Автор рисунка: Stinkehund
Глава четвёртая

Глава пятая

— Ну и что ты пыталась сделать с трещоткой?

Новоиспечённые партнёры сидели за угловым столиком, ужиная. В зале они были не одни, чему хозяин «Водопоя» был несказанно рад, суетясь и стараясь угодить клиентам.

— Эм… Отпугнуть волков.

— Трещоткой?

— Ага.

— Да… — Майт покачал головой. – Чего только не навыдумывают. Этот метод не работает.

— Пора выкидывать свои книжки, — пробормотала Миднайт, насупившись.

— Вот если бы у тебя был, скажем, жестяной котелок и поварешка, — продолжил егерь, — другое дело.

Единорожка отправила в рот вареник. Она решила не задавать ненужных вопросов, чтобы не отпугнуть внезапную удачу. Но всё же… Почему егерь предложил ей сотрудничество? От такого типа явно не станешь ожидать подобной экстравагантной выходки.

— Какие заклинания ты использовала? – вновь задал вопрос Майт. – Мне нужно знать, на что ты способна, так что расскажи о каждом подробно.

— Первого волка я связала зачарованной верёвкой. Это довольно легко, но на подготовку уходит много времени, — объяснила единорожка. – Второго вырубила парализующим заклинанием.

— Ты умеешь накладывать паралич? – удивился егерь.

— Не совсем так. Это что-то вроде концентрированного выстрела магической энергией. Бах, и твои мышцы тебя не слушают. Но ошеломляющее заклинание вытягивает из меня все силы. Раз-два – максимум, на что я способна.

— Пусть так, но это довольно эффективно, — Майт одобрительно закивал головой. – А что за вспышку ты создала, когда волки тебя окружили?

— Моя кьютимарка, — напомнила она. – Многократно усиленное осветительное заклинание. Было бы у меня больше сил – я смогла бы удерживать его дольше… Не самая полезная вещь на свете.

— Может, на что и сгодиться, — задумчиво произнёс пегас. – А какие-нибудь боевые заклинания? Ну там, расщепление или что-нибудь в этом духе.

Миднайт покачала головой.

— Как видишь, мой арсенал трюков невелик.

— Лучше, чем у многих.

— Может быть, — не без гордости сказала единорожка. – Что будем делать дальше, напарник?

— Пробудем здесь ещё пару дней. Заодно узнаешь и выучишь кое-что из жизни егеря.

— Что, например?

— Для начала, как жить так, будто твой предыдущий заказ был последним.

Миднайт непонимающе посмотрела на егеря, потом нахмурилась и оглядела стол. С её стороны стоял кувшин вина, две пустых миски из-под салатов, блюдце с остатками сырной нарезки и тарелка с парой канапе. Со стороны Майта была лишь глубокая тарелка, единорожка назвала бы её тазиком, с варениками, начинёнными не зеленью, как предпочла бы кобылка, а более сытной картошкой, да большая кружка пива.

— Я просто проголодалась, — попыталась она оправдаться.

— В этом нет ничего плохого, — успокоил её пегас, — просто помни о том, сколько денег у тебя осталось. И о том, что на них, возможно, придётся жить довольно долго. У тебя же остались какие-то сбережения?

— С этим как раз проблема, — призналась Миднайт, отведя взгляд и стыдливо прижав уши к голове.

— Всё так плохо?

— Ну-у, — протянула она, — расплатиться за ужин и даже за номер мне хватит. А потом придётся затягивать пояс. Очень туго.

— Заказ бы не помешал, — задумчиво пробормотал Майт.

Миднайт слегка покраснела. После того, как они перенесли её вещи в «Водопой», егерь предложил заехать в администрацию городка и попробовать выпросить причитающуюся награду. Несмотря на все их заверения, мэр Стоун была непреклонна: нет волков – нет денег. То, что егерь спугнул их, она за работу не посчитала. Единорожка прекрасно понимала, что если бы Майту не пришлось её спасать, егерь смог бы не спеша выполнить задание и привезти пять связанных древесных волков прямо к порогу местной ратуши. Теперь же ни он, ни она не получили ни монеты.

