Последняя тарелка

Это дневник земного пони по имени Карамель, который пережил одну из самых страшных зим в истории Эквестрии.

Дерпи Хувз Карамель

Завершение работы

“Ты бы сказала кому-нибудь, если бы знала, что миру вот-вот настанет конец, Твайлайт Спаркл?”

Твайлайт Спаркл Пинки Пай Лира Бон-Бон Кэррот Топ

X Эквестрия: Противостояние

Вселенная Икс уже не одно столетие переживает тяжкие события. Только то существо, у которого сильный ум и доброе сердце, сможет покончить с хаосом, бушующем в галактике.

Встреча в роще

Эквестрия будущего. Твайлайт встречается с давней знакомой после многолетней разлуки.

Твайлайт Спаркл Другие пони

В соответствии с протоколом

Какие неприятности могут подстерегать пони на пикнике? До недавнего времени в личном списке Эплджек не содержалось ничего хуже плохой погоды и невозможности собрать всех своих подруг, но все изменилось с появлением странного жеребца, слишком ревностно относящегося к инструкциям и называющего себя Смертью. Эплджек придется убедиться в том, что незнание закона не освобождает от ответственности за его неисполнение…

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Принцесса Селестия ОС - пони

Похитители для Пинки

Двое похитителей задумали похитить Флаттершай и взять ее в заложницы. Но по непонятным обстоятельствам в копытах у них оказалась Пинки.

Пинки Пай ОС - пони

Назло

У знакомых теперь, когда все закончилось, какая-то мания вести дневники. Пробовала пару раз, но дальше первой записи дело не шло. Если б я вела дневник, то изо дня в день писала бы: "ничего не происходит". Впрочем, я теперь просто не могу придавать значения таким обычным вещам вокруг.

Рэйнбоу Дэш Другие пони

Пиратки

Шумящие зелёными парусами галеоны вышли в море, мамин пирог ещё не готов - самое время похватать деревянные сабли и устроить весёлую схватку!

Принцесса Селестия Принцесса Луна

Модификатор

Пони будущего очень изменились. Что же на это повлияло?

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл

Дальний путь

Проснуться в лесу - удовольствие ниже среднего. А проснуться в Вечнодиком лесу без памяти - это уже отрицательные величина приятности. Герою придется пройти долгий путь прежде чем он узнает кто он - и почему он оказался в столь неприятном месте.

Автор рисунка: aJVL
Глава 21 Глава 23

Глава 22

На следующий день состоялась первая из бесчисленных встреч с лидерами западных стран. Несмотря на всю пышность и церемониальность, это мероприятие напоминало конвейер: эмиссары разных наций один за другим выходили вперед, чтобы подать жалобу, прошение о компенсации от Эквестрии за нанесенный ущерб и затем перечисляли — часто в больших количествах — понесенный ущерб и сумму, необходимую для возмещения. Луна обнаружила, что вынуждена снова и снова повторять механический ответ: "Народ Эквестрии выражает сочувствие Вашему народу и немедленно рассмотрит этот вопрос". Потом прошение помещалось в досье и передавалось курьеру, который передавал его группе измученных офисных работников, которые, предположительно, начинали расследование дела и пытались выяснить, сколько Эквестрия задолжала и, если получится, подсчитать компенсацию.

Это дало Луне время поразмыслить над тем, как много битов задолжала Эквестрия. От воспоминаний о тысячах лет пряток битов на черный день (1) Луна и Селестия краснели, как свекла. Некоторых пони совершенно парализовало бы, если бы они когда-либо узнали, как часто принцессы исправляли проблемы в национальных финансах из своей личной копилки. Тем не менее, несколько веков мудрой и стабильной фискальной политики (2) привели к процветанию нации с устойчивой экономикой.

Которая будет ободрана как липка, если они попытаются выплатить хотя бы часть этих предполагаемых долгов. Здесь были десятки наций, больших и малых, с большим зубом на них. Ни одна нация, какой бы богатой и могущественной она ни была, не могла выплатить компенсацию десяткам других.

Луна вздохнула и потерла голову. Она была не очень заметна, но у нее была довольно большая шишка на голове, чуть ниже рога. Детеныш грифона был прав — нужно на четвертом повороте пригибаться...

Сейчас царило кратковременное затишье: она на час распустила двор, чтобы все присутствующие могли пообедать и хотя бы немного отдохнуть от удушающего однообразия. Она размышляла над своим обедом из бутербродов с огурцами, когда раздался неистовый стук в сводчатые двери в тронный зал.

— Кто желает войти? — спросила Луна раздраженно. Блин, вот уже третий раз что-то прерывает ее обед...

