S03E05
ГЛАВА 1 «По обе стороны» ГЛАВА 3 «Конец вечера»

ГЛАВА 2 «Поддержка и отрицание»

ГЛАВА 2 «Поддержка и отрицание»

Гостья грустно плюхнулась на круп и в очередной раз попыталась вспомнить своё прошлое, но к успеху попытки её не привели. Пони ощущала в себе непонятную пустоту и в то же время, необычайную тяжесть. Какие-то воспоминания были, но они обрывками сменяли одно за другим, не давая рассмотреть целостность картины.

 — Ты совсем ничего не помнишь? – догадалась желтокрылка.

Гостья положительно кивнула.

 — Я позову Твайлайт Спаркл. Она умная и возможно знает какую-нибудь магию для возвращения памяти, хорошо? – предложила хозяйка.

Салатовая вновь кивнула и с грустью посмотрела на свои передние ноги. Они казались ей чужими, не родными. Ещё бы, когда не помнишь собственного прошлого, каждая деталь мира становится чуждой. Ужасно не просто не знать кто ты, но и не знать других. Ведь наверняка могут быть друзья, близкие родственники и даже любимый кавалер. Кобылка надеялась, что новая знакомая поможет ей вспомнить себя. Поможет найти родных пони и воссоединиться с ними.

Желая познать себя, пони попыталась заглянуть в глубины своих чувств. Кобылка закрыла глазки и просто следила за своими ощущениями, за хаосом разнообразных мыслей и даже они казались ей чужими. Она видела отдельные фрагменты воспоминаний, но не могла понять о чём они, что означают. За пеленой обилия мыслей начало виднеться что-то чёрное, обильно наполненное злобой и ненавистью. Самое страшное, именно в этом пони ощутила частичку себя.

======================

Стук колёс приятно расслаблял усталый разум Гордона. Если бы во все поселения можно было с таким комфортом добираться на поезде, то так бы он и поступал… будь у него деньги. Но последние монеты он пустил на билет до изумительного столичного города, сердца родной Эквестрии.

Приоткрытое окно приятно охлаждало купе, не позволяя вездесущему солнцу обдавать жаром ноющие мышцы. За окном быстро проносились красоты летнего пейзажа, изредка разбавляемые небольшими домиками и фермами. В каждой деревне Гордон видел лучик надежды на успешное завершение поисков и с трудом сдерживался, чтобы не выпрыгнуть из вагона прямо на ходу, приступив к привычным поискам.

За тонкой перегородкой послышался звонкий смех. Кто-то явно веселился в столь чудесный солнечный день. Гордону было противно это слышать. Он давно позабыл радости жизни и терпеть не мог, когда радовались другие. Жеребец рос в бедной семье, которая едва сводила концы с концами. Тем не менее, детство его было весьма весёлое, но до той поры, пока по злому року близкие не стали покидать этот мир.

 — Кантерлот! – раздался громкий голос проводника, заставивший Гордона вернуться из глубинных воспоминаний.

Жеребец выглянул в окно и заметил живописный вид, открывающийся с хребта знаменитой горы. Поезд по спиральному пути стремительно поднимался вверх. Заехав в тоннель, по всему вагону раздался грохот колёс, резким эхом заглушающий остальные звуки, но как только тоннель закончился, всё пришло в свою привычную норму.

Состав начал замедляться, наклон дороги значительно уменьшился и поезд шёл уже не по спирали, а по прямой. За окном появились высокие дома и множество пони, гуляющих по видимой части улицы. Раздалось громкое шипение и весь заоконный вид скрылся за обилием густого пара, который сбросил один из клапанов локомотива. Пар не был горячим, он почти мгновенно успел остыть и единственное что ощутил Гордон, только влажность вдыхаемого воздуха.

Скрип тормозов и несколько резких толчков. Поезд полностью остановился и наступила тишина. Точнее, появилось новое обилие звуков в виде бесчисленных разговоров пони стоящих на перроне и их звонкого цоканья копыт по каменной поверхности станции. Пар наконец-то рассеялся, позволив увидеть просторную железнодорожную станцию. Зданий столичного города не было видно за внушительной постройкой вокзала.

