Сквозь розовые очки

Некоторые пони могут не так понять несколько невинных жестов, а что уж говорить о такой утончённой и романтичной натуре как Рарити?

Рэрити

The Conversion Bureau: Ушедшие в пони

Правительство вручает молодой девушке холорекордер и отправляет в Бюро, чтобы та записала всё, что произойдёт с ней во время и после Конверсии. Это - словесный пересказ получившегося у неё холо-блога. Действие истории происходит в год третий от начала расширения Эквестрии.

ОС - пони Человеки

Гробовщик

Рэйнбоу Дэш едет в деревню под названием Соулавиль, однако по пути ей рассказывают пугающую историю этой деревни... Но Рэйнбоу, пытаясь доказать сама себе свою смелость идет туда.

Рэйнбоу Дэш

Неуважение к Хаосу

Порядком заскучавший Дискорд заскакивает на вечернее чаепитие Селестии, чтобы снова поныть о своей скуке. Ждал ли он, что ему и правда найдут развлечение?

Дискорд Стража Дворца

Попаданец и магия. Часть I

Человек попадает в Эквестрию. Банально? Может быть. В последствии, у него обнаруживаются способности к магии. С помощью которых, он спасает Рэйнбоу Дэш, сам при этом едва не расставшись с жизнью.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони Человеки

А что если... (What if...)

Можно ли обойтись близким общением лишь с сестрой? И не иметь никаких друзей, и, более того, быть избегаемой везде, кроме родного города? После череды странных событий одна пони узнает ответ.

Твайлайт Спаркл Трикси, Великая и Могучая

Инсайд Меджик

Cаркастический рассказ. Имея большой опыт жизни на земле, рандомный чухан попадает в мир каней. Станет ли он добрым сопляком водовозом или заставит всех протирать свои стальные яйца до блеска?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Пинки Пай Эплджек Другие пони Человеки

Buck to the future: Chronicles of Equestria

Задумывались ли вы, что будет попади остатки Делореан в Эквестрию?

Скуталу Совелий Доктор Хувз

Мы все мечтаем об одном

Человек делится с Рейнбоу Дэш своими тайнами… и желаниями.

Рэйнбоу Дэш Человеки

Чёрная метель

Прямое продолжение "Нотации Хувс". У Твайлайт и её личной научной ассистентки идёт упорная работа над таинственным научным проектом. Дискорду тем временем очень сильно нездоровится. Само собой, между этими событиями есть связь, и ничего хорошего это не предвещает.

Флаттершай Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Трикси, Великая и Могучая Дискорд Санбёрст

Автор рисунка: Stinkehund

Игра продолжается

Глава 22 (29)

Подлетая к Ванхуферу, я уже догадывался, в каком ключе будет проходить мое общение с местным начальством. И, в общем-то, не ошибся. Городское руководство, едва узнав о моем прибытии, явилось в полном составе. И уж не знаю, что они намеревались делать — сдаваться с повинной, плакаться, жаловаться или переваливать вину друг на друга. Но выглядели местные официальные лица напуганными и даже смотреть старались в пол, а не на меня.

И я даже их в основном понимал. Попробуй тут не поймать панику, когда на подотчетном тебе участке враг похитил второе лицо державы! Да еще и при условии, что первое лицо, явившееся разбираться, по слухам обладало крутым нравом.

К счастью, их все же удалось настроить на конструктивный лад, и я узнал, что с того момента, как ко мне был отправлен гонец, ничего не изменилось. Кто похитил Кейденс, было неясно. Преступник никак не проявил себя ни до своего дерзкого нападения, ни после, поэтому местные пони терялись в догадках. Это я знал про Сомбру и Кризалис и грешил на них в первую очередь, а ванхуферские власти ломали себе головы, вообще не понимая, что происходит.

Но хотя бы они сообщили, что место преступления с момента первого осмотра было закрыто и оставалось никем не потревоженным. Так что я со всей свитой отправился туда осматриваться и искать улики.

Как выяснилось, туннель, по которому поезда должны были ходить в Кристальную империю, был уже полностью пробит. Я-то, когда услышал, что ветка еще не готова, подумал, что проход под горами докопать не успели. А оказалось, что дело здесь оставалось за малым. Нужно было только облицевать стены и проложить рельсы.

Честно говоря, посмотрев на это сооружение, я невольно восхитился. Все-таки пони, вырывшие тоннель, были вооружены, помимо магии, не самыми продвинутыми инструментами. Так что работа была проделана титаническая. В этот момент подумал, что местные горнопроходчики наверняка не отказались бы от динамита. Ну или, за неимением последнего, хотя бы от того же горького меда.

Но эта мысль, промелькнув, исчезла где-то в подсознании. Сейчас мне было не до вопросов применения взрывчатых веществ в народном хозяйстве. В первую очередь надо было разобраться с произошедшим здесь инцидентом. В туннель, портал которого находился в нескольких милях от города, я, учтя ошибку принцессы любви, отправился в компании Шайнинга, Миднайт и всей сопровождавшей меня команды фестралов.

Впрочем, долго ломать голову мне не пришлось. Еще на подходе я почувствовал характерный помойный запашок, оставшийся от применявшейся здесь магии.

— Чуешь, старлей? — войдя под своды тоннеля и пройдя метров двести, я окончательно уверился в безошибочности своих выводов и поинтересовался у Шайнинга, который все время с момента прибытия в Ванхуфер проявлял повышенную активность.

— Что именно я должен почувствовать, ваше высочество? — втянув носом воздух, поинтересовался единорог.

— Сомбрятиной несет… — не став ходить вокруг да около, озвучил я свою догадку. — А значит, у нас есть главный подозреваемый в похищении твоей невесты и моей подруги.

— Негодяй! Подлец! — воскликнул офицер. — Дискордов проходимец! Я же ему еще в первую встречу сказал, что младшая принцесса является моей невестой! А этот мерзавец все равно не отступился! — братишка Твайлайт даже, вроде, в размерах увеличился, надувшись от гнева. — Ну, ничего! Я до него доберусь! Будет знать, как на чужих кобылок зариться!

— Вот только что ты ему сделаешь? — фыркнул я, прерывая пафосные угрозы командира дневной гвардии. — Или забыл, как мы тебе рог лечили после твоей предыдущей встречи с ним?

Про себя же я лишь усмехнулся тому, как Армор обосновал похищение невестушки. Сомбра во время их встречи предъявлял права на младшую принцессу. А о том, что он имел в виду вовсе не Кейденс, помимо, собственно, короля, знали только мы с младшей коллегой. Ну, Луна еще, но она не в счет. Так что командир дневной гвардии теперь кипятился еще и от ревности.

— Все я помню… — все же немного сдувшись, пробурчал женишок моей подруги. — Но я теперь опытный и так просто не попадусь! К тому же я не боюсь! А ради Кейденс готов на все!

— Я уже это неоднократно слышала, — вздохнул, напоминая Шайнингу, что эту пластинку он уже заездил. — Вот только, сложив свою буйную головушку, ты невесте никак не поможешь. Поэтому не надо мне тут высокопарных заявлений!

Единорог после такого увял, а вот Миднайт сдержано заулыбалась, наблюдая за душевными метаниями конкурента.

— В общем, здесь мне все ясно, — заключил я. — Преступник установлен. Осталось понять, что с ним делать.

— Ваше высочество! — снова вспыхнул старлей. — Отпустите меня в Кристальную империю! В одиночку я смогу пробраться в город, отыскать и освободить Кейденс!

— Ты куда-то собрался скрытно проникнуть? — наигранно удивилась коммандер. — Да скорее Сомбра сам вернет ее высочество, чем ты скрытно проникнешь хоть куда-нибудь!

В ответ на это женишок принцессы любви только заскрипел зубами и уставился на меня. Я же перевел взгляд на Миднайт. Нет, в целом она была права. Диверсант из этого влюбленного дурня на данный момент явно бы вышел посредственный. Но, честно говоря, мне уже поднадоел тот факт, что она Шайнинга постоянно в моих глазах идиотом выставляла. Конкуренция конкуренцией, но и меру надо знать!

