Сновидение в Свете Зари

На протяжении бесчисленных столетий Принцесса Селестия оставалась неизменным маяком благожелательности, доброты, мудрости и изящества. Все пони знали, что Принцесса Солнца не может иметь тёмной стороны. Сансет Шиммер очень близка к тому, чтобы обнаружить насколько сильно они ошибались, и при этом выяснить, что Селестия понимает Сансет намного лучше, чем она всегда думала.

Принцесса Селестия Сансет Шиммер

Раскол

Селестия - более могущественный аликорн, нежели Луна. Поэтому и её безумие оборачивается более серьёзными проблемами, нежели пришествие Найтмер Мун. Эквестрия раскалывается на два независимых государства, а Луне требуется найти способ, чтобы вернуть прежнюю Тию. Но всё намного сложнее, чем она предполагала.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони ОС - пони

Исполнение.

После внезапного появления Твайлайт Спаркл и перемещения в Эквестрию, Райди понимает, что все это не просто так. Она узнает, что еще около полсотни брони, которых так же переместили в Эквестрию, должны собраться в одном месте, и тогда Твайлайт объяснит в чем причина всего этого.

Твайлайт Спаркл Другие пони ОС - пони

Яблочная Долина: Страшная история на День Согревающего Очага

Пять лет назад место известное как Яблочная Долина имела другое славное название. Пять лет назад что-то зловещее и чудовищное опустило здесь своё могущественное копыто. Пять лет назад в этом месте случилось что-то ужасное. Пять лет назад эта история закончилась. Но, как вскоре узнают трое ничего не подозревающих друзей, остановившись в ней на привал, некоторые истории на самом деле никогда не заканчиваются...

Рэрити Другие пони ОС - пони

Экспедиция Гилдероя

Когда на Крайнем Севере пропадает экспедиция грифонов, Кристальная Империя отзывается им на помощь. Но, как вскоре узнает команда корабля «Рассвет Авроры», во льдах есть нечто, что ни одно смертное существо не должно обнаружить...

ОС - пони

Союз

Многое изменилось за время, проведённое принцессой Луной в заточении. Пусть она и не имела власти над своим телом, Луна прекрасно понимала, что изменения неизбежны, а потому считала, что была полностью готова к ним. И она действительно была, вот только никак не могла ожидать, что изменения эти будут настолько кардинальными, как не могла представить и того, какие изменения ждут Эквестрию в дальнейшем...

Принцесса Селестия Принцесса Луна Человеки

Действие или правда

Заканчивая ремонт случайно разрушенной стены в спортзале, студенты решают скоротать время за безобидной игрой "правда или действие". Но вскоре друзья понимают, что она куда "опаснее" и интереснее, чем кажется на первый взгляд. Впрочем, едва ли кто-то против.

Другие пони

Услужить королеве

После тысячи лет заточения и одиночества у королевы появились определённые... потребности, которые надо удовлетворить.

Человеки Король Сомбра

Гостья дальних земель

Пони, живущие в Эквестрии рады каждому новому дню. Они безмерно дружелюбны и отзывчивы. А что, если заглянуть в глубь их душ? В то место страха и ужаса, которое затянуто радужной оболочкой счастья. В Эквестрии есть и другие «дороги» и по невольному случаю, некая кобылка была брошена на чёрную тропу.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна

Страшная ночь

Нечто зловещее пугает ночью Твайлайт...

Твайлайт Спаркл

Автор рисунка: Stinkehund

Послание в бутылке. Том 2

Глава 25: Нарушение

Для Сары возвращение к жизни было похоже на превращение в аликорна. Опять невидимый энергетический барьер, и опять ей пришлось протискивать себя сквозь него на другую сторону, как будто ее тело печатали слой за слоем. Но это было нечто большее, чем просто изготовление: здесь был интерфейс. Несмотря на то, что она прошла через врата с Оцеллус, тут она ползла к свету одна.

Пока Гармония не нашла ее; металлическая пони возвышалась над Сарой даже в облике аликорна. Ее слова были малоэмоциональны, и, казалось, Гармонии было совсем не трудно идти.

− Ты совершаешь ошибку.

− Не впервой, − ответила Сара, даже не взглянув на нее. Безликая бездна, через которую она тащила себя, скоро должна была закончиться, поглощенная светом на краю ее поля зрения. − И в чем она на этот раз?

− Ты хочешь остановить Райдзю, да? Ты хочешь доказать мне, что Эквус может защитить себя сам. Что нам не нужно ждать окончания звездной эпохи, чтобы отменить карантин.

− Да, − прохрипела Сара, проталкиваясь против невидимого ветра. Она наклонилась против потока, прищурившись от света. Теперь она была так близко, что его можно было почти коснуться. − И ты... пытаешься остановить меня. Пыталась обманом заставить меня остаться. Пыталась сделать так, чтобы мне захотелось остаться. Это значит, что я... не ошибаюсь. Иначе тебе было бы проще.

Гармония слегка наклонила голову.

− Наши желания не так просты. Гармония поет об истине, «Сара». Если вы действительно сможете защитить себя, то вас не вернут в состояние изоляции. Однако мы считаем, что ваше сопротивление излишне. Вспомни, что ты видела. Раса, называемая чейнджлингами, − такие же целеустремленные исследователи, как и вы сами, из эпохи начала распада. И все же они пришли, чтобы завоевать вселенную, лежащую внутри Эквуса – бесконечной сложности, неотличимую от физической вселенной, к которой ты привыкла. Общество первопроходцев, которое ты знаешь, могло бы присоединиться к ним, как последнее поколение исследователей.

