Fallout: Equestria - Frozen Skies

Немногим больше двух столетий назад, кульминация Великой войны обнажила ужасающий потенциал народа пони, принеся тотальное разрушение. Магическое пламя выжгло Эквестрию, и в огненной агонии кости и надежды жителей смешались с пеплом и радиацией только что рождённой пустоши. Но это был не конец. В небесах, разбитые останки цивилизации пегасов выжили, оградив свои города плотной завесой облаков, и распространяя ложь о мире на поверхности. Под землёй, тысячи пони были спасены от ужасов апокалипсиса, в убежищах, известных как Стойла. Из открывшихся стальных дверей, и с истощившихся небес, пони снова заполонили израненную землю. И война ступала за ними. Очень быстро появились истории о месте, глубоко в северных горах, которое не было затронуто разрушением, поглотившим мир. Тем не менее, у этой земли были свои шрамы, тёмные секреты, погребённые в снегу, ждущие пока их откопают. Следы ушедшей эпохи.

ОС - пони

Бессонница

Странные дела творятся в Понивилле. Начали пропадать жеребята. Их родные и близкие, сраженные горем, пойдут на все, чтобы найти причину. Кто-то грешит на древесных волков. Кто-то обвиняет зебру, живущую в лесу. Некоторые даже винят своих собратьев пони. Однако, никто не подозревает маленькую кобылку, страдающую от бессонницы…

Диамонд Тиара Сильвер Спун DJ PON-3 Бэрри Пунш

Тортик без чая

Лира приглашает Бон Бон на ужин в дорогой ресторан, где все оборачивается несколько не так. Осторожно, клопота!

Лира Бон-Бон

Возвращение блудных Пай

Приближается двадцатый день рождения Блинкадетт Розалины Пай, и ей прекрасно известно, чем это грозит. На Каменную Ферму приезжают её сёстры. Старшая — всемирно известная виолончелистка и композитор, а младшая спасала Эквестрию, как минимум, три раза. А Блинки… она управляет семейными финансами (точнее расчётами с поставщиками и кредиторами). И у неё столько проблем, что её самое заветное желание — чтобы всё это поскорее закончилось.

Пинки Пай DJ PON-3 Другие пони Октавия

Выбор мисс Харшвинни

Уж не думаете ли вы, что инспектор Эквестриады мисс Харшвинни сделала выбор в пользу Кристальной Империи только потому, что простушку-мустанга Пичботтом в ней приняли хорошо? Рассказик описывает то, что осталось за кулисами - приключения инспектрисы в Кристалл-сити, происходившие в то время, как шестёрка всячески развлекает персиковую туристку.

Другие пони

Кровь Камня

Пинкамина Диана Пай росла на удалённой ферме камней, проведя там всё своё детство и раннее отрочество. Мало кто знает, что она не всю жизнь была такой, какая она есть сейчас. Детство земной пони выдалось тяжёлым, ведь жизнь на каменной ферме была далеко не сахар. Всю свою жизнь Пинкамина Диана Пай говорит, какая замечательная у неё была семья и что именно благодаря ей она получила свою кьюти-марку. Но страшная правда скрывается за её вечной улыбкой. Многие уже видели её другую сторону, но не многие знают, через что она прошла.

Пинки Пай Другие пони ОС - пони

Нелепая история

Жаркие страсти в тихом Понивиле.

Флаттершай Твайлайт Спаркл Лира Бон-Бон

Бриллиант в серебряной оправе

Настоящие друзья нужны даже тем, кто на первый взгляд их совершенно не достоин.

Эплблум Скуталу Свити Белл Диамонд Тиара Сильвер Спун

О славе, могуществе и величии

Спустя сто пятьдесят лет после своей коронации принцесса Твайлайт Спаркл отправляется в очередной раз подготавливать Праздник Летнего Солнцестояния. Но в этот раз ей больно видеть все этой веселье. Потому что праздник проходит в Понивилле.

Твайлайт Спаркл

Анон — обнимашка-потаскушка

Анон пристаёт к кобылам с неизвестной целью. Твайлайт Спаркл и Пинки Пай предстоит докопаться до истинных причин поступков загадочного человека

Твайлайт Спаркл Пинки Пай Человеки

Автор рисунка: BonesWolbach

Большая Маки

Альтернативная концовка

Что ж, вообще-то этой части нет в оригинале, но… мне показалось, что концовка автора вышла немного слабоватой и сильно размытой, а потому я решил написать свой вариант развития событий, которым, на мой взгляд, и должна была закончиться эта история. Сразу же хочу сказать, что я ни на что не претендую и ни в коем случае не осуждаю версию автора, но при этом всё же хочу показать, как бы я хотел завершить отношения между Орчард Блоссом и Рэрити.

