Порох на крыльях
Глава 6 "Пристрастия к лжи"
От работы дохнут кони, ну а я, видать, бессмертная пони.
Мищ
— Слушай, Мак, — сказала желтая пони. — Меня эт, попросили приглядеть за этим домиком, вот и все, — Эпплджек хотела засунуть ключ, который болтался на ее шее, как с некоторым недоумением обнаружила, что дверь-то открыта! Она повернулась головой к Биг Макинтошу и прислонила копыто к губам. Жеребец, в свою очередь, кивнул, и когда она тихо копытом открыла дверь, оба зашли, надеясь застать нерадивого воришку с поличным.
Нерадивая, так сказать, воришка вовсю думала, как бы применить сюда обои? А может быть, просто покрасить все в нежно-голубой цвет? Рэрити с интересом продолжила примерку и прикладывала то один рулон, то другой к самобытным стенам кухни. Повернувшись, она вскинула в вскрике рулоны, отчего последние полетели в разные стороны, театрально разворачиваясь в воздухе и расползаясь по помещению. Эпплджек такой поворот событий тоже немного припугнул, но она быстро взяла себя в копыта.
— Чойт ты тут делаешь? А? — строго спросила желтая кобылка, за спиной которой уже образовался Биг Мак, кивнув в подтверждение слов сестры.
— Это вы что тут делаете?! — восклицательно переспросила Рэрити, нахмурившись, словно чужими тут были Эпплы, а не ее персона. — Ах! Какой бардак из-за того, что некоторые пони не соблюдают приличия и подходят так тихо со спины! — она начала собирать рулоны магией.
— Мы поймали с поличным воришку, — ответила Эйджей.
— А-а-агась, — подтвердил жеребец.
— Да как вы смеете?! — взвизгнула Рэрити, выронив листы обоев из магической хватки и фыркнув. — Приличной пони не престало воровать! Между прочим, это я должна спрашивать, чего вдруг забыли два фермера на кухне моих подруг.
— Да как бы не так! — возмутилась ЭпплДжек. — Эт мне поручили проследить за домом, пока сестры уехали, а не тебе!
— Эй! Между прочим, госпожа Муншайн самолично одобрила мой изысканный вкус в дизайне не только одежды, но и небольшого косметического ремонта их дома! — белая пони порылась в сумке, которая была неподалеку, и показала ключ от дома. — Так что воришки тут только вы!
— Воу-воу! Сахарок, попридержи поней, — Эпплджек губами достала такой же ключ из своей вьючной сумки и ловким движением подхватила их копытом, демонстрируя кобылке напротив. — Мы с Маки тут приходим и, значит, видим, что дверь-то не заперта даже! Вот так лягать-колотить, нужен глаз да глаз!
— И кто же вам дал этот ключ? — с долей скепсиса спросила белая единорожка.
— Хозяйка, Клементина! — фыркнув сказала Эйджей.
— Дорогуша, ну значит мы с вами тут на равных правах? Хозяек то две! Это Муншайн и Клементина, — брат с сестрой переглянулись.
— Эм… Кхем… Но… — рыжая кобылка не нашла, что ответить.
— Так-то! — твердо сказала Рэрити. — Вы либо не мешаете красоте претворяться тут, либо помогаете! Знаете, между прочим, таскать эти тяжелые рулоны и банки с краской очень трудная для леди задача...
— Прошу! Прошу! Прошу-у-у-у! Прошу! Это оскорбление приличного вкуса уважающего себя пони! — Мищ нехотя осмотрела кухню. Для нее это был простой дизайн, который оставили строители. О какой краске на стенах она говорила? Нет, конечно, можно… Но не удел ли это зажиточных ростовщиков и других богатых чинов? Да и потом, кузница… Весь этот шарм все равно рано или поздно поблекнет от сажи, но Рэрити была непреклонна в своем намерении привнести красоту в этот дом; а Мищ, что ж, кобыле было не так важно, как выглядит их дом. В конце концов, она уже давно потеряла всякое желание приукрашивать что-либо. В ее каюте капитана, насколько она может припомнить, было все только самое необходимое, а сама каюта была весьма сдержанной. Неужели ремонт тут просто жизненно необходим? С тех пор, как пони, построившие этот дом, отдали ключи сестрам, у последних так и не дошли ни рога, ни копыта до наведения каких-никаких марафетов, все время и силы они отдавали работе. Неудивительно, что кобылка, которая от природы была одарена чувством стиля, зайдя в гости на новоселье, трагически вздохнула, прижала копыто ко лбу и рухнула на диван, который она достала буквально из неоткуда.
— Хорошо, хорошо, давай так, если тебе это так важно, пока нас не будет, ты можешь сделать это местечко чуточку лучше… — вдруг сказала кобыла, выйдя из пучин раздумий, а Рэрити, словно звезда, засияла от полученного разрешения. — Но без перегибов, хорошо? Что-то такое выдержанное, не вычурное и броское… не знаю, нейтральное. Уф… Я не расплачусь с тобой за твою щедрость Рэрити…
— Ох, это потрясающе! Дорогуша, я тебе даю слово! Вы, когда вернетесь, не пожалеете! Конечно, надо признать, ремонт не совсем мой профиль, но творческой душе никогда не поздно отважиться на эксперимент! — воскликнула довольная кобылка, Мищ лишь приподняла бровь и протянула той ключ от дома. — Уверена, ваши счастливые улыбки по возвращению стоят того!
Люми прогуливалась по направлению к ферме Эпплов, честно сказать, с некоторой неохотой. Нет, не то чтобы Эпплы ей были неприятны… даже наоборот, она могла бы точно сказать, что эти пони были дружелюбны и хорошо относились к ней. Рабочая профессия, как ни крути, приближает другую рабочую профессию. Дело тут было в бабуле Смит. Неловко это признавать, но Люми испытывала какую-то не то чтобы жалость, а специфичное чувство, которое сложно даже описать. Она, очевидно, была старше, но если говорить о бабуле Смит, то Люми по какой-то забавной причине чувствовала себя моложе престарелой, но довольно активной и немного безумной пони. Более того, бабуля Смит для пони своего возраста частенько делилась нажитой мудростью с этой приятной высокой пони. Хотя, однажды увидя пустой бок, сокрушалась, что Люми так и не нашла свое предназначение.