− Мы не станем, − теперь Сара почти могла дотянуться до выхода. До него оставалось несколько сантиметров, но проталкивать себя сквозь пространство здесь было труднее всего.

− Мы пытаемся помочь вам, − возразила Гармония, и в ее тоне послышалось разочарование. – Чейнджлинги ассимилировали последнее поколение нашей системы технического обслуживания. Если ты хочешь победить Короля Шторма, ты должна стать такой же, как они.

Сара добралась до света, и на несколько секунд ее разум переполнился возможностями. Она видела свое собственное тело изнутри – все ткани, каждое сухожилие, каждую клетку. Сложнейшая конструкция, созданная на основе ее генетики − каждая цепочка была тщательно подобрана. Но она могла выбрать что-то другое.

Бесконечность жизни на Эквусе простиралась перед ее мысленным взором далеко за пределы того, что она могла постичь самостоятельно. Но Сара была не одинока − на одно бесконечно малое мгновение в ее распоряжении оказалась вся вычислительная мощь цивилизации.

Она могла бы снова стать человеком, если бы захотела. Все старые бионосители умерли, но были проекты с биологическими усовершенствованиями, позволяющими корректно взаимодействовать с системами Эквуса. Но было ли это тем, чего она хотела? Сара получит свое тело обратно, но она будет единственным человеком. Она снова будет своего рода изгоем.

«Я всегда могу вернуться сюда».

Она знала адрес, благодаря Селестии. Подземный мир всегда будет ждать ее, если получится не поддаться на уговоры его хранителя.

«Гармония хотела, чтобы я стала чейнджлингом. Зачем?»

Потому что это усложнило бы ей жизнь? Конечно, ей станет труднее доказать свою личность Предвестнику. Если ее спросят о реальной жизни Сары, в качестве доказательства, что у нее просто новое тело, она, вероятно, неправильно ответит на большинство вопросов.

Очевидно, это была попытка заставить их с Джеймсом провалить миссию и оставить общества людей и чейнджлингов разделенными. Неужели Гармония действительно думала, что сможет соблазнить Сару отказаться от всего, ради чего она работала, чтобы быть ближе к Оцеллус?

Ну, конечно, она могла бы. Послать на хрен Дискорда и его миссию. Что Общество первопроходцев захочет с ней сделать, пока планетой правит злой деспот, а их город лежит в руинах?

Если она вернется чейнджлингом, это, возможно, даже позволит им преподнести свою версию произошедшего. Она никогда не становилась аликорном, это, очевидно, ложь. Фаринкс стал бы политическим трупом.

«Я последую твоему совету только потому, что мне плевать на Общество первопроходцев. Мне все равно, кто правит поверхностью».

Может быть, если она станет чейнджлингом, то темнота не будет на нее так давить. Джеймс, похоже, вообще не обращал внимания на отсутствие света.

Саре не нужно было создавать шаблон чейнджлинга с нуля − здесь он уже был. Однако она не смогла выбрать более крутой черный дизайн, поскольку он был ей недоступен. Каждый раз, когда она пыталась изменить свое тело в этом направлении, изменения откатывались. Она чувствовала неумолимую волю Гармонии вокруг себя, море, в котором плыл ее разум.

«Ваше тело должно быть создано для поддержки интеллекта. Другие недопустимы».

Сара также не могла создать свой собственный вид. Никаких рук вместо копыт и крыльев летучей мыши – они ей нравились.

«Может быть, когда я стану чейнджлингом, Оцеллус сможет научить меня летать».

В конце концов, она остановилась на типовом дизайне, игнорируя вспышки предупреждений, окружающих ее.

«Это тело несовместимо с физическим манипулятором гражданина. Будут применены физические и умственные ограничения».

Как бы то ни было, она все равно была аликорном лишь несколько часов. Она не знала, что теряет.

Не было никакого пользовательского интерфейса или кнопок. Как только Сара решила, что закончила, весь мир вокруг озарился светом. Невероятная сила разума Эквуса вновь оказалась вне пределов досягаемости, и Саре стало настолько не по себе от этой потери, она даже теперь не понимала, чего именно лишилась.

Она выплюнула полный рот слизи на грубый каменный пол и, спотыкаясь, двинулась вперед. Во второй раз за день Сара обнаружила, что стоит в склепе.

В отличие от полуразрушенных руин в Кантерлоте, это место казалось довольно ухоженным. Дрожащими шагами она прошла по коридору к свету, к отполированному бронзовому символу солнца на стене.

Она вышла из низкого туннеля в комнату, которая была примерно пятидесяти метров в поперечнике, построенную в форме купола, похожего на древнеримские строения. Снаружи его поддерживали колонны, и на каждой была вырезана статуэтка пони с небольшой надписью в основании. Сара проигнорировала все, сосредоточившись на отражении в бронзовом символе.

