Смешарики в Эквестрии

Смешарики попали в Эквестрию, но у них есть всего семь дней, что бы разузнать о чужом мире побольше

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Принцесса Селестия Принцесса Луна

Бриз, приносящий мечту...

1 рассказ: Бон-бон, обыкновенная робкая пони, влюбляется... Чем же закончится ее любовь? 2 рассказ: Скуталу мечтает научиться летать, но боится, что ее увидят за этим занятием одноклассники... 3 рассказ. Чирайли берет в библиотеке казалось бы неприметную книжечку....

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Эплблум Скуталу Свити Белл Биг Макинтош Диамонд Тиара Черили Хойти Тойти Принц Блюблад Лира Бон-Бон Другие пони ОС - пони

Отдых

Иногда всё, что тебе нужно - это тишина и Луна

Принцесса Луна Человеки

Полосатый среди листвы

Небольшая зарисовка из жизни зебр, что живут у города Эверипони. :) Посвящена двум полосатым поняшам, каждый из которых по своему уникален :)

ОС - пони

Тот неловкий момент, когда...

Насколько сложно может быть взять книгу в библиотеке?

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Эплджек

Сказка об Иване-гусляре и волшебной стране

Сказочка, всё чин по чину.

Твайлайт Спаркл Лира Другие пони Человеки

Бумажка

Сложный и трудный урок принцессы Твайлайт Спаркл из-за одной бумажки

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Доктор Хувз

Переспать с королевой

Угодив из ледяной пустыни в тюрьму, королева ощутила потребность в постоянном обществе.

Человеки Король Сомбра

Pinkie Pie Has it All Together

Ее разум остер, как лезвие, расчетлив и холоден. Она полностью разумна.Нет, Пинки Пай НЕ сошла с ума, и вам ПРИДЕТСЯ в это поверить.

Пинки Пай

Мое сердце

Когда останавливается сердце.

Другие пони

Автор рисунка: Noben

Послание в бутылке. Том 2

Глава 8: Носитель класса Атрейдес

Мостик “Крыла Полуночи” был куда менее впечатляющим, чем у кораблей, которыми доводилось командовать Оливии. Он скорее походил на скромный зал для совещаний где-нибудь на Земле, со множеством перенастраиваемых интерфейсов и голографических поверхностей на стенах. В передней части находились два кресла для пилота и его помощника. Остальные сидения в помещении были обычными складными стульями. Судя по всему на момент отправления запасов на корабле был максимум, но с учетом того, насколько крошечным было “Крыло Полуночи”, их было мало.

В некотором смысле все это напомнило Оливии о первых днях колонизации, когда на базе были только она и несколько ученых.

“Разница лишь в том, что я больше не главная”.

В принципе даже присутствовали те же люди, к которым добавился синтетический носитель Предвестника, Дэдлайт, щеголявший гипсом на крыле, и Лайтнинг Даст, которая пряталась позади всех и никогда не садилась к столу.

На столе были разложены вычислительные планшеты, заполненные данными, и Оливия придвинула свой поближе, просматривая информацию на экране. В основном изображения руин Отара. Виды сражения тоже присутствовали, вместе с автоматически сгенерированным отчетом о произошедшем.

“Черт. На каком таком долбаном корабле прилетел этот Король Шторм?”

Это был настоящий козырь в произошедшем нападении – солдаты не представляли собой ничего особенного, а их оружие было примитивнейшим. А вот корабль...

– Хорошо, мы все собрались, – первой заговорила Лаки, устраиваясь в капитанском кресле. – Спасибо Дэдлайту за то, что он на время одолжил нам свой корабль.

Фестрал кивнул, его здоровое крыло покровительственно легло на плечо Мелоди.

– Будущее Отара – это мое будущее.

– Так и есть, – Лаки выпрямилась. – Я собираюсь ввести всех в курс дела как можно быстрее. У нас не так много времени, чтобы решить, что делать дальше. На данный момент генерал Циньчжи готовится к выводу войск из Барбарии. Но я еще не отдала ему приказа о встрече с нами. Сейчас мы решим, стоит ли вообще его отдавать в самое ближайшее время.

Оливия больше не могла молчать.

– Что, черт возьми, случилось с нашей обороной, губернатор? Я построила это место и вооружила буквально до гребаных зубов. Мы могли бы посшибать целую эскадрилью бомберов, и они бы нам даже краску не поцарапали. Теперь же мой пляж выглядит как... – пегаска увеличила изображение. Трудно было сказать, какая часть острова была ее тропическим раем. – Как полное говно. Как и остальной остров.

Лаки кивнула Предвестнику. Оливия практически не слышала его с тех пор, как очнулась. Даже сейчас его голос был несколько приглушенным, как будто синт был в трауре.

– Против вражеских авиационных и десантных подразделений наша оборона была умеренно эффективна, но не они являлись главной угрозой, с которой столкнулся Отар во время нападения. Вражеский корабль был полностью невосприимчив ко всем формам неядерного вооружения, которыми обладал Отар. Драконы, которые использовались в качестве истребителей и перехватчиков, также оказались на удивление крепкими, с характеристиками, примерно эквивалентными гиперзвуковым перехватчикам X-класса, за исключением того, что обладают значительно лучшей управляемостью и куда меньшей дальностью полета.

