Легальная ненормальность

Приехав в Кантерлот ради кое-каких исследований, Твайлайт находит покрытую пылью книгу под названием «Безумные эдикты: история права Эквестрии». Вроде бы вполне безобидная на первый взгляд книжка, но когда Твайлайт её открывает, то обнаруживает, что Селестия намного эксцентричнее, чем ей хотелось бы верить.

Твайлайт Спаркл Спайк Принцесса Селестия

28 лет в богом забытом месте

Запахи крови и железа давно знакомы Нулю. Каждый день он утопал в них, обрывая нити судьбы своих жертв раз за разом точными и сильными взмахами. Что же изменится, если забытый богом убийца в одночасье лишится всех своих проблем, цели в жизни, и будет вынужден начать сначала? Сможет ли он снять с себя бремя убийцы, найдёт ли в жизни смысл? Ответ раскроет лишь время...

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна ОС - пони Человеки

Пинки Пай – настоящий серийный убийца

Да. Она определённо такая.

Пинки Пай

По следу

"Ну вот, на кой хуй!? На кой, я курил эту траву Ашота!?" - думал я, пока смотрел на белую пони в медицинской шапочке.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Человеки Чейнджлинги

Легенда о том, как королева Лайт перехитрила дракона

Всё есть в названии

Другие пони

Одиночный бой

Твайлайт и Луна спасаются на луне, когда тяготы Эквестрии становятся невыносимыми, и они хотят побыть в полном одиночестве — вот только всегда это происходило на противоположных сторонах луны, поэтому они никогда не замечали друг друга. Теперь, когда Луна нашла Твайлайт, ей придется сразиться с ней! Это, разумеется, любовная история о неотъемлемом эротизме системы земельных налогов. Действие происходит в период между коронацией Твайлайт и событиями финала.

Твайлайт Спаркл Принцесса Луна

Не оглядывайся

Что с тобой будет,если поймёшь что привёл свой кошмар туда,где ему не место?

Принцесса Селестия Человеки

Кровавый изумруд 3

Хуманизация знакомых персонажей "Кровавого изумруда"

Пинки Пай Трикси, Великая и Могучая Другие пони ОС - пони Вандерболты Мод Пай

Карусель

Всего несколько лет остаётся до тысячного праздника Солнцестояния, а карьера Рэрити в мире моды, кажется, уже закончилась, не успев даже начаться. Теперь у единорожки остался последний шанс найти применение своему таланту. Одновременно с началом работ над бутиком мечты в Понивилле просыпается забвенное прошлое. В пыльных подвалах таятся забытые воспоминания, скребут двери нечестивые деяния, а Рэрити обнаруживает, что оказалась втянута в историю, которой, возможно, суждено повториться. И пусть она первая за тридцать лет, кто решился въехать в старую городскую ратушу, Рэрити не может отделаться от чувства, что внутри её что-то ожидает.

Рэрити Пинки Пай Другие пони

Между нами целый космос

Их разделяет бескрайний космос. Но для истинной любви не существует границ...

ОС - пони Человеки

S03E05

Библейские монстры

Глава IV

— … Так что мы оба были правы, — сказал я, встревоженно шагая по комнате, и остановился, — может быть, она и не из Библии, но она – определенно предвестник.

Адамс, откинувшись назад на своем стуле, молча выслушал мой пересказ нашего с Твайлайт разговора. Он глубоко хмурился, его глаза были прикованы к крышке кухонного стола.

Наконец, он заговорил: — У Дьявола много слуг…

Я ударил ладонями о стол, — Забудь про Дьявола! Я говорю про вторжение!

В первый раз в моей жизни я поднял голос на своего начальника и внутренне приготовился к выговору. Но Адамс хранил молчание.

— Если ты прав, — сказал он, — и она не из рая и не из ада, то тогда ей неизвестно, на что именно способно человечество.

Его слова и следующее за ними осознание мгновенно потушили мой гнев: — На самом деле, может ей и известно, — я отступил назад, — Я… я разрешил ей читать мои книги, и… но я не знаю, как много она уже знает, и… черт, надо было об этом подумать! – я вновь начал шагать по комнате, — Ее интеллект просто пугает. Она – отличный стратег и учится быстрее всех, кого я когда-либо встречал. План очень прост – она притворяется дружелюбной, прямо как колонизаторы делали поначалу. Они начинают обмениваться с нами вещами, которых у нас нет, и кажется, что все в порядке. Но потом…, — я замолк.

— Они – колонисты, — сказал Адамс.

— А мы – индейцы. Все даже хуже – мы не принадлежим к одному виду, и… Господи! Как я мог быть настолько глуп? Она хочет, чтобы я был ее проводником, первооткрыватели поступали так же.

