Автор рисунка: MurDareik
Глава 22 Глава 24

Глава 23

Глава, в которой Луна возвращается в Кентерлот и участвует в очередном Великом Совете.

– За твою неоценимую заслугу перед Эквестрией, двадцать седьмой сын султана Альмара – Альмар-Харем, я дарую тебе эту наградную ленту, а также титул Великого Мага города Кентерлот!

Принцесса Луна высоко над головой подняла расписную позолоченную ленту и под торжественную музыку, исполненную трубами и виолончелью, царственно поклонилась пауку и передала ему в лапы драгоценный трофей. В ответ сын султана также отвесил поклон и, поддерживаемый своими собратьями, вернулся в строй.

Когда процессия возвратилась в столицу и принцесса Луна увидела во что превратились молодые и здоровые пауки, с которыми она знакомилась перед началом своего путешествия – она пришла в ужас. Работа, бывшая пусть и неприятной, но все-таки терпимой для древнего аликорна, оказалась невыносимо трудна для представителей восьмилапого народа. Они сильно постарели, осунулись, прежде наполненные брюха сжались до размеров небольшого ореха. Из-за постоянного перенапряжения многие из них потеряли несколько лапок, а некоторые даже ослепли. При этом никто из них не жаловался и не роптал, все молча и с достоинством встретили Богиню Ночи на вершине башни и передали ей небесные светила точно в срок. Никто из них не упрекнул принцессу в том, что всё, что произошло с ними, произошло только лишь из-за её подозрительности и неверия. Это еще сильнее смутило Луну. Она почувствовала себя виноватой и пообещала себе, во что бы то ни стало, воздать им за их труды.

Противником подобного самобичевания, как ни странно, выступил их собственный отец. Паук принялся объяснять ей, что Богине не стоит зацикливаться на таких пустяках, а довольствоваться тем, что поставленная ею задача выполнена без срывов и осложнений. За это она может выразить им свою признательность, но никак не за причиненный ущерб здоровью. Он сказал, что подобные потери являются естественными и допустимыми, и любой монарх кем-то жертвует во благо своей страны. «Допустимыми для Селестии! – гневно ответила ему тогда принцесса Луна, – Но не для меня. Я ценю каждую каплю крови пролитую ради служения мне».

И, прежде чем началось запланированное на эту дату заседание Великого Совета, её слуги подготовили зал для еще одного торжества – вручения наград героям Эквестрии. Церемония не должна была затянуться, однако, после того, как владыки её земель удалятся на совет, Луна велела устроить пир, и – как обязательное завершение любого торжественного мероприятия – бал с музыкой и танцами. Благодаря этому факту народу в тронном зале Кентерлотского дворца было сегодня более чем достаточно.

– За твою неоценимую заслугу перед Эквестрией, двадцать восьмой сын султана Альмара – Дакур-Альмар, я дарую тебе эту наградную ленту, а также титул Великого Мага города Кентерлот!

– Благодарю вас, О, Мудрейшая, – ответил членистоногий, после чего поклонился сначала ей, а затем стоящему поодаль отцу и державшему блюдо с наградными лентами принцу Блюбладу.

– Кстати, принц – вспомнив о единороге, вдруг промолвила принцесса Луна, повернув голову к стоящему справа от неё белоснежному жеребцу, – может и вы скажете им какие-нибудь слова благодарности от себя?

Он встрепенулся:

– Ага, да, отличная работа, – кивнул чистокровный единорог, – Что бы мы без вас делали, э-э-э… Дакур-Альмар. Вы «несомненно» заслуживаете носить титул, который даруют лишь самым могущественным волшебникам.

Не заметив в его словах скрытой иронии, Луна улыбнулась и благодарно кивнула ему.

– А что же до вас, султан Альмар?

– Я обязательно выскажу им свои слова благодарности, О, Богиня, – улыбнулся паук, – но при личной беседе. Традиции не позволяют мне делать это у всех на виду.

– Но почему? – удивилась Луна.

– Народу незачем знать, кому благоволит монарх, – коротко ответил ей султан и жестом призвал продолжить церемонию.