– Разве у нас не было ничего ядерного? – спросила Оливия. – Сомневаюсь, что даже создатели кольца смогли бы пережить попадание торпеды для уничтожения линейных кораблей. Просто разнес бы его на куски в верхних слоях атмосферы.

– Он не был в верхних слоях атмосферы, – произнес Предвестник тоном, словно объяснял простейшие вещи маленькому ребенку. – И даже не в полукилометре над землей. Корабль снизился до ста метров перед выстрелом из главного калибра. У меня в резерве было четыре ракеты с атомной боеголовкой, но их запуск уничтожил бы Отар, а также убил бы всех выживших, которых я пытался эвакуировать.

– Почему мы его так поздно обнаружили? – спросила Дороти Борн. Она была закутана в одеяло и выглядела так, словно ее силой вытащили из койки. В каком-то смысле из всех поколений она изменилась меньше всех. – У нас же есть спутники, верно? Радары, лидары, сонары и какое-бы там дерьмо ни напридумывали вояки после того, как меня просканировали. Этот корабль был просто до усрачки здоровенный.

– Я его видел, – ответил синт. – Как и тысячи других подобных судов, которые в данный момент перемещаются по всему Санктуарию.

На всех экранах одновременно сменилось изображение. Показанное больше всего походило на реконструкцию из спутниковых фотографий, демонстрирующее кольцо с орбиты, но без звезды в центре. В таком масштабе они никогда не разглядели бы отдельные корабли, но на экранах их отметили яркие круги. Их было много, и рядом с каждым находилась длинная строка шестнадцатеричных чисел вместе с дополнительными данными. Приблизительной массой и размерами. Корабли, казалось, больше всего были сосредоточены на дальних участках кольца, паря там многослойными роями.

– О-о-о-о! – голос Мартина звучал почти взволнованно. – Это же корабли для терраформирования, верно? Так вот что он сделал с Отаром. Это была не атака... ну, точнее, первоначальной целью не являлось нападение. Они терраформировали остров.

– Эти корабли способны перемещаться со скоростями и ускорением не соответствующими их массе, – продолжил Предвестник. – Я отслеживал этот носитель вместе со всеми остальными. Он изменил курс, чтобы приблизиться к нам, всего за десять минут до прибытия. Большую часть этого времени корабль оставался на высокой орбите.

– Дерьмо, – пробормотала Оливия. – Это космический корабль. Он может подлететь прямо к нам и уничтожить, даже если мы тоже выйдем на орбиту.

– Ну... нет, – Лаки откинулась на спинку стула, отводя взгляд от планшета. – У этой штуки нет никакого оружия, по крайней мере, мы ничего такого не видели.

– У их солдат тоже нет серьезного вооружения, – произнес синт дрожащим голосом. – Именно его требовал от меня их лидер. Он знал, что у нас есть большой арсенал, и хотел использовать его для снабжения своих солдат. Он угрожал уничтожить остров, если я не отдам оружие и не присоединюсь к его армии.

“Чего мы не сделали”.

Но в этом был смысл. После всего, через что они прошли вместе, Оливия и представить себе не могла, что Предвестник или Лаки просто сдадутся, задрав лапки вверх, даже перед превосходящим противником, противостояние которому может дорого им обойтись.

– Выводы следующие, – произнесла Лаки. – У них есть украденный корабль для терраформирования Санктуария. Мы его даже поцарапать не смогли. Возможно, чтобы сбить его, нам бы не хватило и ядерных торпед, но тут уверенности нет. Но их единственное оружие – это стандартные функции корабля. Любой, кто окажется под ним, когда они заработают...

– Скольких мы потеряли? – Оливия не хотела знать, но в то же время она должна была знать. Игнорирование мертвых не вернет их к жизни.

– Не считая тех, кто находится на погодной фабрике, одиннадцать. В основном те, кто проводил выходной где-то на острове, когда мы подверглись нападению. Будем надеяться, что грифоны и драконы захватили их в рабство.

– Кто-нибудь, кого я знаю?

Лаки поежилась.

– М-мое... мое “я” из Первого поколения. Остальные были либо эквестрийскими контрактниками, либо пони из 75-го полка, которые по какой-то причине не были задействованы.

Долгое молчание. Оливия видела боль в глазах Лаки. Известие о второй смерти ее “я” Первого поколения, казалось, сильно подействовало на нее. С другой стороны, может быть, оно и к лучшему. Не должно было быть больше одной версии кого-то одновременно. Живя на верхнем этаже Отара, иногда казалось, что живешь в мире, которым полностью правит одна и та же пегаска.

Лаки прочистила горло.

– Как бы то ни было, у них есть корабль, который мы не можем остановить. Они могут взять в заложники любого, кого захотят – просто подвесить его над городом и требовать почти все, что угодно. Судя по тому, что я знаю об Эквестрии, у них нет ничего способного противостоять этому терраформеру. Каждый раз, когда что-то идет не так, они просто собирают кучку героических пони и отправляют их разбираться с проблемой. Но мне кажется, что они вряд ли смогут что-то сделать с этим кораблем.

