Парадокс. Смерть и время

Глава 22. Скрытое прошлое

Зелёная вспышка разорвала полумрак коридора, заставив всех, кто находился поблизости, на мгновение зажмуриться. Медработники, спешившие с тележками, уставленными пузырьками и пакетами с растворами, замерли, а стражники настороженно потянулись к своему оружию. Как только свет рассеялся, в его эпицентре оказались мы: я и Эларин. Его рог всё ещё слегка мерцал от недавнего использования магии, а выражение лица оставалось невозмутимым, как будто он только что не сотворил нечто, способное выжечь сетчатку глаза.

− Я забыл уточнить у тебя − ты же знаешь, как происходит телепортация? − произнёс он, слегка повернув голову в мою сторону, но даже не взглянув на меня. − Не хотелось бы, чтобы ты застрял в стене, а ещё хуже — в пони.

− Вовремя ты спросил, конечно. − бросил я, чувствуя, как раздражение начинает подниматься внутри. − Тебе повезло, что мне приходилось делать это несколько раз, так что да, я знаю.

Эларин лишь ухмыльнулся, словно моя реакция была именно такой, какой он ожидал, и двинулся вперёд по коридору, махнув копытом, чтобы я следовал за ним.

− Постарайся не отставать. − бросил он через плечо.

Коридор больницы был просторным, но в то же время давящим. Белые стены сияли стерильной чистотой, а пол из серого мрамора отражал свет множества магических светильников, развешанных через равные промежутки. Их мягкий золотистый свет создавал иллюзию уюта, но лишь усиливал царившее здесь напряжение. По обеим сторонам коридора виднелись закрытые двери, на некоторых из них красовались таблички с надписями, сделанными аккуратным почерком. Среди этой тишины раздавались приглушённые шаги медсестёр, которые торопливо передвигались между палатами, толкая перед собой тележки, уставленные флаконами с лекарствами и инструментами. Их голоса были тихими, почти шёпотом, как будто они боялись нарушить покой этого места.

В воздухе витал слабый запах антисептика, который, казалось, пропитал каждую деталь интерьера. Где-то вдалеке раздавался редкий звон колокольчика — возможно, сигнал для персонала или просто случайный звук, нарушающий монотонность происходящего.

Стражники, одетые в блестящие металлические доспехи, стояли через каждые десять-двадцать метров, их фигуры казались неподвижными, как статуи. Но стоило нам приблизиться, как один из них выступил вперёд, подняв копыто в знак остановки.

− Стойте. Кто вы и куда направляетесь? − твёрдо произнёс он, его голос звучал уверенно, но в глазах читалась настороженность.

− Мы направляемся к принцессе. − ответил Эларин, его тон оставался спокойным. − У мистера рыцаря аудиенция с ней. Я его сопровождающий.

− Я ничего об этом не знаю. − парировал стражник, переводя взгляд с меня на Эларина. – Если в у вас есть разрешение, предъявите его пожалуйста.

Эларин недовольно вздохнул, и в воздухе перед ним материализовался небольшой значок. Я не успел разглядеть его детали, но реакция стражника была более чем показательной. Его глаза расширились, а кожа побледнела, словно он увидел что-то, чего не должен был видеть.

− П-п-п-п-п-п-ро-с-с-тите... Я-я-я-я... − начал заикаться он, его уверенность испарилась, как утренний туман под лучами солнца.

− Можно мы просто пройдём? − перебил его Эларин, его голос стал чуть холоднее, но всё ещё сохранял нотку терпения.

− К-к-конечно... То есть вы можете проходить. − пробормотал стражник, неуверенно отдавая честь. Мы продолжили путь, минуя его.

− Я, конечно, представлял, что ты не просто обычный пони, но чтобы настолько?

− Давай не будем говорить о моей должности, хорошо? − ответил он, слегка покачав головой. − Я не большой любитель всего этого.

Я решил больше не поднимать эту тему, хотя в глубине души продолжал задаваться вопросами.

− А здесь есть другие пони? Ну, больные там и...

− Этот этаж выделен для дипломатов и самой принцессы. − перебил меня Эларин, не замедляя шага. − Но в связи с текущей ситуацией на этом этаже находится только принцесса... Не считая медперсонала и охраны, конечно.

Завернув за угол, мы увидели массивную деревянную дверь, украшенную искусной резьбой. Её охраняли два стражника в доспехах, которые заметно отличались от тех, что встречались нам ранее. Их форма была более изысканной, с золотыми вставками и символами, которые я не мог распознать. Поведение этих пони тоже выдавало их высокий статус: они держались уверенно, но с почтением, граничащим с благоговением.

Как только мы приблизились, оба единорога тут же отдали честь, причём не только мне, но и Эларину. Это было достаточно красноречивым сигналом о том, что они знали его лично.

− Подожди здесь. − произнёс Эларин, подходя к двери и открывая её без лишних слов. Он исчез за дверью, оставив меня стоять в коридоре.

Я бросил взгляд на стражников, но они словно окаменели, не проявляя ни малейшего интереса к моему присутствию. В воздухе витало тревожное ожидание.

Через пару секунд Эларин снова появился, поманив меня копытом.

− Заходи. − сказал он спокойно, но в его голосе чувствовалась нотка напряжения.

Я сделал глубокий вдох, чувствуя, как сердце начинает биться чаще, и шагнул внутрь. Палата была настолько просторной, что казалась почти пустой — белые стены отражали свет, проникавший через огромные панорамные окна. Вся обстановка выглядела стерильно и функционально: одна кровать у правой стены, чуть сдвинутая к центру, пара медленно гудящих приборов, капельница с прозрачной жидкостью, тумбочка с аккуратно разложенными бумагами и два деревянных стула напротив. Вот и всё, что здесь было. Никаких лишних деталей, никакого намёка на уют.

Из окон открывался захватывающий вид: Кантерлот раскинулся внизу, его золотистые шпили блестели на солнце, а за ним, насколько хватало глаз, простиралась Эквестрия. Горы, леса, реки — всё это лежало вдалеке, словно картина, созданная самой природой. Но сейчас этот вид не вызывал восхищения. Он лишь подчёркивал контраст между величием мира за окном и тягостной атмосферой внутри комнаты.

Селестия лежала на кровати, и её обычно величественная фигура теперь казалась хрупкой и уязвимой. Она была подключена к капельнице, рядом мерцали экраны приборов, показывающих её жизненные показатели. Её взгляд был направлен куда-то в сторону, словно она наблюдала за чем-то, чего больше никто не мог видеть. Рядом с ней находилась медсестра — жёлтая пони с короткой стрижкой и добрым, но усталым лицом. Она аккуратно записывала данные с мониторов в свой блокнот, стараясь не шуметь.

Как только дверь закрылась, Селестия обратила на нас внимание. Её лицо слегка просветлело, хотя в глазах всё ещё читалась усталость.

− Сэр рыцарь. Я так рада, что вы наконец пришли.

− Можно просто Лёша, без всего этого? − ответил я чуть резче, чем хотел.

Её лицо на мгновение стало печальным, как будто мои слова ранили её.

− Да-да, конечно... Пожалуйста, присаживайтесь. − произнесла она, указывая на один из стульев.

Я подошёл и сел, чувствуя, как деревянная поверхность холодит ладони. Эларин остался стоять, хотя второй стул всё ещё был свободен. Селестия бросила на него быстрый взгляд, и он, слегка раздражённо вздохнув, занял своё место.

− Не думала, что вы придёте так поздно.

− Просто подвернулся случай. − ответил я, стараясь сохранять спокойствие. − Надеюсь, я вас не побеспокоил?

− Нет, конечно, что ты. − она слабо улыбнулась, но эта улыбка больше походила на гримасу. − Ты всегда желанный гость здесь... Хе-хе.

Я лишь приподнял бровь, пока между нами повисла недолгая тишина.

− Итак... Как прошла поездка? − спросила она, пытаясь заполнить паузу.

− Довольно неплохо. Поезда ходят очень быстро. Единственное, что в больницу пришлось добираться телепортацией из-за толпы. Я удивлён, что ваши подданные настолько преданны, что даже в такой час стоят у дверей.

− К счастью, не все такие, − произнесла она чуть мягче, и её губы слегка дрогнули в намёке на улыбку. − Здесь бывает и больше народу.