Оттуда смотрел чейнджлинг − ниже ростом, чем когда-либо раньше она была, с пурпурным телом и розовыми гребнями, на несколько тонов светлее, чем у Оцеллус. Метка исчезла, а глаза лишились вертикальных зрачков, превратившись в насекомоподобные фасетки. Сара поежилась от холодного ветерка, дувшего снаружи, который достигал панциря, а шерсть, которая могла бы его задержать, отсутствовала. Все сработало − она стала чейнджлингом.

Она почувствовала своих спутников еще до того, как увидела их, словно тепло, которое она могла ощутить сквозь стену. Ее тянуло к ним, кем бы они ни были, словно оттуда доносился запах вкусной еды.

«Джеймс вернулся. И он снова пони».

У чейнджлингов все еще оставалась какая-то доля зависимости от эмоций, ментальная, если не физическая.

«Имеет смысл. Оцеллус, казалось, всегда знала, что я чувствую. Должно быть, именно так это и происходило».

Пони, спотыкаясь, продвигался вперед по другому туннелю, по другую сторону памятника. Сара бросилась галопом, чувствуя, как ее тонкие, как бумага, крылья слегка приподнимаются на легком ветерке.

«Не такие чувствительные, как старые. Возможно, это к лучшему».

Изнутри появилась пони, хотя она была не той, кого ожидала Сара. Это была пегаска с желтой шерстью и пастельно-зеленой гривой. Она была как минимум на полголовы выше Сары, и по сравнению с ее собственными худыми конечностями, ноги пони казались толстыми, как деревья.

− Джеймс? − спросила она, приподняв бровь. К этому всё и шло, верно? Ее друг совершил невероятную глупость и решил вернуться кобылой, чтобы завоевать ее расположение.

«Но почему ты теперь не единорог? Ты так много кичился этим своим долбаным рогом».

− Сара? − спросила пони, и ее голос выдал то, что чейнджлинг уже почувствовала и так. Это было похоже на запах, но нос тут был ни при чем. Неприятный запах, который она сразу же связала с болью, сожалением и беспокойством. − Сара, почему ты… почему ты чейнджлинг?

Ей не нужно было представлять, какие чувства пони перед ней могла испытывать, потому что сейчас испытала их тоже. Это не был голос Джеймса или какая-либо его женская вариация. Это была Оцеллус.

− Т-ты... − Сара, спотыкаясь, подошла к пони, остановившись вне пределов досягаемости. − Ты уже замаскировалась. Ты думала, мы окажемся… на территории пони, так что ты уже выдаешь себя за одну из нас.

Точно, она маскировалась. Это была одна из форм, которую Сара всегда считала привлекательной. Она представляла себе все те вещи, которые могла бы делать с этими крыльями.

«Боже мой».

Неужели ей только что обломал весь кайф сверхразум?

− Нет, − прошептала Оцеллус, хотя Саре не нужно было этого говорить. Она уже чувствовала ее боль и несогласие. И немного гнева. – Какого фига ты устроила, Сара? Почему ты не сказала мне, что ты...

− А почему ты мне не сказала? − возразила чейнджлинг, расправляя свои прозрачные крылья и скаля клыки. − Не имеет значения, кто я такая! Все, что мне нужно было сделать, это наладить ваш контакт с Обществом первопроходцев, неважно, поверят они мне или нет. Но ты… что ты планировала делать, когда мы здесь закончим?

Еще несколько чейнджлингов появились из прохода позади Оцеллус, все разноцветные. Они выглядели немного сбитыми с толку этим, так как раньше все были черными. Но не похоже, что им удалось переубедить систему на выходе. Сара уже пробовала, она знала, чем все закончилось.

− Я хотела стать послом пони! − Оцеллус в слезах осела на пол. Холодный зимний ветерок задувал через отверстие в потолке, принеся с собой несколько снежинок. Вдалеке Сара услышала какой-то грохот, но ее больше не волновало, что там такое. − Великие королевы, я идиотка.

− Оцеллус? − спросил один из солдат, переводя взгляд между ними. Наконец он остановился на Саре, но она отмахнулась от него указав на пегаску:

− Твои уши тебя не обманывают. Это она.

− С эмоциями пони? – чейнджлинг покачал головой. − Даже наша первая королева не была настолько убедительна. Ты можешь быть честна с нами, принцесса.

− Она честна с тобой, − пробормотала Оцеллус. Ее голос стал отстраненным, уши поникли. Она пыталась скрыть слезы, но это не имело значения. Сара все еще чувствовала запах отчаяния.

«Это из-за меня. Ты хотела, чтобы мы обе были пони».

Где-то вдалеке Сара услышала частый стук турелей рельсотронов. Она слышала их много раз раньше, в основном на авиашоу и по телевидению. Но теперь за ними следовали безошибочно узнаваемый треск попаданий. Чейнджлинги закричали, земля задрожала, и на горизонте на мгновение появилась яркая оранжевая вспышка.

«У нас нет времени на эмоции. Кто-то ведет войну, и мы в самом ее центре».

Саре не нужно было раздумывать кто и с кем там сражается. Смерть сказала, что отправит их обратно как можно ближе к Обществу первопроходцев. И с кем могут они сражаться кроме космического Гитлера?

− Нам следует вернуться под землю, − произнес один из солдат, нервно поглядывая на небо. − Нам нечего делать в открытом конфликте.

Последовала короткая вспышка, и он превратился в стража-пони, сразу в золотых доспехах. Правда, без оружия.

