится менять пол. Вот и все. Теперь нам и правда нужно поговорить с Твайлайт.

— Ох. Да, в этом есть смысл. Наверное. Смена пола, должно быть, довольно странная штука, — земнопони указала на дом в форме дерева позади себя. — Твайлайт живет прямо тут!

Пегаска улыбнулась ей и кивнула:

— Мы знаем.

Розовое препятствие, наконец, освободило дорогу, бормоча что-то о том, каково это быть жеребцом, и с любопытством заглядывая себе между ног. Флиттер вздрогнул, когда они подошли к библиотечному дереву.

* * * * *

Твайлайт Спаркл, услышав стук в дверь, подняла глаза от книги:

— Спайк, не мог бы ты открыть? — спросила она своего помощника номер один.

Маленький дракон насмешливо козырнул единорожке:

— Конечно, могу!

Секундой спустя Твайлайт услышала испуганный крик и увидела, как фиолетово-зеленое пятно пронеслось мимо нее и усвистало вверх по лестнице.

— Они вернулись! — закричал Спайк, прежде чем скрыться в спальне и захлопнуть за собой дверь.

— Здравствуй, ты, должно быть, Спайк, — сказал Флиттер пустому воздуху. — Какая честь познакомиться с помощником номер один лучшей ученицы Принцессы Селестии.

Он посмотрел на Твайлайт Спаркл, которая сидела чуть дальше в библиотеке.

— Во всяком случае, именно это я хотел ему сказать, — чейнджлинг посмотрел на лестницу, где исчез молодой дракончик. — Кроме того, не очень-то вежливо с его стороны захлопывать за собой дверь.

— Ты... — начала единорожка, но Флиттер прервал ее.

— Ой, хватит. Изо всех пони, от тебя я меньше всего ожидал этой “констатации очевидного”. Это уже становится не смешно.

Твайлайт удивленно моргнула:

— Верно. Извиняюсь.

Морнинг Рэйн показалась в дверях рядом с Флиттером и взглянула на него.

— Я же говорила, что лучше мне идти первой, — пегаска перевела взгляд на Твайлайт. — Мы можем войти?

— Ну... наверное? Кто вы такие?

— Меня зовут Морнинг Рэйн, — представилась пегаска. — А это мой муж Флиттер.

Они вошли в библиотеку и закрыли за собой дверь.

— Флиттер? — повторила единорожка. — Это кобылье имя.

— Ар-р-р! — зарычал жеребец и бросил на нее раздраженный взгляд. — Не у чейнджлингов!

— Э-э-э, ладно, — Твайлайт неуверенно поежилась. — Я поверю тебе на слово.

— В любом случае, — продолжил Флиттер. — Недавно меня преследовала целая толпа с факелами и вилами, и этот опыт был достаточно нервирующим. Поскольку они не удосужились арестовать меня за что-нибудь, я решил сам разобраться с этим, используя официальные каналы, и закрыть вопрос с этим безумием раз и навсегда.

— Продолжай, — Твайлайт нахмурилась.

— Я хочу сдаться и доказать свою невиновность в суде, — произнес жеребец. — Единственная проблема в том, что ни в одном городке поблизости нет участка стражи.

— Невиновность? — переспросила единорожка. — А-а-а... что насчет вторжения?

— Ты правда думаешь, что я пришел бы сюда за помощью, если бы был в этом замешан? Единственное, в чем я меня можно обвинить, так это в том, что я двадцать лет выдавал себя за пони, который убил сам себя, несмотря на все мои усилия. Но я готов рискнуть и разобраться с этим обвинением.

Твайлайт  покачала головой и продолжила хмуриться:

— А почему тогда ты снял маскировку?

— Будто у меня был выбор! Вот только что мы с женой обедали у Донат Джо и болтали с хозяином, а в следующую секунду меня выкинуло из Кантерлота заклинанием твоего братца и лишило маскировки, под которой я ходил последние двадцать лет! — Флиттер нахмурился, когда понял как это прозвучало. — В смысле, я, конечно же, не обвиняю его в том, что он всех спас.

— И... ты не можешь превратиться обратно?

— Маскировка чейнджлингов копирует ауру пони, — ответил жеребец. — Что довольно затруднительно сделать с тем, кто умер двадцать лет назад.

Твайлайт кивнула. Она, наконец, разобралась в ситуации.

— Так для чего вам нужна именно я?

Она обошла жеребца кругом, с интересом рассматривая особенности строения чейнджлинга.

— Хочу заметить, что крайне интересно наблюдать за кем-то из вашего вида вблизи, без опаски получить копытом в лоб, и мне хотелось бы взглянуть поближе. Строение крыла выглядит просто невероятно любо... — на редкость суровый взгляд Морнинг Рэйн заставил единорожку замереть. — Ладно, не обращайте внимания! В любом случае, почему именно я?

— Ну, — произнес Флиттер, — я надеялся, что ты сможешь сообщить принцессе о “подозрительной активности местных чейнджлингов”.

— Чтобы тебя арестовали, — закончила Твайлайт, явно не убежденная, что это хорошая идея.

— Я просто хочу жить по-старому. И у меня это не получится, пока все будут считать меня врагом.

Твайлайт покачала головой:

— Я сильно сомневаюсь, что подобный способ тут поможет. Но, наверное, будет лучше, если вы сначала расскажете мне всю историю. Принятие решений на основе неполной информации, как правило, вызывает неловкое недопонимание и нелепые ситуации.

— Прозвучало так, словно это был личный опыт, — пегаска подняла бровь.

— Вы даже не представляете, — единорожка улыбнулась.

— Вообще-то, — заметил Флиттер, — по дороге сюда мы встретили Пинки Пай. Так что вполне представляем.

Твайлайт засмеялась:

— Могу себе вообразить, — она подхватила магией перо и бумагу. — В общем — рассказывайте.

* * * * *

Твайлайт Спаркл подняла бровь:

— Так подождите. Значит ли это, что в Вечнодиком лесу есть улей чейнджлингов?

Флиттер и Морнинг Рэйн неуверенно переглянулись. Они тщательно пытались скрыть в своем рассказе все упоминания об улье Флиттера, но такой умной единорожке потребовалось удивительно мало информации, чтобы распознать это.

— Эм-м-м, да, — смущенно ответил Флиттер. — Вообще-то, мы только что там побывали.

Твайлайт кивнула и еще что-то нацарапала в блокноте:

— И они следуют этим... Старым Обычаям? — спросила она, не поднимая глаз.

— Я выучил их именно там, — ответил жеребец. — Похоже, тебя не слишком беспокоит, что рядом с городом есть улей чейнджлингов.

Единорожка пожала плечами и подняла глаза:

— Мы и так знали, что в Вечнодиком лесу полно различных опасностей. Я правда ожидала, что вторгшиеся чейнджлинги пришли именно оттуда, но более тщательные исследования показали, что они, скорее всего, прибыли из Бесплодных земель.

— Да? — удивленно спросила Морнинг Рэйн. — И как ты это выяснила?

— Изгоняющее заклинание Каденс и Шайнинга было придумано буквально мгновенно, и я опасалась, что оно просто вышвырнуло чейнджлингов из Кантерлота, раскидав по всей Эквестрии. Поэтому я решила уточнить этот вопрос. Оказалось, что целью заклинания было "отправить всех чейнджлингов туда, откуда они пришли". Оставалось только опросить свидетелей и приблизительно просчитать траекторию.

Флиттер моргнул:

— Так вот почему меня унесло обратно в эти проклятущие ущелья.