– Эм-м-м... – сначала голос Мартина звучал нервно. – А почему Гармония вообще позволяет каким-то сумасшедшим забираться на ее корабль и терраформировать места вместе с жителями? Мелоди, просто вызови ее и вежливо попроси отключить корабль. Первобытные дикари, сражающиеся копьями, ни за что не смогут построить такой сами. Пусть посадит его где-нибудь, куда прилетит наш генерал и расплавит его нафиг.

Мелоди наконец заговорила, ее голос звучал почти извиняющимся.

– Я... уже поговорила с Гармонией. Неважно, сколько мы сражаемся, или из-за чего, или что применяем в процессе. Гармония вмешивается только в том случае, если борьба идет между двумя нациями, во главе которых стоят аликорны, то есть граждане. Вот если бы мы начали войну с Эквестрией, она бы...

Аликорн вздрогнула и продолжила только тогда, когда Дэдлайт на мгновение прижал ее к себе.

– Короче, мы не можем этого сделать. Но Король Шторм — не аликорн. И ни один из его солдат. Никаких проблем с гражданами, так что Гармония не станет вмешиваться. Мы должны разобраться с ним сами.

– Вот дерьмо, – Оливия вздохнула. – Ну конечно же, это было бы слишком просто. В краткосрочной перспективе все звучит ужасно похоже на патовую ситуацию. “Душа Императора” – это все что у нас осталось, да? Терраформер ни за что не сможет попасть в нее. А драконы... наше оружие справится с ними. На “Душе Императора” ведь не заменили пушки на дополнительные торговые автоматы или еще какое-нибудь дерьмо, верно?

Лаки поморщилась, затем кивнула.

– И что ты предлагаешь?

– Надо все обдумать. Мы же не можем просто убить этого ублюдка, пока он будет на земле. Его парни без вариантов начнут буйствовать и разнесут все в труху, если мы это сделаем.

Предвестник кивнул в знак подтверждения.

– Он именно так и сказал при нашей первой встрече. Я обезвредил его с телохранителем, но тогда он и сообщил об участи Отара в случае его смерти.

Это объясняло то, как шел их разговор.

– Так что же тогда у нас есть в наличии? “Душа Императора” и “Крыло Полуночи”. 75-й в основном уцелел благодаря этой их тренировке... Что-нибудь еще? Я думала, что наши строения смогут пережить ядерный взрыв.

– Производственные мощности – да, – согласился Предвестник. – Но мы подверглись не ядерному удару. Это... устройство... уничтожило все вплоть до базовой структуры кольца. Я не получаю сигналов ни от каких устройств, подключенных к распределенной сети, на острове, который раньше был Отаром. Самая большая моя потеря – центральный вычислительный узел. В Отаре у меня было сосредоточено больше оборудования, чем где-либо еще на кольце. Большинство моих вынесенных узлов должны были быть достаточно маленькими, чтобы избежать обнаружения в случае нападения Селестии. Сейчас осталось лишь три сегмента с хоть какой-то существенной вычислительной мощностью – узел на борту "Души императора", полдесятка синтетических носителей в разных местах, и исследовательский модуль на борту "Агамемнона". Я уже дал указание значительной части моих резервных ядер начать строительство, чтобы я мог перестроить свою сеть в полностью децентрализованную, но без посторонней помощи им потребуются годы, чтобы выполнить эту задачу. Я не верю, что у Эквестрии есть так много времени.

– Его и нет, – согласился Дэдлайт. Его английский был настолько хорош, что Оливия, вероятно, приняла бы его за носителя языка. – Я...

Фестрал неопределенно махнул крылом.

– Читаю сообщения эквестрийского телеграфа. Через вашу систему слежения...

– Ты знаешь о ней? – Оливия бросила хмурый взгляд на Лаки, как бы спрашивая: “Считаешь было хорошей идеей рассказывать ему?” Но озвучивать это не стала. Не с таким количеством пони вокруг.

– Очевидно, да, – пренебрежительно отмахнулся Дэдлайт. – В любом случае ходят слухи, что Король Шторм направляется прямиком в Кантерлот. Многие пони, похоже, думают, что Эквестрия просто сдастся.

– Ни за что, – Лайтнинг Даст молчала большую часть совещания. Возможно, как и Оливия, она чувствовала себя немного не в своей тарелке. Но теперь в ее голосе звучало негодование: – Просто сдадутся? Они хоть “Вандерболтов” послали?

– Мы не знаем, – признался Дэдлайт. – Но терраформер Короля Шторма уже на полпути к Кантерлоту. Никто не вышел на его перехват.

– Они что-нибудь предпримут, – заявила Лайтнинг Даст. – Луна сражалась раньше. Она не позволит какому-то придурку всех поработить.

Взгляд пегаски метнулся к Лаки.

– Мы же что-то предпримем, да? Я хочу вернуть своих ляганых пони. Какой у нас план?

Губернатор отвела взгляд в сторону.

– Предвестник, до чего вы договорились с Циньчжи?

