Автор рисунка: aJVL
/// -/-/-/-/-

////

Всю ночь Твайлайт ворочалась в кровати, сожалея о многих вещах. В первую очередь о том, что не приняла Спайково «сонное лекарство».

Вздохнув и сев, она обняла себя передними ногами и уставилась за окно у кровати. Она просидела так в неподвижности довольно долго, вплоть до бледных утренних часов. Всё это время слова её односельчан, особенно те горькие слова, которыми перебрасывались в ссорах, блуждали в её голове. Чем дольше она их «слушала», тем больше ей было больно только от одного единственного гневного тона в общем хоре голосов: того самого, каким она говорила те холодные слова во время ссоры со Спайком.

Её обеспокоило, что они зашли в подобное безысходное положение даже при том, что ей не было нужды говорить ни единого нечестного слова. Бросив взгляд в сторону, она увидела своё отражение в окне, озарённое висящим в воздухе «0». Это Спайк соврал, а не она, но Твайлайт всё равно не могла избавиться от ощущения, будто это она виновата и её вина ужаснее всего.

— Ты была права, Рейнбоу, — пробормотала она вслух. — Это действительно больно.

Она застонала и провела копытом по гриве.

— Ох-х-х-х… Селестия-а-а-а-а-а, приди уже сюда поскорее!

Тишина повисла среди затенённых стен её спальни. Темнота — крайне знакомая вещь для Твайлайт. Тихая вуаль, с которой, как истинный книжный червь, она была чересчур хорошо знакома в годы, предшествующие тому дню, когда судьба и провидение вывели её из одиноких залов Королевского Дворца на солнечные просторы Понивилля. Там чудотворный свет дружбы явил ей нераскрытые уголки жизни, и она изучила каждую грань и деталь с величайшей энергией, чувствуя поддержку, что дал ей недавно заложенный доверием и дружбой фундамент.

Но теперь все те же самые вещи кажутся хрупкими, разбитыми, с лёгкостью растворяющимися в знакомой темноте, в том уголке юности Твайлайт, который только уроки Селестии о честности способны были озарить, подобно лучу маяка.

— Без Элементов моя жизнь кажется такой… — она сжалась, прежде чем наконец пробормотать: — Изношенной. Будто вся магия ушла.

Как раз в тот момент лучик золотого света засиял над восточным горизонтом. Твайлайт моргнула при мысли о кобыле, чья грива напоминала по цвету это девственно чистое сияние.

— Может быть, я просто потеряла след самого важного Элемента, который ускользает от меня прямо сейчас! — сказала она, улыбаясь про себя.

Хоть Твайлайт и провела целую бессонную ночь, она теперь подпрыгивала на месте от переполняющей её обновлённой энергии. Спрыгнув с кровати, она быстро умылась, причесала гриву и вышла за дверь, направляясь на запад, к фермерским полям у самой окраины Понивилля.




Твайлайт догадывалась, что Эпплджек будет уже на ногах, чтобы заняться утренними делами по хозяйству. Завернув за последний холм по дороге к ферме «Сладкое Яблоко», она к своей радости обнаружила, что была абсолютно права. Она подошла к красному амбару, когда Эпплджек уже была занята погрузкой в телегу корзин со свежесобранными яблоками.

— Эм… привет, ЭйДжей.

Эпплджек обернулась, и в её изумрудных глазах засиял свет встающего над восточными окраинами садов солнца.

— О, привет тебе, Твайлайт! — она поправила шляпу и вытерла свежепроступившие капли пота с оранжевого лба. — О звёзды, рада тебя видеть в такой ранний час! Ты ж обычно даёшь своей маленькой умной головке отдохнуть до девяти утра минимум, не?

Радуясь компании своей самой честной подруги, Твайлайт хихикнула и прислонилась с улыбкой к телеге.

— Если хочешь знать, Эпплджек, я никак не могла заснуть.