И церемония продолжилась. Ленты, красивые слова и бесконечные поклоны. Через некоторое время слуги, чтобы не заставлять гостей ждать, принялись тихо и незаметно приносить в зал различные яства на золотых подносах. В основном это были кентерлотские угощения, не представлявшие никакой ценности для восьмилапого народа, однако, в честь праздника, сегодня появились там и похожие на соусы паучьи блюда, запакованные в мягкие мешочки из красивой ткани и больших листьев. И вот, последний из «героев» получил свою заслуженную награду, после чего музыка из торжественной и монотонной превратилась в куда более живую и энергичную. Собравшиеся заметно повеселели и, забыв, наверное, воздать своим спасителям троекратное «ура!», разбрелись по залу. Занятая своими мыслями принцесса Луна также не вспомнила об этой обязательной части любой церемонии награждения, а потому, велев всем вассалам собираться, покинула тронный зал и длинными галереями направилась в куда менее шумный и яркий зал для заседаний Великого Совета. Празднества празднествами, но важные государственные дела пока еще никто не отменял.

Сегодня их должно было быть восемь. Принцесса Каденс отказалась посещать заседания, а потому её место оставалось свободным. Все прочие занимали представители эквестрийских рас: принц Блюблад, от лица всех пони Эквестрии, султан Альмар от лица пауков, Оцтелоп – изгнанный, но все еще официальный представитель власти у зебр, Тсаган Бар – король грифонов, Пёсий монарх Кэлэв, Хаммерсмэш – владыка минотавров и…

– Где вождь Гудок? – принцесса Луна, нахмурившись, осмотрела зал. Присутствующие переглянулись. В воздухе повисла гнетущая тишина.

– Эм… – один из слуг-грифонов вышел вперед и робко начал, – Ваше Величество, вождь бизонов отказывается появляться на совете, до тех пор, пока не поест.

– Ты сказал ему, что это мое повеление?

– Да, но он ответил, что вы… – грифон запнулся, но потом все-таки продолжил, – что вы не имеете права лишать его возможности присутствовать на пиру. Когда он голоден. Он считает это оскорблением и грозится выйти из состава совета, если вы будете настаивать на своем.

Прежде хорошее настроение Принцессы улетучилось. Такая вопиющая наглость сильно рассердила её. Она уже готова была подняться с места и отправиться лично за бесцеремонным повелителем саванны, но султан как мог вежливо притормозил её.

– Не стоит, О, Великомудрая.

– Почему это? Он обязан мне подчиняться!

– Семеро одного не ждут, Ваше Величество, – кажется, так говорят среди пони, верно? Это ему нужно, чтобы интересы бизонов кто-то отстаивал на Великом Совете, а не нам. Если он этого не хочет, возводя угоду собственного живота на первый план – что ж, мы будем делать это без его участия.

– Темный вождь и раса его темна, – хохотнул Тсаган Бар, – Вряд ли отсутствие одного варвара на совете что-то изменит.

Зал зажужжал. Каждый из присутствующих поспешил высказать свой короткий и нелестный комментарий относительно расы бизонов и Гудока в частности. В конце концов, Богиня постучала копытом по специально установленной на столе деревянной плитке и потребовала тишины.

– Давайте же начнем!

– Благодарю вас, – паучий султан поклонился принцессе, а затем взял в лапы длинный исписанный мелкими эквестрийскими буквами свиток и негромко, но так, чтобы каждый из здесь присутствующих его слышал, заговорил, – Итак. Прежде чем мы начнем обсуждение того, что изложено на этой бумаге, я бы хотел дать слово вождю Оцтелопу, который неоднократно просил меня предоставить ему эту возможность. Если Её Величество, Великая и Мудрая принцесса Луна, не возражает, я ему эту возможность предоставляю.

