Если бы желания были понями... Возвращение домой
Глава 5. На краю адской бездны
Внутри царила здоровая, деловая суета, назначенные Эппл Блум помощницы пересчитывали собранные деньги, пока она сама проводила профилактические беседы, тут же шла запись в отряды. Кое-кто из студентов стаскивал в гостиную вещи из спален и занимался сортировкой — приказ был брать только самое необходимое.
Гарри подошёл к столу.
— Ну что? — спросил он у Эппл Блум, — как успехи?
— Почти закончили, — бодро отрапортовала превращённая земнопонька. — Как тока опр'делятся с количеством отрядов, ср'азу начнём выдачу. Разделим между всеми группам, штобы никому обидно не было. Командир п'лучит половину суммы, вторую половину разделим между членами отряда, шоб если чо, они вообще без бабок не остались. По-моему, такой вариант самый честный. Вот тока я не знаю, как нам поступить с галеонами и битсами. Их буквально д'фига но маглы их точно брать не станут, а то ещё глядишь и кипишь подымут на пустом месте.
- Согласен, — кивнул Гарри и, немного поколебавшись, рассказал подруге про столбы дыма, поднимавшиеся над деревней. ЭйБи вздрогнула и изменилась в лице. Она была очень умной и схватывала всё на лету, хотя всегда старалась изображать из себя неотёсанную деревенщину, потому мгновенно пришла к тем же выводам, что и он сам.
— Дум'ш ударили повсюду? – тихо спросила она. Гарри утвердительно кивнул. – А п'сольство? Моя сеструня…
— Там были диархи и мама, — быстро ответил мальчик, — да и остальных Элементов без шарлотки не съешь. Плюс гвардейцы и вся система обороны. Если на посольство напал магловский спецназ, то он там и лёг, без вариантов. Другое дело, что их могли взять в осаду армейские части. Но это не так страшно, тем более, что Шайнинг Армор находился в составе делегации. А где он, там и его знаменитый щит.
— Бу'м надеяться, — вздохнула Эппл Блум и слегка расслабилась.
— Вернёмся к нашим монетам, — подвёл итог мальчик. Он поскрёб затылок, а потом неожиданно повернулся в сторону толпы студентов и громко сказал: — Нельсон, ты тут? Подойди пожалуйста к нам.
Нельсон Руби, пятикурсник с гриффиндора, удивлённо посмотрел на Гарри, но просьбу выполнил, пусть даже без всякой охоты.
- Нужна моя помощь? – поинтересовался он.
— Ага, – улыбнулся Гарри. — У тебя вроде имеется большая коллекция различных монет, в том числе и магловских, я прав?
— Ещё бы, — важно кивнул парнишка, — её ещё мой дед начал собирать. Вот только извини, но в общий котёл я класть их не буду, там вообще нет современных денег.
— Успокойся, никто от тебя этого не потребует, — успокоил его Гарри. – Нам просто нужны образцы. Скажи, там есть золотые монеты – фунты, гинеи или соверены? Желательно последних выпусков. И да, серебряные шиллинги, конечно, тоже не повредят.
— Обижаешь, конечно, есть.
— Отлично, тогда неси сюда.
Нельсон умчался наверх в спальню, а Гарри отправился на поиски Петти Холидэй, которую обнаружил в компании нескольких других девчонок, что занимались распределением и расфасовкой продовольствия по пакетам.
— Петти, — торжественно заявил он, — мне нужна твоя помощь как непревзойдённого мастера трансформации.
— Ох, ну прямо-таки непревзойденного, — рассмеялась шестикурсница-равенкловка. – Не льсти, а просто скажи, что нужно сделать?
— Ты можешь переделать битсы и галеоны в золотые соверены, а кнаты в серебряные шиллинги?
— Не знаю, — протянула девушка, — никогда таким не занималась. Ну и задачки у тебя… Ты вообще знаешь, что это незаконно?
— Знаю, — легко согласился мальчик. – Но в том, что сотворили эти придурки, никаким законом и не пахнет, так что и нам можно преступить черту для спасения жизни.
— Что верно, то верно, — вздохнула Петти, потом решительно тряхнула волнистыми локонами. – Согласна! Вот только для этого мне обязательно необходимы исходные модели.
— Модели сейчас будут, я уже послал Нельсона за монетами.
— Тогда попробуем.
К Гарри подошли Гермиона и очень мрачная Скуталу. Похоже пегасёнка до сих пор ругала себя за свой промах с сундуком и периодически с задумчивым видом поглядывала на закрытые окна.
— И зачем возиться с трансформацией, когда можно просто трансфагарировать в монеты любую вещь? – угрюмо спросила она.
Гарри не стал её поправлять, и просто объяснил, что любой трансфигурированный предмет рано или поздно вновь примет исходную форму, а вот трансформация необратима. Главное, чтобы материал был один и тот же. Из серебряного кната золотая гинея никак не получится.
- Как всегда, — надулась пегасёнка, — обязательно будет какая-нибудь пакость.
Подошёл Нельсон держа в руках толстенный альбом в кожаном переплёте.
— Вот, — сказал он, водружая неподъёмный талмуд на стол. – И для чего он вам понадобился?
Гарри быстро объяснил для чего, и они всей компанией стали разглядывать золотые и серебряные монеты, лежащие в прозрачных кармашках. В конце концов, друзья сошлись на том, что галеоны лучше всего трансформировать в полусоверены, а более тяжёлые битсы в соверены. Из кнатов же получились отличные шиллинги.
— Не пойму только одного, — задумчиво сказала Гермиона. – И серебряные и золотые монеты уже давно выведены из обращения. Как они будут ими расплачиваться?
