Марсиане

Сол 475-476

Запись в журнале – Сол 475

Сегодняшнее послание с "Гермеса":

"Доброе утро, Марк. Надеюсь, ты хорошо покатался сегодня. Оттуда, где вы находитесь, это сразу не видно, но сегодня вы въехали в пыльную бурю. В следующий день или два вы увидите лишь небольшое снижение энергоэффективности. Будем надеяться, что таким оно и останется.

Вы в основном на правильном пути. Если увидите какие-нибудь кратеры, которые простираются за горизонт, обойдите их по восточной стороне. Так вы избежите самого худшего ландшафта Тимиаматы.

Удачи, и берегите себя".

Что ж, она права. На первый взгляд, брошенный наружу, день такой же солнечный и ясный, как и раньше. Но мощность, вырабатываемая солнечными элементами, стала ниже, пускай всего на полпроцента.

Мы активно давили на педаль газа последние пару сол, стараясь выжать пару лишних километров из каждого заезда. Кто знает, возможно, эти несколько километров окажутся разницей между жизнью и смертью.

Еда сегодня холодная. Пони решили на какое-то время перейти на полностью люцерновую диету, поскольку они ненавидят холодную картошку со страстью, готовой соперничать с моей нескончаемой ненавистью к корнеплоду во всех его формах и при любой температуре. Прости, мама, но я собираюсь пренебречь твоим картофельным салатом на следующий День Благодарения. Кроме того, твой соус всё равно лучше.

По сравнению с треугольником, образованным огромными кратерами в верховьях долины Маурт, скопление кратеров в Тимиамате гораздо скромнее. Тем не менее они всё равно имеют более десяти километров в ширину, а пара шириной и во все двадцать километров. Со слишком близкими горизонтами Марса стена кратера и правда сможет раскинуться от горизонта до горизонта, если мы заедем в тупик. К счастью, мы замечаем их стены ещё издалека… и, да, мы обходим их с восточной стороны.

Хотя у этого региона есть общее имя, ни у одной из местных складок местности их нет. Поэтому я называю каждый кратер, по мере того как мы их проезжаем, исходя из того, на что похож его вал при взгляде из "Виннибаго". На данный момент у меня есть кратер Надгробие, кратер Кенотаф, кратер Склеп, кратер Саркофаг и кратер Утёнка.

Что-то подсказывает мне, что астрономы не одобрят мои предложения.

Минди обернулась на топот ног по ковролину офиса SatCom. Рэндалл Картер мчался прямиком к её кабинке.

– Эти фотографии актуальные? – спросил он, размахивая парой распечаток в одной руке.

– Вы получаете необработанные данные каждый раз, когда какой-нибудь из спутников пересекает Arabia Terra, – сказала Минди. – Что-то не так?

– Что-то очень сильно не так, – сказал Картер. – Покажите мне любые фотографии с любого спутника, наблюдающего за Arabia Terra, с интервалом в один день. Включая сегодняшний.

Минди мысленно пробежала по списку орбит, который она держала в голове, выбирая спутники, пересекавшие Аравию в дневное время по местному исчислению.

– Крупный план или широкоугольный? – спросила она.

– Не всю планету, дайте мне весь шторм целиком, если сможете.

– Хорошо. – Она точно знала, какой спутник выбрать. Минди вызвала архивы изображений, выбрала целевые ежедневные снимки Arabia Terra начиная с трёхдневной давности и до сегодняшнего дня и вывела их на свой экран. – Прошу.

– Пролистайте их в хронологическом порядке, – попросил Картер.

– Хорошо, – Минди сложила окна на своем экране в правильном порядке и затем стала щёлкать по ним. С первого на второе – небольшое движение шторма. Со второго на третье – небольшое движение. С третьего на четвертое… – Ох ты. Так и должно происходить?