— Значит так, коммандер! — строго посмотрев на подчиненную, изрек я. — Если еще раз при мне ты начнешь без моего разрешения высказывать свои мысли о других моих офицерах, — я кивнул на удивленно переводившего взгляд с меня на командующую ночной гвардией белого единорога. — То потом будешь писать учебник по методам и схемам взаимодействия дневного и ночного подразделений гвардии, в котором будут учтены все случаи жизни! А мы со старшим лейтенантом выступим рецензентами. Намек понятен?

— Так точно, госпожа коммодор! — вытянулась Миднайт.

— Тогда возвращаемся в Ванхуфер, — заключил я, разворачиваясь в сторону выхода из тоннеля, от которого мы пришли. — Там решим, что дальше делать.

К счастью, Шайнинг возражать и снова проситься в одиночную миссию не стал. То ли субординация оказалась сильнее эмоций, то ли все-таки сообразил, что сгоряча только дров наломает. То ли был настолько удивлен тем, что я за него заступился.

В город мы вернулись незадолго до обеда, поэтому я сразу повел свиту в столовую. Подкрепившись, занял кабинет мэра, который он мне, стремясь угодить, предоставил по собственной инициативе. Усевшись в шикарное кресло, которое не потерялось бы даже среди меблировки столичного дворца, я откинулся на спинку и принялся обдумывать одну интересную мысль, пришедшую в голову во время возвращения от тоннеля в город.

Основывались мои рассуждения на том, что теперь я не предполагал, а был окончательно уверен в том, что мою подружку похитил полоумный Сомбра. А какой любопытный факт я знал про этого черного мага? Помимо всего прочего, он не дружил с режимом дня. И я в какой-то момент подумал, что не мог связаться с Кейденс не потому, что она вообще не спала, а из-за того, что психованный король перевел пленницу на свой, если так можно выразиться, рабочий график. То есть мы с принцессой любви были, что называется, в противофазе.

Именно это я и собрался проверить.

Выглянув в коридор, отдал приказ дежурным фестралам никого ко мне не пускать. Потом завел будильник, чтобы не проспать время заката, и устроился в мэрском кресле, которое, как выяснилось, являлось трансформером и превращалось в более-менее приличное место для сна. Причем без всякой магии. Оно было просто раскладным. Я и на Земле такие видел, поэтому быстро сообразил, что куда раскладывать, и соорудил себе лежанку.

Заснул я, кстати, быстро. Пока чем-то занимался, усталости не чувствовал. Но, если так посмотреть, то за предыдущие дни я здорово вымотался. И если тело аликорна, подозреваю, и не на такое было способно, то разум требовал отдыха. Правда, тут я его обманул, так как во сне тоже собирался поработать, чем сразу же, оказавшись в мире грез, и занялся, приступив к поиску сна Кейденс.

И я его нашел! Причем очень быстро. Похоже, моя теория оказалась верной. Не став медлить, я зашел в выбранное сновидение.

Похоже, принцесса любви пребывала в подавленном настроении, и это отразилось даже на ее сне. До этого у нее полянка с цветочками была, сейчас же розовая аликорн бродила по самому настоящему болоту. Оглядевшись, я даже присвистнул. Выглядело все очень натурально — камыши, аир, череда, другие любящие застойную водицу растения, причем уже явно осенние, начинавшие желтеть, торчащие кое-где высохшие стволы деревьев, зыбкая почва под ногами. Хорошо хоть, туч комаров, мошки и прочего кровососущего гнуса, который любит обитать в таких местах, тут не было.

Зато присутствовала та, ради кого я сюда и пришел. Кейденс, похоже, уже поплавала в мутной водичке, так как выглядела не лучшим образом. Но я ситуацию быстро исправил, создав под собой остров твердой земли, на которой зазеленела травка, а также распустились цветочки. Пару кресел и стол с закусками я тоже не забыл. Ну а потом перетащил к себе принцессу любви, заодно почистив и высушив ее гриву, хвост и шерстку.

— Найтмер? Это ты? — с изумлением и какой-то отчаянной надеждой спросила Кейденс. — В смысле, ты мне не снишься?

— Снюсь, конечно! — честно ответил я. — Это же твой сон. Но, если ты хотела спросить, не фантом ли я, то отвечу — нет. Перед тобой твоя подруга, пришедшая узнать, как у тебя дела…

Договорить я не успел, так как на меня с визгом налетели, повалили, обняли и только что в десны не расцеловали. Хотя, если бы Кейденс сейчас захотела, я бы сопротивляться не стал. Все же с первой красоткой державы и мне поцеловаться не грех.

— Наконец-то! — выпалила розовая аликорн. — Я уже думала, что не дождусь помощи!

— А вот с этого момента поподробней, — попросил я. — И слезь, пожалуйста, с меня. Я, конечно, тоже очень рада тебя видеть, но поговорить я бы предпочла сидя в кресле, а не лежа под тобой.

— Ох, конечно! — коллега слезла с меня, чем я и воспользовался, встав и заняв одно из кресел. — Прости, я так обрадовалась. Уже не знаю, сколько я брожу по этому ужасному болоту!

— А ты помнишь, что это сон? — уточнил я. — Вот только в реальности у тебя все еще хуже…

— Помню… — помрачнела Кейденс. — Прости, Найтмер, — она виновато опустила голову. — Я пренебрегла твоим предупреждением. И вот так все получилось…

— Ладно, — вздохнул я. — Чего уж теперь. Что случилось, то случилось. Придется, конечно, отшлепать тебя после освобождения…

— Отшлепать? Меня? — сделала трехдюймовые глазки принцесса любви.

— А ты как думала? — усмехнулся, глядя на искреннее изумление собеседницы. — Поручу Шайнингу, он тебя познакомит с офицерским ремнем с пряжкой. А то жених твой чуть ли не до седых волос испереживался за тебя.

— Ох, бедный Шайни! — всплеснула передними ногами розовая аликорн. — Как он там?

— Рвется тебя спасать, — фыркнул, выражая свое мнение по поводу планов старшего лейтенанта. — Но для этого надо знать как можно больше о том, как и откуда тебя надо вытаскивать. За этим я и здесь. Поделишься сведениями?

— Да, конечно! — закивала головой принцесса любви. — Я, правда, не все здесь понимаю. Но, давай, я расскажу все, что знаю! — она набрала в грудь воздуха и начала излагать. — Нахожусь я, судя по всему, в Кристальной империи. Где именно, не знаю — во всех помещениях, где я побывала, не было окон, но здание очень большое. И в том, что это Кристальная империя, я не сомневаюсь. Тут везде эти самые кристаллы. А еще тут правитель империи! — добавила она, оглядываясь.

— Не волнуйся, по снам он ходить не умеет, — успокоил я подругу. — Продолжай.

— С Сомброй я и провожу почти все время, — призналась Кейденс. — Вернее, это он со мной проводит.

— Ты в порядке? Он к тебе не приставал? — с тревогой поинтересовался я, заметив, что предыдущая фраза собеседницы была довольной обтекаемой.

— Ты знаешь, не приставал, — слабо улыбнулась коллега. — Он вообще довольно сдержан. Я лишена свободы и возможности творить магию, но ни он, ни его гвардейцы не били меня, не пытали, не приставали и даже не бранили. Черный единорог занят каким-то исследованием, почти не обращая внимания на все остальное. А его слуги, как я поняла, неспособны делать что-то без приказа хозяина. Ну, и я не давала повода. Я просто была так напугана, придя в себя здесь, что у меня совершенно не было сил хоть как-то сопротивляться!

— И не надо, — кивнул ей. — Раз такое дело, то не провоцируй этого психопата. Но чем же вы занимаетесь, проводя время вместе?

— Как уже говорила, он, к счастью, не лез ко мне с какими-либо непристойностями, — сообщила Кейденс. — Хотя и сказал, что я довольно симпатична. Правда, по его словам, до некой Луны мне далеко, — эта ее фраза прозвучала с нотками обиды. Как же! Ее, эталон красоты, назвали просто довольно симпатичной! — Кстати, как понимаю, этим именем он зовет тебя! — она с интересом посмотрела на меня.