— Значит, выдвинемся из города послезавтра утром, — решил пегас.

— И куда мы поедем?

— В Понивилль.

***

Журчание воды успокаивало и навевало сонливость. Майт дёрнул ухом, отгоняя назойливого слепня, и перевернулся на спину. Лежать на мягкой, свежей траве, в нескольких метрах от отвесного берега реки, греясь в лучах утреннего солнца – одно удовольствие. Касак сидел рядом, свесив задние ноги с обрыва и держа в передних удочку, задумчиво разглядывая гладь воды.

— Всё-таки уезжаете завтра? – спросил он.

— Да. У нас осталось не так много денег.

— Ясно.

Единорог повёл удочкой в сторону, не отрывая взгляда от воды.

— Знаешь, а я ведь тоже в каком-то роде охотник, — усмехнулся Каск. – Рыбалка – не самое распространённое хобби. Думаю, всё дело в азарте. Никогда не знаешь, получится ли у тебя, кто попадётся на крючок, да и попадётся ли вообще. Ты ведь тоже чувствуешь что-то подобное?

— Возможно, — губы Майта дёрнулись в лёгкой усмешке.

— Я так и думал, — Каск улыбнулся. — Только для меня это всего лишь странное развлечение, которое никто не одобряет. Можно оправдаться тем, что я отпускаю эту рыбу обратно, но до конца не знаешь, как она будет вести себя после этого. Мало ли, вдруг я сломал ей чего?

— Ты же хвастался своими безопасными снастями, — напомнил пегас.

— Да, моё маленькое изобретение, иначе выходит слишком уж жестоко. И всё равно, временами мне становится не по себе — всякое случается, а остальным — сколько ни объясняй, всё равно ничего не втолкуешь, — Каск расстроено вздохнул. — Но у егерей нет безопасных снастей, Майт.

— Добыча егерей покрупней твоего карпа будет, — ответил пегас. — На охоте нет времени думать о сохранности жертвы.

— Мы оба знаем это, — кивнул Каск, — и я по прежнему благодарен тебе за всё, не подумай чего. Но одного я не могу понять — зачем втягивать её?

Майт повернулся к единорогу. Тот пристально смотрел на него, сощурив глаза, толи от яркого солнца, толи стараясь уловить изменения в выражении лица пегаса.

— Я знаю таких, — сказал наконец егерь, — ни за что не отступятся от идеи, которую вбили себе в голову, и проучить их раз, как вчера, недостаточно. Она должна сама прийти к мысли, что её решение не верно. Я только хочу ей в этом помочь.

— Ха. Неплохо, — Каск улыбнулся. — А то я, право, даже не знал, что думать — никто не знает господина Винга достаточно хорошо, чтобы понять его мотивы. Признаюсь, это как-то даже слишком доброжелательно.

— Просто не хочу, чтобы кто-нибудь ещё разрушил свою жизнь, уж тем более из-за блажи или глупости, — Майт вновь подставил лицо солнечным лучам и блаженно зажмурился.

— Достойно похвалы, — Каск рассмеялся, и вдруг подался вперёд, вслед за ускользающей удочкой. Заохав от неожиданности, он резко потянул на себя, но остался лишь с оборванной леской. — Сорвалась, — мрачно констатировал он. Из небольшой клетчатой сумки тотчас появился запасной комплект снастей. Через несколько секунд единорог заменил леску и закинул наживлённый хлебным мякишем крючок в воду. — Но теперь мне кажется, Майт, что ты не до конца честен с самим собой.

— Я так не думаю, — сказал пегас.

— Вряд ли это большая проблема, — Каск усмехнулся, а Майт, в свою очередь, подумал, что единорог зачем-то пытается говорить полунамёками. — Пони свойственно ошибаться, так что не стоит воспринимать меня всерьёз.

— Никто и не собирался, — егерь добродушно улыбнулся, в ответ послышался смешок единорога.