– Время не на нашей стороне, – ответил синт. – “Душа Императора" – это планетарный миротворец имперского класса, что означает его способность выполнять задачи в течение шести месяцев без пополнения запасов. Вероятно, мы могли бы увеличить этот период с помощью нормирования рационов, так как на поддержание корабля в воздухе мощности реактора не тратятся. Но в конечном счете инфраструктуры, на которую мы рассчитывали для ведения войны в Берберии, больше не существует. Следовательно, у нас есть время, пока не будут исчерпаны запасы, чтобы либо одержать победу, либо быть уничтоженными.

Предвестник обвел взглядом присутствующих.

– То же самое верно и для Эквестрии. Особенно, если они сдадутся, любое наше промедление только увеличит страдания пони и позволит врагу еще больше окопаться. Мы должны действовать как можно быстрее. Наш план предполагает атаку по двум фронтам. Циньчжи направит отряд спецназа для проникновения на вражеский корабль и взятие его под контроль. Их войска каким-то образом возвращаются на борт, вот и спецназ мог бы использовать тот же метод. Мы, тем временем, вернемся на станцию Транзит и попытаемся реквизировать один из пришвартованных там военных кораблей. Если мы не сможем проникнуть на терраформер, придется его уничтожить. Если ничего из вышеперечисленного не выйдет, мы могли бы использовать ”Душу Императора" напрямую – и надеяться, что его атомное вооружение достаточно мощное, чтобы вывести из строя судно технического обслуживания Эквуса.

Оливия нахмурилась.

– А чем будет заниматься “Душа Императора” во время первой части этого плана? Спецназовцы вряд ли захотят лететь на эту миссию на нем, нарисовав на спине мишени. Мы что, собираемся оставить наше самое мощное оружие просто болтаться черте где?

– Нет, – ответила Лаки. – Отара больше нет. Остров совершенно непригоден для жизни. Нам нужно где-то еще жить. Следовательно, мы не можем вернуть “Душу” сюда, если только не пойдем ва-банк. Если мы хотим, чтобы у нас был дом... если мы не хотим умереть с голоду… мы должны победить в Берберии.

– Выиграть две войны одновременно, – пробормотала Дороти. – По-моему, звучит как дерьмовый план. Оливия, есть идеи получше?

Майор нахмурилась, глядя на свой терминал, и придвинула его немного ближе, чтобы пролистать несколько страниц. На одной из них она наконец нашла что искала – список ресурсов, которыми они располагали. Ей хватило беглого взгляда, чтобы убедиться.

– Предвестник, почему бы тебе не рассказать нам, что ты на самом деле планируешь? – Оливия посмотрела на синта через стол, слабо улыбаясь. – Теперь я знаю, как ты думаешь.

“И более того, я знаю Циньчжи”.

Но этого она вслух не сказала.

Синт приподнял бровь. Если он решит держать рот на замке, Оливия вообще-то никак не смогла бы на него повлиять. Стал бы он вообще подчиняться указаниям Лаки, даже если та потребует от него честного ответа? И как они узнают, говорит ли он правду?

– Вы уверены, что хотите услышать мой ответ?

Это был вопрос не к Оливии. Лаки кивнула.

– Будь добр, Предвестник. Мы все здесь на одной стороне. Расскажи нам.

Несколько долгих секунд синт упрямо сидел неподвижно. Оливия начала сомневаться, что его вообще волнует то, что ему приказывают. Но потом он все же заговорил.

– Цилиндр, вращающийся на дальней орбите системы и “Агамемнон". Многие компоненты, по-видимому, являются более продвинутыми версиями моих модульных конструкций. Если план Циньчжи провалится… я намерен полностью разобрать их для постройки этого.

Изображение на экранах снова изменилось, вид на кольцо сменился контуром, незнакомым Оливии. Он казался просто огромным, хотя, судя по аэродинамической форме, можно было предположить, что в атмосфере он летать тоже может.

– Это авианесущий корабль класса Атрейдес. На нем размещаются до полутора миллионов синтетических пехотных носителей, двенадцать истребительных эскадрилий, целое подразделение инженерного корпуса... – Предвестник поднялся на ноги и пристально уставился на Оливию. – Если мне придется дойти до этой точки, значит методы Эквестрии по защите Санктуария потерпели неудачу. Сохраняя население в неведении, назначая элитных воинов для борьбы с экзистенциальными угрозами… Я нахожу это недостаточным. Если Гармония не защитит нас, это сделаю я.

Рядом с Оливией Дэдлайт увеличивал изображение авианосца. Все увеличивал масштаб, увеличивал и увеличивал. Эта чертова штука должна была быть не меньше пяти километров в длину. Фестрал поднял голову, тихо присвистнув.

– Мне это не нравится, – произнес он. – Я не хочу показаться грубым, Предвестник. Но это... даже в твоих копытах это чересчур. Нет такой угрозы, что оправдывала бы подобное.

– Есть, и множество, – отрезал синт, как будто был готов к такому вопросу. – Вселенная огромна, и ее опасности ужасны. Я не позволю таким существам, как Король Шторм, уничтожить эту колонию. Я не позволю ему поработить мое население.