На самом деле, вся беседа сводилась к приветствию, парочкой напутствующих советов и, иногда, шуткой, которые бабуля отпускала с задорной искрой в глазах. Но самое главное, бабуля, откровенно говоря, плевать хотела на мнение окружающих и делала то, что посчитает нужным. Наверное, такова старость?
Она копытом постучала в дверь фермы, по привычке даже не поднимая ногу. Считай, попинала дверь. Честно, кобыла не понимала, что за вздор поднимать и изгибать ногу, стуча обратной стороной копыта… Но так тут было заведено, но Люми придерживалась своего способа, делая так, как ей удобно.
Дверь открылась, и на нее зыркнул глаз бабули Смит, другой прищурен в немом вопросе: «Чейт тебе тут надобно?»
— Приветствую, — сразу же сказала Люми.
— Здравствуй, эээ... — отсалютовала пони. — Ох, прости, позабыла я твое имя. Но ты, я помню, нам сделала пречудеснейший плуг! Большой Маки до сих пор хвалит! В коем-то веке приятно повидать рабочую пони, которая честно вкладывается в добрый труд! — кобылка нахмурилась. — Ой что-то я позабыла, что хотела…
— Мое имя Клем, — ответила кобыла.
— Ох, девочка, ты, случаем, не пришла проведать мои старые кости вместо Редхарт?
— Увы, я не занимаюсь лечением. Я пришла к ЭпплДжек, не подскажете, где она? — бабуля Смит сделала задумчивую моську.
— Хм… Ну… Она, скорее всего, сейчас занимается ухаживанием за яблочным садом вместе с большим Маки.
— Что ж, спасибо, — сказала кобыла и уже подумывала уйти, но, остановив себя, повернула голову, улыбнувшись. — Доброго вам дня, бабуля Смит.
— И тебе удачи! — пони бойко помахала копытом вслед уходящей Люми, принявшись чесать затылок, вспоминая, что же она делала до того, как появилась гостья…
Эпплджек стояла и оценивала на вид одну из яблонь, около нее стоял Биг Мак, запряженный в телегу с какими-то садовыми принадлежностями. Люми сразу заметили, и оранжевая пони приветственно помахала копытом; красный жеребец был более сдержанным и стоял смирно, ожидая, что скажет сестра касательно яблони. На поверку оказалось, что дереву не очень то и хорошо. Люми не разбиралась в садоводстве, особенно в этом мире, но дереву было явно карикатурно плохо.
— Наверное, придется его убирать, Маки, — с досадой произнесла Эйджей, но тут же переключилась по незваную гостью. — Здорово, сахарок. Какими эт судьбами к нам занесло такую пони? Если по поводу плуга, эт ты не переживай, нареканий нет, пашет что надо, Мак соврать не даст.
— Ага-а-ась, — протянул жеребец явно довольный своим ответом.
— Или ты опять одолжить инструмент? Ну, в этот раз без проблем, бери что хош, только с возвратом, — пони подмигнула.
— Приветствую, ох, нет, что ты, — кротко ответила Люми. — Насчет плуга не волнуйся, я его добротно сделала, по нашей технологии. Можно попросить вас приглядеть за домом, пока мы с сестрой на несколько месяцев уедем из города?
— О, эт конечно, запросто! Не переживай, будем каждый день приглядывать, чтоб никто не влез! Хотя не припомню вроде, чтоб у нас кто-то таким занимался... Но эт, все равно не переживай, там кормить кого надо?
— Эм, нет, — кобыла достала магией ключи и передала Эйджей, которая, ловко поймав их в зубы, забросила себе во вьючную сумку. — Мы не заводили питомцев, просто приглядеть за кузней, пока нас нет. За мной, как говорится, не заржавеет, — кобыла улыбнулась.
— Да не переживай, считай, дружеская просьба, я должников не собираю. Так что не переживай, все сделаем.
— Что ж, спасибо вам! — Люми улыбнулась, по опыту зная, фермерша честна и не лжет. Это, само собой, вызывало симпатию к их семье. Несколько минут постояв и немного поболтав о последних новостях, они разошлись. Хотя Эйджей было интересно, куда они уезжают. Она подумала, что спросит Люми по возвращении домой, заодно будет о чем рассказать.
— Ладно-ладно, мы поможем, — сказала пони, признавая право единорожки тут находиться. — Это хорошее дело другу помочь, но ты уверена, что такие обои подойдут? Чейт я помню, сестры вроде рабочие пони, а мы, смею предположить, любим такую ненавязчивую простоту и практичность! И даже тут видно, что все простенько и удобно, — Эйджей хотела окинуть помещение копытом, показывая единорожке аскетичность и удобность, но, не увидев подло подкатившийся рулон обоев, поскользнулась и упала, издав непонятный звук и ухнув.
— Ты в порядке? — Рэрити побросала рулоны и подскочила к желтой пони, что сделал и Мак.
— Да, эт да, я в порядке, сахарок, — сказала фермерша, потирая круп. — Но сначала тут бы убраться, а не обои примерять… — она, не вставая, желая показать, что под сервантом что-то есть, смахнула копытом, явив на свет большое белое перо с едва заметным розовым оттенком. — Ого, никогда такого не видела!
Рэрити, увидев находку, сжала губы в линию. Она дала обещание хранить секрет сестер. И, честно говоря, знала, что Муншайн и Клементина — это лишь прозвища, понятные и привычные жителям города. Но раскрыть их так глупо? Да и потом, аликорны просто так живут и работают в городе. Если пойдет слух… сюда прилетит принцесса узнать о новых жителях, и что будет, если они вдруг поссорятся? Она знала сестер, и это были кобылки из тех, что не ведут пустых переговоров. И, ох, как же она не хотела, чтобы принцесса и ее подруги ссорились и… Ох, а что если? Они тут половину Понивилля разнесут, если не поймут друг друга! Фантазия художника быстро нарисовала весьма мрачные картины неудачных дипломатических отношений путешественниц и принцессы.