— Очень на то похоже, — кивнула Твайлайт, — ведь именно там ты решил присоединиться к обществу пони, в конце-то концов.

— Ну... — спросила Морнинг Рэйн. — И что теперь?

— Этот улей, — проворчала единорожка. — Мне любопытно. Что вы там делали?

— Э-э-э... чейнджлингские дела, — ответил Флиттер. — Ну, семейные. Отчасти. Сейчас это не важно.

Он быстро переглянулся с пегаской:

— Но королева улья боится, что на ее подданных будут охотиться. Скорее всего таких же как я — ведущих жизнь пони, не причиняя никакого вреда.

— Погоди... — Морнинг Рэйн развернулась к мужу. — Если пони узнают об исследовании Твайлайт, то этого не произойдет. Если все будут знать, что всех чейнджлингов выкинуло обратно в Бесплодные земли, то и искать их не станут.

Пегаска развернулась к единорожке:

— Пожалуйста, скажи мне, что ты уже говорила кому-нибудь об этом.

Твайлайт неуверенно посмотрела на них:

— Э-э-э... Я закончила расчеты только сегодня утром. Большую часть вчерашнего дня я помогала наводить порядок после свадьбы брата.

При упоминании свадьбы Флиттер помрачнел. Он все никак не мог смириться с мыслью, что пропустил то, что, несомненно, станет событием года.

Поняв, о чем он думает, Морнинг Рэйн бросила на мужа осуждающий взгляд:

— Сосредоточься, Флиттер. Будут еще свадьбы.

— Но... — начал жеребец.

— Неминуемая угроза нависшая над всем твоим ульем? — оборвала его пегаска. — Я думаю, это несколько важнее, чем твоя мелочная обида из-за пропущенной свадьбы.

— Эх, — проворчал чейнджлинг. — Надо было позволить Пинки устроить мне эту вечеринку.

— А знаете, — произнесла Твайлайт, — может, это и не такая уж плохая идея. Я имею в виду, познакомить тебя со всеми, как раз все недоразумения разрешатся.

— Да, но мы вроде как живем в Кантерлоте, — заметил Флиттер.

— Только Пинки об этом не говорите! — единорожка выглядела несколько обеспокоенной. — Она воспримет это как вызов! А она как раз только что видела, что значит столичные вечеринки.

— Хорошо, — жеребец кивнул. — Надо дать бедному Кантерлоту шанс восстановиться.

— Я как раз больше беспокоюсь, что она пригласит всех жителей.

Морнинг Рэйн раздраженно посмотрела на них обоих:

— А теперь мы можем вернуться к теме неминуемой угрозы? — спросила она.

— Да-да. Я свяжусь с газетами и прослежу, чтобы информация была опубликована, — единорожка нахмурилась. — Хм... А как насчет того, чтобы ты дал им интервью? Это может...

Твайлайт так и не успела закончить фразу. В следующую секунду дверь библиотеки снесло ударом могучих копыт. В комнату ворвались пять королевских стражей-единорогов.

— Вон один! Хватайте его! — закричал капитан, кивая на Флиттера. — И проверьте остальных!

Троицу быстро скрутили и стражи-единороги скастовали заклинания на двух пони.

— Чисто, — произнес страж, удерживающий Твайлайт Спаркл.

— И эта тоже, — доложил тот, что схватил Морнинг Рэйн.

Капитан шагнул вперед и кивнул стражам, чтобы они отпустили пони.

— Прошу прощения, мисс Спаркл. Мы должны были убедиться. Ваш помощник отправил экстренное сообщение Принцессе Селестии о новой угрозе вторжения чейнджлингов.

Флиттер, все еще удерживаемый двумя единорогами, вновь не смог закатить глаза:

— Ага, потому что я жууууутко опасен, — проворчал он.

— Молчать! — заорал капитан и обернулся к Твайлайт, которая сурово смотрела вверх по лестнице.

— СПАЙК! — закричала единорожка. — Немедленно тащи сюда свой чешуйчатый хвост!

— Они ушли? — голос дракончика был еле различим из-за двери спальни.

Твайлайт потерла лоб копытом:

— Если ты имеешь в виду Королевских стражей — то нет, но я как раз собиралась отослать их.

— Прошу прощения? — капитан явно пребывал в некотором замешательстве. — Принцесса ждет снаружи!

Твайлайт Спаркл бросила на него озадаченный взгляд, который тут же скопировали ее гости:

— Она здесь?

Словно по команде, величественная крылатая единорог вошла в библиотеку.

— Да, — ответила она, улыбаясь, после чего взглянула на Флиттера, которого двое стражей все еще прижимали к полу. — А вот и упомянутая Спайком угроза вторжения чейнджлинга.

— Ах, мой гнусный план выдать себя за кого-то сорвался, — саркастически пробормотал жеребец. — Что же мне теперь делать?

— Флиттер! — в ужасе закричала Морнинг Рэйн. — Не усугубляй ситуацию!

К их удивлению, принцесса тихо рассмеялась:

— В городе, похоже, нет ни одного чейнджлинга, поэтому, подозреваю, что Спайк слишком бурно отреагировал, — она посмотрела на стражей, удерживающих Флиттера. — И, возможно, он не единственный, кто слишком бурно реагирует. Отпустите его, пожалуйста.

Единороги кивнули и отступили в сторону, оставив чейнджлинга валяться на полу.

Селестия подняла бровь:

— Не могли бы вы... помочь ему встать?

Стражи смущенно улыбнулись ей и помогли жеребцу подняться на копыта.

— Итак, — аликорн окинула чейнджлинга любопытным взглядом, — тебя зовут Флиттер?

Тот нервно кивнул:

— Да, ваше высочество.

Голос принцессы стал более серьезным:

— Я так понимаю, ты не связан с чейнджлингами, вторгшимися в мою столицу?

— О нет, ваше высочество, — ответил Флиттер. — Я просто обедал с женой, когда они напали.

Пегаска подошла к мужу и робко улыбнулась:

— Это я. Морнинг Рэйн. Приятно познакомиться, ваше Высочество.

Флиттер грустно улыбнулся пегаске:

— Мне же сейчас придется объяснить все это еще раз, да?

— Ну, Твайлайт делала записи, но... да. Боюсь, что да.

— Пятый раз за четыре дня... блин.

Однако, прежде чем он смог начать свое очередное повторение истории, их прервал скрип двери. Спайк наконец-то вышел из спальни и начал спускаться по лестнице.

— Эм-м-м, привет, Принцесса, — произнес он. Твайлайт сердито посмотрела на него.

— Спайк, — начала Селестия, — мне кажется, что ты задолжал кое-кому извинения. Не хорошо натравливать Королевских стражей на гостей Твайлайт.

— Ох, — удрученно пробормотал Спайк и посмотрел на единорожку. — Извини.

Твайлайт закатила глаза:

— Не мне, — она и махнула копытом в сторону Флиттера и Морнинг Рэйн. — Им!

— Но он же чейнджлинг! — закричал Спайк в ответ, указывая на жеребца сразу двумя лапками.

— Насколько я знаю, да, — сухо заметил Флиттер. — Мне это уже говорили несколько раз в последнее время.

— Ты кстати дракон, — парировала пегаска.

— Гм, — тихо произнесла Селестия, глядя на Спайка. Несмотря на то, что звук был едва слышен, в комнате немедленно воцарилась полная тишина.

Маленький дракончик вдруг понял, что пытается оспорить “просьбу” принцессы, и смущенно покраснел:

— Ой, — пробормотал он и взглянул на Флиттера. — Прости?

