Вещи, что Тави говорит
Скользящие вещи (Slipping Things)
Я ковыляю по льду.
Каждый шаг опасен, и я чуть было не падаю на скользкую поверхность более двух десятков раз.
Скрежеща зубами, я изо всех сил стараюсь сохранить равновесие.
Я тяжело дышу, задыхаясь, в отчаянии оглядываясь в поисках береговой линии.
Всё, что я вижу это монохроматическая серость.
Туман окружает меня со всех сторон.
Закусив губу, я выбираю случайное направление и шаркаю вперёд, пронзая белую пустоту.
Я снова скольжу и изо всех сил пытаюсь удержаться на ногах.
Мои колени дрожат, и я чувствую, как холод безжалостно пробирается сквозь мою шкуру.
Я стараюсь выровнять своё прерывистое дыхание.
Здесь не место, чтобы падать в обморок.
И затем... что-то раздвигает туман.
Я смотрю вперёд, усиленно моргая.
Мои очки пропали, но я всё же каким-то образом могу видеть ясно.
В дальнем конце тумана стоит она, сжимая смычок.
Она водит им по своей виолончели, но я не слышу ни единой ноты.
Я не вижу ни одного цвета.
В панике я машу копытами, отчаянно пытаясь привлечь её внимание.
Она стоит ко мне спиной и не видит моих маниакальных движений.
Задержав дыхание, я борюсь со льдом и стихиями, скользя вперёд так ровно, как только могу.
Её образ становится всё ближе и ближе.
Как только я оказываюсь на расстоянии крика, я пытаюсь свистнуть... дунуть... хныкнуть...
Хоть что-нибудь.
Наконец, она поворачивается и смотрит в мою сторону.
Она улыбается, но цвета пропали.
Её глаза и галстук-бабочка скрыты в тени.
Тени, что простирается высоко над ней, окружая, пожирая.
Я запрокидываю голову, разинув рот.
Я вижу чёрный изогнутый контур... опорные стойки перекидываются через реку.
Кто-то смотрит вниз, и я не могу выдержать выражения его лица.
Я не осмеливаюсь почувствовать это снова.
Как раз в этот момент лёд трескается.
Я тону.
С моих губ срывается вздох, малиновый взрыв, который разбивает монохромность.
Но когда я опускаюсь в глубины, вода не замораживает.
Вместо этого она тёплая, восхитительно успокаивающая...
Окрашенная в самые глубокие оттенки синего.
– Винил...?
Ровный перламутрово-синий.
– Винил Скретч...?
Синий, как небо весенним днем.
– М-м-м-м – крошечное копытце трясёт меня всё сильнее и сильнее. – Мисс Скретч?
–...! – я резко просыпаюсь, открываю глаза и тут же жалею об этом. Миллиарды всех безжалостных цветов мира пронзают меня одновременно. Морщась, я бьюсь о диванные подушки, затем протягиваю копыто к столу слева от меня.
– Упс... – и снова синий фонтан, прямо передо мной. – Моя вина. Хм... вам это нужно? – у меня под копытами оказывается блокнот.
Скрежеща зубами, я бросаю эту штуку на пол и продолжаю шарить вокруг.
– Э-э-э... А! О боже! Мне очень жаль! – наконец, крошечное копытце роняет мне в копыта пару очков. – Вот пожалуйста!
В мгновение ока я надеваю эти штуки на глаза. Я тяжело дышу, поднимая малиновые волны в океане спокойствия. Медленно цвета перестают кружиться, и я начинаю осознавать окружающую меня гостиную... и крошечную единорожку, стоящую передо мной и моргающую глазами.
– Эээ... – Свити Белль прикусывает губу. – Я даже не могу разбудить вас правильно.
Я просто сижу и смотрю на неё поверх своей загипсованной ноги.