— А никак, — ответил Гарри, пожимая плечами. — В магазине их никто конечно не примет, но ведь остаются ещё ломбарды, скупки и коллекционеры. Если ребятам понадобится скрываться длительное время, то это вполне себе вариант. А вот с галеонами и битсами такое естественно не прокатит.
— И почему ты думаешь, что эта фигня может затянуться надолго? — спросил стоящий рядом Томас Динк. — Нам ведь нужно только выбраться из замка, а там мы разбежимся по домам и все дела.
Гарри на секунду прикрыл глаза и тяжело вздохнул — ему очень не хотелось это говорить, но дальше молчать было просто нельзя.
— Я очень сомневаюсь, — медленно произнес он, — что маглы напали только на Хогвартс. Если бы это было так, то на помощь уже давно примчались бы авроры и эквестрийская гвардия. Но их нет. Значит атакованы все анклавы магического мира и даже… — тут Гарри на секунду замолчал, потом сглотнул и произнес почему-то шёпотом, — и даже посольство. Не хочется, конечно, в это верить, но лучше исходить из худшего.
— Это всего-навсего твои фантазии, Поттер, — сказала Пэнси Паркинсон со Слизерина. – Никаких доказательств у тебя нет!
— Ты даже не представляешь, насколько я был бы рад, если бы ты оказалась права, — буркнул он. — К сожалению, факты говорят об обратном.
И чуть поколебавшись рассказал о сожжённом Хогсмите. В холле наступила полная тишина.
— Ну дела, — пробормотал Томас Динк. — Что же получается, маглы объявили нам войну?
— До тебя только сейчас дошло? — с иронией спросила Скуталу. – Ну ты и жираф! По-моему, это было ужевидно с самого начала.
— Короче, — резюмировал самозваный комендант Гриффиндорской башни. — Будем исходить из самого пессимистического сценария развития событий. В любом случае иного выхода у нас нет.
— Гарри, — быстро сказал подошедший Джошуа Кларк, который вместе с несколькими другими студентами был поставлен у двери с приказом следить за её состоянием. – Пойдём, я тебе кое-что покажу.
Приблизившись к двери Гарри тут же услышал глухие редкие удары, доносящиеся снаружи.
— Это продолжается уже минут пятнадцать, — сказал Джошуа, — они похоже что-то затевают.
— Понятно, — протянул Гарри, потирая подбородок. – Чёрт, как бы узнать, что там происходит.
Пару минут мальчик сосредоточенно размышлял, затем довольно улыбнулся и кинулся к лестнице ведущей в спальню. Когда он возвратился назад, в его руках была зажата деревянная плоская коробка.
— Я так и знал, что эта штука когда-нибудь да пригодится, — сказал Гарри ставя коробку на стол и откидывая крышку.
Внутри, утопленная в затянутой бархатом ячейке, лежала белая фаянсовая тарелка с отколотым краем. С одной стороны на её ободе синей кобальтовой краской был изображён серп и молот заключённый в пентаграмму, с другой красовалась полукруглая надпись по-русски: «Курганобщепит, столовая № 6». Вокруг тарелки, каждая в своей ячейке, лежали крохотные шкатулки, сделанные из цельных грецких орехов.
— И что это такое? — удивлённо спросил Томас. Вместо ответа Гарри повернулся к Эппл Блум и попросил: — Принеси пожалуйста яблоко и лучше всего красное. Я знаю, что у тебя их полугодовой запас заготовлен на случай Конца Света.
Превращённая земнопонька возмущённо фыркнула, но послушно побежала к себе в спальню. Тем временем Гарри вытащил тарелку и поставил на стол
— Этот артефакт мне подарили, когда я гостил в России, — пояснил он. — Очень полезная штука.
— И что он делает, — удивлённо спросила Фэй, внимательно следящая за всеми его манипуляциями.
— Сейчас увидишь.
Появилась Эппл Блум, что-то с хрустом пережёвывающая. В руке у неё лежало надкушенное сбоку большое красное яблоко.
— Не удержалась-таки, — вздохнул Гарри. – Опыт Белоснежки тебя явно ничему не научил.
ЭйБи прекратила жевать, сделала глотательное движение и недовольно буркнула: — Д' ладно, говорят р'зок укушенные яблоки действуют даже лучше, чем целые.
— Сейчас увидим, — сказал Гарри.
Он вынул яблоко из рук подруги, положил его на тарелку, затем развернул тарелку пентаграммой в сторону двери, после чего посмотрел на внутреннюю сторону коробочной крышки, где была закреплена тонкая бронзовая пластина с выгравированным текстом заклинания. Вспоминая уже слегка подзабытые русские слова, Гарри принялся читать с выражением:
Эх яблочко,
Куды ты котишься,
К Колчаку попадёшь,
Не воротишься.
На глазах у изумлённых зрителей яблоко начало катится по ободу, сначала медленно потом всё быстрее и быстрее. Внезапно дно тарелки засветилось на нём стали проявляться какие-то смутные образы, силуэты людей больше похожие на пятна, вспышки света, затем изображение пропало, сменившись «снегом» белого шума.
— О Мерлин, — зло сказал Гарри, — стена слишком толстая, сигнал не проходит.
— И что теперь делать? — спросила Свити Белль.
— На этот случай имеются усилители, — вздохнул Гарри.
Он вынул одну из шкатулок-орехов, щёлкнул замочком и откинул крохотную крышку. Внутри, в красном бархатном плену сидел большой чёрный паук неподвижный, словно игрушечный.