Я кивнул, обдумывая её слова, но решил не углубляться в эту тему.

− Не могу не поинтересоваться, как ваше здоровье?

− Спасибо. Физически я уже иду на поправку... − начала она, сделав паузу и опустив взгляд. − А вот морально я как выжатый лимон. Радует то, что есть министры, которые взяли на себя большую часть моей работы. Мне же остаётся только поднимать и опускать солнце... Всегда бы так, конечно, но...

Она не закончила фразу, но её тон говорил сам за себя — усталость и горечь сквозили в каждом слове.

− Ладно, я не хочу затягивать этот момент, иначе зачем бы я здесь был. Я пришёл за правдой.

Тишина. Селестия просто смотрела на меня, не выражая никаких эмоций. Её взгляд был пронзительным, но в то же время пустым, словно она пыталась найти ответы в моих глазах.

− Правда... − повторила она медленно, словно пробуя это слово на вкус. − Да... Ты ведь за этим пришёл. Конечно. Миссис Голд, вы можете нас оставить?

− Одну минуту, принцесса. − ответила медсестра, заканчивая записывать последние показания. Мы ждали в полной тишине, пока жёлтая пони не встала, не поклонилась и не вышла за дверь, оставив нас одних.

В комнате повисла тяжёлая пауза, нарушаемая лишь едва слышным гулом приборов и отдалённым шорохом ветра за окном. Я чувствовал, как с каждой секундой молчания нарастает напряжение, словно воздух сгустился до предела.

− Так, стоп. − начал я, бросив быстрый взгляд на Эларина. − А он останется с нами?

Эларин слегка приподнял бровь, его лицо оставалось невозмутимым

− Ради безопасности её величества я обязан быть…

− Эларин, пожалуйста. − мягко перебила Селестия, её голос звучал устало, но в то же время решительно.

Она сделала короткую паузу, переводя взгляд с меня на него, и добавила:

− Если Лёша хочет поговорить наедине, значит, так тому и быть. Ты можешь подождать снаружи.

Эларин на мгновение замер, словно хотел возразить, но затем кивнул, поднялся со стула и направился к выходу. Прежде чем закрыть за собой дверь, он бросил на меня последний взгляд — пристальный, изучающий, с едва заметной тенью недовольства.

Селестия кивнула, и щелчок замка эхом отозвался в просторной комнате. Мы остались наедине.

− Надеюсь, он не был слишком... − начала она, сделав паузу, словно подбирая слова.

− Надоедливым?

− Что-то вроде того.

− Я бы так не сказал. Хоть он и слишком спокойный, что иногда меня выбешивало, он просто выполняет свою работу.

− Хорошо…

− Что ж... Так что насчёт моих вопросов? − спросил я, переходя к главному.

− Да. − произнесла Селестия, и её голос стал чуть серьёзнее. − Теперь, когда мы одни, мы можем поговорить начистоту. Но сначала я хочу прояснить некоторые подробности.

− Подробности?

− Да. Я хочу услышать всё, что ты обо мне думаешь, что ты обо мне узнал и что ты хочешь узнать. Так я смогу понять, с чего начать.

Я слегка задумался, глядя на её усталое лицо.

− Если честно, вы вызываете у меня двойственные чувства. — начал я, стараясь подбирать слова осторожно. − С одной стороны, вы великая и мудрая правительница, которую любит народ и которая заботится о нём. Вы готовы вступиться за него, защитить его. Вы правите уже тысячу лет, и за это время не было смены власти, что вроде бы и хорошо, но отчасти плохо... Но я не об этом.

Я сделал паузу, собираясь с мыслями.

− С другой стороны, вы для меня загадочная личность. Конечно, вы имеете право хранить свои тайны... Но проблема в том, что они каким-то образом связаны со мной. Как вы знаете, я умею перемещаться во времени. Точнее, умел.

− Как это? − спросила она, её глаза слегка расширились.

− Я и сам не знаю. Я утратил эту способность... Точнее, не утратил... Хотя я пока сам не определился. Поэтому давайте считать, что я не могу ею пользоваться.

Селестия кивнула, принимая мои слова без лишних вопросов.

− Итак, я не договорил. − продолжил я, чувствуя, как каждое слово отзывается болью внутри. − Эта способность никак не могла активироваться мной в любой момент... Только когда я умирал, возвращался во времени. Так мне удалось пережить те тяжёлые дни в Эквестрии, когда я был чужаком и даже не знал вашего языка... Эх...

Я замолчал, чувствуя, как сжалось моё горло. Воспоминания нахлынули, словно волна, затапливая разум.

− Встреча с вами стала моим первым провалом. Узнав о магии времени, вы испепелили меня, и я вернулся не на день, как обычно, а на восемь месяцев назад, где мне пришлось почти всё начинать сначала. Тогда же я помог спасти пони от крушения поезда. Тогда же я договорился с Твайлайт о том, что она мне поможет. Тогда же я потратил тысячи попыток, чтобы победить чейнджлингов... Тогда же я поссорился с Твайлайт...Что, отчасти, и привело к её гибели...

Селестия ничего не говорила. Она просто внимательно слушала, и в её глазах читалась печаль, но в них также читалось понимание. Она не перебивала, не задавала вопросов, просто наблюдала, как я изливаю перед ней всю свою боль, все свои ошибки и сожаления.

− Сейчас я злюсь из-за того, что вы не пришли тогда... Я хоть я и могу понять ваши причины, но злость... Я просто не знаю, куда её деть. Может, с ответами она уйдёт, но мы это посмотрим...

За окном луна медленно поднималась над горизонтом, её серебристый свет проникал сквозь стекло, создавая мягкие блики на белых стенах палаты.

− Что же я хочу узнать? − продолжил я, стараясь говорить спокойно. − Ну... У вас была сестра — Луна. Куда она делась, я так и не выяснил, это бы хотелось знать. Также меня интересует вся возможная информация о пони в маске, информация о том, с кем вы меня путали, о вашем превращении в огненное нечто, о магическом круге, который явно связан с вами, и да, чуть не забыл... Я хочу знать всё, что вы знаете о Серч Патлайте.

Селестия слегка вздрогнула, услышав слова об огне. Её глаза на мгновение потемнели, словно воспоминания нахлынули с новой силой.

− Даже до такого дошло... Когда я становилась такой... огненной? − спросила она едва слышно, но в её голосе чувствовалась глубокая тревога.

− Когда город был разрушен, и вы пришли в ярость, пытаясь поймать меня... Вы даже Твайлайт не пощадили...

Селестия опустила голову.

− Как я и предполагала... − наконец произнесла она, подняв взгляд. − Тогда последний вопрос: какие у тебя на самом деле были отношения с Твайлайт?

Я замер.

− Ну... Дружеские? Конечно, не простые. Я был готов умереть за неё... Она была готова умереть за меня... Что, в принципе, она и сделала... и она... Она вроде как полюбила меня.

Голова Селестии резко поднялась, её глаза расширились от удивления.

− Полюбила?

− Да... Хех... Представляете. Я сам, когда узнал об этом был… в шоке…

Селестия медленно откинулась на спинку кровати.

− Это... многое объясняет. − прошептала она почти про себя. – Объясняет, почему всё так вышло… Почему она пошла на это. Почему... − её голос дрогнул, и она замолчала.

Она медленно повернулась к панорамному окну, за которым уже полностью взошла луна, освещая комнату мягким светом.

− Ясно... Вроде бы я узнала всё, что хотела.

Она сделала глубокий вдох, словно собираясь преодолеть невидимый барьер.

− Прежде чем я начну рассказ, я хочу снова извиниться перед тобой. Эти слова, конечно, ничего не изменят, ничего не вернут, но это станет началом нашего дальнейшего взаимопонимания.

Её голос звучал тихо, но в нём читалась решимость. Она смотрела на луну, и в её глазах отражался серебристый свет, словно она искала там ответы на свои вопросы.

− Думаю... Стоит начать с самого начала.

…

Ты задавался вопросом, почему в Эквестрии так мало аликорнов?

На самом деле нет. Конечно, я думал, что вы вымерший вид или что аликорн — это дар или случайность.

Вот вариант: берём земнопони, пегаса и единорога, сажаем их в одной комнате и...

