Автор рисунка: MurDareik
Глава 32 Глава 34

Глава 33

Глава, в которой Линк ведет армию повстанцев в бой

Две армии бежали навстречу друг другу. День выдался прохладный, но никто из идущих в атаку бойцов не чувствовал холода. Вырывающийся из сотен глоток пар, представлялся им не дыханием, но выхлопом могучих паровых машин. Жаром драконов. Подбадривающим возгласом рыцарь-пегас Линк вдохновила своих бойцов и, призвав поднять острые копья повыше, устремилась вперед. Её армия сделала то же самое, четко выполнив отданный приказ и ни на шаг не отстав от своего командира, которая, по обыкновению, скакала впереди всех, являясь «острием» того клина, который должен был врезаться в приближающееся к ним воинство бизонов и рассечь его на части. Конечно, они еще были далеки от идеала. У большинства из скачущих рядом пони помимо копий и белых попон, подчеркивающих их принадлежность армии Новой Эквестрии, и не было ничего, но иные всё ж таки сумели смастерить себе вполне сносные железные доспехи и даже установили на груди громоздкие башенные щиты. Они образовывали собой костяк её небольшого войска и прикрывали своих не обременённых броней товарищей, причем «правое крыло» делало упор в защите на правую сторону, а левое – на левую.

– Залп! – рявкнула алогривая пегаска и десятки самодельных мортир выплюнули в небо тяжелые чугунные ядра. Скоро им предстояло сыграть свою роль в этом бою, но пока маленькие черные точки стайкой летели по небу, опережая рвущееся в бой войско.

Она гордилась своими бойцами, ведь здесь – на западе, они с каждым новым боем всё лучше оттачивали свои навыки. Им больше не приходилось подсказывать, как вести себя в той или иной ситуации. Когда сломя голову прорываться вперед, а когда притормозить и поддержать рядом стоящих товарищей, чтобы избежать потерь. Они больше не боялись идти в бой и не дрожали даже при виде приближающихся к ним косматых бизонов, усиливших себя деревянными щитами. Их не пугали ни мускулистые плечи варваров, ни их огромные мощные рога. Они готовы были встретить их.

«Хах, вчера вы были беспечнее» – глядя на появившуюся сегодня у повелителей саванны защиту, подумала Линк.

Они уже не первый день бились с ними. Расположенный рядом с большим поселением пони бизоний стан оказался крепким орешком, который замедлил их победоносное шествие на запад. Сколько они еще продержаться – кто знает? Файеркнайф в письмах требовала не терять на них времени, а скорее бежать освобождать другие поселения, не обременённые таким количеством иноземцев, но Линк не привыкла к обходным манёврам. Раз перед ними возникло препятствие – его следовало снести. В лоб. Красиво. Благородно. И в этом плане ей очень импонировал прямолинейный бизоний подход, где твердость твоей позиции оценивалась лишь твердостью твоей черепной коробки.

Когда расстояние между армиями сократилось до минимума, с неба, прямо на несущихся к ним бизонов, посыпались снаряды. Щиты не спасли их от тяжелых ядер, а потому последние легко достигали своей цели, наповал убивая тех, кому не посчастливилось оказаться под ними. Но не в случайных убийствах была цель этого обстрела. Погибшие падали и заставляли спотыкаться своих товарищей, внося хаос и сумятицу в ряды противника. Это позволило пони в значительной мере ослабить удар легендарного «железобетонного молота» бизоньего войска и не прогнуться под его мощью.

Со звоном и скрежетом армии столкнулись. Как две волны схлестнулись друг с другом, чтобы выяснить кто сильней. Кто-то кричал; иные стонали, сопели. Тело её сдавило до темноты в глазах, доспехи натужно заскрипели, едва выдерживая такую нагрузку, железный таран впереди покрылся вражеской кровью, а прилаженное на боку копье глубоко вонзилось в тело ближайшего к Линк бизона. В такой давке вытащить его было почти невозможно, да, собственно, она и не видела в этом необходимости. Напрягшись всем телом она обломала древко и продвинулась вперед, мотая головой и не щадя лягая бизонов бронированными ботинками. Глядя по сторонам, она видела развевающиеся на ветру эквестрийские флаги, позволяющие понять, как далеко продвинулись вглубь вражеского войска её однополчане. Это здорово помогало оценить обстановку.

