Автор рисунка: Devinian

Неделя переслушивания этого:
https://jexpsytrance.bandcamp.com/track/somnambulent
И три дня за написанием сего:

— Только не опять! — сказал коричневый пони, глядя на свой круассан с отвращением.

— Но-но... — Кремовая пони протянула вслед за ним копыто, но тот уже ушёл без разъяснений. Следующий покупатель в очереди был неотличим от предыдущего.

— Привет, Пастри. Можно круассан? — сказал он с обворожительной улыбкой.

— Но... — Ей потребовалась пара секунд, чтобы переключиться. — Я-я сейчас!

Пастри перебежала от прилавка к кухонному столу. Замес нового теста и его выпечка был процессом, столь доведённым до автоматизма, что пролетел незаметно. Один единственный свежий круассан, специально для этого покупателя, со слегка изменённым рецептом. Она подала его в трясущихся копытах, с улыбкой, натянутой стрессом до оскала.

Улыбнувшись в ответ, коричневый пони надкусил его. Затем, уголки его губ натянулись сильнее, делая его улыбку похожей на хозяйкину. Он сглотнул, с трудом, да и рановато. — Хорош как всегда, Пас.

— Нет! Стой! Что не так? — она потянулась вслед за уходящим пони, но его место уже занял другой.

— Привет, Пастри. Можно круассан? — сказал он с обворожительной улыбкой.

— Секунду, стой тут! — она указала на него копытом и убежала на кухню. Ещё один круассан со вновь подправленным рецептом был подан на дегустацию.

Пони попробовал его, пожевал, и развернулся, направившись к выходу.

— Спасибо, до завтра! — сказал он, обернувшись на ходу, без тени отвращения на лице.

Пекарша вдохнула сквозь раскрытый рот, её вечно прижатые уши с надежной поднялись. Следующий покупатель уже стоял у прилавка.

— Привет, Пастри. Можно круассан? — сказал он с обворожительной улыбкой.

— Конечно! Конечно можно! — Она подняла копыто, жестом прося его подождать, и рванула за тестом. Вскоре она вернулась с круассаном, идентичным предыдущему в рецепте.

Коричневый пони сделал всего один укус и не закрыл рта перед вторым, дав откушенному просто выпасть наружу. Он издал лишь один брезгливый звук перед уходом: «Ох».

Она вновь прижала уши со слезами на глазах:

— Но... стой! Пожалуйста! Почему? Неужели так трудно сказать?!

А у прилавка встал очередной покупатель:

— Привет, Пастри. Можно круассан? — сказал он с обворожительной улыбкой.

— Только если скажешь! — Она ткнула удивившегося пони копытом и скрылась на кухне. Протягивая очередную выпечку, она уже не смогла улыбнуться, не после десятой неисповедимой реакции подряд.

Он попробовал, а затем пожал плечами:

— Ты что-то поменяла? Всё равно, хорош как всегда! — И он ушёл, кусая уже на ходу.

— Но это тот же рецепт, что ты отверг пять минут назад! — всплеснула она копытами и зарылась в них на прилавке, долго и напряжно простонав.

Яркая вспышка заставила Пастри вернуться в чувства. Она поднялась обратно, смахивая с уставшего лица свою светлую чёлку и слёзы, готовясь к следующему клиенту.

Она долго таращилась в тёмно-синий нагрудник, прежде чем поднять взгляд выше.

— Приветствую, юная пони, — сказала принцесса.

— Хотите круассан, ваше высочество? — спросила Пастри с усталым голосом и взглядом, приподнимая названный копытом.

Луна приняла хлебное изделие, рассмотрев его, перед тем, как попробовать. Вдумчивую тишину жевания спустя, она проглотила с довольным лицом:

— Твоя выпечка похвальна.

— Вы скажете мне, что вам в ней понравилось? — спросила пони, постукивая передними копытами друг о друга, затем в замешательстве отвела взгляд. — Хотя...

— Я здесь, чтобы избавить тебя от кошмара, — ответила Луна.

— А... — сказала пони. Затем схватилась за голову. — О небо, он сведёт меня с ума! Мне уже снятся кошмары про его вкусы!

— Этот пони — твой знакомый? — Луна обернулась назад, где стояла уже не очередь, а лишь один коричневый пони с белой гривой, похоже не замечавший статуса аликорна перед ним.

— О, да. Один из посетителей. — Пекарша уже выглядела лучше, веселее голосом, собранней. — Он пробовал мою выпечку и остановился на круассанах, покупает только их. Я уже думала, ему не нравится ваниль? Но потом он съел ванильный, и сказал, что это был один из моих лучших? И я сделала их вновь на следующий день, и они ему не понравились совсем? Просто не могу его понять, он подаёт мне смешанные сигналы! — Она растянулась на прилавке и надула губы.

Луна обратила всё своё внимание на ждущего земного пони, изучая внешний вид. Светло-коричневый окрас шерсти, грива редко встречающегося белого цвета, подстриженная на среднюю длину, чтобы больше торчать вверх, чем струиться набок, но не ирокез. Светло-голубые глаза, смотревшие на принцессу с вежливым нетерпением.

— У него есть имя? — спросила она.

— Конечно, Тюнинг Форк. Приятный собеседник, когда остаётся поболтать.

Луна напела ноту согласия, разглядывая камертон на марке коричневого пони. Она тронула его за плечо, пытаясь достучаться до его сна, но ничего не произошло. Как если бы это просто был безымянный фоновый актёр сонного театра, без реальной пони в своей основе.

— Странно. Я уверена, что этого пони нет в моих владениях.

— Что вы име... А! — Пастри ударила себя по лбу. — Он же вообще не спит, или что-то вроде?

— Что? — Луна удивлённо обернулась на кремовую пони.