— Никогда не понимал вас, кочевников, — продолжил разговор Каск, — неужели так трудно осесть на одном месте, найти работу по душе, остепениться. Взять, например, меня — да, я тоже путешествовал, но глупо говорить о том времени как о лучших годах моей жизни. Ни тебе тёплой кровати, ни любящей семьи, даже ради нормальной, горячей еды нужно из кожи вон лезть. О стабильности я даже не заикаюсь — помнится, приходилось выпивать по три бочонка сидра вместе с парой таких же торгашей-неудачников как и ты, потому что в окрестной сотне миль больше он никому не сдался. То, что я смог выкарабкаться после этого можно объяснить только удачей.

— Иногда всё устроено так, как сложилось, — отстранённо проговорил Майт. — Немного удачи, чтобы выкарабкаться ещё есть.

— Жаль, что иногда она кончается, — пробормотал единорог. — В любом случае, в Форесткемпе тебе всегда рады, я мог бы помочь с жильём на первое время, хм, тебе, наверное, даже не пришлось бы менять работу.

— Спасибо за предложение, но я откажусь. Может быть, в следующий раз.

— Всё будет в силе, если надумаешь.

Тут поплавок легонько дёрнулся, и всё внимание Каска сконцентрировалось на нём. Егерь ещё пару минут слушал его сопение и ворчание, дескать, упрямая рыба попалась, после чего благополучно задремал, убаюканный шумом реки, ветра и теплом ласкового утреннего солнца.

Проснувшись, по положению солнца он понял, что проспал около двух часов. Время приближалось к полудню, и начинало припекать. Майт оглянулся в поисках Каска и увидел того сидящим в тени ближайшей яблони. Его снасти сушились неподалёку, сам единорог обедал загодя приготовленными бутербродами, запивая их чаем из термоса. Он помахал пегасу, приглашая его сесть рядом. Майт поднялся, разминая ноги и поспешил уйти в тенёк.

— Держи, — Каск достал из сумки и протянул ему бутерброд, завернутый в бумагу.

Майт с удовольствием проглотил угощение, сделал несколько глотков сладкого чая и уселся, облокотившись спиной на дерево.

— Как спалось?

— Отлично. Как рыбалка?

— Паршиво. Поймал только мелкого судака. Думаю, скоро двинем обратно.

— Как скажешь.

Майт наслаждался мирным летним деньком. Удивительно, как место, настолько глубоко забравшееся во владения Вечнодикого леса, может быть настолько умиротворяющим. Было слышно пение птиц где-то вдалеке — таких, а не зловещих воронов или хищных ястребов, редко встретишь в глуши. Они старались гнездиться неподалёку от поселений пони, где было не так опасно, и всегда была еда. Поселенцы и сами старались подкармливать их, пытаясь разбавить временами гнетущую атмосферу весёлым птичьим пением. Егерь, в отличие от жителей больших городов, прекрасно понимал тех немногих, что отважились остаться здесь навсегда. В Форесткемпе традиционный быт пони смешивался с ощущением первооткрывателей, пионеров, впервые ступивших на неизведанную, подчас опасную землю. Здесь по новому ощущались и ценились привычные вещи, а жители этих мест были самыми настоящими, среди тех, с кем приходилось иметь дело Майту.

Тем временем Каск собрал свою сумку и махнул в сторону города. Егерь не заставил себя долго ждать и последовал за единорогом. К дороге вела блуждающая между деревьев тропинка, протоптанная редкими любителями прогуляться к реке. Чем дальше было от реки, тем меньше становилось яблонь, и тем выше становилась осока, местами поднимавшаяся почти по шею пони и скрывавшая тропу от глаз случайного зрителя. Вскоре дорожка прижалась к редкому забору, за которым вздымалась пшеница. Тут к звукам природы примешались голоса пони-крестьян, работающих в поле. Один из них стоял опёршись на забор, видимо, тоже наслаждаясь погожим деньком и отдыхая от работы. Он был уже немолод, на что указывала серебристая бородка, но всё равно внушающе широкоплеч и статен. На его голове была соломенная шляпа, а во рту стебель пшеницы.

— День добрый! — поздоровался фермер, приветливо улыбаясь.

— Здравствуйте, — приветствовали его Майт и Каск.