— Это усилитель-ретранслятор, — пояснил мальчик. — Достаточно посадить его на стену с той стороны, и мы увидим всё что там происходит
— Отличная идея, Поттер, — фыркнул Томас. — Значит ты сейчас отопрёшь дверь, выйдешь такой деловой и скажешь с порога серым убийцам, типа извините, мне нужно прикрепить к стене шпиона. После чего спокойно его прилепишь, а затем вернёшься назад и они тебя не тронут. Так?
— Не обязательно, — пожал плечами Гарри. – Открою тебе страшную тайну: у меня есть мантия-невидимка, так что я смогу это сделать, не привлекая к себе особого внимания, быстро и чётко.
Гарри, с лёгким перезвоном колокольчиков, возник в одном из коридоров Хогвартса, укутанный с ног до головы в мантию-невидимку. Он так и не решил куда собирается прыгнуть, и в момент перехода продолжал прокручивать в голове варианты возможных мест назначения. В результате его выбросило в совершенно случайном коридоре, что конечно оказалось не самым лучшим вариантом. Мысленно обозвав себя «ослом», Гарри решительно сжал волшебную палочку в потной ладошке, затем огляделся по сторонам.
Он практически сразу понял куда попал и сильно удивился, что подсознание привело его именно сюда. Это был тот самый коридор, где два года назад сидел в запертой комнате трёхголовый Пушок. Рядом мальчик увидел дверь, ведущую в чулан полный грязных тряпок, вёдер и швабр. Именно здесь он прятался в приснопамятный день, когда Свити Белль сварила своё фирменное приворотное зелье. Тогда, надышавшиеся паров адского варева первокурсники с Гриффиндора и Слизерина воспылали к Гарри непреодолимой любовью, и мальчику пришлось спасаться бегством от целой толпы поклонников и поклонниц. Чудом ускользнув от погони, он укрылся в этом самом чулане, откуда его в конце концов вызволили близнецы Уизли.
Да уж, странная штука человеческий разум, и почему из всех многочисленных мест в Хогвартсе его постоянно швыряет именно сюда? Впрочем, сейчас было не до философских рассуждений. В коридоре оказалось достаточно светло, очень сильно пахло порохом, а под ногами хлюпало что-то липкое. Мальчик посмотрел вниз и вздрогнул — на полу лежало несколько тел в изорванных пулями слизеринских мантиях, похоже отступающие студенты с факультета змей оказались настигнуты здесь преследователями и несколько из них погибло. Чуть дальше распростёрлось ещё одно тело при виде которого сердце Гарри сжалось и пропустило удар. На раскинутом словно крылья летучей мыши черном плаще лежал мёртвый Северус Снейп. По всему было видно, что профессор зельеварения дорого продал свою жизнь — в правой руке он сжимал небольших размеров флакончик с какой-то пузырящейся жидкостью внутри. Ещё несколько бутылочек валялись на полу рядом с трупом, а в дальнем конце коридора громоздился настоящий штабель из тел мёртвых штурмовиков. Там курился зелёно-жёлтый дым, что-то булькало, шипело и время от времени вспыхивали яркие огоньки. Маглам дорого досталось эта победа, ничего не скажешь.
Мальчик тяжело вздохнул. Северуса Снейпа не любили многие студенты, некоторые даже за глаза называли его Злодеусом Злеем. Он терпеть не мог Гарри, а Гарри соответственно ненавидел Северуса, профессор постоянно придирался, ставил ему и его друзьям низкие оценки, отбирал факультетские очки, но сейчас это было неважно.
«Он ведь мог в любой момент аппарировать, сбежать в безопасное место, — подумал мальчик, — но вместо этого остался, выполнил свой долг до конца и погиб как герой, защищая тех, кого обязан был защитить. Одно это прощает ему все прошлые гадости».
Гарри отвернулся и совсем уже было решил телепортироваться в ближайший к входу в гриффиндорскую башню класс, но внезапно остановился и прислушался. Из чулана, в котором два года назад он скрывался от временно сошедших с ума Скуталу, Свити Белль и Эппл Блум, донёсся какой-то звук — то ли всхлип то ли стон. Одним решительным движением распахнув дверь юный маг увидел сидящего на полу в окружении швабр и вёдер мальчишку-первокурсника, облачённого в изодранную слизеринскую мантию. На Гарри уставились огромные, полные ужасы глаза, затем в него полетело какое-то слабое детское проклятие, которое тот отбил машинально, даже не задумываясь. В следующее мгновение мальчишка узнал того, кто возник перед ним на пороге и опустил палочку.
— Г-гарри, — дрожащим голосом прошептал он. — Это ты?
— Верно, — кивнул Поттер. — Что ты здесь делаешь?
— П-профессор Снейп приказал мне спрятаться в этой кладовке и сидеть до тех пор, пока меня не найдут, а сам остался снаружи. Я слышал выстрелы, взрывы, затем всё стихло, — запинаясь проговорил мальчик. — И вот ты меня нашёл. А где профессор?
— С ним всё в порядке, — быстро сказал Гарри. – Ты когда-нибудь раньше телепортировался?
— Нет, никогда.
— Тогда сегодня попробуешь в первый раз. Давай, закрой глаза, вставай и выходи, я перенесу тебя в безопасное место. Главное, не открывай глаз.
— Но почему?
— Так надо, не спорь пожалуйста.
Меньше всего на свете Гарри хотелось, чтобы мальчишка увидел изорванное пулями тело своего декана. К счастью, тот не стал больше задавать вопросов и покорно выполнил приказ старшего ученика. Поттер вывел его в коридор, взял за плечи и телепортировался в Тайную комнату. Сдав парнишку на руки кому-то из слизелинских старост, он вновь запахнул мантию и наконец перенёсся туда, куда собирался с самого начала.
