Настоящая Дерпи

Иногда минус на минус действительно даёт плюс.

Дерпи Хувз Человеки

Мой маленький брони

Небольшая фантазия на тему контакта людей и поней. Переписанная версия.

Принцесса Селестия Человеки

Пыл да жар

В Графстве Лонгсворд бушует гражданская война. Различные политические силы борются за власть в этом маленьком государстве. Добровольческая дивизия Речной Коалиции, присланная на помощь военному комитету умеренно левых и правых сил, была уничтожена в ходе одного из боёв с коммунистами-радикалами. Лишь девять пони уцелели, и им предстоит выжить во вражеском тылу и выполнить приказ командования.

ОС - пони

Особый рецепт

Продолжение темы о жизни обычных пони и их кьютимарках. Кондитер из Кантерлота после долгих лет разлуки возвращается на родину.

Другие пони

Сноуфлейк

Дети видят окружающий мир совершенно не так, как взрослые. Для них он наполнен теплом, яркими красками, захватывающими открытиями. Но с возрастом дети всё больше понимают, что на самом деле мир — довольно циничное и серое место, где события часто идут не по плану. И как бы ни пыталась Селестия превратить Эквестрию в благодатную страну, где царят дружба и взаимопонимание, за пределами столицы результаты оставались весьма скромными. Добрая и ранимая Сноуфлейк, младший жеребёнок из семьи Стрей, слишком рано столкнулась со «взрослой» реальностью. А невероятное умение кобылки попадать в неприятности на ровном месте постепенно впутывает её в череду опасных приключений.

ОС - пони

Огни небес

Приключения маленькой кобылки, сбежавшей из дома, с компанией весьма разных пони в Вечнодиком Лесу. Сможет ли маленькая поняша спасти своих новых друзей и найти дорогу домой?

Зекора Трикси, Великая и Могучая Дерпи Хувз Лира ОС - пони

Еще чашечку чая, мадам?

Приехав в Понивилль по своим королевским делам, Селестия натыкается на прелестную юную единорожку, которая хочет, чтобы принцесса побывала на её чаепитии. Всё время занятая работой, Селестия решает расслабиться и подыграть ей, позволив возродиться старым воспоминаниям из своего прошлого.

Свити Белл Принцесса Селестия

Предатель

Мир Эквестрии давно забыл о насилии и войнах — под мудрым руководством божественных сестер, заботливо хранящих покой его жителей, это место превратилось в подобие рая, в котором счастье стало естественным и привычным. Уже больше тысячи лет аликорнам удавалось хранить этот мир от угроз, и теперь, когда Луна и Селестия вновь были вместе, казалось, ничто не могло им противостоять — на их стороне была сила элементов гармонии и магия духа хаоса, а два молодых аликорна в любую минуту были готовы прийти на помощь. Однако, вскоре Селестии предстоит убедиться, что даже этого может оказаться недостаточно — когда Эквестрию посетит странное и нелепое существо, гордо именующее себя человеком.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Дискорд Человеки

Найтмер Мун обманывает королеву Кризалис

Кризалис вторгается в Кантерлот. Но её ждёт большой сюрприз...

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Дискорд Найтмэр Мун Кризалис Принцесса Миаморе Каденца Чейнджлинги

Как я мыл голову Рарити

Маленькая зарисовка того, как я помыл голову одной замечательной кобылки

Рэрити Человеки

Автор рисунка: Noben

Очень скорая помощь

— Здравствуйте, — произнесла высокая стройная единорожка, — я Флёр де Лис из кантерлотского департамента общественной безопасности.

— Приятно познакомиться, я сеcтра Рэдхарт.

Кобылы стукнулись копытами.

— Я покажу вам, где стоит наша карета скорой помощи, — сообщила земная пони. — Моя команда тоже там.

— Благодарю вас.

Двигаясь довольно-таки резвым аллюром, медсестра повела гостью служебными коридорами больницы Понивилля в сторону гаража на задах здания. Там, прямо за подъёмными металлическими дверями, их ждала большая белая пегасья колесница с красными крестами на боках. Перед ней на полу была аккуратно разложена упряжь — всё для того, чтобы при необходимости запрячь в неё пегасов, не теряя ни секунды. Двери наружу были распахнуты, и в помещение падал золотистый свет раннего вечера и задувал изумительный весенний ветерок.