— Ты не отвлекайся, — решил я сразу увести ее от опасной темы. — У нас с этим мерзавцем старые счеты. Луна — это, если можно так выразиться, оболочка, под которой я скрывалась, когда мы с ним познакомились. Что еще он говорил? И что он у тебя спрашивал?

— Оболочка… — повторила розовая аликорн. — Ладно, неважно сейчас. Что еще он говорил? Хм… — она призадумалась. — Понять его иногда бывает тяжело. Например, он, хоть и знает мое имя, убежден, что я — начальница тайной полиции и чуть ли не самая страшная и коварная пони Эквестрии. Ума не приложу, откуда он это взял! А еще он совершенно не хочет слушать возражений! На мои заявления о том, что я принцесса любви, а не тайных знаний, он лишь рассмеялся и заявил, что уж его-то мне не провести!

— Я же не просто так говорила, что с головой у него проблемы, — заметил, деликатно обходя тему того, откуда у Сомбры сложилось именно такое представление о Кейденс.

— С этим, к сожалению, не поспоришь, — вздохнула подруга. — А ведь из-за этого все и произошло! Знаешь, зачем он меня похитил?

— Нет, конечно, — фыркнул я. — Откуда бы мне знать? А он что, сказал тебе?

— Я ему нужна не как заложница, — призналась собеседница. — И не в качестве источника информации. Ему нужна была подопытная аликорн!

— Подопытная? — переспросил я, несколько офигев от такого заявления. — Что еще за опыты он на тебе планирует ставить?

— Не знаю, в чем его цель, — ответила коллега. — Но, к счастью, его опыты мне никак не вредят. — Он снимает показатели моего тела, особенно тщательно исследует, как он сам выразился, мыслительные и мозговые процессы.

— Мыслительные процессы, значит, — повторил я. — Видимо, решил себе голову поправить. Ну а у тебя он что спрашивал?

— Практически ничего, — хмыкнула Кейденс. — Я же говорю, в качестве источника информации я его не интересую, что, конечно, странно. Но я только рада тому, что ему не пришло в голову выпытывать у меня наши тайны. Он вообще практически не говорит со мной.

— А как же ты тогда узнала все то, что только что мне рассказала? — удивился я.

— Глупая привычка проговаривать мысли вслух, — криво усмехнулась розовая аликорн. — Даже когда я не слышу слов, то могу читать по губам. Все пегасы это умеют, а я родилась пегасом. Но король настолько увлечен своей работой, что ему вообще, похоже, плевать на то, что в процессе его кто-то может подслушать. Я предполагаю, что он настолько привык жить в окружении лишь своих странных слуг, что перестал обращать на окружающих внимание.

— Что за слуги? — уточнил я. — Кристальные пони в доспехах и необычных шлемах со светящимися зеленым светом прорезями для глаз?

— Да, именно такие, — кивнула принцесса любви. — А откуда ты знаешь? Ах, да! — она немного смутилась. — Полагаю, они не изменились со времен вашей прошлой войны…

— Внешне, по крайней мере, — кивнул я. — А что у них с интеллектом?

— Из того, что я видела, могу предположить, что они находятся под сильнейшим заклятием подчинения, — вздохнула Кейденс. — Они делают только то, что им приказывает Сомбра. Ни больше, ни меньше. Он даже пару раз при мне ругался на их недогадливость. Если мои выводы верны, то мне очень жаль этих бедных пони!

— Твои выводы верны, — подтвердил я ее слова. — Поэтому, если он задумает и на тебя нацепить такой шлем, постарайся этого избежать. Расскажи мне еще про свой быт. Где ты живешь, где и чем тебя кормят, сколько слуг тебя стережет?

— Комнаты у меня неплохие, — подумав, ответила хозяйка сна. — Хоть и очень запущенные. Видно, что в доме, где я живу, очень давно не было хозяйки. Здесь даже есть гардероб с платьями, правда, настолько старинная мода мне не по душе. Да и не до нарядов в целом. Продуктами король меня тоже не обделяет. Я попросила трехразовое питание, и он приказал мне его обеспечить. Правда, такой гадости я в жизни не ела! Это явно какие-то открытые консервы, но я не могу даже понять, из чего они сделаны. При этом Сомбра утверждает, что это какая-то его разработка, являющаяся наиболее полезной и сбалансированной едой. Хотя сам, такое впечатление, питается только тогда, когда его живот начинает урчать настолько громко, что отвлекает своего хозяина от исследований.

— А охрана? — поднял я нужную тему. — Сколько солдат тебя охраняет? Тридцать бойцов? Сорок?

— Нет, — взмахнула передней ногой Кейденс. — Трое, может быть, пятеро. Да и те такие же заторможенные и безынициативные. Хотя, возможно, остальным просто приказано стеречь меня, не попадаясь на глаза. Я веду себя осторожно, так как не знаю, чего ждать от Сомбры…

— Как будто я знаю… — пробормотал я. — Слушай! А про Кристальное сердце ты от него что-нибудь слышала? — поинтересовался, вспомнив канон и тот факт, что метка судьбы подруги подозрительно напоминает сей артефакт.

— Нет, не слышала, — призналась коллега. — А должна была?

— Не думаю, — покачал головой. — Просто спросила на всякий случай. Видишь ли, в этом артефакте заключена большая часть его силы. Пока он его контролирует, даже я не рискну биться против него.

— Что он собой представляет? — заинтересовалась Кейденс.

— Он подозрительно напоминает твою метку, — кивнул на бедро собеседницы. — Голубой симметричный кристалл в форме сердца. Размером… Ну, примерно со Спайка. Как я подозреваю, именно из-за схожести твоей кьютимарки и Кристального сердца моя сестра считала, что именно ты должна будешь внести решающий вклад в победу над этим сатрапом. И поэтому она планировала отправить тебя в Кристальную империю сразу же, как только та бы вернулась.

— Все это звучит очень странно… — задумалась принцесса любви. — А еще настораживает тот факт, что я все равно здесь оказалась, пусть и совершенно другим путем. Ты думаешь, я должна почувствовать этот артефакт?

— Дай подумать… — я почесал запястьем подбородок, судорожно вспоминая, что же происходило в серии, где мочили Сомбру.

Кейденс там никак в поисках не участвовала. В основном там подружки с Твайлайт во главе бегали с криками «Да где ж этот артефакт? Едрить его в корень!» Но это можно списать на то, что розовая аликорн была занята тем, что из последних сил держала щит над городом. Ей там ни до чего другого дела не было. Зато потом, едва проконтактировав с Сердцем, она его сразу активировала, аннигилировав только-только обретшего плоть Сомбру.

— Честно говоря, не знаю, — все же решил не давать подруге ложных надежд. — Схожесть твоей метки судьбы с ним может быть простым совпадением. А может и не быть. В любом случае, если почувствуешь что-то необычное, то, возможно, это оно.

— Я поняла тебя, — серьезно кивнула розовая аликорн. — К сожалению, у меня нет возможности поискать его, даже если оно и спрятано где-то поблизости. С блокиратором я его точно не почувствую, да и ходить по зданию я не могу.

— И не надо, я тебе на всякий случай сказала, — утешил ее я. — Насчет своего положения не переживай. Я обязательно что-нибудь придумаю. Вот что! Представь здесь кого-нибудь из слуг Сомбры. Я хочу убедиться, что они выглядят так, как и должны.

Воображение у принцессы любви работало как надо, поэтому через пару секунд рядом с нами появился классический солдат армии Сомбры. Именно такими я их видел в сериале. Видимо, недовластелин, однажды разработав дизайн доспехов, потом ничего уже не менял. Наверное, посчитал свое творение совершенным.

— Спасибо, — кивнул я подруге. — Сейчас я покину твой сон, но не переживай. Помощь скоро придет. Не провоцируй Сомбру, раз уж он такой спокойный. Можешь и дальше слушать, что он говорит, но ко всему относись со скепсисом. Может быть, он тебе так дезу сливает. А может быть, и сам себя убедил в каких-нибудь глупостях. И особенно не доверяй всему, что он будет говорить обо мне! Мы с ним все же старые враги.