Двери распахнулись, и внутрь вбежал сын императора грифонов, Зуёк-Гадюка. И рванул прямо к трону по красной ковровой дорожке с выражением ужаса на лице. Стража преградила ему дорогу, скрестив копья, но это был королевский грифон, и даже долговязый подросток превосходил массой взрослого жеребца. Он разбросал их, аки кегли, и ни разу не остановился.

Убежища, убежища! — закричал он и нырнул под Эквестрийский трон. Это было не совсем подходящее для пряток место, так как под ним было меньше фута пространства. Луна оказалась сидящей на троне, который теперь покачивался на спине юного грифона.

— Что сие означает? — вскрикнула она, пытаясь удержать равновесие.

Из-под трона высунулась змеиная голова. На её морде пребывало выражение необычайной скорби.

— Ваше Высочество, уверяю Вас, он не драматизирует, — быстро сказал Гадюка. — Мы действительно отчаянно нуждаемся в убежище.

— От кого? — ошалело спросила Луна.

От нашей семьи! — проорал Зуёк.

Не говоря ни слова, Гадюка залез обратно под трон и вылез, сжимая во рту газету. Луна узнала одну из сенсационных "бульварных газет", которые наводняли рынок в эти дни. Она взяла её магией и развернула. От того, что она увидела на первой странице, у неё челюсть отвисла чуть ли не до пола.

Стражники в комнате заметили ее реакцию и приготовились к Королевскому Кантерлотскому Голосу. Но то, что произошло дальше, заставило их серьезно вспотеть: принцесса ночи повернулась к двум своим мажордомам, и сказала тихим, сдержанным голосом:

— Сёркумстенс, останься. Помп, поди-ка приведи мою сестру... — она посмотрела на страницу и передумала. — И Твайлайт... и Никс... и... всех остальных. Сие будет... неловко.


Никс поняла, что что-то не так, как только колесница приземлилась у школы. Даймонд Тиара и Сильвер Спун уже были там, раньше всех, а они со Спайком выехали ранним утром. Они слонялись по крыльцу с той бросающейся в глаза манерой, которая удаётся только маленьким избалованным примадоннам. Они держали между собой копию "Жеребячьей Прессы" и хихикали.

Спайк посмотрел на них и фыркнул.

— Опа, парочка Мартын и Одарочка опять за своё, — сказал он, положив руки на бедра. — Интересно, что на этот раз...

Со странной смесью любопытства и страха Никс помахала на прощание Сандайверу и Лайтнинг Блитцу и поспешила к школе вместе со Спайком. Сильвер Спун и Даймонд Тиара взглянули на нее поверх газеты и захихикали.

— Смотрите-ка, кто пришел, — протянула Даймонд Тиара. — Ее Королевское Высочество соизволили к нам присоединиться. — Они захихикали и издевательски раскланялись.

Никс нахмурилась.

— Что вы делаете? — спросила Никс, слегка надувшись из-за нежелательной театральности.

— Ах, Ваше Высочество, — сказала Даймонд Тиара, махнув копытом. — Мы просто хотели поздравить Вас с тем, что Вы снова оказались на обложке газеты. Вам ведь так нравится пихать себя пони в морду. — В последних словах слышалась язва: инцидент с "Трансэквестрийской хроникой" все еще её злил.

— О чем это вы? — спросила Никс, нахмурившись еще больше.

Даймонд Тиара энергично поднесла газету к носу Никс.

Сильвер Спун подняла глаза.

— Ох, — ухмыльнулась она, — и достанется же тебе.

У Никс отвисла челюсть.

ИЗБАЛОВАННЫЕ КОРОЛЕВИЧИ:

Дочь новой принцессы устроила на собственной вечеринке дебош

Королевские покои в разгроме, персонал замка в слезах

В правом нижнем углу была увеличенная цветная фотография Никс, Спайка и королевских детей, кажется, посреди масштабной драки попкорном. Повсюду летали попкорн, стаканчики и миски: фото действительно выглядело так, будто они разрывали бедные покои на части. Внизу было много чего написано жирным шрифтом и с восклицательными знаками, но Никс читать не стала. Она просмотрела фотографии: все они показывали её и тусовщиков в нелепых позах, как будто они делали что-то сумасшедшее, глупое или плохое...

— Этого не было! — запротестовала Никс, хотя сама уже понимала, что оправдываться бесполезно. Вот оно, доказательство, напечатанное цветным на белом. Она в панике заскакала по кругу. Газетный скандал. Селестия и Луна будут в ярости. А как мама психанет!

Спайк протянул руку и выхватил газету. Пока он читал, его брови чуть не вылезли на его чешуйчатый лоб.

— …Гедонизм… употребление спиртного… разврат… подростковый дебош… какого сена?

