Автор рисунка: BonesWolbach
Глава 1. Не время для пелёнок!

Пролог. "Бойся своих желаний..."

"... ибо они имеют тенденцию исполняться".

*Extra Creation*

*На правах шизофрении Анона*

Итак что же с Аноном? Он умер и ему надоело быть Демикорном, Рандом пошёл ему навстречу… В своей манере. Вспомните Эквестрию. Вспомнили? Теперь вы поймете что с большой долей вероятности он стал бы кобылкой. Он ею и стал. Но обо всём по-порядку, с самого начала этой истории…

*Неизвестный промежуток времени спустя, Анон, попаданец, пока не знает где он и кто он вообще*

Лёгкие обожгло выбрасывая меня из долгого небытия. Рефлекторно дёрнулся, пытаясь вздохнуть полной грудью, но успеха особого не достиг, слишком тесно и... склизко?.. Опять в каком-то коконе?! Тут-же распахиваю глаза и замираю сосредоточившись, но так же безрезультатно, темнота, моё обиталище непрозрачно в отличие от прошлого раза. Вдруг, чувствую толчок... ещё один. Перестав трепыхаться и на мгновение застыв я понял, очередной толчок, моё узилище пульсирует, эта штука явно пытается от меня избавится. Так, стоп! Меня что, рожают!?"
Это же… разрази меня гром, если это то, о чём я только что подумал! Да, похоже, это именно то самое. Действительно рожают! Кто-нибудь пристрелите меня! Память прошлой жизни, плюс детский возраст… будущей матери, можно заранее сожалеть, ведь её сын ещё не родился, но уже такая сволочь…

Наконец-то, я оказался на свободе. И первое что я изобразил, истосковавшись по свежему воздуху, был не ожидаемый всеми детский плач, а глубокий смачный вдох. Правда, он тут же перешёл в кашель, от закономерного чувствительного шлепка в филейную часть... Хотел было уже разозлиться, но встревоженная физиономия акушера резко прочистила мозги: я же младенец!

В облегчении лицо врача расслабилась, когда он услышал детский плачь, затем медик поспешил обрадовать маму, ох лучше бы он этого не делал:

 — Поздравляю мисс Шривд, у вас дочка.

Ну вашу ж мать, мама! За что ты так с сыном?!

И тут медик продемонстрировал меня родителю, а я встретился с её глазами, с двумя голубыми озёрами, что обрамляла рыжеватая шёрстка… Пристрелите меня... срочно. Это взгляд я вряд ли когда-то забуду. Это же, мать мою кобылку, моя мать! То есть, я имею в виду та самая мать, которую я сюда с таким трудом перенёс! Да и вообще, сложно было не узнать. С момента моего ухода она мало изменилась — чуть полная кобылка земнопони с ярко жёлтой гривой.

Тем временем акушер вертел меня в копытах, заканчивая осмотр, что позволило рассмотреть мою дважды мать под любыми углами. Я совершенно не удивился, когда увидел на её крупе изображение отпёртого гроссбуха с пером обмакнутым в чернильницу. Да, уж в чём в чём, а в отчётностях моя мать собаку съела, а то и целую стаю, этого у неё не отнять.

Когда первый шок прошёл я философски подумал: — “Что ж… жизнь определённо любит иронию, — раскачиваясь на своей левой задней ноге как на качели, в очередной раз взглянул на дважды мать, — она мне рассказывала что с самого начала хотела дочку. Она её и получила в конце концов, вот только с характером дочери ей не повезло”.

 — Как назовёте малышку? – закончив экзекуцию, участливо поинтересовался врач.

Хм, поскольку это мир пони, то земной вариант уже не годится. Хотя, я ухом зацепился за фамилию, хоть что-то почти неизменным осталось от меня прежнего.

 — Я назову её в честь того кто отдал всё чтобы я жила лучше, — Не замечая пафоса и тепло улыбаясь, сказал мать. — В честь моего сына… Сузпенс[1].

Сузпенс Шривд… Звучит солидно… На мой неискушённый и непрофессиональный взгляд. Если отбросить тот факт что я, мать её кобылку, сам кобылка! И моя эйдетическая память, чтоб ей ни дна, ни покрышки всё ещё со мной. Вот уж чего бы я не хотел помнить, так это поры неразумного младенчества. Хотя… Это уже полноценный разум. Просто, в, ну очень молодом теле. А что же до кобылизма. Говорят, человек ко всему привыкает. Но это мне будет даваться сложно, лучше я уж сразу налягу на Эквестрийский божественный и забуду про страшный сон такие слова как: “склонение по родам”. Полностью считать себя кобылкой не хочу ни под каким соусом!

“Вот так и становятся лесбиянками” — проснулась моя вечная спутница шизофрения.