— Я поняла, — кивнула с некоторой грустью Кейденс. — Верю, что ты найдешь способ мне помочь. Но, пока ты не ушла, попрошу тебя кое о чем! Убери это болото, — она огляделась кругом. — Пусть хоть во сне я побуду в приятной обстановке.

Задумавшись, я сообразил, что надо бы отправить подружку куда-нибудь на курорт. Поэтому припомнил рекламу известной конфеты с кокосовой начинкой и, убрав топи, оставил наш островок, окружил его пляжем с белым песком, добавил рощицу пальм и парочку рододендронов. Еще зонтик от солнца поставил. Вокруг же расположил лазурное спокойное море, небо сделал ярко-голубым и безоблачным.

— Красота! — восхитилась принцесса любви. — Ты ведь в реальности была в таком месте? Где это?

— Очень далеко, — не соврал ей. — Сейчас не так важно, где именно. Шайнинга, уж извини, в твой сон звать не буду, а то просыпаться тебе будет особенно горько. Отдохни пока одна.

— Да, ты, пожалуй, права, — согласилась Кейденс. — Спасибо, что продумываешь такие мелочи!

— Пустяки, — отмахнулся я. — Вот еще что! Попробуй завтра заснуть в то же время, что и сегодня. А то я сон твой Дискорд знает, с какой попытки смогла найти.

— Да? А почему? — удивилась принцесса любви.

— Потому что сейчас день, — похоже, этим ответом я ее изрядно удивил. Хотя, находясь в комнатах без окон, не мудрено потерять счет времени. — Ладно, не переживай, — подойдя, я бортанул ее корпусом. — Располагайся, развлекайся! А Сомбру предоставь нам!

Улыбнувшись в ответ на несмелую улыбку Кейденс, я покинул ее сон. И, едва выйдя из него, отправился на основной уровень уже своего сна. Требовалось побродить в одиночестве и обдумать услышанное.

Что ни говори, а ситуация вырисовывалась интересная и даже в чем-то обнадеживающая. Ведь все могло быть намного хуже!

Главная новость заключалась в том, что Кейденс была жива и здорова, что меня очень обрадовало. Да, Сомбра использовал ее для каких-то опытов, что не могло не настораживать. И я даже догадывался, для чего ему потребовалась подопытная аликорн.

Похоже, этот хмырь таки разработал некий сепаратор. Ну, или, по крайней мере, какую-то концепцию, которую он начал реализовывать, раз решил перейти от теоретических изысканий к опытам. С одной стороны, это было хорошо, теперь я мог рассчитывать, что скоро смогу попробовать избавиться от соседки в голове. С другой же стороны, я все же опасался за принцессу любви. Оставалось только надеяться, что этот маньяк не решит перейти к каким-нибудь деструктивным опытам или не испробует разделение на моей подруге. В последнем случае я вообще не знал, что могло бы получиться.

Также меня несказанно радовал тот факт, что Сомбра, похитив, как он сам полагал, начальницу тайной полиции, то есть, теоретически, самую осведомленную обо всех тайнах державы пони, не додумался у нее эти тайны начать выпытывать. Это вообще было что-то с чем-то! Фанатик! В худшем смысле этого слова! Ему нужно было какие-то параметры с аликорна снять — он добыл аликорна и снял параметры. А о том, что пленницу можно еще как-то использовать, даже, судя по всему, не подумал!

Конечно, розовая аликорн сама пыталась что-то ему доказать, но, к счастью, король ей не поверил. И ведь запретить ей говорить я не мог, как и рассказать о том, как провел этого сатрапа в его же сне. А то ведь весь мой план мог пойти насмарку! Ведь Кейденс прекрасно знала, что никто к возвращению Сомбры не готовился, что в Эквестрии его не встретит многочисленная и хорошо обученная армия, что Найтмер Мун вернулась только недавно, что Селестия не помогает ей. И все это от нее мог бы, если бы догадался поспрашивать, узнать полоумный владыка Кристальной империи. Причем подруга могла все это выдать, даже сама того не желая! Она же не знала той легенды, что я скормил черному единорогу!

Но, к счастью, он коллегу ни о чем не расспрашивал. Видимо, так занят был изысканиями. А вот то, что он сам там что-то бубнил, меня беспокоило. Вон, уже разболтал что-то про Луну. Причем, видимо, достаточно наговорил для того, чтобы Кейденс поняла и то, что она как-то связана со мной, и то, что король от нее без ума. А ведь, если пойдут описания внешности, характера или еще чего-то такого же, она догадается, что дело тут нечисто. И плакала тогда моя легенда!

В общем, по всему выходило, что спасать ее требовалось как можно скорее. Вот только соваться в Кристальную империю я без подготовки не хотел. Конечно, ее слова о том, что охрана малочисленна и не очень умна, могли обнадежить. А могли и насторожить. Не пытался ли Сомбра таким образом заманить меня в ловушку? Поймать, так сказать, на живца? В том, что от этого неадеквата можно ждать как гениальных, так и идиотских решений, я уже убедился, так что уверен не мог быть ни в чем.

От размышлений меня отвлек будильник. Впервые я проснулся не к рассвету, а к закату. И чего-то мне не понравилось. Хоть и поспал, но совершенно не выспался. Хотя здесь ничего удивительного и не было — во сне все это время работал.

В общем, процедуру заката я провел прямо из кабинета, даже на балкон выходить не стал. Просто открыл окно. Следом направился в столовую, приказав фестралам отыскать, пока я ужинаю, Шайнинга.

Пищу я проглотил, не ощутив вкуса, поэтому вернулся в кабинет, что называется, не в настроении. К счастью, белый единорог уже дожидался меня под дверью. Кивком приказав следовать за собой, вошел в помещение, окружил нас защитой от подслушивания и, плюхнувшись в кресло, хмуро посмотрел на подчиненного.

— Ваше высочество? — сглотнув комок в горле, окликнул меня старший лейтенант. — Что-то случилось? Вы что-то узнали про Кейденс? Что-то нехорошее?

— С чего ты взял? — сделав морду кирпичом, поинтересовался, дивясь при этом неожиданно продемонстрированной Армором проницательности. — Не переживай. Мне удалось связаться с Кейденс. Она в относительном порядке.

— Связаться? — выпучил глаза командир дневной гвардии. — Как?

— Не тупи, офицер! — фыркнул я, теперь удивляясь, куда его проницательность мгновенно подевалась. — Через сны, конечно же!

— Понял! — кивнул женишок подруги. — Виноват, что сразу не понял! Так что с Кейденс?

— Сидит под замком у Сомбры, — кратко изложил я то, что удалось узнать. — Цела и невредима. Пыткам и насилию не подвергается, питается три раза в день и даже, по мере возможности, собирает важные разведывательные данные. Так что все не так плохо, как могло бы быть.

— Что этот подлец от нее хочет? — снова стал распаляться старший лейтенант.

— У него есть любовь всей жизни, — решил поведать ему часть правды. — Это не Кейденс. Но он считает, что она поможет ему этой любви добиться.

— Так вот, зачем он ее требовал! — Шайнинг предсказуемо сделал неверный вывод на основе неполной информации. Тем не менее, осознав, что на копыто и сердце его невесты похититель не претендует, он, похоже, несколько успокоился. — Но все равно это бесчестно! И оставлять это так нельзя!

— А мы и не будем, — поддержал его я. — Нам нужен план. Не такой, какой ты предлагал ранее, а четкий и проработанный. Кое в чем я с тобой согласна. Скрытое проникновение предпочтительно. Но оно должно быть продуманным.

— Я бы и рад продумать, — вздохнул Шайнинг. — Но надо же от чего-то отталкиваться, а вводных нет!

— Наконец-то я слышу не влюбленного дурня, а командира гвардии! — хмыкнул я. — Слушай вводные! Ее содержат в большом здании где-то в Кристальной империи. Кейденс не связана, но на ней блокиратор. Большую часть времени где-то рядом отирается Сомбра, но в остальное время ее охраняют от трех до пяти бойцов. Но это, возможно, только непосредственная охрана. Солдаты короля, чтобы ты знал, не служат ему добровольно. Они подчинены ему и выполняют только полученные приказы. Поэтому они, с одной стороны, фанатичны и бескомпромиссны, но с другой, заторможены, если что-то выходит за рамки приказа. Пока так. Достаточно тебе для планирования?

