Эволи Победоносная

Глава 6

Смерть Лахесиса не означала, что битва закончилась раньше, чем началась. Как и ожидал Эволи, большинство дронов, составлявших эту армию, не принадлежали причудливой «королеве будущего». Они были, скорее, армией великих королев. Кроме того, у Лахесис были разумные дроны и самцы, и те, и другие могли не дать дронам одичать. Единственный коварный удар только разозлил ее врага.

Но на этот раз сама Эволи не покинула поле боя. Ей нужно было быть здесь, по той же причине, по которой она должна была убедиться, что поблизости нет других королев. Новая химическая война требовала близости королевы, способной перебить все обычные сигналы для управления рядовыми дронами.

В этот момент я навсегда изменяю войну для чейнджлингов. Как только Эволи продемонстрирует, что может украсть чужую армию, другие королевы неизбежно узнают об этом приеме ведения войны. Им не понадобились бы блестящие биоинженерные навыки Стрэнда, чтобы изобрести какое-то новое вещество, но чудовищные мерзости, создаваемые Стрендом, были бы совсем другим делом. Отныне королевам всегда придется сражаться вместе со своими армиями.

После сегодняшнего дня кукловоды не смогут больше действовать из тени, рискуя в случае неудачи только чужими жизнями. Даже самой Эволи придется сражаться на передовой.

Армия двинулась к ее позициям, огромный рой, такой плотный, что он полностью заслонял солнце, над тем метом, где пролетал. Рой настолько большой, что даже если бы каждый солдат Эволи носил бы силовую броню, то и это, вероятно, не имело бы значения.

Но HPI определенно не будет сражаться на ее стороне, не после всего, что она сделала. Ее прошлые попытки установить с ними связь по радио для торговли неизменно терпели неудачу.

По крайней мере, она не видела никаких механических дронов или вертолетов, идущих в битву на стороне врага. Если древние решат вмешаться, ей, возможно, придется уничтожить и их тоже.

Впрочем, она могла бы сделать это в любом случае, просто чтобы быть в безопасности. Как только она станет править всем миром, на нее ляжет ответственность за то, чтобы дети, которых она защищает, больше не подвергались угрозам.

Ее войска не могли совладать с силовой броней и огнестрельным оружием, это были забытые секреты древних. Но Эволи могла спрятать несколько труб на поле боя, каждая из которых заканчивалась распылителем, который выглядел бы для врага обломком ржавого мусора. Великие королевы были так добры, что дали ей время до весны, чтобы устроить все это, и они фактически позволили ей выбрать место, где будет происходить битва.

С самой высокой точки своей крепости Эволи наблюдала, как опрыскиватели начали извергать свое испаряющееся содержимое, поливая армию слабо поблескивающим черным дождем. Оно поднялось в воздух, поглотив большую часть летевших подменышей. Те немногие, кто не был в пределах его досягаемости, немедленно начали подниматься выше, отчаянно пытаясь спастись от этого, чем бы оно ни было. Даже если они и не знали, что может сделать это оружие, они почувствовали, как многие их собраться исчезают из коллективного разума. Сотни тысяч дронов внезапно исчезли из-под управления ее врагов.

Ветер дул в сторону крепости, многие в армии Эволи тоже будут поражены.

Не возникло ни одного примитивного ульевого разума, который дроны естественным образом формируют в отсутствие королевы. Это были сотни тысяч индивидов, внезапно потерявших цель, лишенных достаточного интеллекта, чтобы сформировать разум. Это была большей пыткой, чем оторвать им крылья от тела.

Многие начали нападать друг на друга, но не так точно и организованно, как это делал рой. Рой диких дронов заставил всех остальных дронов присоединиться или быть съеденными, это была свалка. Тысячи маленьких фигурок набрасывались друг на друга.

Разумные дроны и самцы не обладали иммунитетом. Конечно, они все еще обладали разумом, но обе эти группы зависели от коллективного разума в плане эмоциональной стабильности, получения указаний и информации. Им казалось, что они только что видели, как у них на глазах убивали их семью.

Феромон иссяк, и распылители начали выбрасывать только водяной пар, трубы были опустошены. Вода не висела в воздухе, как феромон, и поэтому Эволи могла видеть сцену более ясно.

Стоявший рядом с ней Стрэнд удовлетворенно кивнул. Он привел с собой собственную группу из нескольких дронов, эскорт и команду лаборатории. Он продолжал называть их «его командой, пока он не станет королевой».

Эволи позволяла ему продолжать так думать. Но на будущее Стренда у нее были другие планы.

