Очередь Луны

Ну пожалуйста

Был спокойный вечер субботы. Большинство жителей Кантерлота наслаждались закатом, остальные помаленьку занимались своими делами: играли во дворах, собирались с друзьями или просто дремали. Вообще по субботам в столице Эквестрии всегда было спокойно и тихо. Хотя улицы не совсем уж пустовали, но с любым другим днём не сравнить.

Даже у принцесс выдавалось немного времени, чтобы отдохнуть от обязанностей.

Селестия лежала в спальне и безмятежно читала одну из книг, во множестве имевшихся в её личной библиотеке. Тем же самым занималась и Твайлайт, удобно устроившись на большой подушке возле кровати.

Сбоку от неё сидел Доун Сайт — личный телохранитель принцессы Дружбы из недавно набранной Вечерней гвардии; лучший из тех, кто служил ей с самого начала. А ещё он водил близкую дружбу с телохранителями других принцесс: Найтом Шифтом и капитаном Соларом, которые тоже находились в этой комнате. Сейчас двое приятелей вполголоса разговаривали: Солар поздравлял Шифта со свадьбой, а заодно делился собственными планами на будущее. И между делом нет-нет, да приглядывал за аликорнами.

Однако покой всех пятерых пони был нарушен, когда дверь покоев распахнулась, и в комнату ворвалась Луна с ухмылкой во всю морду.

— Здрава будь, Селестия! Явились мы в твои покои!

Стражники перевели дух при виде Луны и убрали оружие в ножны.

Селестия лишь мельком глянула на свою сестру.

— Луна, сделай одолжение и не разговаривай на староэквестрийском. Мне казалось, ты уже избавилась от него.

Принцесса Луна радостно закивала:

— Разумеется! Я не могу ослушаться лучшую пони во всей Эквестрии!

Столь вызывающая покладистость сестры не могла не насторожить Селестию.

— Ладно, — она вздохнула. — Что ты опять натворила, Лулу?

— Я? Натворила? — деланно изумилась Луна. — Ха! С чего бы твоей сестре что-то наделать?

Однако её заверения ничуть не впечатлили Селестию: она только иронично изогнула бровь, и Луне ничего не оставалось, кроме как сознаться.

— Я хочу сослать тебя на солнце, — вздохнула принцесса ночи.

Вмиг все три стражника уставились на неё. Но не Твайлайт: книга была слишком интересной, чтобы отвлекаться.

— Луна... — негромко сказала ошеломлённая Селестия. — Ты ведь не собираешься снова превратиться в Найтмер Мун?

— Нет! Конечно, нет! Я никогда не превращусь в неё снова! — Луна помотала головой. — Просто… мне кажется несправедливым, что... пришлось провести наверху целую тысячу...

— Не объясняй, Луна, — прервала ее Селестия. — Я понимаю.

Слова старшей сестры сбили с толку Луну, уже приготовившуюся к долгим объяснениям.

— Понимаешь? — спросила она на всякий случай.

Селестия кивнула:

— Только я не была уверена, захочешь ли ты. И надеялась, что всё-таки нет.

Воцарилось неловкое молчание: ночная аликорница смутилась, а стражники просто потеряли дар речи. Одна Твайлайт оставалась спокойной.

Наконец, Луна взяла себя в копыта и откашлялась.

— Я хочу изгнать тебя на два часа, — она почувствовала себя странно, когда сказала это спокойным голосом, которого вовсе не ожидала от себя.

— Два часа вполне сойдут, — подала голос Твайлайт, привлекая к себе внимание всех пони.

Заметив же ошалелые взгляды стражников и обеих принцесс, она склонила голову набок:

— Что? Я дочитала.

Не сговариваясь, остальные пони решили не отвлекаться и продолжить обсуждать планы по изгнанию.

— Что ж, два часа, — кивнула Селестия. — Тогда нам лучше начать...

— Вообще-то, мэм, — вмешался капитан Солар, — если принцесса Луна изгонит вас, значит ли это, что я должен буду напасть на Найта Шифта?

Стражник ночной аликорницы вздрогнул, прекрасно зная, что не одолеет Солара во вкопытной.

— Зачем тебе нападать на него? — Селестия выглядела озадаченной.

— Потому, что мы обязаны объявлять войну тем, кто изгонит вас или причинит вред, или заколдует.

— Тогда сделай исключение для этого изгнания.

Солар покачал головой.

— Но в Уставе стражников сказано, что…

— В каком Уставе стражников? — удивилась Селестия. Она не припоминала, чтобы вводила устав для стражников. Наверняка тут постарался принц Блюблад; потом она обязательно поговорит с ним.

Сейчас же, не дав Солару ответить, принцесса дня продолжила:

— Ладно, неважно. Давайте покончим с этим.

— Значит, мне всё-таки надо атаковать Найта Шифта и Доуна Сайта? — Солар всё-таки хотел на все сто удостовериться в том, что ему нужно делать после изгнания Селестии.

— А на меня зачем нападать? — смутился Доун.

— Потому что потакаешь своим бездействием.

— Довольно! — Селестия громко стукнула копытами. — Нам нужно всё прояснить. Когда Луна изгонит меня, Солар должен напасть на Найта Шифта и Доуна Сайта.

— Меня-то за что?! — разволновался Доун.

— Дай мне закончить, — отрезала Селестия. — Итак, когда Солар атакует Найта и Доуна, то Луна, разумеется, нападёт на Солара. После этого…

— Я тоже нападу на пони-либо? — вскинула копыто Твайлайт, чем вновь озадачила наставницу.