Единорожка забегала глазами, пытаясь придумать, что сказать, дабы фермерша не поняла, что нашла только что. Внезапно беспокойных взгляд зацепился за шляпку с лентой, в которой она сюда пришла и которая теперь мирно висела на вешалке. Идея тут же вспыхнула, и она ее изрекла:
— Ой-ей! — сказала Рэрити. — А я ищу его! Это с моей шляпки выпало, пока я тут возилась с этими несносными обоями! — магия мягко забрала перо с копыта земнопони, не дав ей рассмотреть его. — Я иногда такая неловкая...
Пони, фыркнув, отдала перо, глянув с некоторым недоверием на единорожку, которая, напевая что-то под нос, засунула перо в шляпку.
Впрочем, на этом казусы не кончились, в конце концов, ремонт всегда полон неловких и, порою, даже смешных моментов.
Фермеры оказались неплохим подспорьем в ремонте, а еще они выбрали какой-то совсем уж простенький дизайн, который, по мнению Рэрити, больше подходил для амбара, нежели для хозяек дома. В конце концов, это противостояние вычурной моды и простого фермерского убранства породили нечто среднее между тем и другим. Нет, конечно, каждая деталь вызывала жаркие споры, в конце концов приходя к какому-никакому компромиссу. Кухню шустрые пони отремонтировали за два дня и на волне энтузиазма решили вообще заняться всем домом. А это, на минуту, первый этаж кузни и пять комнат на втором этаже. Рэрити, конечно, убралась в доме после этого казуса, убрав все намеки на наличие перьев у двух рабочих единорожек. И все же волею судьбы одно перо ЭпплДжек нашла. На этот раз это было темно-синее перо. Пони фыркнула, покрутила его в копыте, даже понюхала, что навело ее на скверную мысль о позабытом розыгрыше примерно в пол года назад. Рэрити о находке пони решила не рассказывать, пока что — быть может, она что и знает. Спрятав перышко в сумку, продолжила заниматься своими делами.
Парад находок продолжила единорожка, обнаружившая шкатулку из дерева, мудро припрятанную за различным хламом под кроватью одной из сестер. Шкатулка не обладала каким-то шармом или изысками, да и замка на ней не было, так что ведомая простым любопытством пони заглянула под крышку, обнаружив такую-же незамысловатую но аккуратно сложенную бумагу.
ЭпплДжек ходила в раздумьях о том, что нашла в доме, и пыталась найти доказательства чего-то, чего пока собственно не понимала, точнее сказать, в ее голове все никак не мог сложиться пазл, потому что перья — это лишь перья, ведь так? Они могли принадлежать и гиппогрифам, и даже какой-то чудной птице из Вечнодикого леса, и единственным предназначением этих штук было лишь украшение одежды или дома. Пожалуй, наверное, стоит наведаться к той очень стеснительной пони, которая, вроде как, стала местным лесничим, и спросить, что это за перо, а точнее перья. Пожалуй, Рэрити же не будет против того, что ЭпплДжек немного расширит свой кругозор, на время аккуратно одолжив перышко со шляпки. Тем более, головной убор так и остался висеть на вешалке с аккуратно вставленным величественным пером в ленту.
— Эм, ЭпплДжек? — Рэрити довольно тихо подошла к кобылке, которая тут же, выдохнув, обратила на нее все свое внимание, стараясь вести себя, по обыкновению, расслабленно. Вероятно, просить одолжить шляпку — куда более честный путь получить вожделенной перо, но тогда придется показушно ее примерять.
— Чейт тебя взволновало так, сахарок? — добродушно спросила фермерша, ломанно улыбнувшись.
— Эм… Ну вот… — она развернула сложенную записку и отдала земнопони, которая, мягко взяв ее, раскрыла на ближайшем столике.
— Долговая расписка? — вопросительно спросила Эйджей у Рэрити. — Да еще у скряги Филча? Уф… — она взглянула на цифру и ахнула. — Пять тысяч битсов!? В залог кузницы?!
— Да! Это чудовищная сумма! Ну, нет, ее можно заработать, ну, месяца за три такой хорошей работы… Но… Зачем?
— Роспись и имя Муншайн, кхек, даже интересно, знает ли сестра о том, что ее сестрица заложила весь их новый бизнес Филчу? И главное, для чего? — рассуждала пони, а единорожка вдруг поняла.
— Они… Они… Не вернутся! — воскликнув, заплакала та, да так, что Эйджей стало ее искренне жаль.
— Ох, ну что ты! Сахарок, ты эт зря. Почему такие мысли сразу? Да и вообще, зачем тогда было строить столь прекрасный дом и достойное дело к нему. Это глупо!
— Ну… Ну… Это логично, взять в долг и уехать куда-то… где жизнь лучше!
— Ага, потеряв при этом львиную часть вложенного труда, эт глупо. Так что ты эт не переживай сахарок, вернутся они, еще историй в наш городок привезут.
— Да… Точно, они мне много историй рассказывали — жуткие страшилки, аж кровь в жилах стынет! И как я без них. Нет-нет! Ты права, не могли они так поступить, — Рэрити, успокоилась, вытерла платочком слезы, но все равно волновалась, что сестер она больне не увидит.
— Хех, эт, может, им бы не железо ковать, а книжки писать? Вон, истории про Деринг Ду популярные. Пони обожают читать про загадочные приключения, эт я точно знаю. Сама иногда люблю вечерком пропустить страницу другую.
— Может… Может… Ну… — единорожка замялась. — Надо погасить их долг перед Ричем? А?
