От минус первой высоты
Глава II
10 лет назад.
Апрель. Через месяц выпускные экзамены. Чтоб сдать их хорошо, надо усердно готовиться. Это как раз то, чем я и занимался на данный момент, сидя в своей комнате за столом у окна. Во дворе по календарю была весна, а по погоде — лето. Свежий, тёплый воздух тянулся в комнату через открытое окно, даря вдохновение и мотивацию учиться. Но ничто не дарило вдохновение так же хорошо, как музыка. Виниловая пластинка, которая крутится на тумбе рядом со мной, приятно потрескивая, уже докручивает последнюю композицию. Я люблю слушать музыку....
Понятия не имею, что случилось, но я уснул прямо на диване перед включённым телевизором, по которому шёл какой-то концерт. Я его сразу же выключил, как только нашёл пульт. Ненавижу музыку.
Новый день — новые новости. Хотя по всем новостным каналам, местным и даже национальным, показывали вчерашний инцидент в метро. Ну а я пил кофе, смотря репортаж. Конечно же, мэр нашёл повод себя показать: какой он заботливый и жалостливый. Я хоть и ненавижу его, но понимаю — скоро ведь выборы. Меня потревожил телефонный звонок. Мой телекинез обладал большим радиусом и силой: телефон находился в другом конце гостиной, я его поднял и взял — провод благо был у него длинный.
－Аустралис, — ответил я.
－Каус, приди в депо, ко мне в кабинет, срочно, — заместитель начальника депо. Страх в его голосе вызывал недоверие. Наверняка случилось что-то серьёзное.
－Скоро буду, — я уже готов на всё. Вплоть до назначения начальником депо. Я быстро привёл себя в порядок. Вышел из своего кирпичного таунхауса на улицу. Остановка, находящаяся рядом с домом, впервые за долгое время была оживлённой. Видимо страх аварий заставил жителей пересесть на автобусы, парк которых и так был сокращён много лет назад. Шёл я привычной своей дорогой — через парк, мимо всегда пустой скамейки. Парк закончился, пара кварталов и вот, безликое, серое, собранное из квадратных каменных панелей трёхэтажное административное здание депо «Северное», за ним сам павильон, в котором стоят составы.
Вот я уже стою у двери в кабинет заместителя этой конторы. Что сейчас будет? Я открыл дверь:
－Вот я. Вызывали? — я подошёл вплотную к столу, за которым сидел земной пони – заместитель.
－Да, Каус. Мне очень жаль, но ради оптимизации расходов мы начали программу сокращения кадров.
－Можно на нормальном языке? Без всей этой официальщины.
－Ты уволен. Вот приказ, — Не может быть. －Прости, Каус, и спасибо за службу!
Внутри всё рухнуло. К горлу подступило возмущение, которое я сдержал.
－Но куда мне теперь идти? — я наклонил голову влево и поднял правое ухо.
－Трамвай? Мэйнхеттен? — водя копытом у лица, предлагал он.
－Его закрыли шесть лет назад. А в Мэйнхеттен я никогда! Ни за что! - я ненавидел Мэйнхеттен, как огонь — воду.
－Ну, Каус, моё дело предложить.
Я кивнул и вышел из кабинета, хлопнув дверью. Как-то раз он говорил мне не хлопать, но теперь что он мне сделает. Не уволит же — сам себя утешал я. Хотелось угнать поезд, но стрелки, кто их переключит… Кажется самолёт угнать проще, чем поезд метро из депо. Самое главное — стойко переносить поражения. Пусть даже если в ближайшей перспективе мне грозит голодная смерть или нищета.
－Каус! — подбежал ко мне Сизон, －Тебя тоже уволили?
Я посмотрел на него
－Да... — Лицо его стало мрачнее.
－И куда теперь?
－Я домой, — я пошёл в сторону выхода.