Все взоры устремились на принцессу. Она, молча, кивнула, после чего зебр поднялся с места:

– Благодарю, – почти без акцента прогудел вождь, – Третий раз я посещаю это место, Ваше Величество, и третий раз я слушаю лишь обещания. Идет время, но до сих пор в моей стране ничего не изменилось! Коварный шаман Заар все еще властвует в Зебростане и зебры всё еще вынуждены бежать из родных земель в поисках убежища. Неужели вы не можете просто собраться и разбить его войско? Неужели так трудно столь могучим владыкам одолеть какого-то полумертвого зельевара? Сколько еще раз я должен буду приходить на Великий Совет, а потом отправляться не домой – в резиденцию, – а в грязный шалаш под открытым небом?

Рассерженный после собственных слов вождь Оцтелоп гневно дышал, ожидая ответа. Судя по всему, он долго ждал возможности высказаться и теперь, когда ему её дали, ожидал увидеть незамедлительную реакцию.

«А разве они у себя там не в грязных шалашах живут?» – едко спросил кто-то из присутствующих, совершенно не тронутый его проблемой.

«В шалашах – тихо ответил ему другой «шутник», а потом деловито добавил, – но побольше».

– Кхм-м. Да, нам известно об этой беде, вождь Оцтелоп – взвешивая каждое слово, заговорила принцесса, поднявшись с расшитого синим бархатом седалища – И я обещаю, что мы обязательно ею займемся, как только объединенное Эквестрийское войско вернется из военного похода.

– Как скоро это произойдет?

– Не позднее чем через два года. Как мне сообщили, наши войска одержали целый ряд крупных побед и в данный момент зачищают оставшиеся поселения чейнджлингов. Это не займет много времени.

– Два года? – беглый правитель пустыни невесело усмехнулся, – «Черный Адамант» как и сформированные вокруг них силы зебрианского сопротивления смогут продержаться еще в лучшем случае два месяца. Если вам не жаль мой народ, то подумайте хотя бы о собственных войсках, которые вы там бросили!

– Войсках? – принцесса Луна удивленно посмотрела сначала на зебра, потом на паучьего султана, одновременно исполняющего роль советника. В ответ Альмар лишь развел лапы в стороны, подразумевая, что понятия не имеет о ком идет речь. В результате, принцессе пришлось выкручиваться самой – Я не знаю, о ком вы говорите, вождь, – быстро ответила она, – Так или иначе, наша армия придет к вам на выручку только после того, как расправится с чейнджлингами, и я при всем желании не могу ускорить этот процесс. Поймите, было бы неразумно оставлять такого опасного врага недобитым, особенно если учесть, что королева Кризалис до сих пор не поймана. Мне искренне жаль твой народ, но пока единственный выход – ждать.

– Ждать, когда от моей расы останутся лишь воспоминания? – злобно спросил Оцтелоп, после чего, поняв, видимо, что вопрос закрыт, уселся обратно на свое место и едва слышно проворчал, – Ваша сестра всегда приходила нам на выручку, даже не объединяясь с нами в одно государство. Лучше бы она и оставалась на троне…

Услышав это, принцесса Луна очень захотела ответить ему чем-нибудь колким относительно того как жили пони при Селестии, но паук первым перехватил инициативу и примиряющим тоном заявил:

– Что ж. Я рад, что с этим вопросом мы разобрались, цари и царицы, а значит, теперь можно переходить к следующему, А следующим у нас будет… – он поднес свиток поближе и прочитал, – погода над паучьими землями.

И он начал рассказывать что-то о многовековых сложностях в обработке пахоты, вызванной переменчивой погодой и о том, что если бы погодные пегасы расширили сферу своей деятельности и на их земли, – а в перспективе и на всю территорию современной Эквестрии, – то здорово бы облегчили жизнь всем живущим внизу народам. Слов было много. Доводы, аргументы, какие-то расчеты, сделанные аналитиками из Ньюпони тауна. Луна требовала от себя быть внимательной, но предыдущая тема разговора всё никак не хотела выходить у неё из головы. Особенно последняя фраза. Он ведь явно сказал, что при Селестии было лучше! При деспоте, при тиране, при… Да, она же сама и являлась первопричиной для появления большинства злодеев, с которыми сталкивалась Эквестрия на протяжении всей истории, начиная от Древней Гидры и заканчивая самой Королевой Кризалис!