«Все в точности так, как я обещал», — наконец сказал он, делая пометки левитирующим пером и наблюдая за поведением первобытного роя. Феромон не доберется до них здесь, наверху, хотя если бы и добрался, Стрэнд, вероятно, продолжил бы работать. Он не был особенно чувствителен. «Забирай свою армию, Эволи. Возьми то, что тебе дали великие королевы».

Эволи поднялась в воздух. Сейчас не было нового потока эмоций, как когда она одерживала некоторые из своих прошлых побед. Скорее наоборот, эти дроны станут для нее огромной обузой. Она потеряет очень многих из них на обратном пути туда, откуда они пришли.

Но сейчас это ее не беспокоило. «Приготовьте коконы. Скоро мы соберем урожай с города Стоунхарт».

Стрэнд безразлично кивнул, как будто это было замечание о цвете обоев, а не указание на самый отвратительный поступок, который только может совершить перевертыш. Но Эволи уже давно не было до этого дела. Пришло время обеспечить себя продовольствием. «Они будут ждать, чтобы получить то, что соберет ваша армия».

Она взмыла в воздух, перелетела крепостную стену, пролетела над своими собственными чейнджлингами. Они толпились внизу на земле, находясь в таком же смятении, как основная масса врагов, в любой из атаковавших армий. Некоторые из ее старых дронов, вероятно, тоже были убиты сегодня.

Это была достойная жертва.

В хаосе толпы она заметила несколько островков порядка. Отдельные старшие самцы сумели подчинить до пятидесяти дронов, сдерживая массу растерянных солдат. Но их хватка была слабой, разум самцов не мог простираться очень далеко. Эволи могла бы легко захватить и этих дронов.

Она влетела в центр толпы, или, во всяком случае, зависла над ней. Несколько дронов, которые осмелились напасть на нее, упали замертво на ее пути, как мухи, прихлопнутые, ей в полете. В конце концов, она добралась до центра, и засветила свою магию.

Здесь больше не было ни одного улья, здесь царили смятение, боль и безумие. Дроны не были разумными существами, которые могли понять мотивацию тех, кому они служили. Они были созданиями инстинктов, не имеющими предпочтений по поводу того, каким способом они получат свои эмоции. Больше всего на свете им была нужна цель. Эволи даст им ее.

Она протянулась, захватывая каждый разум в растущей сфере вокруг нее. Она давала эмоции каждому из них, столь мало, что почти не чувствовала этого, но для них это была искра завета, необходимая, чтобы скрепить их верность кому-то другому. Она уже представляла собой коллектив дронов, общий разум многих тысяч чейнджлингов. В него вошло не больше половины вражеской армии, но это не имело значения. Это была стабильность. И по мере того, как он рос, этот разум притягивала все больше дронов.

Они ничем не отличались от муравьев или других общественных насекомых. Как только некоторые начинали двигаться, их решение толкало других. На самом деле речь шла только о том, чтобы справиться с этим первоначальным толчком.

Она почувствовала несколько пятен сопротивления, темные пятна там, где земля под ней все еще была заполнена дронами. Она обрушила на них свои новые конечности, пожирая все, что не могла ощутить. В армия началась настоящая бойня, солдаты пожирали своих офицеров и генералов с кровожадностью существа недавно вернувшегося в сознание. И те немногие дроны, у которых хватило бы искры разума, чтобы противостоять ее воле, оказались поглощены общим порывом.

Было неправильно убивать разумных дронов, было неправильно убивать самцов вместо того, чтобы захватить их в качестве военной добычи. Эволи это больше не волновало, отныне она будет определять условия войны, а не какая-то давно умершая королева. И неважно, что покойная королева была ее матерью.

Больше никаких правил. Больше никаких попыток контролировать нас с той стороны смерти. Мы должны определять наше будущее прямо сейчас.

Что ж, она так и сделала.

К тому времени, когда пыль и кровавые брызги окончательно осели, каждый десятый из атаковавшей армии был убит. Удивительное большое количество обычных пони с их примитивными доспехами и оружием вместо пальцев и экзоскелетов, были готовы сражаться бок о бок с роем. Все они погибли. Дроны убивали всех, кто не был частью коллективного разума.

Эволи построила их перед собой в длинными шеренгами, армия, с которой она могла легко справиться сама, а раньше с ней пришлось бы управляться нескольким королевам. Могла ли ее мать командовать такой огромной армией?

Нет. Райли отказалась от силы больших чисел, чтобы собрать сотню разумных дронов. Какая потеря. Если бы ты по настоящему заботилась о своих детях, то подарил бы мне империю, которая охватила бы весь мир. Нам больше не нужно будет скрываться в тени пони, они будут называть нас хозяевами и поклоняться нам.

