Марсиане

Сол 120

Уважаемая доктор Шилдс,

Вы сказали, что сохраните в секрете всё, что я вам отправлю, так что я могу рассказать вам что угодно. Марк говорил с вами вчера и сказал, что ваша помощь заставила его чувствовать себя лучше. Ну, я собираюсь тоже попробовать, потому, что мне нужно поговорить хоть с кем-то, но я не могу говорить об этом ни с кем из здесь присутствующих, а всё, что я отправлю домой, так же станет известно и им.

Сначала позвольте мне подробнее описать некоторые вещи. Важно, чтобы вы хранили это в секрете, пока мы не будем готовы обнародовать это сами – пока ещё существует опасность как для меня, так и для других, таких как я, что могут прийти в ваш мир в будущем.

"Жукопони" не очень хороший перевод для названия моего вида. Более подходящее слово "чейнджлинг" — "подменыш". Мы можем меняться – наша магия позволяет нам выглядеть подобно пони или какому-нибудь человеку и даже предмету. Мы можем быть чем угодно.

Это важно, потому что ещё несколько лет назад мы использовали своё умение изменяться, чтобы красть любовь, которой мы питаемся. Нас ненавидели и боялись, и пони имели полное право ненавидеть и бояться нас. Мы точно не были их друзьями. Мы жили, высасывая их любовь и другие хорошие эмоции, забирая часть того, чем они были.

Нет, я не сожалею об этом. Мы делали то, что должны были делать, чтобы выжить. Но в те времена мы бывали настолько голодны, что вели себя как монстры. Иногда мы полностью теряли контроль. Очень голодный чейнджлинг – это ОПАСНОСТЬ.

Вот тогда наша королева и придумала блестящий план космической гонки. Теперь пони всё ещё относятся к нам с подозрением, но многие нас уважают и даже любят такими, какие мы есть. Нам больше не нужно красть любовь. Мы получаем достаточно любви, чтобы быть здоровыми, не причиняя вреда никому из пони.

Но это было до тех пор, пока я не оказалась на Марсе.

Экипаж знает, что у меня есть проблема. Три раза в день они отдают мне немного своей любви, и, хоть мои запасы какое-то время были совсем небольшими, но теперь они, пусть и медленно, но стали расти. Дыры в моем теле уменьшились до размеров, которые были в момент крушения.

Но я чувствую себя более голодной, чем когда-либо прежде, и я не знаю, почему. Все чейнджлинги всегда немного голодны, но это совсем другое. Я получаю много любви, но чего-то не хватает.

В пещере всё не так плохо. Когда я работаю там, то чувствую себя почти как дома. Но когда я покидаю пещеру, то начинаю бояться. Я знаю, что происходит с чейнджлингами, когда они сходят с ума. Боюсь, я причиню своим друзьям вред, особенно Марку, который не знает, кто я такая на самом деле.

Я не хочу причинять вред никому из своих друзей. Но я не знаю, что я могу сделать, чтобы предотвратить это. И вы единственный человек, которому я могу рассказать об этом, потому что, если я скажу кому-то ещё из экипажа, то они тоже будут бояться, и больше не смогут меня кормить, и тогда всё очень быстро станет ещё хуже.

Есть одна вещь, которую вы можете для меня сделать. Следите за сообщениями от других. Если вы заметите определённые признаки, это может означать, что я слишком несдержана, и вы должны предупредить об этом остальных.

1) Жертва внезапно теряет желание делать хоть что-то, кроме как быть рядом с одним существом (чейнджлингом).

2) Жертва внезапно становится очень глупой, и ей легко внушить что угодно.

3) Личность жертвы очень, ОЧЕНЬ меняется – очевидное и резкое изменение.

4) Жертва слабеет, у неё почти не остаётся сил.

5) Жертва истощена, больше не может испытывать никаких эмоций, не способна что-либо делать для себя.

Больше всего присматривайте за Марком. Он ничего не знает. Если я скажу ему, то он больше не будет меня любить. Остальные знают и следят друг за другом и за мной, но Марк самый вкусный и самый щедрый. Если я сорвусь, я, скорее всего, нападу на него первого. Если это произойдёт, скажите им, что посчитаете нужным. Надеюсь, этого не произойдёт. Я не хочу, чтобы это произошло.

Теперь я чувствую себя лучше, зная, что вы будете наблюдать и предупреждать, если что-то пойдёт не так. Пожалуйста, не говорите больше никому. Люди когда-нибудь всё равно должны будут узнать, но мы должны сделать это осторожно, иначе люди будут ненавидеть всех чейнджлингов.

Я удалю это письмо с компьютера Марка, как только его отправлю.

Спасибо Вам, Ирэн.

Драгонфлай.

Дорогая Драгонфлай,

Прочти это так, чтобы никто не видел, а затем удали, если хочешь сохранить всё в секрете.

Я обещала сохранить конфиденциальность нашей электронной переписки, и я так и поступлю. Но это информация жизненно важна для НАСА. Что ещё более важно, это информация, в которой нуждается Марк.

Я понимаю, что ваш вид был вынужден паразитировать на других. Я предполагаю, что у тебя есть серьёзные проблемы с доверием со стороны остальных членов экипажа. Но абсолютно необходимо, чтобы члены экипажа доверяли друг другу, а Марк сейчас является частью вашей команды. Чем дольше ты ждёшь, прежде чем сказать ему, тем выше шанс разрушить это доверие, особенно если твои опасения потерять контроль над собой оправданы.

Твой страх оправдан. Ты не ошибаешься, если беспокоишься о своих друзьях. На самом деле забота о своих друзьях многое говорит о тебе, как о личности. Вопрос состоит в том, что ты собираешься делать, чтобы справиться со своим страхом и его причинами? Вот совет, который я могу тебе дать с расстояния в двести миллионов километров: тебе стоит поговорить с другими представителями твоего мира о своей проблеме. 

Я — человек из мира, который не знает, что такое магия. Никто у нас здесь не ест любовь, никто не может менять форму туда и обратно, как, по твоим словам, можешь ты. Я не могу сказать тебе, не собираешься ли ты внезапно, без всякого предупреждения превратиться в зверя. Но думаю, тот факт, что ты следишь за собой, является хорошим знаком.

Думаю, что ты недооцениваешь своих товарищей по команде и то, насколько ты им дорога. Доверие окупается. Серьёзно, рассмотри возможность рассказать им то, что ты рассказала мне. Я думаю, ты поймёшь, что они любят тебя куда как больше, а не меньше. И у кого-то из них, вполне может оказаться решение твоей проблемы.

Главный психолог проекта "Арес"

кандидат медицинских наук

Ирэн Шилдс.

Примечания:

Если бы Драгонфлай могла связаться с Кризалис по приватной линии, этой переписки никогда бы не случилось. Тот факт, что она вообще это написала, должен показать вам, как она волнуется.