Автор рисунка: aJVL
2. Странная просьба 4. Кантерлотская группа

3. Компромисс

На утро четвёртого, предположительно предпоследнего дня официального визита Твайлайт обнаружила, что её запас бумаги для заметок иссяк. Она взвесила на копыте стопку плотно исписанных листов, пытаясь решить, с чего начинать составление отчёта для Селестии. С описания установки для определения чароёмкости драгоценных камней, работающей по принципу измерения длины волны призматического спектра? Или с пространного исследования, устанавливающего зависимость аэродинамических свойств перьев грифонов от диеты? Или с перспективной разработки сапог, позволяющих любому пони бежать быстрее летящего пегаса? Правда, их непосредственные испытания пока что не проводились ввиду того, что прототипов сапог было только три: для их изготовления требовалась сброшенная чешуя очень редкого вида змей, обитающего в труднодоступной долине далеко на западе, а у центра пока не было свободных средств для организации очередной экспедиции. Но теоретические выкладки были весьма многообещающими.

Твайлайт вздохнула и сунула стопку листов в сумку. До посещения Стэйблриджа она и не представляла, что знает о магии так мало. Эта поездка оказалась сродни подарку на День Согревающего Очага, она чувствовала себя как жеребёнок, едва потянувший за ленточку. И была бы безумно счастлива, если бы не приходилось постоянно думать об Элементах Гармонии.

Непосредственно в разговорах эта тема больше не поднималась, хотя Твайлайт неоднократно беседовала с Полиматом, доктором Бикер и многими другими профессорами. Однако принцессу не покидало чувство, что большая часть бесед ведётся исключительно для того, чтобы убедить её согласиться на просьбу руководителя НИИ. Та же доктор Бикер, приветствуя гостей утром после завтрака, показывая просторные лаборатории, описывая интересные подробности строительства гостевого центра или превознося научную деятельность своего родителя, – завершив очередной рассказ, каждый раз делала многозначительную паузу, словно ожидая, что Твайлайт скажет: «Мне всё так нравится, конечно, я отдам вам самые дорогие реликвии Кантерлота». Но такого ответа она, естественно, не получала.

Твайлайт всё ещё не могла понять причины своих подозрений. Она увидела большую часть этого прекрасно оборудованного научного центра, пообщалась с большим количеством дружелюбных и разговорчивых единорогов, которые охотно делились сведениями о себе и о своих должностных обязанностях. От неё ничего не прятали за закрытыми дверями, она не поймала ни одного косого взгляда, не заметила ни одной зловещей ухмылки, не почувствовала затылком ни одной пары любопытных глаз, которая втихаря следила бы за гостями Стэйблриджа. И при всей этой открытости и доброжелательности ощущение угрозы только усиливалось. Логика всё сильнее убеждала привыкшую полагаться именно на неё кобылку, что в этом месте с Элементами не произойдёт ничего плохого, но одновременно сердце подсказывало, что они ни в коем случае не должны здесь оказаться.

Впрочем, было одно имя, которое могло что-то подсказать. Твайлайт запомнила эмоциональную сцену, устроенную доктором Бикер и Силлиестом Тритсом из-за единственного упоминания о некоем ярле Блэкспоте. И, естественно, первая же передышка в плотном графике стала для неё поводом посетить местную библиотеку. Хотя её сложно было назвать библиотекой – за пару лет существования центра никто так и не взялся написать аннотацию к каждой книге, расставить все тома на полках в правильном порядке и создать отдалённое подобие каталога. Так что пришлось прибегнуть к помощи единственного пони, которому были знакомы эти архивные завалы, ведь именно он ставил стеллажи и распаковывал все новые присланные манускрипты.

— Блэкспот у нас был больше ста лет назад, – мучительно вспоминал Пайболд, открывая дверь архива. – Значит, это у нас история Эквестрии. Извините. – Он повернулся в сторону и откашлялся. – Когда здесь только пыль успевает появляться, я ж постоянно её выметаю?.. Так, история Эквестрии – это прямо, направо и налево. – Он смело шагнул вперёд и положил ключ на стол рядом с негаснущей путеводной лампой. Такие изделия, годами не требующие замены, но освещавшие всё на два десятка шагов вокруг, Твайлайт демонстрировали позавчера. – Или направо. Там есть более давние события и более поздние, кабы ещё помнить, где какие?