Лаки нетерпеливо постучала по столу.

– Давайте не будем спорить об этом прямо сейчас. Предвестник, я полагаю, на реализацию этого плана потребуется время, верно? Месяцы?

– Десятилетия. Мне понадобится верфь. И, вероятно, большая часть обломков, вращающихся вокруг кольца.

– И если мы решим проблему своими силами, то строить это ты не будешь, – добавила Лаки. – Я хочу, чтобы “Агамемнон" был цел. Я хочу использовать его для основания нашей первой колонии.

– Или чтобы слетать на Землю, – добавил Мартин таким тихим голосом, что его почти никто не услышал.

– Да, – неохотно ответил Предвестник. – Я начну с верфи. В любом случае она мне понадобится для создания орбитальных беспилотников, необходимых для демонтажа ”Агамемнона".

– Хорошо, – Лаки снова постучала копытом по столу. – Давай позже это обсудим. Уверена, что все мы согласны, что Эквестрия не сможет ждать так долго. Если они и правда собираются сдаваться, они могли бы...

– Как думаешь, может быть, кто-то другой спасёт их? – спросил Мартин. – Я в том смысле, что это не наш дом. Может быть, у пони есть план. Может быть, у них уже есть кто-то, кто уже всем этим занимается.

– Может быть, – Лайтнинг Даст убежденной совсем не выглядела. – Нам нужно попасть туда, чтобы знать наверняка. Мне кажется, нам следует поработать над планом, который помешает Королю Шторму поработить всех пони.

Оливия кивнула.

– Циньчжи делает свою работу – он уважает наш выбор. Но есть кое-что в его плане, о чем тебе стоит знать, Лаки, – увидев кивок аликорна, она продолжила. – Он герой Европы. Он тот, кто освободил эту колонию от Стервятников. Все это “нам нужно разгрести мусор и не тратить никаких наших ресурсов" – далеко не единственный план. Возможно, что и далеко не лучший.

Оливия вздохнула. Циньчжи точно не будет рад, если узнает, что майор использовала его имя, чтобы заставить Лаки передумать.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Мелоди. – У нас заканчиваются припасы, разве не так? Предвестник может переждать в космосе, но мы не можем. Запасы “Души Императора” кончатся. Эквестрия может быть оккупирована. Мы не можем терпеливо ждать, как ты хотела поступить в войне с Селестией.

“И вы, идиоты, помешали его реализовать”.

Но вслух озвучивать не стала. Трудно было обвинять Лаки, когда ее план в конечном счете увенчался успехом. Историю пишут победители.

– Стратегия Циньчжи – минимизация наших потерь, – наконец сказала Оливия. – Это причина, по которой он хочет сражаться там. Не потому, что так лучше для Эквестрии. Не потому, что таким образом шансы повышаются. Все потому что борьба с какими-то племенами работорговцев вряд ли приведет к большим потерям. Сейчас он думает не о спасении Эквестрии; он думает о создании нашей собственной нации, которая сможет противостоять Королю Шторму, если он туда сунется. Или, может быть, о том, что сможет освободить Эквестрию через несколько десятилетий. Сами подумайте – единственные войска, которые генерал посылает сюда – отряд специального назначения. Готова поспорить на всю выпивку, что я спрятала...

Майор замолчала. Ее тайная заначка теперь испарилась вместе со всем остальным на острове.

– Держу пари, что спецназ, который он планирует послать, – это Перес и моя бывшая команда. Он не хочет подвергать ни единого своего солдата реальной опасности.

– Она права, – согласилась Лайтнинг Даст из-за спины Оливии, свирепо зыркая на Лаки. – Мелкая, какого Тартара? Эквестрия – мой дом!

Оливия прочистила горло, и Даст замолчала.

– Стратегия Циньчжи даст нам максимальные шансы на выживание. Те ресурсы, которые он сможет захватить в Берберии – дерьмо полное, но и драться за них никто особо не рвется. Если мы смогли колонизировать такую задницу как Ганимед или Феба, то уж с пустыней точно справимся. Но есть и другой вариант.

Оливия глубоко вздохнула. Она знала не только Предвестника – она знала и Лаки. Лаки Брейк, чьей лучшей подругой была эквестрийская принцесса, которая наверняка станет мишенью. Лаки Брейк, которая по своим взглядам была эквестрийкой в той же мере как и губернатором человеческой колонии.

– Есть еще одно место, куда мы могли бы отправиться за ресурсами – сама Эквестрия. У Короля Шторма есть корабль, который прямо сейчас мы не знаем, как уничтожить... но я не думаю, что он хочет уничтожить Эквестрию. Будь это иначе он поступил бы с ней так же как с Отаром, разрушая все на своем пути. Это сломило бы сопротивление пони быстрее, чем что-либо еще, когда они просто не готовы защищаться. Но он этого не сделал. Думаю, он хочет править.

– Какое это имеет значение? – раздраженно пробормотала Дороти. – Ты уже сказала, что стратегия Циньчжи – наш лучший выбор, верно?

– Нет, она сказала, что это тупо, – огрызнулась Лайтнинг Даст. – Это не поможет Эквестрии. Большая часть ваших штук вообще не будет использоваться.