— О? — Эпплджек вскинула бровь, с усилием поднимая ещё одну корзину в телегу. — Думаю, эт как-то связано с этим, прям скажем, надоедливым заклинанием, которое поставило весь город с ног на голову?

Твайлайт сглотнула и опустила взгляд на свои копыта.

— У меня… у меня много чего было на уме, Эпплджек. Недавние события всё во мне перемешали.

— И не говори! — с натугой произнесла Эпплджек, потея ещё больше, пока поднимала очередную корзину. — Мне пришлось позавчера вечером крепко отчитать Эпплблум. С этим ранним сбором яблок, которым наша семья занята, у нас нет времени на поиски неприятностей себе на голову! Пока что ей придётся перетоптаться без общения с этими её неугомонными друзьями на целую неделю. И эту неделю она потратит на дополнительные хозяйственные дела, чтоб хорошенько подумала, какую она подставу устроила всему городу! Ой-ой, я даж малость чувствую себя за это всё ответственной! Надо было мне в самом начале напрячься насчет неё, когда она вдруг попросила ту долбаную лопату.

— Я тебя понимаю, — кивнув, сказала Твайлайт. — У меня у самой… только что был весьма неприятный разговор со Спайком по поводу нечестности.

— О? Наш малыш-дракон? Этот Спайк?

— Ага, можешь представить? — Твайлайт провела копытом по локонам гривы и вздохнула. — Суть в том, что хоть это его я поймала за ложью, я не могу никак избавиться от чувства вины по этому поводу.

— Вины? В каком смысле?

— О, это всё какое-то безумие, Эпплджек, — простонала Твайлайт. — М-мне, скорее всего, не стоило сюда приходить, да ещё и так рано.

Она сглотнула.

— Прошу прощения. Мне не стоило тебя этим беспокоить.

— Ох, Твайлайт, — проворковала Эпплджек. — Эт не проблема никакая.

Она развернулась, ещё раз жадно глотнула воздуха и сказала:

— Ты же знаешь, у меня для тебя всегда найдётся время.

— Ну, в таком случае, я… — Твайлайт застыла с широко распахнутыми глазами.

Она только что услышала звон колокольчика.

— Твайлайт?

С дрожащими губами Твайлайт подняла взгляд.

Эпплджек щурилась на неё, склонив голову набок, с написанным на лице беспокойством. Ни одна из этих деталей, тем не менее, не могла отвлечь Твайлайт от безошибочно видимого сияния «1» над блондинистой гривой Эпплджек.

— Что-то не так? На тебя посмотри, ты будто дух испустила…

— Я… я просто… — Твайлайт помотала головой, не веря своим глазам.

— Твайлайт, успокойся, дорогая, — кобыла-фермер утешающе улыбнулась. — Я ж твоя подруга! Ты мож расслабиться и рассказать мне всё; я против не буду!

Ещё один колокольчик. Зловеще сияющая «1» превратилась в ещё более жуткую «2».

Твайлайт начала бесконтрольно дрожать. Когда она заговорила, её голос звучал как хныканье жеребенка:

— ЭйДжей? ЭйДжей, к-как ты могла… к-как?..

— Твайлайт?.. — выдохнула Эпплджек, встревоженно делая к ней шаг. — В чём дело? Скажи мне. Ты же знаешь, что можешь мне доверять, сахарок.

Колокольчик. «3».

 — Н-нет! — выплюнула Твайлайт. Из её фиолетовых глаз полились слезы, и она попятилась от неё, задыхаясь. — Только не т-ты тоже! — она открыто заплакала. — Пожалуйста, только не ты!

— А чего со мной-то? — Эпплджек побледнела в недоумении. — Я только тебе помочь хотела…

«4».

— П-просто прекрати говорить! — выкрикнула Твайлайт, яростно тряся головой. — Просто перестань! О-о-ох-х…

Она развернулась на месте и бросилась галопом прочь от фермы «Сладкое Яблоко».

