Маска преображает пони
Глава 39
Не желая думать о случившемся, Фликер заставил себя сосредоточиться на целеустремленном марше по ветру. Жеребенок тщательно следил за тем, как ставится каждое копыто, как поднимается каждая нога, держал позвоночник жестким, шею — под гордым углом, а нос — торчком.
Пайпер, не покладая копыт, терпела издевательства ветра над своим тонким плащом. Выражение ее лица стало жестким и решительным, и она шла чуть позади Хеннесси, уткнувшись носом ему в хвост, пытаясь укрыться за ним, когда ветер налетал с новой силой. Ноги кобылки затекли, и было видно, что ей трудно идти, но она не жаловалась. На некоторых бинтах проступили пятна, но она оставалась непоколебимой.
Хеннесси, уверенно ступающий земной пони, хорошо держался на ветру, даже немного недоедая, Хеннесси обладал природной силой, и его копыта уверенно ступали по булыжникам. Однако холод изматывал его. Родившись в жарком и влажном месте, в глухом юго-восточном уголке Эквестрии, он совсем не привык к холоду, и даже под тяжелым коричневым шерстяным плащом он ощущал холод, хотя и не жаловался.
Эта работа была связана с лишениями и страданиями. Не только Гильдия Крысоловов, но и другие гильдии придерживались высоких стандартов, например Гильдия Стражей, которая занималась наемной охраной, защитой домов и услугами телохранителей. Можно было бы ожидать, что кому-то придется работать в холодный, ветреный день, и он не останется дома греться у огня.
Войдя внутрь восьмиугольной башни, Фликер порадовался, что здесь тепло. Он уже бывал в этом здании, здесь то и дело можно было встретить Найт Лайта. Ярко-оранжевый единорог спускался по лестнице, чтобы поприветствовать их. Фликер знал его, знал хорошо, и Фликер понял, что хотел бы узнать его получше, ведь этот лисоподобный пони сражался двумя мечами.
— Фокс Попули, рад тебя видеть, — сказал доктор Стерлинг, улыбаясь теплой, счастливой улыбкой. — Мисс Пай, мистер Уокер, этот фантастический пони — Фокс Попули. Как и Найт Лайт, он не любит, когда его называют "мистер", так что будьте внимательны.
— Имена. — Фокс глубоко вдохнул и подмигнул. — Мне нужны настоящие имена!
— Пайпер.
— Хеннесси.
Склонив голову, Фокс ухмыльнулся Фликеру:
— И вечно накрахмаленный Фликер Никер.
— Фокс, у него было очень тяжелое утро. — Доктор Стерлинг сделал паузу, как будто собирался сказать что-то еще, но слов не последовало.
— Мне очень жаль это слышать. — Заботливый взгляд Фокса был теплым и искренним, а его поведение, казалось, прогоняло холод, который испытывали спутники после пребывания на сильном морозе. — Я получил вашу депешу и прочитал весь отчет, доктор Стерлинг. Неживые крысы, как вы говорите. Очень тревожно, очень тревожно. По крайней мере, нам повезло, что истребитель прибыл именно тогда, когда он так нужен. — Глаза Фокса сузились, и он принялся изучать Фликера, который, казалось, был погружен в собственные мысли.
Ярко-оранжевый пони с характерными белыми отметинами ходил по кругу вокруг Фликера, который стоял, почти не обращая внимания на то, что его изучают. После полного круга Фокс посмотрел доктору Стерлингу в глаза, приподняв одну бровь в любопытном изгибе:
— И его способности подтвердились?
— Я видел это своими глазами, — ответил доктор Стерлинг. Глаза доктора Стерлинга сузились, а рот под усами сжался в плотную прямую линию. — Серебряное оружие и необходимые для него чары стоят очень дорого, как вы, я уверен, знаете. Пройдут годы, прежде чем у Фликера будет достаточно монет, чтобы приобрести его. И вновь наша гильдия обращается к вам за помощью.