Шаг за шагом, удар за ударом они выстраивали свою кровавую дорожку в армии врага. В пылу боя она не сразу обнаружила, что не может больше двигаться вперед, даже несмотря на мощное давление позади. Опершись тяжелыми копытами о таран, перед ней предстал один из особенно крупных врагов с украшенными бусами и разноцветными лентами рогами. Прогудев что-то на своём языке, иноземец попытался боднуть её, но Линк решила не ждать и первая начала наносить ему быстрые удары покрытым острыми шипами шлемом. По лицу пони потекла вражеская кровь. Противник ничуть не ослабил напор, а лишь еще более распалился, разъярённо бодая её и грозя вот-вот сломать командиру пони шею, но вдруг воинственный крик его превратился в хрип и, конвульсивно содрогнувшись, гигант ослабил напор.

– Спасибо! – обернувшись, крикнула Линк своей спасительнице.

– Сочтёмся как-нибудь! – с улыбкой ответила красноглазая пегаска, вынимая копье из тела врага.

Вот это и отличало полномасштабный бой от поединка. Окруженный своими товарищами ты всегда мог рассчитывать на их помощь, если вдруг у тебя возникли проблемы. В строю идущим впереди требовалось лишь выжить, а удары вместо них могли наносить и те, кто шли следом.

В определённый момент, когда столпотворение достигло своего апогея и идти вперед стало попросту невозможно из-за невероятной давки, послышался трубный голос вождя бизонов. Затяжной и властный. Давление впереди резко ослабло и бизоны, мигом растеряв свой пыл, отступили. В ответ на это Линк также приказала своим бойцам остановиться.

Всё. Больше ни одного удара. Бой закончен. Уставшие, но довольные пони наперебой принялись поздравлять друг друга с победой, после чего, забрав с собой раненых, направились в разбитый неподалёку военный лагерь. Линк еще на некоторое время задержалась здесь, глядя как проигравшие бизоны также вернулись за оставленными на поле боя однополчанами, которых проигравшая сторона по обыкновению оставляла на милость победителю. По правилам они могли добить их, но пони никогда бы не поступили так с ранеными. Пусть живут, если смогут. Они своё уже получили.

Краем глаза рыцарь-пегас заметила, как поднимают того здоровенного бизона, с которым они яростно молотили друг дружку по физиономиям совсем недавно. Он едва дышал, но, что удивительно, до сих пор оставался жив, несмотря на большую потерю крови. «Живучий, зараза» – с улыбкой подумала Линк. Она больше не испытывала к нему ненависти. Она вообще не испытывала ненависти к своим врагам. Просто им не посчастливилось встать на пути армии Новой Эквестрии и раз они не хотели уходить, им придется сражаться. Развернувшись, пегаска не спеша направилась в лагерь, по пути раздумывая над тем, чего же эдакого преподнесут им бизоны завтра, чтобы взять реванш.

– Работа кипит, я погляжу, – проводив взглядом несущих длинную трубу поняшек-строителей, пробормотал Айвенго.

– Что вы сказали, принц?

Расслышать что-либо в окружающем шуме действительно было проблематично. Забавно, но огромный производственный цех, который военизировавшийся город основал на месте трубопрокатного заводика, скрестив его с целым жилым кварталом, оказался одним из первых мест, куда Файеркнаф решила привести «Нового Короля Новой Эквестрии». И здесь было на что посмотреть. Пушки, мортиры, кулеврины, гаубицы – арсенал бойцов с каждым днем расширялся, а уже имеющееся оружие постоянно совершенствовалось, подстраиваясь под нужды армии. Почти не имея специального оборудования, а зачастую и вовсе собирая всё «на коленках» пони тем не менее отлично справлялись со своей работой, успевая снаряжать всем необходимым постоянно растущее войско мятежников. Тяжело было поверить, что город писарей и счетоводов так быстро сумел сменить свою ориентацию, но присутствие здесь грамотного расчета всё еще прекрасно просматривалось за счет огромного количества свитков с планами, схемами, инструкциями и прочей перенесённой на бумагу премудростью.

