Автор рисунка: aJVL
8. Цветная мозаика Эпилог

9. Торжество гармонии

Твайлайт попятилась. Мозаичный коридор, вроде, был бесконечным в обе стороны, так что и пятиться можно было вечно.

— Убирайся! – приказал образ Блэкспота. Светло-серый единорог выправил осанку, чтобы казаться ещё более устрашающим. Учитывая, что он и так прилично превосходил принцессу в росте, ему это удалось.

Твайлайт замерла в нерешительности. Наверное, у неё была возможность уйти, оставить в покое чужой разум. В конце концов, она и так видела воспоминания, которыми хозяин вряд ли собирался с кем-то делиться. Она была здесь незваным гостем.

Но она обрела здесь цель, которую всё ещё требовалось достичь. Где-то в реальном мире чудовищной мощи магия вот-вот должна была смести упрямого аристократа, отстаивающего свои идеи. Идеи, которые нельзя было победить магией. Только знаниями. Твайлайт получила эти знания. Она видела все эти цветные картинки, потому что искала ответы на вопросы, искала причины, пыталась понять Блэкспота. И, кажется, поняла больше, чем сама рассчитывала. Она даже знала, что против её предложения ярл не устоит.

— Ярл Блэкспот, – уверенно произнесла она, – я здесь, чтобы бросить вам вызов.

— Ты? Именно сейчас? – слегка приподнял брови единорог.

— Едва ли мне представится другая возможность. – Твайлайт прямо взглянула в ему глаза.

— Я сейчас не в настроении возиться с тобой, – поморщился образ Блэкспота. Твайлайт прекрасно знала, что следует произнести дальше, чтобы единорог не остался равнодушен.

— Вы откажетесь напоследок потягаться с ученицей Селестии? – спросила она у иллюзии. – Уйдёте из мира, так и не попробовав свои силы против её личной протеже, воспитанной на её учениях? Не сразитесь с той, кто завладела Элементами Гармонии, превзойдя в этом вас?

— Жеребёнок! Тебе не удастся меня раззадорить, – сказал Блэкспот, надменно вскидывая голову. Но он солгал. Твайлайт видела, что её слова задели его за живое, видела, что он отчаянно жаждет доказать свою правоту. Хотя бы так. Хотя бы здесь. Хотя бы ученице…

— Вы же всё равно планируете исчезнуть через мгновение, – продолжала Твайлайт, решив надавить на ещё одно больное место гордого чародея. – Так что о вашем поражении никто не узнает, и вы ничем не рискуете.

Ноздри иллюзорного Блэкспота гневно расширились.

— Поражении? Ха-ха, принцесса возомнила себя величайшим магом! Мои ученики были куда сильнее и способнее, чем ты! И все они познали поражение, бросив мне вызов. А ты вообще ничего не умеешь, не знаешь ни капли той магии, которую знаю я.

— Ну и что? – пренебрежительно махнув копытом, ответила Твайлайт. – Зато вы просто не представляете, насколько сильна та магия, которой я владею.

— Магия дружбы? Этот бред на грани самовнушения? – засмеялся Блэкспот. – Тут нет твоих подруг, принцесса. Они не могут сюда попасть. Они не могут тебе помочь.

Твайлайт гордо тряхнула чёлкой и прищурилась. Наверное, она уже порядком перегнула палку, подбивая единорога на противостояние, о котором совершенно ничего не знала. Но остановиться не позволяла буря в реальном мире, замершая на то мгновение, которое Твайлайт уделила исследованию чужого разума.

— Мои друзья всегда со мной. Даже если вы неспособны это увидеть, поверьте, что так оно и есть, – сказала она.

— Верь во что тебе угодно, принцесса. – Блэкспот постарался произнести эти слова небрежным тоном, но за напускным равнодушием Твайлайт отчётливо видела его желание доказать, что прав он, а она ошибается. – Но скоро вся Эквестрия будет верить словам, которые я оставил на бумаге, а не заявлениям с балкона дворца.

— Так вы принимаете мой вызов или нет? – Твайлайт решила вмешаться прежде, чем начнётся очередная пафосная речь на тему «какой я гений, придумал собственную философию, и даже нашёл способ пропихнуть её в массы».

— Ты даже не знаешь, по каким правилам ведётся эта игра, – напомнила иллюзия Блэкспота.

— Полагаю, по вашим, – нашлась с ответом Твайлайт.