Остальные не нуждались в подсказках, и стражник повернулся, чтобы посмотреть на нее, выжидающе постукивая копытом.

− Ты тоже.

− Я чейнджлинг меньше пяти минут, − раздраженно пискнула Сара. − Я не умею превращаться!

Но хотя бы, как только она это сказала, надежда вернулась. То, что они с Оцеллус приняли одно и тоже решение, не означало, что они не могут быть вместе. Просто теперь Саре надо будет принять форму пони, вот и все. У них все еще могло получиться.

«Но, сейчас, возможно, политика немного важнее».

Очевидно, там шла война. Самое безопасное, что они могли бы сделать во время войны, − вернуться в Общество первопроходцев.

«Предвестник знает, как выиграть войну, лучше, чем все эти чейнджлинги».

− Э-э... принцесса. Как ты думаешь, что нам следует делать?

− Я не знаю! − пискнула Оцеллус. − Так не должно было быть! Мы пришли сюда не для того, чтобы воевать!

− Твой первоначальный план, − вмешалась Сара. − Вам троим нужно вернуться в Иркаллу как можно быстрее. Расскажите им, что случилось с экспедицией и что происходит сейчас. Оцеллус осталась, чтобы стать послом, а я никогда не была аликорном. Я все это время была чейнджлингом. Они смогут убедиться в этом сами, как только мы присоединимся к вам. Мы сделаем это позже.

Солдатам потребовалось несколько мгновений, чтобы обдумать предложение. Раздались новые взрывы, сопровождаемые звуком крошащегося камня. Земля под их копытами слегка задрожала, и Сара обнаружила, что ее крылья рефлекторно раскрываются, готовые нести ее в безопасное место. Но она все равно не умела летать.

− Оцеллус, ты... одобряешь этот план?

− Да, − прошептала пегаска, похожая на мокрого котенка. − Бегите в безопасное место. Что бы ни происходило, вам не стоит здесь находиться.

− Маскировка под пони должна сработать, − добавила Сара. – Под стражей. Последний раз, когда я проверяла, у нас было перемирие с Эквестрией – наши не должны стрелять в вас.

− А как насчет тех, кто стреляет в них?

Сара пожала плечами.

− Не попадайтесь на глаза.

− Может, тогда первой пойдешь? – один из солдат кивнул в сторону двери и хаоса снаружи.

«А чего бы и нет? Мы же все снова можем возродиться, как только что сделали. Я для этого не нужна».

Сара быстро прошла мимо Оцеллус, понизив голос, когда заговорила ей на ухо:

− Тут может быть небезопасно. Храм, подобный этому... может стать целью бомбардировки.

Был еще один момент, почему ей стоило еще подождать.

«Смерть сказала, что Джеймс скоро будет. Может быть, нам стоит дать ему еще несколько минут, просто на всякий случай».

− Для начала я все тут разведаю, − сказала Сара, разглядывая пандус, ведущий на крышу. − Вы пока можете остаться здесь, если хотите. Если я умру или еще чего, тогда… что ж, думаю, тогда вам пиздец. Но, надеюсь, что умирать не придется.

Она поспешила наверх, прежде чем кто-то успел возразить.

Сам храм представлял собой округлое сооружение, построенное на горном склоне. Это немного напоминало швейцарскую деревню в Альпах, за исключением того, что любые признаки присутствия людей отсутствовали. Через город тянулась центральная улица, мощенная и с ограждением для безопасности. Это было необходимо − город был построен на настолько крутом склоне, что любой, кто, выйдет, спотыкаясь, ночью из кабака, имел все шансы разбиться насмерть.

Сара никогда не видела эквестрийских деревень и ей было не с чем сравнивать. Но если просто предполагать, то там точно не должно было быть домов с откинутыми крышами, откуда скорострельные пушки «Иридий» каждые несколько секунд давали очередь в небо. Пара строений были разрушены, и на тропе валялись тела.

Ни одно из них не было человеческим − все они были странными мохнатыми существами, как те, которых она видела в Кантерлоте.

«Они послали сюда солдат?»

Если бы только у нее все еще оставался вычислительный терминал, она могла бы вызвать помощь. Где во всем этом хаосе был самый быстрый путь к Обществу первопроходцев?

«Они, должно быть, в подземелье. Таким был Отар. И это имело смысл, если они пытались спрятаться».

Возможно, в некоторых из этих зданий были тайные ходы. Фокус состоял в том, чтобы найти их и в процессе не лишиться головы.

В небе бой шел куда более ожесточенный, чем где-либо на поверхности. Из-за расположения на склоне разглядеть детали было сложно, в том числе из-за окружающих вершин, но она слышала грохот выстрелов. Время от времени где-то вдалеке что-то вспыхивало и падало на землю.

Поверхность примерно в сотне метров от храма раскололась, как яйцо. Улица и все, что ее окружало, разделилась на две части, расходясь все дальше и дальше друг от друга. Сара разглядела внизу белый свет и простые серые стены того, что невозможно было спутать с чем-то кроме стартовой площадки.

«Вот наш билет внутрь».

Там по любому должна быть охрана, но, вероятно, не та, что станет без разговоров палить по безоружным гражданским лицам.

«Разве губернатор Лаки не отдавала приказа, что Предвестнику нельзя убивать пони?»