События этой версии происходят вечером после Состязания Сестёр.

P.S. Если моя версия вам понравится, я могу решиться и написать небольшую ню-главу, где будет показано, чем именно они занимались, когда поднялись в спальню ;)

Когда они направились домой, Орчард Блоссом почувствовала облегчение оттого, что Эппл Блум знает правду и принимает это. А ещё, что они наконец-то могут поговорить без посторонних глаз. Было бы здорово наконец обсудить всё с сестрой и немного пообщаться с ней, прежде чем Орчард вновь превратится в Биг Мака.

«Если, конечно, я этого захочу», – мысленно произнесла красная кобыла, неуверенно поглядывая на свою сестру.

Ближе к вечеру они вместе сидели на холме возле их фермы и любовались закатом. Эппл Блум устроилась на коленях у Орчард Блоссом, и бывший жеребец обнимал кобылку, наблюдая за тем, как по небу растекается оранжевый свет. Солнце казалось каким-то далёким. Его лучи падали на сад, а в воздухе витал чудесный аромат яблок. Но кобыла не обращала на это внимание и просто любовалась закатом. Несмотря на все физические нагрузки и то, что она узнала, что зря сменила себе пол, а ещё, что её личность едва не раскрыли, это было отличное завершение этого довольно весёлого, но напряжённого дня. Однако энергетический напиток, который приготовила для неё Зекора, уже перестал действовать, и она почувствовала, что сильно устала. Глаза бывшего жеребца начали закрываться, и он уже хотел было погрузиться в глубокий сон, но тут услышал голос своей сестры:

– Эй, Биг Мак, я… я хочу у тебя спросить. А ты… собираешься и дальше оставаться кобылой?

Голос Эппл Блум прозвучал довольно тихо, будто ей было неловко задавать этот вопрос.

Бывший жеребец на мгновение задумался над её словами.

«Хочу ли я и дальше оставаться кобылой?» – повторил он в своей голове вопрос, на который у него не было однозначного ответа. С одной стороны он был совсем не прочь вновь стать прежним и вернуться к привычному образу жизни, когда он был сильным и мужественным жеребцом и работал на ферме. Но с другой, проведя эту неделю в теле кобылы, он открыл для себя множество новых и ни с чем не сравнимых эмоций и ощущений. Материнскую заботу, радость от ношения красивых нарядов, дружеские чувства при общении с Рэрити.

– Рэрити, – вслух произнесла Орчард, вспомнив об ещё одном очень важном деле, которое ей обязательно нужно закончить перед тем как принимать окончательное решение.

– Что? – спросила Эппл Блум, удивлённо на неё посмотрев.

– А? Нет, ничего, дорогая, я тут вспомнил… эм… вспомнила, что должна сперва кое-куда сходить. Ты… ты не могла бы вернуться домой и сказать Бабуле Смит, что я слегка задержусь?

– Конечно, а куда ты пойдёшь? – слезая с её колен, спросила кобылка.

– К своей подруге, чтобы кое-что у неё спросить, – туманно ответила Орчард и, встав на ноги, быстро поскакала в сторону города.

– Ясно, – задумчиво протянула Эппл Блум, и тут же крикнула: – Постой! Ты так и не ответила мне на мой вопрос!

Однако Орчард Блоссом была уже далеко и не могла ей ответить, хоть и услышала её слова.

«Отвечу. Обязательно отвечу, – упрямо склонив голову вперёд, подумала кобыла. – После того, как поговорю с Рэрити».

И она, покинув яблоневый сад, выбежала на сельскую дорогу, держа курс в сторону бутика «Карусель».


– Рэрити! Рэрити, ты тут?! – несколько раз постучав в дверь бутика, громко спросила Орчард, от волнения нетерпеливо перебирая на месте ногами.

– Да-да, одну минутку, уже иду! – услышала кобыла с той стороны приглушённый голос единорожки и вздохнула от облегчения.