— И снова Lucerna Perpetuum сделает все возможное, чтобы помочь вам. — Легкомысленная манера Фокса исчезла, и он стал более серьезным. — Однако мы не станем помогать вам без компенсации.
Пробормотав что-то себе под нос, доктор Стерлинг сделал шаг назад, а Пайпер перевела заинтересованный и любопытный взгляд на Фокса. Хеннесси рассматривал картину, на которой принцесса Селестия и принцесса Луна поднимают солнце и луну во время затмения. Фликер оставался неподвижным, глядя на два меча, пристегнутых к бокам Фокса.
— Это вопрос денег? — спросила Пайпер.
— Нет, — ответил доктор Стерлинг, — речь никогда не идет о деньгах. — Нахмурив брови, доктор Стерлинг повернулся лицом к Фоксу. — Что на этот раз? Нужно ли мне отправиться в какой-нибудь жалкий курган или склеп, заполненный нежитью по самые стены, чтобы забрать давно забытый фолиант? Нужно ли вернуть какой-то артефакт? Какое-то ужасающее хранилище кентавров, наполненное безумными автоматами или другими приспешниками безумия, которое нужно очистить?
Ухмыльнувшись тонкими губами, Фокс ответил:
— Ничего подобного.
— Тогда что же? — спросил доктор Стерлинг, глядя на него с раздражением.
— Мне нужны они, — с невозмутимым спокойствием заявил Фокс, жестом указывая на учеников доктора. — Они нужны нам. Они нужны Lucerna Perpetuum. Мы бы очень хотели иметь в своих рядах истребителя. У меня есть артефакт, да, вы не ослышались, артефакт, который, как я знаю, поможет вам. И я дам его Фликеру… дам… не во временное пользование… и все, что я попрошу взамен, — это три простые клятвы, произнесенные тремя жаждущими учениками.
— Полагаю, все это было лишь вопросом времени. — Доктор Стерлинг раздраженно скривил губы, уставившись на Фокса. — Я могу понять насчет Фликера, но почему Пайпер и Хеннесси?
— Потому что мы в Lucerna Perpetuum ценим дружбу. Благодаря ей жизнь продолжалась и пережила Виндиго. Благодаря ей Твайлайт Спаркл выросла в ту пони, которой она является сейчас. Благодаря ей Тарнишед Типот уничтожил Корону Порчи Грогара. Именно так Сумак Эппл и Пеббл Пай продолжают идти вперед в таких сложных обстоятельствах. Все великое, что есть в нашем обществе, начинается с дружбы. Дружба — это ценность и один из тех товаров, которые мы в Lucerna Perpetuum бережем, когда это возможно. Дружба — это самое большое богатство в нашей сокровищнице.
Пайпер выглядела озадаченной после речи Фокса, а Хеннесси обернулся, оторвав взгляд от картины, которую он изучал. Фликер, казалось, уставился в потолок, погрузившись в раздумья. Хвост доктора Стерлинга вился за его спиной, а его серебристо-серые глаза были устремлены на Фокса.
— Что это вообще такое? — спросила Пайпер.
— Не такое уж и секретное тайное общество, — ответил доктор Стерлинг ровным тоном.
— Отлично. — Пайпер усмехнулась, и ее глаза загорелись любопытством. — Типа, скрытый анклав волшебников?
— Именно так. — Фокс усмехнулся и кивнул.
— Значит, мы вступаем в ваш тайный клуб, а Фликер получает что-то, что ему поможет? — Хеннесси потянулся и ткнул Фликера в переднюю ногу. — Эй, эй, Фликки, вот тебе шанс получить еще один Фликер-стикер.
— Что? — Фликер быстро моргал глазами и пытался понять, что происходит. — Прости, я думал о том, что случилось раньше. Я потерялся в мыслях. Простите меня. Я пытался вспомнить, как называется то, когда грива пони похожа на веревку.
