Сорняк

6. Травка заботится о его нуждах

Двигаясь бодрым галопом, Тарнишед Типот направился домой в Додж-Сити-Джанкшн. Его ничто не беспокоило: все трескучие шакалы, поджав хвосты, ускакали прочь. Не было никаких признаков шакалопов-вампиров. Полуденное солнце палило. Тарниш решил, что благодаря трехзначной жаре^[1] и сильной вони он сможет добраться до дома в целости и сохранности.

Пока он шел, он думал о Баттонс. Она была просто одинокой душой, безобидной, она хотела того же, что и все остальные пони. Принятия. Ей было грустно видеть, как он уходит, но Тарниш пообещал, что доставит ей будущие посылки и вернется, если представится возможность. Он остался надолго, уклонился от поедания лягушачьего рагу, но терпел обнюхивание задницы.

Именно так алмазные собаки начинали разговор, очень похоже на удар копытом. Большинство алмазных псов считали пони довольно грубыми и слишком снобистскими, потому что те отказывались обмениваться любезностями.

Тарнишед Типот не знал, был ли ценным урок, что он получил, но это, безусловно, был урок, и он принял его близко к сердцу. Направляясь домой, он размышлял о своей жизни. Пони не понимали его. Его магия вызывала опасения. До своего изгнания он всегда защищался, был настороже, даже злился, когда ему говорили о его магии, он был груб, даже откровенно враждебен. Он подумал о том, как ему хотелось ударить Твайлайт Спаркл, когда он покидал город.

Возможно, если бы он был добрее, возможно, если бы он был более вежлив, жители Понивилля могли бы быть более терпимыми. Тарниш понимал, что последние четыре года он был настоящим придурком, и чувствовал себя несколько удрученным этим фактом.

Он следовал совету Лонгхола быть вежливым, и до сих пор все шло довольно хорошо. Но, с другой стороны, его магия пока не сделала ничего впечатляюще плохого, например, не превратила жеребца в кобылу и не разрушила полгорода.

По крайней мере, Биг Мак пришел в себя после того, как действие магии закончилось, хотя стыд остался.

Над головой несколько раз пролетел довольно крупный дракон, и Тарниш наклонил голову, чтобы посмотреть на него. Увидев его, он на мгновение запаниковал и подумал, что случится, если он ударит его молнией. По договору драконы не должны были есть пони, если хотели остаться в хороших отношениях с Королевскими Сестрами Пони, но не все драконы следовали правилам, если думали, что это сойдет им с лап. В плохих землях было много такого, чего не видели Королевские Сестры Пони.

Дракон чихнул, с отвращением покачал головой, а потом, хлопая крыльями, взлетел как можно быстрее, чтобы оказаться подальше от Тарниша. Как выяснил Тарниш, вонь — прекрасный способ обезопасить себя. Тарниш был слишком вонюч, чтобы быть съеденным кем-либо, во всяком случае он на это надеялся.

— Двадцать пять бит. — Диспетчер отмахнулся от Тарниша. — Ты ВОНЯЕШЬ!

— Мне все равно, я получил деньги, — ответил Тарниш. В диспетчерской было пусто, все остальные пони разбежались, когда Тарниш вошел туда. Тарниш бросил свои вещи в седельные сумки, ухмыльнулся диспетчеру и вздернул брови. — Сегодня я собираюсь взять ещё одно задание. Пока я в хорошем состоянии и воняю, я планирую извлечь из этого максимальную выгоду.

— О, ради любви к помидорам, ты просто сумасшедший пони, — сказал диспетчер, обмахивая нос веером. — Иди заплати за ванну или еще что-нибудь!

— И потерять эту замечательную естественную защиту? — Тарниш покачал головой. — Ничто там, в плохих землях, не хочет иметь со мной ничего общего. Если я не буду отвлекаться и пользоваться головой, то смогу остаться в безопасности. Думаю, я возьмусь за опасную работу и посмотрю, что из этого выйдет.

Повернувшись, Тарнишед Типот направился к термометру с заданиями. Не было смысла быть глупым, Тарниш был достаточно умен, чтобы понять правильную систему риска и вознаграждения. Он избегал работы в верхней части термометра и сосредоточился на работе в середине. Если это сработает, подумал Тарниш, то ему, возможно, придется регулярно навещать своего нового друга Баттонс на болоте Меллоу.