Готова ли она поставить свою жизнь на слабые воспоминания о занятиях почти двухмесячной давности? Эти занятия, казалось, происходили в другой жизни, которая давно канула в Лету.

«А почему бы и нет. Что самое худшее, что может сделать Предвестник? Убить меня?»

Сара повернулась и поспешила обратно вниз в храм.

− Похоже, что битва в основном идет в воздухе. Возможно, раньше были какие-то бои на земле, но тут все закончилось. Стартовая площадка только что открылась, вероятно, для запуска или посадки. Если мы войдем сейчас...

Она замолчала. К группе присоединилась еще одна пони, которую Сара не смогла опознать. Ярко-оранжевая чейнджлинг с желтыми пятнами на гребнях. У нее была поношенная сумка с инструментами, так плотно примотанная к ней, что казалось, будто сумка срослась с телом. На сумке была бирка, которую можно было прочитать как: «Техобслуживание Мидвэй Альфа Белый Вергилий».

− О, хорошо, − вместо приветствия заговорила молодая кобыла, проскальзывая мимо Оцеллус и уставившихся на нее стражей. − Она сказала, что ты возглавляешь эту экспедицию?

− Да. Наверное, так и есть. Ты тоже из охранников Оцеллус? Опоздавшая, как я понимаю. Ты случайно не видела там жеребца? Долговязый такой, выглядит жалко…

− Нет, на оба вопроса, − чейнджлинг ковырнула копытом пол, явно проявляя нетерпение. − Что ты говорила о нашем способе проникновения?

Оцеллус уставилась на нее и, судя по выражению лица, вроде как узнала. Но озвучивать свои мысли не стала, а Сара решила не спрашивать. Возможно, она узнала эту незнакомку. По крайней мере, она была красивее Джеймса.

«Надеюсь, ты не влип опять в кучу неприятностей. У меня нет времени снова спасать тебя».

Что-то взревело прямо за храмом. Сара услышала рев, когда в воздух взмыл беспилотный истребитель, а затем еще один, всего пару секунд спустя.

«Во взводе должна быть дюжина таких. После них стартовая шахта вряд ли останется открытой».

Она, вероятно, знала бы больше, если бы не была мошенницей.

− Все, кто отправляется со мной в Общество первопроходцев, бежим!

Сара указала в сторону шума, плотно прижав уши к голове.

«Слава богу, я теперь без слуха фестралов. А то бы точно кровь из ушей пошла».

− Оцеллус, ты же идешь? − она не дала пегаске шанса передумать, просто рывком подняла ту на копыта и потащила к дверям. − Остальные возвращайтесь в Иркаллу и сообщите о том, что произошло. Попытайтесь убедить Торакса присоединиться к нам. О, и можете упомянуть, что гребаный монстр, которого он так боится, − это чейнджлинг, который работает флористом в саду вашего виртуального корабля-колонизатора. Блин, если бы я могла сказать им всем «А я говорила!»

Но уже стартовало как минимум восемь истребителей. Время на исходе.

Оцеллус не сопротивлялась, и солдаты тоже. Через несколько шагов уже пегаска тянула ее, гораздо сильнее, чем ранее Сара.

«Пони действительно настолько сильны?»

Эмоции, несомненно, были сильными – состояние разбитого сердца сменилось решительностью.

«Хорошая девочка. Заверши свою миссию. Все мои обещания правда, а как насчет твоих?»

Но они были не одни. Новоприбывшая чейнджлинг бежала прямо за ними, скорее, даже летела. Она наблюдала за запуском беспилотников с гораздо меньшим количеством эмоций, чем Сара ожидала, даже от чейнджлингов. Как бы сильно они ни притворялись, что их общество высокоразвито, в их жизни этого особо заметно не было.

Вход представлял собой почти идеальный круг диаметром в сотню метров, образованный четырьмя сегментами. Судя по всему, улица использовалась для маскировки люка, а на одном из сегментов даже был построен (скорее всего бутафорский) дом для реалистичности.

Через отверстие была видна шахта, ведущая почти вертикально вниз, были заметны различные слои камня и пена для усиления. Сара остановилась на краю, когда волна горячего воздуха пронеслась мимо нее вместе с оглушительным ревом очередного истребителя.

«Мне чертовски повезло, что эти штуки созданы для запуска с авианосцев, иначе я бы сейчас действительно оглохла».

Вместо этого у нее болели уши, как будто она только что вернулась с рок-концерта, и будет только хуже по мере запуска оставшихся.

− Мы должны лететь вниз, − заявила незнакомка, лишь раз взглянув на них. − Подождите, пока створки не начнут закрываться, затем прыгаем вниз, прежде чем они успеют запечататься.

Это был надежный план, за одним незначительным исключением. Сара не была уверена, что смогла бы планировать так долго, прежде чем ее крылья полностью изменились. Теперь они были прозрачными и тонкими, как бумага, и двигались быстро, а не размашисто.

− Я, э-э... не уверена, что смогу это сделать. Оцеллус тоже, она не привыкла летать с крыльями пони. Нам надо найти другой способ.

Но, присмотревшись, Сара не увидела другого выхода. Не было ни удобного спуска, ни лестницы, ведущей вниз, которая была бы открыта. Этот люк не должен был быть входом. Внутри все было сглажено, чтобы не мешать стартующим кораблям.