Доктор Стерлинг немного расслабился и начал хихикать.
— Дреды? — Фокс бросил на Фликера необычный взгляд. — Какая любопытная вещь. В Виндии я встречал много пони и зебр с дредами. На местном языке они называют их джата. Многие мистики и садху делают так, чтобы их гривы и хвосты были заплетены.
— Итак, чтобы достать это оружие для Фликера… что нам нужно сделать? — Пайпер сделала бесстрашный шаг вперед и оказалась прямо перед лицом Фокса, ее мордочка теперь находилась в полуметре от его морды. — Это даст мне доступ к особым заклинаниям? К более сильной магии? Я чую здесь возможность и шанс реализовать свои амбиции. Мне нужна великая сила, чтобы творить великое добро.
Доктор Стерлинг вздохнул, глядя на Пайпер, а затем закатил глаза.
— А ты… чего ты хочешь, Хеннесси? — спросил Фокс.
— Ну, я полагаю, мне нужно признание, — ответил Хеннесси медленным, даже по его собственным меркам, голосом. Слова растягивались, как ириска, пока он их произносил. — А больше я не знаю, чего хочу. Полагаю, мне нужны любовь и доброта, а еще мягкое место, где можно отдохнуть. А кроме этого, что еще есть?
— Есть фондю, мистер Уокер, и оно фантастическое, — заметила Пайпер. Через мгновение, когда ее глаза загорелись, как два костра-близнеца, она добавила: — А пуцин… пуцин делает жизнь волшебной, хотя, возможно, и немного газообразной.
— Итак, ужин и музыкальный номер позже тем же вечером? — Хеннесси потянулся, и его слова заставили доктора Стерлинга еще больше захихикать. — Я не против.
— Что мы делаем? — спросил Фликер.
Пайпер выглядела в восторге, сжимая учебник магии, полный световых заклинаний, который ей вручили после посвящения. Фликер тоже получил книгу заклинаний, но его книга лежала на столе. Доктор Стерлинг расхаживал по комнате, выглядя одновременно гордым и немного обеспокоенным. Хеннесси сидел во главе стола, который тянулся через всю комнату, и выглядел очень спокойным и задумчивым.
Фокс вернулся в комнату, покинув ее, чтобы забрать обещанный артефакт, который он теперь держал в коробке, имеющей форму гроба. Подойдя к столу, Фокс поставил шкатулку на пол и, повернув голову, посмотрел на Фликера. Это был кинжал, мизерикорд, что происходит от фэнсийского слова miséricorde, означающего "милосердие". Имя кинжала — Сердцеед.
Открыв коробку, Фокс продолжил:
— Сердцеед был создан при сотрудничестве нескольких народов: серебро добывали и очищали алмазные псы, сталь ковали минотавры, рукоять делали грифоны, а сама принцесса Селестия наложила на клинок чары. Он был создан, чтобы покончить с могущественным личем, и его носил герой алмазных псов Фортис. Предполагается, что Фортис пронзил клинком сердце лича. В результате взрыва погиб лич, а также Фортис, останки которого так и не были найдены. Сердцеед был найден в логове лича, и со временем именно грифоны принесли его сюда на хранение, пока он снова не понадобится.
С благоговейным поклоном Фокс извлек мизерикорд из коробки и поднял его над головой, чтобы все увидели. Он был изящным на вид, длинным для своего размера, тонким и покрытым серебром. Кинжал имел серебристый отблеск, слабый, незаметный под прямыми солнечными лучами. Рукоятка была покрыта черным эбеновым деревом, а в навершие был вмонтирован желтый драгоценный камень.
— Это мощное оружие против нежити. — Фокс говорил благоговейным шепотом. С суровым видом он протянул мизерикорд Фликеру и потряс им.
— И это мое? — спросил Фликер.