– Привет, что вы… о, это ты, Орчард, – открывая дверь, сказала Рэрити, от удивления слегка приподняв бровь. – Тебе что-то нужно, дорогая?

– Да, нужно. Я хочу с тобой кое о чём поговорить. О чём-то очень важном, – необычайно серьёзным тоном сказала красная кобыла.

– Вот как? Ну хорошо, заходи, – немного замешкавшись от такой интонации, кивнула белая единорожка, запуская её внутрь.

Орчард Блоссом быстро зашла в бутик, и Рэрити закрыла за ней дверь. Внимательно осмотревшись по сторонам, земная пони спросила:

– А где… – она повернулась к единорожке, – …где Свити Белль?

– О, она пошла со Скуталу и Рэйнбоу Дэш в кафе-мороженое, чтобы отпраздновать их победу, а после сказала, что заночует в их клубном домике на дереве. А что? У тебя что-то случилось? – с беспокойством спросила модница. – С Эппл Блум всё в порядке? Я слышала, что у вас с ней произошёл небольшой конфликт после…

– Не беспокойся, с Эппл Блум всё хорошо. Даже лучше, она отлично провела время и сказала, что безумно счастлива, что участвовала в состязании со мной, – тут же успокоил её бывший жеребец.

– Фух, слава Селестии, – приложив копыто к груди, сказала единорожка. – А то я уж было подумала, что у вас что-то произошло.

Она задумчиво наклонила голову.

– Но если дело не в Эппл Блум, тогда зачем ты здесь?

– Из-за тебя, – прямолинейно сказала Орчард. – А точнее, из-за поцелуя, что ты мне подарила перед состязанием.

Стоило ей это сказать, как Рэрити тут же покраснела.

– Ох, вот как? Ну я… я… – смущённо отведя взгляд от красной кобылы, промямлила она.

– Рэрити! – прервала её Орчард. – Я ни в чём тебя не обвиняю! Однако… я хочу кое-что у тебя спросить. Кое-что очень важное для меня и прошу, ответь мне максимально честно, потому что от этого зависит… – она нервно сглотнула, – …моё дальнейшее будущее.

От этих слов единорожка невольно напряглась, при этом не прекращая краснеть.

– Х-хорошо, сп-прашивай, – заикаясь, кивнула она.

– Скажи, – сделав глубокий вздох, произнесла Орчард, – ты поцеловала меня не просто для поддержки, верно? Я… я тебе нравлюсь?

Рэрити подняла голову и внимательно посмотрела ей в глаза. Какое-то время в бутике «Карусель» стояла мёртвая тишина, которую слегка разбавляло стрекотание вечерних цикад, доносящееся из открытого окна кухни.

Наконец, Рэрити собралась с духом и еле слышно, но твёрдо ответила:

– Да.

«Да, я так и знала!» – тоже покраснев, подумала Орчард, с одной стороны, безумно обрадовавшись такому ответу, а с другой, всё ещё волнуясь, потому что ей нужно было задать другой не менее важный вопрос:

– Как Орчард Блоссом или как Биг Мак?

Рэрити вновь задумчиво посмотрела на неё, но на этот раз ответила намного быстрее:

– Как Орчард Блоссом.

И тут же вновь смущённо опустила голову.

– Что ж… это… многое объясняет, – почувствовав, как у него подкосились ноги, сказал бывший жеребец, ощущая себя немного растерянным и взволнованным. Наконец он получил ответ на свой главный вопрос. Наконец он узнал, что не безразличен Рэрити. А точнее, не он, а Орчард Блоссом. И это открывало перед ним множество новых возможностей и… несколько дополнительных вопросов.

– Выходит, тебе… нравятся кобылы? – немного помолчав, спросила Орчард.

– Это… трудно объяснить. Может, давай с тобой пройдём на кухню и поговорим там за чаем?

– Да, хорошая идея, – согласилась красная кобыла, чувствуя, что немного расслабляющего горячего напитка ей сейчас не повредит.

Обе пони направились на кухню, где Рэрити заварила им чай и, выложив на стол тарелку с сахарным печеньем и пару чашек, осторожно разлила в них свежеприготовленный напиток. Орчард Блоссом сделала несколько длинных глотков, чувствуя, как дрожат её ноги в предвкушении нелёгкого разговора. По крайней мере, для Рэрити, которая была взволнована ничуть не меньше, а может, даже сильнее неё.