— Все в порядке, — ответил чейнджлинг. — В любом случае, это был наш план А. Мы просто надеялись придумать еще хоть какой-нибудь план Б.

— Вы хотели, чтобы тебя поймала Королевская стража? — с недоверием спросил Спайк.

— Да. Или устроить вечеринку, — ответил Флиттер. — Или дать интервью газетчикам. Мы еще не решили окончательно.

Внезапно в библиотеку ворвался один из стражей:

— Ваше высочество! — закричал он в крайнем волнении. — Армия чейнджлингов вышла из леса рядом с нашим лагерем!

— Да чтоб вас все демоны Тартара драли, — простонал Флиттер.

Принцесса Селестия посуровела и бросила на чейнджлинга свирепый взгляд:

— Что ты об этом знаешь?

Жеребец взглянул на лавандовую хозяйку библиотеки:

— Твайлайт? — произнес он, слегка напуганный гневом принцессы. — По-моему, сейчас самое время, чтобы поделиться с ней теми крохами информации, что ты обнаружила сегодня утром!

Единорожка вскинула голову:

— О! Точно! Похоже, что его улей находится в Вечнодиком лесу. И это не они напали на Кантерлот.

Селестия задумчиво глядела на свою ученицу:

— Посмотрим, — она коротко кивнула стражу. — Показывай дорогу.

Принцесса повернула голову к собравшимся пони, чейнджлингу и дракончику:

— Вы все следуйте за нами. Твайлайт, пожалуйста, расскажи мне все.

Единорожка кивнула:

— Одну минутку. У меня все записано, — она подхватила блокнот с историей Флиттера телекинезом.

— Этого будет достаточно, — Селестия перехватила блокнот своей магией и направилась к выходу из библиотеки.

Флиттер, увидев, что происходит на улице, от удивления чуть рот не раскрыл. Патрули Королевской стражи были везде, и внезапно до него дошло, что замечание Селестии о слишком бурной реакции относилось не к грубости стражей, а к ней самой. Принцесса привела в Понивилль целую армию.

Один из стражей направился к аликорну:

— Ваше высочество. Мы собрали остальных Носителей Элементов. Я счел разумным отправить их прямо в лагерь.

Селестия оторвалась от записей Твайлайт и одобрительно кивнула жеребцу:

— Хорошая мысль, — сказала она. — Идемте.

Когда они вышли из городка, Флиттер увидел палатки, установленные стражами на равнине между Понивиллем и Вечнодиким лесом. Подойдя еще ближе, он заметил черные фигуры, порхающие на опушке. Чейнджлинг нахмурился. Очевидно, что они даже не пытались прятаться.

Его глаза распахнулись, когда он полностью осознал происходящее.

— О нет, — пробормотал Флиттер, глядя на Морнинг Рэйн. — Это все из-за меня.

Глава 6: Королева и Принцесса

Принцесса Селестия тут же остановилась и повернулась к чейнджлингу:

— Из-за тебя? — резко спросила она. — В каком смысле?

Флиттер замер. В библиотеке принцесса была милой и понимающей, но после новостей об армии чейнджлингов ее поведение полностью изменилось. Она была довольно жуткой, когда была серьезной.

— Ну, видите ли... — начал жеребец нерешительно. — Мы были в улье и рассказали королеве о произошедшем в Кантерлоте. Она из-за этого сильно расстроилась.

— Королева не хотела, чтобы он уходил, — объяснила Морнинг Рэйн. — Она сказала, что здесь слишком опасно, пока чейнджлингов считаются врагами.

— А теперь у порога ее дома целая армия, — Селестия нахмурилась. — Она решила, что ты предал ее.

Флиттер кивнул:

— Или из меня выбили информацию пытками...

— Пытками? — аликорн выглядела озадаченной. — Я бы никогда...

— Я-то это знаю! — торопливо добавил чейнджлинг. — Но королева может не знать.

Твайлайт Спаркл взглянула на Селестию:

— Может, все эти проблемы можно решить, просто отослав стражей?

— Все не так просто, Твайлайт, — Селестия покачала головой. — Само наличие улья уже проблема, как бы мы на это ни смотрели. Не думаю, что нашлась бы причина, из-за которой я стала бы лгать моим пони, чтобы защитить этих существ.

Она взглянула на заметки своей ученицы, которые все еще парили в воздухе:

— Ну может, они и не хотят причинить нам вред... Но даже в таком случае они сейчас напуганы и могут внезапно атаковать. Свернутый лагерь проблемы не решит... особенно теперь, когда мы знаем, что они здесь. Подобное, скорее всего, заставит их заподозрить, что Королевская стража отступила для перегруппировки и объединения с более крупными силам, например, для окружения всего леса. Увеличивать градус подозрительности — совсем не то, что нам сейчас надо.

— Лес слишком велик для этого, — пробормотала Твайлайт и взглянула на принцессу, чья морда не выражала никаких эмоций.

— Ведь так? — добавила единорожка нерешительно.

— Здесь лишь Королевская стража, — ответила Селестия. —  Это даже не десятая часть всей нашей армии. Луна ожидает сигнала в Кантерлоте, готовая, при необходимости, действовать в полную силу. Если ситуация этого потребует, мы можем уничтожить их всех в течение суток.

Твайлайт, Морнинг Рэйн и Флиттер — все в ужасе посмотрели на аликорна.

— Но, вы же... не станете? — спросила пегаска.

— Будем надеяться, что до этого не дойдет, — Селестия грустно улыбнулась.

Не говоря больше ни слова, она повернулась и пошла дальше по дороге, продолжая читать записи Твайлайт.

Остальные последовали за ней, прекрасно понимая, что да, она станет. Селестия не позволит никому причинить вред ее маленьким пони.

* * * * *

Через несколько минут они добрались до лагеря. Остальные подруги Твайлайт уже собрались там.

— Ох, Твайлайт! — Флаттершай подбежала к ним и замерла, когда заметила чейнджлинга.

— Ой, — просто сказала она, по-видимому, совершенно не зная, как реагировать на присутствием Флиттера.

У Рэйнбоу Дэш такой проблемы не было:

— Ха-ха! Вы уже изловили одного! Так держать, Принцесса!

Селестия сурово посмотрела на стоявшего рядом капитана стражи:

— Капитан Стил Сворд. Надеюсь, вы строго следовали моим инструкциям?

— Да, Принцесса! — единорог встал по стойке смирно. — Нам удалось проверить всех, даже не расстроив Флаттершай.

— А кролик? — аликорн приподняла бровь.

— Цел и невредим, Принцесса, — Стил Сворд немного сгорбился. — Хотел бы я сказать то же самое о бедняге, который с ним столкнулся.

— А я ведь предупреждала тебя, — Селестия ухмыльнулась, — и сказала, что Флаттершай с ним справится.

— Но... Принцесса, она действительно не похожа на того, кто...

Аликорн подняла копыто, прерывая стража:

— Надеюсь, никаких серьезных травм?

— Доктор сказал, что ему понадобится несколько дней на восстановление. Я никогда не видел ничего подобного...

— Он сам виноват в случившемся, — Селестия покачала головой и посмотрела на лес. — Итак, что происходит, капитан?

Стил Сворд посмотрел на опушку леса:

— Кажется, все время появляются новые чейнджлинги. Сначала была одна большая группа, но теперь, кажется, появляется все больше и больше.

