Вещи, что Тави говорит
Обезьяньи вещи (Primate Things)
Цвета... формы... запахи...
Их просто слишком много, чтобы мой мозг мог их нормально воспринимать... Что особенно тревожно, учитывая тот факт, что мой мозг, мой череп, намного больше, чем должен быть...
Не успеваю я опомниться, как пара дверей со скрипом открывается и закрывается. Я моргаю. Мир вокруг меня больше не расплывается. Я нахожусь внутри помещения навроде большой кладовой. Оно до краёв заполнено футбольными мячами, сложенными в стопку гимнастическими матрасами и всевозможным спортивным инвентарем.
– Ладно... здесь нас не должны потревожить, – раздаётся позади голос Твайлайт. – По крайней мере, какое-то время. До урока физкультуры ещё больше часа.
Урока физкультуры...?
Она серьёзно?
– У нас есть время. Я могу рассказать тебе, что происходит, а ты можешь попривыкать к... – Твайлайт оборачивается, и её глаза моргают. – О! Ты уже стоишь!
Я стою?
Я смотрю вниз, и пол находится за миллион миль от меня.
О, Селестия...
Пол летит навстречу к моему лицу.
– Оо! – Твайлайт дёргается вперёд. Её передние лапы хватают меня за сверхгибкую талию. Я болтаюсь в её объятиях, как мешанина волос и макарон. – Извини! Хм... О, знаю! Давай ты пока присядешь...
Я вздрагиваю, когда она подводит меня к складному стулу.
– Легонько... легонько... просто позволь гравитации сделать своё дело...
Наконец я плюхаюсь на стул, слегка покачиваясь. Это самое странное ощущение в мире. Моё тело согнуто под углом девяносто градусов... и это ощущается нормальным. Даже естественным. В кого я, чёрт возьми, превратилась?
– Ладно... попробуй... э-э-э... освоиться, – она отступает на пару метров, и мне трудно смотреть на неё с невозмутимым выражением лица. Это все ещё принцесса, но вместо лавандового меха у Твайлайт... лавандовая кожа?
А нет, волосы у неё тоже есть. Теперь я это вижу. Даже на своих конечностях я чувствую редкие пряди меха... только они очень тонкие и очень длинные. Каким нужно быть существом, чтобы смириться с таким обнажением? Нууу, не считая кротовых крыс...
– Просто дыши спокойно. Твои лёгкие находятся не совсем там, где обычно. Кроме того, твои рёбра расположены с передней части туловища, а не с боков, твой позвоночник приспособлен для передвижения на двух ногах, и у тебя нет хвоста...
–...!!! – я оборачиваюсь, таращась за спину. Я ощупываю складки своей ветровки... и убеждаюсь в словах принцессы.
– Всё в порядке! Всё в порядке, Винил! – Твайлайт кладёт концы своих конечностей мне на плечи. – Это не навсегда, хорошо?! Это только на время, пока ты здесь! Как только ты вернёшься в Эквестрию, ты снова станешь пони. Окей?
Я вздрагиваю, слегка успокаиваясь.
– Тебе легче от этой мысли?
Я сглатываю и киваю. Я поправляю очки и смотрю на неё.
– Ладно. Теперь... э-э-э... смотри, и я покажу тебе основы, – она снова отходит на небольшое расстояние и шевелит отростками на конце своей конечности. – Это? Это пальцы. У вас их по пять штук на каждую руку. Видишь? – она по очереди указывает на каждую часть тела, о которой идет речь. – Прям, как у Спайка. Только они из кожи млекопитающих, а не из драконьей чешуи. Кроме того, вместо когтей у нас ногти. Это ладонь... а это тыльная сторона ладони. Будь осторожна, пальцы сгибаются только до определённого предела... Видишь?
Я смотрю на свои собственные руки. Я сгибаю каждый палец, один за другим. Я чувствую, как желчь поднимается к горлу от этого чуждого ощущения, и моё лицо морщится.
– Да. Я знаю. Поначалу они немного пугают, но они совершенно естественны, – Твайлайт поднимает одну из своих задних ног и указывает на предмет одежды, покрывающий её конец. – Это нога. Она очень похожа на руку, только она специально приспособлена для того, чтобы на ней стоять. По эту сторону зеркала мы передвигаемся только на двух конечностях. На ногах тоже по пять пальцев, как на руках, только они приспособлены для ходьбы. Пальцы находятся внутри обуви, которую здешние люди используют для защиты, потому что ступни не такие прочные, как копыта. Ты можешь пошевелить пальцами ног так же, как пальцами рук, но не совсем. Давай, попробуй.