Светло-серый единорог усмехнулся. Ответ его позабавил.

Он топнул копытом по мозаичному полу. Вся цветная палитра стала однообразно-серой. Весь коридор воспоминаний рухнул в один момент, оставив лишь два кусочка, на которых стояли Твайлайт и Блэкспот. Откуда-то снизу, если в этом мире чужого разума вообще были какие-то направления, поднялась гигантская конструкция. Она выглядела как один из самых простейших научных приборов – аптекарские весы. Одна гигантская чаша подхватила Твайлайт, на вторую запрыгнул Блэкспот. Весы замерли в приблизительном равновесии.

— Вызов принят! – провозгласил Блэкспот.

Его чаша весов медленно начала опускаться. При этом ярл не пользовался никакой магией, он просто стоял и спокойно смотрел на так же медленно возносящуюся Твайлайт.

— И что мне делать? – спросила она. Только в самонадеянных мечтах можно было предположить, что Блэкспот ударится в разъяснения.

— Понятия не имею, – донеслась с его стороны насмешка. – Сиди и думай. Как все храбрецы и идиоты, которые были в той чаше до тебя.

Твайлайт посмотрела наверх. Светло-серая пустота, которую язык не повернулся бы назвать небом. Где-то там виднелась верхушка весов. Стрелка на ней медленно сдвигалась. Шла она в сторону, где в красном прямоугольнике было написано «поражение».

— Просто прекрасно, – пробормотала принцесса и последовала совету ярла: села и стала думать. Идей было слишком много, чтобы успеть попробовать всё.

Попытаться атаковать магией? Слишком очевидный вариант. Как-то маловероятно, что никто из учеников ярла не прибегал к нему. Тем более, здесь не реальный мир, здесь нет реальной магии. Какие тут можно применить заклинания, если всё пространство вокруг контролирует разум другого мага?

Можно было сразу же перейти к варианту со знаниями, которые сам Блэкспот ставил выше магии. Для победы ей нужно было узнать что-то о нём? Или рассказать что-то о себе? Может, эти весы – одна гигантская загадка? Тогда каким был вопрос?

— Разве в воспоминаниях, которые ты без спроса посмотрела, ты не нашла никаких подсказок? – подала голос иллюзия единорога. Он на своей чаше весов опустился на два своих роста. Но любая, даже самая тихая его фраза была отчётливо слышна – она отдавалась эхом по всему пасмурному пространству, отрешившемуся от цветных воспоминаний.

Посмотрев вниз на ярла, Твайлайт снова вернулась в центр своей чаши весов. Она уже не могла сидеть на месте, ей требовалось придумать какое-то решение при том, что сама проблема была не до конца ясна. Принцесса Селестия совершенно обоснованно боялась бросать Блэкспоту вызов – Твайлайт безуспешно пыталась поставить её на своё место, но решение не приходило. В битве двух умов Блэкспот всухую выигрывал.

В то, что эту игру совсем невозможно было выиграть, Твайлайт не верила. Да, ярл был тот ещё притворщик и лгун, но свою Печать Повиновения он создал на пике могущества, когда имел право быть честным во всём, начиная от планов и заканчивая условиями вызова.

А если просто признать своё поражение сразу? Если не доводить эту глупую игру до конца? Это могло показаться логичным выводом, и ярл вполне мог пойти именно на такую хитрость. Он мог искать такого противника, который не стал бы бороться до конца. Твайлайт хотела сказать об этой догадке оппоненту, но осеклась. Здесь крылась двойная ловушка. Если бы она сейчас признала своё поражение и победу Блэкспота, эта мысль перешла бы вместе с ней в реальный мир. Она отдала бы Элементы Гармонии ярлу, как тот и предлагал.

Впрочем, если она будет медлить с решением «загадки весов» и дальше, Блэкспот ворвётся в её разум. И там прикажет сдаться, отдать Элементы Гармонии. Может, конечно, ему не хватит на это времени, но если хватит… Твайлайт обозвала себя идиоткой. Бросая вызов, она хотела спасти ярла. Выходило, что она спасёт ярла и отдаст ему в копыта самую могущественную силу в Эквестрии. Наверное, Блэкспот это знал, поэтому был так снисходителен.

— Принцесса, тебе бы стоило поторопиться, – обратился к ней ярл. Он без колдовства, следуя законам своей фантазии, поднялся с чаши весов и парил поблизости. И даже при этом Твайлайт продолжала подниматься вверх, к стрелке, которой до «поражения» оставалось каких-то пара делений.

