Сказка о Последнем Походе

Насколько легко победа обращается в поражение.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Рэрити Эплджек Зекора Трикси, Великая и Могучая Другие пони ОС - пони Кризалис Король Сомбра

Любимое занятие Флаттершай

То, что обязательно делает Флаттершай в большинстве эпических и не очень фанфиков про попаданцев в Эквестрии.

Флаттершай Человеки

Учитель и гиппогриф

Черили, по большому счёту, была отстранена от событий связанных со Школой Дружбы. Она только услышала о её открытии, а потом до неё дошли слухи о полном крахе начинания Элементов Гармонии, а затем и ещё худшие — о последовавшем дипломатическом инциденте. Но она на него почти никак не отреагировала и просто пожелала Твайлайт всего наилучшего, чтобы заняться своим важным делом — помогая расти всем жеребятам Понивилля. А потом, вскоре после того, как Школа Дружбы вновь открыла свои двери, в её привычный мир влетает одна мечтательная душа, которая вносит в жизнь Черили много новых красок!

Твайлайт Спаркл Черили Другие пони

Ночной приют

В каждом городке есть свои тайны. Есть они и в сонном Бэрриконте: о загадочных воришках, о домах глубоко в лесу, о чудовищах... Или всё это части одной-единственной тайны? Волею случая переехавшей в городок юной кобылке по имени Дитзи Вэй предстоит выяснить это и соприкоснуться с историей, начавшейся многие столетия назад. И нежданно-негаданно обрести надежду в своей жизни.

ОС - пони

Прокол

Свити Белль наконец-то получает свою кьютимарку в... весьма неожиданном деле. Немного запачкаться она не боится, ведь однажды ей будет суждено свершать великие дела. Вот только Свити не может понять, почему Рэрити реагирует так плохо.

Свити Белл

Дерпи нашла поваренную книгу

Дерпи задумалась над тем, что её рацион несколько однообразен и отправляется в библиотеку за новыми рецептами.

Дерпи Хувз

Сакура или когда твой друг-лучший..

Болезнь..страшная болезнь..но есть друг,а потом вдруг нет..жить или умереть в таком случае?Это игра на совесть..

Рэйнбоу Дэш Эплджек ОС - пони

Свобода в стабильности

Одной милой кобылке пришлось преодолеть один из своих самых больших страхов в жизни, чтобы, наконец, прикоснуться к мечте.

Эплджек ОС - пони

Лошажья гонка

Спорт в Эквестрии

Биг Макинтош

Бессильные мира сего

Действие развернется спустя двадцать лет после конца 4-ого сезона. Эквестрия обрастает технологиями - наступает золотой век. И он. Фезерфолл. Упадок. Бессмысленность. Эти три слова стали истинными синонимами в его собственном воспаленном мозгу. А над Кантерлотом идет черный дождь. Но ради чего? Или кого?

Автор рисунка: Devinian

Хь!

День 4,5: Family Matters

Хь!

Автор: just_wolf aka Chayn

Утро или нечто на него похожее началось с холодной воды в морду и бьющего по глазам света туда же. Не в воду, конечно же, а в морду. Впрочем, что водой в морду, что мордой в воду, невелика была разница. Сомбра воду не любил. Свет он иногда не любил ещё больше, особенно если тот был яркий. Что уж говорить о том, что со сна и то и другое вместе... определённо не самое лучшее пробуждение... где?

-Проснитесь и сияйте, мистер Сомбра, проснитесь и сияйте!

Голос был незнакомым, и это было не слишком удивительно, ведь здесь... где-то здесь... было много подменышей, ни с одним из которых он не общался, потому как... массовка, что с ней взять? Может и зря, но... увы, такова была, как говорится, се ля ви. Хуже было только то, что верёвки впивались в тело и это было неприятно.

-Кто вы? — Спросил он, стараясь выиграть время. — И какого параспрайта вам надо?

Вам, определённо. Когда его голос затих, единорог смог различить потаённое рычание и расслышать странные сосуще-причмокивающие звуки, об источнике которых он старался не думать. Действительно его похититель был не один, и это удручало.