Давай без твоих грязных предположений.

А что тогда ты подразумевала под «случайностью»?

Уже не важно.

Аликорн сделала паузу.

Ты отчасти прав в том, что мы — случайность... Но в другом смысле. Аликорнов вообще не должно было быть в Эквестрии.

Как это?

Жил раньше такой пони, как Стар Свирл Бородатый. Великий маг... Мой учитель. Задолго до нашего появления он много экспериментировал с магией, точнее, с параллельными мирами.

То есть он пытался попасть в другие миры?

Что-то вроде того. Из его рассказов я помню, что он натыкался на миры, отличающиеся незначительными, но важными деталями, если ты понимаешь, о чём я. Так вот, однажды он наткнулся на мой родной мир... Я ничего не знаю о нем. Я просыпаюсь и вижу доброе лицо дедушки Бородатого. Это моё первое воспоминание.

Может... Может быть, память стёрли?

Сомневаюсь. Скорее всего, это произошло из-за событий в том мире. По рассказам Свирла, тот мир был выжженной землёй, где почти ничего не осталось, кроме меня с сестрой, лежащих на земле. Два пони, которые обладали признаками трёх видов этой земли. Он не посмел оставить нас там, поэтому мы оказались здесь.

А вы собирались вернуться домой?

Это было уже невозможно. Мир словно захлопнул для нас двери, разбив зеркало.

Зеркало?

Я не упоминала, но все порталы, точнее, сама магия была наложена на зеркала. С их помощью можно было проходить сквозь них, как сквозь воду в другой мир... Насколько я помню.

А сохранились ли такие зеркала? Может, одно из них ведёт в мой мир?

Я сомневаюсь в этом, прости. Да и если бы мы могли... Все они были разрушены, а записи утеряны.

Очень жаль.

Селестия кивнула, её взгляд стал задумчивым.

…Так мы стали жителями Эквестрии. О нас почти никто не знал, кроме столпов Эквестрии. Мы с сестрой росли в небольшом домике в лесу. Сейчас на его месте руины замка «Двух сестёр».

Да, я был там.

Хорошо... Мы росли как в обычной семье. Мы учились, играли, спали — всё то же, что делали все жеребята той эпохи. Когда мы стали старше и осознаннее, нам даже разрешили выходить в города, но мы скрывали свою истинную форму под одеждой.

Глупый вопрос, но почему же?

Тогда было непростое время для народа. Правители были суровы и непреклонны. Стар Свирл не хотел подвергать нас опасности.

А можно подробнее об этом?

Селестия вздохнула, её глаза потускнели, словно она заново переживала те времена.

Тогда Эквестрия была совсем другой. Не такой открытой и радостной, как сейчас. Власть над всей страной была в копытах так называемого Совета пони — в него входило девять представителей: по три от каждого вида ― три пегаса, три земнопони и три единорога. Такое соотношение участников быо установлено ещё с момента образования Эквестрии. Таким образом удавалось поддерживать мир и порядок в стране... Но появление этих пони у власти всё изменило. Клайд Стормвинг, глава Совета, фанатик идеи «величия пегасов». Под его руководством погодные команды стали инструментом давления на население, создавая искусственные засухи или наводнения для подавления мятежных регионов. Лоретта Бриз, хладнокровный и расчётливый стратег, отвечала за военные операции. Она организовывала воздушные патрули, которые следили за каждым шагом простых пони, подавляя любые попытки восстания. Дрейк Рейнфолл, молодой и честолюбивый, стремился доказать свою преданность старшим членам Совета. Дрейк активно продвигал идею полного контроля над Солнцем.

Ах да, на счет этого ― а как вообще управлялось солнце и луна, когда вас не было?

Много разных теорий ходило, что солнце и луна двигались сами по себе с самого образования этого мира, но что-то случилось и по легенде его поддерживал особый артефакт, созданный вымершим видом Шумерских котов.

Котов?

Да, они, как и ты, ходили на двух лапах, но также обладали особыми знаниями в области магии. А так о них особо ничего не известно.

Так что насчёт артефакта? Как вообще получилось, что солнце и луна стали управляться артефактом?

Есть много теорий. Самые распространённые — либо они сами прекратили своё движение, либо кто-то этому поспособствовал. Никто уже не знает. Что касается артефакта… Он был, но никто не знал где именно. Это было сделано для того, чтобы предотвратить использование солнца как инструмента для манипуляций. Также по легенде же он хранился где-то на территории Эквестрии.

Её тон стал чуть более напряжённым, словно она размышляла о том, насколько опасным может быть этот артефакт в чужих копытах.

А погода? Вон глава Совета, кажется, использовал такую схему. Как это влияло на соседние страны?

Как и в Вечнодиком лесу, погода не везде поддаётся управлению или поддаётся ему лишь частично. Пегасы могут влиять на неё и в других местах, но это требует огромных усилий и ресурсов. Часть Эквестрии, например край Мэйнхэттена и дальняя часть океана также не поддаётся контролю.

Хорошо, что там дальше? Что насчёт остальных, раз уж мы заговорили о них?

Из земнопони был Гарольд Плантейдж — крупнейший землевладелец Эквестрии. Он фактически превратил фермерские общины в свои личные владения. Гарольд взимал огромные налоги с бедных земледельцев, обосновывая это необходимостью «защиты границ». Марта Тайлерграсс... На первый взгляд она казалась доброй целительницей, но её истинное лицо проявлялось в политике. Она утверждала, что «слабые тела порождают слабых духов», поэтому «лечила» бедняков только тем, что считала нужным.

 

Её голос стал чуть холоднее, когда она продолжила:

Роберт Стоунхоф. Мастер-кузнец, ставший главным производителем оружия для армии. Его мастерские работали круглосуточно, чтобы обеспечить бойццов новыми технологиями. Роберт не видел ничего плохого в том, что его труд шёл на войну, ведь он считал, что «сила создаёт порядок».

Война... Точно. Тогда же шла война.

Именно. Хотя у Совета во многом были разные взгляды, все они по-своему желали возвышения пони над всеми расами. Битвы были тяжёлыми. У каждой расы было своё преимущество, но всё же Эквестрия превосходила их по мощи. Всем повезло, что силы разделились почти по всей границе, что, конечно, было не совсем рационально. Совет, а особенно Лоретта Бриз, были уверены в победе. Так оно и было. Никто не мог остановить продвижение, а если и были такие, то они держались недолго.

По вашим словам, кажется, что всех должны были сломить меньше чем за год.

Всё так, но на деле намного сложнее. Нужно учитывать, что сражение велось на нескольких фронтах, вдали от основных заводов и городов. Поставки были затруднены, проводилось множество диверсий и восстаний, но даже это не могло остановить Совет.

И ради победы над общим врагом страны решили объединиться.

Именно. Но перед этим произошло другое событие, о котором я расскажу позже. А сейчас я назову имена трёх последних участников Совета.

 

Она сделала глубокий вдох.

Октавия Луминарис. Глава магического департамента, она была одержима идеей полного контроля над магией. Октавия запрещала использовать заклинания всем, кроме элиты и военных, утверждая, что «магия слишком могущественна для простых умов». Алистер Миствейн. Историк, который переписывал прошлое, чтобы прославить расу пони. Алистер утверждал, что другие расы, например грифоны и минотавры, всегда были врагами Эквестрии. Его труды служили оправданием многочисленных войн и завоеваний соседних территорий… И Эвелин Даззлспарк. Самая молодая, но самая опасная участница Совета. Её никто не видел в лицо, даже я, но поговаривали, что она разрабатывала систему магического контроля, которая позволяла следить или даже управлять мыслями граждан. «Свобода ведёт к хаосу» — говорила она — «поэтому каждый должен находиться под наблюдением».

Ага... Теперь у меня есть предположение, почему прошлое Эквестрии неизвестно.

Совет постарался на славу.

 А как насчёт магии времени? Это тоже их рук дело?

К этому мы ещё вернёмся. Теперь, когда ты узнал о Совете, пора немного поговорить и обо мне. Как ты понял, я — не простая пони. Аликорн, как назвал нашу расу Стар Свирл. Во время нашего воспитания он постепенно изучал нас. На первый взгляд мы ничем не отличались от обычных пони — те же копыта, тот же рог и крылья, только всё в одном комплекте. На этом можно было бы закончить, но когда мы подросли, начали проявляться интересные детали…Количество маны было в пять, а то и в десять раз больше, чем у самого Свирла, и это в юном возрасте. Мы быстро адаптировались и учились, у нас была быстрая регенерация и особая связь с магией.