— Ваша загадка очень непросто решается, – сказала Твайлайт.

— Настолько непросто, что даже я сам не знаю, как вам быть. – Блэкспот поднялся выше и, уподобившись зловещей птице, уселся на коромысло. – Я создавал Печать по старому магическому трактату, в котором была какая-то сноска, что меня можно победить с её помощью. Вот только тот абзац я не стал переводить. Я подозревал, что в будущем кто-нибудь попытается найти ответ в моём разуме. Но его здесь нет! Ответа у меня нет!

Ярл расхохотался, одобрительно хлопая себе передними копытами.

Твайлайт закрыла передними ногами уши. Смех ярла это не заглушило – едва ли ему требовалось передавать звуки привычным путём, если он мог донести до неё свои эмоции напрямую, без каких-либо преград и увёрток. Наверное, он всё время так веселился, насмехаясь над каждым, кто сидел и рассуждал о качествах ярла, о его убеждениях, о его желаниях – обо всём, что могло дать хоть какую-то подсказку.

И ярл оказался прав насчёт её подруг – здесь они ничем не могли ей помочь. Только она сейчас противостояла коварству светло-серого единорога. Никто не мог ей помочь.

И всё же одинокой в этот момент она себя не чувствовала. Да, он насмехался и грубил. Да, он невысоко оценил её способности по своей мерке. Да, он хохотал над её беспомощностью и растерянностью. Да, в настоящем мире он с безумным упорством шёл навстречу гибели только затем, чтобы опорочить славу Элементов Гармонии и распространить своё учение столетней давности. Да, его можно было назвать разными словами, приятными и не очень.

Но также его можно было назвать другом. Другом, который не стал прятать своё прошлое, пытался беседовать на равных, даже выразил некое сочувствие по поводу того, что придумал такую сложную загадку. И Твайлайт посмотрела на Блэкспота как на друга, когда тот с самодовольной ухмылкой произнёс:

— Вот ваше времечко и выходит, принцесса. – Он погладил стрелку своих весов, когда та внезапно дёрнулась и остановилась. Остановилась на самой границе красного прямоугольника с удручающей надписью. Блэкспот постучал копытом по стрелке – та не шелохнулась. Он повернул голову к Твайлайт.

— Как ты умудрилась их сломать? В моей голове?

Твайлайт молчала. Пусть Блэкспот сам теряется в догадках. В эту игру можно было играть на равных. Она просто смотрела на сбившегося с пути аристократа, который долгие годы пытался достичь выдуманных идеалов. Он не был виноват в том, что поверил в своё превосходство. Он не был виноват в том, что идея использования магии во зло засела в его разуме. Он не был виноват в том, что пытался изложить эту идею в доступном для понимания виде, что пытался кому-то её преподать. Он просто ошибся. И был наказан незаслуженно жестоко.

Сто лет скитаний, сто лет поиска новой идеи, в которую можно верить. Сто лет страха быть узнанным, сто лет обиды на самого себя. Твайлайт никому не желала такой судьбы. Она искренне хотела, чтобы ничего подобного с Блэкспотом не происходило. Она искренне хотела, чтобы он остался одноцветным светло-серым единорогом, ярлом запада и хозяином Кантерлота. Ей хотелось бы встретить такого Блэкспота, поговорить с ним, обсудить магию, Элементы Гармонии – массу интересных тем. Ей хотелось бы, чтобы Блэкспот был и остался её другом.

Она не видела перед собой врага. Она видела физически и духовно израненного, оступившегося пони, которому требовались забота и поддержка. У Твайлайт не было к нему ненависти, презрения, раздражения, не было обиды. Было только сильное желание помочь падшему ярлу.

Стрелка весов рванулась в другую сторону, а чаша с Твайлайт стремительно полетела вниз. Вряд ли это можно было назвать падением – не было ведь ни воздуха, ни дна – везде одна беспросветная светло-серая муть. И только яркая фигурка в жёлтом мундире была хорошо видна. Она также стремительно летела вниз, пытаясь догнать Твайлайт.

— Что ты сделала? – изумлённо выкрикнул ярл Блэкспот.

— Пожелала вам счастья, – был тихий ответ.