Переднюю часть колесницы украшала гордая надпись “ПОНИВИЛЛЬ 012”, сделанная чёрными печатными буквами.

Два крепких с виду пегаса — высокая кобыла и коротышка-жеребец, одетые в форму пожарной охраны Понивилля, расположились неподалёку. Их шлемы висели на крюках, вбитых в стену.

— Это Кроубар (жеребец кивнул) и Файр Экс (кобыла повторила жест), — представила их Рэдхарт.

— Флёр де Лис, приятно познакомиться.

Единорожка достала магией из своей седельной сумки планшет с прищепкой для свитков, перо и чернильницу.

— У вас безупречная репутация в том, что касается неотложной помощи, особенно учитывая всю эту… уникальную понивилльскую специфику. Уверена, что эта ежегодная проверка будет чистой формальностью и я без проблем успею на ближайший поезд до Кантерлота. Ну что, приступим?

— А где мисс Рейвен? — нервно поинтересовалась Файр Экс. — Последние десять лет нас проверяла она.

— Сегодня она попросила её подменить, — объяснила Флёр. — Луна угостила её своей стряпнёй.

Понивилльцы переглянулись, и Кроубар откашлялся.

— А мисс… мисс Рейвен вам ничего больше не сказала?

Тем временем Флёр обошла вокруг колесницы, делая пометки в планшете.

— Прекрасно, прекрасно. Просто сияет. Даже краска нигде не облупилась. В прошлогоднем отчёте обозначение колесницы было “Понивилль ноль-ноль-девять”?

— Они довольно быстро приходят в негодность, — сказала Рэдхарт.

— Ага, совершенно новая повозка, — Флёр кивнула и сделала несколько заметок. — Так что случилось с той?

— С девятой-то? — переспросила Файр Экс. — На неё наступила гидра. На болоте.

Брови Флёр поползли вверх.

— Обломки девятки застряли у бедной зверюги в лапе, но Флаттершай смогла их извлечь. Мы сделали перевязку.

— Вы… оказали первую помощь гидре? — не поверила единорожка.

— Номер десять, — не обратив на неё внимания, продолжила пегаска, — как же, помню её. Был вызов на соревнование по поеданию тортиков, так у неё проломилось днище, когда мы попытались взлететь.

Флёр черкнула что-то в планшете и задумалась.

— А номер одиннадцать?

Рэдхарт подняла переднюю ногу, сняла шапочку с красным крестом и прижала её к груди, склонив голову. Оба пожарных повторили её жест, но за неимением головных уборов просто прижали копыта к сердцу.

— Покойся с Лу́ной, — выдержав положенную паузу, пробормотали они, и Рэдхарт вернула шапочку на место.

— Очень хорошо, — сказала Флёр и выпрямилась, взглянув на понивилльцев с высоты своего внушительного роста. — А теперь проверим ваше снаряжение.

Она залезла в колесницу и осмотрелась. Внутри обнаружились вполне стандартные носилки, надлежащим образом закрепленные. Есть.

Пол был чистым, ни пятнышка. Есть.

Шкафчики и выдвижные ящики были закрыты и должным образом заперты, так что их содержимому не грозило разлететься во все стороны, если колесница угодит в воздушную яму, грозу или кочку на земле. Есть.

Увидев бирки на ящиках и шкафах, Флёр нахмурилась и прищурила глаза. Они все были какие-то неправильные. Она выдвинула ящик, в котором, по инструкции, должны были храниться скальпели.

— Что это? — спросила она, поднимая телекинезом здоровенные пассатижи. Они были помечены как “Экстрактор”. Их губки были в виде пинцета, так что инструмент вполне сгодился бы, чтобы выдрать мешающие гвозди или скобы из доски. — В стандартную комплектацию такое не входит. Где вы их взяли, в магазине “Мечта плотника”?