— Она созвала всех, — сказал Флиттер. Капитан нахмурился, когда тот, кого Рэйнбоу Дэш столь резво записала в пленники, вмешался в разговор. Он посмотрел на принцессу, которая, казалось, отреагировала на это заявление задумчивым взглядом, и мудро решил последовать ее примеру.

— Королева? — уточнила Селестия.

Флиттер кивнул:

— Видите ли, я подарил ей двадцатилетний запас любви. Все, собранное за время моего брака. Она сказала, что использует его, чтобы созвать всех обратно в улей и переждать. Вы заставили ее действовать.

— Что? — Твайлайт Спаркл явственно побледнела. — Это, должно быть, в сотни раз сильнее того, что было в Кантерлоте!

— Это... печальные новости, — Селестия обеспокоено взглянула на нее. — Я и не предполагала, что ситуация настолько деликатная. С таким количеством силы она могла бы справиться со всеми Королевскими стражами в одиночку.

Флиттер удивленно моргнул. Он даже не думал, что Морфозай может использовать эту силу для нападения на пони. Подобное шло вразрез со всеми Старыми Обычаями. Так же как и и нынешняя демонстрация силы улья.

— Нам нужно послать к ней дипломата, — аликорн смотрела на далекий лес.

— Не могу сказать, что я этого не предвидел, — заметил чейнджлинг. — Хорошо. Я пойду успокою ее.

— Не тебя, — принцесса посмотрела на Морнинг Рэйн и улыбнулась. — Ее.

Жеребец с кобылой какое-то время смотрели друг другу в глаза, прежде чем перевести на Селестию озадаченные взгляды.

— Ее? — выпалил Флиттер.

— Меня? — переспросила пегаска точно в ту же секунду.

— Ты уже встречалась с этой королевой, не так ли? — спросила принцесса.

— Н-ну, да, — пробормотала Морнинг Рэйн, — но казалось, что она видит во мне лишь удобный источник пищи для Флиттера или что-то вроде того.

— Почему не я? — продолжал настаивать чейнджлинг.

— Я не хочу рисковать, разлучая вас. Вот почему она пойдет одна, пока ты здесь.

Все, включая капитана, растерянно нахмурились.

— Я не уверена, что королева вновь отпустит тебя, Флиттер, — объяснила Селестия. — Особенно после того, как ты привел на хвосте всю Королевскую стражу. Но Морнинг Рэйн для нее никто, и у нее нет никаких причин забирать ее у тебя.

— За исключением возможного предательства, — пробормотал чейнджлинг.

— Уверена, этот вопрос Морнинг Рэйн тоже сможет прояснить. Кроме того, как можно посылать одного из представителей ее вида в качестве посла пони?

Пегаска нервно посмотрела на Селестию:

— Но что я должна сказать ей? Она довольно пугающая!

— Просто скажи ей, что все это недоразумение, и что я хочу поговорить с ней лично, — улыбнулась принцесса. — Можешь полностью объяснить всю ситуацию, если нужно. Я не планирую ничего утаивать.

— Прошу прощения, ваше высочество, — спросил капитан стражей, — но какова по вашему мнению ситуация?

— Они нам не враги, капитан, — ответила Селестия. — Они просто защищают свою территорию.

— При всем уважении, ваше высочество, но это территория Эквестрии, а они — чейнджлинги! — заявил Стил Сворд, выпятив грудь.

Флиттер застонал:

— И до каких пор все будут повторять это, выдавая за настоящий аргумент в споре?

— А я — дракон! — подпрыгнул Спайк, пытаясь быть полезным.

Селестия ничего не сказала. Она лишь слегка наклонила голову и с ожиданием взглянула на Стил Сворда.

— Ох. Извините, — капитан склонил голову.

— Как я уже говорила, они не враги, и если то, что Флиттер рассказал Твайлайт — правда, то они, вероятно, не хотят нам зла, — принцесса взглянула в сторону леса. — Кроме того, я уже тысячу лет не предъявляла никаких особых прав на это место. Вряд ли стоит удивляться, что подобное сделал кто-то другой.

— Так, постойте, — Стил Сворд посмотрел на Флиттера, — а этот чейнджлинг жеребец или кобыла?

* * * * *

После успешного выполнения своего первого задания в качестве дипломата — которое заключалось в том, что Морнинг Рэйн помешала Флиттеру задушить капитана стражей и начать полномасштабную войну — пегаска нервно вышла на полосу отчуждения, которая спонтанно образовалась между Вечнодиким лесом и лагерем стражей.

— Не волнуйся, — крикнул Флиттер ей вслед. — Они тебя вспомнят.

Сотни синих глаз следили за каждым ее шагом, пока она приближалась к лесу. Все больше и больше чейнджлингов начинали шипеть на пони слишком близко подошедшую к их территории.

Морнинг Рэйн хотела оглянуться, но решила не делать этого. Теперь она была на их территории, и любая невнимательность могла быть расценена как слабость.

"Будь сильной", — подумала пегаска. Наконец она добралась до тропинки, ведущей в глубину леса. Однако в этот раз с ней не было Флиттера, чтобы провести ее, и она не имела ни малейшего понятия, где находится королева Морфозай. Пегаска надеялась, что чейнджлинги отведут ее к ней, но пока они только и делали, что шипели.

Когда Морнинг Рэйн прошла чуть дальше в лес, то заметила, как атмосфера вокруг нее изменилась. Несколько чирикающих голосов прорвались сквозь удушливый полог сердитого шипения. Все больше и больше голосов присоединялось к возбужденному бормотанию, заставляя шипение затихнуть в замешательстве.

Вдруг из-за кустов выскочило с полдюжины ее копий и поприветствовали пегаску самой лучшей ее улыбкой.

Морнинг Рэйн облегченно вздохнула, когда копии начали возбужденно толкать и тянуть ее в одном направлении. Флиттер был прав — они ее помнили. Чейнджлинги видели ее в своем улье, читали ее ауру, имитировали ее форму и даже пробовали ее эмоции. Они не забыли о ней.

— Идти! — произнесла одна из копий голосом пегаски, видимо, вытянув из ее разума основы эквестрийского языка. — Идти к Мать!

Морнинг Рэйн кивнула и последовала за ними. "Мать" казалось странным словом для королевы, но она вспомнила, что Морфозай представилась им как "Королева и Мать" улья. Однако Флиттер никогда не использовал это слово, когда говорил о ней. Пегаска с легкостью могла понять причину, особенно после того... “интимного процесса”. Сама мысль о спаривании с той, кого ты называешь матерью, была довольно шокирующей для пони.

Они обнаружили королеву чейнджлингов, сидящей на дереве и рассматривающей сквозь листву лагерь Королевских стражей. Она грациозно спорхнула вниз, громко жужжа насекомовидными крыльями, и взглянула на копии Морнинг Рэйн.

— Похоже, ты нравишься моим чейнджлингам, — произнесла Морфозай, не глядя на гостью. Голос королевы звучал странно отстраненно, и пегаска могла видеть, что под ее обычным невозмутимым поведением скрывается нервозность. Морнинг Рэйн смотрела на величественную фигуру, не зная, что сказать.

Морфозай устало вздохнула и повернулась к ней:

— Итак, маленькая пони пришла сюда совсем одна. Они забрали его, ведь так? Они забрали его, а теперь пришли за остальными. Но почему ты здесь?

— Ваше величество, — начала пегаска, — все совсем не так. Все это одно большое недоразу...

— Тогда почему его здесь нет? — прервала ее королева напряженным голосом.