— Каким образом другие учёные находят здесь книги, если путь к ним так сложно запомнить? – полюбопытствовала Твайлайт.

— А никаким. Есть же я, который «подай-принеси», – фыркнул Пайболд.

— Почему вы позволяете им так с собой обращаться? – Этот вопрос не давал ей покоя с их первой встречи.

Пайболд собирался схватить зубами лампу. Твайлайт его опередила и подняла светильник магией. Рот у пёстрого жеребца оказался свободен, так что ему пришлось отвечать на вопрос.

— Здесь очень много «потому что». Потому что я с детства хотел быть учёным. Но магическим талантом небогат. Даже с этой лампой не смог бы справиться… Ха! Нулевая категория по шкале Силлиеста Тритса. Он, помнится, даже не хотел меня в статистику добавлять, настолько я её портил.

— Разве вы никогда не творили заклинаний? – удивилась Твайлайт.

— Творил, и очень мощные… В мечтах. – Пайболд замер и принялся пристально изучать крайние книги на полках. – Ещё два ряда вперёд, – уверенно заявил он и вернулся ко второй теме: – Может, мне от природы не полагалось быть единорогом.

— Так ваши родители не были единорогами?

— Кем они были, я вообще не представляю, – вздохнул Пайболд. – Мне только говорили, что ещё западнее, за большим морем, видели таких же пёстрых пони, как я. Но мои ли это родственники, моё ли это племя – не имею ни малейшего представления. Но если где и появятся сведения о пёстрых пони, так точно в Стэйблридже. Это второе «потому что»… Всё-таки налево, – решил он и пошёл дальше, не сводя взгляда с верхних полок. Может, это было всего лишь игрой теней, но Твайлайт показалось, что в осанке Пайболда, когда он поднял голову и перестал сутулиться, проступило что-то царственное и величественное, возможно, свойственное его загадочному племени.

— И что, у вас не было желания отправиться на запад, за море, и всё выяснить?

— Вот отработаю своё «подай-принеси», получу достаточно монет… И в путь, – улыбнулся Пайболд. – Так что вот вам ещё одна причина… – Он остановился так резко, что колыхнулись и его грива, и чёрные одежды, после чего указал копытом наверх. – Видите, там плотным рядом стоят четыре книженции? Одна из них вам пригодится, в смысле, её вы и ищете. «Кризис династии Спот». Мне её когда-то подсказал поискать профессор Тритс. Сначала, как у него водится, случайно упомянул Блэкспота при мне, потом пустился в долгие рассуждения о прошлом Эквестрии. В итоге отправил сюда искать эту книгу. Ну, – замялся Пайболд, чертя копытами узоры на полу, – после того как определил мою ничтожность в магическом плане.

— А что он вам рассказывал? – спросила Твайлайт, переводя взгляд с книг на него.

— У него любимая тема, что во все уголки Эквестрии надо вернуть ярлов. Местных управителей, иными словами. Вроде как принцесс в Кантерлоте для управления страной недостаточно. Вы только на него не обижайтесь, пожалуйста, – сердечно попросил Пайболд. Твайлайт воскресила в памяти образ чудаковатого седого единорога и решила на этот образ не обижаться. – Ему просто кажется, что аристократы должны хоть как-то помогать обычным пони.

— Интересно, к какой категории относит себя сам профессор Тритс?

— Вот уж чего не знаю, – фыркнул Пайболд. – Но он родом из этих краёв, а здесь многие ещё помнят о династии Спот. Помнят, где стоит и ветшает их фамильный замок. Кое-кто даже является им дальними родственниками… Так, насчёт книг. – Он снова посмотрел наверх. – Обычно я тут хожу со стремянкой, когда их достаю. Но вам, полагаю, она без надобности.

Твайлайт опустила лампу и перенесла все четыре указанные книги с полки к себе.

— Да здравствует магия! – прокомментировал Пайболд.