— Твайлайт! Погоди! — крикнула ей вслед Эпплджек.

Но было уже слишком поздно. Твайлайт неслась навстречу встающему солнцу; её бока тяжело вздымались во время бега. Голос Эпплджек стал далёким неразборчивым щебетом. Твайлайт теперь могла различить только звуки собственных рыданий.




Часы спустя, когда солнце доползло до полудня, большая часть слёз Твайлайт уже успела высохнуть. Усталость, накопившаяся за предыдущий день, вновь обрушилась на её плечи. Она сидела, апатично сгорбившись на деревянной скамье на краю травянистого городского парка. Взгляд её усталых глаз плыл по далёкому силуэту Бутика Карусель, окна которого были заколочены и перекрыты табличкой с мелодраматичной надписью краской: «Временно закрыто по причине магического кризиса».

Твайлайт вздохнула. Она положила промокшую от слез мордочку на сложенные передние ноги и зажмурила глаза, вспоминая дни своего детства, когда она лежала в тепле объятий Селестии и они вместе изучали в королевских архивах историю, магию и астрономию. Если не считать времени, проведённого с матерью, Твайлайт не могла вспомнить более ни одного момента в своей жизни, когда чувствовала бы себя столь же безопасно и в таком же согласии с миром, как тогда.

Всё было лаконично, однозначно и чисто, преподнесено ей в искренней ясности самим матриархом Эквестрии, единственной пони на всём свете, которая отказывалась хоть в малейшей мере подвести подданных своего чудесного королевства. Селестия несла миру свет, выявляя всякую ложь, все дыры в реальности, чтобы Твайлайт привыкла с самого раннего детства питать уважение к несомненной мощи убеждений и верности слову.

Тепло и уют этих приятных воспоминаний почти что оставили Твайлайт глухой к звукам голосов позади. Открыв глаза, Твайлайт села и с любопытством оглянулась над своим бедром.

— Вы хотите сказать, нам придётся пропустить ещё один день школы, мисс Чирили? — спросил Снипс. Он и его долговязый друг Снейлз стояли перед учительницей на повороте парковой тропинки. — Это же типа четыре дня подряд получается!

— О, в чём же вдруг дело? — Чирили опустилась с улыбкой на колени перед двумя молодыми жеребчиками. — Ты теперь внезапно захотел сидеть часами в классе?

— Ну, эм… — Снипс нервно поёрзал. — Просто дело в том, что нам нечем заняться и нашим мамам и папам не хочется выходить наружу и что-то делать.

— К тому же это как-то стрёмно: не ходить в школу, как обычно! — выпалил Снейлз.

— Ш-ш-ш-ш! — Снипс хлопнул Снейлза по боку копытом. — Нет, не стрёмно! Хватит просто так нести всякие глупости, болван!

— Но ты же сам говорил, какая жуткая эта вся фигня с заклинанием и…

— Я сказал, заткнись! — рявкнул Снипс.

— Ну же, ну же, мальчики… — Чирили наклонилась вперед и положила копыта обоим на плечи. — Будьте добры друг к другу! В чём вообще проблема, в самом деле?

Снипс и Снейлз опустили головы, не говоря ни слова.

— Знаете… — улыбнулась Чирили, не обращая внимания на висящие над их головами числа. — Только храбрые жеребцы могут признать, что чего-то боятся.

Снипс шмыгнул носом и поднял взгляд на свою учительницу.

— Правда?

— Видишь? — пробормотал Снейлз. — Что я тебе говорил?

Чирили сдержала смешок и сказала:

— Это правда! Но я рада, что мне повезло на вас двоих наткнуться. У меня теперь есть возможность передать хорошие новости!

— А? — Снипс поднял взгляд, слегка посветлев лицом. — Что за хорошие новости?

— Что Принцесса Селестия прибыла сегодня ночью! — сказала с яркой улыбкой Чирили. — И она уже излечила магическое проклятье!