– Ой! Хм... – синяя волна превращается в нежную рябь, когда она отступает назад, шаркая ногами по ковру. – Привет. Я... э-э-э... Свити Белль, – она сглатывает. – Я имею в виду... Конечно, вы знаете, что я Свити Белль, – она закатывает глаза. – В любом случае... Я... я пришла сюда, как только освободилась после школы. Мисс Мелоди была здесь, когда я пришла, и она сказала мне заняться уборкой на кухне. Она... эм... только что отправилась выполнять одно поручение, и она попросила меня присмотреть за вами... так как вы всё спали. Но потом я поняла, что вы давно не ели и... э-э-э... Я... я подумала, может быть, вы... – она морщится, отклоняясь от меня, как будто ожидая, что мой рог выстелет в неё магией в любой момент – ...хотите сэндвич?
Я моргаю. Я оглядываюсь через плечо...
Все ящики на кухне открыты, и повсюду свалено столовое серебро. Я замечаю несколько коробок, сложенных в углу. Я не могу даже притвориться, что понимаю, чем они были наполнены или откуда они могли взяться.
– Моя старшая сестра говорит, что самая чистая кухня – это хорошо организованная кухня! – говорит Свити Белль. Её голос достигает сапфирового пика, который соответствует её сверкающей улыбке. – Поэтому, я решила, что подойду к делу основательно и сделаю всё супер аккуратно!
Я прикусываю губу, представляя себе землетрясение цвета индиго, которое обязательно произойдет, как только Тави вернется.
– Итак... э-э-э... что думаете, мисс Скретч? – её хвост взмахивает, когда она избегает моего взгляда. – Вы голодны? Я имею в виду... это меньшее, что я могу для вас сделать.
Я делаю глубокий вдох. Повернувшись к ней, я вздыхаю, слабо улыбаюсь, и изображаю жест, будто я глотаю из банки содовой.
– Отлично! – Свити щебечет, и трусит прочь. – Сейчас приготовлю сэндвич!
–...?! – я таращусь на неё, качая головой и жестикулируя.
– Не волнуйтесь! – кричит она в ответ, её яркий голос синий, как океан. – Я перестала добавлять в них майонез с тех пор, как из-за этого мой отец упал в обморок!
Скрежеща зубами, я смотрю на блокнот на полу. Я изо всех сил стараюсь дотянуться до него, не двигая раненой ногой. Естественно, это тщетные усилия.
– Хм? В чём дело? – Свити Белль возвращается рысцой. – Могу я как-то помочь? – она поворачивается и видит предмет, к которому я тянусь. – Ах! Конечно! – она поднимает его.
Я улыбаюсь с облегчением.
А затем она аккуратно кладёт его на стол на противоположной стороне фойе. – Вот так! Красиво и аккуратно, как я и обещала мисс Мелоди! – она весело пробегает мимо меня, мимоходом подмигивая. – Это моей старшей сестре нравится "организованный хаос", но хорошо, что не она заботится о вас, да?
Я. Лицо. Копыто.
– Итак... вы хотите салат или помидоры на свой сэндвич? – её голубой голос отдается эхом. – Как насчет одного листа салата и двух ломтиков помидоров?
Я подавляю самый тяжелый вздох в своей жизни. Откинувшись на спинку дивана, я поднимаю копыто и дважды шлепаю по ней... вяло, но твердо.
– О? Два листа салата? Сейчас будет!
Я съеживаюсь. Нахмурившись, я направляю свой рог на блокнот через фойе. Но моя магия не активировалась уже несколько дней, и я едва заставляю предмет парить в дюйме от поверхности стола.
– Фух! – восклицает кобылка. – Я действительно хотела бы, чтобы у нас был более удобный способ общаться друг с другом! Вот было бы здорово, если бы единороги могли читать мысли друг друга, не думаешь?
Я снова откидываюсь на подушки и закрываю глаза.
Ты действительно... действительно не хочешь слышать мои мысли сейчас, малышка...