— Пока достаточно, — кивнул белый единорог. — Спасибо, ваше высочество. Вы дарите мне надежду!

— Только не обольщайся раньше времени! — предупредил его я. — Сейчас мы вылетаем в Кантерлот. У меня и у самой есть кое-какие планы, для которых мне нужно находиться в столице. Время в пути можешь использовать для составления первоначального плана. В столице еще раз обсудим перспективы. Вопросы есть?

— Никак нет! — вытянувшись, ответил старший лейтенант.

— Тогда иди, собирайся! — завершил я разговор. — Через четверть часа вылет.

В том, что мы сможем быстро стартовать в сторону Кантерлота, я не сомневался. В конце концов, этим же маршрутом мы летели сюда. Так, в общем-то, и произошло. Миднайт подтвердила, что готова вылетать хоть сейчас. Что характерно, ничего про Шайнинга она не сказала. Значит, мое внушение сработало.

Полет прошел нормально, и за час до рассвета мы приземлились перед кантерлотским дворцом. Распустив подчиненных, я отправился к себе и решил оставшееся до подъема солнца время провести с пользой. Поэтому набрал в ванну воды, улегся, устроился так, чтобы ни крылья, ни рог, ни другие конечности, ни намокшие грива и хвост не мешали, и погрузился в данные, оставшиеся от Найтмер Мун.

А интересовали меня в этот раз трофеи, доставшиеся сестрам по итогам войны с Сомброй. Нет, понятное дело, основной приз — саму империю — они в тот раз благополучно профукали. Но кое-что другое все же добыли. Например, несколько образцов доспехов солдат Сомбры. Обеих сестер очень сильно интересовало подчиняющее волю заклятье полоумного короля, которое встраивалось в шлемы его бойцов.

По крайней мере, такие данные были у Найтмер, а уж ей они достались от Луны, которая была непосредственной участницей. Так что, в моем понимании, этой информации можно было верить.

Правда, судя по тем же данным, Луна так ни в чем и не разобралась. Единственный факт, который она смогла выяснить, заключался в том, что в шлеме, помимо функционала подавления воли, был встроен еще какой-то магический контур, который она обозвала «Клеймо Сомбры». Судя по всему, это был какой-то аналог системы распознавания «свой-чужой». Таким образом черный единорог, похоже, подстраховывался на случай, если кто-то задумает, используя трофейные или специально сделанные внешне схожие доспехи, пробраться к его тайнам. А то ведь все его солдаты были безлики в своих полных шлемах. И отличить шпиона было бы при случае непросто.

В очередной раз я убедился, что местами Сомбра мог быть довольно продуманным типом. К сожалению, эта его продуманность в этот раз играла против нас.

Селестия, кстати, тоже тогда исследовала трофейную броню. Но она просто в какой-то момент остановила изыскания, а доспехи убрала в какую-то дальнюю кладовую. Видимо, она то ли узнала то, что хотела, то ли поняла, что дальнейшие исследования могут быть опасны. В любом случае, ни с кем она полученными знаниями не поделилась. А жаль. Честно говоря, от ее помощи я бы в этом вопросе не отказался. Ведь о том, что Селли неплохо владела черной магией, я знал из сериала, где она сама демонстрировала заклинание Твайлайт. К тому же именно ее заметками воспользовался Блюблад, чтоб ему в камере икалось! Но возвращать Тию ради этого было себе дороже.

У меня возникла мысль, что можно попытаться попробовать взломать систему шлема так, чтобы он не подчинял волю надевшего его, но при этом продолжал функционировать во всем остальном. Тогда можно было бы легко пробраться в казематы недовластелина, повторно похитить Кейденс, а то и Кристальное сердце раскопать!

Конечно, я мог и в своем газообразном состоянии этим заняться. В прошлый раз Сомбра меня в нем не заметил. Но тогда он еще не знал, чего ждать, а теперь, возможно, уже придумал какое-нибудь ухищрение. Так что лезть к нему в логово совершенно не хотелось.

В какой-то момент в мою голову все же пришла хорошая идея. Я как раз вылезал из ванной и подумал, что можно было бы даже уподобиться Архимеду и крикнуть «Эврика!», но все же от воплей воздержался. А суть идеи заключалась в том, что я какое-то время назад приказал собрать из провинившихся единорогов ОКБ, но задания им пока не давал. А вот тут поручение, можно сказать, само напрашивалось!

Поэтому, быстро вытершись и просушившись, я направился на балкон, где выполнил уже привычную процедуру рассвета, после чего, вызвав гвардейца, приказал позвать к себе Шайнинга.

— Где у нас арсенал? — похоже, своим вопросом я офицера малость удивил, так как он как-то странно задумался.

— А что вам нужно? — наконец, отвиснув, поинтересовался белый единорог.

— Что мне нужно, я сама найду, — прищурившись, посмотрел на него, выражая неудовольствие. — Ты просто проведи меня туда, где можно искать. Надеюсь, мне не нужно объяснять, что такое арсенал?

— Никак нет, ваше высочество! — вытянувшись, отчеканил старший лейтенант.

К счастью, он не соврал, поэтому через полчаса я уже бродил по дворцовому хранилищу снаряжения и прочей амуниции. Как ни странно, разного добра здесь было навалено довольно много. Особенно с учетом того, какими пацифистами были пони.

Но, судя по всему, запасы эти были сделаны довольно давно. Видимо, еще тогда, когда у Эквестрии была нормальная армия. Или в тот момент, когда эту самую армию распускали. Все ее имущество тогда, получается, просто сдали на этот склад.

В любом случае, все здесь хранившееся меня не интересовало, хотя наличие снаряжения радовало. Все же у Селестии хватило ума его сохранить, а не пустить в переплавку. Поэтому, поблагодарив Шайнинга, я направился к дворцовой кастелянше. Кажется, эта пони не попадалась мне на глаза со времен моего первого посещения столицы. Но, в принципе, я ничего плохого в этом не видел. Главное — работу свою она выполняла исправно.

В хозяйственном крыле я, правда, запутался и даже пожалел, что отпустил Армора. Но, благо, первый же попавшийся слуга не отказался провести меня к своей начальнице. Ну, еще бы он отказался!

Кастелянша, как выяснилось, не попадалась мне на глаза не потому, что побаивалась. Она просто, похоже, весь рабочий день проводила за столом, обложившись учетными книгами, списками закупок и еще какими-то деловыми бумагами. Еще одна Селестия, честное слово! Та тоже за бумагами света белого не видела.

К счастью, с моей проблемой хозяйственная пони мне помочь все же смогла. Когда я сказал, что разыскиваю место хранения различных артефактов, кастелянша указала на несколько помещений и даже выдала план здания, где красным карандашом обвела и их, и коридоры, по которым к ним следовало идти. В общем, я и раньше за хозяйственные службы не волновался, а теперь тем более уверился, что тылы в крепких копытах.

За предоставленный план я потом хозяйственной пони еще не раз сказал спасибо. В течение нескольких часов я к нему постоянно обращался. Конечно, можно было и слуг привлечь для поиска, но раньше времени рассекречивать замыслы я не хотел. Тем более, и сам в итоге справился, через несколько часов откопав в тысячелетних запасах Селестии два комплекта доспехов солдат Сомбры.

Надо бы отдать королю должное, броню он клепал на совесть. Конечно, она и хранилась не где-нибудь, а в королевской заначке, где наверняка какая-то магия, замедлявшая старение материалов, присутствовала. Но все равно, выглядели латы неплохо. Не как новые, но и не как ржавый, годный только в переплавку хлам.

Больше всего меня, конечно, интересовали шлемы. На обоих чувствовался мерзкий запашок магии Сомбры, на одном заметно слабее. Притащив доспехи в свои покои, я занялся изучением. Но понял только то, что каска, которая фонила меньше, похоже, была сломана. Не она сама, конечно, а ее магическая начинка. Если бы этот магический агрегат можно было сравнить с каким-нибудь электронным прибором, я бы сказал, что у нее не хватает необходимых для нормального функционирования компонентов. Будто бы ее частично разобрали.

