Тёмные Сонаты

Корица и оладушки

Я тихо мычала, практически пела, наслаждаясь приятным утром, пока Войс колдовал над плитой.

— Посыпь оладушки корицей, — подсказала я. — Пусть немного в корочку впитается.

— Понял.

Он слушался моих советов. Вскоре перед нами стоял готовый и вполне себе вкусный завтрак.

— Кто-то в очень хорошем настроении, — подметил Войс.

— Мгм, — я чуть кивнула головой. — Просто утром у меня почти получилось. Кстати, тебе самому-то как? Всё плохо?

— Смеёшься? Я в восторге, — с улыбкой, но на полном серьёзе сказал он.

— Неужели даже лучше, чем с моделью? — с хитрецой поймала я его.

— Нет. Но тут вопрос не только в ощущениях. Ты прямо сейчас сидишь напротив меня, разомлевшая и счастливая. От этого я тоже в восторге.

— Какой вы сложный, — помотала я головой. — Впервые слышу про такое извращение — счастливой сделать.

— Только не говори, что тебе не нравится, — он тихо цокнул языком.

— Очень. Я вообще боялась, что буду как… — слово само по себе застряло в горле.

— Я понял, — тут же отреагировал Войс.

— Ну, да. В смысле, просто лежать и терпеть. А тут всё как-то иначе, — я улыбнулась.

Пошлый разговор после пошлого утра. Селестия покинула этот дом. Навеки.

— Вот поэтому я так долго и тянул. Чтобы ты не просто лежала и терпела что-то непонятное в тебе под заклинанием. А то было бы всё совсем грустно. Что-то пихается, что-то толкается, что-то рядом прокряхтело, всё, пора спать.

Я рассмеялась, чуть не подавившись едой.

— Как же вы к себе критичны. Вот теперь это твои слова, не мои, я тебя поймала.

Войс на секунду завис, но всё же вспомнил нашу старую шутку.

— Ладно, поймала. Чем думаешь сегодня заняться?

Я чуть зависла, после чего показала копытом на себя.

— Я что думаю? Войс, ты заболел?

Он цокнул языком.

— Забираешь свободу — плохо. Отдаëшь свободу — плохо. Ну, тогда я решаю. Если ты с утра такая игривая, то могла в душ и не ходить. Ночь расплаты была, теперь будет целый день расплаты.

Я помотала копытом в воздухе.

— Ага, в душ не ходить. Сам потом за мной по всему дому свои капли по полу вытирать будешь, умник.

— Только не говори, что тебе так не нравится.

Я задумалась.

— Нравится, сдаюсь. Всё, я та ещё извращенка стала. Ты виноват, ты меня такой сделал, так нельзя! В первую же охоту новый аликорн будет, всё, я сдаюсь, моя судьба предрешена и она ужасна!

Смех огласил стол на пару секунд.

— Ужас какой, — Войс даже вытер слезинку после смеха. — Ладно, если серьёзно, то давай отложим с этим на потом. На очень потом.

— Да понятно, я просто тебя так драконю, — я согласилась с ним. — Но тогда тебе придётся на неделю где-то пропасть. Или меня куда-то на неделю отправить.

— Если хочешь, на самом деле можно всё устроить. Чуть заранее приехать в Кристальную Империю.

Я нахмурилась.

— А что там?

Теперь Войс нахмурился.

— А, — он кивнул головой. — Ну, да. В общем, достаточно богатые кобылки в это уязвимое время могут отдохнуть недельку в специальных заведениях. Они сами по себе редкие, но они есть. Самое лучшее в Империи, как я могу судить. Потому что уж если Империя про любовь, то и всё, что связано с телом и духом, там на высшем уровне должно быть.

— И что будет в этих заведениях? — я помотала головой. — Войс, как тебе сказать, я не из тех, кто лишний раз себе под хвост лезет.

— А там и не про это, — он тут же замахал копытами. — Это как спа-салон, но там работают только кобылки. Я там не был по понятным причинам, но Райз рассказывала, что там здорово. Куча разных процедур, ароматерапия, тëплые ванны, массаж. Всё, чтобы отвлечься от биологии. Говорят, помогает.

— Вот чтобы хоть раз про это я от кого-то услышала, — честно призналась я.

— Ну потому что обычно все справляются "дома". Запираются, мажут зельями всякими якобы “охлаждающими”, — Войс вдруг чуть отвернулся и пристыдился. — Не к столу будет сказано, но пока я учился магии лечения, я практике учился прямо в главной больнице. И к нам доставили кобылку из стражи. С её слов, она купила непонятно где новую разработку, самую эффективную мазь. Ладно, что мало денег отдала. Там всё пятнами такими страшными пошло, ужасно. Меня врач обучала, опытная дама в годах. Она втихаря уже Селестии молиться начала, как бы не начался у пациентки ни аллергический шок, ни сепсис. Обошлось.