– Просто, на будущее, Ваше Величество – принц Блюблад вполоборота повернулся к ней и тихо произнес, – В пустыне уже более тысячи лет находятся Эквестрийские войска. Статус их достаточно сомнителен, но официально их никто не расформировывал, а потому, как и гарнизон Колосса на западе, они все еще продолжают существовать.

– Вот как? А откуда они получают приток новых сил?

– Добровольцы, – пояснил ей белый единорог, – Некоторые пони с удовольствием меняют скучную обыденность мирной жизни на древнее военное ремесло. Даже в Кентерлоте есть немало семей, члены которых отправились туда на службу, например сыновья нашего верховного судьи – Парис и Брелен. Я хорошо их знал.

– Спасибо за разъяснение, принц.

– …Ваше Величество??? – послышался громкий голос паука.

Принцесса огляделась. Все вновь смотрели на неё, в ожидании её решения, а она даже не знала, в чем суть вопроса.

– Прошу простить меня. Я отвлеклась, – честно призналась она, – Повторите вопрос, пожалуйста.

Паук глубоко вздохнул и еще раз вкратце ей повторил:

– Поддерживаете ли вы инициативу отправить в Клаудсдейл запрос о расширении сферы деятельности погодных пегасов на мои земли или же нет?

– О, конечно, поддерживаю! Уверена, мы все только выиграем, если пегасы начнут регулировать погоду повсеместно.

– Вот и славно, – Альмар кивнул и поставил на свитке какую-то отметку, – Далее у нас по списку… Сорняки!

– Что? Просто сорняки? – Богиня изогнула бровь.

– Да, жители одного из ваших поселений страдают от сорняков, которые мешают им выращивать овощи и, по их мнению, эта напасть имеет магическую природу.

– Разве они сами не могут с ними справиться? – хмуро поинтересовалась Луна. Вопрос показался ей слишком уж незначительным.

– Если они просят вынести этот вопрос на общее обсуждение, значит – нет. К слову, они уже не первый раз просят нас разобраться с сорняками в их огородах.

– Может, нам все-таки следует оставить этот вопрос и уделить наше внимание более серьезным вещам? – предложила Богиня.

– Более серьезным? – как будто бы удивился султан, – Уже осень, Ваше Величество, а они до сих пор не получили урожай. Если мы и сейчас проигнорируем их просьбу, то впоследствии нам придется бороться уже не с сорняками, а с голодом.

– Хм. В таком случае, лучше сразу отправьте им провизию на зимний период, а сорняками пускай Академия Магии занимается. И, пожалуйста, переходите уже к следующему вопросу.

– Мудрое решение, О, Богиня! – похвалил её паук, – Предвидеть грядущие трудности и предупреждать их – великая черта. Но откуда они возьмут эту провизию?

– Эм… Из окрестных деревень, – недолго думая, ответила Луна.

– Хорошо. А кто за неё заплатит? Никто не будет расставаться со своими припасами просто так, а такому маленькому поселению не на что закупать себе еду.

– В таком случае я позволяю выделить им необходимую сумму из Эквестрийской казны.

– Эй! Вот тут я не согласен! – услышав о дополнительных расходах, Кэлэв поднялся с места и возмущенно заявил, – Почему тогда мои поселения не получают деньги на еду из казны Эквестии? Чем алмазные псы хуже пони? Под землей урожая вообще никогда не было, но при этом никто нас не содержит! Давайте тогда и нам такую же сумму!

Следом возмутились минотавры, к ним присоединились зебры. Завязался спор. Принцесса прикрыла лицо копытом. Мелкий вопрос о сорняках всё никак не хотел завершаться. Луну всегда раздражало, когда на нечто маловажное уходило так много времени. Нет, голод это, конечно, важно и допускать его им не стоило, однако там – на свитке – было множество других вопросов, среди которых имелись и куда более важные, чем этот. Взять хотя бы зебр – пусть они и не могут помочь им прямо сейчас, но сама проблема действительно казалась ей весьма серьезной, ибо шаман представляет огромную угрозу для безопасности страны. Также там были вопросы об основании новых поселений, технологиях, союзниках. Все это им еще предстояло решить, обсудить, а они вместо этого тратили время на какую-то ерунду…

Следом за этим был другой маловажный вопрос. Об экспедиции на север, поддержать которую просили грифоны. Затем о торговле глиной. О драконах, разоряющих гнезда фениксов, из-за которых их не могли больше разорять минотавры. Затем еще какие-то мелочи. Мероприятие действительно было очень затяжным и невообразимо скучным, однако, в какой-то момент они нашли, чем её удивить.