Поразмыслив, я решил, что именно с этим шлемом в свое время поигралась принцесса солнца. Поэтому для меня он теперь был бесполезен. К счастью, оставался второй. В какой-то момент я даже захотел поэкспериментировать. Но вовремя остановился. Себе на голову я его надеть бы не смог — калибр рога не подходил. Но и подданных портить тоже не хотелось.

В итоге я вызвал Миднайт и велел ей собрать в закрытом помещении сотрудников моего ОКБ. Фестрал управилась за час. Похоже, некоторые отпущенные по домам единороги уже успели забыть, что немного задолжали короне. Ну, я им собирался напомнить.

Войдя в помещение, где были собраны запачкавшиеся в заговорах маги, я хмуро оглядел стадо, содержащее лучшие умы Эквестрии. На меня не менее хмуро смотрели магистры, профессора и прочая околонаучная шушера.

— Итак, уважаемые, — выйдя вперед, я встал за что-то типа кафедры. Благо, коммандер продумала все немного лучше меня и присмотрела соответствующее помещение. Судя по всему, когда-то оно использовалось для чтения лекций. Может быть, Селли здесь занятия школы одаренных единорогов вела. — Своею волей я освободила вас из темниц, так как в заговорах вы, хоть и участвовали, но исключительно по собственному недомыслию. Ведь так?

Спросил я на всякий случай, обведя аудиторию тяжелым взглядом. А то вдруг бы какой-нибудь бунтарь отыскался. Однако новоявленные сотрудники ОКБ либо смотрели в пол, либо растерянно переглядывались.

— Рада, что вы сами все понимаете, — усмехнулся, собравшись перейти к основной теме. — Кто из вас знает, к чему привели глупые действия принца Блюблада, решившего побаловаться с темной магией?

— К его аресту? — уточнил кто-то из задних рядов.

— Если бы только к этому, то я не собирала бы вас здесь, — ответил я, переводя взгляд с одного слушателя на другого. — Если вы помните, то заклинание, в активации которого многие из вас приняли участие, должно было вернуть то, что было изгнано. И вот, вы его скастовали, но Селестия не вернулась. Как вы думаете, почему?

— Очевидно же, что такая формулировка слишком расплывчата! — высказался какой-то немолодой единорог, окруженный кучкой собратьев помоложе. Видимо, учеников. — Я говорил об этом Блюбладу с самого начала!

— Назовитесь, уважаемый, — слегка улыбнулся ему, не показывая клыки. — Я еще не успела со всеми здесь познакомиться.

— Профессор Лептон, — слегка кивнул ученый.

— Спасибо, профессор, — кивнул ему в ответ. — В общих чертах вы правы. Описание чар было нечетким. Но не их функционал. Он как раз был заточен на одну единственную цель. И он с ней справился. Что же, по-вашему, мог хотеть вернуть из изгнания король Сомбра, создавший использованный вами артефакт?

— Неужели он предполагал, что его империя однажды исчезнет? — поинтересовался осмелевший профессор. Его аспиранты взволнованно загомонили. — Но тогда выходит, что вернуться из изгнания должен был он сам!

— Браво, профессор, — я изобразил вялые аплодисменты. — Конечно, очень жаль, что до сего умозаключения вы дошли только сейчас.

— Но где доказательства? — снова подал кто-то голос из задних рядов.

— Вы разве не почувствовали помойный запах того ритуала? — поинтересовался, сделав вид, что взглядом разыскиваю крикуна. — Да и записи Селестии, где указано, что использованный вами в ритуале артефакт захвачен у Сомбры, есть.

— Так он вернулся, ваше высочество? — спросил какой-то из аспирантов Лептона.

— К несчастью, вернулся, — кивнул я. — И он все так же жаждет поработить Эквестрию. Именно поэтому я и собрала вас здесь. Раз вы косвенно причастны к возникновению этой огромной проблемы, то, согласитесь, и в ее разрешении вам не грех будет поучаствовать.

— Я с самого начала говорил принцу, что ничего хорошего из его затеи не выйдет! — фыркнул профессор. — Это ты, Кварк, все поддакивал ему, убеждая в успехе! — он посмотрел куда-то вбок. Очевидно, на какого-то своего конкурента по магической науке. — Ваше высочество, — он перевел взгляд на меня. — В данных обстоятельствах я считаю необходимым внести свой вклад в то, чтобы древний враг нашей державы больше ей не угрожал. Если вы собрали нас здесь, то явно неслучайно. Какого рода помощь вам необходима?

— Магическая, профессор, — улыбнулся я. Честно говоря, не ожидал, что удастся так легко их уговорить. Повезло, что тут оказался этот Лептон. — Как раз по вашей части!

Сказав это, я вынул из подпространсвенного кармана оба доспеха. Следующий час мы с подключившимися к процессу учеными составляли им техническое задание. Требовалось изучить структуру заклинаний в шлеме, оценить возможность отключения подавителя воли с сохранением остального функционала и внешнего вида. На работы я давал всего неделю, так что ученым предлагалось задержаться во дворце. Однако я без колебаний разрешил им занять дворцовую лабораторию, когда об этом меня попросили. А также согласился распорядиться поставлять им за счет казны расходные материалы. Ну и питание в дворцовой столовой пообещал. Этому больше всего были рады некоторые из аспирантов.

В итоге мое ОКБ, получив первое задание, официально заработало. Главным я назначил профессора Лептона. Он не только достаточно лояльным оказался, но еще и авторитетным среди всей ученой братии. Жаль, что они его перед ритуалом Блюблада не послушали. Скольких проблем удалось бы тогда избежать! Ну да чего уж теперь…

Покинув магов, я отправился в кабинет, вызвал Рэйвен и надиктовал ей все указания, которые необходимо было исполнить для обеспечения нашей шарашкиной конторы всем необходимым. Первая секретарь внимательно выслушала, ухитряясь при этом записывать основные тезисы на листок, после чего уверила меня, что все будет исполнено. С этим я ее и отпустил.

После этого я вызвал Шайнинга. Не предполагал, что старший лейтенант уже что-то надумал, но решил проверить. И, как выяснилось, не зря. Жених похищенной принцессы тоже не сидел без дела и даже нашел кое-что интересное. Оказывается, Селестия и Луна в свое время серьезно готовились к штурму дворца Сомбры. И у них даже был план помещений. Не всех, правда, а только общедоступных. Вот его и отрыл в неведомых залежах мотивированный командир дневной гвардии.

Помимо этого, он нашел и другой план, вернее туристическую карту Кристального города. Оказывается, когда-то давно империя была достаточно открытым государством. Даже схему, вот, выпустили для гостей своей столицы, где отметили основные достопримечательности.

Шайнинга, правда, заинтересовал другой момент. Он отталкивался от факта, что здание, где содержалась Кейденс, должно было быть большим. И, если верить плану, таковых во всем Кристальном городе было не очень-то и много. А те, что имелись, не подходили либо для магических экспериментов, либо для содержания пленницы. Все, кроме одного.

Ну, тут, в общем-то, ничего неожиданного я не услышал. Белый единорог уверенно показал мне на местную версию Эйфелевой башни. То есть на дворец Кристального города. Наверное, я бы и сам, если бы прямо сейчас сунулся бы туда, начал поиски подруги с резиденции черного единорога. Ну а тут мне Армор еще и целое исследование провел, придя в итоге к выводу, что искать его невесту следует именно там.

Честно говоря, офицер меня порадовал. Все же не зря он свою должность занимал. Когда надо, мозги у него могли работать и выдавать хорошие мысли.

В свою очередь, я порадовал его своей идеей с трофейными доспехами. Белый единорог заинтересовался, и я выдал ему полученный от кастелянши план, ткнув в одно из помещений, где обнаружил доспехи. Возможно, там и другие комплекты можно было найти, чем я и предложил братцу Твайлайт заняться. Также я разрешил ему помогать ученой братии. Здесь особой пользы не ждал. Но чем черт не шутит?

В общем, загрузил старлея по полной. Но тот только рад был. Еще бы! Процесс подготовки обратного похищения Кейденс пошел.