«Поиск следов Кристальной Империи», «Первые поселенцы Филлидельфии» и «Опасность расширения южных пустынь» Твайлайт отложила. Конечно, эти материалы тоже не мешало бы изучить для расширения кругозора, но сейчас она положила рядом с лампой потрёпанный томик с полустёртой серебряной надписью «Кризис династии Спот». Очевидно, Пайболд по совету Тритса читал его недавно – книга была совсем не пыльная.

— Представьте, в то время всё одним Блэкспотом не ограничивалось, – произнёс Пайболд. – В книге пишут про всех его предков, начиная от времён начала правления сестёр Селестии и Луны. Когда те ещё не поссорились в стародавние времена…

— Да, я знаю эту историю, – ответила Твайлайт, скользя взглядом по страницам.

В книге были очень старые гравюры с изображениями представителей многих поколений. Все – единороги различной расцветки. Единороги мужского пола, наследовавшие титул, если верить книге, её тексту и иллюстрациям, отличались крайне приметной чертой – меткой в виде цветной кляксы. Поэтому и звали их недвусмысленно: Уайтспот, Грейспот, Редспот Первый, Редспот Второй и так далее.

— «Споты с одобрения принцессы Селестии многие века носили титул ярла западных краёв. Им были пожалованы первые представители династии за то, что девять столетий назад сумели остановить внезапный подъём моря и вернуть береговую линию к тому состоянию, в котором она пребывает сейчас». – Твайлайт зачитывала вслух отдельные фрагменты из книги, которые производили на неё самое сильное впечатление. – «Эта победа над морем была достигнута благодаря высочайшему уровню магии, которым обладали Споты. Развитие магических способностей столетиями поддерживалось за счёт правил наследования титула строго по мужской линии и отбора в жёны наследникам наиболее способных к магии кобыл»…

— И эти туда же, да? – съехидничал Пайболд. – Никому не нужна слабая магия, никому она не интересна.

— «Ярл Блэкспот», – Твайлайт перелистнула сразу на заключительные страницы, – «последний ярл западного края и… Кантерлота?» – Она потрясла головой и вгляделась в текст ещё раз. – Что-то здесь ерунда какая-то написана. Такого быть просто не может! В Кантерлоте я всю библиотеку прочитала, и никаких упоминаний об этом Блэкспоте там не было. Принцесса Селестия мне тоже ни разу о нём не говорила. – Твайлайт закрыла книгу и несколько раз покрутила её в воздухе, пристально разглядывая. – А тут книга хоть и солидная, но видно, что у неё переплёт несколько раз переделывали.

— Значит, напеределали что-то не то, – закончил мысль Пайболд. – С местными старыми книгами такое сплошь и рядом. То страницы со временем выцветут, то их вырвут совсем, то под обложкой не тот по порядку том. Этот фонд по таким пещерам и болотам собирали, что удивляют больше целые находки в приличном состоянии, чем пострадавшие от времени и природы.

— Ясно, – кивнула Твайлайт и вернулась к чтению. – «Гибель ярла Блэкспота в результате неосторожного использования мощных магических артефактов оставила династию без законного наследника. Никто из прочих представителей семейства Спот, согласно внутренним фамильным правилам, не мог претендовать на титул, поэтому по указу принцессы Селестии власть ярлов в Эквестрии была упразднена»…

Твайлайт вгляделась в гравюру, изображающую ярла Блэкспота. Вряд ли облачённый в золотой армейский мундир с аксельбантами серый единорог с зелёно-чёрной двухцветной гривой предполагал, каким будет печальный финал его жизни. Вряд ли он тогда подозревал, что от него останется всего лишь страничка в книге, где на картинке с трудом угадываются цвета, а текст вызывает определённые сомнения, и имя, упоминание которого может вызвать у пони шквал негативных эмоций. На картинке он просто устремлял взгляд зелёных глаз в неведомые дали… У Твайлайт, впрочем, изображение вызвало странное ощущение – она его как будто видела прежде, видела эти зелёные глаза, но была не в силах вспомнить, где именно.