— Я ничего из этого не делала! — воскликнула Никс, исполняя неистовый копытный танец. — Я даже не знаю, что эти слова означают! — Она бешено думала. И тут она увидела, как остальные ученики идут по дороге. Некоторые из них собрались вокруг газеты — Эпплблум, Свити Белль, Скуталу, Твист, и... о нет, нет, нет, Рамбл.

Тут кобылки подняли глаза и увидели ее.

— Никс! — крикнула Скуталу. И они пустились галопом прямо к ней.

Никс не могла после такого смотреть им в глаза. Просто не могла. Она повернулась и рванула прочь, а злорадный хохот Даймонд Тиары звенел у нее в ушах.

Выносливость земной пони хорошо ей помогла: Никс на головокружительной скорости проскочила пару поворотов и оторвалась бы от них, если бы по ошибке не свернула в тупик. Она увидела деревянный забор на другом конце и в последний момент вспомнила, что у нее есть крылья. Она поднялась в воздух, изо всех сил хлопая крылышками, и, когда достигла конца переулка, поднялась уже на шесть футов.

К сожалению, забор оказался высотой восемь футов.

Никс ударилась о забор с громким "ТЮК" и расплющилась о доски во всю длину. Она повисела на нем мгновение, затем тяжело приземлилась на землю. Она застонала и вскочила было на копыта, но тут ее схватили три кричащие кобылки. Эпплблум, Скуталу и Свити Белль догнали ее и снова повалили на землю.

— МЫ ЭТОГО НЕ ДЕЛАЛИ! — закричали они в унисон.

— Ай, — простонала Никс, отталкивая их. И тут она поняла, что они сказали. — Чего не делали?? — спросила она недоуменно.

Ответа не последовало. В этот момент с неба спустились два жеребчика-пегаса, Фезервейт и Рамбл. Спайк висел между ними, держась за копыта.

— Спасибо, что подвезли, ребята, — сказал он.

— Пожалуйста, — ответил Фезервейт. — Я просто хотел узнать, из-за чего весь сыр-бор.

— Это связано с первой страницей газеты, как ни странно, — сказал Спайк, нахмурив брови и глядя на Фезервейта. — Ты ничего нам не хочешь рассказать?

— Да ладно тебе... — обиделся Фезервейт.

— О чем все говорят? — спросила Никс.

— Наверно, об этом, — сказал Рамбл, показывая свой экземпляр газеты.

Никс посмотрела на Рамбла с пылающим лицом.

— Э-эти фотки в газете, всё было не так!

Эпплблум замахала копытами.

— Подожди-подожди-подожди, — сказала она. — Сейчас мы тебе все объясним...

— Еще как объясните, юная мисс, — сказал кто-то. Все повернулись и увидели: Эпплджек, Рэрити и Рейнбоу Дэш стоят у входа в переулок в сопровождении стражников Никс. Вот только три Носительницы выглядели — Никс однажды прочитала эту фразу в книге и до сих пор не поняла, что она значит, — до жути остервенелыми.

Рэрити фыркнула и посмотрела на Свити Белль.

— Я-то думала, ты усвоила урок, Свити Белль, — сказала она. — Мы немедленно отправимся в замок и всё исправим! — Она повернулась к стражникам. — Надеюсь, в колеснице хватит для нас места, господа?

— Да, ты тоже пойдешь со мной, мелкая, — нахмурилась Рейнбоу Дэш, глядя на Скуталу. — Твоим родителям сейчас не до этого. У вашей троицы большие проблемы.

— Тебя это вдвойне касается, Эпплблум, — сказала Эпплджек.

Эпплблум начала брызгать слюнями.

— Но мы...


— ...НИЧЕГО НЕ СДЕЛАЛИ!! — прокричала Эпплблум.

Но никто в королевском люксе их не слушал. В башне библиотеки Твайлайт стало довольно-таки тесно. Твайлайт и Инк Спот собрали всех, кто был наиболее вовлечен в "скандал", чтобы попытаться всё уладить. Там были Никс, Спайк и Брайт Айз, а также Метконосцы (оригинальная троица) и все Королевичи, поскольку группа стала неофициально известной под таким названием. Носители Элементов тоже были там, в основном в виде двух разъяренных старших сестер и одной приемной сестры. Спеша вернуть всех пони в замок, Рамбл и Фезервейт тоже были в суматохе схвачены и утащены в Кантерлот. Все пони собрались группами, пытаясь понять, что именно произошло, и разговаривали наперебой.

Зуёк-Гадюка забился в угол и пытался себя убедить, что сможет эмигрировать в Эквестрию.

— Я могу научиться быть пони, — настаивал Зуёк. — Уж лучше это, чем после такого смотреть деду и папе в глаза.

— А сено всю жизнь есть готов? — спросил Гадюка.

— Я могу научиться, — кротко ответил Зуёк.