Эх, Филлидельфия. Высокие квадратные каменные здания, богато украшенные резьбой и мрамором, пилястрами и колоннами. Когда-то белоснежные дома сейчас были серыми — всё из-за копоти и грязи. Я шёл по улице, смотря на архитектуру. Дома у меня есть книжка по архитектуре — сборник знаменитых зданий и стилей со всего мира, издание в четырёх томах, прочитанные мною от корки до корки, когда-то давно. Неужели это всё придётся продать, дабы выжить на первое время? Я скорее умру, чем продам свою библиотеку. Она, к слову, занимает целую комнату на втором этаже.
Я остановился. Слева от меня была витрина, на которой было написано «Сувениры от Хувза». Я посмотрел на своё отражение.
－Глаза горят, рано ещё списывать себя со счетов, — пробубнил я себе под нос.
Я расфокусировал зрение с отражения на нутро магазина. На полке стояла фигурка пегаса, и во мне что-то щёлкнуло. Мне стало очень интересно, что я решил зайти внутрь.
－Добрый день, сэр! Добро пожаловать в «Сувениры от Хувза»! Вижу вас что-то заинтересовало? — Земной пони-жеребец, песочного цвета, с бабочкой на шее, вышел из служебного помещения.
－Да, вот эта фигурка, — сквозь обилие «хлама» (или может быть, ценностей?) я прошёл мимо, будто летя к ней.
－Это серебро, авторская работа. Вы явно хотите её.
Статуэтка пегаса с раскрытыми крыльями, размером примерно с копыто на круглом постаменте. Кобылка, если судить по телосложению.
－Я хочу её, — я чувствовал, что смотрю на неё как на нечто возвышенное.
－Позвольте мне сделать вам подарок. Как единственному, кто обратил на неё внимание за столько лет.
－Единственному?
－Да. Забирайте.
－Просто так? — я не мог поверить сперва, －Сколько она стоит?
－Для вас? Нисколько.
－Вот это да, — я левитировал её к себе. －Спасибо вам.
Я вышел из этой странной лавки. Оказавшись вновь на улице, но уже с ней. Впервые за долгое время мне стало тепло на душе. Статуэтка начала блестеть на солнце, даже отражая здания на себе. Тем не менее я всё ещё был безработным. Конечно, выплатят мне на днях за увольнение, но дальше как? Ещё раз взглянув на спину пегаски, я увидел что-то красное — отражение. Я поднял глаза на здание, на котором висел плакат: «Выборы мэра Филлидельфии» и пока их единственный кандидат — нынешний мэр. Будто сама вселенная дала знак. Ведь не может же это быть совпадением?
－Спасибо тебе…
Придя домой, я поставил её на комод, который стоял у стены в прихожей, и повернул ее ко входу. Место подходило идеально. На этот комод раньше я клал только свежие газеты и ключи. Я сел напротив подарка и начал его рассматривать. Не сказать, что это была статуэтка какой-то известной пони. Можно было спокойно подарить её любой пегаске и сказать, что это она. Какие-либо особенные черты здесь не выделялись. Кто угодно мог видеть здесь кого угодно… Хорошо уходить в свои мысли... стоп. Я ведь только что погрузился в мысли, которые не были отрицательными. Я или иду на поправку, или Альциона даже в голове воздействует на меня как лекарство.
Зато благодаря ей я нашёл место, куда я могу пойти. Городская Избирательная Комиссия (ГИК). Завтра будет день… завтра будет всё.
Здание ГИК. Каменное здание в стиле ар-деко. Раньше оно было белым, а теперь серое из-за копоти. Вот здесь-то всё и начнётся или закончится. Всё решит воля народа. Внутри меня ждала светлая приёмная.
－Здравствуйте, по какому вопросу?
－Я хочу стать мэром, – На лице фиолетовой единорожки сразу же отобразилось недоумение. Тем не менее, я получил листок с перечнем необходимых документов для получения статуса кандидата.
Сбор документов начался с полицейского департамента Филлидельфии. Он находился в центре, как раз недалеко от ГИК.
－Мне нужна выписка об отсутствии судимостей, — обратился я к полицейскому за стойкой.
－Как вас зовут?