Мимо с ревом пронесся очередной, с достаточным шумом, чтобы Сара сначала не расслышала ответа Оцеллус. Но она чувствовала ее раздражение, и это было почти освежающе. Когда истребитель пролетел, она заговорила снова.

− Я уже была пегасом раньше. Я умею летать на их крыльях. Так что говори за себя.

− Хорошо, да, именно это я и имела в виду.

Сара нервно зашагала вперед, к краю того места, где раньше была улица. Она не осмеливалась наклониться над шахтой даже немного, опасаясь, что следующий беспилотник может каким-то образом зацепить ее элероном и оторвать одну из тонких жучиных конечностей.

Затем земля начала смыкаться. Четыре секции изгибались внутрь, как изящно закрывающийся цветок.

− Ладно, возможно, у нас нет времени на план получше!

Сара вскочила на край крышки, которая слегка покачнулась под ее весом. Ни каменистый грунт, ни металлическая надстройка под ним не поддавались. Отверстие продолжало закрываться.

Оцеллус пронеслась мимо, сложив крылья, как хищная птица, заметившая мышь. Другой чейнджлинг следовала за ней по пятам, хотя и без всякой грации. Копыта Сары задрожали под ней, и закрывающийся люк чуть не сбил ее с ног. Она подпрыгнула, прежде чем успела передумать.

Сара кричала, крылья яростно жужжали у нее за спиной, но ничего не делали. Камень несся мимо, освещенный полосками света, которые сливались воедино.

Сара попыталась удержаться в воздухе на своих новых крыльях, но их просто выворачивало. Она ударилась о стенку шахты, застонав, когда одна из ног хрустнула от удара. Она пронеслась мимо спутников, пол стремительно несся навстречу.

Это действительно был ангар, можно было различить замысловатые стартовые опоры для истребителей-беспилотников. Пони там тоже были − зрители для ее представления в качестве жука на лобовом стекле. Сара зажмурилась.

«Все в порядке, я не умру, все закончится быстро, я не умру, я не умру по-настоящему…»


Выход со «Штормбрейкера» в открытый космос явно в его конструкцию не закладывался. Они шли по его поверхности, как казалось, уже несколько часов, достаточно долго, чтобы погрузочная платформа крана, такая же пустая, как и в прошлый раз, снова вывалилась из черного пузыря и направилась к Санктуарию.

«Они все еще принимают груз?»

Оливия посмотрела на дисплей часов − в Мазерлоде, вероятно, уже утро. Разве на них не должны были уже напасть?

«Может быть, ему все равно, что восстание в конце концов вспыхнуло. Скорее всего, он близок к завершению строительства».

Никто из них не знал наверняка, чего хочет Король Шторм, хотя Оливия прислушивалась к идеям Фларри Харт по этому поводу. Принцесса считала – и, возможно, Селестия считала, трудно было сказать наверняка, − что у него был какой-то способ уничтожить Санктуарий.

Они не могли этого допустить. Это был и их дом тоже.

− Я думаю, это может быть воздушный шлюз... – произнес Дэдлайт, указывая вперед. − Ладно, не совсем воздушный шлюз, но нам подойдет.

Оливия проследила куда он показывал. По ее мнению, эта штука была больше похожа на выступающую вену живого существа, покрытую коркой зеленой слизи, а не на воздушный шлюз. Дэдлайт подошел почти в упор, где оно выступало на корпусе словно опухоль. По сравнению с циклопическими размерами корабля, это была сущая мелочь, но… вроде как по размерам там вполне мог протиснуться и пони, хотя и с трудом.

− Что это за блядство? − Перес был, безусловно, самым быстрым в их маленькой космической команде − хотя бы потому, что на двух ногах он мог делать шаги побольше. – Корабль подхватил заразу?

− Нет, − фестрал остановился рядом с драконом, возясь с инструментами на своем костюме. − Это просто означает, что корабль, вероятно, был в ремонте, когда Шторм его захватил. А штука перед нами − это проход, оставленный системой технического обслуживания. Либо так, либо ему помогают чейнджлинги. Будем надеяться, что первое.

− Не волнуйся, феи с подменышами ненастоящие, − заявил Могила. − Они не могут украсть твоего ребенка, не сперев сначала себе немного существования.

Дэдлайт его проигнорировал:

− Я мог бы прорезать путь внутрь, Вэйфайндер. Но этот проход был оставлен системами технического обслуживания, а мы не ремонтные дроны. Если мы воспользуемся им…

− Не вижу особо других вариантов, мэм, − вмешался Перес. − Не поймите неправильно, я не против проверить свое бессмертие, узнав как быстро драконы дохнут в вакууме. Но, насколько я помню, наша уважаемая губернатор не знает, как вернуть нас обратно. Может быть, нам стоит спланировать хоть что-то?

− Мы знаем, что у Короля Шторма есть компетентные солдаты, − не стала спорить Оливия. − Готовы ли объявить о своём присутствии?

− Не вижу другого выбора, − произнес Могила. – Судя по радарной карте, что дал нам Предвестник, это самый большой выступ на корпусе на ближайшие три километра в любом направлении. Вы хотите рискнуть, предполагая, что нашего воздуха хватит еще на три километра в открытом космосе?