Жеребец собрал вещи и покинул вагон. В голове ощущалось непривычное напряжение, возможно потому, что город находится на внушительной высоте на границе самих облаков. Он понимал, что ему необходимо привыкнуть к разности давлений, но к счастью, поезд поднимался в гору медленно и какого-то особого дискомфорта, Гордон не рассчитывал ощутить.

Снова громкий шипящий звук и перрон погрузился в очередное облако паровозного пара. Не желая больше дышать влажным воздухом, Гордон спешно прошёл в вокзальное здание, где миновав толпы пони, наконец пробрался в столичный город.

Местные пони выглядели совсем не так, как в родном регионе. Они были необычайно ухоженные, носили одежду даже не смотря на палящую жару. Город тоже отличался от обычных деревень и не только высокими каменными зданиями. Каждый миллиметр улицы был украшен красивым декоративным растением или узором. Не смотря на знойный день и обилие пони, дороги выглядели чистыми и ухоженными.

Заметив перед собой скучающего рыжего жеребца с зачёсанной назад гривой, Гордон уверенно к нему подошёл.

 — Скажи, как попасть во дворец? – спросил Гордон.

 — Это вы мне? – жеребец удивлённо посмотрел на путника, пока тот прикидывал, сколько часов непрерывного расчёсывания потребуется для того, что бы так зачесать столь густую гриву.

 — Если смотрю на тебя, значит и говорю тебе, — буркнул Гордон.

 — Сразу видно, деревенщина, — фыркнул местный.

 — Ты что-то сказал? – путник грозно посмотрел на зачёсанного.

 — Эй, не нужно угроз. Дворец и сам сможешь найти, просто подними свою деревенскую морду вверх, а меня прошу, оставь в покое, — разнервничался местный.

Гордон задрал голову и увидел очертания дворцовых башен знаменитого дворца, скрывающихся где-то за массивом жилых кварталов. Зализанный жеребец, заметив отвлечение нахального путника, поспешил удалиться прочь.

Башни имели конусные окончания и мелкими точками на них виднелись шпики, на которых повисли флаги Эквестрии.

 — Простите, вы мне не поможете? – спросила синяя кобылка, пытающаяся зубами тащить большой чемодан.

 — Да, с удовольствием, — согласился Гордон, заметив леди.

Жеребец взял ношу кобылки и с помощью небольшой верёвки надёжно закрепил на своей дорожной сумке, от чего у той колёсики угрожающе прогнулись.

 — Вам не слишком тяжело будет? Я могу и кого-нибудь другого попросить, — предложила пони.

Жеребец окинул плачевное состояние ноши и тяжело вздохнул.

 — Не переживайте, мне не в первой, — Гордон натянуто улыбнулся.

 — Я так вам признательна! Я живу здесь не далеко, не беспокойтесь. Кстати, меня Луиза зовут, — кобылка мило улыбнулась.

 — Гордон, — мило буркнул жеребец и постепенно начал движение.

Кобылка пошла рядом, стараясь вести его в верном направлении.

 — Что привело вас в наши края? На местного жителя вы не похожи, — расспрашивала пони.

 — Дела, — коротко ответил жеребец.

Луиза поняла, что собеседник совсем не настроен на общение, но он показался ей очень милым, и она хотела поднять ему настроение за оказанную помощь с сумкой.

 — А из каких вы краёв? – спросила пони.

 — Из далёких, — пыхтел жеребец, словно буйвол, таща на себе тяжёлую ношу.

 — Прямо из очень далёких? – посмеялась кобылка.

Гордон остановился и недовольно посмотрел на собеседницу, которая тут же замолкла.

 — Если ты не возражаешь, то давай продолжим идти в абсолютной тишине. Тащить за собой обилие шмоток, да ещё разговаривать на бессмысленные темы, выше моих сил, — рявкнул жеребец.

Кобылка расстроилась, но ничего говорить не стала и лишь молча продолжила провожать незнакомого носильщика. Когда пара дошла до входа широкого дома, пони остановилась.

 — Пришли, спасибо, — скромно произнесла Луиза.