— Охохо, ты эт выдала, сумма-то там что надо! Не жеребячьи шутки такими деньгами вот разбрасываться, — идея Рэрити пони не понравилась совсем. Ну, не то чтобы она не хотела помочь сестрам, но что-то тяготило душу рабочей пони. Ну, наверное, слишком уж большая это была сумма для фермы Эпплов?
— Знаешь что? А я разузнаю и внесу сумму. Да, она большая, я бы сказала, огромная… НО! Они мои друзья! Подруги! — единорожка вздохнула, перечитывая лист и прикидывая. Нет конечно, у нее было немного денег, примерно две тысячи битсов, но если вдруг… Ну… Ее подруги не вернутся? Ох, нет, лучше об этом, конечно же, не думать, конечно же они вернутся. От них веет воинственной твердой волей. Что может таким закаленным кобылам угрожать?
Две недели назад, перед отбытием в путешествие, одной синеватой кобыле в один из дней не сиделось на месте. Впрочем, досуг тут был, скажем так, скучнейший. Была бы она в доме Мифрана, то можно было бы почитать скажем, второй том алхимических изысканий… Кобыла не сказать что могла бы создать зелье, но книга-то была с рисунками, да и автор писал так, что не заметишь, и вот уже вечер, а ты прочитала половину книги. Хотя, казалось бы, литература сугубо научная, предназначенная для обучения ремеслу. Быть может, когда-нибудь, когда все уляжется, она могла бы заняться смешиванием трав и прочими такими вещичками… Можно было бы наведаться в руины замка и поискать знаний там, да и дерево-библиотека была открыта всем желающим. Хотя там не было библиотекаря, за книгами кто-то следил, так как помещение было убрано и ухожено.
Она лениво потянулась, смотря с лежака в окно. Вообще у нее были планы, прогуляться по городку, например. Конечно, опять будет соблазн взять тяжелую и не особо любимую работу. Денег было маловато для ее проекта. Она фыркнула и положила голову. Но скука вещь такая, невыносимая, а еще Люми начала работу, и постукивание молота, честно говоря, раздражало Мищ. Вообще кузня оказалась весьма шумной штукой, если так подумать. Ох, надо придумать Люми какие-то беруши или купить. Если честно, младшая не раз жалела о таком выборе — каждый день ее сестра приходила с работы грязная, магически уставшая. Бить по железу с помощью телекинеза — та еще задача. Копоть осаживалась на белую шерстку и гриву только так. Так что если бы она хотя бы денек перестала принимать водные процедуры, то точно бы стала цвета как Мищ, или нет, еще хуже, как угольная сажа.
Повод сходить по городку и купить беруши, кобылой посчитался вполне себе достойным, и, накинув на себя неплохой такой плащик от Рэрити, который не выделял ее из толпы пони, она двинулась на улицу, решив сестру не беспокоить — зачем лишний раз отвлекать от работы?..
Пройдя пару кварталов, Мищ оказалась на подобии базарной площади. Ну, отчасти она сюда и шла. Морковка от Керрот была неплоха на самом деле, кобыле она нравилась, и она регулярно ее покупала. По крайней мере, это было сладко, вкусно и вроде бы даже полезно. Пф. Неужели она превращается в Люми, которая так печется о здоровье?
Кобыла подошла к пони за прилавком и приветственно и как можно добродушнее улыбнулась.
— Приветик, — сказала Керрот. — Вам как обычно?
— Ага… — Мищ поковырялась в сумке, выложив битсы за три морковки.
— Спасибо за покупку! — пони довольно забрала монетки и выложила товар, Мищ же, кивнув, взяла морковь зубами, ловко спрятав в сумку. Задерживаться около прилавка не имело смысла, так что кобыла двинулась дальше.
Дальше по дороге ее чуть не сбила серая пони с проблемным зрением, причем дважды: один раз на земле, второй раз с воздуха. Мищ подумала, что, быть может, Маг мог помочь этой бедной пони. В своих изысканиях и попытках исцеления своей слепоты муж, так сказать, был довольно сведущ. Да и ко всему прочему, зная, что такое вечная темнота, испытывал жалость ко всем, кто так или иначе испытывал проблемы с глазами, и старался по возможности помочь.
Мысли о муже навели кобылу на скверную волну настроения, так что она достала морковь, к чести Кэррот, помытую и чистую, и начала хрустеть.
Беруши можно было купить, наверное, в каком-то магазине, ну или у Филси Рича. Магазин у него был набит разной всячиной, аки лавка ростовщика. Так что деловые отношения сестер с семьей бизнеспони сразу же заладились. Рич — так он себя просил называть — покупал в кузнице популярные для обихода пони вещички, которые Люми выковывала: подковы, заколочки, оградки и прочая мелочевка. Все грезил, как бы Люми не начала клепать и ковать доспехи для королевской стражи. Белая кобыла же тяжело вздыхала и говорила, что при всем желании ей не достает мастерства выковывать латы просто потому, что закалка доспеха — это очень сложная задача. Меч, например, вот он, в основе своей, — это толстая сталь, а пластина доспехов — это тонкая сталь, да и, ко всему прочему, сложно изогнутая. Люми просто не представляла, как на глаз можно равномерно закалить металл, чтобы пластина не лопнула в одном месте и не осталась сырой в другом. Да и потом, очевидно, если была бы возможность делать броню королевской гвардии, то зачем сестрам посредники? Плюс, это еще лишнее внимание к их персонам. А сестры не любили отсвечивать. Вообще обе опасались, как бы их не раскрыли, так что выдумали себе прозвища и смешались, как могли, с городскими жителями, занимаясь мирской жизнью.
Рича она встретила мирно беседующего с Гелией. Пегас нежно-голубого окраса и желто-соломенной гривой вела, судя по всему, совершенно светский диалог, от которого бизнеспони откровенно устал и слушал болтовню из вежливости. Мищ могла понять его — пони тут постоянно чем-то занимались, в основном общались. Уровень их социальной активности мог сравниться только с их суетливостью. Но не всем это так нравилось. А может, у хозяина магазина было сегодня не то настроение? Или, быть может, мнение Мищ было ошибочным и предвзятым. В конце концов, все пони почему-то сразу замолкали, когда над ними образовывалась кобыла в плаще. Так и сейчас повисла неловкая тишина, которую Мищ постаралась разрушить как можно скорее.