Морнинг Рэйн практически растеряла те крохи мужества, которые у нее были:

— Принцесса подумала, что будет лучше, если пойду я, — сказала она, ясно понимая, что это никоим образом не облегчит опасения Морфозай.

— Он рассказал им о нас? Или это ты рассказала им о нас?

— Нет! — закричала Морнинг Рэйн. — Мы им ничего не говорили про улей! Правда, Твайлайт догадалась и так, но...

— Что “но”? — немедленно переспросила королева, ее голова придвинулась к пегаске странно текучим, почти змеиным движением. — Прямо перед моим лесом целая армия! Какое "но" может изменить этот факт?

— Она даже не удивилась, — ответила Морнинг Рэйн, изо всех сил стараясь, чтобы ее голос не дрожал. — Для нас, пони, Вечнодикий лес всегда был чем-то диким, неприрученным и опасным.

— Не вижу, как это влияет на текущую ситуацию, — в голосе Морфозай звучала горечь.

— Ваше величество, если вы позволите мне закончить, то вы поймете! — отчаянно закричала пегаска. Королева удивленно моргнула, явно не привыкшая к тем, кто не хотел вести разговор по ее правилам. Тем не менее она вздохнула и коротко кивнула Морнинг Рэйн.

— Твайлайт Спаркл — личная ученица Принцессы, — начала пегаска, наконец-то набравшись храбрости. — И она не просто выяснила, где находится ваш улей, она смогла вычислить, где находится улей вторженцев. Они знают, что это были не вы, а Флиттер рассказал про ваши Старые Обычаи. Никто не видит в вас врагов. Принцесса даже хочет поговорить с вами.

— Что насчет армии? — холодно поинтересовалась Морфозай.

— Принцесса была не в курсе, что выяснила Твайлайт Спаркл. Кое-кто слишком бурно отреагировал при виде Флиттера и предупредил Селестию. Она разволновалась и послала стражей. А потом занервничали уже вы и послали сюда весь улей.

— Но почему они все еще тут? — сомнения отразились на морде королевы несмотря на весь ее самоконтроль.

— Ну... одна из причин — дар моего мужа, — ответила Морнинг Рэйн. — Может, вы и не враги, но определенно опасны. У вас сейчас гораздо больше силы, чем было у королевы-захватчицы. Они боятся, что вы можете сотворить то же, что и она, и куда успешнее. Вот о чем хочет поговорить Принцесса.

Глаза Морфозай распахнулись. Как и Флиттер, она даже не рассматривала подобный способ применения своей силы. Она взглянула на пегаску, и в этот раз это был не взгляд величественной королевы и даже не взгляд доброй бабушки, которым она смотрела на нее в улье. Это был взгляд кого-то старого и уставшего.

— Эта сила была его даром улью. Сила, которую он получил от тебя... от того, что был с тобой. Я бы никогда не стала использовать ее, чтобы навредить пони, — королева медленно покачала головой. — Это противоречит всем Старым Обычаям.

Морнинг Рэйн нервно улыбнулась:

— На самом деле, это тоже может быть частью проблемы. Как мне кажется, ваши Старые Обычаи в основном направлены на то, чтобы скрыть от пони существование чейнджлингов. Но теперь все о них знают.

— Ты совершенно права, — королева кивнула. — Это многое меняет. Я пойду с тобой и познакомлюсь с твоей Принцессой.

Пегаска нахмурилась:

— Вы просто... пойдете туда? Ко всей этой армии?

Королева чейнджлингов ухмыльнулась, возвращая себе свой царственный вид:

— Дар, который преподнес мне Флиттер, очевидно, дает мне огромное преимущество. Было бы несправедливо просить вашу Принцессу встретиться со мной здесь.

* * * * *

— Она идет! — закричал Стил Сворд. Флиттер немедленно взвился в воздух, чтобы посмотреть поверх голов стражей, и увидел Морнинг Рэйн, выходящую из леса.

За ней вышла еще одна Морнинг Рэйн. И еще одна. И еще.

Капитан стражи удивленно моргнул:

— Эм-м-м. Неважно. Я думаю.

Чейнджлинг приземлился рядом с ним и улыбнулся:

— Все в порядке, она там. Не мог не заметить ее. Она единственная, кто не улыбается, словно только что открыла подарки на День Согревающего Очага.

Настоящая Морнинг Рэйн помахала копытом. Она выглядела усталой, но довольной. Позади нее величественная фигура королевы Морфозай вышла из леса и что-то коротко скомандовала копиям пегаски. Те быстро скрылись в лесу.

Принцесса Селестия коротко кивнула капитану. Стил Сворд кивнул в ответ и шагнул вперед, чтобы наложить проверочное заклинание на Морнинг Рэйн. Флиттер хотел было сказать ему, что в этом нет необходимости, но он прекрасно понимал, что любые его советы будут проигнорированы.

Капитан воплотил заклинание и коротко кивнул принцессе, чтобы подтвердить результат. Морнинг Рэйн подбежала к мужу и обняла его.

— Все в порядке? — спросил жеребец.

— Это зависит от них, я полагаю, — ответила пегаска, глядя на двух королевских особ, которые теперь смотрели друг другу в глаза.

— Нам нужно многое обсудить, — произнесла Морфозай Селестии и оглядела окружающий лагерь. — Но я бы предпочла другое место... более уединенное.

— Очень хорошо, — кивнула принцесса и указала крылом на палатку, установленную стражами. — Это подойдет?

— Да, вполне, — королева так же кивнула.

Флиттер и Морнинг Рэйн смотрели на двух правителей, заходящих в палатку.

— Думаешь, они с этим разберутся? — спросил чейнджлинг.

— Откуда мне знать? — ответила пегаска. — Морфозай — одно из самых непостижимых существ, которых я когда-либо встречала.

— Похоже, у нее есть какие-то идеи, как выбраться из этой передряги.

— Но, со мной она ими не поделилась, если ты об этом.

— Тут, кажется, нашла коса на камень, — присоединилась к разговору Твайлайт. — На самом деле Селестия может быть очень хитрой, несмотря на все свое дружелюбие.

— Да, они обе стоят друг друга, — согласился Флиттер. Он взглянул на друзей единорожки, что стояли поодаль и не знали, присоединяться к беседе или нет. — Полагаю, ты рассказала им укороченную версию?

— Да, — Твайлайт тоже оглянулась на подруг. — Но это как-то неправильно — знать, что нас держат тут наготове, словно какое-то оружие.

— Ну, по крайней мере, они начали переговоры, — заметила Морнинг Рэйн. — Я сомневаюсь, что нам сейчас вдруг понадобятся Элементы.

— Эй, — Рэйнбоу Дэш парила прямо над ними и рассматривала Флиттера. — Значит, ты не пленник?

— В настоящий момент я, честно признаться, понятия не имею, — ответил чейнджлинг с ухмылкой.

— Ой, божечки! — воскликнула Морнинг Рэйн. — Это же ты сделала ту звуковую радугу на свадьбе?

— Серьезно? — Флиттер потер лоб копытом. — Тут решается будущее обеих наших рас, а единственное, что тебя волнует — это присутствие Рэйнбоу Дэш?

— Цыц! — пегаска улыбнулась. — Я ходила к твоей королеве. Теперь моя очередь.

— Да это же даже никак не связано... — начал Флиттер, но покачал головой. — Ах, забудь об этом.

— Так ты действительно из погодной команды? — спросила Морнинг Рэйн.

— О, да! — приосанилась Рэйнбоу Дэш. — Глава погодной команды Понивилля!