— Ну, или ходят такие слухи? — та пожала плечами. — Во всяком случае, он иногда гуляет допоздна. Может, он сейчас не спит?

— Похоже, — ответила Луна, смотря на коричневого пони.

— Погодите, а зачем... Вы хотите разузнать его вкусовые предпочтения для меня? — Пекарша в восторге прикрыла свою улыбку копытом.

Луна тоже улыбнулась:

— Я не могу обещать тебе этого, но мой долг избавлять пони от кошмаров. Я посмотрю, как облегчить твой.

С этими словами она направила коричневый образ к счастливой пони, настраивая его полюбить следующий круассан и остаться на пару слов, после чего оставила сон Пастри течь своим чередом.


— Луна? У тебя всё хорошо?

Голос сестры заставил её всплыть из своих мыслей обратно в королевскую столовую, в которой они находились. Луна коротко глянула в озабоченные глаза Селестии и вернула взгляд в свою тарелку.

— Всё в порядке, сестра. Просто загадочный случай не покидает моей головы.

— Он делает мою сестру далёкой и рассеянной. Поделись, что не даёт тебе покоя?

Луна праздно ковырялась в своём салате, начав говорить:

— Неделю назад одна из наших подданных сказала мне, что знает пони, лишённого сна, и я начинаю верить её словам.

Селестия нахмурилась:

— В такое... трудно поверить.

— Я думала, он мог быть из тех, что бодрствуют ночью, а спят днём. Но всё же я встречала таких в начале или конце своего дозора, и этого пони ни разу не было среди них.

— Потому твои дозоры становились всё дольше и дольше последнее время?

Луна посмотрела на сестру с просящим прощения взглядом:

— Я не планировала так опаздывать на нашу трапезу.

— Всё в порядке. Спасибо, что поделилась своими заботами. — Селестия тепло улыбнулась. — Что ты знаешь об этом загадочном пони?

— Его зовут Тюнинг Форк. Пони, в чьём сне я его встретила, сказала мне, что он частый гость в её пекарне. Это всё.

— Хм-м, незнакомое мне имя. Что насчёт другой пони?

— Её имя Пастри, она юный пекарь.

— Тоже незнакомое. — Селестия вздохнула. — Могу я помочь чем-нибудь ещё?

Луна улыбнулась:

— Расскажи, что заботит тебя.


— Нет-нет-нет, нам нельзя разделяться! — кричал голубой пони с коричневыми глазами, полными паники.

— Я не разделяюсь, но нам нужно оружие, и я видела что-то похожее внизу! — ответила белая единорожка, пытаясь протиснуться мимо него.

— Я с тобой!

— Я не хочу защищать ещё и тебя, жди здесь!

— Мы уже потеряли так Октавию!

— Я не Октавия! — Единорожка оттолкнула его, и отправилась вниз по лестнице. Он поспешил следом, но дверь на лестницу захлопнулась прямо перед его носом.

— Эй, а вот это уже лишнее, открой, — донеслось из-за двери.

— Это не я! — Он дёргал ручку, но та не поддавалась. — Она заперта с твоей стороны!

— Что значит с моей... А-а-а! — Раздался крик единорожки, наполненный сначала ужасом, а вскоре — болью.

— Винил! Винил! — Голубой пони бросился на дверь, но не смог её выбить. — Помогите же мне!

Позади него, замерев от ужаса, стоял коричневый пони, а рядом с ним ещё одна, бирюзовая единорожка с поднесённым ко рту копытом и слезами на глазах. Её всхлип подчеркнул наступившую после криков тишину.

— Почему вы стояли там как... — Голубой пони, тяжело дыша, помотал на них копытом. На затылке уже выступил холодный пот. — Мы не можем совершать те же самые ошибки, мы же умнее этого!

— Больше никаких триллеров, — прохрипела единорожка. — Меня сейчас стошнит.

— Слушайте, мы держимся вместе, следим за каждым шорохом, просто ждём конца ночи. Наутро мы пойдём в... Куда ты... Стой!

Голубой пони метнулся за бирюзовой, но она успела добежать до туалета и закрыться там.

— Лира открой! Делай что делаешь, но открой дверь! — Он уже не терял времени, сразу пытаясь её выбить. — Форк, не стой там, помоги же мне!

— Чувак, расслабься, она просто...

Пронзительный крик из туалета прервал коричневого пони, а голубой, закричав в унисон, накинулся на дверь всем телом.

Яркая вспышка заставила его закрыть глаза и отступить, защитно выставив передние ноги.

— Приветствую, юный пони, — сказала Луна. — Не бойся, я здесь чтобы избавить тебя от кошмара.

Голубой пони открыл глаза, смотря на принцессу, затем оглядел оставшихся друзей. И коричневый и бирюзовая пони были в порядке, замерев в замешательстве. Он нервно хихикнул, а затем, поняв, что происходит, пал ниц:

— Принцесса Луна! Спасибо! Спасибо большое, ваше высочество!

— Спокойствие, юный пони, это мой долг.

Луна посмотрела на коричневого пони с белой гривой, стоявшего рядом, в бездумном удивлении смотревшего на принцессу:

— Ты знаком с этим пони? — спросила она.

— Тюнинг Форк? — Голубой пони поднялся из поклона. — Мы иногда встречаемся. У него идеальный слух, он помогает нам с инструментами. Приятный парень, настоящая душа компании. Он поёт! И пишет! И играет, на гитаре.

Луна дотронулась до коричневого пони, но с тем же успехом могла постучать по дереву. Она глянула на другую пони, но даже стоя в нескольких метрах от той, Луна видела дорогу в её сон. Спокойный, даже безмятежный.

— А что? С ним что-то не так? — спросил голубой пони.

— Беспокоиться не о чем, но я озадачена отсутствием его снов.