－Каус Аустралис — несколько минут ожидания, и первый пункт оказался выполнен. Второй пункт — это выписка о доходах, налогах и много чего ещё. Бюрократия, конечно, никогда у меня не вызывала проблем и ненависти, как у других, с кем я общался. Просто нужно уметь грамотно ходить по организациям.
Я очень люблю ходить, шагом или рысью, но одному мне очень скучно, да и с работой машиниста времени просто ходить нет. Смена по 12 часов — это стиль жизни «дом-работа-дом». Опять мысли зашли не туда… Дальше — налоговая, три квартала отсюда. Наконец-то посмотрю свой город.
Снова в ГИК. Был уже вечер, огни города зажжены, а в здании окна тухли одно за другим. Все пони спешили домой, кроме меня — кто меня там ждёт. Я подошел к стойке, за ней сидела всё та же фиолетовая пони, подперев голову копытом.
－Здравствуйте, снова.
－Ого, вы уже закончили? Можно? — я отдал ей толстую папку с документами, －Это ведь так легко, но почему-то у нас только один кандидат.
－Дайте угадаю, действующий мэр? — учитывая, что «стойка с кандидатом» стояла рядом со мной, я не думаю, что я оказалася высокого уровня менталист.
－Да! Может быть вы измените этот город. Вам ещё нужно работать над своей агитацией самостоятельно. Конечно, в новостях напишут, что у нас новый кандидат, но кто вы, что вы, откуда — они не скажут.
－Да. Я постараюсь, ведь сам в этом городе и живу.
Уши прянули на шум шагов со стороны лестницы. Это спустился пони-пегас.
－Вечер! Ого, вы серьёзно?
Я посмотрел в его сторону. Он стоял на предпоследней ступеньке.
－Да, — ответил ему я.
－Я Пайп Шутер. Конфликтолог, — он протянул мне копыто.
－Мистер Аустралис, — продолжила пегаска за стойкой －Вам позвонят после вынесения решения о регистрации вас как кандидата.
－Спасибо. Я Каус Аустралис. Рад знакомству, — мы стукнулись копытами.
－Надежда города, удачи вам, — он широко улыбнулся.
Теперь осталось просто ждать, попутно обдумывая план по своей программе и рекламе. Тут нужны связи и знания, которых у меня нет и никогда не было. Конечно, можно купить рекламу на ТВ или повесить плакат, но рекламу нужно сперва снять, а плакат нарисовать. Тем не менее, нет смысла пока заниматься мозговым штурмом, когда неясно — зарегистрируют меня или нет.
Сейчас уже вечер, на площадке возле дома как всегда играют, наверное, в хуфболл. Самое время купить сидр и посмотреть «матч».
Я сел на пустую трибуну, смотря, как жеребята играют на поле.
－Здравствуйте, мистер Аустралис! — заметил меня и крикнул один из них. В ответ я поднял копыто в ответ на взор двух команд.
Солнце заходило за холмы на западе, подсвечивая облака розовым. Завтра оно встанет со стороны океана. Раньше я довольно часто приходил посмотреть на игру. Ещё со своей собакой, Бенни, которая обычно ложилась рядом. Но сейчас всё по-другому. Нужно привыкать к новым укладам жизни. Я со своей прямой и спокойной дорожки могу перейти на извилистую и опасную тропу.
Если бы я в детстве увидел бы себя сейчас, я бы, наверное, ужаснулся, однако я всегда был готов к тому, что если ко мне придет я из будущего, то я просто спрошу себя о том, о чём знаю только я. У меня есть несколько таких заготовленных вопросов.
Матч закончился со счётом 4-3. Было уже поздно, и родители позвали игроков домой. Вот и я тоже пошёл к себе. Поужинал, выполнил все водные процедуры и уснул… Чтоб проснуться на следующее утро. В предвкушении, что сегодня мне должны сообщить о принятии моей кандидатуры на выборы на пост мэра.
За завтраком смотрел новости по ТВ: опять метро, авария, теории заговора. На канале национальных новостей — лесные пожары в Кольтфоалнии, наводнение в Кристальной империи. Речная Федерация отправила зонд на Венеру. Политика и спорт. Я допивал свой кофе, как меня отвлёк резкий звонок телефона в коридоре. Прервав завтрак, я подошёл и взял трубку.