— И не боитесь здесь гулять? — усмехнулся пони. — За рекой вроде как волков видели.

— Не боимся, — единорог покачал головой, — тем более, их вроде как припугнули вчера.

— Агась, слышали такое, — кивнул фермер, перекатывая стебель из одного конца рта в другой. — А ещё слышали, что два заезжих егеря добычу между собой не поделили. Ну да Селестия им судья, покамест нас оберегают. Осторожность всё равно не помешает.

Каск расплылся в широкой улыбке.

— Спасибо за беспокойство, — сказал он.

— Не за что, — ответил фермер. Он пристально посмотрел на Майта, кажется, собираясь что-то у него спросить, но передумал.

Они оставили его позади, продолжив путь.

— Маленький город — новости разлетаются быстро, — прошептал Каск. Егерь только пожал плечами.

Вскоре они уже были на дороге.

***

Вечером, на прощальном ужине, Миднайт чувствовала себя неуютно. Каск настоял на том, что всё это за счёт заведения, и теперь она разрывалась между чувством голода и чувством вины. Первое, пока, уверенно вело. Время от времени отрываясь от еды, она с любопытством наблюдала за егерем, рядом с которым всё время крутилась милая малышка Мэйз Кроп, дочь владельца заведения. Она непринуждённо спрашивала того обо всём, что только взбредало в её юную голову, и Майт, как ни странно, охотно ей отвечал.

— Значит, Понивилль? — уточнил Каск, опуская очередную пустую кружку на стол. — Вас это устраивает, Миднайт?

— Конечно, — ответила единорожка. — Я полагаюсь на выбор моего партнёра, он более сведущ в вопросах работы.

— Мудро, — кивнул Каск.

— Миднайт, если вы не против, расскажите нам немного о себе, — попросила Хаусхолд, сидящая справа от единорожки.

— Я родилась в Балтимэре. Когда мне было десять, родители получили предложение переехать в Блюдэйл, это в восточных окрестностях Леса, — Каск нахмурился, но Майт понимающе закивал. — Там хорошо платили, так что они отправили меня на обучение в Кантерлот, оттуда я почти никуда не выбиралась, разве что домой раз в год... В тот раз я опоздала всего на неделю...

Лицо Миднайт на мгновение изменилось, во взгляде единорожки чувствовалась боль, но уже через секунду оно вернуло прежнее сдержанное выражение. Сидящие за столом пони погрузились в молчание, Хаусхолд, ощущая вину за то, что вызвала в памяти Миднайт трагичные моменты, отвела глаза. Даже малышка Мэйз замолчала, удивлённо оглядывая родителей. Майт пристально смотрел на единорожку, изучая её реакцию.

— Почти год я путешествую, в поисках заработка, — подытожила собравшаяся с мыслями Миднайт.

— Думаю, вы его нашли, — сказал Каск, глядя на егеря.

— Ещё нет, — ответил Майт. Единорожка подозрительно на него посмотрела. — Рано говорить о том, чего нет. Наша работа довольно непостоянна.

— Ну, в перспективе, — протянул хозяин таверны.

— Надеюсь на это, — согласилась с ним Миднайт.

Майт только пожал плечами и протянулся к кружке эля.

— Дядя егерь, — вдруг спросила Мэйз Кроп, — А как вы познакомились с тётей егерем?

Пегас осушил кружку, поставил её обратно на стол и улыбнулся.

— Очень просто — эта отважная единорожка забралась далеко от дома, но её повозка сломалась. Она попросила меня подвезти её до сюда, а в дороге выяснилось, что у нас есть много общего.

— Пряма как мама с папой, — улыбнулась кобылка.

Хаусхолд покраснела, её муж неловко улыбнулся. Краем глаза егерь заметил, что смутились не только они.

— Иди сюда, проказница, — Каск подозвал Мэйз к себе. — Что я тебе говорил по поводу приставаний к пони?

— Но я ведь только спросила, пап! — расстроилась кобылка. — Дядя егерь ведь не против?

— Не против, дорогая, — улыбнулся Майт, — только всё равно слушайся папу.