Еще пару часов я просматривал накопившиеся документы, с которыми пришел канцлер. Секретариат, к счастью, работал, да и Нейсей неплохо справлялся. Но кое-что требовало моего решения. В этот раз я ничего просто так не подмахивал, старался вчитываться. Благо, рогатый управленец неплохо помогал, так что по основным делам мы приняли предварительные решения, договорившись, что он завтра обсудит их с остальными министрами.

Ну и уже под самый вечер я велел позвать Миднайт. Для нее было тайное поручение.

— Итак, коммандер, — начал я, когда подчиненная вошла. — Все, что сейчас будет сказано, должно остаться в тайне. Секретность высочайшая, как и ответственность за утечку.

— Не извольте сомневаться, госпожа коммодор! — вытянулась фестрал.

— Тогда слушай, — оглядев ее для пущей важности суровым взглядом, продолжил. — В руины замка сестер необходимо будет скрытно доставить ряд материалов. Причем в значительном количестве.

— Что за материалы? — поинтересовалась офицер.

— Воск, гипс, песок, листовой металл, — перечислил я все, что, насколько я помнил, могло мне понадобиться для изготовления и доводки поддельного артефакта. — Сегодня ночью мы с тобой туда слетаем и выберем место, где все нужно будет складировать.

— В каких объемах, госпожа коммодор? — задала следующий вопрос Миднайт.

— Килограмм двести песка, но только самого мелкого, — задумавшись, выдал я значения. — Воска килограмм триста, — тут я сказал наугад. — Но лучше больше. Гипса столько же, сколько и песка. Металла листов двадцать. Главное, чтобы все оставалось в тайне!

— Странный набор материалов, — задумалась фестрал. — С воском придется повозиться, с остальным особых проблем не вижу.

— Привлекай столько своих, сколько посчитаешь нужным, — разрешил ей. — Но за неделю нужно управиться.

— Принято! — вытянулась коммандер. — Мы не подведем!

— После заката жду для рекогносцировки, — завершил инструктаж. — Сейчас можешь идти.

Отпустив подчиненную, я посмотрел на часы и, убедившись, что до процедуры вращения небесных сфер еще полтора часа, отправился в библиотеку. Необходимо было найти что-то по литью металлов, так как сам я обладал только самой общей информацией.

Зачем мне это требовалось? Ну, я все больше убеждался, что статую для зебр придется делать самому. И вот тут все очень неприятно складывалось. На луне я, помнится, целые коттеджи себе из реголита строил, а также доспехи и боевой молот сделал. Но то на луне. Там бы я наваял не одну статую. Вот только путь туда мне сейчас был заказан…

А все почему? Потому что есть Луна! Дискорд ее знает, почувствует она, что мы оказались на спутнике, или нет! Тут у меня вообще никаких предположений не было. Я опирался только на тот факт, что она, когда явилась со мной на разборки, как-то из моего сна знала, что мы на Эквусе. Значит, возможности отследить это дело у нее были. А это подводило меня к тому, что, едва оказавшись на спутнике, я буду оттеснен от рычагов управления телом принцессой ночи. А на это я пойти не был готов!

Таким образом, оставался только традиционный способ изготовления статуи, то есть литье. Ибо магии на создание такой сложной фигуры здесь, подозреваю, потребовалось бы не меньше, чем Твайлайт потратила, призывая нам проблему в виде крейсера. А я хорошо помнил, чем для незадачливой заклинательницы это все закончилось. К тому же она магию с детства изучала, а мне только Кейденс несколько лекций дать успела.

А с отливкой была другая засада. Литейщиков я мог найти без труда. Например, в том же Сталлионграде. Но пони, как я уже убедился, не особо дружили с конспирацией. Поэтому без опаски нанимать мастера со стороны я не мог — потом пришлось бы его устранять, иначе происхождение статуи становилось бы секретом Полишинеля, а я гарантированно получал бы продолжение полосатой проблемы.

Ну а устранять ни в чем не повинных литейщиков мне совершенно не хотелось. Все же я всегда был человеком мирным. Поэтому посчитал, что мне легче будет освоить весь процесс самому, чем потом терзаться муками совести. Тем более, имевшаяся магия должна была неплохо во всем помочь.

Настоящая Найтмер Мун, к сожалению, так же, как и я, знала только самые азы, хотя, например, Луна в свое время баловалась с изготовлением брони и оружия. И она это делала здесь, на Эквусе. То есть по обычному процессу. Но мне, к сожалению, специфических знаний кузнечного дела от нее не досталось. Видимо, Найтмер они в свое время не особо заинтересовали…

Так что я готовился восполнять данный пробел в своих знаниях.


Встретив во сне подругу, Кейденс была неимоверно рада. Наконец-то Найтмер смогла ее найти! И главное — теперь черная аликорн знала обо всем, что произошло с принцессой Любви.

Правда, в текущем моменте это не особо помогало младшей правительнице Эквестрии. Ей оставалось только ждать спасения, стараясь не спровоцировать Сомбру. Тем более теперь, когда и Найтмер сама ее об этом попросила.

Не сказать, конечно, что это было легко, учитывая, в каком мрачном настроении находилась младшая диарх.

Ведь даже оставленным подругой чудесным сном она не смогла до конца воспользоваться. Оставшись в одиночестве, розовая аликорн все время ощущала, что что-то не так. А потом, когда она все же немного расслабилась, над морем на горизонте появился черный дым. И через некоторое время огромный железный корабль, который она уже однажды видела во сне, приблизился к ее островку, подавляя своими размерами. Он не предпринимал никаких агрессивных действий, не стрелял из своих мортир или каких-либо других орудий. Экипажа его вообще видно не было. Корабль просто стоял, совершенно не качаясь на волнах. И в итоге Кейденс до утра нервно вышагивала по своему островку, рассматривая чужое судно.

Соответственно, и проснулась она ни разу не отдохнувшей. А у дверей уже обнаружился один из прислужников черного единорога, принесший ей пищевой суррогат, который местный хозяин гордо именовал деликатесом.

Не успела принцесса Любви дожевать безвкусную кашу, как явился и сам король, потребовавший, чтобы она проследовала за ним в лабораторию. Всякий раз Кейденс вздрагивала, понимая, что ее ждут какие-то эксперименты. Но, к счастью, пока все они проходили без вреда для нее. Черный маг изучал что-то, тесно связанное с существованием аликорнов и со штатным  функционированием их магических организмов. Поэтому подопытная ему была нужна целой и невредимой.

Вообще, смотря на этого странного жеребца, она не понимала, как он дошел до того, что начал представлять столь большую опасность. Кейденс хорошо знала повадки представителей противоположного пола, порой читая их как открытую книгу. Конечно, не со всеми такое удавалось. Но Сомбра, как ни странно, входил в категорию тех, по кому многое было видно.

Честно говоря, розовая аликорн, наслушавшись описаний подруги, ждала чего-то большего. Сомбра, несмотря на то, что был реальным врагом, представлялся ей эдаким злодеем из прочитанных в большом количестве романов. Таинственным, загадочным, элегантным. Продуманным до каждой мелочи. Иначе как еще он мог возвыситься до такого уровня, что мог противостоять аликорнам?

И кого же она, к своему все возрастающему удивлению, постоянно видела? Странного типа, который был настолько сосредоточен на какой-то своей идее, что не замечал элементарных вещей. Честно говоря, более неухоженного представителя противоположного пола еще нужно поискать. И частично это, по-видимому, объяснялось фанатичностью, с которой Сомбра работал. У принцессы любви порой складывалось впечатление, что король вообще не отдыхает и даже не спит. По крайней мере, за этими занятиями она его еще ни разу не видела. При ней Сомбра всегда что-то изучал, иногда уходя в себя настолько, что начинал вслух проговаривать мысли.

Так она узнала, что король трудился над неким сепаратором. Что с чем он собирался разделять, она пока не понимала. И, конечно же, не было понимания, как с этим связаны аликорны и их жизнедеятельность.