– Не знаю, в курсе ли ты, но Эпплджек наверняка рассказывала тебе, как однажды я пыталась произвести впечатление на принца Блублада, – через несколько минут сказала единорожка.

– Да, было дело. Она говорила, что ты пыталась познакомиться с ним на Гранд Галопинг Гала, но потом что-то пошло не так.

– Ха, пошло не так, это ещё мягко сказано! – резко воскликнула единорожка. – Принц, который, как мне казалось, должен быть образцом благородства и изящества, на деле оказался типичным кантерлотским снобом, который думал только о себе и при общении со мной вёл себя как последнее ничтожество. Он толкал меня, не уступал место, требовал, чтобы я открывала ему двери.

– Ого! Вот тебе и благородный принц, – сочувственно покачала головой Орчард.

– Именно! Благородством там и не пахло! И когда мы расстались с ним, я на очень долгое время завязала со свиданиями, дорогая, потому что чувствовала себя разбитой и была не готова сделать очередную попытку.

Она выпила немного чая.

– Пока не увидела в журнале фотографию известного путешественника Трендерхуфа. Он был таким простым, но в то же время производил впечатление решительного, смелого и галантного жеребца, который точно не стал бы относиться к кобыле с пренебрежением. И этот образ вернул меня к жизни. Я очень долго по нему сохла.

– Но потом выяснилось, что ему больше нравится Эпплджек, – припомнила Орчард момент, когда этот путешественник приехал к ним в город и начал строить глазки её сестре.

– Верно! Он предпочёл меня Эпплджек! Меня! Красивую и изящную кобылу какой-то неухоженной… – начала единорожка, но тут же виновато ахнула. – Ой! Прости меня, пожалуйста.

– Да ладно, я не обижаюсь, – примирительно сказала Орчард, съев пару печенек. – Я так понимаю, что этот отказ вновь стал для тебя тяжёлым ударом?

– Ещё каким. Я была морально разбита и больше не хотела видеть никаких жеребцов. Они приносили мне только боль и разочарование. Я не хотела больше видеть их и даже готова была… ну… попробовать что-то другое.

Красная кобыла понимающе кивнула, догадываясь, что она имеет в виду.

– Но потом я встретила тебя, – полностью допив свой чай и поставив пустую кружку на стол, сказала единорожка. – Собственно, я всегда о тебе знала, но я не думала, что ты окажешься таким… таким…

– Каким? – спросила у неё Орчард.

Рэрити протянула вперёд копыто и положила его на ногу земной пони.

– Женственным, – закончила она.

– Оу, – густо покраснев, протянула Орчард.

– Извини, если это показалось тебе оскорбительным, но это правда. Раньше ты всегда казался мне типичным сельским жеребцом, который спит на сеновале, работает в грязи, приударяет за деревенскими кобылками. Но потом, когда мы с тобой решили заняться этим планом, я увидела настоящего тебя. Ты был не таким, как я представляла, не типичным грубым фермером. Ты был… была милой, доброй, заботливой… ах… нежной. Ты… прости, но я скажу тебе прямо, была куда большей кобылой, чем Эпплджек когда-либо сможет стать!

От этих слов Орчард удивлённо всхрапнула. Она и не ожидала, что Рэрити видит её с такой стороны.

– Кроме того, ты не просто была милой, ты решила, что хочешь стать кобылой, пусть и для того, чтобы помочь своей сестре, и я увидела в этом знак судьбы. Я поняла, что это всё не просто так. Ты – Орчард, словно была послана мне самими принцессами – идеальная нежная кобыла, с телом жеребца. И когда ты изменилась, я поняла, что не просто хочу тебе помочь… я хочу, чтобы мы были с тобой вместе.

И сказав это, она нежно, но решительно сжала копыто земной пони.

– Однако, всё это не имеет значение, – тут же печально прибавила она, опустив взгляд. – Ведь теперь, когда Состязание Сестёр закончилось, ты вновь захочешь стать жеребцом.

Рэрити отпустила ногу Орчард и тихо всхлипнула.

– И я опять останусь одна, потому что, как дура, влюбилась в образ, очень яркий и соблазнительный, но… такой же недоступный, как прежде.

Она подняла ногу и аккуратно смахнула с глаза слезинку.

– Ну это как сказать, – в этот момент улыбнувшись, произнесла Орчард Блоссом.