— Неплохо написано, – нахмурилась Твайлайт, – но автор книги, посвящённой закату целой династии, мог бы написать и побольше. Например, о событиях, которые непосредственно привели к этому. Опять же непонятно, почему все так ругают ярла… А ещё где-нибудь про этого Блэкспота сказано?

— Прямо так сейчас не вспомню, – виновато ответил Пайболд. – Но могу в свободное время полазить здесь и поискать.

— Если вас это не сильно затруднит…

— По сравнению с тем, что мне поручают переделать за день, это меня не сильно затруднит! – насмешливо произнёс Пайболд. – Книжечки помогите на место вернуть.

Твайлайт вернула три лишних тома на полку. «Кризис династии Спот» она оставила при себе, собираясь вернуться к нему поздним вечером. Пайболд довёл её до выхода из архива, но сам остался, чтобы найти какие-то манускрипты для отдела, изучающего мифических существ. Принцесса посетила этот отдел вчера утром и была, в принципе, согласна с тем, что тамошним заведующим необходимо приобщиться к литературе по уходу за питомцами. Или с тем, что руководителем этого отдела надо бы назначить Флаттершай. О том, насколько лучше зажили бы зверушки с таким начальством, Твайлайт размышляла по дороге на очередной эксперимент доктора Везергласс, на который, наверное, порядком опоздала из-за самовольной прогулки по архивам.

— Заходите, заходите, без вас не начинаем, – обрадовалась Везергласс, в очередной раз поменявшая причёску. На этот раз она заплела гриву в две косички. Помогло не очень – отдельные непослушные волоски всё равно торчали во все стороны, а выставленное напоказ не разгибающееся ухо вызывало ещё больше жалости.

— Больше никого не ждём? – поинтересовалась Твайлайт. В лаборатории не было ни ассистентов, ни профессоров или других учёных, хотя обычно у оборудования крутился в качестве настройщика Скоупрейдж. Сегодня в поле зрения были только Везергласс и металлический ящик, в который она запихнула не то горелку из духовки, не то продырявленный магнит. Его сложно было разглядеть из-за натянутого и закреплённого с четырёх сторон куска тонкой почти до прозрачности бумаги.

— Можно подождать доктора Бикер, – поморщилась Везергласс. – Она была здесь и жутко нервничала по поводу вашего отсутствия, но отправилась к себе в кабинет. Я не сильно её удерживала.

— Моя подруга тоже не придёт, – призналась Твайлайт. – Она… У неё другие планы. – Несмотря на все старания, намёк «ей это настолько скучно, что она нашла себе кучу других дел» скрыть не получилось.

— Ну и прекрасно! Мы с вами лучше со всем разберёмся.

Везергласс протянула Твайлайт мягкий серый шлем, который, как выяснилось, полагалось носить на испытаниях всего, что могло загореться, взорваться или просто расколоться на мелкие кусочки. Но сама доктор дополнительных защитных мер предпринимать не стала, оставшись в своём обычном мятом и кое-где прожжённом комбинезоне.

— Это вам так, на всякий случай, – пояснила она. – На самом деле, тут даже дыма почти не будет. Этот тест я уже многократно проделывала и перепроверяла…

— Что за тест? – спросила Твайлайт. За последние три дня она побывала на пяти демонстрациях с участием Везергласс, которые больше хотелось назвать «шоу» из-за способности учёной сочетать искромётный юмор с беспечным манипулированием опасными предметами. И в том, и в другом талант доктора было несомненен.

— Один из моих любимых, – в пятый раз за последние дни произнесла доктор. – Вы ведь знаете, что у драконов есть огонь, который может переносить предметы на значительные расстояния?

— О да, это я прекрасно знаю, – ответила Твайлайт, пытаясь повернуть серый колпак так, чтобы хоть что-то видеть через специальную прорезь. В итоге за опытом пришлось наблюдать только левым глазом.