– Я сказал, что ньюпонитаунцы действительно преданы своему делу, – куда громче повторил принц Блюблад.

– Еще бы! – улыбнулась пегаска, – И не только ньюпонитаунцы. Здесь и понивилльцы, и филидельфийцы и даже жители Эпплусы – десятки тысяч пони со всех концов Эквестрии! И все они трудятся здесь ради того, чтобы наши войска продолжали наступление по всем фронтам, ни в чем не испытывая недостатка.

– Но как вы сумели добиться такого результата от обыкновенных пони?

– Мы?! – пегаска рассмеялась, – Не мы этого добились, дорогой принц, а вы. Кентерлот своими действиями сам взрастил в пони такую ненависть к себе за эти пять лет, что теперь они готовы на любые жертвы, лишь бы вернуть то беззаботное время, когда иноземцы были для нас не более чем редкой диковинкой.

– Да, Луна действительно натворила дел… Но что будет, если Кентерлот вдруг изменит свою политику? – поинтересовался единорог, мимоходом наблюдая за прогоном ядер через «тестовую пушку», – Возьмет, и согласится с вашими условиями? Тогда что – восстанию конец?

– Хах, а кого теперь волнует политика Кентерлота? – вопросом на вопрос ответила огненно-рыжая мятежница, – Нет, принц Айвенго, они уже упустили свой шанс и теперь никто – в том числе и я – не сможет остановить эту войну. Мои пони меня просто не поймут, и даже если я вдруг прикажу им остановиться, они меня не послушают. Они сами хотят довести дело до конца.

– Вы лжете.

– Неужели? – как будто бы удивилась собеседница, – Разве вы считаете, что восстание держится на каком-то одном пони? Нет, принц. Это сотни характеров; сотни лидеров, единственной общностью которых является конечная цель – очищение Эквестрии, а я лишь указываю им нужное направление. Нам, кстати, вот сюда – раскрыв искусственное крыло, Файеркнайф указала им на одну из дверей, после чего поманила его за собой.

Там, в куда менее просторных мастерских, их ожидали различные стеллажи с проектируемой броней. На одном из них, окруженный десятком инженеров с блокнотами лежал разобранный на составные части тяжелый боевой костюм. Айвенго помнил их еще по гарнизону Колосса, когда стоял вместе с тысячей бойцов, ожидая приказа атаковать Мир Мертвых. В отличие от его дяди, судьба избавила Айвенго от печальной участи погибнуть в ином мире, но события того дня хорошо отпечатались в его голове. Судя по всему, инженеры пытались понять конструкцию этой брони, чтобы наладить выпуск собственных образцов, или же хотели модифицировать её для большей эффективности в Мире Живых.

Третьим помещением, куда они попали, оказалась текстильная мастерская, где производили униформу для всех новых рекрутов мятежного войска. Здесь уже было куда менее шумно и грязно, но пони всё также сосредоточенно работали во имя общего дела, создавая из огромных кусков белой материи капюшоны, попонки и накидки. Завидев их, они коротко приветствовали принца, кланялись ему, а затем спешили по своим делам. Файеркнайф при этом как будто бы игнорировали. Он давно уже заметил, что рыжую кобылку знал только определённый круг лиц, остальные же и думать не думали о том, что она здесь всем заправляет.

– Ну, как вам знамя? – огненно-рыжая пегаска показала копытцем на одно из больших полотен с окруженной венками черной геральдической лилией.

– Постойте-ка? Моя метка? – Айвенго нахмурился.

– Абсолютно верно! Мы решили сделать её символом всего воинства Новой Экветсрии! Разве это не здорово?

– Вообще-то на это требовалось мое согласие.

– Ну, мы решили не затягивать с формальностями, – махнула копытцем пони, – В конце концов, вы являетесь ключевой фигурой в нашей стране и чему, если не вашей метке, красоваться на национальном гербе, не так ли?

Она говорила это так, словно это была какая-то мелочь. Ну, подумаешь: налепили метку на знамя – делов-то! Криво усмехнувшись Айвенго отвел глаза, чувствуя, что его всё сильнее пытаются привязать к этому сомнительному обществу. Для него её методы были вполне понятны и она, к слову, прекрасно об этом знала, отчего еще более неприятной выглядела невинная улыбка на её лице. В случае поражения отвечать за все грехи мятежников придется ему.

