Автор рисунка: Stinkehund

Часть первая и единственная.

В тусклом, дрожащем пламени одной-единственной небольшой свечи по бумаге скользило перо, едва заметно окутанное магией телекинеза, лишь своим шорохом нарушая почти осязаемую ночную тишину.

Красивые буквы могли быть приравнены к произведению искусства.

Маленькая единорожка не торопилась, с любовью продолжая создавать витки, которые медленно сплетались в повесть давно минувших дней. Одновременно с написанием она едва слышно шептала:

— Это произошло будто бы только вчера, пусть с того момента минуло много лун. После поражения повелителя Хаоса, — единорожка вздрогнула, но сумела удержать перо в том же положении, чтобы в тексте не осталось даже намека на её запинку. Она никогда не смогла бы забыть то, что было сотворено бессмысленной в своей разрушающей силе вспышке магии раздора, — немногое осталось от нашего чудесного дома.

Кончик пера, изящно обмакнутый в маленькую чернильницу, вновь перелетел к бумаге.

— И две храбрые пони, защищавшие нас, с того момента правили Эквестрией, — она тихо вздохнула и перо заскользило по центру свитка, выводя мягкие очертания двух аликорнов.

— Однажды младшую обуяла несоизмеримая тоска. И она предложила построить новое поселение, где все мы стали бы сильными и счастливыми.

Легкими касаниями картинка расширялась, обрастая деталями и новыми изображениями:

Встающие над землей Луна и Солнце, светлая аликорна, отворачивающаяся от темной, многочисленные пони, пегасы и единороги посреди выжженной пустыни, плачущая в окружении темных облаков повелительница ночи…

— Но старшая запретила ей это делать – ушедшие в тень пони сделали бы королевство слабее. Навеки.

Перевернув страницу, она продолжила писать.

— Ни одна пони не знает, что мы ещё здесь, далеко за пределами земель Эквестрии. Что под луною мы улыбаемся, вспоминая нашу дорогую мать. Навеки мы стали детьми ночи.

Она наконец откинула с головы капюшон, открывая взору светло-коричневую мордочку с изумрудно-зелеными выразительными глазами. Тень улыбки скользнула на её губах, когда она задула огонек пламени.

***

— Сестра, они же потеряли всё в этой войне… Всех… — я не смогла договорить из-за подступивших слез.

— Луна, я знаю, что делаю. Прости меня, — негромко, но уверенно ответила Селестия.

— Пройдут годы, пока они все найдут для себя новый дом… За это время несовершенный мир не пощадит их… — сестра не смогла выдержать мой взгляд и медленно отвернулась.

Я видела в её глазах боль. Видела в её глазах сострадание. Но почему же она так медлит? Мы спорили ещё очень долго.

Лишь когда пришло время опускать Солнце и поднимать Луну мы оставили пустые разговоры.

Прости меня, сестрица. Сегодня я ухожу.

Для них у меня все готово на другой стороне, сестра. Многие из них уже почти взрослые.

Я научу их всему.

Там они будут счастливы.

Сегодняшняя ночь будет особенной для всей Эквестии. Дольше всего Луна будет своим тусклым, мягким светом освещать эти земли.

Грустно улыбнувшись, я тихо начала петь. Ветер подхватил мою ноту и вот уже колыбельная вливается в их разумы тихим шелестом листьев, умиротворяющим журчанием ручьев, звуча ненавязчиво и спокойно, но убедительно, словно сама Истина.

Я почти видела, как их веки тяжелели, как сознание медленно погружалось в сон.

Селестия уснула последней.

Спи, моя сестрица.

Надеюсь, во сне ты увидишь тот рай, что обещаешь всем нам.

Я должна была сделать для них что-нибудь. Что угодно. Чего бы мне это не стоило.

Прости меня, сестрица моя. Этой ночью не останется на земле Эквестрии бодрствующих пони. Даже ты не в силах противостоять моей музыке ночи.

Прости за то, что я сейчас сотворю. Им нужна новая жизнь. Ты даешь обещания, но сама не знаешь, как скоро ты смоешь их выполнить. Жизнь маленьких пони так быстротечна…

Просто меня за мои мечты. Я знаю, что в сумеречных садах они найдут самих себя. Они станут моими детьми.

Прости меня за самую сладкую колыбельную, которую я могу подарить вам всем в эту дивную ночь.

Моя песнь, моя душа… Мой Зов. На который пойдут лишь чистые, неприкаянные души.