Сонгили сидел в углу и выглядел тихим и встревоженным, и еще до жути смущенным. Кирин По сидел рядом с ним; его стыд чуть ли не светился на лице тихим ужасом. Он чувствовал себя не в своей тарелке и подозревал, что селки чувствовал то же самое. Они шепотом переговаривались. Дублон выглядела напуганной. Ее родители были среднестатистической знатью и дипломатами, и имели гораздо меньше влияния, чем другие: скандал может нанести им гораздо больше вреда, чем остальным. А вот Паутинке явно было весело. Она листала свой экземпляр газеты и хохотала. Флаттерпони, судя по ее реакции, не особо беспокоила политика "больших пони".

Взрослые в комнате выглядели либо расстроенными, сердитыми, сбитыми с толку, либо всё из перечисленного. Некоторые разговаривали на повышенных тонах, но Твайлайт умоляла их подождать прихода Селестии, тогда они и разберутся.

А жеребята Понивилля собрались на одном из диванов. Они уже изо всех сил пытались разобраться, что произошло, и, к сожалению, продвигались вперед гораздо успешнее взрослых.

— Это не мы написали статью, — говорила Свити Белль. — Клянусь, мы тут не причем! — Она вытащила свернутую газету из седельной сумки. — На этот раз это были не мы! — Она подняла газету.

— На этот раз? — прищурившись, переспросила Никс.

— Стоп-стоп-стоп, — сказала Эпплблум. И треснула себя по лбу. — Девочки, она же не знает про "Болтунью".

— "Болтунью"??? — повторила Никс. Теперь она еще больше запуталась.

Скуталу и Свити Белль уселись поудобнее.

— Это случилось до тебя... задолго до тебя, — начала Скуталу. — Так случилось, что нас попросили писать статьи...

— Вообще-то, нас шантажировали, — невозмутимо сказала Эпплблум.

— ...для "Жеребячьей Прессы", — поморщилась Скуталу. — Мы называли себя "Болтуньей". Даймонд Тиара постоянно требовала придумывать статьи о пони... все пони их любили.

— Кроме пони, про которых они были, — уточнила Свити Белль. — В итоге нам пришлось извиняться перед всем городом. Это было ужасно. — Она прижала копыта ко рту.

— А эту статью опубликовала даже "Жеребячья Пресса", — продолжила Эпплблум. — Мы испугались, что как только ты её увидишь, то решишь, что это мы написали.

— Жеребята уже начали спрашивать, вернулась ли "Болтунья", — прорычала Скуталу.

— Когда ты увидела нас и убежала, мы решили, что ты тоже подумала на нас, — сказала Свити Белль с болью в глазах.

Никс покраснела и втянула голову в плечи.

— Когда я увидела вас с газетой, я подумала, что вы решили, что это правда, — сказала она тихим голосом.

— Что ты, конечно, нет! — воскликнула Скуталу. — Мы же были на вечеринке, помнишь? — Она потрепала Никс по гриве свободным копытом. — Ясен пень же.

— И даже если бы и не были, мы все равно не поверили бы, — решительно заявила Эпплблум. — Это же бред сивой кобылы.

— Фоверфенно верно, — сказала Твист.

Никс с облегчением вздохнула и обняла их.

— Ребята, вы лучшие, — сказала она. — Спасибо.

И они посидели так мгновение. К счастью, прежде кто-то их начал дразнить, Твайлайт решила навести порядок.

— Пони, прошу минутку внимания! — крикнула она сквозь гам. Толпа затихла. — Я понимаю, что сейчас все расстроены, но мы обязательно разберемся. Как только прибудет принцесса Селестия, мы...

— Не нужно тянуть время от моего имени, дорогая Твайлайт.

Принцесса Селестия и Луна вошли в комнату. Все присутствующие быстро поклонились, но Селестия махнула копытом.

— Полно, мои маленькие пони... и другие, — сказала она. — Думаю, сейчас менее формальный повод.

— Certes[1], сестра, — сказала Луна. — Охохонюшки, конечно, какая неразбериха.

— Мне на протяжении многих веков приходилось иметь дело со сплетниками и разгребателями грязи. Для меня это не в новинку. Но... продолжай, Твайлайт, — призвала Селестия. И они с Луной сели на призванные магией мягкие подушки.

Твайлайт кивнула и глубоко вдохнула.

— Ладно, похоже, что кто-то... задумал разжечь газетный скандал о Королевичах... э, то есть... королевских детях, — принялась объяснять она. — Он, конечно же, откровенно нелепый. Ночевка все время была под присмотром и здесь, и в Понивилле…

— Подтверждаю! — воскликнула Пинки Пай.

