Автор рисунка: BonesWolbach
Что общего у света с тьмой? Нет ничего тайного, что не сделалось бы явным.

Бывает и так.

http://www.youtube.com/watch?v=g0G9vDKcdLg

Один шанс на миллион срабатывает в девяти случаях из десяти.

Лентус смотрел на своего играющего с парой лингов сына и в который раз безмолвно благодарил небеса за то, что аликорны взрослеют медленнее – иначе бы его встретил уже почти взрослый подросток со сложившимися и наверняка далеко не самыми радужными взглядами на мир, ни разу за всё детство не видевший отца. Ныне же у них есть шанс всё исправить.

Если Луна позволит.

– До сих пор ли ты убежден в рациональности оставления переговоров в копытах «властелина»? – как всегда почти неслышно подошла ночная Принцесса, также глядя на валяющего по земле здоровенных монстров как щенят ребенка. – До сих пор он лишь причинял заявленным союзникам боль, а ведь время уходит.

— Мой господин почти всегда добивался поставленной цели, пусть зачастую его планы и смахивают скорее на бред сумасшедшего, а их воплощение – на цирковое представление, — стремясь легкой усмешкой побороть робость, отозвался бывший единорог. – Что же до Магистресс – то вам ли жалеть тех, кто лишил законную властительницу Эквестрии трона и запер ее на десять лет в башню?

— Они лишь делали кажущееся им правильным – так же, как и все мы, — покачала головой собеседница. – Прошедшее заключение не идет ни в какое сравнение с испытанной нами тысячью лет одиночества – мы даже благодарны им за предоставление возможности отдать бремя власти другим и посвятить себя не стране, но плоти от плоти нашей. И не стоит закрывать глаза на истину: Принцесса Луна действительно не оправдала возложенного на нее доверия, — она вскинула копыто, прерывая только начавшееся опровержение. – Нам лучше знать.

Лентус кивнул и сконфуженно замолк.

Какое-то время они безмолвно наблюдали за тем, как ребенок, само существование которого стоит называть чудом, без какой-либо магии или воспитанных навыков строит членов Семьи в пирамиду – просто прося их встать друг на друга, одновременно без каких-либо усилий посылая им по своей, совершенно особенной Нити, образ желаемой формы.

Если Принц выглядит ослепляющим и режущим глаза солнцем, то этот малыш подобен ласковой, чуть неухоженной, но от того лишь более милой звездочкой. И сам колосс признал его равным себе…

— Почему ты служишь ему? – вдруг услышал задумавшийся Лентус тихий вопрос, сразу вызвавший очень болезненный мысли о другой чрезвычайно важной для него кобылке, также не раз спрашивавшей о том же. – Он само зло.

— Нет, — покачал головой с трудом загнавший болезненные размышления вглубь аликорн. – Мой господин – благородная, жаждущая справедливости и всеобщего счастья душа, которую просто слишком часто предавали. Причем не только подчиненные – сам мир ополчился против него, раз за разом разбивая мечты и сокрушая планы, однако и несмотря на это в нем по-прежнему живет тот самый алчущий Истины дух.

— Неужели наш былой избранник ослеп? – спустя несколько минут спросила пространство Принцесса, поворачиваясь к нему лицом. – И не видит, что даже если когда-то в сем монстре и правда жило нечто великое, то ныне оно давно уступило место зверю, желающему лишь чужих страданий и разрушения?

— Возможно, — склонил голову бывший единорог. – Но следуя за ним, я вновь получил шанс узреть вашу небесную красоту – разве возможно лучшее доказательство правильности принятого пути?

Ночная владычица легонько улыбнулась и провела по его щеке копытом:

— Всё так же стремишься комплиментом уйти от сложной темы.

— Невозможно удержать восхищения в узде, видя сошедшее на землю и осиявшее своим великолепием весь мир совершенство, — млея от первого со дня их воссоединения прикосновения, проникновенно прошептал полковник и снова чуть дернувшиеся к верху уголки ее губ заставили сердце затрепетать как птицу в силке.

— Еще неделю назад наше будущее казалось ясным, – чуть погодя снова заговорила небожительница, не убирая ногу, — рано или поздно, но Орден Сумерек бы освободил законную правительницу, пусть и приставив стражей из своих рядов. Принцесса бы вновь встала во главе страны, к худу или добру ведя ее подданных в будущее, – в голосе послышалась грусть. – Ныне же Дворец обращен в руины, а сама владычица Эквестрии официально заявила о поддержке тому, кто некогда убил Селестию. Какая же судьба ждет нас ныне?

— Славная, безусловно, — честно ответил медленно, но верно идущий к вершинам блаженства полковник. – И если вы только позволите, то этот жеребец последует за вами куда угодно.

— Даже если наш путь пойдет наперекор той тьме, которой служит сказавший сие кавалер? – спросила, внимательно вглядываясь ему в глаза Луна.

— Не пойдет, пока один из вас не изменится, — покачал головой твердо уверенный в говоримом бывший единорог. – Ибо ныне ваши дороги слились и сам Создатель приказал нам всем идти вместе.

— Но всё же?

От ответа аликорна спас наблюдатель, сообщивший о в очередной раз выходящей из ворот города делегации фиолетовых и тем сам позволивший командиру с куртуазными извинениями отправиться выполнять свой долг.

Владыка сидел у обрыва, смотря вдаль и гладя лежащую у него на коленях вроде бы уже смирившуюся со своей судьбой зебру. Впрочем, чувства и помыслы сей уроженки дальних земель – тайна за семью печатями даже для чейнджлинга. Она вроде бы проглядывается насквозь, но при этом уцепиться за что-либо внутри нее ну никак не получается.

Хотя про его господина теперь можно сказать почти тоже самое – он и до пробуждения предательницы находился в весьма странном, откровенно пугающем состоянии духа, а ныне при взгляде на него полковнику вовсе почему-то вспоминался троюродный дядя — некогда талантливый и известный художник, на старости лет пристрастившийся к наркотикам в жгучем стремлении заполнить появившуюся после ухода сопровождавшего всю его жизнь вдохновения пустоту.

Ну ничего – Принц справится. Всегда справлялся.

— Ваше высочество? – движение ухом. – Эквестрийцы готовы к переговорам.

Слабый всплеск эмоций, несколько мгновений раздумья – и неожиданно грустный смешок:

— Замечательно. Значит сейчас мы пообщаемся, заключим союз, съедим какого-нибудь пони дружбы и я – весь из себя зеленый, пушистый, в брыльянтовой короне и на лихой Магистрессе поскачу уничтожать ту единственную персону, которая действительно имеет шанс принести Справедливость всему миру, — горький вздох. – Способную заставить их всех заплатить за преступления и могущую наконец завершить сей порочный цикл мести, самолюбования и оправданий. Просто зачеркнуть всю эту ошибку…в отличие от меня.