“”Помолчал бы уж!” — рыкнул я на него мысленно, и продолжил самодиагностику. Итак, магия… Отсутствует. Крылья отсутствуют. Просто зашибенно. Я земнопони. Если был бы жеребцом я бы не возражал, я и по жизни был земнопони. Но я, мать её кобылку, кобылка!

Меня тем временем взвесили, записали данные в мед карту, ого, какие уже современные штуки ввели, видать это события почти перед каноном в пределах двух сотен лет, именно столько технологии выбелки бумаги, но это в моём мире. Как дела обстояли тут я не знаю, но знаю что народ пони жутко консервативен, что ещё больше приближает меня ко времени канона. Возможно даже, мне “повезло” родится в одном времени с Mane6, ничего исключать нельзя. Наконец формальности были закончены и меня оставили с моей матерью.

 — У тебя даже его глаза, — горько улыбнулась кобылка. Э, что? Я и тут кареглазым родился? Как то… неинтересно, почему не фиолетовые, жёлтые или пурпурные? Обязательно обычные карие, при таком-то разнообразии экзотических оттенков у пони, в отличие от людей. Так... имя... карие глаза... О нет! Меня настигла нехорошая догадка, которая не замедлила подтвердиться, когда я поспешно перевел взор на свой бок и хвост. Так и есть, чёрногривый, серошёрстный... И за что мне такое наказание? Ну хоть какое-то разнообразие кроме пола могло бы же быть? Хоть бы родиться пегаской, или единорожкой, но самим же собой в R63? Рандом, это уже совершенно не смешно! Хотя, ну тебя к Дискорду, я после ТАКОГО от тебя отрекаюсь официально. Буду Селенитом. Как впрочем и был. — добро пожаловать в новый мир, дочка, который нам подарил мой первый сын.

“Ну, фактически это и был я” — подумал я про себя, — “получается, я сам себе его и подарил”.

В прошлой жизни, помнится, я несильно то любил молоко в чистом виде, а теперь, на некоторое время это станет, похоже, моим единственным рационом. На мой вкус молоко лучше и не стало. Пристрелите меня кто нибудь… Пить молоко которое не очень любишь, день за днём, на протяжении первых двух лет… Смахивает на изощрённую пытку.

“А ещё добавим сюда настолько же любимую манку, овсянку и, не исключаю, что даже нечто под названием “Люцерна”” — подбавила масла в огонь моя шизофрения, и если по первым двум пунктам я передёрнул плечами, ибо ненавидел эти каши с детства, то насчёт люцерны ничего сказать не мог, просто где-то слышал и не знал что это такое и, как говориться: “с чем её едят”. Хотя, одному отдельно взятому индивидууму, то бишь для меня, похоже скоро будет не до кавычек в этой весёлой фразочке...

Фыркнув на замечание матери о моей схожести с самим собой, я тяжко вздохнул. Моя мать тепло улыбнулась, будто бы смотрела на маленького котёнка, жалобно взирающего на неё своими огромными глазами; хотя подозреваю, что скорбно выглядящий жеребёнок выглядит не менее умилительно; и поцеловала меня в щёку. Ох, избавьте меня от этих понячьих нежностей! Я взрослый брони в конце то концов, только вот сказать я этого не могу. Вернее могу, но меня банально не поймут, отсутствие зубов и не тренированность тому помехой.

Мать повторно умилилась, ох пресвятая Луна, дай мне терпения и сил! Это же просто невозможно! Каждую мою эмоцию она провожала вздохами умиления чем ещё глубже погружала меня в глухое раздражение. Ну не, такой я натуры че… пони, в конце концов я уже не младенец, в моём возрасте такое надо заслужить, а не задарма нежится. Ох, пусть она от меня отстанет, Сёстрами прошу! Слишком много всего этого для меня. Не реветь же мне в конце концов? Пускай просто убаюкает, и всё! Я что много прошу?

Моим ангелом спасения стал сам акушер который и принимал роды, за что ему большое человеческое спасибо — посоветовал матери отдохнуть, да и мне самому после такого отдых не помешает. Рождаться и вылупляться — это две совершенно разные вещи, скажу я вам как очевидец.
*10 дней спустя*

Это. Были. Самые. Невыносимые. 10. Дней. Моей. Жизни. Если меня не кормили и я не спал, то со мной сюсюкалась моя мать. Может для нормального малыша это было бы и благотворно, но для такого как я... уже на третий день я был готов на стенку лезть, выть на луну и вообще творить что угодно, лишь бы от меня отстали. Останавливало лишь понимание того, что меня начнут опекать ещё сильней если я начну капризничать. Врачи отметили мою “тихость” и среди многих из них кто следил за состоянием новорожденных я приобрёл своё второе имя Виспер[2]. Всех богов ради, только не аллюзия на Фабл, я вас прошу! С меня достаточно уже предыдущих двух “жизней”.

