Преломление

_л_______и_______а_

Лоун Стар просунула голову в дверь столовой. Она остановилась, моргая, пока ее глаза исследовали помещение. Не раз ей пришлось прижаться к стене, увиливая от тел крупных жеребцов или нетерпеливых кобыл, проходящих мимо нее в забитую столовую.

Но как бы пристально Лоун Стар ни смотрела, она нигде не могла найти свою подругу. Единорог зашла еще дальше внутрь, просматривая каждое место. Наконец, оглядев все столы и привлекая этим к себе не один подозрительный взгляд владельцев, она взволнованно вышла из столовой. Холодная дрожь прошла по ее телу, и единорог сделала несколько глубоких вздохов.

Фигура в ее периферийном зрении дрожала так же сильно.

Лоун Стар резко посмотрела направо. Она поджала губы: — Кантершай…? – Единорог быстро подошла к соседнему зданию на границе Понивилля. Там сидела миниатюрная пегаска, свернувшаяся в клубок на краю одинокой скамейки, – Кантершай, в чем дело? Я думала, что мы решили встретиться в столовой!

— Мммм… — Кантершай продолжила смотреть куда-то вдаль неподвижным взглядом.

— Кантершай… — Лоун Стар опустилась на колени, нежно улыбаясь своей подруге, — Кантершай, поговори со мной. Все хорошо. Я не зла на тебя. Просто… немного сбита с толку, вот и все.

— Я… Я-я пыталась, Лоун Стар, — Кантершай мелко и часто дышала, — Я-я честно пыталась. Но… Не смогла. Я просто не могла…

Лоун Стар вздохнула, ее уши опустились, — О, Кантершай…

— Там было с-слишком громко, — Кантершай зажмурила глаза и задрожала еще сильней, — слишком… слишком много пони. Они все смотрели на меня… были готовы смеяться надо мной.

— Это неправда! – воскликнула Лоун Стар. Она хихикнула, — Кантершай, ты должна перестать ожидать от пони самого плохого! Как же ты собираешься выходить наружу и по-настоящему веселиться?

— Я-я же вышла из дома, да? – сглотнула Кантершай, — Разве этого недостаточно?

— Кантершай, как ты вообще сможешь чего-то добиться, если ты позволяешь миру так давить на тебя?

— Я… Мне и дома хорошо, — кобыла сглотнула, — Мне хорошо и внутри. Там никто не будет надо мной смеяться.

— Никто над тобой и так не будет смеяться! Серьезно, Кантершай! Чего ты боишься?

— Мммм… — Кантершай спрятала лицо в копытах, — Всего.

Лоун Стар открыла рот, замерла, затем вздохнула. Она устало уселась на землю перед скамейкой.

— Прости меня… — Кантершай тихо заплакала.

— Пожалуйста, просто… — Лоун Стар зажмурила глаза и резко выдохнула через ноздри, — …просто прекрати, — она сглотнула, — Не извиняйся, Кантершай. Это…

— Я вижу, что ты злишься на меня.

— Нет, Кантершай, я не злюсь.

— Да, ты…

— Я не злюсь, — Лоун Стар сжала копыта Кантершай, — Посмотри на меня.

— Кантершай нервно приоткрыла один глаз, затем второй.

Лоун Стар мягко улыбнулась, — Я волнуюсь о тебе. Ты — мой лучший друг. Мой единственный друг. И я желаю тебе всего самого лучшего! Но я не могу сделать все в одиночку! Ты должна быть готова рискнуть, милая! Не смотри на это, как на опасный прыжок! Думай об этом как… о маленьких шажках!

Кантершай ничего не ответила и только опустила голову.

— Если ты не можешь зайти в столовую, давай пойдем по магазинам?

Кантершай покачала головой.

— Эммм… — Лоун Стар заерзала, — Кино? Пойдем в кинотеатр?

Кантершай снова покачала головой.

Лоун Стар закусила губу и внезапно просветлела, — Ч-что насчет парка?! Спокойная прогулка под лучами заходящего солнца! Уверена, тебе понравится!

Кантершай прикусила губу.

— Ну…? – улыбнулась Лоун Стар.