Явно намекающая на желательность реакции тишина.

— Позвольте напомнить: целью данной…личности является уничтожение в том числе и нас с Принцессой Луной, что вряд ли можно считать соответствующим интересам Семьи или Эквестрии, — немного неуверенно начал удивленный самим фактом интереса к воззрениям его скромной персоны полковник. – Если позволите выразить личное мнение, то мне бы очень хотелось остаться в живых и постараться сохранить в том же состоянии как можно большее число своих подчиненных и непричастных.

— Хм, эгоист, только о своей шкуре и думаешь, — с каким-то пустоватым осуждением хмыкнул собеседник, переворачивая пленницу на бок. – Впрочем, не будь ты таким — сейчас бы скорее всего со мной не разговаривал. Меня так воротит от одной мысли о необходимости сохранения Ордена, пусть даже с целью потом превратить его в угольки лично. К тому же ведь потом Создатель Чудовищ может и не справится – и кто тогда приведет в исполнение их приговор?

— Эквестрийцы или, на крайний случай, сама история, — твердо ответил бывший единорог. – Но уж точно нельзя отдавать правосудие в лапы этому чудовищу, обрекшему сотни тысяч одних только собственных сограждан на смерть ради ничтожной мести.

— Вижу, тебя всё-таки удалось чему-то научить, — с ноткой довольства в голосе кивнул дракоаликорн, аккуратно поправляя зебрин гребень. – Справедливость действительно требует приговора и самому бичу, который никто уже не сможет привести в исполнение, если дать ей уничтожить фиолетовых. А потому ныне нам придется пойти на меньшее зло…- Принц нехорошо рассмеялся и, резко встав, зашагал к воротам. – Пошли спасать мир. Свою рогоносицу тоже позови.

— Она уже там, — стараясь не отставать от ринувшегося в бой командира, отозвался бывший единорог. – Я так понимаю, сегодня вы намерены непосредственно заключить союз?

— Надеюсь, — буркнул переливающийся явно не самыми доброжелательными мыслями дракоаликорн. – Со всем этим баловством мы и так чересчур промедлили.

Лентус тактично промолчал и ускорил шаг, уточняя у Малыша расстановку охранников.

И вот они опять здесь, на изрытой и оплавленной середине спуска между ныне ставшим подобием гигантского муравейника Дворцом и смахивающим на раздавленное каким-то великаном осиное гнездо Кантерлотом, куда намедни прибыл первый крупный отряд Ордена Сумерек, что не замедлило отразиться и на количестве золотопогонных членов понической делегации. Хотя внимание владыки тварей всё равно сосредоточено только на трех стоящих впереди Магистрессах — Рейнбоу Даш, ныне смахивающая на призрак самой себя, старательно выглядывающей кого-то в немногочисленных рядах «будущих партнеров» растревоженной Рэрити и кажущаяся состоящей из одной неуверенности Эпплджек.

— Ну что, уроды, приступим? — с какой-то замшелой усталостью начал Создатель Чудовищ, выступая вперед. – Мы все знаем чего ради тут собрались – ваша Спасительница наконец взялась за ум и собирается всех уничтожить. Я предлагаю объединить усилия и убить ее первыми. Ваш ответ?

— Твайлайт могла быть просто сконфужена резким пробуждением и счесть, что и город и Дворец захвачены тварями, а потому ударить не разбираясь, – после недолгого молчания отозвалась Эпплджек.

 — А ее реплики вы пропустили мимо ушей, да? – всё с той же непонятной пустотой внутри усмехнулся враг всего живого.- Мне лень чего-либо вам доказывать, поэтому позвольте просто представить персону, неоднократно причинявшую мне в прошлом спасение жизни, превратившую меня ради продолжения банкета в растекающуюся лужу и вот уже которую недель сосредоточено капающую на мозги: дух хаоса и …

— Дискорд! – удивленным хором перебили его бескрылые Магистрессы при виде появившейся между двумя делегациями несуразной фигуры. Рейнбоу Даш лишь мельком глянула на нее и снова уставилась в землю.

— Во плоти!– гордо провозгласила невнятная персона из кусков разных существ, зависшая в полуметре над земле. — Во всяком случае, почти. И вряд ли надолго, но это не важно. Счастлив снова лицезреть вас, леди! Давайте все дружно поздравим меня с возвращением!

Щелчок когтями – и на них без всякого предупреждения обрушился настоящий ливень из конфетти.

— Но тебя ведь сожрал Создатель! – первой справилась с удивлением оранжевая кобылка, отплевываясь попавшими в открытый от изумления рот разноцветными бумажками.

— Как я и говорил прежде, пока существует сама идея свободы, будут и различные мнения, а значит неминуем и раздор, — довольно ответил уродец, переворачиваясь вниз головой и хлопая по голове меняющего при каждом его касании расцветку линга. – Этим милым зверькам удалось лишь на какое-то время разорвать вашего покорного слугу на клочки, породив столь приятные глазу дискординки. Ныне же ваш любимый дух хаоса практически собран и готов вновь нести миру веселье.

 — Но почему ты помогаешь ему? – вытряхнув из прически остатки «поздравления» осуждающе ткнула копытом в Принца единорожка. – Ведь Твайлайт освободила тебя как раз чтобы…

— Уничтожить некоего Силина, — появилась перед ее носом уменьшенная копия создания. – И я выполнил свою часть сделки, после чего взял сего подающего большие надежды юношу в ученики. Должен признать: он вполне оправдал возложенные на него высокие ожидания – всего за несколько месяцев превратил нынешнюю скучную и серую Эквестрию в насыщенное событиями и каждый день чем-то удивляющее место, за что и получил почетную степень бакалавра хаоса и дисгармонии, — на голове владыки тварей материализовалась черная квадратная шапочка с кисточкой, а в зубах появился толстенький свиток.

— Я старался, — мрачно кивнул дракоаликорн, испепеляя бумагу. – Хотя эти приступы сумасшествия сильно раздражали.

— Ой, да ладно тебе, скромняшка какая, — появившаяся львиная лапа почесала врагу всего живого подбородок. – Нам же было так хорошо вместе! Впрочем, не будем сосредотачиваться на прошлом, — улегся полноразмерный монстр у ног Магистресс, — потому как нынче у всех нас имеется одна очень большая проблема – связавшаяся не с той компанией Твайлайт Спаркл. Дабы не разводить скучных бесед спрошу сразу: вы ведь все в курсе, к кому она обратилась за помощью в славном деле моего освобождения из камня?