— Я долго работала с примесями жёлтой пыли, пороха и мельчайших частиц драгоценных камней, – продолжала Везергласс, заглядывая в свой ящик. – Драконы ведь питаются этими камушками, значит, они дают им какую-то силу. Но какие бы пропорции я ни брала, у меня получался пожар, а не результат. И если с реальным драконьим пламенем у меня пока так и не сложилось, – доктор нервно хихикнула, – то с волшебным кое-какой сдвиг произошёл, когда я по ошибке сточила в пыль стеклянный цветной камень, ну, знаете, ненастоящий сапфир. – Везергласс чуть ли не с копытами залезла в свой ящик, чтобы подкрутить зубами какой-то механизм внутри. – Как оказалось, для дракона существует принципиальная разница, какие драгоценные камни есть – он всегда отдаст предпочтение настоящим. Но изредка, на случай, если ему понадобится одним чихом что-нибудь снести, он глотает и стекло.

«Запомню на будущее», – решила про себя Твайлайт.

— А здесь у меня посредством вспышки происходит схожий эффект. Я поджигаю смесь, и кусок бумаги, закреплённый внутри, оказывается снаружи. – Доктор нажала копытом на педаль под ящиком. Сначала один раз, потом второй. После третьего нажатия она незамедлительно отпрянула. Над ящиком поднялся искрящийся клуб зелёного дыма, который быстро рассеялся. Медленно кружась, листок бумаги опускался на пол слева от ящика.

— Самое сложное – это понять, где объект в итоге появится, – заметила Везергласс. – Нельзя ведь просто приказать коробке перенести бумагу на сто шагов. И вот тут приходится играться с фильтрами, влияющими на интенсивность пламени. Надо, чтобы с одной стороны оно было ненамного, но сильнее. Приходится эти фильтры тончайшими иголками двигать.

— А уже можно снять шапку? – спросила Твайлайт. Дышать внутри защитного головного убора становилось всё труднее.

— Наверное, да. Больше у меня здесь никаких реактивов опасных нет. – Доктор прикидывала в голове, сообщать или нет какую-то не особо важную информацию. – У меня их вообще не очень много. Меньше, чем хотелось бы. У драконов в желудке все ингредиенты как бы улучшаются в сотни раз, и поэтому им хватает небольшого количества драгоценных камней. Мне же, например, чтобы отправить этот листок в Мэйнхеттен, надо перетереть четыре повозки стекла. Я высчитывала. И ящик надо втрое больше строить при том, что горелка будет того же размера.

— Так это всё-таки полезное изобретение или нет? – запуталась Твайлайт.

— Я считаю, что это полезный эксперимент, – подчеркнула Везергласс. – Насколько полезен его результат, не суть важно. Главное, что мне удалось понять то, как, проще говоря, драконы устроены изнутри… В какой-то степени. Возможно, это поможет нам подружиться с ними, возможно, поможет избегать их. – Доктор, убедившись, что вся магия из её коробки улетучилась, накрыла её белым покрывалом. И кинула защитную шапку на самый краешек ящика. – Я не хотела создать механизм, который заменил бы дракона. Я хотела узнать что-то такое, о чём можно поговорить с самим драконом. Хотя, конечно, с ними разговаривать не самая лучшая идея. – Везергласс потеребила травмированное ухо.

— Так это вас дракон так?.. – со смесью ужаса и любопытства спросила Твайлайт.

— Ухо? Нет, это я испытывала шлем, который даёт владельцу возможность проламывать стены с разбегу. Мне тогда какой-то бракованный попался, – улыбнулась доктор и закатала рукав комбинезона на левой ноге. – От дракончика у меня вот, – она показала аккуратный полукруг затянувшихся шрамов. – Очень крепкая у нас была дружба. Еле растащили. – Везергласс залилась совсем не подходящим к ситуации мелодичным смехом.

— А эксперименты над Элементами Гармонии – они могут принести пользу? – Твайлайт всё-таки задала этот вопрос. Задала его единственной пони, которую не окружала аура подозрительности.

Доктор Везергласс не ожидала такого вопроса и серьёзно задумалась. Твайлайт предположила, что собеседница пытается выбрать между своим личным мнением и мнением, которого придерживался бы любой учёный пони.