Кантершай сглотнула и пробормотала: — Хорошо…

— Хаха… Ну хоть что-то! – Лоун Стар помогла кобыле подняться со скамейки, — Давай, пойдем вместе, Кантершай. Если хочешь, можешь облокотиться об меня.

— С-спасибо… — миниатюрная пегаска вздрагивала с каждым шагом, — Я… ничего не ела после завтрака.

— Знаешь, мы могли бы исправить это прямо сейчас.

Кантершай стиснула зубы.

— Прости, — Лоун Стар прочистила горло, — Больше никаких разговоров про ужин.

— Мммм… С-спасибо.

Кобылки тихо шли бок о бок по улицам Понивилля. Когда они наконец-то дошли до парка, уже начало темнеть. Кантершай задрожала еще сильней, ее глаза метались к каждой странной тени. Лоун Стар время от времени успокаивала кобылу, сжимая ее плечо. Постепенно Кантершай расслабилась, особенно когда парковые фонари зажглись над их головами. В течение часа они нашли хорошую одинокую скамейку и уселись, и слова Лоун Стар были окружены серенадами сверчков.

— …конечно, там будет много высокопоставленных лиц и знаменитостей, — Лон Стар глубоко вдохнула, — В смысле, я сомневаюсь, что встречу кого-нибудь из них. Я же не какая-нибудь принцесса… хахаха… — она свесила копыта с края скамейки и откинула свою фиолетовую гриву назад, — Но я определенно почувствую себя принцессой на одну ночь. М-может на две, — она сглотнула, — Я… Я не уверена, почему мне так хочется побывать на Гала. Не то чтобы у меня в ближайшее время будет столько свободных денег. Но… Я просто должна там побывать. Ради себя, понимаешь?

Она повернулась и улыбнулась Кантершай.

— И я сделаю столько фотографий, сколько смогу. Может быть, даже заплачу какому-нибудь жеребцу чтобы он сфотографировал меня на фоне передних ворот Замка! Я обязательно попрошу его сдвинуть камеру немножко в сторону, — она подмигнула, — так получится, как будто ты будешь там, со мной, — Твайлайт выдохнула и посмотрела на свои копыта, — Ты… будешь там со мной, Кантершай. Во многих смыслах. Я буду представлять, о чем мы поговорим, когда я вернусь… обо всех дорогих платьях, что я увижу, всей вкусной еде, которую я попробую, и даже – хехехе – обо всех симпатичных жеребцах, которые будут подмигивать другим кобылам, и-

— Лоун Стар?

Единорог навострила уши и повернулась к ней, — Д-да, Кантершай? – она наклонилась, — В чем дело?

Кантершай подняла глаза, и они заблестели, отражая свет тихо гудящих фонарей, — …зачем я тебе нужна?

Лоун Стар моргнула и поджала губы, колеблясь между размышлением над ответом и повторением слов Кантершай.

Пегаска продолжила, — Во мне нет ничего особенного. Ничего веселого… ничего захватывающего, — она сглотнула, — И вот, ты появляешься в Понивилле из ниоткуда, и… ты осталась рядом со мной… ты говорила со мной… приглашала меня в разные места… дарила мне подарки, — Кантершай вздохнула, — Иногда мне кажется, что ты еще не уехала из этого города только из-за меня. Но я просто не понимаю. Что во мне особого?

— Кантершай, — пробормотала Лоун Стар с раскрытым ртом, — Ты мой друг.

— Почему?

— Лоун Стар моргнула.

Кантершай всхлипнула, — Я – ничто. Но ты? Ты заслуживаешь большего.

Тишина.

Лоун Стар глубоко вдохнула. Она развернулась и взяла Кантершай за копыта, — Я буду перед тобой абсолютно честна, клянусь Селестией, — твердо сказала она, — Ты слушаешь?

Кантершай неуверенно кивнула.