От Элементов повеяло довольно нежелательными эмоциями:

— Нет, — наконец ответила вроде собравшаяся Рэрити. – Мы знаем лишь КУДА наша подруга пошла за ней.

— И сего вам уже наверняка достаточно, — махнул хвостом Дискорд, превращая попытавшегося встать между ним и Магистрессами щитоносца в цыпленка. – От себя добавлю, что эти ребята еще неприятней, чем вам кажется – при всей своей хитрости и умении дурить народ чистой правдой, чувство юмора у большинство из них лишено начисто.

— Но ведь они дали ей сил, чтобы спасти тебя? – с сомнением заметила оранжевая кобылка.

— Ха! Если бы – меня сие сборище скучных посредственностей не любит даже больше всего остального, – уродец обвился роскошным алым одеянием и обзавелся золотого цвета прической. — Завидуют, что такой красавец в отличие от них сумел остаться на свободе.

— А зачем же тогда? Да и вообще, что эти…«существа», — Магистресса явственно поежилась, — сделали с Твайлайт?

— Об этом лучше спросите моего протеже, — внезапно удлинившаяся лапа чудища пропала в голове не успевшего отскочить Принца и вытянула оттуда какую-то тонкую пленку с картинками. – Как-никак это с ним она столько общалась.

— Сейчас снова развоплощу, — с угрозой рявкнул дракоаликорн, отбрасывая духа крылом и попытался запихнуть ленту обратно. – Если говорить прямо и честно, то ничего такого, на что ваша подруга не соглашалась. Просто при заключении договора они поставили перед ней условие, поиск решения которого рано или поздно приведет «Спасительницу» к желаемому ими решению. Вернее, скорее всего уже привел, — Силин зарычал и оторвал свисающий из уха кусочек образов. – Короче: либо мы объединяемся против нее, либо она уничтожает нас поодиночке.

— Ордену Сумерек невозможно принять столь серьезное и прямо противоречащее его уставу решение без полного раскрытия информации, — посовещавшись пару секунд с коллегой, заявила единорожка. – Нам требуется как минимум…

— Покажи им, — рыкнул занимающемуся какой-то ерундой Дискорду хозяин тварей.

— Я уж думал ты не попросишь, — на головы Магистресс опустилось по когтю, а спустя пару секунд Лентус ощутил настоящую волну ужаса и удивления. — С превеликим удовольствием представляю вам, дамы, наиболее вероятное в случае вашего отказа от сотрудничества будущее. А теперь простите, мне необходимо вернуться к оставленному ради сей встречи занятию – хаос сам себя не поддержит.

Дух исчез, оставив вместо себя торт из кроличьих шкур и наполнив воздух ароматом асфальта, а кобылки еще довольно долго стояли, глядя в никуда и видимо не имея возможности прийти в себя после увиденного.

— ЭТОГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ! – вдруг выкрикнула пробудившаяся Рейнбоу Даш. – ЛОЖЬ, ВСЁ ЛОЖЬ! ТВАЙЛАЙТ НИКОГДА…- налившиеся бешенством глаза уставились на Принца. – СДОХНИ!

Никто не успел среагировать. Впрочем, Создателю Чудовищ и не нужна ничья помощь – долженствующее пронзить его лезвие вошло в землю, а сама напавшая пегаска затрепыхалась в явно не особо жестоких объятиях, яростно рыча и пытаясь хотя бы зубами добраться до горла своего врага.

Которому неожиданно стало намного лучше – бывший единорог готов поклясться, что в шепоте на ухо прижатой к груди убийцы чувствовалась почти нежность.

— Наша коллега возможно излишне импульсивна, — раздался голос белоснежной Магистрессы, — однако суть она передала верна. С чего мы должны верить духу Хаоса и убийце Принцессы? Куда логичнее будет предположить, что произошедшее здесь является лишь ошибкой едва пробудившейся Преподобной, кою ее враги пытаются…

— Вот любят же некоторые портить романтические моменты, — гаркнул вновь вспыхнувший внутри владыка тварей, отвлекшись от стремительно гаснущей жертвы. – Заявляю официально: у меня нет никакого желания в чем-либо вас убеждать. На самом деле сама мысль о противостоянии существу, в кои-то веки способному принести на весь этот мир пламя Справедливости кажется мне как минимум спорной.

Удар черно-зеленым копытом об землю, видимо для придания веса своим словам:

— Не будь Твайлайт Спаркл моим смертельным врагом, без всякой жалости и снисхождения убившим Силина, разрушившим его мечту и пролившим своим эгоизмом моря крови – я бы присоединился к ней. Но, увы, как бы мне ни хотелось увидеть вашу гибель, оставлять виновницу всего произошедшего без наказания Создатель Чудовищ просто не имеет права, — плечевое щупальце указало на толпу фиолетовых. – Вы можете присоединиться к моему походу и возможно спасти свою страну от уничтожения. Или пойти против меня, обрекая ее на гибель. Выбор ваш. Впрочем…

Он отнял от груди снова впавшую в отчаянную разновидность меланхолии радужную пегаску и посмотрел ей в глаза:

-…мне бы хотелось первого варианта – ибо решившись биться за свои жизни вы сделаете счастливым как минимум одно существо, — враг всего живого ласково погладил своего непримиримого противника по щеке. – Зрелище того, как фиолетовые и особенно Магистрессы обратят оружие против собственной подруги и богини определенно сможет вновь наполнить мою жизнь красками. Кстати…- он неожиданно повернулся к полковнику. — Принеси вчерашнюю находку.

Бывший единорог тут же телепортировался к временному складу и уверенно взялся за обломанное древко – объект посыла никаких сомнений не вызывал. В отличие от причины.

Впрочем, его дело – выполнять приказы.

— Никто не может подсказать мне, каким образом сей артефакт…- коготь-копыто нажало на каменную плиту, а вышедшее из тела подобие драконьей лапы взялось за рукоятку. Несколько секунд тишины – и тихий хруст, сопровождающийся лязгом высвобождающего оружия. – Вдруг оказался без всякого дела заперт в орденской лаборатории, да еще и прямо с куском городской мостовой?

— Данный объект, являющийся частью трофеев, найденных после уничтожения продавшегося тварям поселения во время Последнего Похода, несет на себе неизвестные чары, а потому в соответствии с протоколом должен пройти исследование на вредоносность, — явно обрадовалась смене темы единорожка.