— Что за тартар! — воскликнул Бафф Гаскинс, входя в диспетчерскую. Жеребец гаркнул, покачал головой, а затем удалился так быстро, как только позволяли ноги. — Кому-то нужна ванна!

Тарниш увидел задание на семьдесят пять бит, средний риск. Он оторвал бумажку и отнес ее диспетчеру, который выглядел очень недовольным своей работой в данный момент. Он положил талон на стойку и посмотрел диспетчеру в глаза.

— Этому несколько дней. Еще один пакет, но этот пакет меньше. Намного меньше. Поместится в седельную сумку. Вам придется пересечь Путридные равнины. Щелочные равнины. Там есть соляная шахта. Возьмите побольше воды, там жарко, и вся вода там ядовита. Следите за своими копытами и идите быстрым шагом, через некоторое время ваши копыта начнут растворяться. Тропа обозначена деревянными кольями, покрашенными красной краской через каждые сто ярдов или около того, как вы выйдете на Путридные равнины. Солнце убьет вас, поэтому прикрывайтесь как можно больше. Я знаю, что кажется нелогичным надевать длинный плащ или пыльник, но я говорю вам, солнце убьет вас. Поэтому купите шляпу и пыльник перед поездкой. Купите несколько запасных фляг. По дороге на Путридные равнины вы можете столкнуться с трескучими шакалами, но вы сможете их избежать. Потому что ВЫ ВОНЯЕТЕ!

— Спасибо. Я вернусь позже за своей платой, — сказал Тарниш.

Когда Тарниш вошел в магазин хозяйственных товаров, кобыла у прилавка закричала от ужаса. Она отступила назад, ее глаза слезились, и она закрыла нос согнутой ногой, пытаясь защитить ноздри от вони, исходящей от Тарниша.

— Простите… Я знаю, что от меня плохо пахнет, но у меня есть биты, которые нужно потратить. Мне нужны пыльник и хорошая шляпа, — извиняющимся голосом сказал Тарниш, стоя в дверях магазина. — А еще мне нужна фляга или три.

— УХОДИ! ОТ ТЕБЯ ВОНЯЕТ!

— Простите, мэм, это опасная работа, и мне действительно нужны эти предметы… пожалуйста? — Тарниш старался выглядеть как можно более жалким, что было несложно. Его солнечный ожог проступал сквозь шоколадно-коричневую шкуру, он был весь в пыли, а его ноги все еще были покрыты болотной жижей.

— Если я дам тебе то, что ты хочешь, обещаешь ли ты, что уйдешь как можно скорее? — спросила кобыла.

— Я даю тебе слово, — ответил Тарниш.

— Оставайся на месте. Не делай больше ни шагу, иначе я позову шерифа. — Кобыла осмотрела Тарниша. — Я бы сказала, что ты среднего роста… У меня есть шляпа на продажу, никто не хочет ее брать, она не стильная, но хороша в жаркую погоду.

— А что в ней не так? — Тарниш наклонил голову и остался на месте.

— Это настоящий шлем из Троттингема. Если намочить его водой, он действует как губка. Пока ты его носишь, вода будет испаряться, и он не даст твоему мозгу свариться. Никому он не нужен, сейчас в моде западные шляпы. — Кобыла нахмурилась. — Это дорогая вещь всего за пять бит. Я заплатила за нее двадцать пять бит у поставщика шляп, и она лежит в моем магазине уже больше года.

— Я не придирчив к внешнему виду. — Тарниш кивнул головой и усмехнулся. — Если это так практично, как ты говоришь, я возьму это.

Кобыла сняла с полки коробку, поставила ее на землю, развернулась и задним копытом пнула коробку в сторону Тарнишеда Типота. Коробка заскользила по грубым деревянным доскам пола и остановилась перед ним.

Любопытствуя, он наклонил голову, открыл коробку и заглянул внутрь. Там лежал шлем с широкими полями. Тарниш никогда раньше не видел таких шлемов на пони, но видел их в книгах и фильмах. Его рог слегка сверкнул, когда он поднял его телекинезом. Сверху он был белый, а нижнюю часть украшал ярко-зеленый войлок. Вокруг головы проходил ряд регулируемых ремешков, которые удерживали шлем на голове и обеспечивали приток воздуха.