Они еще долго шли. После завода они попали на улицу, оттуда проследовали к парку, где заново возводилась недавно снесённая статуя спасительнице Ньюпони тауна, а затем и к площади. Всю дорогу она вполне открыто отвечала ему на все вопросы, доказывая напрасность его опасений и без утайки рассказывая о планах на ближайшее будущее, но принц мало её слушал. В своей голове он отчаянно пытался найти выход из сложившейся ситуации. Откреститься от всех этих жеребцов и кобыл, для которых ему предстояло играть роль ряженой марионетки. Убежать? Рассказать им всё? Или, может, расслабиться и просто получать удовольствие от столь неожиданного подарка судьбы? В конце концов, не каждому в жизни выпадает возможность побыть королём. Пусть и фиктивным.

Последней остановкой для их «прогулки» стало большое строящееся здание Дворца Ньюпони тауна, который стал заменой сгоревшей некоторое время назад городской ратуше. Окруженный малярами и зодчими, он уже в самое ближайшее время обещал превратиться из серой невзрачной многоэтажки в яркий и впечатляющий образец эквестрийского искусства.

Перед самым входом к Файеркнайф в очередной раз подлетел какой-то пегас с тонкими усиками и, что-то обеспокоенно шепнув ей на ухо, улетел в облака.

– Прошу прощения, дорогой принц, но я вынуждена временно оставить вас, – поклонившись ему, заявила кобылка.

– Куда это вы? – удивился единорог.

– Долг зовет, – ответила ему Файеркнайф, – Мэйнхеттен никак не хочет сдаваться. Третья попытка взять его оканчивается неудачей.

– А мне что делать?

– Располагайтесь и ждите моего возвращения. Хоть дворец пока и не достроен, но второй и третий этажи вполне готовы к принятию жильцов. Вам там понравится! Найтмун и Эроуз останутся с вами и будут оберегать ваш покой. Кстати, если вам что понадобится, то смело обращайтесь к ним, и они выполнят любое ваше желание. Правда, ребята? – Файер строго посмотрела на обоих одноглазых разбойников, которые всё это время стояли чуть поодаль, и те быстро закивали, – Вот и славно! Удачи вам, принц!

Еще раз поклонившись ему, мятежница ускакала прочь.

Оставшись один, Айвенго некоторое время смотрел на своих надзирателей, слушая стук и скрежет строительных инструментов вокруг, а потом, пожав плечами, направился внутрь здания.

– Ну и где же здесь лестница?

Они долгое время сидели в тишине, напряженно думая. Рассвет пока не наступил, однако семеро пони давно уже проснулись и, расположившись вокруг старенького масляного светильника, горячо обсуждали сегодняшнюю стратегию для полуторатысячной армии мятежников.

– Не знаю, – наконец подала голос одна из них, – А вдруг они разделятся где-нибудь по дороге и ударят по нам с флангов?

Серая пегаска всё еще пыталась проморгаться. Судя по всему, отсутствие зрачков в кроваво-красных глазах никак не избавляло её от типичных для недосыпа проблем.

– Рассчитают траекторию полета ядер и уйдут от атаки? – изогнула бровь Линк, переводя взгляд с одного офицера, на другого, ожидая их мнения – Мы ведь говорим о бизонах, верно?

– Фыр! Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что дважды удачно нанеся удар в одно и то же место, мы решим нанести его туда же и в третий раз, – ответила собеседница, отстаивая свою позицию, – И если они об этом догадаются и сумеют избежать урона от обстрела, то мы сильно рискуем не пережить столкновение.

– Они так не поступят! Оставив центр открытым, бизоны позволят нам зайти им за спину и попадут в окружение, – заметил один из офицеров.

– Скорее уж мы сами попадем в окружение, – парировала кобылка, – Бизонов едва ли меньше чем нас, а потому, растянув войско, мы ничего не добьемся!