— Уничтоженного поселения — в смысле, Города? — уточнил Принц. Магистресса отрицательно покачала головой. – Но ведь я оставлял его у себя на родине. Как оно оказалось у Флаттершай?

Ментальный аналог зубной боли.

— Не в моих силах ответить, каким образом данный предмет попал в контролируемый колоссом поселок, — даже холоднее, чем обычно ответила единорожка. – Вероятно, на данную загадку способны пролить свет полномочные представители ваших соотечественников, однако один из них числится пропавшим без вести под обломками Дворца, а второй в данный момент нетрудоспособен.

— Второй, то есть…двуногий? – как-то нехорошо зажглись глаза у владыки тварей. – Он до сих пор жив?

— Да, — с запоздало закравшимися сомнениями в голосе отозвалась Снежная Принцесса.

— В таком случае требую предоставить мне с ним аудиенцию на то время, пока вы обдумываете свой окончательный ответ, — воодушевленно заулыбался Создатель Чудовищ, вновь обратив внимание на удерживаемую в копытах жертву. – Знайте: я изначально думал именно о вас, оставляя это копье в Городе – потому и зачаровал против единорогов. Итак, Рейнбоу Даш, позвольте подарить вам оружие, действительно способное навредить единственному жеребцу в вашей жизни.

Очнувшаяся от своего сна наяву пегаска с готовностью вцепилась в протянутое древко.

Легкая улыбка – и Маршал Эквестрии вновь оказалась среди своих, с непривычки чуть не располосовав неудачно подставившегося фиолетового надвое. При виде наполовину разрезавшего стальной щит меча толпа удивленно загудела.

— Артефакт далекой эпохи, рожденный из крови и смертей моего былого народа на гибель Семье, пропавший на сотни лет со страниц истории и вновь вернувшийся к свету, дабы оборвать жизнь Принцессы Селестии и вспороть брюхо драконицы Нагзаанрев, начав тем самым новый рассвет для своих врагов и эпопею, кровавей которой этот мир не видел Великой Зимы, — чуть ли не пропел Принц с подозрительно ностальгическими нотками. – И потому будет более чем справедливо, если он ее и завершит.

— Ой, ну ладно-ладно, — стряхивая с глаз слезы и периодически подхихикивая, постарался взять себя в копыта дракоаликорн. – Я ведь к тебе не ради интереса по здоровью пришел, хотя конечно…

Дракоаликорн вновь взорвался булькающим смехом, тыкая в обмотанное бинтами туловище лежащего на кровати «пегаса».

— Неисповедимы пути Создателя, — степенно ответил инвалид, вызвав своим тоном новый приступ хохота, — и если Он решил, что трех работающих конечностей для меня слишком много, значит без двух из них назначенные мне свершения станут только еще более великими.

— Ё-лы-па-лы, — задыхаясь, выдохнул-таки Хозяин тварей, лишь огромным усилием воли не растекаясь по полу кипящей лужей. – Ну…ты…даёшь…

Концентрация всё-таки подвела его и пришлось какое-то время потратить на сбор себя заново:

— Никогда случаем не посещало ощущение, что Надзиратель тебя просто-напросто ненавидит? – стараясь оставаться серьезным, поинтересовался Страшила у увлажненного пациента. – То есть, сперва Родина, потом крыло с братом, затем передние ноги, а тут еще и перелом позвоночника…

— Мой Господин есть Любовь – и на том стоит Община. У меня нет ни малейшего сожаления о том, чего я лишился во исполнение данного мне свыше долга, — заявил Савьер снова заржавшему посетителю с едва различимыми нотками негодования в эмоциональном фоне. – «Любящим его всё содействует ко благу».

— Хватит! – взмолился опять начавший растекаться монстр. – Я и так уже один раз лопнул.

Несколько минут сдавленного хихиканья.

— А давай еще и крыло оторву? – от всего сердца предложил владыка тварей, вытягивая ныне единственную работающую конечность на свет. — Тогда вообще любое совершенное-таки тобой действие можно будет смело и главное абсолютно справедливо называть великим подвигом. Мне, право слово, не сложно.

— Что вам нужно, Кровавый Принц? – спокойно задал вопрос «пегас».

Данное именование слегка отрезвило веселящееся чудовище, хотя и чуть не стоило инвалиду окончательно перехода в мир говорящих овощей.

— У меня для тебя радостная весть, — более-менее придя в себя, с предвкушением начал зверь, усаживаясь на пол. – Но для начала: ты ведь помнишь, как лишился ног?

— Конечно, — улыбнулся псих. – Выполняя свою святую обязанность – спасая нуждающегося.

— Отличненько, — он облизал губы и начал, усаживаясь на пол. – В общем, твое милосердие принесло свои более чем ожидаемые плоды – «нуждающийся» предал нас всех и выпустил в мир столь долго сдерживаемое чудовище…- Страшила со смаком и в деталях описал проведенную им экзекуцию и последовавшее за ней действо, завершив рассказ цифрами нынешних жертв и предсказанием грядущих гор трупов. – Ну и скажи мне теперь, праведная душа, кто из нас двоих оказался прав? Я, жаждавший принести возмездие злу во плоти и тем самым поставить точку в списке ее преступлений или ты, отдавший самого себя ради несколько дней как знакомого отродья Бездны и тем самым навлекший гибель на всю Эквестрию?

Инвалид долго медлил с ответом, распространяя вокруг себя печаль и наконец произнес с неожиданной уверенностью в голосе:

— Разумеется тот, кто выполнял указания свыше. Творящего милосердие не должны волновать беды, лишь вероятно могущие произойти потом – ведь все мы живем здесь и сейчас, а будущее туманно и изменчиво – в то время, как его долг непреходящ и вечен.

Сия фраза заставила врага всего живого со стоном приложить копыто к лицу, а спустя мгновение чуть ли не заорать на лежащее перед ним бревно:

— До сих пор не понял?! ДИАНА ОБРЕКЛА НАС ВСЕХ НА СМЕРТЬ – потому что ТЫ позволил ей это!

— Нет, — всё так же каменно-ровно отозвалась кочерыжка. – Защитницу Короны просто обманули и использовали, как обманывали и использовали большую часть жизни. А она лишь хотела найти в этом огромном и столь неласковом к своим обитателям мире друга. Родную душу, способную понять ее и принять такой, какая есть, — вздох. — И да – я виноват. Лежащей перед тобой Последователь не выполнил свою обязанность. Не указал нуждающемуся в направлении на всегда готового выслушать и любящего всех. Не успел донести до нее благую весть, боясь испугать и вызвать отторжение.