— А? Так слухи не врут? — Голубой пони плюхнулся на зад. — Форк, ты правда не спишь?

Коричневый пони вышел из оцепенения, смотря на приятеля в притворном удивлении:

— Пф-ф, сон для слабаков. Как можно что-либо успеть, если всё время спишь?

— Да ладно, я же справляюсь.

— Поэтому тебе и нужен репетитор, точно, — Тюнинг Форк закатил глаза.

— Хватит, Форк, мы же не одни. — Голубой пони закрыл лицо копытом.

— Точно. — Коричневый пони перевёл внимание на принцессу. — Всё хотел узнать, за что луну закрасили?

— Форк! Тихо! — прикрикнул синий пони в ужасе.

— Там был такой милый профиль, составлявший мне компанию по ночам, а теперь она выглядит одиноко. Бесспорно, звёзды стали лучше, отвлекая внимание, но мне всегда казалось что луна была центром композиции, подзабытым последнее вре...

— Форк заткнись! — Голубой пони помог ему сделать это вручную. — Ты же разговариваешь с принцессой!

— Большая редкость услышать столь честное мнение о моей работе, — улыбнулась Луна.

— Клянусь он не такой наглый в жизни, — сказал голубой пони.

— Конечно нет, мне же может влететь! — ответил коричневый, освобождаясь. — Но чей это сон?

— Мой, так что...

— Значит это на твоей совести? — растянулся в улыбке Форк.

Голубой пони побледнел.

— Нет. Это то, что бы ты сказал! Ты говоришь это потому, что ты — ты!

Коричневый пони возражающе прокашлялся, поднимая копыто вверх:

— Твоя интерпретация меня. — Затем он протёр это копыто о грудь. — И весьма умная при этом, благодарю, приятно.

— У меня есть к тебе вопрос, Тюнинг Форк, — сказала Луна. — Где ты живёшь?

Коричневый пони, словно не слыша вопроса, медленно вернул отполированное копыто на пол, и холодно посмотрел на приятеля:

— Если у меня будут королевские проблемы, и ты никогда не сознаешься, что они из-за тебя, мне придётся поговорить с твоей совестью.

— Довольно споров. — Луна уже не улыбалась. — Нет никаких проблем. Я лишь желаю встретиться с тобой, во снах или лично.

— А, ну, тогда проблема в том, что... — Коричневый пони указал на голубого за продолжением.

— ...Я не знаю, где он живёт. Обычно мы видимся на музыкальном кружке, но мы не столь близки. Лира! А ты знаешь?

— Я э-э-э, нет, — сказала единорожка, заходя в комнату. Её образ уже не излучал следа другого сна. Луна посмотрела в окно, увидев в том отголосок реального рассвета.

— Ну вот. Я увижу вас снова, ваше высочество? — спросил голубой пони.

— Я не могу обещать этого, но мой долг оберегать сны каждого моего подданного. Как твоё имя?

— Ноутворфи! Сожалею, что наша встреча прошла не так спокойно, как хотелось бы, — он бросил косой взгляд на Тюнинг Форка.

Тот показал язык:

— Пф-ф, с тебя история, как я развеселил нашу принцессу в твоей голове.

— Это мой сон, я это сделал!

— О, да ты тоже наглее, чем в жизни!

Они продолжили пререкаться до самого пробуждения.


— Доброе утро, сестра.

— Добрый вечер, сестра. Как прошёл твой день? — Луна приметила стопку бумаг на столе около Селестии.

— Только зря волновалась, встреча закончилась даже раньше, чем я ожидала.

— К чему тогда бумаги, вновь работаешь допоздна? — улыбнулась Луна.

— О, это для тебя, Луна.

Селестия отправила стопку вперёд магией, Луна приняла её с поднятой бровью.

— Я отправила запрос в реестр по именам, что ты назвала, — пояснила Селестия. — Они нашли более ста пони с именами, содержащими Пастри, но всего двух Тюнинг Форков!

— Право, не стоило, — ответила Луна, читая две единственные записи на верхнем листе.

Первый пони имел голубые глаза, но совершенно другую расцветку шерсти и двухцветной гривы. Другой же был белогривым, но с серой шерстью и жёлтыми глазами, да к тому же единорог.

— Они не похожи на того, что я встретила, но всё равно спасибо.

Селестия нахмурилась:

— Почему пони мог бы отсутствовать в реестре? Может быть, он из труднодоступной деревни на окраине?

— Похоже, что он посещает музыкальный кружок, состоящий из довольно разных пони. Я вновь видела его вчера, во сне Ноутворфи.

— О? Кого же ещё ты встретила там?

— Единорожка по имени Лира, ещё одна по имени Винил, и...

— Винил Скрэтч, с шерстью белого цвета?

— Всё так. Ты знаешь её?

— Она была диджеем на свадьбе Принцессы Каденс, кажется она живёт в Понивиле. — Селестия задумчиво потрогала подбородок. — Да, и в списке была одна Пастри из Понивиля. Дай-ка...

Селестия забрала стопку бумаг, и, перетасовав несколько, вынула оттуда одну. Затем, убедившись, показала её Луне, подсвечивая одну из записей, описывающую кремовую пони со светлой гривой.

— Да, это она. Судя по общему месту проживания, Тюнинг Форк, должно быть, посещает Понивиль достаточно часто, чтобы оказаться во снах его жителей.

— Может, даже живёт там. Спроси Пинки Пай! Она утверждает, что знает там каждого.

— Спасибо за наводку, сестра, — улыбнулась Луна.


С самого возвращения она воздерживалась от праздного гуляния по чужим снам, если те не требовали её внимания, но любопытство брало верх.

