Минор

Конец- начало чего то нового.

Конец одного рассказа... Но. Это начало чего то большего. Здесь показано детство Октавии. 15-16 лет. Её жизнь, точнее продолжение её жизни, это рассказ "Музыка взывает" ей там уже 20... (Мы с автором договорились) Так же в том рассказе, будет мелькать Спек, от лица которого буду писать я. Ещё скоро появиться рассказ о жизни самого Спека. История не закончилась. Она живёт в наших сердцах!

Спек шёл, шёл подальше от Кентерлота, чтобы насладиться одиночеством.

«И почему его многие боятся? Одиночество... Оно же, как помощник! В трудных ситуациях оно помогает всё обдумать, без суеты... Да и только в том месте, растут те цветы... Стоп! Не надо думать об этом...»

Он пошёл дальше. Спускаясь вниз с горы, он зашёл в лес. Листья уже начали опадать, кружась в воздухе, в своём последнем танце и мягко приземляясь к падшим товарищам.

«Нарвать цветов и вернуться. Этот вечер станет последним. Пока Я не влюбился. Пока она не влюбилась. Надо оборвать чёртову привязанность.»

Он шёл по тропинке, выходя из лета он увидел поле, на котором росли фиолетовые тюльпаны... Красивые цветы, с его любимым оттенком, дикие, не те, декоративные, а живые. Чуть темнее, чем её глаза... Солнце начинало садиться.

Спек ускорил шаг. Последний день. А потом он уйдёт. Уйдёт потому, что, несмотря на его привязанность к ней, она достойна большего. Это большее не заставит её ждать.

«Ей 16, она ещё найдёт свою любовь. И я найду... Хоть я и не достоин столь прекрасного чувства.»

По щёке покатилась слеза. Спек, с помощью магии, сорвал листок с дерева и смахнул её.

«Она научилась бороться с одиночеством. Я знаю об этом. Она будет ждать. Будет ждать своего счастья, которого она действительно достойна. Она ждала, ждёт, и дождётся!»

Лес был очень красив, одетый в праздничный наряд, будто понимая какое у Спека сейчас настроение он окружал его со всех сторон. В голове почему то крутилась грустная и незамысловатая мелодия.

«Как же прекрасно!»

Он ещё больше ускорил шаг, уже срываясь на бег. Он торопился потому, что хотел провести с ней больше времени, даже если это их последний вечер. Эмми уже знает об этом... Она тоже скоро уйдёт на экспедицию, уйдёт, чтобы вернуться. Он ещё о стольком не поговорил с ней... Теперь он начинал жалеть, что так часто уходил на весь день и провёл с ней так мало времени.

«ДА ЧЁРТ! ЧЁРТ! Удите мысли! Как я хочу взять и провалиться сквозь эту землю! Я... я хочу быть рядом с ней, но я не могу! Я не достоин. Я слишком... Чёрт, мысли, почему вы против меня? Неужели я уже влюбился? Надо было уходить раньше... Ладно, но пусть этот вечер будет очень красивым... Самым красивым... Я даже написал письмо Селестии... Она попытается поднять звёзды... Мириады звёзд.»

Он уже входил в черту города. Из сумки нелепо торчали тюльпаны. Грива, несмотря на попытки причесать её, была растрёпанна. Взгляд бегал, а сердце по мере приближения к «дому» стучало всё сильнее и сильнее. И вот он стоит на пороге...

Открыл дверь.

Зашёл.

— О привет, что то ты рановато. — Тави сидела на диванчике и читала какую то книжку... Ну, читала она до его прихода, а сейчас она смотрела ему прямо в глаза, заглядывая в душу...

«Она... Слишком поздно... Но лучше поздно, чем никогда.»

— Привет. Смотри что я тебе принёс! — Спек, подходя к диванчику, леветировал ей тюльпаны.

— Ой, какие красивые! — Схватив их, она поставила их в вазу с водой. Спек в это время сел на диванчик.

— Ну, как дела? Где следующее выступление? — Он улыбнулся. Он еле сдерживал слёзы.

— Нормально... А выступление... Меня приглашают играть в оркестре, так что теперь буду совмещать!

— Но ты же можешь выбрать что то одно! — Спек наблюдал за тем, как она присела рядом.

— Зачем? Лучше буду совмещать, а потом выберу по надобности! — Она пожала плечами.

— Ну ладушки... Может прогуляемся? — На улице уже совсем стемнело..

— Ну пошли...