— Итак, сейчас нам нужно ответить на несколько вопросов, — Твайлайт вызвала (естественно) письменный контрольный список и, держа его перед собой, принялась читать вслух. — Первый: откуда взялись фотографии. Два: кто отправил их в газеты. Три: почему. И четыре… ммм… как всё исправить. Итак, первый вопрос: откуда взялись фотографии...

Си Фоум, шатаясь, вышла вперед, на ее лице отражались вина и стыд.

— Это мои фотографии, — выпалила она. — Точно, мои. Помните, Ваше Высочество? Я всю ночь фотографировала своим маленьким поляроидом. — Её глаза наполнились слезами, и она прижала копыто ко рту. — Я и не думала, что кто-то посмеет...

— Но ты же не отправляла их в газеты?

— Нет, конечно, нет! — яростно замотала головой Си Фоум, словно отгоняя саму мысль. — У принцессы есть альбом для вырезок, я их хотела ей отдать...

Твайлайт покачала головой.

— Нет, подождите, я вспомнила: я... я оставила их на рабочем столе. Я еще потом не могла найти их, когда выбрасывала кучу бумажек... я, должно быть, по ошибке выбросила их в мусор... — Она вскинула копыто: — Уборщик тащит мусор прямо в мусоросжигательную печь, но любой мимопроходимец мог заметить эти фотографии в корзине для мусора или в котельной...

— И я так подозреваю, кое-кто слямзил фотографии и решил на них навариться, — Эпплджек бросила испепеляющий взгляд на свою младшую сестру. Но в ответ получила резкий взгляд неповиновения.

— Говорю же, не СДЕЛАЛИ мы ничего! — крикнула младшая Эппл.

— Нас едва ли можно винить за то, что мы вас первыми подозреваем, — надменно сказала Рэрити. — Учитывая ваш послужной список, девочки... вы были на вечеринке, у вас была возможность...

— Послужной список? — переспросила Селестия. — Не объясните? — Но что-то в ее глазах намекало Никс на то, что она уже всё откуда-то знала.

— Инцидент с "Болтуньей", — объяснила Твайлайт. — Помните отчет о дружбе... эта троица начала писать колонку сплетен и...

Селестия тихо акнула и кивнула.

— Да, я помню, — сказала она. Выражение ее лица изменилось. — Я также помню, что вы очень по-детски отнеслись к ситуации.

Твайлайт заикнулась.

— Я... шта?

— Да-да, я и про вас говорю, — небрежно сказала Селестия, взглянув сначала на Рейнбоу Дэш, затем на Эпплджек и, наконец, остановив взгляд на Рэрити. — Серьёзно, девочки — вы прятались за силовым полем? Не разговаривали с ними? Поливали их дождем? — Виновники по привычке опустили поля шляпы, сморщили носы или ссутулили плечи. Селестия вздохнула. — Полагаю, это в природе пони — лицемерно относиться к сплетням…

— Лицемерно?? — выпалила Рэрити. — Они публиковали о нас в газете слухи, причем унизительные и не правдивые!

Селестия одарила ее понимающей улыбкой в стиле Моны Лизы.

— А сами они газеты покупали, хммм? — спросила она. — Насколько я понимаю, вы все скупали газеты только ради этой колонки. Вы не могли насытиться ею — вы её жадно глотали, аки воду. И я готова поспорить на значительную сумму, что ты повела себя хуже всех, Рэрити.

Рэрити покраснела и откашлялась.

— А... откуда Вы это знаете?

— А оттуда, что Твайлайт не единственная, кто регулярно пишет принцессе, — фыркнул Спайк, изучая когти. Рэрити покраснела еще больше и бросила на него взгляд, обещавший много обид в будущем.

— Да, то, что кобылки писали сплетни о других пони — это нехорошо, — продолжила Селестия. — Но они писали только то, что все взрослые в Понивилле, включая вас самих, от них хотели. Вы наказали их за то, что они сплетничают, хотя сами ПЛАТИЛИ им за это. — Взрослые, о которых шла речь, вздрогнули. — Глупо тратить весь свой гнев на пони, которые пишут сплетни, не привлекая к ответственности тех, кто хочет их купить.

— Они не так уж и виноваты, — сказала Твист. — Их зафтавили пифать "Болтунью".

— Как? — спросила Никс. — Мисс Черили никогда бы так не поступила!

Трио покраснело.

— Это была не мисс Черили. Понимаешь, у главреда были наши фотографии... — начала Скуталу. — Если бы отказались писать колонку "Болтуньи"... тогда эти фотографии отправились бы в "Жеребячью Прессу".

— Иронияяяя, — пропел Спайк.

— Вас шантажировали? — воскликнула Твайлайт Спаркл.

— Кто вас... хотя не, дайте угадаю, — сказала Никс с отвращением.

И каждый уроженец Понивилля в комнате одновременно сказал:

Даймонд Тиара.