Страшный пейзаж напоминал мракобесия, творимые Дискордом, но вероятно его восприятие зависело от перспективы — эту пони похоже всё устраивало. Она хихикала, лёжа на розовом, как она сама облаке, шоколадный дождь которого заворачивался наверх, и на неё.

— Приветствую, юная пони, — сказала принцесса, подойдя ближе.

— Привет, принцесса! — Пони помахала в ответ, а затем села, как по тревоге, подозрительно оглядывая горизонт. — Здесь где-то прячутся кошмары? Или... — она прикрыла копытом виноватую улыбку, — мой сон показался вам кошмаром издали? Наверное, не лучшие ваши воспоминания, я уберу!

Пинки, каким-то образом, щёлкнула одним копытом, и ландшафт сменился на более формальный — интерьер пряничного замка.

— Это было не обязательно, но спасибо, — сказала Луна, осматриваясь. — Твой контроль снов впечатляет.

— О, вам нравится! — Пони прыгала на месте в восторге. — Технически, будучи в моём сне, вы сейчас на территории Понивиля, а значит мы должны отпраздновать ваше прибытие!

Она достала огромную трубу и продудела вглубь замка по коридору. Потолок тут же взорвался конфетти из скрытых люков. Появилось несколько Пинки-горничных, надевших на принцессу праздничную шляпу и бусы. Ещё одна сунула поднос с кексами прямо под нос. Их запах сгладил их неожиданное появление, и Луна попробовала один, не оставшись разочарованной.

— Откуда тебе известны мои предпочтения?

— Мы ведь уже встречались, не так ли? — махнула та копытом.

— Всё так, — кивнула Луна. — Скажи, знаешь ли ты так же хорошо вкусы пони по имени Тюнинг Форк?

— Которого? — спросила пони.

Луна удивлённо моргнула, прежде чем уточнить:

— Коричневый земной пони с белой гривой.

— И голубыми глазами и маркой в виде камертона?

— Да.

— Которого?

— Что значит которого? Я только что описала его, — сказала Луна, сведя брови.

— О я знаю двух пони, что так выглядят. Все постоянно их путают.

— Вот как? — Луна вновь закусила кексом в задумчивости. — И как их различаешь ты?

— О, смотри, — Пинки достала откуда-то белогривого пони, ставя его справа от себя. — У этого Тюнинг Форка уголки губ всегда слегка закруглены наверх, — она указала на описываемое кончиком копыта. — Поднимает ноги чуть выше при ходьбе, и ему сложнее сходиться с новыми друзьями, поэтому он даёт Тюнинг Форку познакомиться с ними первым. А этот Тюнинг Форк, — она поставила ещё одного слева, — более уверен в себе, строже следит за причёской, смелее соглашается на новое, но и скорее откажется в процессе, и совсем чуть-чуть эмоциональнее другого. Так о ком из них вы хотели бы услышать?

Луна смотрела, замерши. Затем проглотила дожёванный кусок. — Обоих.

— Легко. Тюнинг Форк, — Пинки указала на левого, — любит мягкое тесто лишь с теми добавками, что формируют с ним однородную массу, особенно ягодные сиропы. В то время как Тюнинг Форк, — и на правого, — предпочитает то же, но больше если добавки остаются целыми, навроде цельных ягод.

— И каждый раз ты угадываешь правильно?

Пинки вдохнула:

— Что за друг бы я была иначе?

Принцесса прогудела задумчивую ноту.

— А знаешь ли ты, почему ни один из них не спит?

— А, хи-хи, это просто история, к которой пришли продолжавшие их путать пони. А они подыгрывают, потому что это весело.

— Почему же тогда я не могу найти их сны? — спросила Луна.

— Вы... Что?! — розовая пони, наконец, была застигнута врасплох. — А вы точно искали супер-дупер сильно? — Она заискивающе наклонила голову. На её лице читалось, сколь мало веры содержал этот вопрос.

— Именно так. Поэтому я здесь, Пинки Пай. Я хочу знать, почему у него, или у них, не бывает снов.

— Совсем не бывает?.. Но это же так гру-устно. — розовая пони приуныла.

— У них есть близкие друзья?

— О, конечно!


Честно говоря, были и другие причины, по которым Луна не входила в чужие сны без нужды.

— Приветствую, юный пони, — сказала Луна.

— Ого, а казалось лучше уже некуда, — сказал пони песочного цвета, ухмыляясь.

Его уже обнимала троица подруг, но его взгляд явно намекал на то, что это не предел. Он моргнул, ещё раз дважды. Ухмылка слетела с его вытянувшегося лица с выкаченными глазами.

— Спокойствие, Карамель, я здесь не для того чтобы судить твои сны, мой долг лишь защищать их от кошмаров.

Не двигаясь, он скосил взгляд на своих подруг. Они натянули хищные улыбки, но это уже была лишь реакция сна на возникшие у него подозрения. Луна избавилась от лишних образов в яркой вспышке сонной магии, напугав тем самым песочного пони — со вскриком, он перекинулся назад через спинку дивана. Когда он выглянул, Луна всё ещё ждала его напротив.

— Эмм, принцесса? Я, простите, я... Я не контролирую свои сны, они сами мне снятся!

Луна покачала головой:

— Тебе не нужно ничего объяснять, в отличие от меня. Я ищу помощь в разгадке одной тайны, находящейся в твоём городе.

— О? Что за тайна? — Он перепрыгнул через спинку обратно на диван, усаживаясь на том. — Я в вашем распоряжении, — поклонился он, прижав к груди копыто.

— У вас живёт бессонный пони, ты ведь являешься другом Тюнинг Форку?

Пони удивлённо выпрямился:

— Но он спит! Это просто недопонимание!

— Я искала днём и ночью, но так и не смогла отыскать его снов.

— Может это из-за... — он заметно растерялся. — Но он точно спит, у него же были кошмары.