— Привет, Рич, привет, Гелия. Неплохой сегодня денек. Передавай спасибо погодной службе, — пегас посмотрела на незваную гостью и, улыбнувшись, кивнула. Но было понятно, что третий тут определенно лишний, поэтому разговоры ни о чем быстро сошли на нет, чему бизнеспони был неслыханно рад.
— И тебе привет, Муншайн. У вас появилась партия новых примочек? — сразу перешел на мягко-нейтральный тон Рич. Мищ хотела было фыркнуть, но сдержалась. Волею судьбы таких торгашей она повидала немало, и все эти примочки и топящие сердца тона на тертую контрабандистку, откровенно, не действовали.
— Нет, пока еще нет. Мы работаем над этим. К слову о примочках, у тебя беруши есть? — Рич повел ушами.
— Да, какие вам? — пони приглашающе отсалютовал копытом в сторону входа в магазин.
— Ну, у моей сестренки болит голова от выковывания мелкой и большой ерунды. Знаешь, когда весь день на жаре, и стучишь по железу… Хотелось бы ей подарить беруши, — сказала Мищ, заходя в магазин и оглядывая полки с различной всячиной.
— Кстати говоря, не хотите купить баночку Вольт-яблочного варенья по хорошей скидке? Пару банок осталось с этого года, одна пони из Кантерлота заказала, но так и не вернулась, вот придержал, — продолжил пони. Мищ же, мягко говоря, с сомнением посмотрела на банку содержимое, которое пестрило всеми цветами радуги. Нет, она любила побаловать себя сладким и даже ухватить в Сахарном уголке пару сладких печений или кексов, но, видимо, все еще внутри играл некоторый консерватизм родного мира, так что слишком пестрые и яркие сладости синяя кобыла избегала. Вольт-яблочное варенье в их числе, тем более по уценке.
— Нет, я не любитель такого, извини. Мне нужны беруши, — кобыла подумала. — Слушай, а ты даешь в долг? — вдруг спросила Мищ
— Ох, ну вообще-то нет. Я, конечно, понимаю, что мы бизнеспартнеры, и мне жаль, что вы, возможно, в трудном положении. Мое отношение такое: если ты кому-то даешь в долг, значит, ты эту сумму, фактически, даришь. У вас успешный бизнес, не понимаю, зачем вам еще занимать, если можно заработать? — искренне недоумевал пони, но положил на стол футлярчик, в котором, судя по рисунку, были беруши.
— Ну, а что если я возьму не просто так? Давай я напишу тебе долговую расписку на что-то ценное. Ты же знаком с векселями? Вот будет у тебя документ, что если долг не будет уплачен в срок, то, скажем… что-то от моей собственности станет твоим, — Рич скосил взгляд влево, раздумывая над предложением.
— Хорошо, в теории, предположим, я соглашусь. Но что за проблема такая, требующая такой спешки? — пони добродушно улыбнулся в надежде вразумить кобылу. — Какой смысл идти в мэрию и создавать вексель? Сколько вам нужно? Две сотни битсов? Пять сотен? Госпожа Муншайн, возможно, вам стоит посетить банк? Кантерлотские банкиры выдадут вам нужную сумму, под некоторый процент само собой.
— Десять тысяч, — спокойно сказала Мищ, выложив двадцать битсов за беруши. Пони же как-то утих после этой новости, переваривая услышанное.
— Извините, тогда это точно в банк. Хех, вы хотите открыть новую кузницу?
— Ох, ну что ты нудишь-то! — возмутилась кобыла. — В Кантерлот за займами я ездить не буду, не спрашивай почему. Мне нужно тут, чтобы кто-то хорошо знакомый был, — Мищ постаралась выровнять тон, поняв, что немного перегнула. — Вообще, подумай над идеей. В городе нет банка. Банкиры, между прочим, всегда и везде зарабатывают, буквально на том, что сидят, как драконы, на кучах золота. Да и вообще, у тебя на заднице буквально три мешка с... эм… золотыми битсами! Считай, это твоя судьба. Приумножай и вкладывай.
Пони потупил взгляд, идея была неплохой, на самом деле неплохой. Но десять тысяч. ДЕСЯТЬ ТЫСЯЧ. Это огромные деньги. Ну, на самом деле у него были такие деньги. У его семьи с деньгами вообще не было никаких проблем. И все же пони был не дурак и битсами не разбрасывался.
— Уф… Вообще, про задницу было грубо, — Мищ кашлянула, поняв, что перегнула. — Хорошо, хорошо. Давай тогда… — Филси скосил взгляд в задумчивости. — Пять тысяч — больше не дам. Долговая бумага на ваш бизнес. Она как раз столько и стоит. Так что я буду спокоен за свои вложения, а ты получишь деньги.
— Извини за задницу, у меня говор такой, резкий, ты же знаешь… Но со всеми вложениями наша кузня стоит около пятнадцати тысяч, так что я еще скидку сделала.
— Да ладно, ничего страшного, я и забыл, пони обычно довольно вежливые. Насчет суммы. Пять тысяч, увы, я больше не смогу дать. Сама понимаешь, большая сумма, — ответил пони.
— Да, я резковата, признаю, все никак не могу себя побороть. Хорошо, но с условием — сестре ни слова, раз уж так и без процента. Хочу оставить эту сделку в секрете.
— Хм, ну, насчет сохранить в тайне, это не проблема. Раз без процента, жду тогда скидку на партию подков в этом месяце, думаю, это будет честно, — Рич продолжал улыбаться, держа мягкий деловой тон.
— Хах, бизнеспони своего не успустит. Ладно, сойдет. Знаешь, а давай сюда это варенье, попробую хоть, что за штука такая, — пони, улыбнувшись, достал из шкафа две банки радужного варенья и поставил перед кобылой, получив деньги, убрал заработанное в кассу. Мищ убрала банки в сумки на спине, прикрытой накидкой. — Тогда можно попросить сделать это прямо сейчас?