Страшила с некоторым удивлением почуял исходящие от собеседника комок эмоций, в числе которых имелась и бывшая в общем-то целью визита боль. Но как ни странно, удовлетворения дракоаликорн не почувствовал. Скорее наоборот.

— Прикованный к постели нелетающий и уже даже не ходящий пегас без Родины, надежды и растерявший в том числе и по вине обсуждаемой персоны большую часть сограждан…ЖАЛЕЕТ эту бестию? – зубы заскрипели и рог впился в лоб собеседника. – Может он просто так и не осознал, ЧЕМ являлась Диана? Ну так позволь просветить…

Вал воспоминаний от множества лиц — все посвященные одной злобной, жестокой, наслаждающейся чужими страданиями эгоистичной сволочи, из-за чьей жалкой жажды мести разгорелась война, стоявшая жизни миллионам, а также одновременно старой Эквестрии, Городу и силинову Новому Порядку.

— Теперь-то хоть понял? – уставился монстр на пытающийся осознать обрушившуюся в его крохотный мозг лавину информации огрызок. – «Защитница Короны» – чудовище, ради удовольствия и удовлетворения своих ничтожных страстей готовая разнести хоть весь мир. И ты даровал ей такую возможность.

Жеребец какое-то время лежал без движения, после чего вытер крылом выступивший на лице пот и сам уже посмотрел в глаза своему предполагаемому мучителю:

— Она была потерянной, страдающей, жаждущей обрести свое место душой, которую слишком многие видели лишь как инструмент или врага, — четко выделяя каждый эпитет, продекларировал псих. – Как и ты.

Удивленная пауза.

— Почему великий и могучий Кровавый Принц не сдержал данного маленькому недопегасу обещания? – требовательно спросил Савьер. – Почему поднял копыто на ту, кого я своими конечностями искупил в его глазах? Ведь Диана никого не предала, но напротив…

— Как будто кто-то в состоянии заставить меня за это ответить! — фыркнул враг всего живого. – Я и с самого начала мог наплевать на наше маленькое соглашение.

— Да, мог, — печально кивнул кусок мяса. – Однако вместо этого предпочел его соблюсти – не из боязни наказания, но просто потому, что считал верность своему слову правильным. Верил в необходимость выполнения договоров и жизни пусть по собственным, но всё же законам. Теперь уже нет…зачем ты пришел сюда?

— Поделится приятными новостями, — слегка смутившись от столь резкой смены темы, отозвался дракоаликорн. А затем подумал и сказал правду. – И насладиться твоей болью от осознания факта моей правоты и бессмысленности принесенной жертвы.

— То есть, ужасный Создатель Чудовищ пришел к не могущему встать с ложа инвалиду лишь для того, чтобы поиздеваться над ним? – с иронией вскинул брови псих и надолго замолк, разглядывая собеседника и постепенно разгораясь новой, режущей эмоцией. – До чего же…

Ему на рот опустилось копыто и слегка вздрагивающий от бешенства враг всего живого ласковым тоном зашипел:

— Как смеешь ты, безногая кочерыжка ЖАЛЕТЬ самого Страшилу – бич, пламя и палача Города и Эквестрии?! – из груди вырвался утробный рык. — Думаешь, будто он сейчас выйдет из себя и испепелит тебя, избавив тем самым лежащий перед ним огрызочек от оставшейся ему ничтожной жизни?

Собеседник ответил глазами – так что пламя заплескалось-таки по высокому потолку комнатки, лишь в последний миг отведенное от внезапно ставшего ненавидимым более какого-либо другого существа на земле калеки:

— Не дождешься. Ты будешь жить и страдать, день за днем осознавая всю свою беспомощность и бесполезность до того самого момента, как твои разрушившие нашу родину хозяева превратятся в дымящуюся гору обгорелых костей. А сейчас ты кратко и по существу ответишь мне на один вопрос: куда делся оставленный у вас меч Кона?

— Его унес с собой Принц Рефел, — без грамма испуга и с тем же буквально выворачивающим на изнанку сочувствием в глазах дал ответ инвалид, — по его мнению, мы – коллаборационисты и примиренцы – не имели права им владеть, пусть он и сам не смог освободить твое оружие из камня.

— Молодец, — скрежеща зубами отозвался пытающийся успокоится враг всего живого. — Я ухожу и сожгу по дороге столько горожан, сколько слов ты мне вякнешь на прощанье. И кстати: ты будешь считать сей разговор сугубо конфиденциальным – иначе твоим соотечественникам придеться познакомиться с пламенем Бездны несколько раньше срока.

Инвалид смиренно кивнул и разумно не стал ничего говорить, вместо этого сделав крылом один отлично известный еще Принцу жест, едва не заставивший Создателя Чудовищ таки удовлетворить его желание смерти и буквально выкинувший дракоаликорна из здания в пламенном облаке прямо сквозь все стены.

-
— Интересно, что же могло настолько вывести нашего оппонента из равновесия? – пустыми глазами глядя в след ярко-алому монстру, пробормотала задумавшаяся Рэрити.

— Видимо говорить со стадзерами головоломно не только для нас, — столь же отвлеченно отозвалась оранжевая кобылка, бессмысленно глядя на изображение Эквестрии с подтягивающимися к развалинам Кантерлота фишками – войсками. Набор карт пришлось одолжить у успевшего первым генерала – все свои уехавшие в отпуск Магистрессы оставили в ныне сожженном, разваленном и принадлежащем тварям Дворце. – Так что делать-то будем? Он ведь и правда может просто взять и сбежать, а то и напасть на нас.

— И ничто не помешает ему сделать то же самое…- ее прервал грохот падающего на пол стула.

Вернее, двух его половинок.

— Рейнбоу! – возмущенно поморщилась единорожка. – Перестань портить мебель – ее не так много в городе-то целой осталось.

— Прости, — без грамма раскаянья или хотя бы интереса отозвалась пегаска, всё так же зачарованно смотря на свое отражение в широком блестящем лезвии.

Легкий взмах – и по полу прошла тонкая черта, еще раз разделившая несчастный предмет обстановки надвое.

— Сказала же: хватит! — с нотками гнева в голосе зажгла рог волшебница и выхватила из копыт крылатой подруги подарок монстра. – Как вообще можно быть столь беспечной – любому же очевидно, что это…оружие – какая-то ловушка, очередная хитрая уловка Создателя Чудовищ, — она бросила оценивающий взгляд на Маршала. – И судя по твоей явно недовольной и чуть ли не угрожающей гримасе, ты в нее уже попалась.

— Отдай, — Серебряное Копыто двинулась на красавицу.

