Марсиане: тайные страницы

Эпилог

— …погоди-ка… — тревога, звучавшая в голосе Марка, спугнула ореол ленивого счастья, в котором плыла Старлайт. — Что-то не так… погоди… Драгонфлай?!

Марк принялся высвобождаться из объятий, и единорожка хотела было запротестовать, чтобы вернуться в тёплое убежище, защищающее от жестокого мира… но её мозг уже успел проснуться. И правда, когда она последний раз слышала голос чейнджлинга?

— Старлайт! — Марк сделал пару шагов и снова шлёпнулся на колени. — Эй, Драгонфлай! Очнись! — воскликнул человек, в голосе которого звучали панические нотки.

Повернув голову, волшебница увидела, как он склонился над жукопоней, которая теперь лежала на спине, выставив гротескно раздутый живот, растопырив ноги, в которых совершенно не было дыр, и сверкая под пробивавшимися сквозь кристаллы-коллекторы светом великолепно-чёрным, словно лакированным, хитином. Марк прижал ладони к грудным пластинам чейнджлинга выше торчащего живота и замер.

— ОНА НЕ ДЫШИТ!

— Чего?! — Старлайт вскочила и кинулась к подруге, зажигая рог. Не задумываясь о том, сколько израсходует магии, она прямо на бегу создала диагностическое заклинание, швырнула его в лежащую фигуру — к счастью, пульс, хотя и слабый, всё же был! — Она подавилась! Надо надавить на грудь! Здесь! — и торопливым движением копыта сдвинула ладонь человека на нужное место.

Астронавтов старательно тренировали на оказание первой помощи, и Марк быстро смог подобрать усилие, которое в нужной мере продавливало жёсткую оболочку экзоскелета чейнджлинга, повторяя нажатие раз за разом. На секунду он испугался, что раздавит миниатюрное создание, проломит грудную броню её экзоскелета, и собрался уже было уточнить у Старлайт, правильно ли делает…

— БВАП! Кхе! БВАП! Кхе-кхе! — изо рта Драгонфлай вырвалась ярко-розовая струя, после чего жукопоня с хрипом сделала первый вдох и тут же закашлялась.

Марк с ужасом смотрел на разлетающуюся жидкость, испуганный мыслью, что повредил внутренности чейнджлинга.

— Поверни её на бок, быстро! А то она снова подавится!

Схватив жукопоню за плечо, человек торопливо перекатил её на бок — и изо рта и ноздрей лежащей тут же устремился поток ярко-розового сиропа.

— Похоже на Пепто-бисмол, — пробормотал Марк, не отводя глаз от того, как движется грудь Драгонфлай. — Пахнет фруктами и рыбой…

— Тихо! — прикрикнула на него Старлайт. — Я хочу слышать её дыхание, может…

Глаза чейнджлинга открылись, она вяло подняла голову.

— Драгонфлай! Ты в поря?..

— Нет… — простонала чейнджлинг, тряся головой, после чего торопливо поднялась на ноги, не слушая протестов Старлайт и Марка, попыталась заткнуть свой рот копытом… — БВАААПФФФФФФФФ! Кхе! — из её рта вырвалась такая мощная струя розового цвета, что Марк шарахнулся, уступая дорогу розовому потоку, ручейком устремившемуся к стене пещеры. — БВАААПФФФФФФФФ! Кх-х-х-х… БВАААПФФФФФФФФ! БВАААПФФФФФФФФ!

Марк лишь остолбенело смотрел, как живот чейнджлинга постепенно сдувается, уменьшаясь от размеров пляжного мяча до просто пухлого пузика.

Наконец поток прекратился, покачивающаяся на разъезжающихся копытах чейнджлинг подняла взгляд на единорожку и человека. С её лица и ноги, которой она всё так же пыталась прикрыть рот, падали розовые капли.

— Я… обожралась.

И Драгонфлай шлёпнулась на бок, отрубившись раньше, чем приземлилась.