В коридоре перед входом в гриффиндорские покои, несколько техников суетились вокруг странного вида агрегата, один конец которого был направлен в сторону металлической двери. За их спинами стояли серые штурмовики и внимательно наблюдали, изредка обмениваясь короткими репликами.
«Как я вовремя, — подумал мальчик. — По всей вероятности эта штука должна каким-то образом выбить дверь. Интересно, она магическая или нет? Впрочем неважно».
Он открыл шкатулку, и маленький чёрный паучок упал на пол, затем быстро перебирая ножками подбежал к ближайшей стене, стремительно поднялся по её поверхности наверх и в конце концов удобно устроился в укромном уголке. Отлично, теперь они будут знать всё что здесь происходит. Можно было возвращаться назад, но Гарри решил позаботиться об агрегате, чтоб два раза не ходить. Отступив немного назад мальчик прикрыл себя щитом и несколько раз наотмашь, крест-накрест взмахнул волшебной палочкой, рубя ей воздух словно саблей. Режущее заклинание он в совершенстве освоил ещё в Эквестрии, когда вместе со своими взбалмошными подругами посещал Вечнодикий лес — оно помогало эффективно отбиться от древоволков. Пока расчленённые хищники собирались снова, можно было удрать в безопасное место. Вот и сейчас всё прошло быстро и чётко.
Разрубленный в нескольких местах агрегат заискрил, вверх повалил густой дым, перепуганные техники порскнули по сторонам, началась неразбериха и крики. Воспользовавшись суматохой, незамеченный никем Гарри быстро телепортироваться обратно в гостиную.
И мгновенно понял, что за время его отсутствия произошло что-то очень страшное. Свити Белль сидела за столом уронив голову на руки и рыдала, её плечи тряслись, рядом стояла Гермиона и как могла утешала плачущую подругу. Эппл Блум расположилась в кресле и так сжала подлокотники своими сильными пальцами, что бедное дерево трещало, но превращённая земнопонька этого не замечала. Она качала головой из стороны в сторону и непрерывно повторяла как заведённая:
— Эт я во всём виновата! Эт я во всём виновата! Зачем я на неё накричала? Зачем?
— Что случилось? — цепенея от ужасного предчувствия, одними губами спросил Гарри.
Услышав его голос Свити, зарыдала ещё сильнее, а Эппл Блум прекратила трясти головой и зажмурилась. Понимая, что от них сейчас толку мало, Гарри подошёл к Гермионе. Та подняла на него мокрые от слёз глаза, затем всхлипнула и тихо произнесла:
— Скуталу убили.
Эти два коротких слова вонзились в сердце Гарри двумя раскалёнными клинками и, почувствовав, что земля уходит из-под ног, он судорожно вцепился пальцами в столешницу чтобы не упасть
— Как? — только и смог прохрипеть мальчик.
— Ты же видел, она всё это время была сама не своя, всё ругала себя за то, что отдала сундук Хагриду. Ты ушёл, мы занялись распределением денег, и тут внезапно, за спиной раздался звон разбитого стекла. Я обернулась и увидела, что окно открыто, Скутти стоит на подоконнике уже в своём пегасьем облике и расправляет крылья. Я крикнула ей чтобы она не смела улетать, но она покачала головой и заявила, что быстро смотается до хижины Хагрида, заберёт сундук и тут же вернётся обратно.
Гарри хотел что-то сказать, но из его горла вырвалось только змеиное шипение настолько натуральное, что Гермиона вздрогнула, после чего торопливо продолжила:
— Я бросилась к окну, моля чтобы она возвращалась, но Скутти только рассмеялась в ответ и вылетела наружу. Почти сразу в неё стали стрелять. От первых двух пуль ей удалось увернуться, но потом в неё попали аж три раза подряд. Она громко закричала и камнем понеслась к земле, даже не пытаясь затормозить крыльями. Думаю, что смерть наступила мгновенно.
— Ты бы тоже получила пулю, — мрачно заметила Парвати Патил, — если бы я не оттащила тебя от окна.
Гарри поглядел в сторону выбитых окон и сжал кулаки, его всего трясло, во рту чувствовался солёный привкус крови из прокушенной губы. С минуту он стоял неподвижно, затем решительно подошёл к Эппл Блум, обнял её и стал утешать, точно также как Гермиона минуту назад утешала Свити Белль.
— Ты ни в чём не виновата, — шептал мальчик, прижимаясь щекой к щеке подруги. – Пожалуйста, не казни себя, ты же знаешь какая она была упрямая! Я, дурак, не подумал, что она может попытаться вот так, в открытую, нахрапом решить все проблемы. Ну же, Блу соберись, ты нужна нам!
Он утешал её, и в это же самое время его собственную душу рвали в клочья острые ржавые крючья отчаяния. Скуталу. Отважная, взбалмошная Скуталу, главная заводила и весельчак их команды, которая не унывала даже в самые страшные моменты, сейчас лежала где-то внизу маленькой сломанной куклой, и ничто не могло её спасти.
— Мы должны забрать её, — не открывая глаз сказала Эппл Блум.
— Там внизу полно штурмовиков. Даже в мантии-невидимке я не смогу ничего сделать, — скрипнув зубами сказал Гарри. – Но я что-нибудь придумаю. Обещаю.
— Хорошо, — тихо ответила ЭйБи. – Мёртвым уже не поможешь, нужно думать о живых.