— Само собой, хотя я провожу подобное впервые, думаю, в мэрии знают порядок оформления. Говоря о варенье, уверяю, это нечто особенное, сделанное по секретному рецепту семьи Эпплов, — заверил Филси, собирая свой кейс с бумагами.
В этот день в мэрии была заключена сделка и была создана ценная бумага, ну и, само собой, одна кобыла получила довольно солидную сумму в долг.
Эпплджек подошла к довольно оживленному домику. В прямом смысле оживленному. Коттедж, который тут стоял в стороне, был, мало того, наполовину зеленый от листвы, так еще снующие туда-сюда зверьки суетились вокруг и бегали по своим делам.
Хозяйку пони не нашла — видимо, она была в доме, но как только фермерша подошла к строению, дверь тихо захлопнулась и вся суета вокруг как-то резко стихла. Эйджей новую лесничую лично не знала и об ее особенности только догадывалась, так что действовала аккуратно.
Мягко постучав в дверь, рыжая пони спросила:
— Есть кто дома? — в ответ последовала краткая тишина. Потом фермерша постучала еще раз. — Я эт, знаю, что вы там, мне нужно только поговорить.
В ответ опять же тишина, хотя после краткой паузы робкий голос глухо ответил:
— Дома никого нет, зайдите позже, — Эпплджек кхекнула.
— Не, ну эт не серьезно. А кто тогда отвечает? — повисла пауза.
— Пониответчик, никого дома нет, — ответил все тот же тихий голосок. ЭпплДжек подняла копыто, чтобы возразить, и, глупо открыв рот, что-то пытаясь ответить, лишь шевелила челюстью.
— О как… Хмм, лады, можно передать пони, которая тут живет, что я нашла чудное перо и не знаю, кому оно принадлежит. Вот, — дверь тихо приоткрылась и оттуда высунулся желтоватый носик и часть розовой гривы.
— Ох, какой еще птицы? — тихо и робко спросил нос, стараясь, словно рак-отшельник, быть наготове, чтобы спрятаться дома при любом намеке на опасность.
— Не знаю, вот хотела спросить, большое перышко, кстати, — Эйджей ухмыльнулась: любопытство — страшная штука, и главное, куда сильнее застенчивости и даже страха. Дверь медленно открылась, а точнее верхняя створка, явив на свет желтую пони с розовой гривой и голубыми глазами.
— Ого и правда большое, синеватое. М… То есть отливает синим на свету... — пони все еще бегала глазами по гостье и перу.
— Так… Эт, вы знаете, что за зверек его обронил? — как можно мягче спросила фермерша.
— Ну… Эм… — Флаттершай замялась. — Я… не знаю. Оно… — увидев, как пони вытягивает к перу голову, стараясь рассмотреть, Эйджей положила перо на дверь. Хозяйка домика взяла его копытом и начала осматривать. — Оно определенно не принадлежит животному. Слишком уж оно ухоженное и негрязное, — она поднесла его к носику и втянула воздух — пахло пони. — С большой долей вероятности я могу сказать, что это перо пегаса, но… — Флаттершай приложила его к своему крылу. — Оно… эм… больше? Вот… Я почти уверена, что это перо пегаса. Но я никогда не видела таких больших крыльев… М… Ну… То есть. Видела. Принцесса Селестия обладает такими величественными и большими крыльями… Но это перо синеватое. Ох, я не знаю. Может, кто-то с помощью волшебства научился выращивать такие крылья? — ЭпплДжек задумалась и нахмурилась. Пегас, заметив это, решила оставить этот вопрос без ответа. Хмурые пони ее пугали.
— Спасибо, — сказала ЭпплДжек. — Если шо, с меня корзина яблок. Так что до встречи! — она мягко забрала перо и аккуратно сложила его в сумку.
— М… Ладно, спасибо… Пока... — полушепотом сказала Флаттершай, облегченно выдохнув, понимая, что визит подошел к концу и она могла продолжать радовать своих питомцев своим вниманием и наслаждаться уединением.
Для рыжей пони, однако, визит дал пару пазлов, которые постепенно начали складываться в плюс-минус полноценную картину. И эта картина Эйджей не нравилась.
Кобылка твердо решила, пока есть возможность, осмотреть дом еще раз. Правда, уже не сегодня. Ремонт отнимает несколько часов времени, а работа на ферме все равно должна быть сделана, поэтому она рысцой поскакала к дому.
На следующий день она принесла новые кисточки и клейстер, который, кстати, сделала сама по рецепту бабули Смит. Пока единорожка корпела над выбором обоев — кобылка вечно металась между двумя вариантами, ведь оба варианта были одинаково хороши, — Эйджей осматривала дом, наконец-то набредя на неприметную дверь прямо за углом лестницы на второй этаж.
— Эй, — крикнула она Рэрити. — А эт чойт? Чулан? — кобылка толкнула копытом дверь. Та поддалась, тихо открывшись, обличая темноту и лестницу куда-то вниз. Единорожка подошла спустя мгновение,
— Что случилось, милая? — мягко спросила единорожка, но, увидя открытую дверь, покачала головой. — Ну… Это подвал, видимо, — из темноты повеяло холодным сквозняком, от чего модельер вздрогнула. — Выглядит пугающе темным.
— Пф… — ответила Эйджей, обведя глазами. — У нас такой же подвал есть, мы там храним некоторый запас еды, так что ничего пугающего тут нет. Хотя… — она выразительно посмотрела на единорожку, — свет бы тут не помешал? Спустимся?
— Ну, эм… Я бы не хотела… А вдруг там пауки и паутина, бр-р-р… — единорожка вздрогнула еще раз, потеряв всякое желание спускаться в прохладную темноту.