— Ах, это, — сказала земная пони. — Мы возим их на случай, если Свити Белль надумает наконец избавиться от шила в заднице.

— Сестра Рэдхарт, — с холодком в голосе сказала Флёр. — “Шило в заднице” — фигура речи.

— Только не в Понивилле.

Единорожка моргнула и убрала инструмент в ящик, поставив крестик в своём списке.

На следующем ящике было написано “Плазма крови”. Есть. Она открыла его.

— Нет! — вырвалось у Флёр. — Нет-нет-нет! Так не годится!

Рэдхарт подняла бровь. В облачке магии в воздух поднялся пакет для внутривенного вливания, наполненный чем-то очень густым и чёрным.

— Сколько лет оно здесь лежит?

— Да прям с сегодняшнего утра, — удивился Кроубар. — Я сам пополняю запасы.

У Флёр дёрнулся глаз.

— Вы… положили в колесницу испорченную плазму?

— Это не плазма, мэм, — вклинилась Рэдхарт. — Там же написано.

Флёр посмотрела и увидела бирку на пакете: “Шоколадный сироп для внутривенного введения. Экстрасладкий”.

— Шоколадный… — Флёр запнулась, голос подвёл её, но спустя миг она мужественно продолжила: — Если вы введёте это пони, вас ждёт как минимум судебный процесс по делу о халатности, но, скорее всего, дело кончится обвинением в убийстве.

Соседний ящик, кстати, был подписан следующим образом: “Шоколадный сироп для внутривенного введения. Полусладкий”.

— Не думаю, — возразила Рэдхарт.

— Тогда назовите мне пони, которому нужно вливание шоколадного сиропа! — топнула ногой Флёр. — Просто назовите!

— Пинки Пай, — хором ответили понивилльцы.

Флёр поставила в списке ещё один крестик. Подняв взгляд от планшета, она заметила мирно висящий на вбитых в борт колесницы крюках внушительный кусторез.

— И какую помощь можно оказать этим садовым инструментом? — потребовала объяснений единорожка.

— У нас в городе теперь есть собственный як, — ответила Рэдхарт, — Йона, студентка Школы Дружбы. Каждый раз, когда она занимается сексом, жеребчик, а то и целый жеребец обязательно запутывается в её шерсти и нам приходится выстригать его на свободу.

— Однажды мы достали из неё доктора Хувза, — добавила Файр Экс, — так он сразу двинул в кабак и заставил Берри Панч изобрести коктейль, который назвал “Звуковая отвёртка”. Выпил порций так десять, и у него стал такой вид, будто он пытается высмотреть что-то миль за тысячу отсюда, а он такой сидит всё и бормочет: “А внутри она г-гораздо б-больше, чем снаружи…”

Флёр тряхнула головой и сердито черкнула несколько раз в планшете. Под кусторезом она обнаружила огромный пожарный лом.

— Гвоздодёрам место в пожарной колеснице, а не в карете скорой помощи.

— Не, он нам нужен, — сказал Кроубар. — Постоянно.

Кобылки, Рэдхарт и Файр Экс, покраснели и поджали хвосты.

Единорожка, держа наготове перо, нервно посмотрела на сестру Рэдхарт.

— Ну, — начала та, — вы ведь слыхали о Вандерболтах?

— Конечно, — закатила глаза Флёр. — Какое отношение они имеют к…

— Один из Вандерболтов, Тандерлейн, — продолжила земная пони, — живёт в нашем городе.

— И что?

— А то, — продолжила за начальницу Файр Экс, дёрнув задницей и ещё плотнее поджав хвост, — что Тандерлейн довольно… крупный… индивидуум. Без лома никак.

— Я недавно инспектировала их шоу. Не сказала бы, что он так уж крупнее остальных.

— Не проходит и недели, чтобы он не застревал, а нам не пришлось бы проводить разделение, — сказала Рэдхарт. При этих словах её лицо приобрело мечтательное выражение, хвост слегка приподнялся, а румянец усилился. — Он и правда очень большой… там, под своим лётным костюмом.

— Застревал в чём? — продолжала допытываться Флёр. — И какого рода разделение?