Принцессу кольнуло от этих слов. — Он рассказывал, что ему снилось?

— Да. — Карамель заёрзал, отводя взгляд. — Но не думаю, что смогу их вспомнить, — добавил он погодя.

Луна окинула его взглядом, а затем спросила:

— Ты знаешь обоих Тюнинг Форков?

Карамель вылупился.

— Откуда вы... Ох кого я обманываю, увиливая от принцессы ночи в её владениях. — Он поднял умоляющие копыта. — Простите, принцесса, они доверили мне этот секрет под клятвой не разбалтывать, я не могу их предать. Я действительно хотел бы помочь, но не ценой лучшего друга.

Луна подошла и положила копыто ему на плечо:

— Я знаю о значении дружбы не меньше твоего, юный пони. Но твои друзья пострадали от кошмаров, от которых я не смогла их защитить. Возможно даже, что всё ещё сложнее. Я сделаю всё от меня зависящее, чтобы помочь им. И я клялась не использовать сны своих подданных против них. Сновидения должны быть местом умиротворения для каждого пони.

Он положил своё копыто поверх её, с печальной улыбкой.

— Им всё ещё снятся кошмары, хоть и реже, чем раньше. Что вам нужно узнать, чтобы помочь им? — спросил он.

— Расскажи мне, что им снится.

— Ладно.

Пони тяжело вздохнул.

— Давным давно, они потеряли семью в атаке чейнджлингов, что привело к его состоянию. Они никому не рассказывали, потому что боялись, что никто не поверит. И всё время боялись, что однажды чейнджлинги придут и за ними тоже, о чём и были их кошмары. После атаки на Кантерлот кошмары зачастили и усилились. Несколько раз они даже ночевали у меня дома, чувствуя себя спокойнее со мной на страже. Тогда они и рассказали мне свою историю.

— Тяжело нести такие воспоминания в одиночку, — сказала Луна. — Они больше ни с кем не делились этим?

Карамель покачал головой:

— Нет, не думаю.

— Можешь показать мне, где они живут?

— Ладно.


Карамель постучал в дверь, и секундой позже её открыл Тюнинг Форк.

— Эй, Форк, пустишь гостя? — Карамель указал на принцессу с улыбкой.

Встречавший пони не был обрадован:

— Я ничего не сделал! Вы не можете меня арестовать лишь за проживание здесь!

— Форк, смени тон, она всего лишь хочет помочь!

— Я доверял тебе! — Коричневый пони вытянулся вперёд с безумными глазами. — А ты привёл стражу к моему дому!

— Никуда она тебя не заберёт, просто хочет помочь тебе с кошмарами! — Карамель затолкал его в дом, освобождая проход.

— О, уже помогла, теперь ещё и принцесса будет сниться!

Спорящие пони пропали в кухне справа. Луна заглянула в комнату налево. Типичная холостяцкая гостиная с диваном и столом, немного мусора и разбросанных бумаг. Напротив входа же была закрытая дверь в ванну, и лестница на второй этаж.

— Ну же, Тюн, произведи хорошее впечатление, — сказал Карамель, выводя друга с кухни.

— Хорошее впечатление? Ваше высочество, — Тюнинг Форк поклонился, точным и выверенным движением Кантерлотской знати. — Премного озарён принимать вас в своей дыре. Чувствуйте себя как дома, если это не оскорбляет ваших стандартов считать что-либо своим домом.

Карамель хихикал рядом.

— Покажи мне свой дом, юный пони, — сказала принцесса, кивнув его образу.

Тюнинг Форк кивнул в ответ, и прошествовал в гостиную.

— Здесь моя... — Он помотал вытянутым копытом, растягивая тишину в неловкую паузу. Затем побеждённо вздохнул, топнув им о пол. — Проехали. Прошу прощения за скудный словарный запас моего друга, не справившегося с передачей моего обаяния. В живую я поинтереснее.

— Эй! — Карамель ткнул его в бок, хоть и улыбаясь.

— И кстати, я не одобряю разбалтывание моих секретов, — скосил он взгляд на песочного пони, заставив того опустить уши.

— Не вини своего друга, он действовал в твоих интересах, — сказала Луна.

— Он действовал в своей интерпретации моих интересов, и раз я об этом говорю, полностью осознавая, что всё равно их переврал.

— Я знал что тебе это не понравится. Но я также знаю, что тебе это нужно. — Карамель положил копыто на плечо друга. — Она же может освободить тебя от кошмаров.

Тюнинг Форк улыбнулся в ответ:

— Хорош себя уговаривать. Я всего лишь образ.

Луна прочистила горло, возвращая внимание на себя:

— Я вижу, что в твоей комнате нет кровати, и я всё ещё не вижу второго Тюнинг Форка.

— С чего бы ей там быть? — Коричневый пони пожал плечами. — И кстати, некрасиво.

— У них и правда нет, — сказал Карамель. — Они так эксплуатируют своё состояние, спя по очереди. Но в этом сне они оба... — Карамель удивлённо замер, мельком глянув на друга и вновь на Луну. — Вы же сказали, что знаете!

Луна уставилась на коричневого пони.

— Оба Тюнинг Форка — один и тот же пони?

Названный лопнул со смеху, повиснув на друге:

— Она просто ляпнула догадку, а ты наивно меня продал!

— Состояние о котором ты говорил... — начала Луна.

— Раздвоение личности, — закончил Карамель и повесил голову.

Принцесса задумчиво прогудела.

— Я встречала таких пони ранее. Это правда, что один может спать, пока другой бодрствует, но это не освобождает тело от необходимости в отдыхе, и тогда они все спят одновременно. Это, так же, не скрывает от меня их сны.

Карамель тупо смотрел на принцессу. Тюнинг Форк выглянул позади него, всё ещё облокотившись:

— Кар? Ты думаешь о том же, о чём и я?

