Вещи, что Тави говорит
Понивильские вещи (Ponyvillean Things)
Поезд останавливается, пар шипит.
Переставляя конечности, я выхожу на платформу станции.
Мой багаж с проигрывателем гремит позади меня.
Моя грива развевается на тёплом ветру. Я прищуриваюсь, улыбаясь, впитывая золотые голоса, янтарное веселье и нежный гул за их пределами.
Благословенная Селестия... Я почти забыла...
…почти забыла, какое здесь всё зелёное.
Малиновый вздох, и я, шаркая, иду дальше. Мои глаза блуждают по горизонту. Я замечаю ветряную мельницу и её плавное вращение на фоне голубого неба. Журчащий ручей бежит под каменным мостом рядом с торговыми палатками и бутиками. Округлые очертания ратуши высокие и простоватые. Вдалеке башня с часами отбрасывает свою стройную тень на западные сады и коттеджи.
Я слышу много голосов. Я узнаю их по одной только чистоте тонов. Розовые смешки Черили смешиваются с протяжным синим Биг Макинтоша. Роузлак, Лили и Дейзи наполняют рынок хором коричневых и жёлтых оттенков. Вдалеке я даже различаю серые вдохи Зекоры.
Что-то царапает моё зрение. Я смотрю на север. Там возвышается хрустальный дворец Дружбы, чернее чёрного. Моё сердце пропускает удар, но в то же время... это странно успокаивает. Я почти сожалею, когда сворачиваю на юг и иду рысцой через жилые кварталы.
Лёгкие цветочные ароматы щекочут мне нос. С каждым вдохом мне хочется улыбаться всё сильнее и сильнее. Это очень сильно отличается от того городского убожества, через которое я продиралась последние несколько месяцев. Дом Каприкорн был приятным местечком, но и он не идёт ни в какое сравнение с восхитительной радостью и старинностью Понивиля.
С этим ничто не сравниться. Нужно бы записать альбом, посвященный Понивилю и только Понивилю.
О, Луна... Я чувствую, будто могу записать миллион альбомов.
Когда-нибудь я умру. Но между "тогда" и "сейчас" предостаточно времени, чтобы что-то создать.
Как я вообще могла думать по-другому?
И тут я прихожу.
Аккуратный дом, как и любой другой. Я почти удивлена тем, что лужайка не заросла. Очевидно, кто-то был столь любезен, что ухаживал за газоном в наше отсутствие. Нужно будет поблагодарить их... как только выясню, кто это был.
Я роюсь в седельной сумке и, в конце концов, левитирую ключи. Со спокойным вздохом я подхожу к двери, отпираю её и открываю проход в свои владения.
С глухим скрипом квартира приветствует меня серым и бирюзовым. Один выдох, и я наполняю её малиновым. Цвета раскрываются по всей пыльной длине помещения. Оно живое. Оно всегда было живым.
Мне жаль, что меня так долго не было. Интересно, перед чем мне следует за это извиниться.
И в этот момент...
– Воа... не может быть… – чёрный голос. Фуууух! Я чувствую, как ветер колышется у меня за спиной. Кто-то приземлился на лужайке перед домом. – Винил Скретч? Это действительно ты?
Моё сердце трепещет.
Я оборачиваюсь с улыбкой. В моих очках отражается её пушистое голубое лицо.
Рэйнбоу Дэш моргает, разинув рот.
– Святая корова. Это действительно ты! – она взмахивает хвостом. Словно взволнованный, преданный щенок, она снова поднимается в воздух. – Просто... просто оставайся прямо здесь, подруга! Я... э-э... я пойду приведу Твайлайт! Ты даже не представляешь, как она умирала от желания поговорить с тобой…
Я поднимаю копыто, качая головой.
– Ха? – её рубиновые глаза подёргиваются. – Нет?
Я улыбаюсь, затем неопределенно указываю копытом на восток. Я имитирую действие, прижимаясь носом к другой пони.
–... ... … – взгляд Рэйнбоу метается влево, затем вправо. Её лицо озаряется. – Лира и Бон-Бон! – она широко улыбается. – Ты хочешь, чтобы я привела их?
Я улыбаюсь в ответ и киваю.
– Конечно! Всенепременно! Просто жди здесь! – она взлетает. – Обожеобожеобожеобоже! – и в чёрном пятне она исчезает.
Я тепло вздыхаю.
Приятно осознавать, что по тебе скучали.
А теперь... пора всё налаживать...
Я зажигаю повсюду свечи, убираю свои вещи...
И жду.