Ты имеешь в виду управление солнцем и луной?

Пока нет. Магия проявлялась в других интересных деталях. Например, мне было легко управляться с огнём, и у меня была естественная защита от него. Луне, напротив, легче давалась вода, и она каким-то образом могла ненадолго появляться в моих снах и не только. Но это не единственное, что у нас проявилось.

Что-то было еще?

Её голос стал чуть более напряжённым. Она закрыла глаза, медленно сложила копыта вместе и глубоко вдохнула, погружаясь в состояние полной сосредоточенности. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь её ровным дыханием. Постепенно воздух начал наполняться теплом, сначала слабым, но всё более ощутимым. Её радужная грива, обычно спокойно ниспадающая на спину, внезапно ожила: кончики волосков задрожали, испуская едва заметные искры. Искры разгорались всё ярче, пока не превратились в маленькие язычки пламени, пляшущие на концах её гривы. Лицо исказилось от напряжения — брови нахмурились, губы сжались, а между ними вырвалось тихое, почти неслышное дыхание. Казалось, каждый мускул её тела был напряжён до предела, удерживая контроль над магической энергией. Но внезапно всё прекратилось так же быстро, как и началось. Пламя погасло, оставив после себя лишь лёгкий запах горячего воздуха. Она опустилась голову, тяжело дыша, и схватилась копытом за голову, словно пытаясь удержать голову от раскола.

Это... ты ведь это видел?

Можно…и так сказать.

Моя альтернативная форма — Дэйбрейкер, как я её назвала. В ней я становлюсь более вспыльчивой, грозной и безжалостной... Так меня описывали.

 

Её голос дрогнул, словно каждое слово причиняло ей боль.

Вы не помните, что происходит в этой форме?

Да. Больше всего пугает, когда ты не понимаешь, что происходит, и не можешь ничего с этим поделать, почти никак не можешь это предотвратить... Из-за этого я чуть не убила своего наставника... Я... Я испугалась самой себя.

И тебя... Простите, вас всё ещё беспокоит эта проблема?

По сей день. И я так и не научилась предотвращать это. Переполняющий меня гнев просто высвобождает её, не в силах сдержать. Со временем это перестало быть полным беспамятством. Я могла всё понимать и что-то делать, но даже так это оставалось неконтролируемым... Как будто это ты…но не ты.

Она замолчала, её взгляд стал отстранённым, словно она заново переживала те моменты, когда её тело и разум выходили из-под контроля. В глубине души промелькнули неприятные воспоминания, оставляя после себя тень тревоги.

Я… могу понять вас... Продолжайте.

Селестия вздохнула, и её голос снова стал мягче, но в нём чувствовалась тоска.

Я была напугана тогда, боялась выйти и навредить окружающим, навредить сестре... Но Стар Свирл подбодрил меня. Он сказал, что у всех есть свои недостатки, но важны не они. Если ты пони, которая старается творить добро, то никакие преграды не сломят тебя — ни другие пони, ни ты сама... Он также верил, что мы с сестрой сможем изменить Эквестрию к лучшему, сделать то, что не удалось ему со Столпами.

Я удивлён, что они никак не препятствовали всему этому хаосу в стране.

Как бы они ни хотели, они считали, что не справятся своими силами. Также были пони, которые верили Совету, даже несмотря на их политику. Страна стала развиваться и улучшать условия жизни, но в противовес этому появилось рабство пони и других рас, жёсткий контроль и восхваление Совета и его «правильности».

 Но тогда как он хотел, чтобы вы с сестрой решили эту проблему?

Мы тогда не знали, да и нам было слишком рано. Пройдёт ещё пять лет непрерывной войны и нашего обучения. Мы подросли, обучились мощной магии, которую знал только Стар Свирл, помогали ему защищать пони от тёмной силы. Казалось, что мы постигли почти все азы магии, но появилось заклинание, которое могло изменить наши жизни.

Дайте угадаю — заклинание для управления солнцем?

И луной, да. Оно было написано Свирлом специально для нас, чтобы никто больше не мог им воспользоваться.

Чисто из любопытства спрошу — почему?

Один из самых очевидных доводов — это его длина. Обычное заклинание левитации занимает одну-две строки магических символов. Заклинание создания огня или воды — от пяти до двадцати, в зависимости от сложности, формы и объёма. Самое сложное заклинание на данный момент — это запрещенное заклинание по отделению души и возвращению ее обратно. Пятнадцать страниц сплошных каракулей и формул, которые вычисляются индивидуально для каждого. А знаешь, сколько страниц занимает моё заклинание?

Ну?

Сто страниц.

Сто?!

Представь себе, да. Первые годы я использовала его только по бумажке, а потом оно само заполнилось.

Невероятно...

Вторым фактором является использование большого количества маны, которой нет ни у одного пони на свете.

А если группой использовать?

Не сработает. Как я уже говорила, есть формулы и константы, которые подбираются под определённого пони. Если они будут несовместимы, может произойти катастрофа или появится жертвы в зависимости от заклинания. Я уже не говорю о группе пони. Даже если им дать полностью написанное заклинание, они ни за что не смогут его использовать.

А как подбирались числа для вас?

Методом сложных экспериментов, выходящих даже за рамки летального исхода. Как бы опасно это ни было, мы понимали его важность и максимально участвовали в этом процессе.

Но зачем вам это было нужно? Разве это не нарушило бы порядок вещей, установленный давным-давно?

Селестия задумалась, её глаза потускнели, словно она вспоминала те времена, когда всё было проще.

Этот порядок был хрупким, Леша. Он держался на страхе и контроле. Нам хотелось не просто изменить его — мы хотели создать новый порядок, в котором каждая раса могла бы жить свободно. Но для этого требовалась сила, способная поддерживать равновесие между светом и тьмой…Мы были готовы рискнуть всем, чтобы сделать этот мир лучше. Даже если это означало взять на себя бремя, которое никто другой не смог бы вынести.

Я ничего не ответил, ожидая, пока принцесса продолжит свой монолог.

И вот мы были готовы действовать, а действовать нужно было немедленно. Страны были готовы объединиться и сражаться до конца, что означало бы тотальное уничтожение обеих сторон. Мы с сестрой вышли в город. Встав на площади, мы раскрыли свои личности. Сначала все были в недоумении, но заинтересовались нами. Мы были с ними искренни. Мы сказали, что так жить нельзя, что возвышение пони как расы слишком эгоистично и нарушит порядок всего мироздания…Конечно-же все засомневались. Кто-то просто не верил в это, а кто-то решил, что мы просто хотим осквернить и нарушить порядок, установленный Советом. Но многие тогда спросили: «А как вы собираетесь противостоять Совету? Чем вы лучше них?» И тогда... Когда луна ещё висела на небе, она начала резко опускаться, а затем ей на смену пришёл яркий рассвет. Расправив наши крылья в небе мы снова обратились к пони и спросили: «Действительно ли они хотят такой жизни?» И народ взорвался овациями.

Её голос стал чуть твёрже, словно она вспоминала ту гордость, которую испытывала тогда.

Мы повторили этот трюк во многих городах за несколько часов, продолжая поднимать и опускать солнце и луну самостоятельно. И пока Совет пытался понять, что происходит, мы были готовы свергнуть старые устои. Все были арестованы... На следующий день казнены.

Воу... Не слишком ли жёстко?

Может быть…но поверь, если бы они остались в живых, то смогли бы тайно продолжать править и вернуть себе власть... А может быть я просто хочу верить, что это был правильный выбор.

Если всё так серьёзно, то я думаю, что сажать их в тюрьму действительно было бы не лучшей идеей.

Так тому и быть.

Ну, я так понимаю, что теперь вы с сестрой стали правительницами Эквестрии.

Именно так. Таким образом, нам удалось предотвратить дальнейшую войну и установить мир на всём материке... Но за победой последовали и несколько плохих новостей.

Ну а как же без них?