-Мистер Сомбра... — Продолжал первый голос. — Вы совершили серьёзное преступление, за которое вы должны понести наказание.

Место было незнакомым, да и вообще ничего не было видно из-за света лампы, направленной в лицо. Сомбра повёл было головой, пытаясь применить телекинез, но сияние угасло тут же, словно бы его и не было. «Не круто.» — Мрачно подумал бывший король. — «Определённо не круто».

-О чём вы говорите?

А вы не знаете, мистер Сомбра? — Вопросил первый голос. — Действительно не догадываетесь?

-О чём?

-Мистер Сомбра, расскажите как прошёл ваш вчерашний день, и тогда, наверное, вы осознаете свою вину.

-А... день. — Сомбра поморщился, прикрыл глаза и принялся вспоминать. — Я проснулся от лая Ры за окном, потом увидел на одной из двери постер, и пошёл искать Кризалис, чтобы расспросить её о пони на картине, однако же Кризалис не нашёл, зато нашёл Дискорда. Далее я поговорил с ним, он ответил на мои вопросы, а дальше... дальше... не так важно.

Вспоминать, как его послало в полёт через весь Холлоувилль не очень-то хотелось, хотя, учитывая, что это допрос...

-Вы ошибаетесь, мистер Сомбра. — Голос был явно мужской, по крайней мере так казалось. — Это очень важно. Постарайтесь припомнить всё, что было после того, как вы имели беседу с Дискордом.

-Я коснулся розового почтового ящика... — Осторожно начал Сомбра, потому как в пересказе повествование казалось совершенно нереальным и фантасмагоричным. — И он запустил меня прямо в озеро. Оттуда меня резиновым утёнком Дискорда запустило в некую комнату, в ванную...

-Что вы делали потом, мистер Сомбра, после того, как оказались в... ванной?

-Пошёл в свою комнату, спать, сил больше не было.

-Прекрасно, мистер Сомбра, на этом, думаю, и закончим.

Лампа выключилась, свет полыхнул, больно ударив по глазам, и когда Сомбра пришёл в себя, то оказалось что вокруг даже никакая не пыточная, как могло подуматься ранее, а просто подвал, самый обычный подвал самого обычного дома, минотавр в форме стражника, Муни с леденцом во рту... словом, конечно же, ничего необычного или выда... СТОП!

-Кто вы? — Ошалело спросил единорог, глядя на допрашивавшего верху-вниз. — Почему я вас раньше не видел?

-Это не так важно, мистер Сомбра. — Минотавр развязал верёвки и повёл рукой в сторону двери. — Можете идти... или же... желаете добавить что-нибудь ещё к своим показаниям?

-Да... — Сомбра мрачно хмыкнул, потирая затёкшие конечности. — Горгульи... да и сама ванная, были точь в точь, как та, что была у меня когда-то... дома.

-Это... очень ценное дополнение.

-Я знаю.

Оставалось лишь развернуться, пафосно взмахнув полой плаща и уйти в закат, если бы не одно «но»... впрочем, даже не одно, а целых два — не было плаща, да и заката как-то тоже не наблюдалось. Было и третье «но» — уйти ему не дали. Почувствовав на своей многострадальной конечности мощность сжимающегося промышленного пресса Сомбра поспешно выдернул конечность из крепкой хватки... чего ему тоже сделать не дали. На этой самой конечности повисла, жалобно глядя снизу вверх одна аликорна ночного цвета. В одном переднем копыте был у неё леденец, который она пожёвывала, вторым же она охватывала конечность Сомбры, и отпускать явно не собиралась... услышав невнятное «фывыфывыфы», донёсшееся из её рта, Сомбра соизволил уточнить:

-Что?

Вытащив леденец изо рта Муни моргнула, и взглянула не единорога большими круглыми глазами.

-Прости меня, Бру...

-За что?

-Ну.. — Уставилась в пол Муни. — Я... меня попросили тебя сюда дотащить, и... ну... вот. Прости меня пожалуйста-А-А-А!