— Ты будешь его носителем до тех пор, пока жив, — ответил Фокс очень торжественно. — Считай это пожизненным займом. Принцесса Селестия согласилась позволить тебе стать его носителем на время этого кризиса и после него.
Взяв клинок своей магией, Фликер склонил голову.
— Это большая честь для меня.
— Ты также обязан. — Фокс посмотрел Фликеру в глаза и придвинулся ближе. — Этим подарком принцесса Селестия возложила на себя большие надежды, и она захочет многого взамен. Не разочаруй ее. Со временем, если ты проявишь себя, у нас будут и другие подарки, которые мы сможем преподнести нашему избранному чемпиону.
Мизерикорд обладал собственным теплом, собственной магией, и Фликер почувствовал приятную щекотку, когда вытащил его из стальных и серебряных ножен. Серебряные инкрустации на клинке зажглись от его прикосновения, и он увидел, как от оружия отходят маленькие завитки серебристого пламени. Клинок зазвенел, издав звук, который заставил Фликера сосредоточиться. Он был не очень большим, но в этом и не было нужды. Мизерикорд предназначался для того, чтобы вонзать его в прорезь визора шлема и хорошенько взбалтывать мозги внутри. Его можно было всадить в основание шеи, и клинок доставал до сердца, надежно спрятанного в ребрах. При определенном старании и сноровке он мог пробить большинство доспехов.
Лезвие не имело острой кромки, оно было треугольной формы, усиленное и предназначенное для нанесения колющих ударов. Раны, нанесенные треугольным клинком, заживали очень медленно, если вообще заживали. Острый глаз Фликера изучал его долгие секунды, и после тщательного осмотра он решил, что, хотя клинок и предназначен только для колющих ударов, он будет полезен против всего большого и бронированного, как бешеные медведи — его основной ориентир для всех опасных существ, не относящихся к крысам.
— Я смогу это сделать, — сказал Фликер, скорее себе, чем кому-либо из присутствующих.
— Он выглядит довольно счастливым, — заметила Пайпер, наклонившись вперед, чтобы получше рассмотреть лицо Фликера. — Хеннесси, посмотри на него, быстрее, пока он не угас. Он не хмурится!
— Что? — Хеннесси чуть не упал со стула, пытаясь вглядеться, и прищурился на Фликера.
— Спасибо, Фокс. Я снова в долгу перед добрым благодетелем. Сначала моя палочка, теперь вот это. — Фликер склонил голову, сунул мизерикорд обратно в его уникальные ножны треугольной формы и не обратил внимания на то, что Пайпер и Хеннесси уставились на него. Они были глупыми пони и просто не понимали, как можно быть серьезными и сдержанными.
— Фликер…
— Да, Фокс?
— Поддерживай свет, Фликер. Это наш священный долг.
— Я так и сделаю, Фокс.
Оранжевый единорог глубоко вздохнул:
— Фликер, я сомневаюсь, стоит ли это говорить, но будь осторожен. Плохие вещи обычно случаются с теми, кто хранит свет. Без сомнения, ты привлечешь внимание тех, кто хочет погасить свет. Не ошибись, среди них есть ярые приверженцы этого дела, такие же фанатичные и преданные, как и мы. Если ты надеешься иметь хоть какой-то шанс противостоять им, тебе придется постоянно заниматься самосовершенствованием — это включает в себя личное совершенствование и развитие, например, заводить друзей. — Фокс перевел взгляд на Пайпер и Хеннесси. — Друзья — это наша величайшая сила… и наша величайшая слабость. Это парадоксальное преимущество.
Фликер непонимающе уставился на Фокса.
Навострив уши, Фокс покачал головой:
— Увы, я вынужден попрощаться с вами. У меня есть дела, которые необходимо выполнить. Я был рад познакомиться со всеми вами. Слушайте доктора Стерлинга, внимайте каждому его слову и повинуйтесь Вику Чандлеру. Эти пони участвуют в этой борьбе уже очень, очень давно, и им есть чему вас научить. Удачи!