Принцесса Селестия учится фотосинтезу

Гринграсс на траве Кантерлота

— Ваше высочество? Горничная постучала в дверь спальни. — Ваше высочество, пора вставать.

После неоднократного стука горничная наконец-то толкнула дверь.

Постельное белье было взъерошено, но принцессы Селестии не было.

Но, по крайней мере, на небе уже вовсю светило солнце, так что ситуация (возможно) была не так плоха, как МОГЛА бы быть.

Оповестив дворцовую стражу, служанка расправила крылья и поднялась в воздух, отправившись на поиски.

Примерно через полчаса она заметила необычно большого пони, лежащего на лужайке в одном из дворцовых садов животом вверх, раскинув ноги и крылья.

Ноги И крылья? Служанка спустилась вниз, чтобы рассмотреть его поближе. У большого пони также был рог.

Да, если только не использовалась какая-то хитрая маскировка, горничная обнаружила аликорна.

Но из очень немногих аликорнов, известных эквестрийской науке и генеалогии… горничная не знала ни одного аликорна, который был бы ЗЕЛЕНЫМ!

Служанка приземлилась рядом с аликорном и легонько ткнула его одним передним копытом:

— Простите, — сказала служанка.

Большой и очень зеленый аликорн не открывал глаз.

— Простите! — повторила служанка. — Я ищу… вы случайно не знаете… интересно, если…

Служанка снова ткнула большого зеленого аликорна, уже сильнее.

Аликорн открыла глаза:

— Невежливо тыкать пони. А я, если вы не возражаете, решила вздремнуть. — Она снова закрыла глаза.

Служанка внимательно осмотрела зеленого аликорна:

— Ты выглядишь знакомой. Кто ТЫ?

Аликорн покачала головой, открыла глаза наполовину и сказала сонным голосом:

— Сел… то есть ГРИНГРАСС. Меня зовут ГРИНГРАСС. И я не тот, кого вы знаете, я уверена в этом. Если бы мы с тобой раньше встречались, я бы точно запомнила такую грубую кобылку, как ты, которая ходит и тыкает пони.

Служанка ткнула зеленого аликорна в третий раз:

— Я принесла тебе чашку чая! В СМЫСЛЕ, я могла бы принести тебе большую чашку чая, в зависимости от того, КТО ТЫ.

Аликорн принюхалась:

— О, это ДЕЙСТВИТЕЛЬНО хорошо пахнет… То есть, НЕТ, спасибо. Мне не нужно пить чай, больше не нужно. — Аликорн перевернулась на бок, обнажив чуть более темное пятно зеленого цвета на боку. — Только не с моими многочисленными магическими усовершенствованиями. Используя передовую садовую магию, я вобрала в себя способности многих видов растений. Часть моего левого бока здесь развила все удивительные способности чайного куста. Мне не нужно ПИТЬ чай, я могу просто ФОТОСИНТЕЗИРОВАТЬ его в своем теле.

Словно лошадь, пытающаяся согнать муху с морды, служанка с досадой покачала головой:

— Полагаю, вы не знаете, где может находиться принцесса Селестия?

— Не могли бы вы описать эту… — принцессу Селестию?

— Высокая, статная, алебастровый шерсть с самым слабым и нежным оттенком розового, грива и хвост нескольких цветов, которые вечно развеваются на неземном ветру. Не говоря уже о боках, которые никак не уймутся. А еще у нее есть крылья И ноги И рог.

Если я увижу эту — принцессу то непременно сообщу ей, что вы ее ищете. А ваше собственное имя может быть…?

— Пеко Бленд, ваше… я Пеко Бленд.

— Спасибо за предложение выпить чаю, пусть и совершенно ненужное. — Зеленый бок аликорна слегка вздрогнул, сориентировавшись так, чтобы лучше встретить солнце. — И удачи вам в поисках вашей принцессы.

— Спасибо, — ответила служанка. Она взмахнула крыльями и улетела.

Вернувшись во дворец Кантерлота, Пеко обратилась к собравшейся группе слуг и стражников:

— Я нашла аликорна подходящего размера… но она говорит, что она не принцесса Селестия.

— Ты нашла аликорна? — В комнату вошла принцесса Кейденс. — Как восхитительно! Какая она?

Пеко наклонила голову, задумавшись:

— Она очень… зеленая. И она очень большая, такая же большая, как принцесса Селестия. Зеленый аликорн дремала на солнце, раскинувшись беззаботно. И я думаю, что она… занималась фотосинтезом.