Образ светло-серого единорога растворялся в окружающей мгле. Но Твайлайт была более чем уверена, что увидела в уголках глаз иллюзорного Блэкспота слёзы. Он получил ответ на мучивший его вопрос. А возможно, и на все вопросы сразу.

— Спасибо, – произнёс он прежде, чем Твайлайт вылетела из своей чаши весов... Вылетела прямо в реальный мир, где были бьющие по ушам звуки, трепавший волосы ветер, ослепительное сиянии магии Элементов Гармонии. Где под ногами был твёрдый пол, а над головой расцветал сияющий радугой фейерверк. Где заклинание нашло свою цель, вытянув из заклинателей остатки сознания.

Сияние угасло, смерч успокоился, висящие в воздухе предметы начали падать на траву кантерлотского сада, пони обессиленно повалились на доски настила. Установилась пронзительная тишина.

— Девчата, там кто-нибудь из вас живой? – спросил Силлиест Тритс, глядя вверх. Не дождавшись ответа, он магией подтащил пару длинных досок, прислонил их к краю того, что осталось от испытательного полигона, и начал неторопливое восхождение.

Твайлайт очнулась и обнаружила, что лежит на боку, а диадема сползла с макушки на пол. Рядом тихо приходили в себя её подруги, которым тоже нелегко далось изматывающее противостояние. Но за них Твайлайт волновалась не так сильно, как за пони, лежавшего на другом конце испытательного полигона. Ей хотелось увидеть своими глазами, что ярл Блэкспот жив. Подбежав ближе, она поняла, что всё закончилось даже лучше, чем она могла представить.

Ярл Блэкспот изменился внутренне. Отринул в последний момент свои идеи и убеждения. Понял, что есть сила, которую нельзя обратить во зло, нельзя сделать оружием. Познал магию дружбы. И теперь он изменился внешне.

К нему вернулась двухцветная чёрно-зелёная грива, которая роскошно распласталась вокруг головы, вернувшей себе природный светло-серый оттенок шерсти.

Зелёный глаз ярла открылся, зрачок в нём сузился.

— Мы что, уже закончили выяснять отношения? – тихо поинтересовался он нормальным голосом.

— А вы умирать больше не собираетесь? – в свою очередь спросила Твайлайт.

— Дайте подумать… Нет, что-то перехотелось.

Ярл с трудом поднялся на ноги. И тогда заметил поменявшую цвет гриву.

— Ого! – изумился Блэкспот и, покачиваясь, дошёл до железного листа, воткнувшегося в доски помоста в паре шагов от его головы. В его отражении с магической подсветкой он оценил состояние своей морды. – Неожиданно. – Он попытался вывернуть голову, чтобы кинуть взгляд себе на бок. Там как новенькая сияла метка в виде чёрного пятна.

— Ничего так! – завершил осмотр ярл.

— Твай, подскажи, что вообще творилось последние несколько минут? – раздался сзади голос Эпплджек. – Я так не выматывалась даже на эквестрийском родео. Еле копытом шевелю.

— Мы хоть победили, нет? – поинтересовалась разминающая крылья Рэйнбоу Дэш.

— В каком-то смысле… – ответила Твайлайт.

— Скажем так, – перебил её Блэкспот, – я признаю поражение, которое мне нанёс сильнейший из всех живущих магов. И признаю тот факт, что превосходство ученицы Селестии есть следствие превосходства идей и суждений её досточтимого учителя. – Он посмотрел на Твайлайт и улыбнулся. – Которые теперь есть единственная истина.

— Можно по-понячьи? – попросила Рэйнбоу Дэш.

— По-моему, он теперь добрый, – предположила Флаттершай.

— А, ну тогда ладно, – успокоилась радужная пегаска и взлетела.

— Так, Спайк, – завертелась на месте принцесса, – где Спайк?

— Дракончик ваш спит вон там, в кустах, – ответил завершивший героическое для своего возраста восхождение Силлиест Тритс.

Спайк действительно свернулся калачиком и мирно посапывал рядом с розовым кустом, с которого вихри содрали половину листвы. Спайка при том даже пылинка не коснулась. Твайлайт аккуратно перенесла дракончика себе на спину.

— Я уж не стал его будить, – добавил Тритс. – Приморился, думаю, бывает. Главное, тут бардак вокруг, а он даже ухом не ведёт… Ой, ты ж!

На испытательном полигоне появились Луна и Селестия. Силлиест Тритс оказался аккурат между ними и был порядочно встревожен внезапным возникновением принцесс.