Сначала его ослепили, потом раздавили, а сейчас вдобавок ещё и оглушили! День определённо начинался здорово, как не крути, но, что было хуже всего, так это то, что Сомбра совершенно не знал, что же делать с плачущими детьми, опыта не было, да и взяться ему неоткуда было также. Напрягши все доступные и пару недоступных извилин единорог сделал то, что советовал ему инстинкт самосохранения, а именно прижал аликорну к себе и принялся гладить по эфемерной гриве. Ры, находившийся где-то в уголке, довольно заворчал. Слова не находились — ну не умел Сомбра успокаивать, за что сейчас и расплачивался. Впрочем, вопрос был задан, так почему бы не ответить?

-Нет, Бру на тебя не злится... — негромко проговорил он. — Совершенно.

-...совсем-совсем? — Переспросила Муни. — То есть... совсем-совсем-совсем?

-Ни капельки.

-УРА!

Хорошая новость — его отпустили. Плохая новость — его тут же сжали в объятьях снова раза в два сильнее предыдущего. Хорошая новость — снова отпустили. Перед самым взором Сомбры ныне была радостная-радостная аликорна со слезами на глазах.

-Бру! С самым что ни на есть серьёзным видом произнесла она. — Ты классный! Держи вкусняшку!

-Но я... фе фюфю...

Сладкое Сомбра не любил, но признаться в этом сейчас значит навлечь на себя кучу неприятностей, может даже и хорошо, что он не успел этого сделать... Радостная Муни сбежала вместе с Ры, минотавр ушёл ещё раньше, и Сомбра уже было подумал, что его оставили в покое, но... радостный, даже слишком радостный для столь раннего утра голос с ехидцей произнёс:

-Это было так мииило!

-Фафифо... — Почему он до сих пор держал этот леденец во рту? Леденец, который совсем недавно лизала Муни.... Судорожно вытянув изо рта сладость и, кажется, покраснев при этом(хвала тёмной шерсти!), Сомбра взглянул на Кризалис и лишь затем робко вопросил. — Конфетку будешь?

-Откажусь. — Качнул головой Кризалис, и добавила. — Сомбра... нам нужно поговорить.

Единственным ответом ей послужил приглушённый стон да стук лба о деревянный пол.

-Куда мы идём?

-Увидишь.

-Решила надо мной поиздеваться? Если да, то мне уже хватило.

-Ну... разве что слегка. Ты против?

-Нет... то есть, да!.. но тебя же это не волнует, верно?

-Совершенно!

-Так я и думал...

Всю дорогу до итоговой точки из точки исходной, которые, по мнению некоторых, были на самом деле одной и той же точкой(или кошкой, зависело от времени недели и суток дня) Сомбра жевал леденец. Конечно же он мог бы его выкинуть, но при малейшей мысли об этом перед глазами вставала взрослая аликорна с детским нравом, и потому единорог предпочитал жевать и по возможности помалкивать, временами посматривая на низкие облака, и, если казалось, что Кризалис не смотрит, на её плот, который круп.

Там, где они остановились в итоге не было ничего, то есть совсем ничего — ни единой лишней травинки или деревца, даже лишнего камушка, и того не было, так что ни присесть, ни даже долбануть было нечем о голову собеседника. Хорошенько оглядевшись Сомбра вытащил изо рта почти что дожёваный леденец и вопросил с подозрением:

-Зачем мы здесь?

-Я хочу показать тебе... кое-что.

-Кое-что?

-Да... нечто.

-Именно здесь?

-Именно здесь...

Королева подменышей огляделась, словно проверяя себя, стукнула копытом о землю, и мир вокруг изменился. Ныне они стояли у самого входа массивного строго замка, простиравшегося вширь и вдаль, а шпили башен его стремились к небесам. Замок был мрачен и мрачен весьма, но, странное дело, при взгляде на него в груди возникало некое чувство, которому Сомбра так и не мог подобрать названия. Должно быть это была...

-Ностальгия. — С удивлением проговаривает он, осознавая и протягивая копыто к строгой серой каменной стене. — Иллюзия?

-Да... из лучших, из местных. Знакомое местечко?

-Мой дом... бывший. Ты не можешь воссоздать вот так просто место, которое не видела... ты была там?

-Была... пошли.

-Но иллюзия...

-Ничего ей не будет. — Недовольно проговорила Кризалис и притопнула копытом. — Живей. Ты же не хочешь чтобы я разозлилась?