Адамс посмотрел из окна на лес, окружающий бухту: — Контроль природы…

Я снова начал терять самообладание, — Контроль погоды… Терраформирование… Она сказала, что хочет сделать этот мир похожим на Эквестрию! Не будет больше дикой природы. И, не пойми меня неправильно, но ты оставил не очень хорошее впечатление о местных верованиях. Так что, когда настанет время, они тоже могут быть под угрозой. Так уже было.

Адамс раздраженно взглянул на меня: — Когда я говорил о слугах Дьявола, — сказал он, — Я имел ввиду, что она может быть из тех, кто делает его работу, сам того не понимая, — он перевел взгляд на книжные полки, — Может быть, мы сможем договориться с этими Эквестрийцами…

Я покачал головой: — Они – не просвещённый народ. Я слышал, как она взывала к Селестии, словно Эквестрийцы поклоняются ей, как, как…

— Как древние Египтяне поклонялись Фараонам.

— Да! – воскликнул я, — Точно! Она сказала, что Селестия поднимает солнце – как Фараоны и Ацтекские жрецы. Должно быть, они думают, что это просто более мощная версия контроля погоды. Все, что нужно их правителям – это показать небольшой спектакль перед восходом солнца. Они не имеют ни малейшего понятия о том, насколько огромны звезды.

В комнате было тесно, но я все равно зашагал быстрее: — Если они могут управлять погодой, поднимать вещи силой мысли и перемещаться между мирами, кто знает, на что еще они способны? Немногие вещи столь же опасны, как сила в руках невежи. Если они сильны настолько, насколько я себе представляю, какие у нас есть шансы? Когда она сказала, что силой принесет на Землю мир…, — я провел рукой по волосам, отгоняя наступающий ужас, — … Она сказала, что только сумасшедший скажет ей “нет”.

— Звучит, как завуалированная угроза, — сказал Адамс.

— Я об этом не думал, но очень похоже на то. Но даже если это не так… Даже если она не хочет нас покорять… Если она вернется домой и расскажет своему народу о Земле, и кто-то более алчный, чем она, услышит о новом мире… Черт возьми, что же нам делать?

Адамс не ответил. Он смотрел на светящееся пятно на столе. Я задался вопросом, о чем он думает. Будет ли у него ответ?

Внезапно я осознал, что минуту назад этого пятна не было. В небольшом прямоугольнике между окном и столом были видны парящие пылинки, и я понял, что пятно было солнечным светом, отраженным от поверхности стола.

Я выглянул в окно. В серых небесах появилась прореха, через которую был виден оттенок голубого, не появлявшийся в Кук Поинте с прошлого месяца. Отверстие было маленьким, но вскоре это изменится.

Пришли светлые дни.


Передняя дверь закрылась передо мной. Твайлайт сидела за окном и смотрела на голубую полоску, постепенно вытесняющую серые облака, что покрывали небеса уже многие недели. Она повернулась ко мне, и я не мог вспомнить момента, когда видел кого-то столь же счастливым. Твайлайт выкрикнула мое имя и подбежала ко мне, чуть не подпрыгивая.

— Наконец-то! – радостно воскликнула она, — Конечно, я не могу уйти прямо сейчас, но, когда эти облака полностью исчезнут…, — она взглянула на еще больше выросшую голубую полоску, — Какое облегчение! Я никогда больше не хочу ждать нужной погоды.

— Наверно когда-нибудь я буду одним из последних людей, кто это делал, — сказал я, — Кстати, я спросил Адамса, могу ли я показать тебе моторное отделение. Он согласился.

— О, точно! – должно быть, она забыла про свою вчерашнюю просьбу, — К слову, где он?

— Ему надо отправить пару срочных сообщений, — ответил я, — Такая у Береговой Охраны работа. Он попросил не отпускать тебя, пока не закончит с работой. Ему хочется посмотреть на то, как ты будешь читать заклинание, — я улыбнулся и покачал головой, — наверно, он все еще думает, что ты какой-то ангел или что-то вроде того.

— Я очень благодарна за все, что вы для меня сделали. Так что не волнуйся – с этого момента все будет хорошо, — сказала она, глядя мне в глаза.

Я развернулся и открыл переднюю дверь, — Иди и смотри, — сказал я.

Вскоре мы стояли в вестибюле перед комнатой с моторами. Я снял пару наушников с вешалки на стене.

— Сейчас мы пройдем через звукоизолированную дверь, — сказал я, — там так громко, что ты можешь навсегда испортить себе слух, так что надень это.

— Не думаю, что они мне подойдут, — сказала она, — Сейчас…, — рог аликорна засверкал, и внутри ее ушей загорелся свет, — Хорошо, теперь пойдем.

Я надел наушники, открыл дверь и впустил ее внутрь.