— Нам нужно решить, каков будет ответ Ордена – и сделать это прямо сейчас! – встала Эпплджек между ними и неожиданно легко вытащила копье раздора из поля подруги. – И честное слово: что может сделать эта хреновина такого, чего Создатель с нами и так уже не сделал?

У всех трех кобылок мороз прошел по коже и копыта сами собой переместились на живот. Но если земная пришла в себя всего через пару секунд, то Рэрити на то же понадобилось минут пять и полная чашка самого едкого и крепкого кофе, к которому она внезапно пристрастилась со вчерашнего дня. Последний же член их Триумвирата вовсе сник и вернулся в свое утреннее состояние полнейшей апатии ко всему на свете.

Вот только первой возвращаться к собственно главной теме сего собрания никто не решался еще долго.

— Думаю, нам следует принять предложение, — наконец устав ждать, когда кто-нибудь другой начнет разговор, произнесла ни на кого не глядя оранжевая кобылка.

— Невозможно, — резко, но вроде бы не очень-то уверенно отозвалась единорожка. – Хозяин тварей – страшнейший противник Эквестрии из всех когда-либо ей встречавшихся и вполне вероятно, что Твайлайт лишь как и прежде попыталась уничтожить его любой ценой, в принципе не заметив также попавших под ее заклятье пони, — и снова ощущение попыток убедить саму себя. – Ныне нам представилась возможность, о которым прежде не приходилось и мечтать: враг сам загнал себя в ловушку, позволил нам подвести к городу войска, освободил пленных и даже вернул нам Рейнбоу – мы ОБЯЗАНЫ воспользоваться ею и освободить страну от величайшей угрозы в ее истории. Чего бы нам это не стоило

— Он отдал все свои козыри и в сущности сам подставился под наши пики – а уж в глупости-то монстра не обвинишь, — осторожно начала Эпплджек. – Мне бы, честно говоря, хватило. Как минимум, чтобы задуматься.

— Всего-навсего очередной странный и на вид бессвязный план, — легко отбила полностью пришедшая в себя Рэрити. – Вот только этот сумасшедший так увлекся игрой с чужими чувствами, что забыл о наличии у нас еще и разумов. Ему не уйти.

— А если…Преподобная и правда…

— Только не говори мне, будто поверила Дискорду! — усмехнулась единорожка. – Дух раздора никогда не являлся нашим другом или хотя бы союзником – Спасительница обратилась к нему исключительно из-за безвыходности тогдашнего положения и стоит удивляться уже самому факту выполнения им хотя бы части условий сделки. Это чудовище ничем не лучше своего «ученика» и точно также желает оговорить нашу подругу и заставить нас сражаться между собой.

— Но Твайлайт действительно изменилась, — неожиданно «очнулась» пегаска, проводя копытом по плоской стороне меча. – Я чувствовала это. Сквозь грохот обвала слышала ее напоенные гневом и яростью слова. Обещание заставить всех заплатить за отнятую у нее Селестию, — радужногривая кобылка вздрогнула и приложила странный металл ко лбу. – И видела не щадящее никого пламя с небес на ее родной город и шедших освобождать Дворец патриотов.

— Всего-навсего последствия шокового состояния, — отмахнулась волшебница. – Или обман уже тогда подготовившего свой план Создателя. А может какая-то случайная флуктуация магии. Объяснений существует множество – и совершенно незачем брать самое невероятное.

— Забавно, — вдруг усмехнулась Эпплджек. – Ты сказала мне почти тоже самое два года назад, во время Осады. Помнишь тех несчастных, сошедших с ума пони в пещере, которые покрывали свои тела одним очень хорошо знакомым нам символом и чьи губы раз за разом…

— Это просто совпадение! – чуть не сорвалась Рэрити на крик. – Какая-то ловушка, происки Дискорда – всё, что угодно.

— А ее поведение перед последним боем? Или та одержимость после…заключения договора? Показания еще живых Тронутых? – оранжевая кобылка решительно ударила копытом в стол. – Я, Магистресса Эпплджек, официально предлагаю принять предложение Создателя Чудовищ – ради спасения Эквестрии. Рейнбоу, ты со мной?

— Как вы решите, так и будет, — бесцветно отозвалась пегаска, с каким-то совсем уж ненормальным видом гладя свою новую игрушку.

— В таком случае, мое слово против твоего, — мрачно хмыкнула Рэрити повернувшейся к ней земной пони. – И мы обе отлично понимаем, что это значит, — она зазвонила в «походный» колокольчик, — готовьте сопровождение – Орден Сумерек идет «заключать союз».

Единорог в дверях понимающе оскалился и скрылся с глаз.

— Выиграем еще немного времени на переговорах и рассмотрении деталей, подтянем оставшиеся войска, улучим момент, когда он будет уязвимей всего и – бац! – по красивому лицу растеклась давненько не виденная хищная улыбка. – Ни Создателя, ни его чудовищ.

— То есть, мы просто обманем его, заманим в ловушку и убьем? – слегка потерянная от столь быстрого и, прямо скажем, несколько тиранического решения вопроса уточнила Эпплджек и зачем-то добавила. – Бесчестно?

Наступила неловкая пауза.

— По-моему кое-кто не всё рассказал нам о произошедшем с ней после моего…обморока, — немного смутилась единорожка и продолжила твердо, не отводя от подруги подозрительного взгляда. – Рекомендую на всякий случай провериться. Если же это шутка, то не смешная и сказанная определенно не к месту.

— Отчего же? Как-никак, в чем-в чем, а в отсутствии честности нашего оппонента не обвинишь, — криво улыбнулась Магистресса от сельского хозяйства, ужасающаяся одной только мысли о том, что сейчас сделает. – Так разве же мы, пони, члены спасшего Эквестрию Ордена Сумерек имеем право уступить ему…

— Атаковав в лоб или, того хлеще, с официальным предупреждением, мы получим лишь на порядок больше жертв и куда меньший шанс на успех, — отмахнулась подошедшая к карте единорожка.

— И поэтому мы не станем на него нападать. Более того – по-настоящему заключим этот проклятый альянс и на всё время Кампании Твайлайт будем считать Создателя и его тварей полноценными союзниками, — спрыгнула с кресла земная кобылка.

— Ты обещала меня слушаться и — видит Селестия – сейчас совершенно неподходящий момент для отказа от своих слов, — не поднимая головы, произнесла красавица, расставляя вокруг Дворца фишки. – Если тебе так уж не хочется принимать участие в «бесчестной» битве, то мы с Рейнбоу справимся сами – как и всегда. Наша оранжевая подруга пока может поработать над проблемой размещения оставшихся без жилья горожан.