Жеребец затащил её сумку к входной двери и, буркнув что-то вроде «не за что», пошёл дальше. Пройдя пару метров, неприятное ощущение заставило его остановиться, развернуться и вернуться к дому. Жеребец постучал в дверь, которую тут же открыла Луиза.

 — Я что-то забыла? Заплатить? – удивилась кобылка.

Возможность заработка обрадовала жеребца, но он вернулся не за этим.

 — Нет. Я хочу извиниться за грубое общение, — закраснел Гордон.

Пони мило улыбнулась.

 — Спасибо что извинился. Может зайдёшь, чай попьём? – предложила Луиза, скромно теребя копытом гриву.

 — Мне пора, — сухо ответил Гордон и под удивлённый взгляд кобылки, пошёл дальше, стараясь не упускать из виду башни огромного замка.

==========================

Гостья с тоской наблюдала за насыщенным видом лужайки, что раскинулась за окном, как на горизонте появилось две фигуры – Флаттершай и незнакомая фиолетовая единорог. Светленькая тут же отпрыгнула от окна и подбежала к двери. Она с нетерпением ждала момента, когда она отвориться и вот он настал, за открытой дверью показались те самые пони.

 — Вы поможете мне? Поможете? – затараторила салатовая.

 — Конечно, но давай будем вести себя чуть по спокойней, — улыбнулась фиолетовая, заинтересовавшись гостьей.

Салатовая с трудом поборола в себе волнение и села перед чародейкой. Хоть ситуация была и грустная, но Твайлайт было забавно смотреть на насупившуюся незнакомку, седевшую перед ней с видом, словно у неё невероятно свербило в одном месте.

 — Позволь представиться, Я Твайлайт… — начала фиолетовая, поднеся к груди правое копыто.

 — Да-да, Твайлайт Спаркл, Флаттершай говорила. Ну что, мне уже можно вспоминать? – заелозила салатовая.

Чародейка коротко посмеялась.

 — Я тоже хочу тебе помочь, но для начала должна понять что за вид амнезии с тобой приключился. Флаттершай говорила, что ты даже собственного имени не помнишь, посему спрошу, что ты вообще помнишь? – говорила фиолетовая единорожка.

Салатовая сильно напряглась и после минуты размышлений начала говорить.

 — Ну, я помню, что… я кобылка! – обрадовалась гостья.

 — Да, грандиозное открытие. Хорошо, что сама это выяснила, — посмеялась Твайлайт.

 — Почему ты смеёшься, она же ничего не помнит, это не смешно, — прошептала Флаттершай.

 — Знаю. Лучше проводить терапию в оптимистичном настрое, а не в упадническом, — прошептала Твайлайт.

 — А? – переспросила гостья.

 — Говорю… что ещё помнишь? – спросила чародейка.

Я помню вчерашний день, как некая Эппл Джек подарила мне плед, — вспоминала пони, испуганно косясь на собеседниц.

 — Продолжай, смелее, — подталкивала волшебница.

 — Я помню Усатика. Он первый, кого я увидела. До того момента, я больше ничего не помню, — расстроилась пони.

 — Устатика? Кто он такой? – спросила Флаттершай.

 — Мой маленький друг. Он забавно сидел на моём носике, — заулыбалась салатовая.

 — Хорошо, допустим. До того момента точно ничего не помнишь? – спросила Твайлайт.

Гостья встала с крупа и подошла к окну.

 — Совсем ничего, — прошептала она.

 — Ох, бедняжка, — простонала желтокрылка, от чего гостья совсем поникла.

Твайлайт подошла к незнакомке и обняла её левой передней ногой.

 — Вы мне поможете вспомнить? – салатовая тоскливо посмотрела на чародейку.

 — Обязательно. Случай довольно тяжёлый, но у меня есть одна идея, — чародейка, отойдя в сторону, достала из своей сумки небольшую книгу.

 — Это будет больно? Хотя не важно, я готова на всё лишь бы вернуть свою память, — глаза юной гостьи загорелись огоньками надежды.

 — Что ты, никакой боли, — улыбнулась Твайлайт, спешно листая страницы книги.