Твайлайт прижала копыто ко лбу.

Что, лягать, не так с Понивиллем, чесслово...

— Вы уж нас простите, — внезапно сказала Эпплблум. И покраснела, осознав, что перебила королевскую кровь. — За Вашу фотографию в газете. Ваше Высочество. — Она смотрела на Селестию.

Луна фыркнула и усмехнулась.

— О, горе, народ распознал, что их принцесса солнца сжёвывает торты, аки веприца, — сказала она, показав сестре язык. — Какие еще скверные государственные секреты она от нас скрывает?

Селестия посмотрела на Луну наполовину весело, наполовину раздраженно.

— Я, может, и ем, как свинья, но хотя бы не храплю, как свинья, — сказала она.

Луна вытаращила глаза.

— Сие клевета!

— У меня есть свидетели, — сказала Селестия. — И аудиозаписи.

Луна сморщила нос.

— Туше, — сказала она.

Селестия улыбнулась.

— На чем мы...

— ...Тортопопая.

Селестия хмыкнула, а жеребята захихикали. Более чем одному взрослому присутствующему пришлось сдерживать смешок.

— Как я уже говорила, — осторожно произнесла принцесса. — уверена, эти трое усвоили урок.

— Ага, — фыркнула Скуталу. — Не оставляй ничего в письменном виде.

— Не совсем тот урок, который я стремилась преподать, моя маленькая кобылка, — сказала Селестия. Было трудно сказать, огорчена она или позабавлена.

— Все хорошо, Ваше Высочество, мы усвоили урок, — кротко сказала Свити Белль. — Нельзя сплетничать о других пони...

— Ну, хотя бы это вы усвоили, — сказала Рэрити.

Свити Белль сердито посмотрела на нее.

— ...лучше выходить и сплетничать лично, как моя сестра, — саркастически закончила она.

— Я не...! Я... не так уж сильно сплетничаю, — слабо возразила Рэрити.

— Эм... — тихо сказала Флаттершай. Она выглядела виноватой. — Боюсь, что сильно, Рэрити...

— Шо правда, то правда, Рэрс, — сказала Эпплджек. — Та они могли оставить магнитофон под твоим стулом в спа-салоне, им хватило бы сплетен для "Болтуньи" на следующие двадцать лет.

Рэрити ничего не сказала: она стояла, сморщив морду, и изо всех сил изображала помидор. Наконец она выпустила воздух в знак поражения.

— Ну, хорошо, — пробормотала она. И подошла к своей сестре. — Мне очень жаль, Свити Белль, — смиренно сказала она. — Прежде чем я праведно разгневалась на тебя, мне следовало сначала на себя посмотреть. Ты ведь простишь меня? — Свити Белль радостно кивнула и обняла Рэрити.

— И ты меня прости, сестрён, — сказала Эпплджек, взъерошив гриву Эпплблум.

— Ага. Я... тоже немного психанула, малая, — сказала Рейнбоу Дэш, потирая тыльную сторону ноги копытом другой. — Ты ведь не обиделась?

Скуталу улыбнулась.

— Нисколько, Рейнбоу Дэш. И мы обещаем, что больше никогда не станем писать для "Болтуньи".

— Ладно, эту проблему решили, но давайте не будем отвлекаться, — сказала Твайлайт Спаркл. — Си Фоум... эти фотографии...

— Но это, — Си Фоум указала на газету, лежавшую теперь на полу. — не похоже ни на одну из моих фотографий…

Из угла Понивилльцев послышалось громкое фырканье.

— Да это и не фотографии вовсе, — сказал голос из-за очередной газеты.

— Что ты сказал, юнец? — спросил Инк Спот.

Газета сложилась и появился Фезервейт.

— Это фальшивки. Просто кто-то отретушировал оригинальные фотки. Некоторые из них даже магией сшиты с другими. — Он поднял газету и показал копытом. — Видите? Здесь и здесь отметины на краях, и тени не прямые... они подделаны. Или просто обрезаны, чтобы все выглядело хуже, чем оно есть на самом деле, — добавил Фезервейт. — Это легко сделать. — Он смущенно потер затылок. — Я... это... довольно быстро понял, когда начал заниматься фотографией.

Инк Спот взял газету и присмотрелся.

— Действительно, похоже на работу Флэш Фото, — сказал он.

— Флэш кого? — спросила Твайлайт, наклоняясь, чтобы посмотреть.

— Флэш Фото. Сам он с камерой не часто работает, но вот фотографии ретуширует мастерски — удаляет прыщи и пятна на коже, убирает или добавляет пони на заднем фоне, стирает препятствия на переднем плане и т. д. Вот эта малюсенькая пикси, — он указал на крохотный крылатый силуэт, наполовину скрытый в лучах солнечного света, — это его торговая марка. У него есть собственный магазин, он там ретушью занимается. Издательская компания, в которой я работаю, иногда его нанимает.