－Аустралис.
－Доброе утро, Мистер Аустралис. Это ГИК! Рады сообщить вам, что комиссия включила вас в кандидаты на пост мэра. Желаем вам удачи.
－Спасибо, — телекинезом я положил трубку.
Ну вот. Я вступаю в эти политические игры. Ненавижу демократию, она такая, на самом деле, немощная. Я подошёл к окну. Шторы всегда были плотно занавешены, ага, и не зря. За окном уже стоял фургон местной новостной службы. Идеальная возможность бесплатно прорекламировать себя.
Как только я открыл дверь, корреспондент и оператор, словно спецназ, выбежали из белого фургона.
－Мистер Аустралис! Вы второй кандидат-самовыдвиженец. Что подвигло вас на это?
－Посмотрите на эту улицу. Руганью в адрес мэрии ничего не изменишь — нужны действия.
－У вас уже есть программа?
－Да, вы её увидите скоро в рекламе, — в небе появились пегасы-фотографы, с двух сторон улицы приехали ещё два фургона. Если я буду всем отвечать на все их вопросы, то я тут минимум до конца дня, ведь это ещё даже далеко не половина всех журналистов города. Самое время уходить. Через десяток секунд, когда все уже выбежали из своих машин, на ступеньках моего таунхауса образовалась толпа, и начался базарный галдёж, я лишь успел закрыть дверь. Ладно, нужно начать себя рекламировать так, как я хочу, а то неизвестно какой репортаж выйдет со мной, учитывая, что я видел репортёров всяких местных жёлтых пресс.
На тумбе у входа всегда лежала свежая газета. Правда, эта вчерашняя. Её клали в почтовый ящик каждое утро, конечно, новую забрать я не успел, ну, лучше и не стоит пока. Во вчерашнем выпуске наверняка найдется реклама какого-нибудь агентства. Открыв газету, я стал искать её по страницам. Обычно реклама меня всегда раздражала, никогда я не думал, что однажды я буду целенаправленно листать только её. Ага, целых 2 агентства. Мало. Из тумбы достал огромный телефонный справочник, полистал там и нашёл дополнительно ещё 5 агентств, не считая тех, которые были в газете. Старый дисковый телефон — мой главный способ выйти на связь. Я начал названивать всем по очереди.
－Рекламное агентство «Филлидельфия борд».
－Здравствуйте, можно рекламу заказать?
－Конечно, какую вы хотите?
－Мне бы плакат предвыборный.
－Ой, сейчас, к сожалению, нет специалистов. Извините. До свидания.
Странно.
...
－Извините. Но у нас все места заняты.
...
－К сожалению, сейчас нет доступных мест для заказов.
Семь компаний и семь разных отговорок. Такое ощущение, будто весь город решил воспользоваться их услугами. Но, скорее всего, это распоряжение сверху. Что, мол, сейчас позвонит вам некто, кто захочет начать предвыборную агитацию, ему следует отказать, придумав любую отговорку. Я посмотрел на фигурку пегаски. Что мне делать?
Тут зазвонил телефон.
－Аустралис!
－Доброе утро, Каус, это Пайп Шутер, мы виделись вчера в ГИКе.
－Да, я помню.
－Я с уличного телефона звоню тебе. У тебя тут целая толпа фанатов у входа. Я залечу через крышу?
－Нет, давай через задний двор.
－Уже лечу.
Пайп прилетел на небольшую огороженную от улицы лужайку заднего двора, где рос старый клён и стояли поседевшие деревянные шезлонги. Синий пегас в деловом костюме, в зубах держал толстую папку для бумаг.
－Я полофу эфо фуда. Привет, я принёс тебе твои документы и удостоверение кандидата.
－Спасибо, — я поднял папку с шезлонга.
－Как дела?
－Я обзвонил семь рекламодателей насчёт предвыборного плаката, и никто не берётся за это дело.
－Погоди, у меня есть знакомая. У неё студия дизайна. Она точно поможет. Ты умеешь телепортироваться?