Кроубар закатил глаза. Файр Экс и Рэдхарт толкнули друг друга крупами и захихикали.

Флёр черкнула несколько ещё более сердитых заметок и поставила новый крестик.

— Погодите-ка, — сказал вдруг Кроубар. — А может, нам познакомить Тандерлейна с Йоной? Сможем сразу от нескольких вызовов избавиться.

И он стукнулся с напарницей копытами.

— Не выйдет, — с сожалением возразила Рэдхарт. — Чтобы защитить инвестиции в команду, контракт Вандерболтов прямо запрещает им заниматься опасной деятельностью в свободное от работы время.

— Опасной деятельностью? — переспросила Флёр.

— Вандерболты, — объяснила земная пони, — не могут участвовать в профессиональном лавовом серфинге, в любительском лавовом серфинге, бегать наперегонки с бизонами, вступать в половые сношения с яками и сплавляться в бочках с водопадов.

— Конфискат? — сердито воскликнула Флёр, увидев очередную бирку. — Вы храните в медицинской карете конфискованные вещи?

— Не открывайте этот ящик! — крикнула Рэдхарт.

— А что в нём?

— Честно? Мы не знаем, и принцесса попросила нас держать это тут под замком и круглосуточным надзором, пока сама не разберётся.

Флёр задумалась, не торопясь ставить крестик. Если уж Твайлайт сама попросила их…

— Опишите своими словами.

— Мы отобрали эту штуку у странствующей фокусницы, — объяснил Кроубар. — Она использовала её вместо гриля, разогревая бутерброды, но из-за нее погибли все деревья, трава и птицы на пятьдесят метров вокруг.

У Флёр дернулся другой глаз.

— На вид это полый металлический шар, примерно вот такой, — Рэдхарт раздвинула копыта, — а внутри него какие-то металлические на вид кирпичики. Она увеличивала или уменьшала жар при помощи отвёртки, поднимая или опуская самый верхний кирпичик.

Покачав головой, Флёр решила пропустить эту строку.

В следующем шкафчике она обнаружила…

— Краска для волос? Краска для волос?! Это не входит в набор для неотложной помощи.

— Только не в нашем городе, — откликнулась Рэдхарт. — Мы возим её с собой на случай, если она понадобится мадам Мэр. В конце концов, она утверждает наш бюджет.

— А это что? Пустая бутылка из-под лимонада?

Файр Экс кивнула.

— Агась. Вчера извлекли из полости тела одной кобылки. Нам пришлось к ней ехать, так как с бутылкой она на свой самокат залезть не могла.

— Из какой полости? — резко спросила Флёр.

Рэдхарт покраснела.

— Из той, что подпадает под действие закона о неприкосновенности частной жизни пациентов.

Флёр недоверчиво понюхала длинное горлышко бутылки.

— Ох.

— Пожалуй, можно было бы уже и выкинуть, — сказала Файр Экс, протягивая единорожке контейнер для опасных биологических отходов. Флёр опустила в него бутылку и сердито поставила в списке ещё один крестик.

— Тёти пациентки пообещали купить ей более подходящий инструмент, — успокоила её Рэдхарт.

Открыв ящик с биркой “Обезболивающие”, Флёр едва удержалась от крика.

— Это неправильное обезболивающее!

Она подняла в воздух три чёрных шерстяных носка, наполненных свинцовой дробью.

— Ах, — произнесла Файр Экс и прижала копыто ко лбу. — Ужас! Ужас! Нашествие кроликов!

Все трое понивилльцев рассмеялись.

— А если серьёзно, — ответила Рэдхарт, давясь от смеха, — это самое мощное обезболивающее, что у нас есть.

Флёр поставила ещё один крестик.

Самым высоким в колеснице был узкий шкаф, предназначенный для хранения дополнительных защитных комплектов для медперсонала. Единорожка открыла его и вздрогнула.

Защитной одеждой там и не пахло. Вместо неё с крючка сиротливо свисал комплект из крошечных чёрных кожаных трусиков и таких же миниатюрных чулок и корсета.

— Зачем? Во имя Селестии, зачем?!