— Ух ты... Целого города! А я просто присматриваю за кантерлотскими водопадами.

Найдя общую тему для разговора, обе пегаски начали возбужденно обсуждать влажность воздуха, тонкости управления облаками, скорости местных и перелетных птиц и специфику создания звуковых радуг, оставив Флиттера с его собственными мыслями, а Твайлайт в неловкой тишине.

— Ох уж эти разговоры погодных пони. Она может об этом часами трындеть, — сказал чейнджлинг, обращаясь к Твайлайт, и взглянул на палатку. — Интересно, о чем они там говорят.

Внезапно голос Селестии прогремел над лагерем, немедленно прекратив все разговоры:

— Ты хочешь ЧЕГО?!

Флиттер поморщился:

— Прозвучало не очень хорошо.

— Как думаешь, чего она хочет? — Морнинг Рэйн оглянулась на мужа.

— Очевидно, что-то, чего Селестия никак не ожидала.

Твайлайт задумчиво посмотрела на палатку:

— И при этом... что-то достаточно важное, раз эта просьба расстроила Принцессу.

— Думаю, мы скоро узнаем, — Флиттер указал копытом на палатку. Золотая магия распахнула вход, и наружу вышла явно уставшая Селестия.

— Иди, сообщи своим подданным об этом, Морфозай, — произнесла принцесса королеве чейнджлингов, вышедшей за ней. — Мы продолжим завтра.

Морфозай самодовольно улыбнулась:

— Всенепременно, — промурлыкала она. — Позаботься о них хорошенько.

Она приветливо кивнула Флиттеру с Морнинг Рэйн и полетела в сторону леса.

Что бы венценосные особы ни обсуждали в палатке, результат Селестии явно не нравился.

— Капитан Стил Сворд! — Единорог галопом ринулся к принцессе.

— Ваше высочество?

— Сворачивайте лагерь. Отошлите стражей в казармы и передайте моей сестре, что ситуация... под контролем, — Селестия буквально стиснула зубы, произнося последнее слово. — Оставьте четырех стражей для охраны и палатку, где мы вели переговоры. Я останусь в Понивилле на ночь.

Капитан коротко кивнул и начал раздавать приказы.

Селестия направилась к Твайлайт и ее друзьям:

— Идем в “Сахарный Уголок”, — сказала принцесса с усталым видом. — Мне не помешал бы торт.

* * * * *

Некоторое время спустя все с комфортом расположились за большим столом в дальнем углу “Сахарного Уголка”. Перед каждым из них стояло какое-нибудь кондитерское лакомство. Твайлайт сумела отговорить Пинки от "успешно-переговорной вечеринки". Судя по настроению Селестии, сложно было сказать, насколько успешными были переговоры.

— Ну и что случилось? — наконец-то спросила Твайлайт Селестию.

Принцесса рухнула на стол самым не-принцессоподобным образом и пристроила голову рядом с тарелкой с тортом:

— Она отдала мне свой улей, — проворчала она.

Флиттер пораженно уставился на нее:

— Она ЧТО сделала? — закричал чейнджлинг.

Селестия откусила кусочек торта, тщательно прожевала его и проглотила.

— Она отдала мне свой улей, — повторила она, на этот раз более мягким тоном. — Ее единственным условием было то, что она останется регентом.

Морда Флиттера озарилась пониманием:

— О-о-о-о! — к удивлению остальных присутствующих, он расхохотался. — Ха-ха! Она отдала тебе улей! Конечно же!

— Так, погодите, — Морнинг Рэйн озадаченно уставилась на принцессу. — То есть вы его только что аннексировали? Мне казалось, что подобные переговоры должны идти не так!

Твайлайт застонала, когда поняла то, до чего уже додумался Флиттер:

— О. Конечно. “Позаботься о них хорошенько”. Она говорила не только о Флиттере и Морнинг Рэйн.

Селестия кивнула и восстановила часть своего царственного образа:

— Поздравляю, Флиттер. Ты и все твои соплеменники в лесу теперь официально граждане Эквестрии.

Флиттер усмехнулся и посмотрел на жену:

— Поскольку Старые Обычаи исчерпали себя, то королева Морфозай нашла другой способ сохранить жизнь своим подданным, — чейнджлинг посмотрел на Селестию. — В конце концов, это работа принцессы — заботиться о своих гражданах. Теперь именно она должна обеспечивать пропитание улья.

Принцесса грустно улыбнулась и кивнула:

— Она заявила, что раз улей находится на территории Эквестрии, то они либо незаконные поселенцы, либо граждане Эквестрии.

— Ох, — пробормотала Твайлайт, — вариант с "незаконными поселенцами" был бы по сути объявлением войны.

— Именно, — согласилась Селестия. — Так что либо так, либо заявить существу с добрыми намерениями и равным твоему интеллектом, что она и вся ее раса не более чем монстры.

Единорожка кивнула с задумчивым выражением на мордочке:

— Шах и мат, — проговорила она. Кексик на столе перед ней все еще был нетронут.

— Мне кажется, это принесет много перемен как чейнджлингам, так и пони, — задумчиво произнесла Морнинг Рэйн.

— Изменяться это то, что получается у нас лучше всего, — Флиттер улыбнулся жене.

Пинки показала ему язык:

— А вот и нет! Ты даже в меня не превратился!

— Я... не самый хороший пример, — признался чейнджлинг. — Учитывая все обстоятельства, не думаю, что для меня слишком многое изменится.

— О, я бы не была так в этом уверена, — принцесса Селестия подняла бровь. — Твой улей — это целая куча проблем, и мне нужен кто-то, кто сможет легко посмотреть на эти проблемы с двух сторон.

Когда морда Флиттера удивленно вытянулась, она спокойно взяла еще кусочек торта и медленно съела.

Губы принцессы исказила ухмылка:

— В конце концов, ты сам сказал, что это все из-за тебя.

Эпилог 1: Копыто помощи

Кобыла-земнопони нервно смотрела на свои копыта, стоя перед большой дверью. Она взглянула на табличку. Это имя было известно всей Эквестрии. Имя того, кто все это начал; того, кто сейчас все это координировал. Кобыла нервно улыбнулась при мысли о встрече с тем, кто носил это знаменитое имя.

Наконец, она собралась с духом и постучала в дверь.

— Да, входи, — произнес голос. По нему трудно было понять, жеребец говорит или кобыла, но в этом не было ничего необычного. Все знали, что он жеребец.

Кобыла открыла дверь и вошла.

— Эм-м-м... Здравствуйте, меня зовут...

— Фог Лантерн, — сказал Флиттер. Чейнджлинг сидел за большим деревянным столом, заваленным бумагами и папками. — Я долго тебя ждал.

— ...ждали? — пробормотала желтая кобыла, по ее мордочке разлилось неуверенное выражение. — Я же не опоздала, верно?

Флиттер ласково улыбнулся:

— В смысле, я ждал, пока ты наконец постучишь в дверь. Ты же стояла там минут пять, не меньше...

Фог Лантерн удивленно моргнула:

— Ох. Вы же можете... почувствовать это. Точно.

— Не стоит нервничать. Я слышал, что ты проделала большую работу в проекте добровольной помощи нуждающимся. Ты даже была добровольцем по предоставлению облика, верно?

Кобыла кивнула:

— Да, мистер Флиттер.

— Просто "Флиттер" достаточно, — ответил чейнджлинг. — Сколько раз?

— Четырнадцать.