Одним решительным движением она стёрла слёзы с глаз, затем встала и пошла к своим юным помощницам-казначейшам.
— Ну, что там у нас? Все битсы переделали? – мрачно спросила она.
Гарри посмотрел ей вслед и подошёл к Свити, которая, перестав плакать, теперь просто сидела сжавшись в комочек, словно пытаясь спастись от лютого холода.
— Соберись пожалуйста, — мягко попросил он. – Ты же знаешь, ещё ничего не закончилось. Мы должны продолжать эвакуировать ребят в Тайную комнату — это наш долг.
Свити посмотрела на него пустыми глазами, потом кивнула и медленно поднялась.
— Я готова, — прошептала она, затем подошла к стоящим неподвижно студентам и громко, уже более уверенно произнесла: — Кто там следующий? Давайте.
Два часа спустя эвакуация завершилась. В Тайной комнате собрались все ученики и первые отряды уже начали выходить наружу. К этому времени Гарри с оставшимися в живых кобылками смогли немного прийти в себя и пусть частично, но всё же смирится с тем, что их подруги больше нет на свете.
— Мне нужно вернуться в башню, собрать все магические артефакты, да и кое-что из вещей не мешало бы прихватить, — сказал юный Поттер.
— Я с тобой, — заявила Гермиона. — Там осталось моя сумка с книгами.
- Тогда пошли, — кивнул мальчик и перенёсся в гриффиндорский холл, наверное, последний раз в жизни. Он поднялся в спальню, собрал все вещи, которые хотел забрать и вернулся в гостиную, где уже стояла Гермиона, державшая на плече небольшую сумку, вмещавшую в себя целую библиотеку.
— Гарри… — протянула каштанововласая девочка, нервно теребя край мантии.
- Да? — отозвался тот, присаживаясь на корточки рядом со столом, чтобы положить коробку с магической тарелкой в свой походный рюкзак.
— Я тут подумала и считаю, что мы обязательно должны…
Договорить она не успела — в окно гостиной влетела ракета, ударилась в противоположную стену и взорвалась, осыпав всё ворохом осколков. Гарри, сидевший под прикрытием стола, оказался опрокинут взрывной волной. К счастью, крепкие дубовые доски приняли на себя все предназначенные для него смертоносные куски металла. Придя в себя, он поднялся на ноги весь засыпанный штукатуркой, громко кашляющий и отряхивающийся от пыли. В ушах стоял звон, очки оказались покрыты толстым слоем извёстки, ему пришлось их спешно снимать и протирать краем мантии.
— Ну дела, — проговорил он, тряся головой. – Гермиона, ты как там? В порядке? Не нужна…
Гарри замолк, подавившись словами. Гермиона лежала на полу иссеченная осколками, мантия была разорвана в нескольких местах, каштановые волосы плавали в быстро расширяющейся луже крови. Рванувшись к ней, мальчик подхватил её обеими руками, затем мгновенно телепортировался в Тайную комнату, не дожидаясь прилёта второй ракеты. Когда он возник из пустоты с бесчувственной Гермионой на руках, с головы до ног покрытый пылью и кровью, все свидетели его появления в ужасе замерли.
— Свити, скорее! — крикнул он, кладя раненую девочку на стол. — Ей нужна срочная помощь!
Свити Белль охнула, на секунду прижала руки к груди, затем резко выпрямилась и, вскинув палочку, метнула в сторону подруги несколько диагностических чар. В следующее мгновение над телом Гермионы возникло иллюзорное сердце, которое медленно сжималось и разжималась. Цвет его был тёмно-багровым, местами почти чёрным. То была визуальная демонстрация работы одного из заклятий.
— Она очень тяжело ранена, — озвучила превращённая единорожка то, что и так было понятно всем.
Дальше она уже ничего не говорила, полностью сосредоточившись на произнесении целой серии лечебных заклинаний. За прошлый год Свити неплохо так поднаторела в лечебной магии, беря в частном порядке уроки у мадам Помпфри, тем не менее, до настоящего чаромедика ей было ещё далеко. Один за другим в воздухе словно из ниоткуда стали появляться куски окровавленного металла, которые с глухим стуком падали на стол, а глубокие раны на теле Гермионы изменили цвет и начали затягиваться прямо на глазах.
Наконец Свити Белль отступила на шаг, вытерла пот с мокрого лба и посмотрела на Гарри. Взгляд её был полон усталости и печали.
— Я сделала всё что могла, — медленно произнесла она. – В первую очередь удалила осколки и остановила кровотечение. Но её органы сильно повреждены, и с этим я ничего не могу поделать.
— Сколько ей осталось? — прямо спросил мальчик.
— Час, возможно полтора, после этого… — Свити всхлипнула и прикрыла рот ладонью.
Гарри задумался. Всего час, за это время, даже если он совершит целую серию телепортационных прыжков, то всё равно не успеет вовремя добраться до госпиталя святого Мунго. Не говоря уже том, что клиника скорее всего уничтожена вместе с другими магическими анклавами.
— Мы можем погрузить её в стазис, — быстро сказала Свити Белль. — Ты же помнишь, что раньше, когда Эквестрия ещё воевала, единороги часто использовали это заклинание на поле боя.
Да, Гарри помнил. Как-то раз Твайлайт рассказала ему и Свити о том, что до прихода Эпохи Гармонии, во время многочисленных войн, медики-единороги активно использовали это заклятие на тяжелораненых солдатах, дабы выиграть время и успеть перевезти их в ближайший госпиталь. Свити, которая твёрдо решила стать врачом, упросила аликорну научить её этому, в сущности, несложному, хоть и сильно энергозатратному заклинанию, а Гарри выучил его просто за компанию. И вот теперь древние чары, спасавшие эквестрийцев, живших несколько столетий назад, должны были спасти от смерти Гермиону Грейнджер.