— Почему ты так думаешь?

— Потому что она сказала, что может. Она сказала, что ее левый бок обладает — всеми удивительными способностями чайного куста. И она очень зеленая. Кроме того, она отказалась от чашки чая, которую я ей предложила.

— Хм… — Кейденс почесала подбородок одним передним копытом. — Обычно я думаю, что если таинственный зеленый аликорн размером с принцессу Селестию появляется в то же утро, когда принцесса Селестия пропала, значит, здесь есть какая-то связь. Но если она отказалась от ТВОЕЙ чашки чая… Ну, я не знаю. Это превращает дело в настоящую загадку.

— Мммм, — согласилась Пеко.

— Где вы нашли этого загадочного зеленого аликорна? — поинтересовалась Кейденс.

— Она была в дальнем конце Восточного Сада, на лужайке для крокета.

Кейденс кивнула:

— Я пойду поговорю с ней.

— Гринграсс… так зовут зеленого аликорна… сказала, что ничего не знает о том, куда могла отправиться “наша принцесса Селестия”. Хотя я тщательно описала ей нашу принцессу.

Кейденс сказала:

— Я все равно попробую. Возможно, мне удастся освежить память этой — Гринграсс.

С отработанной грацией истиннорожденного пегаса, почти так же мягко, как бабочка, четыре копыта Кейденс опустились на лужайку.

Кейденс изучала большого зеленого аликорна, чьи грудь и живот медленно и ритмично двигались в такт мирному дыханию сна.

Наконец Кейденс прошептала:

— Как это, должно быть, прекрасно.

Одно из ушей аликорна дернулось, словно стряхивая с себя мелкий зуд.

Кейденс снова прошептала:

— Отдыхать на лужайке с зеленой травой, согретой солнцем Селестии, не заботясь ни о чем на свете.

Второе ухо аликорна дрогнуло.

— Знаешь, — прошептала Кейденс, — когда я была маленькой кобылкой, мы с другими кобылками в моей деревне иногда играли в принцесс. Некоторым кобылкам нравилось думать, что если они принцессы, то все, что они говорят, является законом, и они могут делать все, что им нравится, иметь все, что им нравится, командовать другими пони. Однажды кобылка, чья очередь была — принцессой, сказала нам: “К обеду каждый из вас должен отдать мне свой десерт”.

Один глаз зеленого аликорна приоткрылся лишь на волосок, превратившись в узкую щель:

— А остальные кобылки подчинились этому — королевскому приказу?

Кейденс хихикнула:

— Другие кобылки объявили восстание, а потом и настоящую революцию. Они схватили — принцессу Шоколаднозадую… так они ее переименовали, когда восстали против — десертного налога… и подняли ее на тележку, которую толкали и тянули до конца города, где опрокинули в океан. Принцесса, визжа и плескаясь, вылезла из воды и в свою очередь столкнула предводителя бунтовщиков с края причала. Мы все пошли купаться, брызгались и уворачивались друг от друга, играли в водные пятнашки. Все было очень весело.

— Я рада, что ваша революция прошла так хорошо, — заметила зеленая аликорн, ее второй глаз тоже слегка приоткрылся. — Среди взрослых существ, как вы, наверное, знаете, такие события часто проходят гораздо хуже.

— Да, — согласилась Кейденс. — С тех пор как я приехала в Кантерлотский Дворец, я каждый день по часу-два изучаю историю и политологию. Чем больше я узнаю о том, что нужно, чтобы управлять целой страной, тем меньше завидую Коронованым Принцессам.

— Какая ирония, — сказала Гринграсс, — ведь вы и САМИ принцесса. Кажется, уже поздновато извлекать пользу из урока, избегая ответственности. Отказавшись принять королевский титул, вы уклоняетесь от должности.

Кейденс хихикнула:

— Быть принцессой не так уж и плохо. По крайней мере, для меня это так. От меня не ждут многого, по крайней мере, пока. Для меня это не так уж и плохо, как, наверное, для моей тети Селестии. Я имею в виду, для КОРОНОВАННОЙ ПРИНЦЕССЫ Селестии.

Глаза зеленого аликорна полностью открылись. Она вздохнула.

— Итак, — сказала Кейденс. — Пеко Бленд сказала мне, что… твой левый бок теперь — часть чайного куста, и ты можешь приготовить сколько угодно чая, даже не используя чайник. Это правда?