Но наконец нас выписали из этого “роддома” и мать со мной в коляске направилась “домой”. Боюсь то что творилось в больнице было лишь прелюдией к кошмару который ждёт меня “дома”. И что мне не желалось возродится снова демикорном? Что так, что эдак я был бы без магии, по крайней мере я остался бы мужского пола. Так ведь нет, этот вечный вопрос размножения покоя не давал. Вот и дожелался.

“Сказано же: “бойтесь своих желаний”. Размножайся теперь, вперёд и с песней”. — вновь подала голос моя извечная шизофрения, на что я вновь передёрнул плечами, нафиг, увольте меня от такого “счастья”.

На выходе из больницы нас ждал какой то пони. Моя обычная ставка, что это мой биологический отец. Итак, что же можно сказать про этого жеребца? Крепкий жилистый песочного цвета земнопони с короткой пепельной гривой, да уж, узнаю предпочтения матери в выборе своего спутника жизни. Что же до метки... Как это ни банально, но это был молот. Самый обыкновенный, мать его, стальной молот на длиной рукояти. Хаммер Шривд, или как то так, я более чем уверен. В отличии от “матери”, “отец” был более… уравновешенным, за что ему опять же большое человеческое спасибо, СТОЛЬКО умиления в свой адрес я просто бы не вынес.

Ладно, потом познакомимся, сейчас лучше узнать, где это мне “повезло” родиться? Много высоких зданий из камня. Это точно не Понивилль, его архитектуру за тысячу километров узнаю. Бросив взгляд на вывеску здания я наконец определился со своим местонахождением.

“Сталлионградское Центральное отделение медицины и здравоохранения” — кириллицей. Ну разумеется, многие фаны с пеной у рта утверждали что непременный язык Сталионграда русский. Но ниже была стандартная, “Божественная” латиница. Что подтвердило мои ранние догадки насчёт эпохи. Плюс-минус разумеется. Насколько я помню фанфики, Сталлионград принял “Божественный” самым последним, желая сохранить самобытность своей культуры. Хотя, скорее это тот самый Рейн, так же известный как Дождливая обитель, желая сохранить память о его герое они до последнего цепляются в замшелые традиции. Точной карты Эквестрии, как и её истории, не существует (по крайней мере, в моём мире), исключать этого нельзя.

Мы отправились на окраины горда, где располагались частные усадьбы. У одной из них мы и остановились. Здесь было всё необходимое для не бедной жизни: огород, небольшой сарайчик, и даже кузня. Ну, учитывая метку “отца”, последнее неудивительно. Я бы удивился если бы он этот молот, допустим, в цирке подбрасывал.

Сколько раз писатели пытались обрисовать жилище пони изнутри со всеми деталями предполагая то одно, то другое, но реальность в которую попал я, внесла свои коррективы. Некоторые писатели заверяли что пони неприхотливы, с медленным метаболизмом, и если им приспичит, то они бегают до лесочка. Ага, как же, держите карман шире. Заверяю вас как очевидец: метаболизм у нас ничуть не медленней чем человеческий, у нас просто диета другая. Так что, санузел тут присутствовал, как и водопровод, от которого он и зависит. Кроме этой, “важной” детали интерьера в доме так же была — кухонька, гостиная и две спальни.

Опасения о персональном аде сбывались — мягкие розовые тона где только можно, тренова хуча мягких игрушек и не менее маленькая куча побрякушек, которым так обожают забавляться младенцы, и венец всему этому люлька, возле которой можно сидеть и сюсюкать над долгожданным малышом. Пристрелите меня… прямо сейчас. Я же терпеть не могу всё эти детские вещи, я бы ещё согласился на собаку, но всё это… Дайте мне лучше хорошую книгу, а лучше две, а совсем здорово если это будет мини-библиотека.
“А совсем хорошо станет, если будут преобладать научные трактаты по алхимии” — едко дополнила мой список мечтаний шизофрения, на что я не нашёл что возразить. Нет, канон-каноном, но я отказываюсь быть кобылкой, как только вырасту достаточно сильно чтобы аргументировать свои интересы, сразу же выпрошу у матери с отцом эти самые трактаты. Это будут самые долгие два года в моей жизни, это как минимум. Сколько лет взрослеют пони я не имел ни малейшего понятия, к тому же, нужно учесть что моя мать не самая обычная кобылка, у которой, просто по закону наследия, не менее необыкновенная дочь.

И всё это только первый день в моём новом доме, ох, что же меня ждёт дальше...

[1]Suspense — неизвестность.
[2]Whisper — шёпот.