– Нет, – мрачно сказал Картер. – Высотные марсианские пыльные бури вроде этой не удваивают свою скорость так внезапно и не усиливаются одновременно с этим. Пони не проводили очередной тест своих двигателей?

– Они не планировали, – сказала Минди. – Но они не ведут радиопередачу сейчас, и они не смогли бы загрузить нам свои журналы, даже если бы вещали. Так что я не могу это подтвердить.

Картер разочарованно зарычал, отбрасывая распечатки.

– Распечатайте это всё, – сказал он. – И после этого идёмте со мной. Пора навестить доктора Капура.

– Это, – сказал Тедди, вцепившись руками в коврик на столе, – воплощение нашего самого кошмарного сценария.

– Возможно и нет, – сказал Венкат. – Да, шторм становится всё сильнее и сильнее, а главное – больше. Но он всего лишь около тысячи километров в поперечнике. Сейчас он движется со скоростью восемь километров в час. Если шторм перестанет расти и продолжит движение, он пройдёт над "Виннибаго" ещё через пять сол. Нет никакой опасности.

– Насколько ты уверен, что шторм перестает расти и продолжит двигаться?

– Ни в малейшей мере, – сказал Венкат. – Вы сами это сказали. Кошмарный сценарий. "Кобаяси Мару".

– Вас не затруднит воздержаться от гиковских заскоков, когда я в комнате? – возмутилась Энни. – Что ещё за коба-нахрен-мару?

Тедди и Венкат удивлённо уставились на директора по работе со СМИ. Митч Хендерсон на диване сделал то же самое, так же как Рэндалл Картер и Минди Парк, которых Венкант тоже притащил с собой на это экстренное совещание.

–Ты же смотрела "Стар Трек", – сказал Тедди.

– Смотрела, да, – сказала Энни. – Однажды. Но я не молюсь на него, как некоторые.

– "Кобаяси Мару" – безвыигрышный сценарий, – сказал Венкат. – По сюжету, это была симуляция, подстроенная так, чтобы всё, что бы ты ни делала, всё, что бы ты ни придумала сделать, заканчивалось неудачей. Что бы ни случилось, ты всё равно погибнешь.

– Разница в том, что у нас здесь не симуляция, – продолжил Тедди. – Венкат, мы можем чем-нибудь им помочь?

– Мы ежедневно передаём обновления и рекомендации через радиосообщения "Гермеса", – сказал Венкат. – Это всё, что мы можем делать. Единственные варианты Марка – продолжать пытаться обойти худшую часть бури или затаиться и надеяться, что буря пройдёт достаточно быстро. Прямо сейчас его варианты ограничены возвращением на север или движением на юг. Если идти на запад, то он попадает в пересечённую местность Margaritifer Terra, а если идти на восток, то он должен будет пробираться через труднопроходимый рельеф Тимиаматы. И то, и другое сильно замедлило бы его, а западный маршрут уведёт его в прямо противоположную сторону от Скиапарелли.

– Я вот что хочу узнать, – сказала Энни, – если это подстроенная игра, то кто, чёрт возьми, занимается подстраиванием?

– Это Марс, – откликнулся Митч с дивана. – Планета уже даже не пытается скрываться за совпадениями, природными явлениями или человеческими ошибками. Он хочет, чтобы они умерли, и ему всё равно, кто об этом узнает.

– Вот, – быстро добавил Тедди, – вот на это НАСА не имеет права даже намекать. Энни, пресекай любые намёки или допущения, что Марс активно пытается убить Уотни и его друзей.

– Почему? По-моему, это уже звучит как чистая, мать её, правда, – сказала Энни.

– Неважно, насколько это правда, – сказал Тедди. – Это ненаучная гипотеза. Мы не можем доказать её или опровергнуть. А НАСА, что бы ни случилось, это прежде всего научное учреждение. Если мы не можем это проверить, значит мы это не обсуждаем.

– Даже если мы сами в это верим?

– Особенно если мы сами в это верим, – сказал Венкат.