— Вы что, сговорились? – вырвалось у представительницы семейства Эпплов, однако миг слабости прошел и вновь собравшаяся Магистресса ударила по столику, сметя расставленные фигурки и тем самым привлекая таки к себе внимание тысячу лет знакомой подруги. – Орден согласится на его предложение – и вовсе не из-за слов…впрочем, и поэтому тоже, — она глубоко вздохнула и вывалила. – Пора посмотреть правде в глаза и перестать врать хотя бы самим себе: Спасительница…то, что выглядит как Спасительница – враг. Злобный, коварный, давно всё подготовивший и готовый вот-вот обрушиться на нас всей силой противник, просто-напросто использующий тело некогда сделавшей рискованный выбор Твайлайт. И сейчас нам дан уникальный шанс не только избежать войны на два фронта, но единой армией выступить…- у нее во рту появился кляп.

— Эпплджек, — серьезно и как-то нехорошо посмотрела на нее подруга. – Либо мы заканчиваем данный разговор правильным и привычным выполнением приказов дамы, на которую вы сами взвалили обязанности по единоличному управлению Эквестрий, либо я приду к выводу, что моей подруге промыли мозги и она нуждается в полноценном лечении с изоляцией.

— Прости, партнер, но похоже мне таки действительно пришло время тебе противостать, — с грустной улыбкой покачала головой земная кобылка, едва ей вернули возможность говорить. – Проклятый урод прав – Магистресса от сельского хозяйства слишком долго заботилась о том, чтобы самой остаться в целости и не утраивать ссор. Сейчас я чувствую, что правильным поступком будет именно отбросить нашу упертость и согласится на союз с чуть не уничтожившим…

Ее окружило полем и сдавило, поднимая в воздух:

— Не волнуйся: мы тебя обязательно вылечим, — искренне пообещала волшебница, поднимая обездвиженную кобылку в воздух, и потянулась за колокольчиком. – Как минимум, смертью наложившего заклятье Создателя.

Не успевшая ничего предпринять оранжевая кобылка вдруг с грохотом вернулась на пол, тут же на одних рефлексах перекатившись и вскочив уже с мечом наперевес.

— Рейнбоу! Зачем ты это сделала?! – мельком глянув на нее, возмущенно поинтересовалась красавица у как раз вытаскивающей свое оружие из пола пегаски.

— Хотела посмотреть: а вдруг получится? – с широкой улыбкой на лице погладила та зачарованное лезвие.– Даже магию режет. Класс!

— Да что с вами обеими? – она на всякий случай отступила подальше и также приготовилась к битве.

— Раз мы не можем быть честными и благородными, то будем хотя бы последовательными, — на время разговора воткнув клинок в обломки стола, заявила оранжевая пони. – Родина должна жить и сейчас Твайлайт угрожает ей на порядок сильнее, чем признавшейся в собственной слабости дракоаликорн с его жалкой кучкой тварей.

— Даже если и так! – приподнимая близлежащую мебель, отозвалась главная Магистресса. – Ты хоть представляешь, КАКОВА будет реакция на наше согласие? Собственные солдаты поднимут нас на копья, стоит только заикнуться о мире с чудовищами и тем более о походе на Спасительницу! После этого на Ордене можно ставить крест – и кто тогда случае защитит Эквестрию? Твари?

— Пони, — напрягая и расслабляя под доспехом мышцы, заявила оранжевая кобылка. – Да, будет сложно – ведь мы столько лет скрывали от них правду и позволили вырасти «безвредному обществу почитателей более чем достойной того Твайлайт». Но мы должны сделать это – ради спасения доверенной…

Яростный звон колокольчика – и полетевший в земной пони стул:

— Стража! Стража!

С трудом увернувшись от снаряда и мельком увидев, как Рейнбоу снесло диванчиком к стене, Эпплджек рванула к поднимающей столик подруге.

Двери с грохотом распахнулись – и Магистресса вновь взмыла в воздух, сжатая со всех сторон.

Земная пони дернулась и зарычала от досады. Как они успели так быстро? Да еще и сразу поняли, кого хватать?

Подслушивали?

Только тут она заметила, что висит не одна — Рэрити ныне также окружало зелено-красное свечение и ее устремленное ко входу лицо демонстрировало крайнюю степень удивления и чуть ли не панику. Звук разваливающейся мебели, яростный крик – и знакомый голос:

— Разгром, бедлам, драка и встречающая тебя с намерением ласково зарезать любимая плюшевая игрушка – прям домой вернулся, — земную пони развернуло и ее взору предстал Создатель Чудовищ, прижимающий к груди брыкающуюся пегаску. Меч-копье висело под потолком. – И вот не надо так потрясённо на меня смотреть, – обратился он к единорожке. — В конце концов, как будто мои уважаемые партнеры не знали, с кем имеют дело. Разумеется, я не мог не воспользоваться вашей полнейшей хаотичностью и не наводнить город чейнджлингами – впрочем, не только ими.

Двери и окна захлопнулись, отрезая высшее руководство Ордена от возможной помощи, а люстра на потолке вспыхнула.

— Результат получился выше всяких похвал: все три Магистрессы беспомощно барахтаются в моих загребущих лапках. Наконец можно с чистой совестью похитить их и увезти вместе с остатками Семьи за тридевять земель от сей вот-вот готовой взорваться страны, где, совершенно не боясь возмездия от передравшихся в отсутствии командования эквестрийцев, предать тысячам разнообразнейших пыток, насыщаясь практически бесконечным страданием столь ненавидимых мной кобыл, – монстр ласково погладил гриву обвитой хвостом Рейнбоу. – Причем им определенно не стоит надеяться, что мои забавы ограничатся лишь вульгарным терзанием плоти, — он подтянул к себе Рэрити и коснулся ее лба своим рогом. Единорожку затрясло. – Хороший план, не правда ли? Логичный, разумный, принадлежащий в полной мере вменяемому и трезвому разуму зрелого государственного мужа, заботящегося как о себе, так и благе своих подданных. Вот только есть одно «НО»…

Уже почти начавшая обличительную речь Эпплджек снова оказалась на ковре. За ней грохнулась и волшебница.

— Мне плевать на будущее Коллектива, — продолжил не торопящийся отпускать Даш урод. – И сколь бы приятной ни казалась перспектива превратить вас в свои вечные игрушки, данное решение всё равно будет какой-никакой, а сдачей. Отказом от практически невыполнимого, но от того лишь еще более сладкого приза – возможности близко пообщаться с единственной личностью, действительно достойной моего внимания.