— Ты думаешь? — Песочный пони скосил на него жалобный взгляд.

— Что у нас ещё остались от тебя секреты?

— Тревожные известия. Даже теперь, ты всё ещё что-то скрываешь?

Коричневый пони пожал плечами:

— Не могу знать. Но было бы грустно, если так.

— Что находится у вас наверху? — спросила Луна.

— Ничего криминального, — Тюнинг Форк слез с Карамеля и проследовал по лестнице, показывая. — Переделанная под кабинет спальня, и переделанный под спальню кабинет. То есть, кабинет переделанный под кабинет.

Луна заглянула в каждую из комнат, найдя в одной музыкальные инструменты и место для их настройки и ремонта, а в другой — письменный стол и полки с книгами. Спального места ни в одной из них действительно не оказалось. Она обернулась к догнавшему их Карамелю.

— Благодарю за твою открытость о своём друге. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы не навредить им своей помощью.

— Тогда не стоит к нам так вламываться, — сказал Тюнинг Форк, выглянув сбоку. — Будет лучше, если мы сами придём, чем придут за нами. Иначе мы за себя не отвечаем.

— Почему? — спросила Луна.

— Два страха, — коричневый пони провёл по горлу, как если бы поправлял неудобный ворот. — Чейнджлинги и королевская стража.

— Или любые другие солдаты, — уточнил Карамель.

— Можешь сказать своему другу встретиться со мной? — спросила Луна.

— Эмм... — Песочный пони опустил уши.

— Не выйдет, — Тюнинг Форк помотал головой. — Мы не согласимся на допросы какого-нибудь психолога. Тем более главнокомандующего королевской стражи. Лучше встретиться на нейтральной территории, где власти просто присутствовали бы в силу мероприятия, но не в угрожающей нам форме. Так бы вы нас не спугнули.

— Спасибо, — кивнула Луна, и вернула взгляд на Карамеля. — Тогда не говори им. Я посмотрю, что можно сделать.

— Как скажете, принцесса, — Карамель поклонился на прощание.

Она развернулась уходить, но её внимание привлекла ещё одна маленькая дверь над лестницей. Как будто антресоль под самым потолком в конце спуска.

— Что это? — спросила Луна, указывая на дверцу.

— Хранилище? — озадаченно спросил Тюнинг Форк. — Это хранилище. Для хранения бесполезного мусора, что я не смог заставить себя выкинуть, в хранилище.

Луна спустилась по лестнице, оказавшись ниже дверцы этого шкафа. Она смогла достать до него кончиком копыта, лишь встав на задние ноги.

— Не высоковато ли для земного пони? — спросила она, открывая его. Но внутренности шкафа были темны как ночь, Карамель не знал, что там хранилось.

— Мы не то чтобы им пользуемся? — Тюнинг Форк пожал плечами. — У нас есть лестница, если мы вдруг захотим нанести визит. По крайней мере этот хлам не валяется под ногами.

Луна кивнула и на том покинула их сон.


— Сестра?

— Да, Луна?

— Ты не могла бы организовать мне визит в Понивиль?

Селестия по-матерински улыбнулась:

— Луна, ты вольна посещать любой город по своему желанию, я не держу тебя под домашним арестом.

Луна скосила на сестру недобрый взгляд:

— Я знаю. Я прошу найти мне повод сделать это как можно менее официально.

— Я же просто шучу, неужто разучилась? — спросила Селестия, поставив брови домиком.

— Прости, сестра, я не в настроении. Я разузнала, где живёт загадочный пони, и что у него были кошмары, ускользнувшие от моего внимания.

Селестия положила приборы на стол и с соболезнующим лицом обратила на сестру всё своё внимание.

— Я не виню себя, сестра, — сказала Луна.

— Хорошо. Что тебе нужно?

— Повод. Что-нибудь светское, пригласить музыкантов, но не возлагая на них ответственности.


Тур художественной галереи оказался и скорым, и свободным от налёта официоза. Размещённая в городской ратуше, выставка уже собрала достаточно местных, чтобы покрыть большую часть затрат, а продолжение тура по другим городам даже обернёт затею прибыльной.

Луна уже приметила знакомую единорожку, задававшую атмосферу игрой на лире в центре зала. Некоторые из посетителей уделяли ей даже больше внимания, чем картинам.

— Принцесса Луна! — Она обернулась на голос, увидев радостного голубого пони.

— Приветствую, Ноутворфи, — улыбнулась Луна. — Остальные твои друзья из музыкального кружка тоже сегодня здесь?

— Конечно! — он указал на сопровождавшую его единорожку в фиолетовых очках, покачивавшую головой с самозабвенной ухмылкой.

— Я вела королевскую свадьбу, — сказала она не прекращая ни кивать, ни улыбаться.

— Вон там играет Лира, — указал голубой пони. — И вроде её позже сменит Октавия.

— Тюнинг Форк тоже сегодня приглашён?

— Ох, это... — Он сложил уши. — Прошу прощения за его поведение в моём сне, он такой бесцеремонный лишь с друзьями. Возможно, я просто слишком привык к его поведению...

— Спокойствие, Ноутворфи, я не в обиде.

Пони улыбнулся, кивнув, и бросил взгляд в сторону входа.

— О, помянешь его...

Там, по другую сторону зала, вошёл коричневый пони с белой гривой, в компании своего близкого друга.

— Вам так и не удалось найти его сны? — спросил Ноутворфи.

— Боюсь что нет, о чём мне и нужно теперь с ним поговорить.

Луна отметила конец разговора кратким кивком и направилась к загадочному пони.