* * *

Несколько минут спустя Старлайт пристроила спящую жукопоню на ровном месте под стеной пещеры, завернув в золотистое плёночное аварийное одеяло.

Марк снова натянул на себя штаны комбинезона (несмотря на протесты волшебницы в стиле «да что я там не видела?») и теперь стоял рядом с единорожкой, тоже глядя на похрапывающую и иногда принимающуюся счастливо жужжать Драгонфлай.

— Итак…

— Итак… — Марк тихо кашлянул и окинул пещеру взглядом. — Круто ты извозилась.

— Я извозилась? — волшебница фыркнула. — Скорее уж мы извозились. Не представляю себе, как будем маскироваться от Черри, пока доберёмся до душевой, — и она потыкала копытом в заляпанную густой белой жидкостью производства фирмы «Марк Уотни и его яйца» некогда пушистую, а теперь слипшуюся шерсть на груди.

— Ну, я уже знаю, что ты можешь организовать удивительно красивый фонтан, не сходя с ме… — завершить шутку не удалось, потому что ему в живот прилетел пусть и не сильный, но очень точный пинок единорожьим копытом.

— Думаю, мы можем попробовать забраться в душ одновременно, — Старлайт ухмыльнулась и подмигнула человеку, потом её ноздри расширились. — Ох, Селестия, ну от тебя и несёт!

— Знаешь, если мы начнём принимать душ вместе, это, скорее всего, не уменьшит подозрения в наш адрес, — хмыкнул в ответ Марк, потом поднял предплечье к лицу и понюхал. — Приятный аромат: духи «Счастливая Старлайт». Готов поспорить, у пони обоняние куда лучше, чем у меня.

— Ну да, — кивнула Старлайт, — мы оба пахнем, как и положено парочке из жеребца и течной кобылы, которые хорошенько повалялись в стогу, а потом провели часик в якской сауне. Так что, — её голос стал жалобным, — нам хана. — Единорожка снова посмотрела на счастливо дрыхнущую в своём одеяле жукопоню, потом шагнула к Марку, прижимаясь боком к его бедру. — Но я в любом случае рада, что нам удалось помочь Драгонфлай. Она теперь выглядит гораздо лучше.

Марк кивнул, после чего опустил руку на загривок единорожки и почесал её за ухом.

— Я тоже. — Минуту погодя, он снова распахнул свой большой, способный на любые глупости рот. — Старлайт?

— А?

— Я… Я тоже очень счастлив, что мы это сделали… ну, я не только о Драгонфлай, — он посмотрел на волшебницу, которая подняла голову, чтобы встретить его взгляд. — Ты была великолепна. И делать это с тем, кого любишь, это так… — он улыбнулся и замолчал, не завершив фразы.

Старлайт улыбнулась, затем почему-то начала внимательно разглядывать свои копыта.

— …И ты был неплох. И… да — я тоже была счастлива сделать… гм… ЭТО с тем, в кого влюблена. Получилось куда больше, чем просто успокоить желание при течке, — она подняла взгляд, лицо её было радостным и счастливым. — Спасибо, Марк.

Человек вздохнул, упирая руки в боки.

— А теперь нам следует хотя бы попытаться прибраться, — сказал он, окидывая взглядом на удивление загаженную ткань, когда-то бывшую куском запасного материала Дома. — И я понятия не имею, как этот жучиный Пепто-бисмол подействует на растения, так что нам надо выбросить его наружу… Э-эх, опять работа…

— Не-а, — фыркнула Старлайт.

— Что? — Марк посмотрел на изображающую обиду единорожку.

— Работа может и подождать. Желудочные неприятности Драгонфлай отобрали у меня время, отведённое для обнимашек.

— Время для обнимашек?

— Да. Я согласна на полчаса обнимашек. Или сорок пять минут лежания вместе. Выбирай.

— Договорились, — ответил Марк с широкой ухмылкой, подхватывая Старлайт на руки. — Сорок пять минут обнимашек, я только за!