— Летим то в одну сторону, то в другую, – пожаловалась Луна, кивая в сторону движущихся точек на ночном небе. Это подтягивались стэйблриджские учёные, которых принцессам пришлось оставить вместе с транспортом и гвардией. – Вы бы уж определились, где переполох устраивать.

— Ярл Блэкспот? – с тихим недоверием произнесла Селестия, глядя на светло-серого единорога.

— Принцесса Селестия, – невозмутимо ответил тот, поворачиваясь в сторону царственных особ и отвешивая учтивый поклон.

— Это и вправду вы. – Принцесса, судя по интонации, всё ещё не могла поверить в происходящее.

— Если я правильно всё понимаю, – подключилась Луна, – то это виновник, который отправится в подземелья нашего замка.

— Если уж собрались меня судить, – заметил Блэкспот, – то позвольте хотя бы одеться по случаю.

При помощи заклинания он перенёс из неведомого тайника прямо на своё тело жёлтый парадный мундир. Представительный внешний вид портили только большое количество пыли и слегка поеденный молью рукав.

— А он не так уж плох, – произнесла Рэрити. И тут же разъяснила: – Я про наряд.

— Можно мне сказать? – спросила Твайлайт. Луна кивнула, тогда как её сестра все ещё отрешённо смотрела на Блэкспота. – Я понимаю, что ярл Блэкспот натворил в своё время много чудовищных дел. И сегодня он подверг риску всех пони в Кантерлоте. Фактически, его можно считать предателем, в чём-то даже еретиком…

— Буду возражать по каждому пункту, – пробурчал Силлиест Тритс.

— Но он страдал так, что ни одна пытка не идёт ни в какое сравнение. Он наказал себя так, что наши самые мрачные фантазии покажутся щекоткой. Правда в том, что за прошедшие сто лет тот ярл Блэкспот, которого стоило наказывать, перестал существовать. Сейчас он совсем другой пони, который искупил свою вину.

— Чувствую, подземелья и дальше будут простаивать, – вздохнула Луна.

— Твайлайт Спаркл, – обратилась Селестия к своей лучшей ученице, – твои слова определили будущее Блэкспота. Я согласна с твоим решением. Думаю, этот пони уже вынес достаточно тягот. Однако я хотела бы ему ещё кое-что высказать.

Селестия вплотную подошла к серому единорогу. Блэкспорт пригнулся – для того, чтобы принцесса могла свободно смотреть на него сверху-вниз.

— Блэкспот. – Селестия на секунду зажмурилась и быстро произнесла: – Я прошу у вас прощения.

— Что? – изумлённо округлил глаза бывший ярл.

— Что? – раздалось одновременно из уст почти всех пони.

— Мне не следовало игнорировать вас сто лет назад, – продолжала Селестия. – Мне не следовало отстраняться и прятаться. Возможно, тогда разрушительные идеи не захватили бы полностью ваш разум. Возможно, если бы я набралась смелости просто встретиться с вами и поговорить, если бы мы полностью объяснили друг другу свои точки зрения, если бы обладали информацией об Элементах Гармонии с самого начала, те печальные события, что вы пережили, не произошли бы.

— Ну, положительные последствия тоже есть, – улыбнулся Блэкспот. – Вы воспитали очень способную ученицу. Она даже сумела вправить мозги старому фанатику.

Мирные разговоры прервал душераздирающий вопль. С высоты нескольких метров на площадку буквально плюхнулась доктор Везергласс. Она отряхнулась и, прихрамывая, поспешила к груде металлического хлама, бывшего некогда её оборудованием.

— Мой… мой дуапотоковый гаситель магической энергии! – рыдала она. – Вдребезги! А я… Я ведь его ещё кучкой полупроводников помню!.. За что мне это?!

— Это надолго, – отметил Скоупрейдж, осторожно сходя с летучей колесницы, которую тянули два усталых гвардейца-пегаса. – Время, затраченное на её плач, прямо пропорционально количеству пострадавших агрегатов. Причём, что интересно, когда она сама их гробит, то весела и жизнерадостна. А вот когда это без неё – результат вы видите.

— Пусть кто-нибудь отправится в лабиринт, – попросила Твайлайт гвардейцев. – Там профессор Бикер. Она там немного не по своей воле, так что повежливее с ней.