Салатовая пони подошла к чародейке и заглянула в книгу. Тексты имели непонятный смысл и состояли из ещё более непонятных слов.

 — Что это? Справочник непонятных слов? – поинтересовалась гостья.

 — Это заклинания, причём довольно лёгкие. Многие даже в школах проходят. Ты ведь училась в школе, верно? – рассуждала чародейка, не отрываясь от книги.

 — Ага. Но я не проходила магию, — ответила салатовая.

Твайлайт оторвалась от книги и удивлённо посмотрела на гостью.

 — Что? Я что-то не так сказала? – попятилась незнакомка.

 — Ты сказала нечто странное… даже две странные вещи, — насторожилась Твайлайт.

 — Что она сказала? – поинтересовалась Флаттершай.

Салатовая поочерёдно смотрела то на чародейку, то на желтокрылку.

 — Давай по порядку. Ты сказала, что не изучала в школе магию. Откуда ты можешь это знать, если ничего не помнишь? – настороженно спросила Твайлайт.

Зелёная единорожка впала в ступор от неожиданного вывода волшебницы.

 — Я не знаю как это объяснить. Я просто уверена в этом, — кобылка пыталась подобрать слова.

 — Здесь мне всё ясно, — Твайлайт отложила книгу в сторону, сконцентрировав внимание на собеседнице.

 — Что ясно? – прошептала Флаттершай, но чародейка проигнорировала её вопрос.

 — Второе что мне непонятно. Раз ты помнишь своё «утверждение», то почему утверждаешь, что не изучала магию? Это обязательно для всех единорогов, приказ самой принцессы Селестии, — рассуждала фиолетовая.

 — Но я не маг, а обычная пони! – возмутилась салатовая.

 — Ага, и рог у тебя на лбу в качестве декорации торчит? – напирала волшебница.

Салатовая вновь обратилась к зеркалу и заметила небольшой зелёный рог со спиральным узором.

 — У меня есть рог!? – удивилась она.

====================

Добравшись до просторной площади, Гордон наконец увидел то самое знаменитое строение, о котором слышали все пони, но видели немногие. Необъятных размеров замок раскинулся на хребте легендарной горы. Множество башен и корпусов делали дворец воистину колоссальным, а дизайн вовсе вызывал восторг даже у заядлых скептиков. Жеребец стоял перед парадным входом, к которому вёл каскад из множества широких ступеней. Вход имел арочный вид и был закрыт на две створчатые металлические двери. По бокам от входа стояли белые гвардейцы в золотых доспехах. Они словно статуи, смотрели куда-то вдаль. Не долго думая, Гордон начал подъём по этим ступеням и прикинул, сколько же страждущих поднималось по лестнице, сколько молили о помощи и скольким принцессы отказали так же, как и ему самому. У Гордона возникло к аликорнам много вопросов, но гнева – гораздо больше. Он уже предвкушал, как выплеснет на них весь свой запас сквернословия и надеется достучаться до их знатных душ, дабы те оказали ему настоящую помощь.

Поднявшись к входу, жеребец даже к дверям не успел приблизиться, как его остановили гвардейцы.

 — Стой, кто идёт! – стражи повернулись к Гордону.

 — Мне нужно увидеть принцессу Селестию. Разговор есть, — пояснил он.

 — Сегодня посещений нет. Если желаете, можете придти завтра и записаться на приём, — громким голосом произнёс один из стражников.

 — Как это нет? Мне срочно нужно её увидеть и меня не… — не договорил жеребец.

 — Вход воспрещён! – грозно сказал первый стражник.

Краем глаза жеребец заметил яркую фигуру и повернувшись, посмотрел на башню, что была за двумя корпусами по направлению солнца. По развивающейся гриве, она сразу узнал правительницу, которая стояла на полукруглом балконе и смотрела куда-то вдаль.

 — Пустите меня, принцесса всё равно просто бездельничает! – разозлился Гордон.

 — Принцессы никогда не бездельничают! Сэр, просим вас немедленно удалиться, иначе мы применим силу! – разозлился второй.

Гордон решил не искушать судьбу в лице двух натренированных гвардейцев и, окинув Селестию злобным взглядом, начал спускаться вниз.