— Я подумала, что если я использую это заклинание, чтобы получить способность к фотосинтезу, как у растения, то почему бы не пойти до конца? — Зеленый аликорн подмигнула. — На самом деле, мой ПРАВЫЙ бок — это часть кофейного дерева. — Аликорн перевернулась на левый бок. — Вот, попробуй.

— Что?

— Оближи мой правый бок, посмотри, какой он на вкус.

— Ты уверена?

— Как истинный представитель очень редкого подвида зеленых аликорнов, зеленый аликорн, который только сейчас таинственным образом появился в Кантерлоте, я, конечно же, должна быть принцессой в некотором смысле. Это мой королевский приказ! То есть, если вы хотите.

Кейденс шагнула ближе к зеленому аликорну. Кейденс высунула розовый язык, который осторожно коснулся зеленого бока. Она рассмеялась:

— У тебя действительно вкус кофе!

— Попробуй чуть дальше. Там, где ты лизнула, у тебя в основном Сенотиопский вкус… но не хочешь ли ты попробовать и Гнедзильский?

Кейденс снова попробовала:

— Ха. У тебя действительно получилось. Ты сама приготовила свой кофе.

— У меня более тысячи лет магического опыта, — сказала зеленая аликорн. — Упс. Забудь, что я это сказала.

Кейденс рассмеялась:

— Слишком поздно! Ты проболталась! Ты рассыпала кофейные зерна, и теперь я знаю твой секрет! Ты — СТААААРАЯ! Так кем же еще ты можешь быть, как не самой СТАРОЙ кобылой в Эквестрии?

— Но я УВЕРЕНА, что в Кантерлоте полно тысячелетних аликорнов. Дайте мне время скрыться и спрятаться, произнести еще одно заклинание для другой магической маскировки, и я познакомлю вас с еще одним!

Кейденс фыркнула:

— Прости. Полагаю, нет ничего страшного в том, что ты… — позавтракала вне Дворца, скажем так? Но в десять у тебя встреча, и тебе нужно подготовиться к ней, так что, думаю, тебе лучше поскорее признаться своим сотрудникам, что ты — это действительно ты.

Зеленый аликорн вздохнула:

— И как раз в тот момент, когда я наслаждалась тем, что объявила о своей независимости.

— Что?

— Я могу лежать на траве, греться на солнышке и заниматься фотосинтезом, получая свои собственные калории. Мне больше не нужен Дворец! Я могу игнорировать правительство Эквестрии и не делать никакой работы для вас всех! Если я буду вовремя поднимать и опускать солнце, то смогу игнорировать и остальные обязанности, потому что мне больше НЕ НУЖНО, чтобы пони приносили чай, или пекли для меня торты, или приносили мне бумаги, или обсуждали налоговые законы, или делали все остальные услуги, которые пони выполняют для меня изо дня в день, независимо от того, хочу я или нет, чтобы пони ко мне приставали.

Кейденс показала язык:

— Должно быть, это очень раздражает, когда тебя так боготворят. Но ты нужна Эквестрии.

Через мгновение зеленый аликорн грустно согласилась:

— Да. Так.

Кейденс погладила зеленого аликорна по щеке:

— Так ты намерена оставаться такого цвета, как листва, весь день? Всю неделю? Целые месяцы?

Крупная зеленая аликорн заскулила:

— Возможно, как и кобылки в твоей родной деревне, я объявлю о революции и новом режиме, которым будет править… Принцесса Грассбатт!

Кейденс хмыкнула:

— Полагаю, если ты сможешь организовать краткое появление самой принцессы Селестии, чтобы уверить подданных Эквестрии в том, что смена власти — это действительно хорошая идея… может быть, у тебя все получится?

Зеленая аликорн покачала головой:

— Я не хочу заставлять их волноваться. Ведь пони волнуются, знаете ли. Так что извините меня на минутку, пока я нырну в кусты и поищу вашу — пропавшую принцессу.

— Конечно, — согласилась Кейденс. — Удачи в поисках.

Зеленая аликорн перевернулась на живот, встала и скрылась за большим кустом.

Мгновение спустя оттуда вышла принцесса Селестия:

— Доброе утро, Кейденс! Как я рада тебя видеть!

Кейденс фыркнула:

— И тебе доброе утро, большая глупышка. Не хочешь позавтракать со мной?

Коронованная принцесса Селестия покачала головой:

— Спасибо, но я уже поела. — Она расправила крылья, мощно взмахнула ими и зависла над травой. — Давай вернемся во дворец. Уверена, там меня не ждет много работы.