Сомбра не хотел. Слишком уж за последние дни было много всего, и потому он первым вошёл внутрь. Залы были знакомы, даже слишком знакомы, и от этого становилось как-то не по себе. Иллюзия была реальна и осязаема, и оставалось лишь диву даваться почему пол не проваливается под копытами. Он шёл и шёл, сам не зная куда, но слышал, как Кризалис следовала за ним, наблюдая с явным интересом, и, кажется, пялясь на его круп. Мысленно фыркнув Сомбра огляделся и прислушался. Что-то привлекло его внимание, но что..? Смех. Отдалённый, он становился всё ближе и ближе, до тех пор, пока из-за поворота не выбежали очень быстро два жеребёнка, единорожек и аликорна, и не скрылись за одной из дверей. Мотнув головой и отгоняя наваждение, если это было одно, Сомбра громыхнул открывшейся дверью и отправился следом. Смех тем временем становился всё ближе. Жеребяческий и звонкий, он отражался от каменных стен и отдавался эхом средь пустых залов, постепенно вновь становясь всё ближе и ближе. Дверь справа оказывается охвачена телекинезом и распахивается, открывая проход в комнату, а затем, оттуда, в ванную. Знакомую ванную комнату, с роскошной ванной, по краям которой располагались статуи горгулий, а в самой ванной веселились жеребята, плеская друг на друга водой с мыльной пеной и звонко хохоча. Один маленький чёрный единорожек с непривычно изогнутым рогом, и одна аликорна молочно-серого цвета с серебрящейся длинной гривой... Сомбра открывает было рот, оборачивается... и замирает. Перед ним стояла та самая аликорна, наблюдая за той же самой картиной, только на этот раз она была взрослой, куда выше него, Сомбры... прежде чем он успевает издать хотя бы звук аликорна вопрошает:

-Ну что, узнал?

-Не может... быть...

-Может-может! — Усмехается та, и вновь оборачивается Кризалис. — Или тебе мозги отшибло за последнюю тысячу лет?

-...сестра? Аши...

-Давно уже не Аши! — Отмахивается та, и, придвинувшись к Сомбре, ухмыляется. — Кризалис, братишка... Кризалис.

-Не думал, что увижу тебя вновь.

-Взаимно. Где ты пропадал?

-Меня заключили во льды на тысячу лет. Селестия...

-Окей, мой возлюбленный брат-отморозок! Что ж, ничего удивительного, ты никогда не отличался умом и сообразительностью!

-Кто бы говорил!

-Да как ТЫ смеешь со мной спорить?!

-СМЕЮ!

-ЗНАЕШЬ ЧТО... — Кризалис запнулась посредине фразы и заговорщицки улыбнулась. — Решим спор старым способом?

Сомбра оскалился и кивнул.

-Идёт.

В сторону Холлоувилля надвигалась буря. Буря, что была куда страшнее местной непостоянной погоды, хотя бы потому, что эта буря имела тысячелетние корни братско-сестринской вражды, и раз вражда эта насчитывала далеко не первый год, то и прекращаться она в скорости не собиралась. Бывшие на улицах подменыши взглянули в сторону приближающегося чёрно-зелёного облака и спешно бросились по домам, подальше от активно перемещающейся зоны боевых действий. Не помогло. После рыка, который мог бы издавать дракон с уязвлённым самолюбием, с домов послетали крыши, а после того, как по Холлоувиллю прокатилась ещё и волна зелёного пламени начали слегка течь стены, достаточно вскоре, впрочем, вернувшись в исходное состояние — город приходил в себя. Наконец, облако странного вида распалось на фигуры Сомбра и Кризалис прямо у городской черты. И он и она тяжело дышали, и, конечно же...

-Я выиграл!

-Нет, я!

-Нет, я!

-Да неужели?

-Сестра!

-Брат!

-Сестра!

-Брат!

-СЕСТРА!!!

-БРАТ!!!

-СЕСТРА… тебе не кажется, что мы звучим как парочка идиотов?

-Кажется. — Кризалис попыталась поправить причёску, но бросила это бессмысленное дело. Показав брату язык она оскалилась. — И всё же выиграла я.