Две палочки синхронно взвились вверх и тело тяжелораненой девочки окутал энергетический кокон состоящий, казалось, из множества мелких молний. Полторы минуты спустя кокон исчез, всё вроде бы осталось как прежде, но, если попытаться дотронутся пальцем до чуть-тёплой кожи, можно было почувствовать лёгкое электрическое покалывание.
Оставив Свити Белль и Эппл Блум приводить в порядок раненую подругу — нужно было сменить мантию и отмыть от крови тело, Гарри телепортировался обратно в холл, чтобы забрать вещи. Ведь когда Гермиона придёт в себя то она до конца жизни не простит им потерю своей обожаемой библиотеки, да и собственную коллекцию артефактов очень не хотелось отдавать в чужие руки. Сделав это, он вернулся назад, тщательно умылся, сменил мантию и уселся в одно из кресел, бездумно глядя на то, как из Тайной комнаты каждые три минуты выходит очередной отряд студентов.
Но долго оставаться на месте не получилось. Состояние покоя тут же породило мысли о погибшей Скуталу и это стало для него настоящей пыткой. Поняв, что просто не способен сидеть без дела, Гарри вскочил, поплотнее закутался в мантию-невидимку и телепортировался на крышу башни. Скрытый древним и могущественным заклинанием невидимости, он мог не бояться снайперов, потому просто подошёл к краю и стал смотреть вниз. У подножия замка никого не оказалось, по всей видимости все солдаты вошли внутрь школы, а раз так, то никто не помешает ему найти тело погибшей подруги. Мальчик не хотел оставлять Скуталу на растерзание магловским вивисекторам, при мысли о том, что её станут вскрывать, потрошить, исследовать, внутри у него всё переворачивалось. Да, он не смог её спасти, недодумал, недоглядел, но вырвать из рук убийц тело было вполне в его силах.
Оказавшись внизу, Гарри принялся искать место падения подруги. Он нашёл его довольно быстро, достаточно было просто мысленно провести траекторию падения от разбитого окна до земли. Там, где упала Скуталу трава оказалась примята и перепачкана кровью, рядом валялось несколько абрикосового цвета перьев. Мальчик осторожно сложил их в карман и двинулся вперёд, ориентируясь по бурым каплям на траве. Он обогнул замок и внезапно остановился, увидев впереди тела убитых студентов и преподавателей, сваленных в кучу. Вопреки его опасениям куча оказалась совсем небольшой. Неужели кому-то ещё, кроме них, удалось спастись?
Живых поблизости не наблюдалось, потому он без опаски подошёл к жуткому кургану. Рядом стояли несколько канистр цвета хаки с непонятной маркировкой на боках. К счастью, на одной из канистр белой краской, наискось, от руки, было написано слово «напалм», видимо для того, чтобы предупредить дураков-новобранцев. Похоже агрессоры не собирались вскрывать и исследовать своих жертв, а просто хотели спрятать концы в воду, спалив их в одном гигантском костре.
Гарри сразу увидел тело Скуталу. Оно лежало почти на самом верху кургана, наполовину прикрытое другими телами. Сжав зубы и стараясь не думать о том, что делает, мальчик начал взбираться на жуткий холм и добравшись до мёртвой подруги вытянул её из-под убитых. Скуталу, несмотря на свои весьма скромные размеры, весила очень много, так что пришлось поднапрячься. Гарри взял её на руки и кое-как спустился вниз. Почему-то он не хотел телепортироваться назад, стоя на мертвецах, ему очень захотелось отойти немножко в сторону и лишь тогда прыгнуть в Тайную комнату. Мальчик сделал несколько шагов и внезапно замер, услышав приближающиеся голоса — кто-то шёл совсем рядом. Вот говорящие показались из-за поворота — двое солдат, похоже обычные вояки, даже не спецназовцы с трудом волокли за ноги тело очень толстой ученицы.
Гарри мгновенно узнал её, даже не видя лица. То оказалась Мэри Энн Дарлинг, пятикурсница с Хаффлпаффа. Она была хорошо известна за пределами факультета и вовсе не за свои необъятные размеры, а просто как весёлая и позитивная девчонка. Вечно улыбающаяся, заражающая других хорошим настроением Мэри Энн всегда становилась сердцем любой компании и, если вы где-то поблизости слышали громкий смех, то можно было не сомневаться, что она находится в центре всеобщего внимания. Встречаются на свете такие люди, которые нравятся абсолютно всем, способные заставить улыбнуться даже самого угрюмого мизантропа. Мэри была из таких, шумная, совершенно не комплексующая из-за своей тучной фигуры, легко относящаяся к насмешкам, а вернее просто не замечающая их, она находилась в твёрдой уверенности, что все люди вокруг хорошие, даже те, кто вовсе не являются таковыми. А если кто-то и ведёт себя по-свински, то только потому, что у него плохое настроение и его надо хорошенько развеселить. Гарри несколько раз приходила в голову безумная идея попробовать познакомить её с Пинки Пай, уж эти двое, вне всякого, сомнения мгновенно нашли бы общий язык.