Твайлайт вскинула бровь, наблюдая издалека.

Снипс и Снейлз недоверчиво переглянулись, широко распахнув глаза.

Излечила?! — хором выпалили они.

— Ещё как!

— Но… — Снейлз вскинул бровь. — Почему же мы тогда всё ещё видим числа над головами?

— Ага! Даже у вас оно прямо сейчас есть, мисс Чирили! — добавил Снипс.

— Правда? — Чирили помахала копытом над головой, не обращая внимания на растущий счетчик. — Ну, я не вижу никаких чисел над вашими!

— А?..

— Все просто, на самом деле! — улыбнулась она. — Заклинание уходит, но оно это делает с разной скоростью для каждого пони. Взрослые первыми перестают видеть числа, но это вовсе не значит, что вы можете бросаться врать направо и налево! — подмигнула она. — Видите ли, всё это дело было всего лишь испытанием, чтобы узнать, смогут ли понивилльцы уживаться друг с другом, зная, что думают другие!

— Что… Вы хотите сказать, что Селестия всё это задумала с самого начала?

— Вполне! — улыбнулась Чирили.

— Ого, мы точно провалили испытание, правда? — сказал с широкой и тупой улыбкой Снейлз.

Снипс усмехнулся.

— Ага! Иначе и не скажешь!

— Неужто вы действительно его провалили? — криво улыбнулась Чирили. — Прямо сейчас я вижу перед собой двух храбрых пони, которые понимают, насколько важным было это заклинание для жизни города и их собственных семей. Бояться придуманных монстров, существ под кроватью — это одно. Но по мере того как вы растёте, вам приходится иметь дело с другими, куда более реальными проблемами. Например, с тем, что всё, что вы делаете или говорите, может повлиять на всех окружающих. Думаю, вы оба очень хорошо познакомились с подобным образом мыслей, и я уже вижу, сколь искренне ваше беспокойство за других пони.

— Мы просто хотим, чтобы все пони друг с другом ладили, мисс Чирили, — сказал Снейлз. — Когда все рядом друг с другом такие напряжённые — ничего весёлого в этом нет.

— Тогда живите так, чтобы вам не пришлось возводить преград вокруг себя, — сказала Чирили, вставая в полный рост. Её фуксиевую гриву взметнул порыв ветра. — Жизнь драгоценна и дана нам для того, чтобы мы ею делились с другими. Но это ведь не получится сделать без доверия и уважения, правда?

— Хехех… Думаю, да… — сказал Снипс.

— Итак… э-э-э-э… — моргнул Снипс. — Заклинание уйдёт? Это значит, что мы вернёмся назад в школу в понедельник?

Чирили помотала головой.

— Эта неделя сильно всех нас измотала. Думаю, лишний день-другой каникул не помешает.

— Постоянные каникулы! — Снейлз вскинул передние копыта и весело закричал: — Да-а-а-а-а-а-а!

Чирили хихикнула.

— Ну, я не говорила, что они будут постоянными, мои маленькие пони! Я передам сообщение вашим семьям, когда буду готова продолжить занятия.

— Спасибо, мисс Чирили! — помахал ей копытом Снипс, уходя со своим дружком прочь, в сторону зелёных полей парка. — Даже когда вы нас не учите, вы нас учите!

— Хех… представьте себе! — помахала им вслед Чирили. — Играйте осторожно, ребята!

Она мягко выдохнула, а число над её головой продолжало расти, пока не остановилось на сияющем «23». Она повернулась и поглядела на скамейку так, будто с самого начала знала о присутствии Твайлайт.

Твайлайт глядела в ответ, молчаливая, как камень. В горле её застрял ком.

Чирили подошла и встала рядом со скамейкой.

— Не сомневаюсь, ты меня наверняка сейчас хочешь отчитать, Твайлайт.