-Мечтай дальше.

Разговор оказался прерван ожидаемо-неожиданно, как, по отсутствующей логике вещей, и должно быть в Холлоувилле. Когда над ними раздался голос Дискорда, Сомбра даже ничуть не удивился... почти, подсознательно ожидая, что произойдёт что-то... этакое.

-Тише, дети, тише! — Дискорд щёлкнул пальцами, сотворяя странного вида фотоаппарат. — Придвиньтесь ближе... ещё ближе... а теперь брат может поцеловать... не то... вот, так, да!

-Почему у меня самые дурные предчувствия? — Шёпотом спросил Сомбра Кризалис. — А, сестра?

-Ощущение постоянного подвоха это адекватная константа при общении с данным реципиентом. — Показала Кризалис язык брату и усмехнулась. — Понимаешь, да?

-Ты что, словарь?

-Пф! От словаря слышу!

-Дети, дети! — Дискорд пощёлкал пальцами, к счастью, без спецэффектов, и, подняв вспышку, улыбнулся. — Фотография на память! Сейчас вылетит птичка!

-Какая ещё...

Вспышка света, и, словно в кошмарном сне, или каком-нибудь фильме, единорог наблюдал расширенными глазами, как в его с Криззи сторону из объектива в замедленной съёмке вылетает массивный пингвин, отчего-то наряженный в костюм цыплёнка и жутко кукарекающий при попытке махать своими крылышками.

Бум! Чавк! Шмяк!

Снимая с себя «птичку» Сомбра лишь мрачно усмехнулся — фотография обещала получиться что надо. Слезать птичка отказывалась совершенно. Ощутив, как внезапно с его груди словно свалился камень(что фигурально что реально), единорог вдохнул, взглянул вверх, и перестал дышать, обозревая открывшуюся картину. Кризалис, стоявшая на задних ногах, подняла пингвина над головой, и над Холлоувиллем вот уже в который раз раздался крик королевы подменышей:

-ДИСКООООООРД!

Под аккомпанемент этого вопля бедный пингвин отправился в обратный полёт, навстречу со своим создателем. Раздался звук взрыва и хруста о камень, и когда рассеялось поднявшееся из ниоткуда облако пыли, оказалось что пингвин всё же впечатался в стену дома, и таки придавил Дискорда, на морде которого было написано выражение крайнего шока. Криззи была явно довольна получившейся картиной. Сомбра, всё ещё лежащий на земле, нашёл в себе силы лишь слабо уточнить:

-Сис... ты, случайно, с Шайнинг Армором не знакома?

-Знакома... — с подозрением протянула Кризалис. — Доводилось... кхм... встречаться. А что?

-Да так... мы с ним как-то поспорили, что он не сможет бросить свою жену. — Нервно улыбаясь ответил Сомбра. — Вот.

-Ты чего-то недоговариваешь, братец. — Проговорила королева, помогая единорогу подняться с земли. — Но что?

-Ну так... он её бросил... в меня. Ну, как ты этого пингвина.

-Если это намёк...

-Кстати его зовут Рональд. — Произнёс Дискорд, вклинившись между близнецами. — Очаровашка, правда? Он будет жить с нами.

Ошалелый пингвин покосился на духа хаоса, покосился на близнецов, и поспешно закивал. Выбора ему, разумеется, не оставили...

-Знаешь что, сис... — Задумчиво проговорил Сомбра, наблюдая за этой картиной. — Предлагаю закончить на сегодня, и продолжить... завтра.

-Идёт!.. — Согласилась королева. — Но выиграла всё равно я.

-Н... — Единорог поднял взгляд на кобылку, которую он и не чаял уже увидеть, и медленно кивнул. Сейчас можно. — Ну ладно. Тогда я требую реванша!

-Я тебя обставлю в любой день недели, братишка... а пока... пошли спать, день и правда был тот ещё.

Направляясь за сестрой, которую он не видел больше тысячи лет, Сомбра пытался и всё не мог отделаться от одной мысли, настойчиво бьющейся в голову, как мотылёк о стекло, и мысль эта была...

«А может быть здесь не так уж и плохо?»