– Так, хорошо, – Линк подняла копыто вверх, призывая собравшихся к молчанию, – Прикажу пушкарям рассредоточить обстрел так, чтобы он охватывал и центр, и бока. Я все еще не уверена, что они способны к подобным маневрам, но – ты права – нам не стоит рисковать. Кроме того усилим фланги. Центр у нас и без того неплохо держится, так что, думаю мы переживём отсутствие полусотни щитов.

– А если они, напротив, сделают еще больший упор на центр? – поинтересовался жеребец в странной на вид серебряной кирасе, защищавшей более живот и бока, нежели чем грудь, – Ведь это основная и единственная тактика варваров: «не сломалось – ударь сильнее!» – поэтому нам ни в коем случае нельзя ослаблять клин. Глупо будет проиграть варварам сегодняшний бой из-за ничем не обоснованных маневров.

– Еще глупее будет проиграть им из-за использования одной и той же тактики трижды, – хмыкнула кобылка.

– Потому что она эффективна и вполне себя оправдывает! – рассердился он, – Зачем нам рисковать?!

В воздухе повисла тишина. Мысль о том чтобы не менять зарекомендовавшую себя стратегию озвучивалась сегодня уже не раз. Многие офицеры были с солидарны с ним в этом вопросе, однако Линк всякий раз отвергала эту идею, веря в то, что для победы им необходимо удивлять противника новыми неожиданными маневрами.

– Мы справимся, – рыцарь-пегас поднялась с места и, похлопав его по плечу, направилась к выходу, дав понять, что обсуждение окончено.

Подготовка к бою не заняла много времени. Бойцы поднялись рано, сразу со звуком рога, и, едва успев привести себя в порядок, галопом направились в поле выстраиваться в боевые порядки. Там Линк внимательно осмотрела их, закончила все планируемые перестановки, сказала несколько слов о важности их общего дела и вместе с рассветом приказала выдвигаться.

Недавние успехи окрылили мятежников, но мысль о том, что совсем скоро их ожидает новая битва, действовала угнетающе. Первое время вокруг еще слышались простенькие шутки и бахвальные реплики, но, как только лагерь остался позади, все разговоры сошли на нет. У каждого была возможность подумать о том, что, возможно, именно его сегодня не станет. Возможно, именно его друзья и знакомые сегодня найдут свою смерть на поле боя, оставив после себя лишь болезненную пустоту. Возможно, они все сегодня погибнут.

– Не киснем, ребята! – звучно прикрикнула Линк, – Подумайте лучше о том, скольким пони мы поможем, когда прогоним этих образин с нашей земли! За благое ведь дело боремся!

Бойцы принялись на разные лады высказывать свое согласие. Её слова пусть и не избавили их от тяжких дум, но все же вселили в них немного уверенности. А большего им и не требовалось.

Поле, на котором они условились мериться силой с бизонами, всё еще не отошло недавних сражений. Перетоптанное и развороченное, с темными пятнами на сухой осенней траве оно продолжало хранить в себе воспоминания о прошедших здесь стачках. Вот только чего-то на нём сегодня не хватало.

– Ну и где они? – оглядевшись по сторонам, спросила окружающих какая-то бронированная кобылка.

Поле пустовало.

– Так, бойцы, не расслабляемся! – велела Линк.

Могли ли бизоны устроить засаду? Вполне. Никогда не стоило недооценивать своего противника, но то, что сегодня в назначенное время с другой стороны поля не появилось ни одного варвара, всё равно показалось ей странным. Они бы никогда не нарушили свои традиции! Приказав выдвигаться, Линк рысцой направилась к противоположному краю поля, за которым – в дали – уже виднелись башенки понячьего городка под названием Биг Баррол. Но путь их сейчас лежал не туда. Так и не встретив сопротивления, армия мятежников поскакала севернее. Туда, где располагался бизоний стан.

В голове пегаски один за другим проносились варианты. Может иноземцы просто ошиблись со временем? Мало ли, всякое бывает. «В таком случае, пусть признают свое поражение, ибо отсутствие педантичности не является оправданием в бою, – сурово сказала сама себе пони, – Мы пересекли условную черту, а значит, победили и теперь Биг Баррол по праву принадлежит Новой Эквестрии».

– Может они решили дать нам бой прямо в своем лагере? – спросила пегаска по имени Сара.