Оливия взглянула на дисплей. Кислорода на сорок пять минут, плюс еще на десять из аварийного запаса. Насколько им было известно, Король Шторм и его солдаты предпочитали дышать метаном, когда отдыхали на поверхности, так что внутри воздух как минимум должен быть.

− Хорошо, заходим здесь. Но не начинай резать, пока все рядом не соберемся. Войдем так быстро, как только сможем, а затем запечатай все за нами. Может быть, этот Король Шторм не так уж хорошо знает свой корабль, и не поймет, что это за тревога, пока она не отключится.

− Блажен кто верует, − Перес снял плазменный резак со своего пояса. – Подвинься, Бэтмен. Я прорезал себе путь сквозь корпуса большего количества кораблей, чем ты. Тут есть свои хитрости.

Оливия добралась до них через несколько секунд. Она ненадолго привстала на задние ноги используя только два магнитных ботинка. Но она не увидела ни роботов-перехватчиков, снующих по корпусу, ни солдат, хлынувших наружу, чтобы отразить атаку абордажников. Пегаска опустилась обратно, на всякий случай приподняв ногу с винтовкой над поверхностью корпуса.

Перес не преувеличивал. Как только он начал резать, то было видно отточенную до рефлексов точность человека, который делал подобное не только на тренировках. Забрало Оливии темнело всякий раз, когда она смотрела на резак – тонюсенький волосок, способный прорезать толстую сталь.

Вокруг зеленой слизи начало подниматься облако газа, становясь все шире и шире по мере того, как Перес работал.

− Вот черт, эта штука... пытается срастаться позади реза. У нас тут метаматериалы, коммандер.

− Пропустите, − крикнула Оливия, проходя мимо наблюдающих Могилы и Дэдлайта. Это был не первый раз, когда им приходилось сталкиваться с чем-то подобным − многие из самых дорогих кораблей имели экзотическую адаптивную броню. Это вещество вообще не прорезалось плазмой. Оно плавилось под лучом и медленно затвердевало за ним.

− Что думаете, коммандер? Будем гандон использовать или что-нибудь более радикальное?

− Насколько оно прочное?

Пегаска протянула копыто, упираясь в центр частично прорезанного проема. Слизь совсем немного поддалась, оторвавшись от той стороны шлюза, которая еще не загерметизировалась.

− Выглядит так, как будто вышибного заряда хватит. Но это наверняка будет слышно. Даже если это не военный корабль, взрыв долбаной бомбы они точно засекут. Нам все равно пришлось бы воспользоваться гандоном.

Оливия порылась в своей сумке, достала запечатанный мешочек, разорвала его и принялась за работу. Перес кивнул, хотя на его лице было явно заметно разочарование, когда он вернулся к резке.

− Его солдаты не настолько хороши, коммандер. Вы бы видели, что я с ними делал.

− Я слышала. От Фларри Харт, которой и без тебя психотерапевт уже требовался.

− Я не совсем понял, что вы делаете, − раздался голос Дэдлайта. – Думаю, что не знаю этого слова.

Теперь пегаска полностью сосредоточилась на работе, и у нее не было времени, отвечать на дурацкие вопросы.

Но у Переса, как обычно, его было предостаточно.

− Представь себе… аварийный переносной шлюз. Это старое дерьмо еще с тех времен, когда у ЕКА и НАСА стыковочные порты были разные. Немного пластика толщиной с презерватив, немного пены, чтобы закрепить его, и помолиться твоему любимому богу. Но они сгодятся и для того, чтобы удержать дверь открытой. Многие из аварийных систем реагируют только на давление. Как только мы заткнем дыру, они решат, что утечка устранена.

Полдела было сделано. Оливия встала рядом с Пересом, задвигая тонкую пластиковую мембрану у него за спиной. Теперь дракон мог резать гораздо быстрее, поскольку не пытался делать разрез достаточно глубоким, чтобы слизь не успевала смыкаться.

«Тебе не обязательно работать вечно, достаточно просто держать дверь открытой».

− Похоже на предположение. Есть обслуживающие дроны, которым плевать на глубокий вакуум. Их аварийная система тоже может работать иначе.

− Пока вроде работает, так что перестань нас отвлекать, − рявкнул Перес. − Прикрой нам спины на несколько секунд. Я и так, пока резал, создал облако, которое аж из гребанной Австралии видать. Активный камуфляж в дыму работает крайне погано. О, и от него тоже мало толку, чтобы прикрыть мой долбаный плазменный резак. Если тут кто-то есть, то они знают, что мы здесь.

Оливия сомневалась, что глаза Дэдлайта принесут много пользы, но для наблюдений у них был Могила, а фестрал мог ему подсказать, на что обращать внимание.

− Похоже, мы почти внутри, − произнесла Оливия. − Могила, прикрепи маячок к корпусу и добавь его координаты в наше сообщение. Если мы умрем, Предвестнику нужно будет знать, где найти дыру.

− Что, чтобы он мог загнать через нее дрон-беспилотник с ядерной бомбой? Это не сработает, если нас поймают.

Их новенький шлюз выглядел почти законченным. Слизь облепила его по краям, но в данный момент маленькая титановая полоска удерживала отверстие открытым. Очевидно, слизь не предназначалась для борьбы с незваными гостями.

Оливия первой протиснулась внутрь, по пути растягивая внутреннюю секцию воздушного шлюза. Внутри хватило бы места для них всех, даже с учетом брони. Пони были не очень крупными.