— Гм, будет сделано, – отрапортовал пегас. Он и ещё трое из числа самых выносливых отправились кружить над лабиринтом. Остальные решили не оставаться на и так вмещавшей почти рекордное количество пони площадке испытательного полигона и спустились на землю.

— Минуточку, – округлив глаза, Скоупрейдж рассматривал лежащий на полу плоский предмет. – А это случайно не…

Прежде чем он успел схватить Печать Повиновения, Блэкспот притянул её к себе магией.

— Эмалированное золото, копытная работа, – как заклинание бормотал Скоупрейдж, не отрывая взгляда от ускользнувшего из его копыт артефакта. – Величайшая из утерянных реликвий с нераскрытыми психосоматическими свойствами… Была, – со вздохом добавил он, наблюдая, как магическим усилием Блэкспот сломал тихо зазвеневший артефакт пополам.

— Вот, теперь можете забрать в коллекцию. – Ярл швырнул обратно половинки печати, полностью утратившие свой магический эффект.

— Спасибо, Пайб… Э-э-э… Кто бы ты там теперь ни был…

— Блэкспот, – обратилась к ярлу Селестия прежде, чем кто-нибудь ещё взял слово. – Хоть вы и исправились, я не могу вернуть вам ваш титул и ваши привилегии.

— Справедливо, – качнул головой Блэкспот.

— Однако кое-какие земли я вам доверю… Помнится, у вашей семьи был замок в западных землях, Спот-палас. Однако без должного ухода за сто с лишним лет он должен был сильно обветшать. Думаю, если у вас сохранился талант к строительству, вам не составит труда воздвигнуть на его месте вашу личную резиденцию…

— Вас понял. – Блэкспот посмотрел сквозь ночную тьму на охваченные лунным светом земли, за которыми находилось его родовое гнездо. – Будем работать.

Из лабиринта возвратился мини-отряд гвардейцев. Вчетвером они благополучно дотащили профессора Бикер и пустой ларец, который нашли рядом с ней. Твайлайт и её подруги сложили туда столь мощные, но мирные Элементы Гармонии. На профессора Бикер, которая под действием внушения носилась по лабиринту, не разбирая дороги, было жалко смотреть: мордочка исцарапана ветками, несколько листьев торчали из хвоста и из гривы, дужка очков была сломана, и они едва держались на месте. А ещё профессор никак не могла понять, где она находится, что делала в лабиринте, и что вообще происходит.

— Мда, тут я, пожалуй, перестарался, – с сожалением произнёс Блэкспот. – Кстати, надо будет потом поручить ей одно важное дело… На этот раз очно и вежливо.

Ярл без титула направился к краю платформы. Проходя мимо Силлиеста Тритса, он повернул голову и ласково улыбнулся.

— Ну что, внучок, поможешь обустроиться на новом месте?

Старый единорог пристально изучил своего не по годам молодого предка, прежде чем что-то ответить.

— Я говорил, что не стану помогать тебе в твоих делах… – Тритс выдержал театральную паузу и улыбнулся. – Но раз всё с одобрения принцессы, и ничего преступного… Можешь на меня рассчитывать… дедушка.

Твайлайт тихо улыбнулась своим мыслям, в которых отражались чужие воспоминания. Спайк у неё на спине широко зевнул и приоткрыл глаза.

— Тут что, вечеринка была? – предположил он, рассматривая окружающий хаос.

— Нет! – раздался голос Пинки Пай. – Но можно запросто устроить! Будет зашибенная вечеринка!

— Вечеринка? Вечеринка?! – накинулась на неё доктор Везергласс. – Да какая вечеринка! Ты посмотри, посмотри, что сделали с моим… с моим… Я даже не могу узнать, что это было такое!

— Так, всё, доктор, заканчиваем истерику. – Скоупрейдж достал из внутреннего кармана пару каких-то таблеток. – Примем это лекарство и успокоимся, хорошо?

— Хорошо, – пискнула Везергласс и проглотила таблетки.

— А что это такое? – поинтересовалась Рэрити.

— Ну… – замялся Скоупрейдж. – В общем, где-то минут через пять ей станет очень весело даже безо всякой вечеринки.

— Ой, а можно мне такую же таблетку? – подпрыгнула Пинки Пай.

— Нет! – отрезал Скоупрейдж. – Я видел твою медицинскую карту – тебе такое нельзя. У тебя и так постоянная гиперактивность.

— Ну и ладно, – без малейшей обиды в голосе ответила Пинки.