－Не пробовал, — я подошёл к соседскому забору и открыл калитку, — Пойдём, тут всё равно больше никто не живёт.
По высокой нескошенной траве мы дошли до сломанного сетчатого забора, огораживающего соседский участок. Нырнув в дыру, мы оказались в переулке между задними дворами целого блока таунхаусов.
Мы зашли в студию, которая занимала целое кирпичное здание бывшего завода. Огромные окна пропускали кучу дневного света, освещая всю площадь…
－Привет, Ремеди! Каус, это Ремеди Шот. Ремеди. Это Каус Аустралис, кандидат в мэры.
－Ого! А вы наконец-то наведёте порядок в городе, да?
－Да, ради этого я и пошёл. Добрый день, Ремеди.
－Ремеди, нам нужна твоя помощь. Сделай нам плакат или постер...
Мне не нужен постер на остановке, который никто не увидит, мне нужен огромный плакат.
－Плакат.
－...плакат. Пятнадцать на десять метров.
－Хм… Я осилю только один.
－Один? — лучше бы три — в разных частях города.
－Каус, не волнуйся, мы просто вывесим его в самом оживлённом месте.
－Ну, преступим! — сказала Ремеди, достав свой фотоаппарат из тумбы.
Меня поставили к белой стене. Благо не расстреливать, а фотографировать.
－Мы уже будем создавать его? Я хотел надеть костюм.
－Каус, сейчас популярно ретушировать снимки, мы тебе добавим его.
－Тогда лучше форму машиниста, — я сел на пол, в анфас к объективу, показав при этом свой лучший взгляд. Взгляд, устремленный в светлое будущее и дарящий надежду, как мне казалось,－И на плакате напишем: «Новое начало. Каус Аустралис — кандидат в мэры Филлидельфии! Голосуй!»
Пайп и Ремеди — Высокий пегас и стройная единорожка — смотрели на меня, пока я позировал перед камерой. Ну, как позировал — сидел, словно я памятник или натурщик для художника.
Эти Пайп и Ремеди, так вертятся вокруг меня, будто я кинозвезда. Либо они хотят хорошего мэра в городе (коим я действительно собираюсь стать), либо... хотя, нет, я так не думаю.
Ремеди закончила фотографировать меня, левитируя фотоаппарат ко мне. Она начала показывать фото.
－Каус, выбери одну, которая тебе нравится.
－Дальше, дальше, нет, дальше. Назад. Вот! Берём эту.
－Хорошо. Я добавлю форму машиниста метро.
－Погоны машиниста инструктора. Это, если что, одна лычка и четыре звезды. Спасибо, Ремеди.
Она кивнула в ответ.
Фотосессия и обсуждение внешнего вида будущего плаката подошли к концу. Я объяснил, как вижу плакат: цветовая гамма, шрифт, компоновка. Было бы лучше, если бы мы сделали ещё листовки или мелкие плакаты, чтоб поклеить их на заборах стенах и других местах.
－Мда, повезло нам! — Пайп буквально прыгал от счастья рядом со мной. Мы шли по улице в сторону центра города. Таунхаусы постепенно заменялись на здания высотой более пяти этажей. Вообще Филли был единственным крупным городом без обилия стеклянных небоскрёбов. То, во что превратился Мэйнхеттен, изуродованный функциональным минимализмом, вызывает у меня отвращение. Конечно, там есть каменные здания, но через десяток лет они будут в тени этого стеклянного кошмара.
－Пайп.
－Ага?
－Ты на кого метишь в новой администрации? — этот вопрос явно застал его врасплох. Его лёгкая улыбка на лице сменилась недоумением.
Да, я застал его врасплох. Он явно не ожидал, что я так прямо его спрошу.
－Нуууу,…эээ...Вице-мэр?
－Хорошо. Ты заслужил, — его лицо также резко изменилось на восторженное, как несколько секунд назад сменилось на недоумевающее.
－Спасибо, Каус. Я не подведу!
«Когда делаешь доброе дело, внутри появляется эйфория. Не так ли?»