− Внутрь. И закройте шлюз за собой. Будет непросто открыть дверь, если эта слизь проест там дыру.

Пегаска почувствовала, как чья-то броня прижимает ее к передней части воздушного шлюза. Она старалась держаться поближе к единственной секции из твердого пластика с ярко-красной кнопкой.

− Закрыто, − доложил Перес. − Что там дальше?

Оливия могла видеть сквозь прозрачную переднюю часть воздушного шлюза, хотя смотреть было особо не на что. Внутренняя часть секции выглядела как часть огромной вены, сочащейся какой-то влагой, которая не кипела в вакууме. Перед ними был еще один слой зеленой слизи, хотя он выглядел гораздо тоньше. За ним можно было рассмотреть что-то оранжевое, похожее на освещение далеко впереди в тоннеле.

− Нам придется еще немного резать, чтобы пройти. Приготовься, Дэдлайт. Не паникуй.

Она нажала на кнопку, и маленький баллон с газом, спрятанный внутри, сработал, наполняя аварийный шлюз. Холодный газ превратился в туман, который на несколько секунд лишил возможности видеть, заполнив камеру. Если бы они действительно производили аварийный ремонт, именно в этот момент экипаж, находившийся внутри корабля, должен был выйти и запенить шлюз со своей стороны.

Король Шторм, вероятно, не был бы столь предупредителен.

Дэдлайт паниковать не стал, хотя, судя по всему, не понимал, что происходит. Неважно, сейчас он им был не нужен. Фестрал был здесь, чтобы помочь управлять кораблем или, возможно, поделиться некоторыми местными знаниями, если им придется вести переговоры.

− Приготовиться к прорыву, − приказала Оливия. − Перес, ты впереди. Я сразу за тобой. Дэдлайт, просто держись поближе и не дай себя убить. Могила, прикрывай тыл. Активируй дроны как только сможешь.

Она дождалась подтверждения от всех по очереди, прежде чем расстегнуть молнию воздушного шлюза. Послышалось легкое шипение, но лишь на секунду. Давление внутри было нормальным.

Не то чтобы этому можно было доверять. Аварийный шлюз мог отвалиться в любую секунду, когда слизь его раздавит.

Гравитации Оливия тоже не чувствовала – возможно, на корабле искусственной гравитации и не было. Если так, то это станет их преимуществом. Они сражались в невесомости всю свою жизнь.

− За мной, − бросила пегаска Пересу, легким движением ноги раскладывая тактический клинок. Нож, примерно пятнадцати сантиметров длиной, поблескивал в свете янтарных прожекторов.

Перес правой лапой снял нож с пояса.

− Готов.

Тонкий слой слизи легко поддавался ножу, хотя это было немного похоже на попытку резать тонкий слой карамели. Через пару секунд слизь налипла на лезвие, и потребовалось немного больше усилий, чтобы закончить разрез. Оливия прижалась к стене, затем оттолкнулась вперед, пролетев прямо сквозь преграду.

Мир закружился вокруг нее. Броня отработала соплами ориентации, а затем с глухим стуком опустила пегаску на ноги.

Она стояла посреди коридора с потолком высотой около трех метров. Дорожек не было, только тонкий слой слизи, покрывавший все поверхности. Проводов или еще чего тоже не было, только мясистые на вид мембраны, которые, казалось, сжимались и разжимались с определенным интервалом. Как будто комната дышала.

Оливия достаточно быстро убралась с дороги, освободив место Пересу, а затем и остальным, дав место для приземления. Дракон стоя едва помещался в коридоре, его шлем почти задевал мясистые наросты потолка.

Что-то послышалось через микрофоны костюма, но оно совсем не походило на боевой клич одного из солдат Короля Шторма. Это звучало слишком по-звериному, как шипение разъяренного насекомого, к которому вскоре присоединились тысячи других.

− Похоже, мы не одни!

Перес встал рядом в поле зрения визуальных сенсоров, и это было не просто сообщение о том, что он тоже слышит. Дракон снял со спины здоровенный дробовик «Рихтер» и взял его обеими лапами.

− Мы в канале технического обслуживания, − сообщил Дэдлайт, оглядывая коридор вокруг них с растущей паникой. − Мы не должны здесь находиться. Судя по звуку, тут совсем не пробужденные чейнджлинги.

Оливия заметила движение впереди − пару мерцающих глаз насекомого и черный панцирь. Существо немного походило на пони, если бы пони делали в отделе реквизита фильма о вторжении инопланетян. На теле существа, казалось бы, в случайном порядке были отверстия, из которых сочился зеленоватый гной. Одежды или оружия тоже не было, но существо выглядело так, словно собиралось сожрать их живьем.

Также у него было около тысячи приятелей. Они приближались с обеих сторон, ползая по стенам и потолку так же легко, как по полу.

Оливия подняла винтовку, переключаясь на противопехотные патроны.

− Могила, смена приоритета. Лопни наш воздушный шарик. Я хочу, чтобы жуки глотнули вакуума.

− Тогда всем закрепиться, − крикнул Могила через коммуникатор, становясь в конце группы. Он тщательно прицелился в отверстие в потолке, держа большую трубу на плече. − Абордажные шипы, немедленно!

Затем произошла вспышка, и разъяренные звериные звуки сменились ревом воздуха.