Путь по замку не занял много времени. Эта башня одна из самых высоких в Кантерлоте. Тихое цоконье копыт по гладкому камню сегодня никого не сможет потревожить.

Они услышат мой робкий шепот. Я не могу позволить себе напугать их.

— Идите за лунным сиянием…

Теперь для них мои слова звучали совершенно отчетливо сквозь тихую ночь.

Милые дети,

Я вас заберу

В место, где чары реальны…

Как легко воспарить с этой башни и нырнуть в мягкую пучину облаков, заставив их расступиться и открыть моему взору бескрайние земли… Земли моего дома, опустошенные войной.

Крылья несут меня по улицам, и за мной идет путь из потухших свечей.

Милые дети,

Сыграем в игру

Там, где все тени взрастают…

Это прекрасная площадь со статуей сестры в центре. Пони воздвигли её в честь освобождения от гнета Дискорда. Но сейчас мне не до любования живописными местами. Ночь длинна, но столько ещё предстоит совершить…

Дети, за мною,

Открою я путь

Сквозь вашу боль и печали…

Приют имени Создательницы. Мягкий лунный свет озарит сегодняшней ночью его окна, милые жеребята медленно поднимутся из теплых постелей и пойдут за ним, считая все это лишь продолжением своих сновидений.

Дети, не плачьте,

Ведь то жизни суть —

Рушить мечты и желанья…

Свет укажет им путь ко мне. Мне осталось лишь подумать о полете, и они воспарят за мной, ускользая из подворотен и домов, поднимаясь выше облаков.

Я легким касанием проникну в мысли и мечты маленьких пони, укрою их разумы безмятежным спокойствием, подарю им свои лучшие творения… Свои самые безмятежные и светлые сны, такие же, как их души.

Тише же, дети,

Совсем не порок

Усталь познать в жизни лживой.

И у вас я тоже обязана испросить прощения.

За то, что не сделала этого раньше.

За то, что сейчас дарю это счастливое забытье.

За то, что вы покидаете привычный мир ради мечты одной полуночной принцессы.

Дети, поспите,

Придет скоро срок

В тишь и покой убежать нам.

Этот полет над облаками все ещё кажется вам чудесным сном, но первое впечатление столь обманчиво… Это путь в новую жизнь.

Один маленький жеребенок все понял. Зеленые его глаза блестели от слез, но он доверчиво смотрел на меня, даже не пытаясь скрыть страх и надежду во взгляде.

Познавшие боль, страх, потери, они все равно оставались теми же искренними и наивными детьми, которыми мы нашли их. Я приблизилась к нему и ласково потерлась мордочкой о его носик.

Меня не нужно боятся, дитя.

Теперь они едва заметно улыбались, наслаждаясь, пусть и столь мимолетными ощущениями, безмятежностью моих прикосновений к их разумам, теплом моих звезд.

Несколько соленых капель, медленно скатившихся по моим щекам, я все же не смогла от них скрыть.

Милые дети,

Я вас заберу

В место, где чары реальны…

Передо мною расступается завеса из облаков. Я окидываю взглядом новый дом для моих детей, как художник, оценивающий лучшее из его творений.

Пройдите со мной этот путь, в перешептывании ваших грив, в шелесте облаков, в приглушенных мною порывах ветра.

Летите со мной вперед, чудесно, упрямо, неодолимо, вольно, а когда поймете, что это все реально – засмейтесь во весь голос, вдохнув пьянящего воздуха нового, счастливого дома.

Почувствуйте со мной, как у вас вырастают новые крылья и раскрываются за плечами, сверкая оперением.

Я смогу подарить вам истинную любовь.

Любовь Ночной Принцессы.

Милые дети,

Сыграем в игру

Там, где все тени взрастают...

Комментарии (5)

0

Знаю я эту песенку...

Адский огонь #1
0

Хм... Довольно необычно.

Правда, Луну я представляю немного по другому, более волевой и менее явно показывающей эмоции, но всё же зарисовка хороша.

Dozornui #2
0

Душевно...

Alex100 #3
0

Бебель достаточно... интересная рецензия на рассказ.

Отвечу на вопрос: нет, это не перевод, просто зарисовка, написанная за один вечер после прослушивания вышедшего клипа "Дети Ночи". Перевод песни взят с табуна. И да, я даже не догадывался, что клип был снят по какому-то фанфику.

Варх #4
0

Ммм...Да, зарисовка хорошая. Только там была статуя не Селестии, а Лорен. У нее грива совсем по другому выглядит.

Скролл Стар #5
Авторизуйтесь для отправки комментария.
...