— Я помню все артефакты, над которыми работала. Все опыты, которые ставила. Работа с Элементами Гармонии превзойдёт всё это и всё, во что я могу ввязаться в следующие годы. Прежде я лишь баловалась с водой в ручейке, тогда как Элементы Гармонии откроют целое море. Но плавать в море без лодки очень опасно. У меня есть доски и гвозди. И весь вопрос в том, хватит ли мне умения построить из них хотя бы плот.

— Но вам бы очень хотелось попробовать? – предположила Твайлайт.

— Да, есть такое, – тряхнула головой Везергласс. Мечтательная улыбка ненадолго расцвела на мордочке доктора, но быстро исчезла, когда её мысли вернулись к реальности. – Но вы, пожалуйста, не слушайте мои советы и рассуждения. Моей голове так часто доставалось, что, как считают некоторые, это сказалось на моей способности связно мыслить.

— Ну, почему же, – улыбнулась Твайлайт. – Мне ваши слова про моря и лодки подсказали одну идею. Если я правильно понимаю смысл, то доски и гвозди можно возить вдоль побережья, а место для строительства выбрать самое лучшее.

— Что-то не улавливаю, – после паузы призналась Везергласс.

— Я не могу привезти Элементы Гармонии в Стэйблридж, как бы меня об этом ни просили. Но ведь учёные из Стэйблриджа могут приехать в Кантерлот и немного поизучать Элементы. Конечно, добираться долго, но… – Твайлайт не успела закончить мысль, потому что доктор, немного подпортив свой учёный статус, кинулась её обнимать.

— Если мы мне позволите… Я буду вам бесконечно, бесконечно, бесконечно благодарна!

— Слишком много бесконечных благодарностей, – смутилась Твайлайт.

На самом деле это было ещё очень скромное выражение радости и признательности. Едва она изложила свою идею Полимату, глава Стэйблриджа объявил, что устроит пиршество в честь высоких гостей и в честь нахождения удачного компромисса в столь сложном вопросе. Своё обещание он выполнил на следующий же день. Попытки Твайлайт избежать торжества успехом не увенчались. Это был единственный вечер за всю поездку, когда Рэрити получала больше радости от нахождения в Стэйблридже, чем Твайлайт, потому что именно модница привлекала взгляды докторов и профессоров, собравшихся в «Зелёном зале».

— Ой, нет, ну что вы, это атласная ткань… Нет, я сама пришивала пуговицы… Пурпурный? Нет, совершенно не пойдёт к вашей гриве, как можно?.. Ах, эти кружева – просто целая история, – отвечала она на бесконечные вопросы. Только Скоупрейдж напротив неё внимательно изучал свою тарелку. Он-то за эти дни как раз видел Рэрити слишком часто и слушал её слишком долго. Ему требовался небольшой отдых.

Твайлайт же не повезло сидеть далеко от доктора Везергласс или от любого другого приятного собеседника. Справа её по очереди буравили взглядом сам Полимат и его дочь, не пожелавшая сменить белый халат учёного даже в честь праздника. Слева была пустота, предназначенная для Силлиеста Тритса, который либо уснул на диванчике в своём кабинете, либо благодаря определённому высокопоставленному замыслу не был уведомлён о пиршестве. Пайболду, естественно, на этом празднике не полагалось даже стоять за дверью – его отправили куда-то с очередным поручением.

— Прошу минуту внимания, – обратился Полимат к присутствующим учёным пони. Гул многочисленных бесед и голосок Рэрити быстро стихли. – Сегодняшним вечером мы отмечаем ни в коем случае не отбытие гостей из Кантерлота, нет. – Неловкая шутка не вызвала ажиотажа. Полимат чуть заметно пожал плечами и продолжил: – Мы отмечаем то важное для науки сотрудничество, которое возможно, если Кантерлот будет поддерживать Стэйблридж, а Стэйблридж будет помогать Кантерлоту. Отдельные эксперименты, отдельные артефакты, да что там, отдельные пони не способны определять будущее Эквестрии. Но когда мы движемся сообща к намеченной цели, когда мы сметаем все препятствия на пути, когда преодолеваем сомнения и неуверенность, – при этих словах Полимат покосился в сторону Твайлайт, – тогда и только тогда мы начинаем работать на будущее Эквестрии.