— Вот видишь? Давай, малышка, маленьким пони уже пора спать.

— Я ни капельки не устала... — обидчиво сказала Мэйз Кроп и тут же предательски зевнула.

— Пойдём, милая, я расскажу тебе на ночь сказку, — вмешалась Хаусхолд.

— А она тоже будет про монстров? — оживилась кобылка.

— Посмотрим, — уклончиво ответила её мама и повела её к лестнице на чердак.

— Спокойной ночи, — обречённо произнесла Мэйз Кроп, и, услышав ответное пожелание, отправилась вслед за Хаусхолд.

— У вас очаровательная дочь, — сказала Миднайт, после того, как услышала звук закрывшейся двери.

— Спасибо. Иногда она ещё тот сорванец, — улыбнулся Каск. — Надо благодарить вас, при незнакомых она старается вести себя хоть немного прилично, — тут единорог заметил, что стакан гостьи давно пустует. — Ещё вина?

— Не откажусь.

Хозяин таверны ушёл на кухню чтобы наполнить кувшин, и Миднайт осталась наедине с егерем.

— У тебя очень приятные друзья, — сказала единорожка.

— Да. А ты сегодня щедра на комплименты, — сухо проговорил Майт.

— Алкоголь развязывает язык, — Миднайт улыбнулась. В голове и вправду немного шумело. — Значит, "отважная единорожка"?

— Для того, чтобы рыскать вокруг Вечнодикого Леса в поисках работы действительно нужно немного отваги. И немного глупости, если на то пошло.

Миднайт надула губы, обиженно отвернувшись, но тут подоспел Каск с новым кувшином, и единорожка тут же отвлеклась.

— Давайте выпьем за удачу! — предложил хозяин таверны, поднимая кружку. Недолго думая его поддержали.

— Каск, вы не против, если я задам вопрос? — поинтересовалась Миднайт.

— Валяйте.

— Каково это, жить здесь?

— Так же, как и в любом другом месте, — ответил единорог. — Свои трудности и свои радости. Ко всему привыкаешь довольно быстро, но здесь по-своему хорошо. Знаете, я ведь тоже многое успел повидать, и, к слову, тот же Кантерлот мне понравился куда меньше. Без обид, ладно?

— Без обид, — улыбнулась Миднайт.

— А вы какой город любите больше всего? — продолжил Каск.

— Балтимэр, — без колебаний ответила единорожка. — Я очень люблю море.

— Где не был, там не был, — Каск развёл копыта в стороны. — Майт?

Пегас пожал плечами.

— Все города, в сущности, одинаковы.

— Сколько пони, столько мнений, — рассмеялся Каск, — Но тебе, мой друг, стоило бы быть чуть более романтичным.

Майт промолчал.

— Может, тогда выпьем за места, в которых хотелось бы побывать снова? — предложила единорожка.

— Прекрасный тост, — согласился Каск. Они выпили.

— Спасибо за ужин, — Майт поднялся с места. — Завтра рано вставать.

Миднайт посмотрела на него глазами полными печали.

— Ну, ну — подбодрил её единорог. — Если он что-то решил, то ничего его не переубедит. Вы же можете остаться ещё ненадолго.

В этот раз во взгляде единорожки звучал невысказанный вопрос.

— Только не забудь лечь спать, — предупредил её пегас. — Спокойно ночи.

— Спокойной! — сказал Каск.

Майт прошёл в свою комнату, открыл дверь, не зажигая свет повесил на крючок плащ и лёг. Он бездумно уставился в стену, стараясь забыть о холоде металла, жгущем его левый бок. Примерно час спустя, егерь услышал стук копыт по коридору, а вслед за ним звук отворяющейся двери.

— До чего приятный жеребец, — послышалось тихое бормотание. — Я даже немного завидую Хаусхолд. Хех.

Единорожка пошарила в темноте по столу, в поисках фонаря, но, не найдя его, видимо не особо расстроилась и направилась прямо к кровати.

— Это не тот номер, — тихо сказал Майт, когда Миднайт уже готова была завалиться в кровать.