Первой новостью, которая поставила весь мир в тупик, стало то, что небесные тела больше не могли самостоятельно двигаться по небосводу.

Угу…

Конечно, во всём обвинили нас, но мы ничего не могли с этим поделать. Артефакта по управлению солнцем и луной не было, а заклинание работало только с нашей помощью и никак иначе. А раскрывать его секрет мы не собирались.

А что было бы, если бы вы погибли? Кто бы тогда управлял Солнцем?

Хм... Хороший вопрос.

Подождите-подождите…Серьёзно? Вы не подумали об этом?

Извини, я немного тебя запутала. У меня был план, по которому солнце могло бы взойти без моего вмешательства, но он отличается от того, что ты себе представляешь.

И что же это значит?

Я... Я хотела передать правление другому аликорну.

Так, а вот тут нестыковка. В этом мире сейчас только один аликорн. Это вы…а…стойте, еще же есть Каденс…подождите, а откуда взялась Каденс?

Ну... Как бы тебе объяснить... Я сделала ее аликорном?

А? Мне не послышалось — «сделали»? То есть как? Вы же ее не из грязи и песка сделали?

Ну конечно, нет... Эх... И честно говоря... Твайлайт... Я надеялся, что она станет следующей принцессой-аликорном...

 

У меня буквально отвисла челюсть.

Т-т-т-то есть как это... Следующей... Я не понимаю.

Поверь мне, это не так просто объяснить. Просто прими тот факт, что я разглядела в ней потенциал, а когда пришло бы время, помогла бы ей реинкарнироваться в новое существо.

Ладно... Я не буду спрашивать, как это и почему. Просто приму тот факт, что да, такое возможно... Но... Но почему именно так? Почему не артефакт или что-то подобное?

Хоть это и рискованно, но если я попытаюсь заточить магию в артефакте, есть шанс, что ею завладеет личность с дурными намерениями...а все же на счет аликорна…тут тоже не все так просто…

Ладно, вопрос исчерпан... Итак... На чём мы остановились?

На второй причине... Исчезновение столпов.

Ну, черт возьми. А что с ними случилось?

Никто не знает. В последний раз, когда я их видела, они отправились сражаться с появившимся пони теней. Больше их никто не видел.

Проблема... А ведь Стар Свирл был великим магом...

Да…И к сожалению, больше таких, как он, не было... До Твайлайт...

У меня сжалось сердце.

Третьим камнем преткновения стало почти полное уничтожение Чейнжлингов.

О, я почти забыл о них.

В прошлый раз я уклонилась от ответа... Думаю, я могу рассказать и об этом...Чейнджлинги... Довольно-таки молодая раса…но их природа была слишком нестабильной для этого мира. Они жили в тени, питаясь эмоциями других существ. Когда Совет пал, многие расы начали восстанавливать свои силы, пытались найти пути мирного решения, но Чейнджлинги...на мое удивление они также захотели мира, да и не просто мира, а сотрудничества. В переписке с королевой Велариэль она рассказала мне, что устала от того, что её народ страдает из-за природной несправедливости. Она сказала, что у неё есть план, как всё исправить, теория, согласно которой чейнджлинги могли бы жить бок о бок с пони и остальными, не причиняя им вреда в виде высасывания эмоций.

Действительно?

Теперь мы этого не узнаем. Но дослушай. Мы договорились об обмене послами, но так и не дождались их... И даже больше — наши вернулись ранеными, сказав, что на них напали чейнджлинги.

Нестыковочка...

Мне также сообщили, что деревня, расположенная на границе с их королевством, была полностью уничтожена. Я лично прилетела туда. Лично расспрашивала выживших... Они всё подтвердили. Я была так зла... Зла, что меня обманули... и я потеряла контроль...

То есть тогда вы тоже были... «огненной»?

Да. Когда пелена сознания рассеялась, я стояла с занесённым мечом над головой почти мёртвой королевы, которую закрывала её дочь Кризалис... Тогда я осознала, что сделала... Я... Я просто не могла ничего сказать... Я была в шоке... Я просто ушла...

 

Тишина.

Мда... Это конечно... Но вопреки всему этому... Когда я услышал две истории от двух сторон, я пытаюсь понять, кто всё это начал?

То есть?

Ну, по словам Кризалис, её послы были убиты пони, а по вашим словам, чейнджлинги ранили послов и уничтожили деревню. Кто же прав?

Селестия задумалась, её глаза потемнели.

Я могу предположить, кто за этим стоит. Это следующая тема, о которой я хотела поговорить. Она будет тебе очень интересна, но давай я начну с моей сестры, ведь тебе нужно понимать, о ком идёт речь.

Давайте.

Селестия глубоко вздохнула, словно собираясь с мыслями. Её голос стал чуть мягче, но в нём чувствовалась грусть.

Луна всегда была другой. С самого детства она отличалась от меня. Если я стремилась к свету, то она искала покой во тьме. Если я видела хаос, который надо было привести в порядок, то она видела порядок, в котором была частица хаоса. Такая вот путаница. Так мы дополняли друг друга, но иногда наши взгляды расходились слишком сильно. Когда мы стали правительницами Эквестрии, Луна взяла на себя управление ночью и снами. И так мы правили вместе около двадцати лет. Тогда мы отстроили новый замок, улучшили жизнь пони и наладили отношения с соседями. Параллельно с этим мы сразились и победили бога хаоса Дискорда с помощью Элементов Гармонии. Всё шло... хорошо. Не было ни диверсий, ни митингов, везде царил порядок. Но однажды всё изменилось... Луна... Она думала, что её недооценивают.

Чего? Как это?

Понимаешь, пони ведь спят по ночам, не наслаждаясь ночным небом, не ценя то, что она делает для них... Она разозлилась на них.

Серьёзно? Ну, это же бред. Конечно, её можно понять, но злиться из-за того, что пони целый день работают, а потом хотят спать? Простите, но опять же, она вроде как следила за их снами? Мне кажется, это круто и очень важно.

Селестия слегка улыбнулась.

Хм... Думаю, ты бы ей понравился.

Сомневаюсь. Я не из тех, кто не спит по ночам, но я признаю, что ночью очень красиво и атмосферно.

Она слегка рассмеялась, прикрыв мордочку копытом, но быстро вернулась в прежнее состояние. Её глаза снова потемнели.

Я была невнимательна с ней... Я пренебрегла её состоянием, и из-за этого она ушла... Оставив записку о том, что если я не приду в указанное место и не сражусь с ней... Она сделает всё, чтобы ночь длилась вечно…Тогда я даже не увидела сообщения... Я была поглощена заботами горожан и дворян... Когда же я увидела... То просто не смогла простить себе этого...

И что же случилось?

За окном уже забрезжил рассвет, и, как она и обещала, луна не опускалась. Я поняла, что дела идут плохо, поэтому просто решила полететь туда, куда она меня направила. И когда... когда я прилетела...

Из глаз Селестии полились слёзы. Её голос дрогнул, где каждое слово причиняло ей боль.

Она... Она была мертва...

Ч-Ч-ЧТО?!

Да. Она лежала на земле, вся обугленная, как будто её поджарили на солнце... Я... Тогда я поняла, что потеряла свою сестру. И я даже не могла понять «как»…

Я замер, чувствуя, как воздух становится тяжёлым. Каждое её слово ранило меня, заставляя заново переживать собственные потери.

Я... Хм... Я сожалею... Если бы я знал...

Спасибо... Но это лишь начало этого кошмара... Глупый вопрос, конечно, но ты слышал про «Исток»?

Нет.

«Исток» — это тайный орден, который мог перемещаться во времени...

Что? Вы... Вы не шутите?

Нет. И я тоже была удивлена, что такой есть. Они сами связались со мной.

Но зачем?

Потому что, как мне объяснили, они хотят предотвратить смерть моей сестры, и им нужна моя помощь.

Что-то мне не нравится, к чему всё это ведёт.

Селестия кивнула, и её глаза потемнели ещё больше.

Мне тоже. Это слишком странно, слишком опасно, слишком наивно. Но я не могла отказаться. Я должна была спасти её, даже если это стоило бы мне всего…так я думала тогда…

А... А как они это делали? Вы знаете?

Меня не посвятили в подробности, но объяснили, что у них есть огромное устройство, способное переместить пони или даже группу пони на один день назад.