– Узнаем…

В том, что бизоний стан всё еще полон народу сомнений не было. Едва приблизившись, они увидели там снующих туда-сюда варваров, вот только частокол, которым кочевники огородились от всего мира, вряд ли можно было бы назвать готовым к осаде. Они и сами-то не больно собирались обороняться, занятые какими-то своими делами. Носили мешки, складывали шатры, разговаривали, бродили, в общем – занимались исключительно насущными проблемами. Они не проявляли агрессии. Даже когда перед входом выстроилась многочисленная армия пони они не побежали в спешке хвататься за оружие, не заголосили тревогу и не выстроились в боевой порядок. «Что ж, тем лучше для вас» – хмуро подумала Линк и не стала отдавать приказа к атаке. Мало чести – убивать того, кто не сопротивляется. Вместо этого её войско, продолжая двигаться с прежней скоростью, вытянулось в шеренгу и строем направилось внутрь лагеря к самому большому шатру, расположенному в его центре. Нетрудно было догадаться, что вождь этого племени располагался именно там. Вокруг было тихо. Тучные бизоны старались держаться на почтительном расстоянии от вооруженных пушками и копьями пони; пони же всё еще были напряжены до предела, ожидая внезапной атаки.

– В сторону, – грозно сказала Линк расписанным красной охрой защитникам вождя, которые задержались у входа в шатер дольше положенного.

Внутрь она вошла в сопровождении лишь двоих своих солдат. Конечно, риск подлой, предательской атаки всё еще оставался, но пегаска сильно сомневалась, что такое возможно. В освещенном лишь несколькими лампами помещении её ожидал увешанный бусами грузный бизон в пестрой накидке и с длинными заплетенными в косы седыми патлами волос. Он перебирал какие-то диковинные костяшки в овальной чаше, но, когда пони застыла прямо перед ним, прервался и поднял взгляд.

– Чего вам надо? – сердито спросил он.

– Вы не пришли на бой, – заметила рыцарь.

– Мы и не собирались. Мы уходим отсюда.

– Вы сдаетесь? – удивилась Линк.

– Нет, мы не сдаемся! – мигом рассвирепев, ответил ей вождь и тут же добавил, – Мы не сдаемся, но мы уходим. Слишком много наших братьев уже погибло за эту землю, и я не хочу, чтобы их стало еще больше. Теперь эта земля ваша. Всё равно на ней больше нечего есть…

– Мудрое решение, – довольно улыбнувшись, ответила пони, – Я рада, что вы решили остановить кровопролитие, вождь Анурак. Именем Новой Эквестрии я даю вам три дня на то, чтобы вы покинули это место и еще три для того, чтобы вы пересекли границу и вернулись обратно в саванну. Если по истечении этого срока бизоны вашего племени останутся в пределах нашей страны – мы их уничтожим.

– Хорошо, – кивнул вождь, – Но нам нужен месяц.

– Месяц? Вы шутите?!

– У нас слишком много раненых. Мы не можем идти с нормальной скоростью, имея такой груз. Мы должны поднять на ноги хотя бы часть из них и потом уже выдвигаться в путь.

– Хм… – пегаска надолго задумалась, – Нет. Мы не можем ждать столько времени. Я даю вам неделю и не более того. Но раненые пусть остаются. Мы за ними присмотрим, а когда они поправятся – отправим следом.

– Договорились, – нехотя кивнул вождь.

– И, да, ваши лекари также могут оставаться на нашей земле, до тех пор, пока им есть кого лечить, – добавила пегаска.

– А у нас нет лекарей, – ответил бизон, – Наших бойцов лечат местные пони.

– Местные пони? – переспросила Линк, – Серьезно?

К немалому удивлению пегаски, вождь Анурак не солгал. В пропахшем кровью, затхлом, приземистом шатре, где тесно располагались раненые после последних сражений бизоны, действительно находилось много кобылиц в аккуратной беленькой форме медицинских рабочих, которые сновали вокруг своих пациентов с бинтами и припарками. Странное, но вместе с тем приятное зрелище.

– Их тут почти две сотни, – произнес вождь варваров.

– Медиков? – удивилась кобылка, думая о чем-то своём.