Зато розовая аликорн узнала кое-что еще. Что-то, что было ей гораздо ближе и понятнее. Судя по всему, Сомбра страдал от неразделенной любви! По крайней мере, младшая диарх предполагала это с высокой степенью вероятности. Он часто, забываясь, превозносил некую Луну и клялся, что в этот раз все сделает правильно.

Розовая аликорн сразу же предположила, кого может так обожать ее похититель. И сегодня ночью она даже высказала свою догадку Найтмер, неожиданно легко получив от той подтверждение. Вот только один разрешенный вопрос привел к появлению многих других.

Почему Сомбра чуть ли не млел, вспоминая Луну, но, когда Кейденс упомянула Найтмер, начал вопить что-то про астральных тварей, разлучивших его с любимой? И почему сама черная аликорн очень обтекаемо назвала Луну некой оболочкой, под которой владычица кошмаров скрывалась?

Могло ли быть так, что черный единорог любил лишь некий образ, который он сам взрастил в своем воспаленном воображении? Мог ли он, отталкиваясь от Найтмер, создать своего кумира, при этом совершенно перестав отождествлять его с прототипом?

На все эти вопросы у нее пока не было ответа. Ведь во всем, что касалось Сомбры, вообще опасно было строить какие-либо теории. В его нелогичности она уже убедилась.

А вот в том, что касалось Найтмер и Луны, она теперь пыталась разобраться. И выходило, что подруга явно не говорила ей всей правды про свои отношения с Сомброй. Владычица кошмаров всегда вспоминала короля только в качестве врага. Но выходило, что до того, как разразилась война, они общались. И достаточно близко! Не просто же так владыка кристальной империи до безумия влюбился в младшую на тот момент принцессу.

И если с его чувствами, кои Сомбра то ли не считал нужным, то ли не умел скрывать, все было более-менее понятно, то с подругой все было не так просто. Могло ли быть так, что она стала черствой и даже местами циничной, обжегшись с черным единорогом? Кейденс, которая часто жалела старшую коллегу, утверждавшую, что любовь с ней не знакома, хотела, во что бы то ни стало, разобраться в этой истории.

Ведь, возможно, будь у нее понимание ситуации между давними врагами, которые, вероятно, в прошлом были влюбленными, знай она подоплеку, принцесса Любви могла бы все исправить! И это было бы чудесно! Две любящих, но запутавшихся души бы воссоединились! И король, помирившись с владычицей кошмаров, перестал бы быть и врагом Эквестрии тоже!

Розовая аликорн так воодушевилась от этой мысли, что совсем забыла, что Сомбра в это время с помощью каких-то металлических пластиночек снимал некие показатели ее тела. Вовремя спохватившись, пленница приказала себе успокоиться, не вызвав недовольства своего похитителя.

Впрочем, с интересом рассматривать его она не прекратила, и это не укрылось от короля. Тот снова пробормотал что-то про то, что Луна намного красивее, и, отвернувшись, ушел к одному из столов, где начал черкать что-то на бумаге.

Спорить на этот счет Кейденс не пыталась. У жеребцов порой встречались очень странные вкусы, и в данном случае Сомбра не выдавался из общей массы. Найтмер была аликорном. А все аликорны по-своему красивы, хотя внешность владычицы кошмаров и могла в первые моменты знакомства испугать. Особенно если она улыбалась. Но розовая аликорн предполагала, что именно это, возможно, и привлекало короля.

Эх, если бы удалось с ним нормально поговорить! Но, как она поняла, на это ей рассчитывать не приходилось. Сомбра предпочитал общаться короткими разрозненными фразами, если ему что-то было нужно, а на ее вопросы не отвечал. Возможно, из-за того, что с чего-то считал ее главой тайной полиции Эквестрии. Откуда у короля появились такие догадки, Кейденс понять не могла, но узнать бы не отказалась.

В общем, черный единорог производил двойственное впечатление. С одной стороны, он, конечно же, был опасен. И он притащил ее сюда насильно, так что ни о каком доверии к нему не могло быть и речи. Но с другой стороны, порой его даже становилось жаль. Кто знает, как бы сложилась судьба этого одаренного мага, если бы у них с Найтмер все сложилось. Может быть, тогда и не было бы той давней войны, а империя и ее хозяин не пропадали бы на несколько веков…

Но история, к сожалению, не знала сослагательного наклонения, и Сомбра стал тем, кем он стал. Поэтому принцессе Любви приходилось продумывать каждый свой шаг, ожидая спасения. Ей было приятно услышать, что ее Шайнинг волнуется за нее и рвется спасать. Вот только младшая диарх опасалась, что Найтмер, уйдя в государственные дела, не досмотрит за ее пылким женихом, и он, отправившись ее спасать, пострадает сам. Это не добавляло пленнице спокойствия.

А еще ее очень заинтересовал артефакт, о котором рассказала ей подруга. Найтмер полагала, что совпадение ее кьютимарки с внешним видом кристалла могло быть случайностью. Кейденс же была с ней в корне не согласна. Когда-то, спустя недолгое время после получения метки судьбы, она даже задумывалась, почему сердце, которое теперь она носила, было таким странным. Потом, так ни до чего и не додумавшись, она бросила попытки понять, почему оно больше похоже не на живое сердце, а на некое ювелирное изделие. И вот теперь у принцессы Любви появилась новая идея.

Найтмер также упоминала, что тетушка хотела направить ее в Кристальную империю. И во многом из-за ее метки судьбы. Розовая аликорн высоко ценила Селестию и понимала, что просто так бы принцесса дня ее не отправила на такое опасное задание. Правда, обо всем этом она знала только со слов владычицы кошмаров, белая аликорн с ней такой информацией не делилась. Но подруге не было смысла лгать ей в этом. И хоть она и отбросила планы старшей сестры, Кейденс все равно оказалась в вотчине Сомбры. Уж не по воле ли судьбы, чья метка так подозрительно напоминала артефакт, дававший силу местному владыке?

Размышляя на эту тему, принцесса Любви подумала, что, возможно, черный единорог как-то неправильно использовал сердце, получив от него силу, но лишившись части разума. Или, быть может, осквернение этого артефакта и привело к разрыву между ним и Найтмер? Или, о ужас, он пытался использовать это Сердце на владычице кошмаров, но что-то пошло не так, отчего черная аликорн стала такой, какой ее знала Кейденс, — не признающей любви?

В общем, тут было, над чем подумать. И принцесса Любви чувствовала, что просто обязана во всем разобраться! Она уже даже частично позабыла и про понурое настроение, и про то, что Сомбра может что-то учудить. Кейденс поняла, что не просто так оказалась здесь!

В конце концов, в подруге, а значит, и в скором спасении она не сомневалась. Значит, время, проводимое здесь, желательно было потратить с пользой. Аликорн еще раз посмотрела на Сомбру, который что-то с упоением чертил мелом на доске.

— Шпионка, все подглядываешь? — заметив ее интерес, окрысился король. — Нечего тут смотреть! Ступай к себе! Ты мне пока не нужна! — произнес он, после чего крикнул в пустоту. — Стража!

Явившиеся по его зову гвардейцы молча стукнули древками копий об пол. Они вообще мало говорили, в основном слушали приказы хозяина.

— Эту отконвоировать в ее комнаты, — кивнув на пленницу, буркнул черный единорог. — Вреда не причинять. Выходить не давать. Охранять! Ясно?

Стражи кивнули и, встав по бокам от Кейденс, пихнули ее в сторону выхода. Впрочем, она и сама не собиралась упираться. Если опыты уже закончились, то ей это было только на пользу.

Идя по коридору, она уже в который раз осматривала несчастных кристальных пони, стороживших ее здесь. Аликорн совершенно не сомневалась, что служат их врагу эти солдаты не добровольно. И именно поэтому их воля подавлена настолько, что они воспринимают только команды хозяина. За такое обращение со своими подданными Сомбра, безусловно, заслуживал наказания! А бедные жители кристального города нуждались в помощи. Правда, предоставить ее им Кейденс пока не могла. Что там, она даже поговорить с ними не имела возможности — все ее фразы охранники просто игнорировали. Видимо, получили приказ от подозревавшего неладное Сомбры.

Но принцесса Любви верила, что в ближайшее время все может коренным образом измениться.