Вещи, что Тави говорит
Ядовитые вещи (Venomous Things)
Она спокойно наливает чай в свою чашку.
Она спокойно помешивает его.
Она спокойно подносит чашку к лицу и делает изящный глоток. Её глаза закрыты, пока тепло от напитка течёт через неё. Затем её затенённые веки приподнимаются.
Я спокойно продолжаю буравить её взглядом. Мы сидим за столиком в Сахарном Уголке. Я не собираюсь показывать этой кобыле где мой домой.
С бордовым вздохом диджей Каприкорн опускает чашку обратно на стол.
– Я понимаю, почему вы сердитесь на меня. То, что я делаю, это само определение сталкинга. Но... – она откидывается на спинку стула, прочищая горло. – Если вас это утешит, мисс Скретч, изначально я планировала подойти к вам в Салт-Лик-Сити. Но... учитывая наше предыдущее... эм... фиаско, мне показалась плохой идеей загнать вас в угол на публике. Это было бы ужасно несправедливо. Я слышала слухи о том, как вы любите мирную, размеренную жизнь деревенской глуши. Так что, когда я увидела поезд, на котором вы уезжали... ну-у... Я просто не смогла устоять.
Я поднимаю бровь.
– Должна признать, я немало удивлена. Понивиль уже не та неприметная точка на карте, какой он был раньше. Замок дружбы положил конец этому. И... — она обрывает себя, увидев жёсткость моего взгляда. Вздохнув, она делает ещё глоток и ставит чашку на стол. – Что ж. Будьте уверены. Я не собираюсь раскрывать ваш секрет.
Примерно в это же время появляется миссис Кейк, её грива и щёки радостно раскачиваются.
– И чем же я могу вам угодить, мисс Скретч?
Не отрывая затенённых очками глаз от Каприкорн, я указываю на подставку с трубочками на соседнем столе.
– О... хм... – миссис Кейк переносит её. – И... всё? Никакого Dr. Pony?
Я резко выхватываю подставку копытом, в результате чего несколько трубочек падают на столешницу.
– Ааа... – миссис Кейк сглатывает и быстро убегает с нервной улыбкой. – Оки-Доки!
Раздувая ноздри, я левитирую две соломинки, освобождаю их от бумажных рукавов и подбрасываю в воздух отрывистой, сердитой Пустой Речью:
– Почему. Ты. Вообще. Здесь?
– Чтобы передать тебе кое-что, разумеется.
У меня кровь стынет в жилах.
– Потому что... это должно быть у тебя, – не сводя с меня глаз, диджей Каприкорн лезет в свою седельную сумку.
– Поверь, я обдумывала это в течение нескольких дней. Я хотела передать её через Бо, но он так заботится о тебе, что неизвестно, где бы в результате оказалась пластинка.
Как только я вижу намёк на синий, я поворачиваю голову в сторону, кипя от злости.
Бордовый продолжает кататься по столу между нами.
– Я подумывала о том, чтобы уничтожить её. Это было бы так просто. И, скорее всего, это было бы то, чего ты хотела...
Я крепко зажмуриваю глаза. Я отказываюсь смотреть на яркую пастельную обложку альбома. Отказываюсь смотреть на рельефную золотую отделку. Отказываюсь смотреть на строчки заголовка, или на список песен, или на яркую белую кобылку с очаровательной улыбкой, позирующую на сцене в сверкающем бриллиантовом платье.
–...И тогда мне кое-что стало ясно, простой факт, который так нечасто получается усвоить, – её голос становится твёрдым, как красное дерево.
– Мы очень редко делаем именно то, что полезно для нас. И творцы, более, чем кто-либо другой, являются беспомощными жертвами своего собственного творчества. Наша муза – это наш яд, а есть ли противоядие? Что ж...
–... ... ...
– Мисс Скретч, пожалуйста, откройте глаза.
Нет смысла сопротивляться. Она только дольше выжидать будет, если я откажусь. Я не собираюсь привлекать Твайлайт или её гвардейцев, если бы они вообще могли чем-то помочь. Я ни за что не позволю этому выйти наружу.
Я открываю глаза... и молодая кобылка улыбается мне в ответ из-за сфотографированного микрофона.
– Тебе нужно перестать убегать от Циан Синг, – говорит диджей Каприкорн. – Осталось так мало её записей. Так мало свидетельств того, что такой удивительный талант когда-то украшал сцену... радиоволны... звукозаписывающие студии. И ты, DJ-P0N3... ещё более удивительный продукт... ты наверняка сможешь только выиграть от... признания той части тебя, которой она является. Это не то, о чём стоит печалиться. Возможно, это даже не то, чем стоит гордиться. Но... пренебрегать чем-то настолько глубинным?.. Такой большой частью самой твоей сущности? Разве это не похоже на отрубание собственной ноги... или рога? – её глаза сужаются. – Как кобыла, способная оценить незаметные трудности и победы над жизненными неудачами, ты, конечно, должна понимать какую ценность несут...
Я раскачиваю соломинку, произнося два коротких слова в вопросительном тоне.
Каприкорн моргает. Со вздохом она кивает.
– Да. Я закончила... если вам так угодно, – тем не менее она кладёт винил лицевой стороной вниз на стол и пододвигает его ко мне. Я отшатываюсь от него, как от огня, и она это замечает. – Я не так уж сильно удивлена, мисс Скретч, вашей реакцией на всё это. И что бы вы ни делали с этим бесценным экземпляром, по крайней мере, это будет то, что вы с ним сделаете. Но, пожалуйста, поймите, что я купила дорогой билет на поезд не для того, чтобы проделать весь этот путь сюда и помучить вас, прежде чем вернуться туда, откуда я выскочила.
Она встаёт, берёт свою седельную сумку и затягивает её потуже. Она делает последний глоток из чашки и направляется к выходу. У угла стола она задерживается, глаза унылые и меланхоличные. Бордовый цвет в её голосе становится чёрным.
– Вы мой кумир, мисс Скретч. И мне неприятно думать, что что-то разъедает вас изнутри. Это нормально – оставлять прошлое в прошлом, но, пожалуйста... не забывайте, что у этого моста есть три стороны. Циан на дальней стороне, DJ-P0N3 в настоящем, и Винил Скретч в центре. Вы – мост, мисс Скретч. Вы – та субстанция, которая воплощает ваш гений в звуке, и мне было бы очень грустно представить, как всё это рушится... и что с вами из-за этого может произойти. Хватит ли вам одной только горечи и сожаления, чтобы удержаться на плаву?
Я ничего не говорю. Я смотрю на столешницу.
Она выдыхает.
– Пусть у меня нету вашего успеха или скандальной славы... но у меня немало своих лет под седлом... и я совершила немало своих ошибок. Есть вещи, теперь навсегда похороненные, которые я очень хотела бы вернуть. Даже ценой самой музыки. Но это невозможно. Не позволяйте списку ваших достижений превращаться в обычную погребальную панихиду, мисс Скретч. Вы стоите гораздо большего.
И, взмахнув хвостом, она исчезла.
Я сижу... наедине с ярким синим прошлым. Когда я слышу топот копыт, я вздыхаю и убираю эту штуку с глаз долой.
– Всё... всё в порядке, мисс Скретч? – нервно спрашивает миссис Кейк.
Я складываю передние ноги, пристально смотря вперёд, на место, которое когда-то занимала Каприкорн.
– Эта... эта странная кобыла вам докучала?
Я не отвечаю. Вместо этого я показываю миссис Кейк свои обычные жесты, требуя две бутылки Dr. Pony. Вскоре она возвращается, и я проглатываю комок в горле.
Хватит с меня уже мостов...