— Ну… нет, н-не совсем… — Твайлайт сглотнула, слегка дрожа. — Просто… ты только что сокрушительно много наврала им, — она прищурилась. — Своим ученикам.

Чирили тихо кивнула.

— Я знаю.

— Селестия даже близко не обратила заклинание. Она не сможет это сделать ещё как минимум до завтра, и мы обе видим числа над головами этих жеребят ясно, как день.

Чирили поглядела в парковую даль, где Снипс и Снейлз уже превратились в две далёкие точки на залитом солнцем зелёном горизонте.

— Они не первые из моих любимых жеребят, кому я рассказала сегодня свою сочиненную историю, и я всерьёз сомневаюсь, что они будут последними.

— Но… почему, Чирили? — Твайлайт сглотнула и смахнула невидимые слезы со щеки. — В смысле, я-я правда не хочу к тебе придираться, высмеивать или что-то такое. Я просто… я просто хочу понять

— Почему я лгу ребёнку и не чувствую раскаяния? Твайлайт, я носитель знания. И это не просто моя работа — учить; это мое призвание, — солнце блеснуло на улыбающихся цветках на её бедре, когда она подошла к скамейке и устроилась на ней рядом с Твайлайт. Тепло вздохнув, она сказала: — Я думала об этом с того нашего… разговора вчерашним днем.

Твайлайт поёрзала, избегая её взгляда.

Чирили продолжила:

— Я думала о том, какой должна была быть твоя жизнь, когда Принцесса Селестия долгое время была твоим единственным источником информации и вдохновения. Как же тебе повезло, Твайлайт! Настоящая ученица той, кто приносит свет солнца в Эквестрию! На фоне такого учителя всё, что я должна говорить или делать, запросто покажется относительно ничтожным.

— Ох, Чирили… — начала протестовать Твайлайт.

Чирили подняла копыто и улыбнулась.

— И тогда я поняла кое-что, и именно это позволило мне спокойно спать этой ночью. Полагаю, и тебе это тоже поможет заснуть.

Твайлайт подняла на неё взгляд с по-детски любопытным выражением лица:

— И что же это?

— Вполне справедливо метить каждую истину как «добро», а каждую ложь как «зло», — произнесла Чирили. Она поглядела внимательно на Твайлайт и затем сказала: — Но то, что «добро» и то, что «зло» не всегда порождает по отдельности то, что целостно.

Твайлайт моргнула при этих словах.

— Я хочу, чтоб мои ученики учились, Твайлайт, — сказала Чирили. — Но больше всего, я хочу, чтобы они жили… свободными от страха, свободными от волнений и свободными от паранойи. Я не одобряю возведение фасадов для наших детей, как не одобряю и те, что мы уже возвели для самих себя. Но я верю, что Селестия придёт и освободит нас от этого заклинания, и, более того, у меня есть всякая причина верить в прекрасное завтра. Я хочу, чтобы пони, такие, как Снипс и Снейлз, верили в то же самое. Иногда я думаю… да… я думаю, что трудности жизни являются величайшей и сложнейшей преградой, стоящей на пути принятия таких жизненных чувств, как дружба и любовь. А ведь это драгоценные качества, способные выдержать даже тяжелейшие удары по жажде и готовности доверять.

Твайлайт поглядела на учительницу, поджав губы. Она перевела взгляд к горизонту, думая вслух:

— Величайшими и самыми тяжелопреодолимыми преградами… преградами… — она сглотнула. — «Жезл Огорождения»! — внезапно в её глазах засиял огонёк. — Ну конечно же!

Твайлайт спрыгнула со скамейки и приземлилась на дрожащие ноги.

— М-мне надо вернуться в библиотеку, чтобы кое-что найти! — воскликнула Твайлайт. — Кое-что, что Правдианцы забыли сделать очевидным!

— И что же это такое? — спросила Чирили.

Твайлайт уже бежала прочь.

— Что же ещё?! — улыбнулась она на бегу. — Правду!