– Раненых, – поправил её бизон, – Ваше металлическое оружие оставляет после себя глубокие и болезненные раны и поэтому им тяжело оправиться после такого. Наша медицина оказалась бессильна.

– Тогда вы и решили обратиться к нашим специалистам?

Кобылка, вместе с несколькими своими товарищами медленно прошла дальше. Вождь бизонов засеменил следом.

– Не мы к ним обратились. Они сами пришли и предложили свою помощь.

– Вот как? – чувство гордости за свою расу наполнило сердце пегаски, – Вот видите, – назидательно сказала она, – Даже после всего, что вы натворили, эти милые существа продолжают проявлять милосердие к вашей расе. Вот оно – истинное благородство! Вот кто является примером для подражания для любого из нас. Настоящие эквестрийцы, – Линк улыбнулась, а затем во всеуслышание заявила, – Я горжусь вами, пони! Вы – лучшее, что есть в нашей стране!

После её слов врачи и медсестры вздрогнули, напуганные столь внезапным нарушением покоя этого места, а затем вновь вернулись к своей работе.

– А кто у них главный? – спросила пони, вновь повернувшись к вождю бизонов, – Я хочу посмотреть на этого героя.

– Старый единорог по имени Делфин, – ответил Анурак.

– Делфин?! Постойте-ка… – широко распахнув глаза от удивления, пегаска принялась искать среди медперсонала знакомую ей еще со Стены Единорога фигуру. Какова же была её радость, когда она увидела этого немного осунувшегося, но всё еще статного и славного единорога-хирурга, способности которого много лет назад спасли от смерти её старую подругу Файеркнайф.

Вооружившись свитком и пером, единорог как раз сейчас совершал обход и записывал все замеченные им изменения в состоянии раненых.

– Делфин! – мигом забыв про Анурака, Линк поскакала к нему – Друг, как же я давно тебя не видела!

Старик обернулся и смерил взглядом пришедшую. Он оказался весьма сдержан в эмоциях, но судя по глазам, Делфин всё же узнал её. Не переставая улыбаться, Линк подошла ближе:

– То, что вы делаете – выше всяких похвал, – уверенно заявила она, – Я всегда знала, что бывших рыцарей Стены Единорога не бывает. Придти в стан своего врага, ради спасения раненых – очень отважный и красивый поступок! Ну, дай же я обниму тебя, Делф!

Она попыталась стиснуть его в дружеских объятиях, но тут произошло неожиданное. Вместо приветствия и радостной улыбки Делфин, не изменившись в лице, плюнул ей под ноги и пошел прочь. О причине своего поступка он не удосужился сообщить, оставив обескураженную пегаску наедине со своими мыслями.

– Догнать его и заставить слизать это, мэм? – тут же поинтересовался появившийся за спиной сослуживец, которого подобное поведение задело едва ли не больше, чем саму Линк.

Рыцарь-пегас медленно покачала головой, а затем развернулась и пошла прочь, забрав с собой солдат.

Радостный праздник, коему предшествовала торжественная замена всех флагов в городке Биг Баррол с «сестринских» на белые «блюбладовские», несколько смягчил ту печаль, которая обуяла Линк после встречи с Делфином.

Дело в том, что там их уже ожидала огромная масса народа, благодарного за спасение их угодий от прожорливых и наглых гостей из саванны. Марширующую по главной улице армию благодарили, дарили подарки и искренне желали им удачи в нелёгком деле очищения Эквестрии. И даже более того, прямо во время марша к Линк раз за разом подходили добровольцы, готовые уже завтра присоединиться к ним, чтобы увеличить численность их и без того немаленькой армии. Она много улыбалась, махала копытом, а когда на городской площади победители и все солидарные с ними устроили пир, она почему-то вновь ушла в себя.

Сколько ни думала Линк, ей всё равно оставалось непонятным – почему те пони, в полевом госпитале, не были также рады их появлению, как эти? Почему они симпатизировали терроризирующим городок варварам, а не им – белым и чистым пони, восставшим против разрушающей их страну власти Кентерлота? Это печалило её. Ей очень хотелось, чтобы каждый житель освобождённых ими поселений был одинаково счастлив, но, как оказалось, не все приветствовали смену власти в Эквестрии. И сколько их таких – недовольных – оставалось только гадать…