– Я говорю... – продолжила Оливия, повышая голос, чтобы перекричать их обоех. – Я говорю, что крупные корабли не удерживают города. Там, в Солнечной системе, у нас, возможно, и не было кораблей-терраформеров не подвластных инерции, но у нас были огромные корабли, которые могли сбрасывать скалы в гравитационные колодцы. Мы могли бы уничтожить все, что захотели, не менее качественно, чем Король Шторм раскатал Отар. Но мы всё равно воевали. Почему? Потому что угроза уничтожения может подействовать на лидеров, но она не действует на все население. Люди не могут терпеть все это дерьмо вечно. Они не будут работать, если их жизнь разрушена. Они не хотят видеть, как весь их мир переходит к какому-то мудаку с навороченным звездолетом только потому, что он всем им угрожает. Для этого нужны войска. Нужна бюрократия, чтобы собирать налоги и поддерживать приток ресурсов. Нужны организации, чтобы заставить порабощенное население делать то, что ты хочешь. И с этой стороны он уязвим. Кем бы ни был этот Король Шторм, он не один из древних Строителей кольца, пришедший править выжившими на поверхности. Будь это так, он не стал бы вооружать своих солдат палками и веревками. Ему не нужно было бы совершать нападение на нас ради доспехов и вооружения.

– Что ты хочешь этим сказать? – спросила Лаки. Она левитировала перед собой вычислительный терминал, и отсветы на ее лице быстро менялись.

– Хочу сказать... хочу сказать, что план Циньчжи сработает, если нас не будет волновать судьба Эквестрии. Но нам не нужно будет строить шахты в жопе мира, посреди нигде, если мы станем освободителями, спасшими Эквестрию. Уверена, что пони будут рады накормить нас, как только мы освободим их города. И все это время мы будем делать все возможное, чтобы попасть на борт корабля. Плевать на его захват, мы просто закинем туда несколько ядерных зарядов и превратим все в спекшийся шлак.

Оливия постучала по терминалу перед собой, где отображались запасы “Крыла Полуночи”.

– Ты же прихватил парочку, верно, Предвестник? Так давайте их используем.


Сара сидела, прижавшись к стене, и вместе с Джеймсом наблюдала, как их хозяйка-чейнджлинг копается в старом металлическом ящике. Ничто из того, что она вывалила на пол, не было похоже на то, что, по мнению Сары, могли хранить примитивные туземцы. Все было либо тщательно завернуто, либо вообще хранилось в герметичных контейнерах, хотя и слегка помятых и поцарапанных за долгие годы использования.

– Я не понимаю, что она говорит, – пробормотал Джеймс, и, судя по голосу, он почти стыдился этого. – Откуда ты знаешь ее язык? Я никогда раньше не слышал ничего подобного.

Оцеллус тут же замерла, выглянув из контейнера и уставившись на жеребца.

– Ты знаешь эквестрийский? – спросила она. Для Сары фраза прозвучала точно так же как и раньше, но Джеймс сразу же расслабился.

– Эквестрийский, – повторил он. – Да, я выучил его у... Боже, ты ни в жизнь не поверишь у кого. Но да. Я его знаю.

В тоне жеребца слышалась легкая горечь, и Сара знала почему. Это не он расшифровал инопланетный язык. Тот Джеймс умер от заразы, не успев закончить.

– Что ты ищешь? – спросил единорог.

Оцеллус сердито посмотрела на него.

– Ты не поймешь. Пони на поверхности такие... невежественные. Ваша принцесса держит вас в заточении. Вы слепы. И поэтому мы, те, кто хочет видеть истину, живем здесь, внизу, во тьме.

Серебристый баллон ударился о ногу Сары. Она моргнула, подхватила его копытом и перевернула. На обратной стороне были символы, закольцованный круговой шрифт, который, как обнаружилось, она могла читать так же легко, как английский. ”Жидкий водород для двигательной установки". Фестрал поставила баллон на стол, отодвинув подальше от себя.

– Хороший трюк, чтобы сохранить его жидким. Я надеюсь, ты не собираешься делать бомбу.

– Не собираюсь! – Оцеллус впилась взглядом в баллон, отлевитировала себе за спину и сунула на полку, вроде как просто наугад. – Я ищу... реагент. Я не могу больше вырабатывать его естественным путем.

– Конечно, – пробормотал Джеймс, обводя взглядом комнату. – В этом полно смысла. Я люблю реагенты. Моя любимая вещь.

– Тебе нравится быть живым, невежественный пони? Сейчас ты на опасной территории. Даже если бы мой дядя правил этим местом без сопротивления, все равно существует много тех, кому он не сможет приказать. Так много все еще спящих. Они уже идут, или скоро двинутся. Если я не найду реагент, они сочтут тебя незваным гостем и разорвут твое тело на составляющие его атомы. Сиди тихо и не мешай мне искать.

Джеймс поморщился.

– Только меня? Не ее?