Невероятно.

Сначала я не поверила, но ко мне пришли и предоставили простое доказательство. Я загадала число, и они его назвали.

А прочитать мысли они не могли?

Старсвирл Бородатый не смог сделать это с помощью своей магии.

Вопрос закрыт, продолжайте.

Итак, они сказали мне, что только я могу понять, что случилось с Луной, и отговорить её от того, что она задумала... И я согласилась. Меня отвели на их тайную базу, которая, на удивление, находилась недалеко от теперешнего Понивилля. Она была подземной и очень большой; там было много пони, которые там работали, даже были знакомые мне лица. Меня отвели с их предводителю — он назвал себя просто «ДЭДС»... И не удивляйся: он был в белой маске.

Постойте, вы же не хотите сказать, что...

Возможно. Но тут есть пара нестыковок, о которых я потом расскажу. В общем, он тоже искажал голос, да, объясняя это тем, что никто не должен знать его истинное лицо ради безопасности. Он рассказал, что уже много десятков лет орден работает независимо от всех, обеспечивая равновесие и баланс в мире.

Звучит до боли знакомо... И слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Тогда я об этом не думала. Я лишь хотела спасти сестру. И они отвели меня к той огромной машине. Через неё, как мне сказали, я попаду в прошлое. И вот вспышка... Сначала я даже не поняла, но когда вышла на улицу, подошла к замку и увидела себя, идущую между министрами, я осознала, что это мой шанс. Я рванула туда. И вот я приземлилась на той поляне. Там ещё никого не было. Я ждала, пока на землю не спустилась моя сестра, совсем не такая, какой я её помню.

 

Она замолчала, её голос стал тише, словно она заново переживала тот момент.

Это была не моя сестра...Точнее это была её альтернативная форма, подобно моей. Ты знаешь название этой формы...

Найтмер Мун?

Именно. Найтмер Мун была воплощением самой тьмы. Её грива, словно живая тень, струилась вокруг неё, поглощая свет. Доспехи, покрывающие её тело, казались сделанными из чёрного металла, поглощающего любое тепло. Каждый её шаг оставлял на земле тёмные следы, словно само присутствие этого существа разрушало всё вокруг…Сначала я конечно попыталась вразумить её, но она не слушала меня. И мне пришлось вступить в бой…Все произошло мгновенно. Она первой атаковала, выпустив волны тьмы, которые стремились поглотить всё на своём пути. Я парировала их магическими щитами, но каждое столкновение отзывалось болью. Тьма и свет сталкивались, создавая взрывы, которые озаряли поле битвы молниями и раскалёнными потоками энергии. Хоть я и была сильнее ее в каком то плане, но постепенно приходило ощущение, как мои силы истощаются, но не могла позволить себе отступить…Я вызывала огонь, направив его в сторону сестры, но тьма, окружавшая Найтмер Мун, поглотила пламя, словно оно ничего не значило. Тогда я решилась на отчаянный шаг — использовать свою альтернативную форму, Дэйбрейкер. Мое тело охватило пламя, затуманивая мое сознание. Удары сыпались один за другим. Огонь против тьмы, свет против хаоса. Поле битвы превратилось в арену, где столкнулись две мощнейшие силы.  Даже в форме Дэйбрейкер я чувствовала, как разрывается моё сердце: с одной стороны, я хотела спасти сестру, а с другой — нужно было остановить эту разрушительную форму. Стремление выполнить оба пункта не давало мне полностью потерять контроль, но и не высвобождало всю силу, что сыграло со мной злую шутку. Один точный выстрел — и я приземлилась на землю, приняв прежний облик. Казалось, я проиграла. Она готовилась нанести последний удар... И последнее, чем я решила воспользоваться, — это элементами гармонии, которые я тогда носила с собой. Я не знала, сработают ли они и как повлияют на сестру, но я хотела вернуть ее... Она выстрелила в меня, но сила артефактов остановила луч, который теперь в виде радужной ленты обвивал ее саму. Когда всё закончилось, на землю упала моя сестра... Казалось, что из неё ушла вся магия, отчего даже её грива стала обычной.

Что вы имеете в виду, говоря, что магия покинула её и что грива... стала обычной?

Я не говорила об этом? Исправляюсь. Изначально, например, у меня не было такой радужной гривы. Волосы были розовыми. Со временем они приобрели такой вот интересный вид.

А-а-а... Это объясняет, почему у вас во время битвы за Кантерлот вся грива была бледной, ведь у вас почти забрали всю магию.

Так и есть.

И чем всё закончилось?

Я бросилась к сестре, чтобы проверить, как она. Хвала всевышнему, с ней всё было в порядке. Единственное, она ничего не помнила…и я ей всё рассказала... Она расплакалась... Я могла только обнять её... И... И...

По её щекам снова потекли слёзы.

Это случилось слишком быстро... Столб огня охватил нас. Я даже сначала не поняла, что происходит, а когда поняла, было уже поздно. Я вылетела из эпицентра опасности и взглянула на сестру... Она едва дышала, но была ещё жива, и это уже было хорошо... Но даже это не было концом...

Селестия слегка приподнялась на кровати и раздвинула белоснежную шерсть на груди копытами. Прямо посередине на коже виднелся кривой, почти рваный шрам.

Пока я думала, что делать с моей сестрой, я не заметила, как через мою спину прошёл меч, вышедший прямо вот в этом месте. Боль была невыносимой. Я сразу же потеряла силы и упала на землю... Хоть я и была аликорном, но они... Я имею в виду бойцов «Истока»... Они использовали не совсем обычный меч...

То есть это было подстроено?

Да. Как я позже выяснила, большая часть их коллектива была верна Совету.

То есть это был акт мести.

Именно. И вот я почувствовала, как уходят силы...Почувствовала, что умираю... На заднем плане слышались голоса, но их было не разобрать... Они становились всё тише и тише... Пока я не оказалась в полной темноте... «Я умерла?» — подумала я, но сзади меня позвала моя сестра. Как оказалось, это было в моём подсознании. Она лишь сказала, что мы обе умрём... Если только один из нас не отдаст силы, чтобы выжил другой. Я предложила Луне жить... Но выбор уже был сделан...

Её голос дрогнул, слова стали прерываться.

Она пришла попрощаться со мной в последний раз... Я почувствовала тепло... Почувствовала, как медленно исчезает моя сестра... Как её жизнь растворяется, переходя в мою... Мне было одновременно хорошо и невыносимо больно... Я хотела закричать, остановить её, удержать... Но не могла... Моя сестра уходила... Уходила ради меня...

Селестия опустила голову, её глаза были полны слёз.

И она ушла... Навсегда...

Молчание. Оно было тяжёлым, словно само пространство вокруг нас затаило дыхание, давая нам время осмыслить её слова.

Я очнулась где-то в овраге, заваленная кучей камней и грязи. Потребовалось немало времени, чтобы прийти в себя и выбраться из плена…Тогда шёл дождь. Я просто шла в каком-то направлении, пытаясь осознать всё. Через какое-то время, случайно или нет, я вернулась на ту поляну. Сестра всё ещё лежала там, а рядом с ней находились два пони. Они явно были в шоке от того, что я жива… Они захотели это исправить, набросившись на меня… Оба были немедленно убиты… Но я захотела ещё… Захотела смерти каждому, кто был хоть как-то причастен к этому… Я снова взорвалась…Через пару минут я была на их секретной базе, где просто крушила всё подряд…Убивала всех… Никто не мог меня хоть как-то остановить… Всё закончилось большим взрывом машины, от которого земля задрожала под копытами… И дело было сделано…

Тишина снова повисла между нами.

После этого происшествия я решила, что мир не должен знать об этом… Я придумала легенду о битве с Найтмер Мун, о том, что она вернётся через тысячу лет… Я возненавидела магию времени… Она была под запретом, и любое упоминание о ней было запрещено.

Ладно… Это… Ну… В принципе, теперь я хотя бы могу понять, почему вы были готовы испепелить меня при одном лишь упоминании… А ещё, видимо, с кем-то путали… Но вот, кстати, вопрос: Твайлайт рассказывала мне, что был свиток, написанный Стар Свирлом, который тоже позволял перемещаться во времени.