— И вправду, не к столу сказано, — я поправила голос. Потому что мигом представила эту картину. Если дошло до больницы, всё очень плохо. Плохое воображение, дай нормально поесть!

— С тех пор я к этой теме внимательно отношусь, — Войс развёл копытами.

— Ага. Жеребец. Удивительно, — беззлобно подметила я.

— Ну так, я же не темень, и не урод, — легко отбился Войс.

— И не поспоришь. Посмотрим, если это сильно тебя не затруднит, то…

Он вдруг хмыкнул.

— Не затруднит. Нотка, ты всё время забываешь. Я по праву крови обладаю властью, деньгами и правом в Эквестрии. Я отчасти и есть право и закон, просто ещё посоревноваться с матушкой придëтся за некоторые решения. Но не в этом суть. Если надо, я прикажу — и вокруг тебя будут пылинки языком слизывать.

— На самом деле, кроме шуток, — я даже отложила ложку на тарелку. — Ты же вообще в обиходе не ведëшь себя как принц. Я либо чего-то не понимаю в этой жизни, либо объясняйся.

Войс издал какой-то невнятный звук.

— Ого, вот это наезд. Ладно. Папа виноват. Стоило мне только поднять голову и вздëрнуть нос не по делу, он моментально меня осаживал. Я как-то не так сказал про обычных пони, что работают копытами и спинами своими? Я под его тщательным контролем без магии таскал на спине мешки на ближайшей стройке…

— Ты сейчас серьëзно? — я перебила его. — Войс, я не поверю, ты врёшь.

— Не вру, — он смотрел мне в глаза самым честным взглядом. Долго, чтобы я поняла, он не привирает. — Он за шкирку меня брал и по грязи мордой водил. Каюсь, очень обидно было. Но знаешь, как это потом голову прочищает? Когда спесь вот эта королевская сходит на нет? Через пот, кровь и тело быстро доходит, что разница между мной и работягой в поле — только в том, кто родил меня. На момент начала такого воспитания я ничего не сделал, чтобы подтвердить статус принца. И соответственно рта открывать права не имел. Теперь имею. Потому что делаю. Своими копытами. И ты тому пример.

Я осела на стул. То ли хвалить этого чëрного аликорна, то ли обвинять в жестоком обращении с детьми. Непонятно.

— Как после такого твоя матушка так к тебе относится? — тихо произнесла я. — Твой отец выковал из тебя справедливого правителя. Ты бьëшь плохих, ты защищаешь слабых, ты не плюешь на тех, кто стоит у низов твоего трона, потому что именно они держат его. Как принцесса Твайлайт этого не понимает?

— “Патамуста бить плахих низзя!” — изошëлся он ядом. — Плохим главное бить нас можно, а нам их нельзя. Мама всё ещё живёт в парадигме, когда сама хватала Элементы Гармонии и решала сложные проблемы однозначным моральным решением. Дискорда? В камень! Кризалис с Тиреком и Коузи? В камень! Сомбру? Сжечь в свете Сердца! Ладно, с последним я согласен. Если почитать летописи в библиотеке Империи, то он того заслужил. Но тем не менее, представляешь, каково будет Коузи, когда её рано или поздно решат "перевоспитать"? Достанут из камня и покажут мир, где её родные умерли или постарели. Супер, я считаю.

— Да уж, — я помотала головой из стороны в сторону. — И это в теории моя будущая свекровь.

— Мгм. Сколько там длится официальная церемония у алтаря? Минут десять потерпеть её? А дальше я сам нас перенесу подальше оттуда. Лишь бы её не видеть, — Войс как-то тяжело вздохнул.

Я и сама переняла его грусть.

— У вас такой зуб друг на друга, но при этом она ничего не делает с тобой. Ну, в плане, она могла бы тебя осудить. Она буквально прибывала сюда смотреть, жива я, или ты мною реально углы собираешь.

— Два аликорна против её решений. Райз и папа, — объяснил он. — Они буквально используют право вето в рамках нашей семьи.

— Райз на твоей стороне? Это её брошка лежит у нас в спальне.

— Ну так, — он мотнул головой. — Солидарность. Я не буду отрицать, что я не заслужил такого отношения. Заслужил. Ты просто не видела, как меня с силой четверо жеребцов оттаскивали от кого-то, чтобы я его голыми копытами насмерть не забил. Даже не магией, копытами. Но тем не менее, Райз разделяет со мной многие взгляды. Потому что папа её тоже вниманием не обошёл. Только в чуть меньших рамках. Она бежала меньше меня, страдала меньше меня, но также потеряла всю свою спесь. Потому что, не поверишь, таскала мешки рядом со мной.

— Вы больные. Вся семья. О, Луна, я становлюсь частью чего-то страшного, — взмолилась я вслух с улыбкой.

— А теперь всё, можешь не жаловаться, — Войс вернул мне мои же слова.