— Что ж, спасибо тебе за это. Не так много пони согласны предоставить чейнджлингам свою внешность. Так что мы рады, когда наши сотрудники выступают добровольцами. Итак, как продвигается проект помощи нуждающимся? Я слышал много хорошего.

Фог Лантерн достала ртом папку из седельной сумки, положила ее на стол и открыла:

— Мы достигли потрясающих успехов, — кобыла уже забыла о своей первоначальной застенчивости. — В больницах и домах престарелых более четырехсот чейнджлингов трудятся добровольцами. Большинство из них в пони-форме, хотя все они носят бейджики со своими собственными именами, как и медицинский персонал. Почти все пони быстро привыкли к тому, что они чейнджлинги.

— Как проходит их обучение?

Фог Лантерн пролистнула несколько страниц и вытащила одну из последних:

— Сеансов эмоционального развития недостаточно, чтобы подготовить их, но несколько недель практики, кажется, делают свое дело. Их все еще учат Старым Обычаям, в основном с исторической точки зрения, хотя я слышала, что в них содержится довольно полезная информация.

— Ты не знаешь Старые Обычаи?

— Ну, только в общих чертах, — кобыла неуверенно посмотрела на чейнджлинга. — Их в основном рассказывают на языке улья. За последние недели я, конечно, научилась его понимать с пятого на десятое, но этого недостаточно, чтобы следить за уроками.

Флиттер кивнул:

— Мне действительно нужно их перевести и записать. Это сильно помогло бы нашим пони понять, как думают чейнджлинги, — он вздохнул и посмотрел на бумаги, которые кобыла положила перед ним. — Так много работы и так мало времени.

— Тем не менее, я рад, что это работает, — Флиттер поднял глаза на Фог Лантерн. — Рэйни будет в восторге. В конце концов, это была ее идея.

— Рэйни? О. Морнинг Рэйн. Ваша жена.

— Хех. Все действительно знают о нас все, не правда ли... — пробормотал чейнджлинг, все еще улыбаясь.

— А она и правда... беременна? — спросила кобыла. Обычно она не увлекалась подобными сплетнями, но эти слухи были крайне живучими как среди пони, так и среди чейнджлингов.

Флиттер поднял бровь:

— А-а, об этом все еще говорят, — проворчал он, качая головой. — Прости, но это личное.

— Но есть еще несколько пар в такой же ситуации как и у вас, знаете ли, — заметила Фог Лантерн.

— Да, я знаю, — ухмыльнулся чейнджлинг.

— Но если подобное действительно возможно, как говорит советник Морфозай, то ваши слова могли бы помочь им.

— Как я уже сказал, я знаю, — повторил Флиттер. — То есть, я знаю, кто они, я встречался с ними, и они будут или были первыми, кто узнает. И так же, как и я, они будут молчать. Имей в виду, что некоторые из них все еще сохраняют свою пони-форму, которая, о чем также говорила советник Морфозай, предотвращает зачатие.

Кобыла удивленно моргнула:

— Ой. Правда. Ну, тогда удачи вам с этим, как бы то ни было.

Чейнджлинг коротко улыбнулся:

— Спасибо. У тебя есть что-нибудь еще в этом отчете?

— Да! — кивнула Фог Лантерн. — Мы собрали статистику, как обычно происходит взаимодействие опекаемых пони и заботящихся о них чейнджлингов. Было несколько случаев, когда старые пони начинали кричать при виде чейнджлингов достаточно смелых, чтобы не пользоваться пони-формой, но в целом все проходит достаточно мирно. Чейнджлинги говорят, что как правило получают достаточно положительных эмоций, чтобы прокормить себя и своих близких.

Флиттер кивнул:

— Они приносят пользу и могут прокормить этим свои семьи. В конце концов, именно этого мы и добиваемся. Во всяком случае это куда лучше, чем проект по командной работе.

— Этот проект не так уж и плох, — заметила земнопони. — У чейнджлингов сложилась репутация очень трудолюбивых существ. С точки зрения пиара там все чудесно.

— Это да... Но, кажется, их коллеги не слишком высоко ценят их на, так сказать, “личном уровне", — проворчал Флиттер, вспоминая неудачный проект. — Чейнджлинги, привлеченные к проекту, до сих пор практически полностью зависят от резервов советника Морфозай, а как мы знаем, они не бесконечны.

— Тем не менее, я сомневаюсь, что проект добровольной помощи был бы таким успешным без них. Да и командному проекту, возможно, не придется слишком долго полагаться исключительно на резервы. Мы заметили, что между этими двумя группами возникли кое-какие товарно-денежные отношения.

— Подожди, ты имеешь в виду торговлю эмоциональной энергией?

Фог Лантерн кивнула:

— Добровольная помощь, в конце концов, дело добровольное. Работа в командном проекте дала некоторым чейнджлингам возможно попробовать эквестрийскую жизнь на вкус, и она им понравилась. Добровольцы, в свою очередь, не получают за свою работу ни единого бита. Так что кое-кто из них решил, что вполне может продать часть накопленной энергии тем чейнджлингам из командного проекта, кто хочет завести семью, но не хочет долго ждать в очереди на получение энергии из резервов.

— Это хорошие новости. Подобное может упростить мою работу в долгосрочной перспективе, — Флиттер бегло просмотрел оставшиеся страницы, подробно описывающие общий ход проекта, и заметил странную деталь на одной из них.

— Неопознанные личности? — он удивленно посмотрел на кобылу. — Что все это значит?

— Вообще-то, я до сих пор этим занимаюсь... — кобыла поморщилась, — но, похоже, в проекте участвовало больше чейнджлингов, чем мы смогли опознать.

— Как так?

— Честно говоря, мы не знаем. Сначала это казалось канцелярской ошибкой, но когда мы тщательно проверили больницу, то участвовавшие в проекте чейнджлинги описали еще одного, которого мы не смогли сопоставить ни с одним описанием внешности из списков добровольно предоставленных.

— Где это было? — Флиттер нахмурился. — Недалеко от Бесплодных земель?

— Да. Больница Додж Сити. Вы не думаете, что это могли быть вторженцы?

— Я не знаю, — чейнджлинг покачал головой. — Но я ожидал услышать о них раньше. Насколько мне известно, после попытки вторжения у них все развалилось, и они голодают. Это моя работа — рассматривать все с двух сторон.

— И есть вариант, что с ними все в полном порядке и они просто злоупотребляют нашей собственной системой, — Фог Лантерн закатила глаза.

— Я знаю. Тем не менее, пока они пытаются встроиться в нее, они относительно безвредны. Так и должно быть, если они хотят продолжать сосуществовать в ней, — Флиттер улыбнулся. — В любом случае, было бы интересно познакомиться с кем-нибудь из них. Если тебе удастся установить контакт, пожалуйста, сразу дай мне знать.

Он внезапно вскинул голову:

— О! И кстати, спросите их, знают ли они Королевские Обычаи.

Земнопони подняла бровь:

— Королевские? — спросила она.

Чейнджлинг кивнул:

— Я говорил о нашей истории с советником Морфозай. Мы называем их Старыми Обычаями, но, по-видимому, традиционно они предназначались для молодых королев, чтобы облегчить выживание за пределами колонии. Другие ульи могут не знать нашего термина.

Он посмотрел на свои записи, лежащие на столе:

— Мне просто интересно, будет ли у нас хоть что-то общее. Тема контакта с другими ульями занимает меня уже некоторое время. Принцесс беспокоит тот факт, что они не нашли следов улья захватчиков в Бесплодных землях.

— Ясно, — ответила земнопони. — Ну, на данный момент мы даже не уверены, вернутся ли они. Но если это произойдет, я сразу же вам сообщу.