— Зачем тебе нападать на пони-либо?

— Поскольку пони-либо нападёт на мою личную охрану, то логичнее всего будет напасть на пони, который напал на пони, который нападает на пони, который напал на него; который и есть тот пони, на которого нападу я.

Однако капитан Солар отмёл её решение:

— Нет, принцесса. Доун умрёт, не успеете вы и глазом моргнуть, — упомянутый жеребец слегка задрожал. — Мне кажется, вам следует поступить вот как: после того, как я нападу на Доуна, вы попытаетесь атаковать Шифта, а затем и меня.

— Подожди, что-то я запутался, — Найт Шифт поскрёб голову задним копытом. — Если Солар сначала атакует Доуна Сайта, зачем принцессе Твайлайт атаковать меня?

Он повернулся к лиловой аликорнице.

— Тогда уж мне придется напасть на вас, чтобы дать вам повод напасть на меня, а уже потом вы сможете напасть на Солара, — тут он крепко задумался. — Или, может быть, я нападу на принцессу Луну.

— Ты мой телохранитель! Зачем тебе нападать на меня?! — возмутилась Луна.

— Да, но если я нападу на вас, то это даст повод считать, что я поньяк, и тогда у принцессы Твайлайт будут все причины напасть на меня, а затем и на Солара.

— Послушайте, — вмешалась Селестия, торопливо проглатывая кусок торта, который ела всё это время. — Если вы тут собираетесь заварить войну на два часа, то ни на какое солнце я не собираюсь.

— Вы правы, — Солар начал догадываться. — Пойду и прикажу остальным стражникам атаковать первыми.

— Подожди, что? В этом нет никакого… — но Солар выскочил в коридор ещё до того, как Селестия закончила говорить. — Похоже, придётся как-то объясниться.

Ненадолго все замолчали. И пока в спальне стояли тишь да покой — удивительно приятные после случившегося недавно спора — Луна приняла решение.

— Сестра, — сказала она, привлекая внимание Селестии. — Я кое-что поняла.

— О? — удивилась принцесса дня. — Что именно?

Поколебавшись, Луна заговорила:

— Я поняла, что... важно не то, как с тобой поступили в прошлом, а то, что о тебе думают в настоящем. Да, ты изгнала меня на несправедливо долгий срок, но сделанного не воротишь. Прошлое осталось в прошлом, и его не изменить. И я думаю, что нужно сосредоточить свои усилия на настоящем и будущем. На том, что мы можем изменить. Что мы в состоянии изменить. И что мы хотим изменить.

Селестия улыбнулась:

— Ты права, Луна. Я вечно буду благодарна тебе за то, что ты осознала...

— НА-А-А-А-А СОЛНЦЕ-Е-Е-Е-Е! — Луна направила свой рог на старшую сестру.

— Стой-стой-стой!!! — тщетно Селестия попыталась остановить принцессу ночи, из чьего рога вырвались сотни тысяч искр. На несколько секунд они радужным потоком охватили тело белой аликорницы, и затем исчезли вместе с ней — на солнце или в солнце.

Двое оставшихся стражников замерли истуканами, вытаращив глаза и разинув рты. Они не знали, что делать.

Твайлайт тоже была удивлена и потрясена, но совсем по другой причине.

— М-м-м... Луна? Ты уверена, что Селестия пробудет на солнце всего два часа?

Посмеивающаяся принцесса ночи повернулась к Твайлайт и кивнула:

— Конечно! Я поправила запись из книги заклинаний так, чтобы изгнать Селестию на столь малый срок.

У Твайлайт не было причин не верить Луне, но всё же она хотела убедиться.

— Тогда объясни мне, как именно поправила время в заклинании.

Синяя аликорница ухмыльнулась:

— Без проблем! Видишь ли, заклинание считает время для изгнания какого-либо пони или вещи в часах. В одной тысяче лет насчитывается восемь миллионов семьсот шестьдесят тысяч часов.  Поэтому я просто…

— Умоляю, не говори мне, что ты просто вписала в заклинание цифру два, — Твайлайт уткнулась мордочкой в копыта.

— Да-да, я вписала «два», раз хотела изгнать Селестию на два часа.

На Твайлайт напала дрожь от накатывающей паники.

— Ты… хоть знаешь, когда заклинание изгнания было впервые создано?!

— Признаться… нет, — внезапно Луна и сама смутно забеспокоилась.

— Сто тысяч лет назад! — подскочив, Твайлайт схватила её за плечи. — Оно появилось сто тысяч лет назад! Тогда современной системы времени и в помине не было! И два часа из той поры совсем не равны нашим! То, что маги древности измеряли часами, мы измеряем тысячелетиями!

— И что? — слегка отпрянула принцесса ночи. — Что ты пытаешься сказать?

Твайлайт замешкалась, боясь того, что ей предстояло сказать. Но, даже собравшись с духом, она сумела только еле слышно произнести:

— Ты… изгнала Селестию на две тысячи лет.

Мёртвая тишина повисла в комнате, пока принцессы сидели и потрясённо смотрели друг на друга.

Доун Сайт бочком придвинулся к Найту Шифту и шёпотом спросил:

— Я думаю, сейчас мы должны начать войну?

Найт Шифт кивнул — и тотчас вырубил Доуна ударом в морду.

После чего самодовольно похлопал себя по спине:

— Один ноль в мою пользу.