Зверь сел на полуразвалившийся диван и положил связанную по ногам и крыльям пегаску на колени, начав неторопливо гладить ее будто какую-то кошку.

— Итак, о ужасная Рэрити, какие еще вам нужны доказательства наличия у меня «добрых намерений»? – с довольной ленцой в голосе поинтересовался он у яростно звонящей в колокольчик единорожки. – Не скрою: наблюдение за поднявшимся после объявления союза воем и грызней в вашем лагере и душах принесет мне немало удовольствия – как уже доставило кусочек счастья подслушивание вызванной моим предложением маленькой размолвки, после которой вы вряд ли когда-нибудь сможете восставить царившее прежде меж вами доверие. И точно так же прямо я заявляю о своем намерении превратить сие государство в пепелище, с развешанными тут и там гниющими трупами фиолетовых убийц, кои с высоты птичьего полета будут в совокупности являть миру некий не вполне приличный жест…

Рейнбоу удалось освободить одну ногу и врезать своему мучителю в челюсть, на что тот ответил внезапно появившимися из ниоткуда десятком хитрых гребенок, начавшими беззастенчиво елозить по парой рывков освобожденному от доспехов телу пегаски. Эпплджек невольно покраснела и отвела взгляд от извивающейся в беззвучном из-за кляпа хохоте подруги.

— Но это всё потом, — как ни в чем ни бывало продолжило чудовище, даже не глядя на свою жертву. – А пока что у меня есть куда более впечатляющая цель – плюнуть в лицо самому миру, уничтожив назначенную им на роль бича преступницу, — в голосе прорезались откровенно мечтательные нотки. — На глазах у всей Эквестрии разорвать на куски ее богиню, столько лет почитавшуюся за якобы «победу» над Создателем Чудовищ, убив с ней саму вашу надежду, упование на лучшее будущее и возрождение былой славы…и вы мне в этом поможете – потому как только тогда у вас появиться хотя бы призрачный шанс выжить.

Двери зала вышиб отряд закованных в панцири стражей, тут же прицелившихся в не обратившего на них внимания монстра, в этот самый момент вновь прижавшего задыхающуюся Даш к груди.

— Ну, так каков же ваш ответ, о рогатейшая? Я уже не первый раз довольно наглядно демонстрирую вам свое нежелание в данный момент разрушать Орден или тем более убивать вас. Даже наоборот – намерен приложить немалые усилия для продолжения вашего земного существования ради возможности и далее получать удовольствие от общения со столь интересными личностями, — откровенно мерзкий оскал. — Вы слышали доказательства, видели вероятное будущее, имеете на копытах вполне вероятную гражданскую войну вследствие расхождения во взглядах с коллегами и так далее. Мы конечно можем продолжить нашу мелкую свару хоть здесь и сейчас – мне как раз жгуче хочется убить кого-нибудь пушистого, – когтистая лапа сдавила Серебряному Копыту шею. — Но разве не разумнее ли будет перенести ее на то время, когда всякие спящие красавицы не будут мешать нам выяснять отношения? Обещаю: на время совместной кампании буду вести себя прилично и мучить вас исключительно нежно – то есть только словами, воспоминаниями и мысленными образами. Если конечно вы сами не пожелаете форсировать события.

Все – и ожидающие указаний орденцы и Эпплджек и страшилище – уставились на в кои-то веки нерешительно переминающуюся с ноги на ногу красавицу.

— Мне нужно подумать.

— Неа, — покачал головой монстр. – Я хочу слышать ответ здесь и сейчас – всегда терпеть не мог этих кобыльих уверток. Ну?

Рэрити часто задышала и задергала головой, будто ища выход и не находя.

Эпплджек спокойно подошла к ней и с улыбкой положила копыто на плечо:

— Позволь на этот раз мне взять на себя ответственность за спасение Эквестрии, — единорожка сделал брови домиком и жалостливо посмотрела на подругу, однако возражать не стала. Представительница семьи Эпплов развернулась и со всей накопленной за годы правления помпезностью объявила, – Орден Сумерек официально принимает предложение Создателя Чудовищ о временном союзе. Да будет меж нами согласие!

У гвардейцев отвисла челюсть.

— Правильный ответ, — кивнул враг всего живого. – Ведь ничто не мешает Магистрессам предать меня чуть позже, когда в моих копытах не будет вашей подруги и сами вы окажитесь подальше от изрыгающей пламя пасти. В конце концов, подонки такие подонки, — он улыбнулся и сделал взмах копытом.

Земная пони постаралась ничем не проявить своего удивления при виде сползших с потолка огромных плоских змей, а также отделившемуся от отряда стражников десятку возвратившихся к настоящему облику чейнджлингов:

— Честно говоря, отчасти даже жаль, что не представилось случая воспользоваться столь любезно предоставленной Спасительницей «брешью» в вашей защите – маленькие пони слишком уж привыкли ощущать себя здесь в безопасности и уповать на маги…не суть. Предлагаю скрепить наш новорожденный альянс памятными дарами, — он одной ногой достал из-за спины не сильно уступающего ему размерами закованного в цепи дырявого аликорна и кинул его к ногам Рэрити. – Ваш ценнейший агент, под действием нашего внушения сдавший Дворец, ныне отремонтирован и возвращен незаконному владельцу.

— Благодарю, — протянула Магистресса, с явным трудом отводя взгляд от «подарочка». – А что же вы хотите взамен?

— Откровенно говоря, я был бы просто счастлив, на пару часов, если бы вы официально передали в мое пользование сию полюбившуюся нам плюшевую игрушку, — дракоаликорн вытянул изнеможенную Рейнбоу вперед. – Зебра конечно тоже неплоха, но она все же больше еда, да и с эмоциями у нее напряженка…

— Это невозможно.

— Жадины, — совершенно по-детски надулся ужасный монстр. – Сами небось каждую ночь с ней спите, а другим тискать не даете. Ну ладно, — он с умильной улыбкой потерся о Маршала лбом, что-то просюсюкал и аккуратно перенес к куче стражников. – В таком случае обойдусь вот этим, — крохотный на фоне его лапы фиолетовый аметист в форме звезды засветился.

— Не думайте, будто сегодняшним представлением исправили совершенное вами зло, как не очистите вы свою душу и сотней подобных демаршей, — услышала Эпплджек насмешливый голос в голове. – Время не обернешь назад, как не вернешь пролитую по вашей вине друзьями чужую кровь в вены убитых ими тварей и пони.

— Предполагаемая время выхода в поход – завтра около полудня — вслух произнес монстр, вставая с обломков. – И рекомендую морально подготовиться к по-настоящему выдающимся потерям – как-никак нас ждут сами Врата!