Под чужими небесами

Пролог

Древнее зеркало охватывала сеть трещин столь плотная, что сумей пони-будь её снять, он смог бы ловить ею бабочек. Осколки едва заметно мерцали разными цветами — магия, которая неподвластна даже аликорнам, скрепила их воедино. Разбитые на сотни частей, в зеркале отражались восемь пони, один дракон и сам Дискорд.

— Вы уверены, что нам стоит… повторить? — Селестия нахмурилась и опасливо покосилась на остальных. За многие века своего правления она вряд ли часто бывала столь неуверенной, как сейчас.

— Оно сделало это само, — заявила Луна. — Без чьей-либо помощи… с нашей стороны. Такое может означать лишь одно: оттуда вновь пытаются наладить контакт. Не проверим — не узнаем. Вдруг им удалось решить проблему с…

— С Сомброй, — докончила Эпплджек. Селестия покраснела.

— Если наши миры вновь сблизятся критически… — вздохнула она.

— То затем мы все здесь и собрались, — сказала Твайлайт. — Но если мы можем хоть чем-то помочь — мы должны: разве не так поступит всякая хорошая пони?

Селестия вновь с сомнением поглядела на зеркало.

— Я всё же чувствую нечто странное. Даже пугающее. Ловушку?

— Тогда мы заглянем туда одним глазком — и сразу назад! — предложила Пинки Пай.

— Или не сразу, а после хорошего нагоняя всем попавшимся злюкам! — добавила Рэйнбоу.

Флаттершай оглянулась на Дискорда.

— Или не нагоняя, а небольшой беседы. Злюки бывают разные.

— Пока вы тут стоите и размышляете, на той стороне передумают и тогда зеркало, чего доброго, развалится, — Спайк зевнул.

— И правда, дорогие, — присоединилась Рарити, — после стольких приключений глупо бояться какого-то зазеркалья. Тем более, что мы там уже бывали.

— Да. Конечно, вы правы, друзья! — Селестия улыбнулась и посмотрела на зеркало взглядом, который Дискорд лишь недавно научился верно трактовать. — Вперёд!

Магия трёх аликорнов устремилась в зеркало. Магия, призванная вновь сделать его единым целым, словно Кристальное Сердце. Магия, что двигала светила и была почти что самой могущественной силой в Эквестрии.

Однако магия, поддерживавшая осколки вместе, могла отступить лишь перед мощью Элементов Гармонии.

Плотное перламутровое облако вспухло на месте зеркала. В центре его возник провал — вначале обратившийся серой тенью, он затем стал менять свой цвет так быстро, что никакой глаз просто не смог бы уследить за этой круговертью. Ураганный порыв ветра пронёсся по залу к бывшему зеркалу, и всепони ощутили, будто их с невообразимой скоростью затягивает внутрь.

И даже его, многократно усилившись, это сияние смогло ослепить. Тревога и сомнение укрепились в его сердце — и могло ли быть иначе?

Вопреки всему, она вдруг ощутила небывалое воодушевление и радость. Её накрыло предвкушение какого-то невероятно потрясного приключения.

У неё перехватило дыхание. Тело отказывалось слушаться. Если так всё лишь начинается… что может ждать её впереди?

К ней вдруг явилась неколебимая уверенность: только что на землю опустилась ночь. А посему — она справится; не может быть иначе.

Давно знакомая боль потери встретила её — но, как это временами бывало, горечь оказалась перемешана со сладостью. И последняя отчего-то на сей раз перевесила.

Он не почувствовал ничего, кроме одного: что-то было неправильно.

На неё повеяло холодом, страхом… даже смертью. А следом явилась абсолютная тьма, поглотив почти все её чувства.

К ней пришло озарение — мир нереалистичен. Его можно перекроить, смять и уничтожить. А венцом всему — ужас, который невозможно даже представить.

Ей захотелось рассмеяться от осознания вещи, казалось бы, для любой пони вполне очевидной: она не одинока! И так будет всюду, куда бы ни вёл портал.

Её можно было назвать опытной путешественницей по иным мирам. Но никогда ранее она не ощущала столь яркого восторга и столь сильной, неугасимой надежды.