Имелась у Мэри ещё одна забавная черта. Два года назад, когда ученики Хогвартса были в спешном порядке эвакуированы в Хогсмид во время эпической битвы магов и принцессы Луны с василиском, мисс Дарлинг встретила любовь всей своей жизни, (во всяком случае она так всем говорила). Весёлая третьекурсница глубоко и безответно влюбилась в блистательного принца Шайнинга Армора. Разумеется, в его человеческую ипостась. Все вокруг твердили ей, что он гораздо старше, что он женат на принцессе и сам принц, что у него имеется маленькая дочь, что он пони, в конце-то концов. На последний аргумент она неизменно отвечала: «ничего страшного, у каждого свои недостатки».
Одно время она буквально извела Гарри бесконечными вопросами о характере принца, его предпочтениях, любимых книгах и всём остальном. Со временем, к счастью, безумная страсть немножко поутихла, Энн слегка успокоилась, тем не менее продолжала периодически вздыхать о могучем красавце. Этой осенью, когда они возвращались в школу и весело болтали в купе Хогвартс-экспресса, делясь летними впечатлениями, Мэри неожиданно ворвалась внутрь, держа в руках толстую пачку колдофото. В купе мгновенно стало тесно.
— Вы представляете, — начала она с места в карьер, — я столько лет просила родителей купить мне лошадь и вот наконец они сделали это. Глядите!
И девушка сунула им под нос фотографии на которых оказался запечатлён меланхоличный шетландский пони, габаритами под стать своей безразмерной хозяйке.
— Нет ну скажите, правда красавец? — тараторила Мэри. — Вот тут он ест сено, а тут жуёт овёс, здесь он радуется, а здесь грустит!
На всех фотографиях пони выглядел абсолютно одинаково, на его длинной унылой морде не проступало никаких эмоций, но Энн это, похоже, совсем не смущало.
— И вы знаете, как я его назвала? — задала она явно риторический вопрос. — Шайни! Согласитесь, они словно два разлучённых во младенчестве братика-близнеца!
Первой не выдержала Скуталу. Парящая под потолком купе пегаска рухнула на пол, опрокинулась на спину и самым непотребным образом заржала, размахивая всеми четырьмя ногами. Её примеру, пусть даже и не так эмоционально, последовали остальные, за исключением, пожалуй, Гарри Поттера — но и тот кусал губы, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не захохотать.
— Нет, ну что вы смеётесь, — похоже первый раз в жизни обиделась Мэри Энн. — Ведь сходство действительно колоссальное. Таких совпадений просто не бывает!
Гарри ещё раз посмотрел на унылую лошадиную морду и, не в силах вымолвить ни слова, просто кивнул.
— Я думаю, — кое-как справившись с хохотом сказала Свити Белль, — ты должна дать нам пару его фотографий, и мы отправим их с ближайшей совой в Кристальную империю. Уверена, Шайнинг обрадуется, когда узнает, что наконец отыскался его пропавший братишка.
Это вызвало новый приступ хохота, а продолжавшая валяться на полу Скуталу постепенно начала синеть от недостатка кислорода.
— Ты так думаешь? — спросила мисс Дарлинг, совершенно не обращая внимания на веселящихся гриффиндорцев. — Он не обидится?
— Шайнинг будет просто счастлив, — успокоил её Гарри, вытирая слёзы. — Ты же знаешь, мне как никому другому известен характер моего любимого дядюшки, так что ошибки быть не может.
— Тогда…тогда возьмите вот эту, и вот эту, и вот эту… а нет забирайте сразу всю пачку, у меня ещё есть.
— Давай сюда, — хрюкающая от смеха Свити Белль протянула руку, забрала фотографии и спрятала их в свою сумку. — Отправлю сегодня же вечером, не сомневайся.
И она действительно это сделала. Неделю спустя из Кристальной империи прилетела ответная бандероль, в которой лежало несколько украшений, сделанных из уникальных розовых кристаллов, добываемых исключительно в местных шахтах, и пространное письмо с благодарностями, подписанное не только Шайнинг Армором, но и его супругой, а ниже, под подписями взрослых, стоял крохотный отпечаток копытца их маленькой дочурки.
Мэри Энн пришла в полный восторг, да и Гарри был рад, что всё закончилось благополучно. Девушка твёрдо заявила, что после окончания школы обязательно посетит Кристальную империю вместе со своим ненаглядным Шайни, и познакомит с ним его эквестрийских родственников… и вот теперь, два скучающих солдата волокут её безжизненное тело, чтобы бросить на кучу других мертвецов.
Гарри замер на месте, он просто не мог пошевелиться от охватившего его отчаяния и ужаса. А вояки тем временем равнодушно швырнули мёртвую девушку на землю, затем остановились и дружно достали сигареты.
— Вот ведь жопу себе отъела, мутантка проклятая, — сказал один, сплёвывая табачную крошку. — Ну и работёнка нам досталась, таскать этих чёртовых тварей. Гораздо лучше было бы отвести их сюда, на своих двоих, а потом сжечь живьём. Как в старые добрые времена. Всю жизнь мечтал увидеть, как жгут ведьм, а они при этом вопят и дёргаются. Ведь целая школа была, полная колдовского отродья, а нам только мертвяки достались. Невезуха как есть.
— Да ладно, за этими мразями сейчас охотятся по всей стране, наглядишься ещё, — философски заметил второй. — Лучше ответь, куда остальные подевались? В школе должно было быть полно народу, а мы почти никого не нашли.
— У этих крыс, наверное, полно потайных мест, — фыркнул его собеседник. — Ничего выкурим их оттуда тёпленькими и положим всех до единого.
Его приятель кивнул и отбросил окурок.
— Давай, — сказал он, — закинем эту жируху на кучу, затем пойдём за остальными.