– В смысле? – не поняла её Рэрити.

– Кто тебе сказал, что я собираюсь возвращаться обратно? – с намеком прибавила красная кобыла. – Да, я, конечно, много думала об этом, и какая-то часть меня действительно желает опять стать жеребцом, но вот другая…

Она встала со стула и, обогнув стол, взяла переднее копыто Рэрити в своё.

– Хочет остаться кобылой. И я долго не могла решить, кем мне лучше быть, поскольку мне нравится как в теле жеребца, так и кобылы, пока…

Орчард нежно посмотрела на Рэрити.

– Ты не сказала мне, что я нравлюсь тебе как кобыла. А потому, я хочу остаться ею.

– Я… ты… серьёзно? – удивлённо округлив глаза, сказала Рэрити. – Ты… ты готова пойти на это ради меня?

– Ну да. Хотя отчасти я делаю это и ради Эппл Блум, для которой я стала практически мамой, но… – она посмотрела единорожке в глаза, – …твоя любовь ко мне тоже сыграла немаловажную роль. Ты тоже мне нравишься, Рэрити. И если для того, чтобы сделать тебя счастливой, я должна остаться кобылой, я это сделаю.

Рэрити несколько секунд молча на неё смотрела, замерев словно статуя. Орчард даже начала волноваться, не сказала ли она что-то не то, как вдруг белая единорожка сорвалась с места и прыгнула в объятия Орчард.

– Ура! Селестия милосердная! Спасибо, спасибо тебе, Орчард! Я… я не могу даже описать, как сильно я счастлива! Я так тебя люблю! – приговаривала она, осыпая покрасневшие щёки и без того красной кобылы чувственными поцелуями.

Но внезапно она перестала ликовать и, отойдя в сторону, задумчиво посмотрела на Орчард.

– Однако это не всё. Теперь, когда ты готова остаться со мной, нам осталось решить ещё один очень важный вопрос, – серьёзным голосом сказала она.

– Вопрос? Какой вопрос? – не поняла земная пони.

– Что нам делать с этим? – сказала единорожка, на секунду выйдя из кухни и вернувшись обратно с голубым пузырьком в телекинезе.

– Это же то самое зелье, которое должно вернуть меня в прежнюю форму, – прищурившись, сказала Орчард.

– Да, это зелье Зекоры, что способно превратить кобылку в жеребца, – внимательно посмотрев на жидкость и встряхнув её, подтвердила Рэрити. – Но теперь, когда оно тебе не нужно… его должна выпить я.

– Что? Ты? Зачем?! – от удивления открыв рот, спросила Орчард.

– Ну, думаю, для того, чтобы наши отношения стали… эм… более нормальными. Ты… и так уже пошла на большую жертву, решив остаться ради меня кобылой, а значит, и мне нужно кое-чем пожертвовать, чтобы твои родные и друзья, не говоря уже о простых жителях Понивилля, не подумали, что мы с тобой две извращенки.

Она болезненно поморщилась, произнося эти слова, и Орчард это заметила.

– Да? А ты… действительно этого хочешь? – спросила она у единорожки. – Хочешь стать жеребцом?

– Нет, – отрицательно покачав головой, ответила Рэрити. – Но если для того, чтобы быть с тобой, я должна это сделать, я готова принести в жертву свою красоту… свою прежнюю жизнь.

Она подняла взгляд на Орчард, и та увидела в её глазах слёзы.

– Я действительно хочу быть с тобой. Хочу, чтобы ты была счастлива, и как Элемент Щедрости я готова пожертвовать самым дорогим, что есть у меня. Обещаю, что буду тебе самым заботливым и добрым мужем во всей Эквестрии. Что всегда буду любить тебя и оберегать, как и положено настоящему жеребцу. Такому, каким никогда не был Блублад и не захотел стать для меня Трендерхуф. Я обещаю.

Она нерешительно посмотрела на зелье.

– Или же ты не готова пойти на такое? Ты ведь всё ещё можешь выпить это зелье сама.

Единорожка поставила пузырёк на стол.

– Прошу, дорогая, прими это решение за меня. Я… я уже говорила тебе, что у меня не хватит духа сделать такой выбор самой, а потому пусть это будешь ты.

Она медленно отступила назад и посмотрела на Орчард.