Генераторы представляли из себя два одинаковых нагромождения цилиндров, металла, болтов, проводов, трубок, датчиков и прочего. Мы переключались между ними каждый месяц, и сейчас работал левый. Я подвел Твайлайт к нему и показал на датчики, на надпись “ОПАСНО – ГОРЯЧО” и на единственную внешнюю движущуюся часть – тупой конец коленчатого вала, который выпирал из генератора и был со всех сторон, кроме передней, защищен металлическими пластинами. Твайлайт присмотрелась поближе, и я знаком указал, что этого делать не стоит. Если бы какая-то часть ее гривы дотронулась до вращающегося цилиндра, ее бы засосало внутрь, и машина была бы разрушена.

В стороне виднелась дверь в небольшую кладовую. Она не была ничем помечена и была покрашена в тот же цвет, что и серые стены, так что практически никто не замечал ее, в первый раз заходя в моторное отделение. Твайлайт не заметила недавно просверленного в двери зрачка.

За шумом двигателя и шумопоглощающим заклинанием она не услышала ни звук открывающейся двери, ни шаги вышедшего из кладовой человека. Я заметил это периферийным зрением и постарался сконцентрироваться на генераторе, указывая одну деталь за другой, оттягивая время. Но когда я увидел стоящую позади Твайлайт с поднятой над головой кувалдой фигуру, мои глаза предательски повернулись и сфокусировались на ней.

Твайлайт взглянула на меня и заметила направление моего взгляда. Она начала поворачиваться…


Мы были примерно в двух милях от берега, когда Адамс заглушил мотор. Я присел на колени в глубине лодки, схватил край лежащего там холщевого мешка и неловко потащил его к правому борту.

Дело не прошло быстро. Прицел Адама сбился. Он нанес скользящий удар кувалдой, и ошеломленная Твайлайт рухнула на пол. Я заранее спрятал длинный нож в ящике для тряпок, и выхватил его, как только лицо Твайлайт ударилось о бетон.

— Помоги мне, — сказал я. Мы обвязали ее цепями и мне было сложно одному скинуть ее за борт.

— Погоди, — Адамс открыл мешок и обнажил изувеченную голову. Он подпер ее рукой, словно младенца, затем поднял взгляд к небесам, прищуриваясь. И заговорил, но не со мной.

— Святой Господь, всемогущий и вечный Бог, услышь молитву раба твоего. Прости грехи и проступки ее, и даруй ей место, полное довольства, света и мира…

Я опустил голову. Перед и рукава моей куртки были измазаны в крови, к ней прилипли перья. Я тащил Твайлайт до пристани.

— Дай ей пройти невредимой чрез врата смерти, чтобы она могла обитать с блаженными светом, как Ты навеки обещал Аврааму и детям его…

Я сорвал ее с себя и вышвырнул в море. Затем наклонился за левый борт и окунул руки в соленую воду, не обращая внимания на холод.

— Прими ее в объятия свои, и в день великого суда вознеси ее вместе со всеми праведниками, чтобы она унаследовала Твое вечное царство. Мы просим это через Христа, Господа нашего. Аминь.

Когда я вынул их из воды, под моими ногтями все еще осталась кровь. Я безуспешно попытался ее выскрести.

По правый борт раздалось отвратительное бульканье, и, когда я повернул голову, Твайлайт уже исчезла. Лишь окрашенная рыжим вода отмечала ее уход.

Меня затошнило, я согнулся, стиснул зубы и обнял себя за грудь. Медленно отпустило.

— Все в порядке? – спросил Адамс.

— Морская болезнь, — соврал я.

— Да, — Адамс скривился и посмотрел на воду, — у меня тоже.

Путь назад прошел в тишине. Когда мы подплывали к полуострову, на котором стоял Кук Поинт, я взглянул на станцию и в первый раз не почувствовал знакомой теплоты или гордости. Пустые здания напоминали гробницы, и свет маяка походил на осуждающий взгляд, пронзающий меня до глубины души.

Мы привязали лодку к причалу и начали долгий восход к станции. На полпути я остановился. Адамс не заметил, пока не прошел еще несколько метров. Он остановился и взглянул назад.

— Наверно… кому-то следует убраться в моторной, — сказал я, избегая его взгляда.

— Я уберусь, — сказал он, — у тебя через несколько минут погодный отчет.

— Адамс, — я набрался храбрости, — Что, если мы ошиблись?

Долгое мгновение он смотрел на меня, затем развернулся и пошел дальше.

Я последовал за ним. Он первым выбрался на плато, и замер. Погруженный в свои мысли, я этого не заметил, но вскоре, догнав его и подняв глаза на бетонную площадку в центре станции, тоже застыл на месте.

Я взглянул, и вот, конь белый. У него были крылья, сложенные по бокам. На лбу виднелся длинный рог. Оно несло у себя на голове корону.

— Приветствую, — сказало оно женским голосом, — Не бойтесь. Я пришла за моей ученицей.