Они быстро собрались. Спек накинул себе на шею фиолетовый шарфик и взял чехол с гитарой. Незаметно положил записку ей на тумбочку.
Они вышли на улицу, было уже темно.

— Пошли, поедим мороженного! — Спек рассмеялся после этих своих слов. Тави как то странно на него посмотрела и двинулась следом. Вот, они дошли до кафе где можно было поесть пирожков и мороженного по весьма неплохой цене. Они сели за угловой столик в помещении.

— Что ты будешь? — Спек придвинул к ней меню.- Выбирай, я сегодня угощаю...

— Хорошо... Эм... Шарик шоколадного мороженного и кофе.

— Ну, я тогда просто кофе...

Вот к ним подошёл официант. Они сделали заказ. Ждать долго не пришлось, обслуживание здесь было всегда на высшем уровне.

— А к чему такая щедрость? — Тави улыбнулась. Спек редко приглашал её куда то...

— Мы же ... друзья. — Спек старательно избегал её взгляда и просто смотрел в окно.

— Тебя что-то беспокоит?

— Нет, nothing...

— Ну ладно... — Тави удивилась, раньше он никогда ни с кем не разговаривал на другом языке.
Когда Тави доела, Спек оставив недопитый кофе вывел её на улицу и повёл к озеру.

— А почему ты не допил кофе?

— Не знаю... Просто не хочу... — Спек улыбнулся, снова случайно посмотрев ей в глаза.- Какие они красивые...

— Кто?

— Твои глаза... Они будто два алмаза... Ой. Прости. — С каждой минутой Спек чувствовал, что он ослабляет контроль над ситуацией. С каждым разом, ему становилось всё больнее и больнее. Сердце было готово разорваться... Он знал один печальный пример любви... Этого страшного чувства.
И вот они уже около озера, а он и не заметил... Как же тут красиво.
На небе и вправду были мириады звёзд. Он сел на скамеечку, рядом с Тави и просто смотрел на небо.

— Как тут чудесно! Столько звёзд. — Произнесла Тави.

— Да, а вот одна упала! Загадывай желание! — Неба, будто разрезала напополам одна падающая звезда.

— Уже загадала... — Спек посмотрел на неё, она сидела и хитро улыбалась.

— Я помню, как ты говорил, что когда ни будь уйдёшь, я надеюсь, что случится это не скоро. Да, я уверенна! Мы ещё побудем вместе!- С каждым её словом Спеку становилось всё больнее и больнее.

«Всё. Скоро, уже скоро...»

— Но мы же с тобой ещё увидимся? Да и уйдёшь ты не на долго! Вот я и загадала, чтобы ты никогда не уходил...
Спек закусил губу, на душе было ужасно больно, снова леветировав листок, он, незаметно от Октавии, смахнул слезу.

— Да, увидимся...

— Урааа! — Тави совершенно по-детски обрадовавшись, обняла его, положив голову ему на плечо.
Спек обнял её в ответ. Он больше не мог держаться и заплакал...

— Почему ты плачешь?

— Потому что я счастлив...

Тут она чуть отстранила его от себя и посмотрев прямо в глаза, поцеловала.
В голове будто взорвались тысячи огней. И казалось, что это длилось вечность, но...

— Пошли домой, уже холодно. — Сказала Тави, оторвавшись от его губ.

— Да, пошли.

«Как же ей будет невероятно больно. Но это стоит того поиска. Лучше она будет счастлива с другим, чем несчастна со мной.»
Они прошли через город, улицы пустовали. И вот они у их дома.

— Тави... Я... Пройдусь тут ещё, а ты иди...

— Тебя что-то беспокоит?

— Нет.

— Ну хорошо, буду ждать.

Спек уже было пошёл от этого здания, но вдруг обернулся. Тави всё ещё стояла
там.

— Я... люблю тебя.

— Я тебя тоже... — Тави скрылась за резной дверью.

«Скоро она увидит записку. Надеюсь утром...»

Спек рванул с места. Прочь из города.

Дорогая Октавия.
Я мог бы написать здесь много, но напишу одно и ты поймёшь. Я тебя люблю, но я не достоин.
Любовь, слишком высокое для меня чувство и оно причинило бы нам боль... Она бы прошла. А нам было бы больно. Именно любовь повинна в смерти моих родителей. Я хочу, чтобы ты жила. Ты найдёшь достойного... найдёшь лучшего из лучших! Но это буду не я.
Прощай. С любовью.
Спек.