— Ты уверен, что это он? — спросила Твайлайт.

Инк Спот уверенно кивнул.

— Эти фотографии явно побывали в магазине Фото, — сказал он. — Пикси об этом свидетельствует, а еще я в свое время видел его работу (3). — Он взглянул на Никс. — Расслабься, малышка, ты чиста. Все фотографии фальшивые. — Никс тихо вздохнула с облегчением. Даже несмотря на все сказанное, услышать это было облегчением.

— Кроме одной-две. Например, вот эта, — сказал Фезервейт. Указывая на ту самую фотографию. Самую унизительную. На которой она спала бок о бок с Сонгили, детенышем селки. Она обхватила того, как лиана ствол дерева, ее нос уткнулся в его шею, изо рта текли слюни. Выглядело так, будто их застали за целованием. А еще селки подмигивал в камеру.

— Эм, — неловко сказал Рамбл. — а этот парень…?

Никс вскрикнула и попыталась зарыться в подушки дивана.

— Хотя я почти уверен, что пятно от помады ненастоящее, — рассеянно поправился Фезервейт.

Я даже не использую помаду! — раздался приглушенный крик Никс из-под подушек.

— Ну, вот вам и ответ...

Рамбл с тревогой откашлялся.

— Эм... значит, между вами... ничего нет? — он кивнул в сторону Сонгили.

Голова Никс высунулась из подушек. Она посмотрела на пегасика, ее лицо пылало.

— Что? НЕТ! Это... мы просто спали! У нас была ночевка! И всё...

— А еще, когда она спит, она любит обниматься, — вмешался Спайк.

Никс покраснела еще сильнее.

— СПАЙК! — прошипела она.

— А, ну... ммм... хорошо, — Рамбл пошаркал копытами.

Свити Белль тихонько взвизгнула.

— Оооо, Рамбл ревнует? — Теперь настала очередь Рамбла краснеть.

Сонгили поковылял к груде подушек. Из-под которых торчал только хвост Никс.

— Простите, что я Вас так опозорил, принцесса Никс, — сказал он искренне смущенно. — Наверное, мне не стоило кривляться перед камерой. Даже если Вы меня обняли во сне.

— Арх, — ответили подушки дивана.

— Агась, она не единственная, кто нефотогеничным оказался, — мрачно сказал Зуёк. Он ткнул в газету, которую держал в лапе: на фотке он лежал, без сознания, его ягодица валялась на диване вместе с балансирующей на его хвосте башенкой стаканов, его лицо лежало в миске попкорна. Он выглядел так, будто мертвенно пьян.

— Нет, это ты спишь, — хихикнула Дублон. — Я помню: ты задремал и упал с дивана. Мы с Паутинкой устроили соревнование, кто больше вещей на тебя положит.

Паутинка надула губы.

— Ага, мы только до макияжа добрались, как Черри Блоссом нас остановила.

— И та большая фотка наверху, именно тогда Гадюка напугал Никс… только с правками, — сказала Свити Белль.

Несколько минут все пони пытались понять, откуда изначально взялись сильно подделанные изображения. Твайлайт наконец потеряла терпение.

— Пони, пони, — сказала она, похлопав копытами. — Сосредоточьтесь. Следующий шаг — выяснить, кто нанял этого Флэш Фото...

— Мы немедля начнем расследование, — сказала Луна, твердо топнув копытом. — и лишим свободы виновных!

— И придать правдоподобие сплетням? — спросила Селестия. — Наш преступник был осторожен, Луна. Сослался на "анонимные источники", заявил, что фотографии были "воспроизведением художников", покрыл свои маленькие хитрые интриги ласковыми словами и юридическим языком. — Она сморщила нос. — Цена свободной прессы сравнима с ценой имения щенка в доме — иногда он в самый неожиданный момент решает написать тебе в тапки.

Жеребята снова захихикали.

— Мы можем незаметно навести справки в заведении Флэш Фото, — вздохнула Селестия. — Хотя я подозреваю, что нашему злоумышленнику помогли несколько посредников. И я уже догадываюсь, кто виноват.

— Кто? — спросила Твайлайт.

— Блюблады, — мрачно ответила Селестия. Затем произнесла очень непристойное ругательство.

Все в комнате резко вздохнули.

— Принцесса Се-ЛЕС-тия! — ахнула Никс.

Щеки Селестии даже не покраснели.