– Шестнадцатым вопросом, который мы сегодня рассмотрим, – все тем же монотонным голосом вещал Альмар, – будет прошение из Ньюпони тауна. Там объединенными силами наших народов был схвачен лидер опасной организации под названием «борцы за освобождение Эквестрии», а с ним и около тридцати его сторонников, которые вот уже несколько лет терроризировали местное население, тем самым подрывая авторитет нашей Богини и Владычицы, принцессы Луны. Мэр Ньюпони тауна настаивает на казни всех этих разбойников и просит вас поддержать его решение.

– Постойте-ка! Террор? В Эквестрии?! – ошарашено, переспросила аликорн. В её ушах это звучало каким-то бредом. Ладно, где-то в далекой пустыне, но чтобы здесь, под боком.

– Именно террор! Ужасные существа, Ваше Величество, – покачал головогрудью султан.

– И к какой расе же они принадлежат?

– Пони, Ваше Величество. Преимущественно земные.

Еще и из числа пони…

– Но… Но как это произошло? Когда? Почему я ничего не знала о том, что на моей земле промышляют подобные организации?!

– О, это моя вина, – поспешил ответить ей паук, – Видите ли, долгое время я не подозревал, что все диверсии контролируются единым центром, и что целью их является не личная нажива, а ослабление власти, и поэтому не считал нужным докладывать вам о каждом отдельном случае. Когда же мои опасения подтвердились, мы поспешили как можно скорее поймать преступников и посадить за решетку.

– И как много они успели натворить? – спросила принцесса.

– Достаточно, Ваше Величество, – грустно ответил султан, – Грабежи, диверсии и даже убийства. По всем законам они заслужили провести оставшуюся вечность в виде статуй, и именно к этому их приговорил местный суд, однако последнее слово, так или иначе, остается за вами. Вам решать, казнить их или помиловать.

– Хм… Тридцать одна жизнь… – принцесса Луна надолго задумалась. Подписывать смертные приговоры ей пока еще не приходилось, особенно так неожиданно и в таких количествах. Вряд ли они действительно заслужили такую участь. С другой стороны они натворили много плохого и наверняка могут натворить еще больше, если их не остановить, – А что вы думаете, мои подданные? – обратилась она к сидящим за столом, – Каково ваше мнение? Мне трудно принимать такое решение в одиночку, а потому я бы хотела прислушаться к мнению большинства.

Первым поднялся алмазный пёс Кэлэв.

– Я считаю, что их следует немедленно обратить в статуи, – гневно заявил он, – Из-за диверсий с их стороны страдают шахтеры и железнодорожники. Никто не чувствует себя в безопасности. Из-за постоянных потерь наши грузоперевозки снизились на пятнадцать процентов, а ведь от этого недополучает эквестрийская армия, которую мы всеми силами пытаемся снабжать. Своими действиями они ослабляют армию, а это значит, что они воюют на стороне наших врагов. Да за такое их вообще следует уничтожить, как предателей родины!

– Весьма весомое замечание, Король Кэлэв, – кивнула принцесса.

– Теперь я выскажусь, – с места поднялся Тсаган Бар, – Грифоны не так часто пересекались с этой организацией, скорее всего потому, что они просто боялись попадаться нам на глаза, но сейчас не об этом. Каждый, кто ставит под сомнение верность ваших решений, должен быть уничтожен и неважно сколько алмазных псов полегло под завалами или сколько золотых монет не попало в эквестрийскую казну. Важно, что они должны вас бояться и уважать вашу власть! Ни один грифон не встанет поперек моего слова, потому что знает, что я сам лично найду его и оторву ему голову. Того же должны добиться и вы! Поэтому казните этих бандитов, чтобы другим неповадно было.