— Как скажешь, — ответил первый солдат и с размаху ударил ботинком по голове мёртвой девушки. — Вот ведь тварь, таскай её теперь, надрывайся.
Гарри мгновенно скрутило от приступа лютой, нечеловеческой ненависти. Пинок оказался последней каплей, надругательство над телом несчастной Мэри Энн высвободило в его душе, что-то тёмное, что-то страшное, то что всегда пряталось внутри него и то, что он никогда раньше не выпускал наружу. Поток злобы вырвался стремительно, словно джин из лампы после тысячелетнего заточения, и мальчик на какое-то время полностью потерял контроль над собой.
Подонки нагнулись, чтобы поднять мёртвую девушку, и в этот момент у одной из канистр со звоном отскочила крышка. Следом из неё выплеснулись два маслянистых сгустка которые рванули в сторону ничего не подозревающих солдат. Напалм был густой и вязкий, словно кисель, он облепил их с головы до ног прежде, чем те успели понять, что произошло. Затем блеснула короткая вспышка пламени. Два живых факела, дико крича и размахивая горящими руками, бросились в разные стороны, пытаясь стряхнуть с себя смертоносную жижу, а Гарри, закрыв глаза телепортировался обратно в Тайную комнату.
Шатаясь, почти ничего не видя перед собой он подошёл к столу и положил Скуталу на то самое место, где ещё совсем недавно лежала Гермиона. Затем отступил к стене, уселся на пол и уткнулся лицом в колени. Его трясло от ужаса осознания того, что он только что совершил. Нет, мальчик совсем не жалел двух убитых им людей, это придёт позже, сейчас его мучила мысль, что он позволил своей тёмной стороне взять вверх и сотворить то, чего совсем не хотел делать. Неужели он одержим какой-то злобной сущностью, и та рано или поздно пожрёт его душу целиком?
Из состояния почти полной невменяемости, его вывел громкий крик Свити Белль:
— Гарри! Гарри, она жива! Ты слышишь, она жива! Гарри, пожалуйста, вставай и помоги мне! Скорее, каждая минута на счету!
Гарри непонимающе уставился на неё мокрыми от слёз глазами.
«Жива? — тупо думал он. — Почему жива, когда все мертвы и горят в жарком напалмовом огне»?
Свити приблизила своё лицо к его лицу и продолжила теперь уже более спокойным голосом:
— Диагностические заклинания показывают, что Скуталу жива, хотя и находится в тяжелейшем состоянии. Я извлекла пули и сделала всё, что могла, но мы должны немедленно погрузить её в стазис. Тогда, возможно, её удастся спасти.
Поняв наконец, что ему говорят, Гарри вскочил на ноги, его распирало от вспыхнувшей надежды. В три прыжка он оказался около стола, на ходу вытаскивая палочку. Над неподвижным телом Скуталу висело изображение сердца. Оно почти всё было угольно-черным, но местами ясно проступали несколько чётких красных прожилок и оно пульсировало, правда медленно и неуверенно.
— Когда человек мёртв, — пояснила Свити, — сердце всегда полностью чёрное и не движется, но здесь, как видишь, всё по-другому. Правда потребуется очень сильный чаромедик и зелья высочайшего класса…
— Мы обязательно найдём и то и другое, — решительно заявил Гарри, к которому вновь вернулись силы. – Давай просто сделаем это.
Он поднял палочку и две минуты спустя всё было готово. Друзья отошли от стола, обнявшись и поддерживая друг друга, трясясь словно в лихорадке. Подбежала Эппл Блум, которая всё это время возилась с Гермионой. Услышав радостное известие, она молча стиснула Свити Бель в объятиях, а затем всхлипнула и громко заявила:
— Ну не могла она так глупо погибнуть, просто не могла. Я всегда говорила, что это вертихвостка выкрутится из любой беды!
Какое-то время друзья стояли молча прижавшись друг к другу, наверное, ещё никогда в жизни они не чувствовали такого единения душ, затем Гарри с сожалением разомкнул объятия и отошёл в сторону, ведь ещё ничего не закончилось.
— Сочувствую вам ребята, — со вздохом сказал Патрик О' Лири, подходя к нему. – Надеюсь, вы сможете найти хороших врачей.
- Спасибо, — кивнул мальчик, — я тоже на это очень сильно надеюсь.
— Мой отряд последний и он выходит прямо сейчас, — сказал парень, кивнув в сторону выхода. — Может вы пойдёте вместе с нами?
— Нет, — покачал головой Гарри, — у нас два тела, которые надо как-то нести.
— Так мы вам поможем, — вскинулся Патрик. – Их можно положить в сумки, на которые наложены чары незримого расширения и облегчения веса, этого должно хватить.
- Боюсь, что нет, — покачал головой Гарри. — Я подслушал разговор двух охранников, они говорили, что охота на ведьм началась по всей стране, так что война может затянуться надолго. Нам нужна какая-то надёжная база, где раненые девочки могли бы находиться в полной безопасности. Потому я хочу попробовать дождаться темноты, проникнуть в хижину Хагрида и поискать сундук Скуталу. Вдруг повезёт и маглы не обратили на него внимания, они ведь не слишком разбираются в волшебных вещах. Если мы его получим, то нам будет гораздо проще скрываться.
— Это опасно, — нахмурился Патрик, — там может сидеть засада.
— Ничего, я как-нибудь справлюсь — улыбнулся Гарри.
— Ну что же, — пожал плечами парень. — Тогда до свидания, возможно, мы ещё увидимся.
— Я тоже на это надеюсь, — сказал Гарри, протягивая руку. – Всё ещё будет хорошо, обещаю.