— Благодарю, — Флиттер собрал бумаги магией и сложил их обратно в папку. — Ну, на сегодня все. Я рад нашей встрече, Фог Лантерн, она было невероятно полезна. Я позабочусь о том, чтобы все в точности было донесено до совета и Принцесс.

— Принцессы будут читать мой доклад? Ой, божечки! — она вдруг обернулась к Флиттеру, смущенно покраснев. — Эм-м-м. Простите мой энтузиазм.

Флиттер улыбнулся:

— Мне нравится твой энтузиазм. Нам определенно нужно здесь больше энтузиастов. Не то чтобы мне лично это было нужно — я уже сыт.

Фог Лантерн фыркнула — она уже привыкла к юмору чейнджлингов:

— Ну, — сказала она, подходя к двери, — считайте это подарком для жеребенка.

Она дружелюбно кивнула Флиттеру, вышла из кабинета и закрыла за собой дверь.

Эпилог 2: Джунбаг

— Здрасти! Мы вернулись, миссис Рэйн! — заорал хор из трех одинаковых голосов. Одна из троих на самом деле сказала "мама", а не "миссис Рэйн", но было невозможно заметить, кто из трех одинаковых на вид кобылок сделал это. Все трое были белыми единорожками с розовой гривой и без меток.

Морнинг Рэйн вздохнула, покачала головой, но не могла не улыбнуться троице, стоящей перед дверью:

— Рада, что вам было весело. Надеюсь, на этот раз вы заморочили головы не слишком большому количеству пони.

Вся троица немедленно выдала улыбки жеребят, пытающихся выглядеть невинно. Пегаска решила, что ей действительно не хочется знать. Даже если они что-то и натворили, то пострадавшие пойдут к родителям близняшек, поскольку все три кобылки выглядели одинаково.

— Ладно, а теперь превращайся обратно, ужин почти готов.

— Почти? Тогда у нас еще есть несколько минут, правда? — левая кобылка начала подпрыгивать.

Правая серьезно кивнула:

— Да, — она посмотрела на Морнинг Рэйн. — Тогда можно нам поиграть еще несколько минут? Здесь, в саду?

— Ну, пожалуйста, — голос средней влился в общий хор.

Пегаска сурово посмотрела на всех троих:

— Джунбаг, не заставляй меня просить твоего отца опознать тебя.

Правая кобылка ахнула и посмотрела на двух других:

— Он может это сделать?

Средняя серьезно кивнула:

— О, да. Семья, как он это называет. Помнишь?

Левая нахмурилась:

— Разве? Я такого не помню.

— Она рассказала нам об этом вчера! — пояснила средняя левой. — Потому что он — чейнджлинг, она — типа чейнджлинг и он — ее отец.

— А-а-а, точно, — довольно неуверенно ответила левая.

Морнинг Рэйн застонала и приставила копыто ко лбу:

— Так, мелочь, вы повеселились, но нам действительно нужно поесть, — она опустила копыто и улыбнулась. — Я приготовила суп из спаржи.

— Ура! — закричали две кобылки. Та, что стояла слева, скорчила кислую мину.

Пегаска ухмыльнулась и посмотрела на нее:

— Так, ты, значит, Спарклхарт, — она повернулась к двум другим. — А одна из вас — моя дочь.

Две оставшихся одарили Спарклхарт разочарованными взглядами:

— Смотри, что ты наделала, Спаркл, — сказала одна из них, — теперь она догадается.

— И одна из вас двоих... — произнесла Морнинг Рэйн с хитрой усмешкой, — ненавидит овсянку!

Неудивительно, что две кобылки перед ней держали абсолютно невозмутимые мордочки. Они не собирались делать задачу проще, особенно после всех неприятностей, через которые они прошли.

Черная фигура бесшумно возникла позади пегаски и вопросительно посмотрела на Спарклхарт. Кобылка тихо проскользнула в дверной проем и направилась к Флиттеру.

— Привет, папа! — прошептала она, превращаясь в розово-фиолетового пегаса с голубой гривой. Единственным признаком того, что она была не обычной пони, был маленький черный бугорок у нее на лбу, где должен был быть рог единорога.

— Ты опять морочишь голову своей бедной матери? — тихо спросил чейнджлинг, широко улыбаясь.

Джунбаг взглянула на пегаску, которая все еще стояла в дверях, пристально вглядываясь в соседских близнецов.

Она усмехнулась и подмигнула им. Близняшки не сводили глаз с Морнинг Рэйн, чтобы не испортить игру.

— Она разберется, — тихо произнесла кобылка и направилась к обеденному столу. Суп из спаржи она действительно любила.

Бонус: Отцовство

Чейнджлинг смотрел на жеребенка так, как космический исследователь смотрел бы на инопланетную форму жизни. Он с трудом сопротивлялся желанию потыкать его чем-нибудь.

Крошечный синий единорог лежал на больничной койке рядом с матерью. Кобыла-пегас быстро заснула, вконец измотанная родами. Чейнджлинг был более чем рад этому. Он прекрасно понимал, что сделка, которую он заключил три месяца назад, хорошей точно не была. Умирающий жеребец, чье место он занял, основательно его подставил. Всю любовь в этих отношениях постоянно отравляли скрытые потоки молчаливого негодования, и с его крайне ограниченным пониманием отношений между пони, чейнджлинг только сейчас начал понимать, почему.

Но он обещал, что присмотрит за ними. И даже если кобыла будет продолжать молча презирать его, жеребенок — совсем другое дело.

Флиттер, однако, понял, что он ничего не знает о жеребятах. Маленькая синяя штука смотрела на него широко открытыми глазами, излучая эмоции, странно похожие на голод. Вернее, чейнджлингский эквивалент голода. Жеребенок толкнул мать, но обнаружил, что она не реагирует. Он инстинктивно повернулся к другому обитателю комнаты, ища любовь, в которой нуждался.

Флиттер почувствовал странное родство с крошечным существом. Им обоим было отказано в любви кобылы, лежащей на больничной койке. Хотя он прекрасно понимал, что жеребенок, в отличие от него, легко получит всю необходимую ему заботу, как только она проснется.

Он протянулся телекинетической магией, которая пришла вместе с информацией из ауры Свифт Стара, аккуратно подхватил жеребенка с кровати. Чейнджлинг сел на пол и осторожно положил крошечное существо на передние ноги. Жеребенок смотрел на него, как все жеребята смотрят на мир, пытаясь опознать совершенно новые красочные формы вокруг них. Его непропорционально большие оранжевые глаза смотрели на замаскированного чейндлинга, чьи глаза, имитируя глаза биологического отца жеребенка, были точно такого же цвета.

По-видимому, удовлетворенный увиденным, малыш прижал голову к передним ногам своего суррогатного отца и быстро уснул.

Флиттер уставился на жеребенка, совершенно потрясенный тем, что он только что испытал. Он никогда бы не подумал, что такие сильные эмоции могут исходить от такого маленького и неразвитого существа.

Его взгляд смягчился, и чейнджлинг улыбнулся, нежно поглаживая копытом синюю шерстку крошечного существа. Даже во сне жеребенок отреагировал ласковым толчком в сторону заботливого копыта и новым потоком счастья.

Флиттер почувствовал себя обновленным. После месяцев пренебрежения, эти сырые незапятнанные эмоции чистой любви к родителю были именно тем, что ему было нужно.

Он медленно кивнул:

— Мы с тобой, малыш, прекрасно поладим.

...