– Хм, я подумаю об этом… – с некоторой опаской протянула аликорн.

– Что сказали предыдущие два монарха? – вождь бизонов, который уже успел вернуться с пиршества и занять свое место, поднялся и вопросительно посмотрел на других правителей – Я тоже за то чтобы казнить их… Казнить и всё!

– Хех. При всем уважении к столь решительной позиции моего коллеги я бы предпочел не прибегать к крайним мерам, – дождавшись, когда ему дадут слово, заявил принц Блюблад, – Уверен, что ссылки для этих жеребцов и кобылок будет более чем достаточно. Я немножко знаю о деятельности этой организации; они боролись за идею и вовсе не желали зла нашей стране, а потому, я считаю, мы должны проявить к ним всё возможное снисхождение.

– Да-да-да, когда станцию целиком превращают в угли вместе со стражей и железнодорожным составом на ней это ни капли не злое дело, – ехидно заметил алмазный пёс.

– А на счет станции я бы хотел заметить, что это дело копыт единорога, а уж никак не горстки земнопони и нескольких пегасов, – парировал Блюблад, – Я не пытаюсь поставить под сомнение тщательность проведенного расследования, но кое-где в нем имеются большие несостыковки, которые можно было бы использовать в пользу этих несчастных.

– Спасибо, принц, я это учту, – прервала их начавшуюся, было, перепалку Богиня Ночи.

Следующим свою позицию должен был озвучить вождь зебр. Все еще недовольный недавним решением он постарался быть максимально кратким:

– Зебры не страдали от действий этой организации, а потому я против того, чтобы казнить их. Древняя мудрость нашего народа требует не проявлять агрессии к тому, кто не проявлял её первым.

– Хм, достаточно разумная позиция, вождь Оцтелоп. А что скажете вы?

– Я… – с места поднялся здоровенный черный как ночь минотавр, тенью своей закрывший добрую половину зала. Такие как он могли в одиночку одолевать армии, а от одного их вида мелкие твари непроизвольно падали на колени. Почесав затылок, он коротко побубнил: «Я, пожалуй, пас», – и снова сел.

Последним заговорил султан. Осмотрев присутствующих, он улыбнулся:

– Ну, против нашей расы эти так называемые «борцы» особенно хорошо потрудились. Десятки погибших, еще больше раненых, грабежи, разбои… и все они страдали лишь за то, что жили и работали на «их территории». Мало кто ожидал такой жестокости от наших добросердечных и порядочных соседей, когда переезжал к ним на постоянное жительство, особенно после того, как бытующий в нашей стране миф о демонах «с той стороны Стены» наконец, развеялся. Принц Блюблад сказал, что они боролись за идею – да, они действительно боролись за идею, но идея эта вызывает лишь отвращение. Неужели ставить свою расу выше других у нас теперь стало почетно? В то время как мы здесь всеми силами добиваемся того, чтобы все расы жили одной дружной семьей, эти бессердечные существа пытались посеять вражду между нашими народами. И, надо сказать, им это почти удалось. В какой-то момент я даже начал бояться, что замысел наш не удастся, но к счастью добро и на сей раз восторжествовало над злом. Я искренне рад, что эти преступники так скоро оказались пойманы.

– Так каково же ваше мнение, султан? – поинтересовалась принцесса Луна.

– Определенно помиловать их, Ваше Высочество! – заметив появившееся на лицах собравшихся удивление, паук продолжил, – Не из «уважения к их гражданской позиции» – нет. Помилование будет символом вашей окончательной победы над ними. Жестом презрения. Вы дадите понять этим преступникам, что вы гораздо сильнее и могущественнее их. Что вы не видите в них угрозы. И как только народ почувствует это, организация потеряет всех своих сторонников и никогда больше не сможет навредить ни вам, ни Экветрии.

– Хм. Странный вывод…

Принцесса Луна вновь задумалась. Ситуация ей не нравилась совершенно.