– Не ее, – согласилась Оцеллус, засовывая голову обратно в ящик. Мгновение спустя она вылезла с другим контейнером, помеченным знакомыми желтыми и черными предупреждающими логотипами сверху донизу. Очертания были не совсем такими, к каким привыкла с самого детства Сара, но намек на опасность был достаточно ясен. Когда чейнджлинг положила его на стол, удалось прочитать большую круговую надпись: “Чрезвычайно опасно! Активный биопреобразующий агент. Не прикасаться”.

Баллон был схож с таким же для жидкого водорода, только с прозрачными вставками. Внутри было что-то зеленое. Оцеллус подняла контейнер в воздух, встряхивая с помощью магии. Содержимое было вполне себе жидким и густыми.

– Это тебе, – произнесла чейнджлинг, протягивая контейнер жеребцу. – Выпей все целиком. Прием внутрь – самый быстрый способ. Была бы я... но теперь не получится. Я не могу изменить тебя сама. Тебе придется воспользоваться этим.

– Я не хочу меняться, – возразил Джеймс. – Я уже изменился.

Он поднял одно из копыт, свирепо глядя на него.

– Видишь, как нелепо я выгляжу? Как зверушка из контактного зоопарка! Разве этого недостаточно?

Хотя на самом деле его пристальный взгляд больше не был направлен на чейнджлинга. Гнев жеребца был полностью направлен на Сару. Она практически могла слышать его мысли.

“Ты втянула меня в это. Если я умру, это будет твоя вина”.

Возможно, он хотел, чтобы она так думала, но Сару это не беспокоило. Она сделала все возможное, чтобы он не последовал за ней. Если бы Джеймс остался там… что ж, в Отаре он не был бы в безопасности. Они не знали, что там случилось. Но здесь его бы не было.

– Это прискорбно, – согласилась Оцеллус, впервые с момента их встречи проявив сострадание. Она пододвинула контейнер чуть ближе к жеребцу. – Но по крайней мере ты сможешь избавиться от привязки к форме пони. В этом весь секрет моего дяди, тот, который он узнал на поверхности. Я могу научить тебя, если ты не умрешь.

– Великолепно, – Джеймс левитировал контейнер к себе, критически его осматривая. Затем он поднял его над головой и вылил зеленую жидкость себе в глотку. – Ну, я уже бессмертен. Думаю, терять мне нечего.

Через несколько секунд, выронив баллон, он рухнул и начал хрипеть и задыхаться.

Сара, возможно, немного больше беспокоилась бы о нем, если бы не наблюдала подобное уже второй раз за день.

“Возможно, это более продвинутая форма того, что Дискорд загнал в меня в качестве имплантатов. Но почему он не выдал их и Джеймсу тоже? Если он планировал отправлять меня не одну…”

– Помоги мне уложить его в постель, – пробормотала Оцеллус. – Это займет несколько часов. Пока он отдыхает, я могу отвести тебя в Хрому. Покажу тебе конец моего мира.

Перемещение жеребца заняло несколько минут. Ни одна из них не отличалась большой силой, а Джеймс в свою очередь легким не был. Но они усадили его в центр гнезда из подушек и одеял. Шерсть единорога показалось Саре немного странной, когда она прикоснулась к нему, как будто она была пропитана каким-то растворителем. Фестрал посмотрела на жеребца, тот корчился в бессознательном состоянии.

– Что, черт возьми, мы только что с ним сделали?

– Ничего... плохого, – ответила Оцеллус не слишком убедительно. – Я только раз  видела, как это происходит с пони, и не хочу смотреть снова. Думаю, ты тоже не захочешь.

Чейнджлинг кивнула в сторону выхода.

– Он не очнется по крайней мере сутки. Мы успеем вернуться до этого момента.

– Ладно, – Сара последовала за провожатой по туннелю. Она не пялилась на ее круп, как Джеймс ранее пялился на нее. Ни капельки.

Они вернулись во тьму, и любые детали, которые фестралу, возможно, было бы интересно увидеть, растворились в эхе звуков и предположений.

– Но это мне ни о чем не говорит. Биопреобразование... это типа того, что произошло по пути сюда? Ты превращаешь его в рыбу?

– В чейнджлинга, – ответила Оцеллус. Она посмотрела вниз на свои копыта, прозрачный плавник, заменяющий гриву, свисал рядом с лицом. Странное жужжание голоса чейнджлинга позволяло Саре легко различать черты ее лица.

“Интересно ты тоже видишь эхолокацией, или это прикол исключительно бэтпони?”

– Как и наших предшественников. Какой бы подарок ни преподнес тебе Дискорд, чтобы спасти от такой же участи, он явно решил не давать его твоему другу. Возможно, он был недоволен его службой.

– Я... понятия не имею, – пробормотала Сара. Она пискнула несколько раз для пущей убедительности, визуализируя массивные столбы волокнистого материала, огромные кучи вроде как кристаллизовавшийся органики, в одной из которых жила Оцеллус. – Надеюсь, что не вся ваша цивилизация живет в замороженном дерьме. Потому что в твоем доме воняет.

– В моем доме, – повторила чейнджлинг, потирая крылышки друг о друга. Это прозвучало почти как смех. – Я бы никогда не стала жить здесь. Рой занимается переработкой отходов всего в нескольких километрах отсюда, в конце концов они и сюда доберутся. Но я ожидала встретить пони, а запах здесь очень сильный. Надеюсь, этого хватит, чтобы сохранить ему жизнь.