Тюнинг Форк таращился на неё недалеко от входа, игнорируя попытки Карамеля привлечь его внимание. Наконец отведя взгляд, коричневый пони направился вдоль круглого зала в противоположную от приближавшейся принцессы сторону. Это заставило её обеспокоенно напрячь брови, но только до тех пор, пока она не заметила, что тот направлялся к туалету. Луна замедлила шаг.

— Ваше высочество! — Карамель привстал на кончиках копыт с улыбкой, охраняя дверь в мужской туалет.

— Приветствую, Карамель. Нравится выставка?

— Честно говоря, мы мало чего ещё успели увидеть, но выглядит интересно. Я заметил...

— Поберегись! — Его прервал накачанный пегас с маленькими крыльями, протискиваясь к заветной двери. Он предпочёл обойти принцессу с почтительного расстояния, по дороге вжав песочного пони в стену.

Отлипнув, Карамель встряхнул головой, смотря вниз.

— На чём я остановился?.. Ах да, на полу, хех.

Он глянул на дверь в которую только что протиснулся пегас, и вновь на принцессу:

— Кажется там на картине было ваше имя?

— Это так, я подписывала свои работы в те времена, — улыбнулась Луна.

— Так это ваши! — вылупился Карамель.

Соседняя им дверь вновь отворилась, но из неё вышел другой незнакомый пони, замерев уставившись на принцессу прямо перед ним. Луна приветливо кивнула ему, чтобы снять напряжение, и он робко улыбнулся в ответ.

— Ваше высочество, — сказал пони и с поклоном удалился.

— Я не знал, что вы были художником! — сказал Карамель. — То есть, вы ведь всё ещё художник, верно? Талант же остаётся на всю жизнь.

— Конечно. О моих материальных работах было не принято говорить, поскольку они были сделаны мной во времена, когда я сильнее всего чувствовала себя отвергнутой. Недовольная, сколь обделено вниманием было ночное небо, я пробовала другие способы сыскать признание своих подданных. Мы знаем, к чему это привело меня. Ныне, я и моя сестра хотим разрушить былые коннотации, поскольку со временем всё больше и больше пони находят мои работы интересными с художественной точки зрения.

Карамель прижал переднюю ногу к груди:

— Сочувствую.

Вновь открылась дверь туалета, выпуская огромного пегаса наружу. Карамель успел посторониться на сей раз.

— Не стоит, — сказала Луна. — Эта выставка посвящена не моей одержимости, а освобождению от неё.

— Значит, вы больше не занимаетесь искусством?

— Каждую ночь, юный пони, — сказала Луна, с лёгкой меланхолией принимая столь знакомое заблуждение. — Но я научилась ценить его сама. Как скоро твой друг присоединится к нам?

— Не знаю. Тюн! — Песочный пони открыл дверь в туалет, заглядывая внутрь, осмотрелся и зашёл целиком. Несколько секунд спустя он выглянул обратно. — Он исчез!

Нахмурившись, Луна зашла следом. Все кабинки были пусты, и в комнате не было окон.

Она вышла обратно, осматривая зал, и обеспокоенно свела брови. Этот загадочный пони начинал испытывать её терпение.


Она приземлилась около дома, и телепортировалась вовнутрь. Знакомый по сну интерьер, отличавшийся, но в тоже время схожий лишь беспорядком. Она проверила ванную и кухню, не найдя в тех ничего, привлёкшего внимание.

Заглянув на второй этаж и не найдя ничего интересного и там, она повернулась к антресоли. Лестница была слишком узкой, чтобы расправить на ней крылья, и принцессе пришлось вытянуться, стоя на достаточно высокой ступени, заглядывая в шкаф. Внутри её ждали ночник, пара книг, замок на внутренней стороне двери, и спальное место.

— Ну конечно, — сказала Луна и вздохнула.

Покинув дом, она отправилась проверить местные гостиницы на номера, снятые в последний час. Один ожидал её покинутым в спешке, оставленная на столе еда, раскрытое настежь окно. Луна выглянула на улицу, но не увидела снаружи признаков бегства.

Уходя, она задержалась у стола, окинув взглядом две тарелки, находившиеся по разные его стороны. Ей было нетрудно заметить, что одно блюдо было плотным, как ужин, а другое — лёгкое, как завтрак.


Горожане наблюдали процессию со сдержанным интересом, перешёптываясь друг с другом.

— Я ничего не сделал! Я невиновен! Вы не имеете права!

Отряд королевской стражи вёл сопротивляющегося коричневого пони. Ещё один, песочного цвета, безуспешно пытался пробиться к нему через охрану:

— Остановитесь! Кто отдал приказ?! Оставьте моего друга в покое!

— Ты! Я доверял тебе! — Коричневый пони выгнул шею, бросая на Карамеля злостный взгляд в оскале. — Смотри, что ты наделал, крыса!

— Форк, клянусь, если бы я знал...

— Ты прекрасно знал что власти нельзя доверять! И всё равно поверил этой принцессе! — он бросил последнее слово как плевок.

Песочный пони опустил уши, а затем заметил принцессу ночи. Та стояла в конце дороги, наблюдая приближающуюся стражу с поднятой головой. Карамель кинулся к ней.

— Принцесса! Что происходит? Я уверен, это всё какая-то ошибка! Скажите им отпустить его! Пожалуйста, пока не стало ещё хуже...

Принцесса засмеялась. Сначала тихо, сама себе, а затем пустилась в зловещее хохотание. Карамель отполз назад, с ушами, плотно прижавшимися к голове.

Зелёное пламя сорвало облик принцессы с королевы чейнджлингов. Похожие вспышки прошлись и по стражникам, открывая их истинную сущность.

— Чейнджлинги! — закричал Тюнинг Форк. — Что ты наделал! Как ты мог так поступить со мной!

— Нет... — Песочный пони медленно пятился, зажмурившись. — Нет, пожалуйста...