— Хм… Ну, может и нет? Ох, сахарок, ты эт, если не хош, то я сама туда спущусь, дай-ка только фонарь или подсвечник… ну или фонарик…
— О, значит, ты такая смелая пони? Ну уж нет, я с тобой, — единорожка зажгла огонек на кончике рога, гордо хмыкнув, начала спускаться, развеивая тьму магическим светом. Эйджей, довольно ухмульнувшись, пошла следом.
Подвал был не так уж и глубок, лестница была сделана добротно, с широкими ступенями. Однако паутины избежать все же не удалось, однако она никак не угрожала ухоженной пони и мирно колыхалась под потолком.
— Уф… Хуже пауков только… не знаю, их паутина! Фу! — сказала Рэрити, выложенный брусчаткой пол
— Ох уж эти нежные особы, — хихикнув, сказала рыжая пони, смахнув с угла работу незадачливого паука.
— Ну, знаете ли! Леди не предстало бродить по холодным подземельям и собирать на своей гриве пыль и грязь. Это удел смелых и доблестных рыцарей и принцев, которые готовы превозмогать испытания и сражаться с чудовищами ради спасения своей особенной пони, — рыжая лишь прыснула в копыто.
— Мне кажется, ты начиталась книжек. Подвалы, пауки и паутина — это обычное дело для рабочих пони. Удобно хранить тут всякие штуки, — поровнявшись с единорожкой и пообвыкнув к темноте, фермерша оглядела помещение. — Ну… Ого… — она подошла к довольно громоздкой конструкции трубок и емкостей. — Это…. Я не знаю, что это. Ты знаешь? — Рэрити подошла, вскидывая бровь и оценивая этот прибор.
— Ну… Я… хм… — она поглядела на несколько бутылок около агрегата, они были закупорены. — Наверное, тайну этой махины может раскрыть содержимое этих бутылочек, — единорожка взяла одну и оглядела, в одних жидкость была мутноватая, в других чистая.
— И чойт такое? — с сомнением в голосе спросила Эйджей, Рэрити же, тоже ведомая жгучим любопытством, потрясла одну из бутылок и откупорила пробку. Через несколько мгновений, принюхиваясь, пони сморщила носик и отвернулась.
— Ой фу, какая-то гадость! Пахнет резко и мерзко, аж глаза слезиться начали… Мне дурно от этого аромата, — рыжая пони подошла и тоже понюхала, ее носик так же запротестовав от резкости аромата, потребовал отвернуть голову.
— Пахнет резко, но не кисло, это не яблочный уксус, по крайней мере.
— Можно я закрою эту гадость и мы уйдем? — попросила модельер, уже жалея, что ее желание доказать свою смелость обернулось против нее.
— Ну… тут есть вещи и поинтересней… — сказала Эйджей, смотря на различные металлические штуки, вероятно, выкованные старшей сестрой.
Рэрити закупорила бутылку и выдохнула, мягкий холодный ветерок сразу же унес душноватый аромат прочь. Рыжая пони была права, и тут правда было, что посмотреть. Например, один из столов был завален довольно причудливыми побрякушками, поблескивающими из темноты, различными подобиями механизмов и форм для литья. На стене был повешен какой-то эскиз, похожий на раскрытые крылья, правда без пони. При близком рассмотрении, эскиз был нарисован углем или плохо заточенным карандашом. Другой же стол был усеян драгоценными камнями. Единорожку сразу заинтересовало это, и она подошла, отчасти оставив ЭпплДжек, которая не успела досмотреть эскиз, и от резкого исчезновения света дернулась, и опрокинула пару мелких железок
— Эй, ты чего? Свет-то на нас двоих один! — возмутилась рыжая.
— Ну… Просто… тут камни… — Рэрити толкнула самоцвет, и он покатился по столу, обнажив другую сторону, покрытую трещинами и нагарами, многие драгоценные камни и самоцветы были либо сожжены, либо потеряли свой цвет и блеск. — Ох, кто так мог поступить с вами.
Мищ пришла домой, в очередной раз выбрасывая на стол кучу разных камней. Были даже какие-то кристаллы, которые добывали под Кантерлотом. Ее устройство было сделано из золота, и этот нарожник был в форме неправильного полумесяца, крепящегося к рогу, между острыми гранями полумесяца крепился камень. Не было числа драгоценностям, которые пожгла кобыла в попытке хоть как-то взять под контроль хотя бы ничтожные силы этой вселенной. Увы, как только приспособление начинало работать, камень либо искрился, подгорая, либо просто рассыпался на осколки, высвобождая энергию. Сложно описать, сколько денег потратила Мищ на все эти приблуды, даже пришлось влезть в долги в тайне от сестры, которая размеренно стучала молотом наверху.
— Надеюсь, в этот раз мне повезет, — синяя взяла в губы карандаш, начав записывать, без магии кобыла весьма преуспела в этом, хотя почерк был корявый. — Красный камень, предположительно, гранат. Состояние… — она скосила взгляд, пожевав карандашик и визуально оценив самоцвет. — Приемлемое, без видимых изъянов. Магия... Все еще моя недомагия.
На этом Мищ, закончив писать, наклонила голову к столу, где лежал подопытный, так, чтобы расстояние между камнем и пазом было минимальным, и, напрягаясь, управляя телекинезом, вставила камень в паз. На этом приключения самоцвета не закончились — теперь, подняв голову, кобыла напряглась еще сильнее, ее рог засветился, и синеватая магия начала пытаться войти в самоцвет. На минуту синей показалось, что камень начал впитывать силу, однако это длилось недолго. Странное синее волшебство, окутывающее рог, резко заискрилось бело-розовым цветом, ничего хорошего не сулящим, и камень, впитав какую-то часть сил, вдруг растрескавшись, взорвался, откинув кобылу в стену.