На дне коробки лежала пара защитных очков, отделанных латунью, с ремешками из холщовой ткани. Тарниш поднял голову:

— Здесь есть очки.

— Они идут в комплекте со шлемом, я полагаю… Я не буду менять цену, которую назначила, — ответила кобыла, двигаясь вокруг стойки, заваленной пыльниками и длинными плащами.

Ухмыляясь, Тарниш надел на голову шлем с широким ободком. Он защелкнулся на месте, и его ушам хватило места под шапкой. Он пошевелил ушами. Ремешки были удобными, покрытыми каким-то толстым, прочным, впитывающим влагу материалом, и, похоже, сидели хорошо. Тарниш подумал, что, возможно, он сможет разобраться с ними позже. Приятно, когда шляпа просто подходит тебе, возможно, как тонкий индикатор того, что шляпа просто должна быть твоей.

— У меня есть немного подержанный пыльник твоего размера. Недорого. Десять бит, — сказала кобыла.

— Подержанный? — Тарниш посмотрел на кобылу, надевая очки на шею. — Предыдущему владельцу он не понравился?

— Предыдущий владелец умер, — ответила кобыла. — Не волнуйся, он умер не в нем, насколько я понимаю, он был скомкан у изножья кровати, когда его запинали до смерти.

— О… Понятно. — Голова Тарниша дернулась назад.

— Он владел им всего несколько часов, так что он как новый. Все еще есть бирки. У него был большой заработок, и он немного потратился. — Кобыла покачала головой. — Я помню его. Курьер. Он очень гордился опасной работой.

— Если оно подходит, я возьму его, — сказал Тарниш. — Мне нужно идти, пока вонь не выветрилась. У меня есть работа.

— О, поверь мне, вонь еще очень сильна, — сказала кобыла, устремив на Тарниша ледяной взгляд. — У меня есть одна большая фляга в запасе. Она в подсобке, ту, что выставлена на витрине, только что продали. Она красивая, хорошо сделана, и это дешевле, чем покупать несколько фляг.

— Мэм, у меня ровно двадцать пять бит, и я надеялся немного пообедать, прежде чем снова отправиться в путь. У меня есть работа на семьдесят пять бит, которую я собираюсь выполнить, но пока у меня нет этих денег. — Тарниш любезно улыбнулся кобыле.

— Я продам тебе шлем, пыльник и флягу за двадцать один бит. Обычно фляга стоит десять бит. Это оставит тебе несколько бит на обед. Но только если ты пообещаешь принять ванну, прежде чем даже подумать о том, чтобы вернуться в мой магазин!

— Я постараюсь быть более внимательным в будущем, но эта вонь будет защищать меня на моей работе. Я пришел сюда только потому, что мне нужно было снаряжение, чтобы выжить, и мне очень, очень жаль. — Тарниш слегка склонил голову и попытался выразить выражением лица, как ему жаль.

— Хорошо. Оставь двадцать один бит на столе у двери. Я сейчас принесу флягу и пыльник. Спасибо за визит!

С полным животом, с ремешком фляги на шее, в шлеме, смоченном водой для охлаждения головы, и длинным пыльником, который почему-то заставлял его чувствовать себя прохладнее, прикрывая тело для защиты от солнца, Тарниш смотрел на тропу, ведущую из города. Он сдвинул очки на шею и надвинул их на глаза.

Выглядел он странно, но Тарнишу было все равно. Шлем имел замечательный охлаждающий эффект, почти как кондиционер, а выцветший коричневый пыльник из масляной ткани защищал его нежную кожу от солнца. Больше всего Тарниша удивляло, насколько прохладнее он чувствовал себя под длинным плащом, и он никак не мог понять, почему так получается.

Полуденное солнце, как палящая, жгучая ярость, висело над головой. Температура на термометре у магазина хозтоваров составляла сто одиннадцать градусов^[2].

Почувствовав, что жизнь удалась, Тарниш отправился доделывать свою работу.

Примечание автора:

Умный жеребенок. Правда?