– И не важно, что ты выберешь: дать его мне или выпить самой, я приму это решение и не буду осуждать тебя.

И она с волнением уставилась на красную кобылу.

«Что я решу? – взяв в копыто пузырёк и внимательно посмотрев на него, подумала Орчард. – Хочу ли я вернуться обратно и стать жеребцом или же дать его Рэрити и… лишить её самого дорогого?»

Орчард не могла не признать, мысль о том, что Рэрити может стать жеребцом, немного удивила её, но и в то же время восхитила. Наверное, сказывалось её пребывание в теле кобылы, потому что она тут же представила себе, как её обнимают крепкие ноги белого единорога, и от этого испытала нешуточное возбуждение. Но если она примет это решение… то Рэрити будет несчастлива, хоть и обретёт ту, кто будет её вечно любить. А если Орчард захочет выпить это зелье сама, то точно разобьёт единорожке сердце.

«Ох, что же выбрать? Что же выбрать?!» – мучительно подумала она, переводя взгляд с пузырька на Рэрити и обратно, пока её внезапно не осенило.

Губы Орчард растянулись в улыбке, и она громко и чётко произнесла:

– Рэрити, я приняла решение.

– И какое же оно, д-дорогая? – нервно вздохнув, спросила единорожка.

Но вместо ответа Орчард быстро оглянулась на открытое окно и с силой запустила туда пузырёк. Снаружи раздался звук разбившегося стекла.

– Такое. Никому из нас не нужно его пить, ни мне, ни тем более тебе.

– Но… но что… – удивлённо открыв рот, сказала модница.

– Скажут другие? Знаешь, я подумала над этим и решила, что мне плевать. А тебе разве не плевать?

– Плевать, полностью и на все сто процентов, – прошептала Рэрити, и на лице её начала расползаться широкая улыбка.

– Вот видишь, а значит, никому из нас не нужно меняться, если мы этого не хотим. И раз ты хочешь остаться кобылой и при этом любить кобылу, то это твоё решение, и никто не вправе тебе навязывать что-то другое.

Она подошла к единорожке и взяла её копыто в своё.

– Ну, что скажешь, Рэрити? Согласна ли ты стать моей особенной пони?

Рэрити с любовью на неё посмотрела и сказала всего одно, очень важное для них обеих слово:

– Согласна.

Как только это слово слетело с её губ, Орчард придвинулась ближе и нежно поцеловала единорожку прямо в губы, тем самым скрепив их решение быть вместе.

– А ты, Орчард, готова провести со мной остаток своей жизни, как кобыла? – через несколько минут отстранившись от неё, прошептала Рэрити. – Ты же понимаешь, что тебе придётся многое объяснить своим родным, Бабуле Смит, Эпплджек… Эппл Блум.

– Готова, – не колеблясь, кивнула земная пони. – И да, я понимаю, что первые несколько дней, скорее всего, будут для меня нелёгкими. Возможно, мне даже придётся на некоторое время переехать к тебе.

– И я буду этому только рада, – хихикнула единорожка.

– Но потом, я уверена, мои родные меня примут. Особенно Эппл Блум. Что-то мне подсказывает, что именно этого решения она от меня и ждала.

– Что ж, это чудесно, дорогая. Ну тогда… – тут Рэрити бросила кокетливый взгляд сперва на Орчард, а после перевела его на дверной проём, посмотрев в сторону лестницы, которая вела в её спальню, – …пока мы здесь одни, может, скрепим наше решение не только поцелуем, но и… хи-хи… кое-чем ещё.

– О… ты имеешь в виду… – вновь сильно покраснев, сказала Орчард.

– Да, давай поднимемся ко мне в спальню и сделаем это. Займёмся любовью.

– Конечно, – только и смогла ответить красная кобыла, испытав в этот момент нешуточный страх и… сильное возбуждение. – Только учти, я в этом деле совсем не опытная. Ну, в смысле как кобыла.

– Хи-хи, я тоже, – подмигнула ей модница. – Но я уверена, что мы быстро во всём разберёмся. Так что не переживай, дорогая.

И, сказав это, Рэрити взяла Орчард Блоссом за копыто и повела её к себе в спальню, где их ждала первая совместная ночь. Ночь тайн и открытий. Ночь, полная томных вздохов и признаний в любви. Ночь двух влюблённых друг в друга кобыл.

Счастливый понец.