Да, помню, был такой… Свирл немного экспериментировал со временем. Его больше интересовали другие миры и его собственный. Он также считал, что лезть в прошлое — пустая трата времени, особенно если ты хочешь что-то исправить.

И почему же? Я бы поспорил.

Он имел в виду, что если что-то случилось и ты отправляешься в прошлое, то это всё равно случится, как бы ты ни старался что-то сделать.

И опять же, я бы поспорил с этим утверждением. Даже несмотря на то, что я перемещался во времени, я всё время что-то менял. Несколько катастроф предотвращено, множество жизней спасено… Всё прекрасно… Почти.

К сожалению при возможной твоей правоте мне магия времени не помогла, поэтому я не буду продолжать эту дискуссию, поскольку не разбираюсь во всех тонкостях путешествий.

Хорошо… Итак… На этом история заканчивается? Вы победили орден? Вроде Хэпи Энд?

Как бы мне хотелось твоего… «енда»…что бы это не значило…

 

Селестия замолчала, её глаза потемнели, словно она заново переживала те события.

«Исток» был уничтожен, да. Но это не конец. Я знала, что есть те, кто продолжает дело Совета. Те, кто верит, что только полный контроль и победа надо мной может принести порядок. Я следила за ними годами, но они научились скрываться лучше, чем раньше. Теперь они действовали тайно и хитро, используя других как пешек… Как тебя, возможно.

Ну... Теперь я сомневаюсь, что они смогут манипулировать мной снова, зная, что они делают.

Рада это слышать, но ты и впредь не понимаешь всей опасности, которую они могут представлять… Примерно через сто лет случился так называемый «Безымянный бунт».

Селестия замолчала, её голос стал чуть тише.

По непонятной причине пони начали терять свои эмоции. Они становились холодными, безразличными ко всему. Слухи о том, что я теряю силы и нужен новый правитель, распространялись как чума. Это был полный бред, но в него поверили. Появился некий «спаситель» — он обещал новую прекрасную эру, где каждый будет равен, где все будут жить в мире и процветании. Его слова находили отклик в сердцах многих…Я знала, что за этим стоит нечто большее. Им удалось проникнуть в умы пони, использовать их страхи и сомнения против них самих. Я начала расследование, собрала тех немногих, кто ещё сохранил рассудок. Мы нашли его логово, где он проводил ритуалы, пытаясь создать артефакт, способный убить меня. Когда мы наконец поймали его… оказалось, что он был последователем ордена.

В её голосе появились новые нотки — грусть и тревога.

Это было только начало. Самое безобидное из того, что они могли сделать.

И что же было дальше?

Уже через пятьдесят лет на улицах Кантерлота появились не кто иные, как Столпы — герои Эквестрии. Казалось бы, это обманщики или иллюзии, но то, что они говорили… Они знали слишком много. Детали, которые могли знать только оригиналы. Они обвинили меня в том, что я заточила их во временном плену, убила свою сестру и правлю страной в одиночку…Это была одна из самых трудных ситуаций. Пони начали сомневаться во мне. Я не могла просто стоять и ничего не делать. Я использовала часть своей магии, чтобы, выяснить, кем они являлись на самом деле. И когда магия наконец рассеялась, я убедилась, что это проделки Ордена. Они создали идеальные копии, чтобы посеять хаос…Я доказала, что они фальшивки. Также одна из них допустила ошибку — упомянула случай, которого никогда не существовало при жизни. После этого всё стало ясно.

…

Прошло ещё сто лет. Эквестрия оказалась под угрозой, которая могла полностью поглотить души всех существ. Это происходило постепенно — пони теряли себя, их глаза становились пустыми. Появились странники из далёких земель. Они рассказали мне, что такая беда была предсказана и что есть ритуал, способный вернуть всё на круги своя. Было предсказано, что появится сильная пони, которая сможет своей магией остановить это.

Она вздохнула.

Конечно, я не могла оставлять пони умирать. Я последовала за ними. В конце концов выяснилось, что они тоже были последователями Ордена. Они хотели использовать ритуал в целях полностью заточить мою магию, высасывание душ было не чем иным как грязный трюк. Мне пришлось уничтожить их, но ценой огромного количества магии.

Значит, они не оставляли вас в покое…

Нет. У меня постепенно начала развиваться паранойя. Особенно после того, как я стала преподавать в школах. У меня появились личные ученики. Они обучались магии, были добрыми и верили в светлое будущее…Пока один из них не оказался таким же фанатиком Ордена. Он использовал своих друзей, чтобы избавиться от меня, сваливая все злодеяния на них. Но он поторопился и был пойман.

…

А помнишь, я упоминала Винтхарда? Ну, тогда... на сцене.

Ну, что-то в этом роде было.

Это одна из самых тяжёлых историй для меня.

 

Селестия замолчала, её голос стал чуть тише, как будто каждое слово причиняло ей боль.

Однажды, когда я была в отъезде, я случайно нашла мёртвую пони. В её копытах был маленький жеребёнок-пегас. Я не могла его оставить… Что-то щёлкнуло у меня в душе, и я просто не смогла отдать его кому-то другому. Я назвала его Винтхард. И стала заботиться о нём…Хоть он и был пегасом, его не смущало окружение единорогов. Наоборот, он считал, что магия — ничто по сравнению с крыльями. Таким он был, слегка наивным жеребёнком. Я старалась дать ему всё, что должна была дать как мать: заботу, внимание, любовь. Не всегда получалось совмещать это, но без внимания он не оставался, поверь. Когда он повзрослел, то стал стремиться в небо, был немного гиперактивным. Многим пони это не нравилось, но он был ещё юн, что с него взять...

Её голос стал чуть холоднее.

Кому действительно это не нравилось, так это дворянам. Они считали, что принцессе непозволительно заботиться о том, кто даже не является единорогом. Что это вредит моей репутации, что я забываюсь, что я не мать, а правительница, что я начинаю уделять больше времени ему, а не гражданам... Отчасти это была правда и возможно он тогда услышал разговор и подумал, что я захочу избавиться от него. Он сильно расстроился и улетел...и я не знала, что ещё можно сделать. Я просто полетела за ним. Мы встретились на поляне. Я всё пыталась убедить его, что всё ещё люблю его, что ни за что не оставлю его. Я подошла как можно ближе и обняла его... Но тут меня ждал тяжёлый удар судьбы. Клинок снова вошёл в то же место, где меня ранили в первый раз. Я отшатнулась... Увидев лицо Винтхарда... Это был не он... Точнее, он, но...

Она замолчала, словно заново переживая тот момент.

Как он мне же и объяснил, после того как его товарищей из Ордена убили, а сам он уже не мог ничего сделать из-за того, что он был слишком стар и ослаблен, он наконец решил действовать. Он нашёл подходящую жертву, подходящее тело, нашёл момент, когда я найду это тело и заберу ребёнка, в котором была его душа...

Каждое её слово словно ранило её заново.

Мне было больно... Но больше всего я злилась на себя. Это придало мне сил, чтобы просто не умереть от раны. Клинок снова был необычным, он мог легко меня убить... Но при условии, что я была бы слаба. Я встала и направилась к нему... Он начал умолять меня, спрашивать, что я делаю... Напоминать, что он всё тот же Винтхард...

 

Её голос дрогнул.

С тяжестью на сердце я вонзила его же клинок ему в грудь... Это было тяжело, даже зная, что он притворялся…После этого я долго не могла спать. Каждую ночь я видела его лицо, слышала его голос... Я до сих пор не знаю, правильно ли я поступила.

 

Тишина.

И это лишь малая часть того, что происходило за эти шестьсот лет. Были споры, небольшие разногласия, беды, войны... Всё было.

Простите, что перебиваю, но вы сказали «шестьсот лет»? То есть что-то всё-таки изменилось?

Ты правильно подметил... Примерно с этого периода всё стало…спокойнее... Да, проблемы были, но они стали либо очень редкими, либо легко решаемыми.

А Орден?

Орден... Я не знаю, что с ним случилось. Он как будто растворился и больше не появлялся. Может быть, я просто уничтожила его последние силы, может, возникли разногласия или другие возможные варианты... Этого я не знаю.

Но что же тогда произошло в ту ночь? Вы подозреваете, что это дело их копыт?