Единорожка в страхе отпрянула, но разум взял верх над страхом и она сдавленно выругалась.

— Чтоб тебя, надо было сразу предупредить!

— Я предупредил.

— Вовремя, — саркастично прошептала Миднайт. Вдруг её осенило. — Не спишь?

— Нет.

— Что-то случилось?

— Нет.

— Я тоже не хочу спать.

— Что-то предлагаешь?

— Майт... Почему ты предложил мне стать партнёрами? — спросила единорожка, так и стоя в темноте.

— Своего рода солидарность. На работу егеря нет особых ограничений, но этому нигде и не учат, — ответил ей пегас, не поворачиваясь. — К тому же мне это выгодно, контракт в любом случае зачтётся мне, мы поделим только деньги. В этом году Лес неспокоен, и одиночка может сильно проиграть, если попытается взять больше, чем он способен.

— Спасибо за искренность, — сказала Миднайт.

Несколько секунд они молчали. Единорожка не решалась ничего спросить, но и уходить не хотелось.

— Я задам тебе ещё один вопрос?

— Давай.

— Как вы познакомились с Каском?

— Он был странствующим торговцем, но однажды встретив Хаусхолд, Каск решил осесть где-нибудь. Мы пересеклись на подъезде к Форесткемпу. Они со всеми пожитками и я застряли посреди дороги, был буран, так что пришлось углубиться в лес, чтобы не замёрзнуть насмерть. Мы развели костёр, но огонь привлёк химеру, жившую неподалёку. Хаусхолд была беременна, так что она не могла бежать, да и некуда было. Я смог победить хищника, но сам был ранен, и в себя пришёл только здесь.

— Это многое... объясняет, — сказала Миднайт после недолгой паузы. — Извини, что вломилась. Спокойной ночи, Майт.

— Спокойной ночи, Миднайт.

Единорожка, уже привыкшая к темноте, нащупала дверь и вышла из комнаты.

Егерь перевернулся на спину и попытался уснуть.

***

Утром вещи были быстро собраны, и даже Миднайт не заставила себя ждать. Она стояла, облокотившись на борт грузовика, постоянно зевая и пытаясь не уснуть. На ней, как и в прошлый раз была шляпка и солнцезащитные очки, хотя погода стояла облачная. Майт закрепил поклажу в кузове и спрыгнул на землю.

— Вот и всё, — вздохнул Каск, стоявший в окружении членов семьи. — До скорой встречи.

— До встречи. Спасибо за гостеприимство, — Майт улыбнулся.

— До свидания, Майт, — попрощалась Хаусхолд, рядом с ней, держа маму за копыто, стояла заспанная Мэйз Кроп.

— До свидания, дядя егерь, — малышка помахала пегасу.

— Всего хорошего, — он помахал им в ответ. — Мэйз, слушайся родителей.

— Ла-адно, — протянула она, видимо, ожидая более оригинального пожелания.

— Удачи, Майт, — Каск и егерь обменялись копытопожатиями. — Не забудь мои слова о честности с самим собой, — добавил он уже тише и заговорчески подмигнул .

— Не забуду, — пообещал пегас. Он дружески хлопнул единорога по плечу.

Миднайт забралась в кузов, устроившись на прежнем месте.

— До свидания, мисс Сплендер! — прокричал Каск.

— До свидания, Миднайт, — поддержала Хаусхолд. — Удачи вам.

— Вам тоже! — единорожка помахала им. — До встречи.

Майт забрался в кабину и нажал на педаль. Слушалась машина даже лучше прежнего, видимо, Каск всё-таки нашёл достаточно времени, чтобы поработать над ней. Грузовик медленно покатил по узкой улочке, постепенно набирая скорость, а семья хозяина таверны ещё долго махала ему вслед.

За западными воротами начиналась большая дорога. Они сразу же обогнали тихоходный дилижанс и не сбавляя скорости покатились вперёд. Миднайт задумчиво смотрела на удаляющийся Форесткемп, пока тот, наконец, не скрылся за поворотом, размышляя о том, как много в её жизни изменил этот город.

Продолжение следует...