— А, это ещё один конфискат, — ответила земная пони. — Он тут с утра висит, всё никак не найдём время от него избавиться.

— Что здесь делает костюм карлицы-доминатрикс?

— Сегодня утром у нас был вызов в ратушу, — ответила Рэдхарт. — Оказалось, там проходил ежемесячный турнир по шахматам.

— Кроме того, мы больше не говорим “карлики”. Правильно — “маленькие пони”, — вмешалась Файр Экс. — А вместо “доминатрикс” мы говорим “работник сферы сексуальных услуг с повышенной самооценкой”.

— Некоторые из моих лучших друзей — работники сферы сексуальных услуг с повышенной самооценкой. — Флёр испуганно прижала уши. — И мы все — маленькие пони Селестии.

— Но некоторые более маленькие, чем другие… — посмотрев на Флёр, шепнул пегаске Кроубар.

— Ага, — признала Файр Экс, держа копыто на высоте жеребячьей холки от пола, — но карлики теперь “маленькие пони”.

— У мистера Ваддла, — продолжила Рэдхарт, — самого старого пони в городе, случился сердечный приступ прямо за шахматной доской.

— Вы ведь не думаете, что я поверю в то, что пожилой жеребец был одет как карлик-работник сферы сексуальных услуг с повышенной самооценкой?

— Неа, — ответила Файр Экс. — У него есть собственные костюмы. Когда его лишили сана из-за одного инцидента на похоронах, облачение ему разрешили оставить.

Пегаска вздрогнула.

 — Видите ли, месяц назад ночь бинго в доме престарелых прошла уж очень бурно, и…

— Пока полиция не закончит расследование, нам запретили об этом рассказывать, — напомнил Кроубар.

— Не важно. — Рэдхарт покачала головой и ткнула в костюм копытом. — У него случился инфаркт, потому что его противница надела это.

— Его… противница?

— Кобылка из школы Твайлайт, розовая надоедливая мелюзга с кьютимаркой в виде шахматной фигуры, — объяснила Рэдхарт. — Мы изъяли костюм, потому что она использовала его, чтобы отвлекать других игроков.

— Попомните мои слова, с этой кобылкой мы ещё нахлебаемся бед, — хмуро заметил Кроубар.

— Она дошла до финала, где играла против Брейбёрна, — продолжила земная пони. — Сдалась на пятнадцатом ходу и поклялась страшно отомстить. Её приёмчики на него… не подействовали. Почему-то.

Флёр вырвала свиток из зажима и скомкала его. Её аура почернела от гнева, свиток загорелся и превратился в пепел. Пегасы-пожарные быстро его затоптали.

Единорожка открыла последний шкаф с биркой “Средства стерилизации”.

— Ну наконец-то! Хоть что-то правильное.

Это была семилитровая стеклянная бутыль в защитной оплётке с краником. Флёр приоткрыла его ровно настолько, чтобы капля упала ей на копыто, и понюхала её.

 — Погодите-ка! Это не средство для дезинфекции.

Осторожно лизнув капельку, Флёр быстро пришла к заключению:

— Это этанол.

— Если совсем уж точно, это водка, — согласилась Рэдхарт и достала четыре дешёвых красных пластиковых стаканчика, после чего наполнила их из бутыли. — В этом сумасшедшем городе, после каждого вызова позарез нужно расслабиться.

Файр Экс, Кроубар и Рэдхард отхлебнули из стаканчиков. Земная пони предложила четвёртый Флёр.

Единорожка поглядела на карету скорой помощи: на носки с дробью, на кусторез для яков, на лом для отдирания Тандерлейна, на костюм для доминатрикс ростом метр с кепкой и на запертый контейнер с неизвестной мерзостью внутри.

Флер сделала большой глоток и закашлялась, зажмурив глаза и тряся ушами.

— Проверка закончена, результат удовлетворительный. А это я оставлю себе, — она подняла телекинезом плоскогубцы, предназначенные для шила Свити Белль, и положила их в седельную сумку, — чтобы в следующем году засунуть эту инспекцию Рейвен в зад.