Возможно... То, что он пришёл за мной, что он использовал похожую маску, похожую технику... Это мог быть просто подражатель... А может быть, это и есть тот самый ДЭДС.

Но как он оказался здесь? С тех пор прошла почти тысяча лет.

Вариантов много. Не забывай, что они веками пытались испортить жизнь Эквестрии. Не удивлюсь, если он смог найти способ дожить до наших дней... Или попасть в наше время.

Путешествие во времени?

Возможно.

Хорошо... Остались два вопроса, которые мы не обсудили... Что за магический круг начертан вокруг города?

На счёт этого... Хм... Ты знал, что Понивилль — один из самых молодых городов?

Да, Эпплблум рассказывала мне, что именно её семья построила первые дома на этих землях во времена её бабушки.

Семья Эплов тогда много путешествовала в поисках постоянного места жительства, поэтому я и порекомендовала им эти земли.

Так... А как это связано с кругом?

Скажем так... Лет шестьсот тридцать назад здесь было небольшое поселение, которое занималось... спиритизмом.

Духов вызывали?

И, как оказалось, не только это. Дошло до того, что в одного из призывавших вселился демон. Он начал питаться телами пони. Единственным способом, с помощью которого его можно было бы остановить, это запечатать. Для этого и был создан этот круг.

Такой огромный?

Никто не мог подойти ближе, поэтому его и решили сделать на расстоянии. Да, это потребовало много работы и сил, но по-другому никак.

Хорошо, а почему тогда на нём используется магия солнца?

Проблема была в том, что нарисованные круги были слабыми для этого демона. Он легко их мог разрушить, но всё же его удавалось удерживать. В этот момент вмешалась я. Я переделала рисунок так, чтобы его никто не смог сломать, чтобы только я могла активировать защиту.

Я всё ещё не могу понять, почему именно заклинание солнца было использовано.

И не поймёшь. Для этого нужно подробно изучить все тонкости работы таких кругов. Просто пойми, что это был самый лучший вариант. И если даже это не сойдёт за ответ, просто скажу, что так его работу было проще всего контролировать. Каждый раз, когда поднималось солнце, печать перезагружалась, и демон оставался взаперти.

И что? Демон остался?

На самом деле нет. Его силы уходили... И постепенно он утратил всякую возможность жить. Я отключила заклинание и просто забыла о нём.

Но... Почему вы тогда так неохотно говорили о нём?

Эх... Это связано с тем, что для его содержания я жертвовала пони... Он мог уйти в любой момент, и мы никак не могли его сдержать...Кроме как посылать пони прямо к нему.

Но иначе было бы больше жертв... Хотя даже так это звучит не лучше...

Я знаю... Это решение не радует меня до сих пор. Но тогда я думала, что у меня нет другого выбора. Каждая жертва была шагом к тому, чтобы сохранить остальных в безопасности.

Остаётся вопрос, почему это заклинание активировало стирающий красный луч.

Увы, расследование всё ещё продолжается. Откуда взялось это заклинание, неясно.

Понятно... И последний вопрос: вы знаете, кто такой Серч Патлайт?

Селестия задумалась, её глаза слегка сузились, словно она пыталась вспомнить что-то из далёкого прошлого.

Хм... Можешь вкратце рассказать о нём?

Маг-теоретик, изучавший магию времени, исчез при невыясненных обстоятельствах.

К сожалению, я не могу вспомнить такого пони.

Очень жаль.

Но ты можешь попробовать поискать в запретной секции. Я предоставлю тебе доступ. Там ты сможешь попытаться найти нужные тебе сведения.

Большое спасибо.

Селестия слегка улыбнулась, хотя в её глазах всё ещё читалась тревога.

Не за что. Только будь осторожен. Запретная секция хранит не только знания, но и опасности. Некоторые книги могут повлиять на разум тех, кто их читает. Если почувствуешь что-то неладное, сразу прекращай.

Понял, учту.

Так это все интересующие тебя вопросы?

Ну…я вроде бы все спросил, что хотел.

Хорошо.

…

В дверь постучали — тихий, но настойчивый звук разорвал тишину комнаты. После разрешения принцессы дверь приоткрылась, и внутрь вошла медсестра Голд. Её копыта мягко ступали по полу, а взгляд был сосредоточенным и внимательным.

− Принцесса, как вы себя чувствуете?

Селестия слегка улыбнулась, её голос звучал спокойно, но в нём всё ещё чувствовалась лёгкая усталость.

− О, миссис Голд. Всё просто замечательно.

Голд нахмурилась, её взгляд скользнул по приборам, установленным рядом с кроватью.

− Вы уверены, принцесса? Судя по показаниям, у вас повысилось давление и участилось сердцебиение.

Селестия сделала глубокий вдох, словно собираясь с мыслями.

− У меня был непростой разговор, вот.

Медсестра лишь недовольно покачала головой, словно уже привыкла к таким ответам, и села рядом с прибором, чтобы начать снимать показания.

Я, молча до этого момента, наконец нарушил тишину. Голос звучал чуть тише, чем обычно.

− Большое спасибо, что рассказали мне об этом. Это... была действительно важная информация.

Селестия посмотрела на меня, и её глаза потеплели.

− Рада, что смогла хоть как-то тебе помочь.

Опустив взгляд, мои мысли метались, пытаясь осмыслить услышанное.

− Эх... На самом деле всё стало намного хуже... Эта история по-прежнему оставляет слишком много вопросов.

Селестия слегка наклонила голову, её лицо стало задумчивым.

− Так задай же мне их.

Я покачал головой.

− Я имею в виду вопросы к самому Ордену и этому ДЭДСу... К вам же у меня изменилось отношение. После услышанного я могу понять, почему вы поступили так или иначе... Но у меня почему-то сложилось впечатление, что в чём-то вы ошибаетесь... Не знаю, кажется ли мне это или так и есть... Мне просто нужно всё это переварить и обдумать. Так что позвольте мне откланяться.

Поднявшись со стула, я направился к двери, но замер, положив пальцы на ручку.

− Конечно, я не обязана спрашивать…да и странно это спрашивать… но что ты планируешь делать теперь?

− Моя цель не изменилась. Найти этого пони-убийцу и заставить его ответить за всё, что он сделал... За то, что он убил Твайлайт.

− Ты думаешь, это сделал он?

− А вы думаете иначе?

Селестия слегка помедлила, её взгляд стал тяжёлым, словно она взвешивала каждое слово. Затем она отрицательно покачала головой.

− Ты прав. Только он мог это сделать.

Мгновение я стоял, словно пытаясь решить, стоит ли говорить что-то ещё. Внутри всё кипело — гнев, боль, решимость. Но в то же время я чувствовал странную пустоту, словно часть меня уже смирилась с тем, что пути назад нет.

− Если вам понадобится моя помощь... − начал я, не оборачиваясь.

− Ты её получишь.

Лишь покачав головой, я вышел в коридор. Дверь закрылась за мной с тихим щелчком, и Эларин, всё это время молча стоявший у стены, поднял взгляд.

− Принцесса права, знаешь ли. − произнёс он, глядя мне в глаза.

− В чём? − бросил я, стараясь скрыть раздражение.

− В том, что ты не сможешь сделать это в одиночку.

− Давай я сам разберусь. − процедил я сквозь зубы.

Он ничего не ответил, и мне оставалось только идти по коридору этой больницы.

Каждый шаг эхом отдавался у меня в голове. Мысли путались, сталкивались, словно пытаясь заново собрать картину из разбросанных осколков. Я чувствовал, как тяжесть этой истории всё сильнее давит на плечи, но вместе с этим возникло странное ощущение: будто где-то в глубине души я уже знаю, куда нужно двигаться дальше.

Коридор казался бесконечным, хотя на самом деле был довольно коротким. Утренний свет из окон мягко освещал пол, отбрасывая причудливые тени. Я шёл медленно, словно каждое движение требовало от меня невероятных усилий.

Я знал, что это будет непросто. Теперь передо мной стояла непростая задача: разобраться в этом пазле, найти этого загадочного ДЭДСа, узнать правду и, наконец, решить, зачем я нужен этому миру на самом деле. Каждый ответ, который я искал, мог породить лишь новые вопросы. Но теперь я точно знал одно: пути назад нет… точнее… его не было с самого начала.