Я нервно ёрзаю. Я вытягиваю одну ногу... затем напрягаю внутренние мышцы. Я чувствую, как внутри ботинка копошится кучка чего-то. Словно тараканы, ползающие по всему моему копыту. Я вздрагиваю, но в конце концов киваю.
– Теперь... у человеческого тела центр тяжести не такой, как у пони. Давным-давно их физиология эволюционировала таким образом, что они могли стоять прямо. Знаю, это может показаться невозможным, но ты обладаешь способностью стоять прямо. Именно таким образом человеческие существа ведут свою повседневную жизнь, – Твайлайт тихо приближается ко мне, протягивая копыта... я имею в виду, протягивая руки. – Попробуй. Просто... согни колени... и подними своё тело с помощью ног. Ты можешь опереться рукой о спинку стула, чтобы не упасть, если хочешь.
Я колеблюсь, но Твайлайт настаивает. Наконец, сделав глубокий вдох, я бросаюсь вперёд. Мой череп снова летит на встречу с полом, но она ловит меня в последний момент. Затем, с её помощью, я направляю своё тело вверх, пока моя голова не поднимается к потолку. Я чувствую, как мир вращается подо мной, и внезапный страх высоты, о котором я никогда не подозревала, преследует меня со всех сторон. Я пошатываюсь, почти падаю, но, каким-то чудом, нахожу ту волшебную точку, где... всё нормально.
Из-за удивления у меня чуть не слетают очки. Затем я чувствую, как Твайлайт медленно ослабляет хватку. Наконец, она совсем отпускает меня, и я действительно стою сама по себе.
И это просто безумие. Что за существо могло захотеть для себя такого? Чёрт возьми, даже у жирафов хватает здравого смысла ходить на четырех конечностях.
Каким образом кровь добирается до моего черепа, выше моего понимания...
– Видишь? Совершенно естественно! – пищит Твайлайт. Звук вышел насколько лошадиным, что мне даже становится чуточку легче. – Теперь осмотрись вокруг. Ты должна теперь лучше видеть комнату.
Я смотрю налево и направо. Твайлайт права. Теперь я вижу лучше.
Интересно, я увижу свои ноги? Я смотрю вниз, но нет, неудача. Даже ботинок не видно, потому что на пути взгляда целая куча... меня. Ветровка помялась? Я пытаюсь её распрямить, но комочки отказываются двигаться. Я пытаюсь их протолкнуть внутрь. Только для того, чтобы поморщиться от смеси боли и удивления. Это что за чертовщина?
– Э-э-э... нет. Нет, нет, нет... – она хватает меня за руки и опускает их по бокам. – Ты не хочешь их трогать. Уж поверь мне.
Я хмуро смотрю на неё.
– Да. Знаю, – она вздыхает, откидываясь назад. – Мне они тоже не нравятся.
Я поднимаю руки вверх. Ёрзая, я потираю голову. Эти "пальцы" очень чувствительны, и впервые в жизни я чувствую боль от укола моей шипастой гривы. Но я продолжаю ощупывать всё в поисках своих ушей. К моему ужасу, я их обнаруживаю намного, намного ниже. Суперхрупкие, тонкие, как бумага, штуковины, торчащие по бокам моего черепа. Эээ... И через это я слышу?
– Вот... – Твайлайт подходит с ручкой в одной руке и блокнотом в другой. – Это может помочь с коммуникацией. Я знаю, у тебя, должно быть, множество вопросов, – она кладёт ручку между двумя моими пальцами, затем протягивает блокнот. – Попробуй их задать.
Я смотрю на ручку, болтающуюся между пальцами. Я поднимаю голову, пристально смотря на неё.
– О... эм... – Твайлайт краснеет. Она берёт ручку у меня из руки, вертит её и нервно протягивает её мне на уровне подбородка.
Я тут же наклоняюсь, зажимаю ручку зубами и пишу настолько аккуратно, как только могу, на листе бумаги.
– Можешь спрашивать о чём угодно, – говорит Твайлайт, сочувственно улыбаясь. – Абсолютно обо всём.
Я заканчиваю писать, затем машу на неё передний конечностью.
Она переворачивает листок, моргает, затем читает слова вслух:
– Почему... твоя юбка такая... чертовски короткая? – она опускает взгляд на свои ноги, затем на меня.
Я складываю руки на груди и, прищурившись, смотрю на неё.
– Уух... – она обмахивается листком бумаги. – Это займет больше времени, чем я думала...