— Простите меня, мои маленькие пони, — извинилась она. — Но герцог Блюблад уже на протяжении десятилетий сидит у меня костью в горле. Он тщеславен, фанатичен, мелочен и жесток, и постоянно, постоянно строит заговоры и попустительствует. — Она встала и зашагала, сердито дергая хвостом. — Я обнаружила, что посвящаю половину своих изысканных планов, дабы перехитрить его, избавить бедных невинных душ от его мелочной мести… твое "обручение" с его наглым сыном — всего лишь один пример, — сказала она Твайлайт. — Девять раз из десяти мне удается ему помешать, но вот в десятый... Я еще и подозреваю, что этот мелкий произвол — лишь цветочки, — продолжила она. — У меня есть основания полагать, что он связан с определенными единорожьими семьями, которые хотят, чтобы трон Кантерлота вернулся под контроль единорогов. Герцог наиболее очевиден в этом отношении, но он общается с другими, гораздо более хитрыми дворянами, которые могут использовать его махинации в качестве дымовой завесы, чтобы скрыть свои более тонкие планы.

— Планы, — медленно спросил Сонгили, — такие как отправить неофициальных дипломатов в королевства Западного моря, чтобы надоумить их о репарациях?

Все глаза и уши внезапно тут же повернулись к маленькому пухленькому селки.

— Ну конечно, — сказала Луна. И сама ругнулась. — Эта хитрая гадюка...

— У тебя есть доказательства? — потребовала ответа Селестия. — Ты видел пони, советующихся с королем селки?

Сонгили помотал головой.

— Нет... не совсем, — ответил он. — Но через несколько месяцев после бедствий я заметил, что из королевства Эквестрии пребывает всё больше торговых судов. В частности, от компании "Роза Ветров"...

— Коей владеет и заправляет Блюблад, — мрачно заметила Луна.

— И вскоре после этого на улицах начал нарастать ропот. Сначала о пони, эксплуатирующих наше бедственное положение, затем о пони, которые несут за него ответственность... а потом полились прошения к королю, прошения, чтобы мы потребовали возмещения ущерба от принцесс солнца и луны. — Он пожал плечами. — Глупости. У нас на острове всего-то стояли хижины из глины и травы, чтобы было удобней общаться с теми, кто живет на суше. Но стоит селки решить, что ему задолжали...

Дублон, которая развалилась на краю бассейна, пискнула и в изумлении хлопнула по воде хвостом.

— Я тоже помню что-то эдакое, — сказала она. — Мы с Эквестрией торговлю почти не ведем — как вдруг мой отец узнает, что пара грузовых кораблей с пони маячат в наших водах и просят торговые визы... и вскоре морские пони начинают ворчать...

— Эй, да, помню, к нам прилетали дирижабли, — сказал Зуёк, щелкнув когтями. — Они были из разных компаний, но пара была из "Розы Ветров". Я как раз занимался скайсерфингом и не хило так шлепнулся на один из них. — Он изобразил, как плюхается на борт воздушного грузового корабля. — И вдруг слышу, как папаша и дед мои ворчат, что "наконец-то сквитаются с пони". Я решил, что они бушуют, потому что пони эксплуатируют наши проблемы, чтобы загрести побольше битов. Без обид, — добавил он.

Эпплджек нахмурилась.

— То есть, вся эта шумиха с репарациями, дипломатами и этим Небесным Советом началась из-за того, шо какой-то интриган подколодный отправился в Западное море и разворошил каждое осиное гнездо, какое смог найти?

Луна кивнула.

— Как только в достаточном количестве королевств начинаются беспорядки, Небесный Совет принимает это к сведению и будет лишь более мотивирован собраться.

Тут, ко всеобщему удивлению, заговорил По.

— Простите, что перебиваю, — сказал он, — но не может ли это быть простым оппортунизмом и совпадением, а не заговором? Вот чему меня научил мастер Чжэн Хэ: "Стоит ли ожидать, что купец проедет тысячу миль, дабы продать свои товары по той же цене, что и дома?" И народ всегда ворчит на растущие цены, даже если для них есть веская причина.

— Это правда, — просто ответила Селестия, — но это лишь часть плана замести следы. В конце концов, это же самый обыкновенный бизнес — и понитарная помощь — для Блюбладов и их друзей отправлять дополнительные торговые суда, когда случаются бедствия. — Селестия скрипнула зубами. — То, что произошло, и ежу понятно... но доказать мы это не можем, а сейчас даже пытаться займет слишком много времени и сил. У нас попросту нет убедительных доказательств того, что Блюблады или их компаньоны замышляют заговор против трона.

Под грудой диванных подушек опасно сузилась пара бирюзовых глаз с кошачьими зрачками.

"Пока," — подумала Никс.


1) А еще они отнимали у драконов деньги на обед.

2) Которая в основном состояла из того, что Селестия и Луна заставляли политиков успокоиться и сесть нафиг.

3) Шутка про Шотошоп. Это всё, что вам нужно знать.

Certes(франц.) — конечно, разумеется.