— Ух ты ж б… — успела глухо выпалить кобыла перед тем, как ей на голову упали книги с полки. — Тьфу, твою мать… — она откинула книги, в ушах слабо звенело, благо магический взрыв был лишь силовой природы, и уши ее не пострадали. — Кхм. Частичный успех. Предположительно гранат может хранить ничтожное количество магии… Чуть большее, чем синий и розовый самоцветы вместе взятые, — кобыла поднялась, размяв крылья и проверив, не сломала ли она чего. В подвале царил разгром, все предметы со столов и полок побросало в разные стороны. — Взять на заметку возможность использовать данный самоцвет как силовую бомбу… — она нахмурилась, прикинув циферки, — в крайнем случае.
Открыв довольно увесистый шкаф и обнажив на свет странный агрегат и несколько бутылок с мутной жидкостью, Мищ не раздумывая схватила одну бутыль и, откупорив пробку одной из бутылок зубами, опрокинула ее в себя, сделав пару жадных глотков. Приятный жгучий огонь начал ползти по телу. К своему неудовольствию за этим занятием ее поймала обеспокоенная Люми.
— Эй! Ты чего это там делаешь? Что за шум? Почему у меня наковальня подпрыгивает? — обеспокоенно спросила Люми. — Что ты пьешь? — строго спросила старшая, вытянув глупо повисшую в губах сестры бутылку. Не раздумывая Люми сделала глоток и выплюнула горькую гадость, неудачно выплеснув содержимое бутыля на себя, а точнее на кузнечный фартук. — Ты что ошалела, что ли!? — выкрикнула белая.
— Что ошалела? Я тут ищу камни-хранители для магии, между прочим. А они, мать их, все время норовят либо взорваться, либо рассыпаться, либо, задорно искря, растерять всю вложенную силу! ТЬФУ!
— Я про это говорю! — Люми потрясла бутылку с мутным содержимым.
— А это… — Мищ хихикнула. — Так… Балуюсь. Ты это, осторожней, оно отлично горит, если что… И вообще, предвкушая твою лекцию о здоровом образе жизни, жевании травки и удобрении грядок, скажу сразу, мне надо, и точка. А у этих пони даже нормальной выпивки нет. Сидр и тот просто свежий сок, а от чая я скоро выть начну. Хотя… Надо признать, кофе мне нравится. Бодрит… Хм… Интересно, если смешать с моим пойлом, насколько это будет задорная смесь? — на все эти измышления младшей старшая смотрела хмуро, однако чем возразить на подвальные приключения сестры, не находила. Ссориться Люми не хотела, да и конфликт с сестрой, скорее всего, опять приведет к драке, синякам и следам укусов. К сожалению, сестры дрались чаще, чем следовало бы. Нет, если бы они были прилежными единорожками из города единорогов, ничего подобного не происходило. Увы, судьба распорядилась иначе, и в погоне за молодостью они стали полудикими химерами-ренегатами. Так что иной раз горячая кровь бурлила, и всякие приличия теряли смысл. Ну, по крайней мере, они дрались не до крови, не до переломов, а лишь ржали, визжали и кусались, иногда лягаясь. В конце концов, они были лошадьми, да, разумными, но архаичные инстинкты иной раз давали выход наружу. По крайней мере, они не отправляли друг друга на Луну и не таили обиду, высказывая то, что их не устраивает друг в друге напрямую.
— Уф. Ладно, хорошо, — насупилась старшая. — Я понимаю, что ты ищешь то, что нас отсюда вытащит. И все же… Эта мутная дрянь — редкая такая отрава.
— Да по крупу, иной раз мне просто это надо. Прости, — повинилась Мищ, опустив уши и взгляд. — По крайней мере, я не оглохла, и не ранена, и добилась каких-никаких успехов! Гранат можно зачаровать ничтожным количеством магии, и в случае перегрузки силой он взрывается, создавая телекенетическую силовую волну. Жаль, что камень сам по себе дороговат…. Но явление плюс-минус полезное, ну, в бою. В моих изысканиях пользы от этого мало, да и пью я потому, что от моей работы постоянно гудит голова, а пойло это гудение глушит.
— Хорошо, но будь осторожна, пожалуйста, — мягко сказала Люми, обняв сестру. — Уф… Неужели я стала такой брюзгой? — она взяла бутылку и сделала два хороших глотка.
— Ну, я уважаю твое стремление к здоровью, и все же. Мы ведь не в своем мире, даже не в своих телах. Какой смысл печься о том, что тебе даже не принадлежит?
— Наверное, ты права, — она демонстративно сделала еще два глотка.
— Эй-эй, штука убойная, остановись, — возмутилась младшая.
— Ты же понимаешь, что из-за этой жидкости рушатся жизни? Так что прошу не продавай ее и не давай пробовать пони, — наказала Люми. Уж о чем о чем, а о похеренной жизни Мищ знала хорошо.
— Обещаю, я не буду этого делать.
— Тогда я пойду дальше ковать эти подковы… Не знаю, почему ты вдруг решила дать скряге Филчу эту скидку.
— Нечисты на копыто сестры, — вдруг сказала Эйджей. — Что это за эскиз? Похоже на какое-то приспособление по типу крыльев… а эта арка, она как будто бы должна крепиться к спине…
— Не знаю. Мне кажется, это просто украшение. Может, они готовятся к ночи кошмаров, и их наряд будет просто сногшибателен! — высказала свое мнение Рэрити. — Да и потом, эй, я их хорошо знаю, и они… хоть немного странные, но прекрасные подруги!
— И… они ни разу не выказывали каких-то злобных мыслей? Ну, там по захвату мира, желание пакостить… — единорожка вскинула бровь.
— Ам… Эпплджек, дорогуша, ты же не серьезно сейчас? Это две простые единорожки. О каких пакостях ты говоришь? Они слишком серьезны для такой ерунды. Я бы даже сказала, временами слишком уж серьезны, особенно младшая, — рыжая пони задумалась. На самом деле ее подозрения пока были совершенно необоснованны. Конечно, характер у сестер был странный, да еще их акцент. Последний, к слову, уже начал ослабевать, покуда обе кобылки активно общались с окружающими. В конце концов, фермерша, несмотря на свое предчувствие, решила повременить и попытаться сложить еще пару деталей. Хотя быть детективом — это не по ее части.