Оцеллус внезапно подняла голову и с жужжанием поднялась в воздух на несколько сантиметров.

– Есть еще одна причина по которой мы оставляем его тут. Мы можем просто полететь. Хрома – важное место, второе по значимости в мире. Только Иркалла лучше... но добираться туда надо вплавь, и твой друг умрет, если мы попытаемся сделать это прямо сейчас.

Сара беспокойно переступила с ноги на ногу, несколько раз пискнула, чтобы убедиться, что пространство перед ней свободно, а затем пустилась бегом. Она захлопала крыльями, продолжая бежать.

– Короче, э-э… Я не могу остановиться, иначе упаду! – крикнула фестрал. – Догонишь меня? И скажи мне, в какую сторону лететь, пока я не врезалась в чертову стену!

Сара продолжала пищать, она летела и сердце бешено колотилось. Это было немного похоже на бег по лесу с закрытыми глазами, из-за того как распространялся звук. По крайней мере, у нее был хоть какой-то способ чувствовать окружение.

Несмотря на то, как быстро, по ощущениям фестрала, она двигалась, Оцеллус догнала ее с легкостью. Она прожужжала рядом со звуком, похожим на неторопливую ходьбу. Такая скорость явно давалась ей куда проще, чем Саре.

– Твои крылья выглядели очень даже сильными, – заявила чейнджлинг, ничуть не запыхавшись. – Почему ты такой слабый летун?

– Они у меня... меньше недели...

Фестрал пролетела еще несколько метров, прежде чем почувствовала, как ее копыта чего-то коснулись. Она сдалась, перестав махать крыльями. Перед ней вырос огромный столб, и она попыталась свернуть в сторону, но он был просто слишком широк. Сара врезалась в него с хлюпающим звуком, погружаясь в поверхность, как в хлебное тесто.

Если в доме просто плохо пахло, то сейчас просто нестерпимо воняло. Кобыла закричала в панике, брыкаясь и дергаясь, пытаясь освободиться, но безуспешно. Что-то удерживало ее и не отпускало.

Сару что-то крепко обхватило вдоль тела, почти целиком. Ее дернули, и она опрокинулась на задницу. Она почувствовала, как остатки комбинезона и ремни седельных сумок сорвало с плеч вместе с частью шерсти.

Фу-у-у-у.

– Ты пыталась покончить с собой? – в голосе Оцеллус звучала паника. – Если бы этот узел был активен... если бы ему не нужно было время на прогрев...

Чейнджлинг вздрогнула.

– Что, лягать его, сказал тебе Дискорд, когда посылал сюда? Он даже не предупредил тебя о переработчиках?

Сара вздрогнула, проведя копытом по той части тела, где она столкнулась со столбом. По крайней мере, крови вроде не было.

– Он сказал, что вам, ребята, нужны друзья. Сказал мне, что вы, возможно, вот-вот ввяжетесь в гражданскую войну. И это... примерно все.

Оцеллус стояла совсем рядом с ней, хотя она то и дело нервно поглядывала на ствол “дерева”. Чейнджлинг стояла на приличном расстоянии от него и, казалось, не желала подходить ближе. Сара последовала ее примеру, отступив еще на несколько шагов. Пока она наблюдала, проделанное ею отверстие постепенно уменьшалось, по мере того, как странная мембрана на поверхности заполняла образовавшуюся щель.

– Это даже меньше, чем он рассказал нам, – пробормотала Оцеллус. – Какую помощь, по его мнению, может оказать пара невежественных пони? Как будто мы сами не могли решить свои проблемы...

– Мы не невежественные, – Сара повернулась спиной к дереву. – Да, очевидно, я ничего не знаю о вашем мире. Но в других вопросах все не так. Для начала, мы не из Эквестрии. Мы с Джеймсом родом из другого места – из города под названием Отар. Мы даже не пони. Или, я думаю, что раньше мы пони не были. Я выросла на планете, расположенной в тысячах световых лет отсюда, и Джеймс тоже. Мы пытаемся восстановить космическую цивилизацию.

Глаза Оцеллус распахнулись, и она нервно положила крыло на плечо Сары.

– Ты должна вернуться! – пропищала она, взволнованно жужжа крыльями. – Пожалуйста, возвращайся прямо сейчас! Вы должны знать! Если вы запустите один-единственный космический корабль...

– Да, мы в курсе, – прервала ее Сара. Она могла бы и не знать, если бы не ее недельный инструктаж, который включал в себя большую часть истории Отара и подробности миссии колонизации. – Гармония раньше ограничивала выход за пределы кольца. Это был один из ее магических переключателей, чтобы прилететь и убить всех. Мы его отключили. Ну, наш губернатор отключила его, и несколько помогавших ей пони...

Фестрал замолчала, не в силах понять что за звук она слышит. Звук исходил от Оцеллус, но с чего ей...

Маленький чейнджлинг начала плакать.

– Все это время… мы были здесь, внизу… и мы наконец-то свободны.