Яркая вспышка заставила его заслонить и без того закрытые глаза копытом. Смех чейнджлингов растаял.

— Приветствую, юный...

Ему потребовалась лишь секунда, чтобы перебить:

— Лгунья!

Луна приподняла ногу в удивлении.

— Ты сказала, что знаешь цену дружбе, но заставила меня лишиться своей! Что ты наделала!

— Успокойся! — Луна ударила поднятым копытом о землю. — Что это значит? Ты должен понимать, что это лишь кошмар.

— Тогда где они? — Карамель встал во весь рост. — Я не видел их с самой выставки. Уже три дня!

— Они убежали, — осознала Луна, и вздохнула, отводя взгляд. — Как долго ты знаком с Тюнинг Форком?

— Восемь лет, — сказал он с нажимом.

— И они так и не открылись тебе.

— Открылись! Не сразу но...

— Ты неправильно меня понял. Тюнинг Форк был лишь персонаж, роль которого они играли. Они даже не...

— Я знаю, что он лишь роль! — он подчеркнул свои слова ударом копыта. — Тюнинг Форк — это маска, витрина на улице, чтобы продемонстрировать миру здорового пони. А я знал оба истинных его лица, столь непохожих на свою маску. Такие пугливые, недоверчивые... Они больше никогда никому не смогут доверять после моего предательства! Того, кого они подпустили ближе всех! Как можно быть такой слепой...

— Кар.

Они обернулись на голос. Коричневый пони наблюдал за своим другом с грустной улыбкой.

— Ты ведь не на принцессу злишься. Пощади свой зад, пока можешь.

— Я... Простите, — Карамель отвернулся, прижав уши. — Ваше высочество.

Луна положила копыто ему на спину:

— И ты меня.


Прошла целая вечность с тех пор, как она последний раз касалась традиционного искусства, но сейчас оно казалось наиболее уместным.

Последние лучи солнца, опускаемого сестрой стоявшей рядом, покинули небо, и пришла очередь Луны зажечь свой рог. Поднимая ввысь своё небесное тело, она принялась заполнять небосвод аккомпанементом звёзд.

— Что... — начала её сестра, но ни продолжила, ни закрыла рта. Луна улыбнулась, позабавленная реакцией.

На небе звёзды образовали чёткий круг с лучами из звёзд поменьше, делящими его на три сегмента и продолжающимися наружу. В одном из таких наружных сегментов расположилось созвездие в виде двух пони, стоя пригнувшихся к земле, с головами вытянутыми в поисках опасности. Их лица были достаточно подробны, чтобы различить в глазах страх. По соседству, на внутренней стороне круга, созвездие изображало трёх пони, обнимающихся и счастливых.

Другой внешний сегмент изображал рой чейнджлингов, готовых к нападению, с высоким и длинногривым представителем, высившимся позади них, с оскалом наблюдающего за бегущей от них парой пони. На внутренней кругу стороне, был изображён другой высокий чейнджлинг, с двумя рогами, с роем встречавшим ту же пару пони уже приветливо.

Ещё один сегмент демонстрировал двух чейнджлингов бегущих от стражи, но на внутренней стороне круга вместо стражи их встречал аликорн, почтенно склонив голову.

По центру всего этого мерцало последнее чётко различимое созвездие. Очертания головы, что когда-то лежала тенью на поверхности луны, что сияла теперь глазом этого портрета.

Селестия повернула голову, смотря на свою сестру с восхищением и беспокойством.

— Это великолепно, но что это?

— Множество вещей, но в первую очередь, послание.

— Ты меня удивляешь. Ты ведь не винишь себя за события, которые не могла предвидеть?

Луна не ответила. Лишь, погодя, опустила взгляд.


— Добрый вечер, сестра. Как твой день?

— Третий день подряд, — сказала Селестия, глядя поверх газеты. — Ты заставила их забыть о моём существовании, я так и завидовать могу начать, — она улыбнулась.

Луна улыбнулась в ответ.

— Какова их текущая интерпретация?

— Они заключили что ты, всё же, не присваивала заслуг Старлайт Глиммер, но всё ещё теряются в догадках о твоей одержимости чейнджлингами. Самая загадочная часть картины рассматривается как метафора усыновления, с двумя пони, предположительно мужского и женского пола, в качестве символа нашего вида в целом.

Луна попыталась скрыть свою улыбку в чашке чая, но ей пришлось бы упереться носом в дно, чтобы в этом преуспеть.

— У тебя, к тому же, появилась почта, — сказала Селестия, левитируя ей стопку писем.

Луна перебрала конверты, и заметила знакомое имя на одном из них.


Приветствую, ваше высочество. Мы не знали, как связаться с вами, помимо вызова кошмара, и решили написать письмо.

Тюнинг Форк вернулся, и рассказал мне то, что пытались вы при нашей последней встрече. На самом деле, это многое объясняет. Эх, если бы только они рассказали мне об этом ранее, избежали бы всех этих проблем.

Так же рад сообщить, что вы избавили их от обоих страхов. Узнав побольше о том, что сейчас происходит в Королевстве Чейнджлингов, они подумывают наладить и связи с семьёй.

Нам всем хочется вновь с вами встретиться, чтобы отблагодарить, и в особенности мне, чтобы извиниться. ~Карамель

Я думал, что солнце самое большое и тёплое, что есть на этом свете, пока не узнал о вашем сердце. ~Тюн

Небо было шикарным, делайте так почаще! ~Форк

Комментарии (3)

0

Люблю такие сюжеты. Запутанные, но с объясняющим всё эпилогом в конце.

WiSk4S #1
0

Мило. Годно.

Gedzerath #2
0

Хорошая вещь!

leon0747 #3
Авторизуйтесь для отправки комментария.
...