Поскольку последовала пауза, учёные за столом согласно загудели и попытались вернуться к прерванным беседам. Но руководителю Стэйблриджа ещё было что сказать.

— Я думаю, что сегодня мы также можем отметить тот факт, что моя дочь Бикер, которой предстоит вести союз Стэйблриджа и Кантерлота в будущее, получит научное звание профессора…

Веселье тихо вытянуло в окно. Единороги за столом начали перебрасываться фразами: «Как это так?», «Когда это было решено?», «Научный совет этого не одобрял». Бикер даже в такой момент не продемонстрировала и тени улыбки. Складывалось впечатление, что она взглядом выискивала среди шептунов самых активных.

— Я понимаю, – Полимату пришлось повысить голос, чтобы быть услышанным за вновь поднявшимся в зале гулом, – что ещё не все формальные процедуры соблюдены должным образом, что у нас есть регламент получения учёных степеней, которому мы неукоснительно следуем. Я не собираюсь его оспаривать. Доктор… Простите, профессор Бикер выступит перед научным советом со своими работами и докажет право на своё новое звание, но после того, как вернётся из Кантерлота, где будет руководить проведением опытных исследований. В уставе и прочих документах предусмотрена такая отсрочка. Я прошу вас разделить моё доверие к Бикер. Те же из вас, кто отправятся в Кантерлот, лично убедятся, что её знания и способности полностью соответствуют профессорскому уровню… – Полимат на секунду невидяще уставился в пространство перед собой, словно пытаясь поймать никак не дающуюся мысль. Заключительную часть своей речи он произносил неуверенно, часто запинаясь, и выглядел так, будто слова давались ему через силу. – Правда в том, что я уже не в том возрасте, чтобы вести научный центр в будущее. Я… мои двести с лишним работ… они передали всё, что я хотел сказать... Я доверю судьбоносные исследования молодым. – Последнюю фразу он произнёс почти с облегчением и сразу же сел, обмякнув и как-то неуверенно моргая.

Дочь придвинулась и что-то тихо ему прошептала. Он столь же тихо ответил. Новоявленная профессор Бикер какое-то время пыталась осмыслить этот ответ, потом снова полезла с вопросами. Полимат её проигнорировал. Тогда Бикер подвинулась в другую сторону и обратилась к Твайлайт:

— Надеюсь, у вас нет никаких возражений относительно того, что я буду собирать команду исследователей и руководить их работой?

— Мои предложения вы учтёте? – Твайлайт не желала с ходу капитулировать перед её напористостью.

— Безусловно.

— Тогда в группу обязательно надо включить доктора Везергласс.

— Её? – нахмурилась Бикер. – Вы в этом уверены?

— Она у вас лучший специалист по прикладной практической магии, – объяснила Твайлайт. – Ей лучше всего даётся планирование экспериментов и прогнозирование результатов.

— Возможно, – нехотя согласилась Бикер. – Но, если вам так дороги Элементы Гармонии, я бы её брать не рекомендовала.

— Я уверена, она будет крайне осторожна в работе и многократно всё перепроверит, чтобы исключить какой-либо риск для Элементов, – парировала Твайлайт, здорово уставшая от её непреходящего снобизма.

— Как скажете, – сдалась Бикер. Но не успокоилась, и следующих её замечаний пришлось ждать буквально секунды:

— Скоупрейдж будет неплохим ассистентом. Он, конечно, не мастер писать научные труды, но копыта к ногам приставлены правильно. Если позволите, двух этих пони и меня вполне хватит для любых экспериментов, которые можно провести в Кантерлоте. Привези вы Элементы Гармонии сюда, я бы нашла раз в десять больше специалистов самых разнообразных профилей... – Твайлайт недовольно шевельнула крыльями. Бикер отреагировала мгновенно: – Но, поскольку вы приняли наиболее разумное в данной ситуации решение, я сформирую группу из учёных-универсалов.

— Замечательно, – ответила Твайлайт и закрыла глаза. Она мысленно пыталась подготовить себя к тому, что ещё очень, очень, очень много раз эта пони в звании профессора будет лезть со своим мнением, не считаясь с чинами и званиями.