Эволи прошла сквозь ряды своей новой армии, время, от времени переступая через лежащий труп самца или пони. Для тех, кто стал частью роя, внутри него не осталось более мелких различий. Некоторые из дронов носили ее собственные цвета, это были солдаты из ее армии, которые попали под действие феромонов. Для Эволи не имело значения, где они окажутся, все они со временем послужат ей.

«Сейчас вы видите, какой силы мы заслуживаем!» — крикнула она в толпу, хотя мало кто из них понял бы ее. Она чувствовала нескольких разумных дронов, которые во всей этой неразберихе уступили ментальному давлению роя, вместо того чтобы быть съеденными им. Ни один самец не поддался давлению, так что ни один из них не выжил. Только те, кто когда-то сами были безмозглыми дронами, могли догадаться, о таком пути спасения.

Жаль, что у нас так много отходов. Но в то же время, это была пища, которую Эволи должна была экономить на тех, кто ее не заслуживал. «Городок пони Стоунхарт находится недалеко отсюда, его южные фермеры давно перешли на нашу сторону, так что они игнорируют наших дронов, летающих над головой. Мы смогли скрываться здесь без страха. Но теперь мы сделаем большее, чем просто спрячемся».

Она говорила для своих самцов и разумных дронов. Их нужно будет склонить на свою сторону. Многие из них, вероятно, сейчас наблюдали за происходящим с крепостных стен, в ином случае ее слова будут переданы им. «В этом городе живут три тысячи пони. Достаточно для совсем маленького поселения, чтобы выживать в качестве беспомощных паразитов. Или мы могли бы попробовать что-то новое. Вместо того, чтобы собрать несколько капель эмоций, которые мы можем украсть, эта армия приведет их всех сюда».

Ну, не совсем все. Процесс, о котором она говорила, не работал на пони, пока у них не было своей кьютимарки. Это означало оставить младших детей одних, вместе с любыми представителями других видов, которые не получали кьютимарок. Но такие громкие речи, как эта, не касались частностей. «Мы соберем продовольствие, чтобы накормить эту армию. Недостаточно, для длительного перехода, но достаточно, чтобы продержаться довольно долго и перегруппироваться».

По ее молчаливому приказу десять тысяч дронов жужжа, одновременно поднялись в воздух. Ее ментальная хватка все еще была слабой, но через час или два она будет в полной безопасности. Другая королева не смогла бы вернуть этих дронов, даже если бы они принадлежали ей по рождению. Только убив Эволи, можно было восстановить первоначальную идентичность этого роя. Или если они смогут обмануть ее, чтобы увести подальше от ее армии, чего, очевидно, не произойдет.

Они взлетели, стрекоча крыльями над полем боя, не замечая серьезных травм, которые получили многие из них. Эти дроны жаждали подчиняться ее командам, как и в любом другом рое. И она дала им команду, лететь в деревню и забрать каждого пони с кьютимаркой обратно в свою крепость.

«Королева», — пробормотал Децим у нее за спиной. Один из ее верных самцов, пробудившийся после длительной гибернации. Это означало, что он все еще слишком молод для размножения, и слишком молод, чтобы знать, что задавать вопросы королеве было не слишком безопасно. «А как насчет наших контактов на южных фермах? Будем ли мы собирать их тоже?»

 «Да», — ответила Эволи, борясь с желанием ударить его. Это был разумный вопрос. «Но мы оставим их в живых. Они присоединятся к нам в качестве новых разумных дронов, это будет наградой за их вклад. И собственно говоря, я назначу тебя их командиром. Твой первый отряд, Децим. Поздравляю с повышением».

Эволи уже видела маленькую деревушку Стоунхарт глазами своих дронов. Дети выживших после мора построили здесь процветающую маленькую аграрную общину, не подозревавшую о грозящей опасности. К концу ночи Эволи напомнит им о страхе перед перевертышами.

И сможет забыть о собственном голоде, по крайней мере, на какое-то время.

И то, что сработает для деревни, будет еще лучше для города. Какими же глупцами мы были, когда пренебрегли таким безграничным источником пищи! Зачем собирать маленькие капли любви на протяжении всей жизни пони, когда можно высосать их все сразу?

Моя мать была величайшей дурой на свете. А я буду самой великой королевой. Эволи едва помнила, что она сделала с Лахесис несколько часов назад. Она не будет горевать о смерти этого чудовища.

Если бы мой отец был еще жив, он бы гордился мной. Чип знал бы, что значит делать то, что необходимо. Он бы превозносил королеву, которой я стала. Сказала она себе, прислушиваясь к собственным мыслям, а не к испуганным крикам пони Стоунхарта.