— Хорошо, — Лоун Стар сглотнула и наклонилась вперед, — Кантершай, ты – самая добрая, нежная и искренняя пони из всех, что я знаю. Мне все равно, насколько хрупкой или брезгливой ты кажешься снаружи. Внутри тебя есть что-то… что-то…, — она стиснула зубы, — Я не могу это описать! Но, Кантершай, между нами есть что-то, что нельзя стереть, — Лоун Стар внезапно всхлипнула, и, поборов наступающие слезы, продолжила, — Ты – больше, чем причина оставаться в этом городе. Ради тебя я встаю с кровати по утрам. Я здесь… Мы все здесь, чтобы связываться друг с другом. И ты, Кантершай – моя единственная связь. И хоть ты можешь принижать себя, но для меня ты – целый мир, — она слабо улыбнулась и ее глаза заблестели, — Ты и есть мой мир. Наша дружба… Эта связь, она гармонична. Она должна быть такой. Без нее… Где бы я была? Что бы я делала? Я…

Она скривилась, глядя куда-то мимо Кантершай, пока звездный свет собрался в ее глазах, подобно искре, и вновь потух.

— … Я даже не могу представить, как… н-насколько пусто… насколько бессмысленно… она сглотнула, — Без… без…, — она зажмурила глаза, понимая, что иначе просто растает.

Кантершай посмотрела на нее.

Тяжело вздохнув, Лоун Стар открыла глаза и нахмурилась, — Ты очень важна для меня, Кантершай. И мое сердце разрывается на части, когда я вижу, как ты… позволяешь миру запихивать тебя в угол, далеко в темноту… когда есть столько вещей, к которым можно стремиться… находить… исследовать и наслаждаться. И мир бы стал богаче, имея тебя… твою доброту… твою нежность. Правда бы стал, Кантершай. Я очень хочу, чтобы ты это увидела.

Кантершай долго молчала. В конце концов она пробормотала: — Я боюсь многих вещей, Лоун Стар. Но больше всего… Я боюсь того, что станет с тобой, когда меня не будет.

Лоун Стар скривилась в ответ. В ее глазах вновь показались слезы.

— Прости, — вздрогнула Кантершай, опуская голову, — Я… Прости меня-

— Не надо, — всхлипнула Лоун Стар. Она наклонилась вперед и оперлась своим лбом о лоб Кантершай, — Не надо, — она сказала бы больше. Должна была сказать больше, но вместо этого лишь всхлипывала. Нежный, порхающий плач, словно вздохи, навсегда закованные в ее тихой подруге. Лоун Стар вяло положила копыто на затылок Кантершай и уткнулась в нее носом, чувствуя ее нежную гриву, пряча слезы между их головами. Прошло пять дрожащих минут. Лоун Стар подняла глаза, в которых, словно за вуалью, сверкало что-то смелое и яростное, — Завтра… Мы попробуем снова. В этот раз я приду раньше, Кантершай.

— Лоун Стар-

— Мы вместе зайдем в столовую. Хорошо? – Лоун Стар сглотнула, кивая, их головы все еще прижаты друг к другу. Она сжала плечо Кантершай, — Никто в этом мире не заслуживает быть одиноким, не иметь друзей. Я не позволю этому случиться с тобой.

Кантершай заерзала. Под конец, она вздохнула: — Хорошо…

— Хорошо?

— Хорошо, Лоун Стар.

Лоун Стар выдавила слабую улыбку и вновь уткнулась носом в Кантершай, — Давай, милая… — она встала, помогая хрупкой кобыле спуститься со скамейки, — Я провожу тебя до дома.

Лоун Стар стояла за забором, пока Кантершай делала последние шаги по пути к своей входной двери. Единорог уселась на землю и обняла себя, оставаясь на месте даже после того, как Кантершай зашла домой. В конце концов она неохотно побрела к дальней стороне города, купаясь в блестящем свете звезд.

Единорог шла сквозь темноту, нетронутая и незамеченная, и вскоре даже стук копыт перестал отдаваться в ее пульсирующих ушах.

Она не заметила, что зашла в библиотеку до того момента, когда входная дверь, заскрипев, закрылась позади нее. Ее взгляд пробежался по забитым пыльными книгами полкам и по столам, заваленным заметками, полными тоскливых слов, которым не суждено было быть прочитанными.

Лоун Стар сдержала всхлип. Когда тот самый ледяной голос раздался в помещении, она уже поворачивалась к темному углу.

— Твайлайт Спаркл?

По щеке Лоун Стар скатилась слеза, — Пожалуйста. Хватит, — она икнула и всхлипнула, — Прекрати это.

— Счастлива ли ты теперь? – зажглись парящие глаза.

Лоун Стар выдавила сквозь зубы, — Я умоляю те-

Все поглотил яркий луч.