– Трое «за» и трое «против», О, Великая, – заметил Альмар, – Боюсь, что решать судьбы этих пони все-таки придется вам. Но, прежде чем вы сделаете свой окончательный вердикт, я бы настоятельно рекомендовал вам прислушаться к моему мнению.

Или же к мнению грифона. Или к мнению короля алмазных псов. Каждый из них достаточно четко выразил свою позицию и каждый выставил перед ней этих пони в новом цвете. Даже принц Блюблад оказался во многом прав, хотя, скорее, просто хотел защитить своих соотечественников. «Как жаль, что передо мной нет самих этих пони» – печально подумала она. Решать чью-то судьбу, не взглянув ему в глаза. «С другой стороны это позволяет мне наименее предвзято подойти к этому вопросу». А вот результаты расследования ей бы определённо не помешали…

– И что же вы решили? – нетерпеливо спросил её Кэлэв.

Аликорн еще некоторое время стояла молча, а потом негромко заговорила:

– Вот вы говорите, султан, отпустить их и показать, что я не вижу в них угрозы, – начала она, – А что если я вижу? Из ваших слов я поняла, что они делали ужасные вещи на всей территории Эквестрии и, что еще хуже, противились сближению наших народов. Что если, оказавшись за пределами нашей страны, они продолжат делать эти гнусные дела? Вдруг исходящая от них угроза не исчезнет, а только усилится? Я не могу этого допустить. Я искренне соболезную родственникам этих пони, но, уверена, что будет лучше, если они останутся в нашем мире в виде каменных изваяний. И пусть все видят, что становится с теми, кто не хочет видеть другие расы равными себе.

– И все-таки… – начал, было, султан.

– Нет. Это мое окончательное решение.

Сторонники казни с места выразили ей своё одобрение, противники же просто смолчали. Вскоре паук подал ей свиток, где Богиня поставила свою печать и они перешли к следующим вопросам. Их еще оставалось немало, но она даже не пыталась в них вникнуть.

Сегодня Принцесса Луна приняла тяжелое, но очень верное решение.

Ночные огни смотрели на неё как-то особенно. Не столько с осуждением, сколько с гордостью. С гордостью и грустью одновременно. Как монарх она стала взрослее, но как пони она определенно что-то потеряла. Часть души. Легко было судить злодеев, целью жизни которых было сеять хаос, но вот простых пони… Наверняка ведь что-то подтолкнуло их на совершение всех этих злодеяний. Что-то такое, что извратило их понятия о добре и зле. Может, её политика все-таки не во всем была столь безупречна?

Она очень хотела с кем-нибудь обсудить этот вопрос, но её членистоногий советник покинул Кентерлот сегодня вечером, дабы сопроводить домой своих сыновей, а кроме него только Каденс могла просто так «на равных» обсуждать с ней такие вещи. Жаль, что она решила оставить её.

– Знала ли ты, что сегодня твое присутствие на совете могло бы спасти жизни тридцати одного пони? – спросила она темноту.

А с другой стороны, что мешало ей самой спасти их? Если она хотела, чтобы они выжили, но не знала, как это правильно выразить, почему просто не сказала «да»?

От этих мыслей её верные слуги материализовались и принялись встревожено озираться по сторонам. Две из них почти постоянно сопровождали её по пути из совета, то исчезая ненадолго, то вновь появляясь. Будучи лишь наполовину живыми существами они все равно действовали как какой-то механизм. Сейчас их было уже семеро.

«Да нет, я определенно всё сделала правильно…» – успокоила она себя.

От этой казни всем будет только лучше. Да и вообще, ей следовало бы научиться переключаться на другие темы. В конце концов, после сегодняшнего совета осталось множество нерешенных вопросов. Например, эти дурацкие сорняки. Они ведь так и не придумали, что делать с тем поселением, а ведь зима действительно была не за горами.

«Надо бы навестить Академию Магии. По-моему они там совсем мхом покрылись от безделья», – подумала Луна, глядя на яркие фонари Кентерлотской Академии Магии.