Автор рисунка: Siansaar
Филлидельфия

Начало

Эту главу можно назвать тестовой для меня и читателей.

Давным-давно, в волшебной стране Эквестрии…

Хаос был заточен в камень Принцессой Селестией и Принцессой Луной. Пони вновь радовались солнечным дням и прежнему миру.

Спустя многие годы, когда Найтмэр Мун уже побывала на луне и вернулась оттуда, когда Принцесса Луна вновь стала второй правительницей Эквестрии, древнейшее зло пробудилось.

Семена хаоса, разбросанные Дискордом перед заточением, начали прорастать. Вечнодикий лес стал обретать огромную мощь и убийственную силу, заточая все земли во мрак. Принцессы, пытаясь исправить ситуацию, оказались в заточении около Древа Гармонии и не смогли исправить положения.

Юная Принцесса Твайлайт Спаркл отправилась на поиски принцесс в Вечнодикий лес с её верными подругами. Однако сила Леса стала слишком велика. Не все хранительницы Элементов вернулись в поселение.

Понивилль был захвачен Лесом спустя 4 дня. По городу было опасно ходить. Хищные растения усыпляли любого пони, до которого могли дотянуться. Никто так и не знает, что произошло с теми, кто не успел уехать оттуда. В том числе и местонахождение двух хранителей Элементов Гармонии.

Принцесса Твайлайт Спаркл пребывала в сильной депрессии. Однако, эвакуировав оставшуюся часть жителей Понивилля в Кантерлот, она приказала лучшим умам страны найти выход из положения. 121 пони начали разрабатывать проект спасения всей страны от кошмара Вечнодикого Леса.

Через 23 дня, что являлось рекордными сроками, проект был готов. А Вечнодикий Лес уже начал подбираться к Эпплузе. Решением являлось создание магических Платформ, которые бы являлись парящими городами. Видя в этом единственное хорошее решение, Принцесса приказала начать осуществление проекта.

За один год по всем уголкам Эквестрии успели создать 7 Платформ, и жители Эквестрии были распределены по ним. Кантерлот был эвакуирован ещё спустя два месяца, так как Лес уже начал запутывать бывшую столицу Эквестрии. С заключением столицы во мрак настали тёмные времена для всей расы пони.

Многое произошло, когда пони стали жить на Платформах, поддерживаемых магией или сложными механизманми. Надо сказать, что с момента, когда пони потеряли возможность свободно ходить по земле и жить почти беззаботно, прошло уже 15 лет…

И все эти года мы живём на ошибках наших бывших правительниц…


«Уважаемый Селлиман Танви.

Уведомляем Вас, что в Филлидельфии будет проведено ежегодное собрание офицеров Новой Эквестрии. Надеемся, что вы прибудете на столь важное мероприятие. Не забудьте Ваше удостоверение!

С уважением, Министерство Союза Новой Эквестрии»

Очень странное звание. Офицеры министерства Союза. Это ведь военное звание, а мы просто дипломаты. Официально. Чаще всего такие пони выполняют курьерскую работу, шпионаж или просто сбор информации о положении на какой-либо Платформе.

В конце концов, мероприятие будет только в конце недели. Пока только вторник, не буду забивать этим голову. Да и пора бы собираться, друзей подводить нельзя. Особенно, когда у тебя друзей меньше, чем копыт. Я не привык называть другом каждого, с кем приятно поболтать. Друг должен быть верен тебе, честен с тобой и много чего ещё. Тот пони, который не поможет мне вылезти из ямы мне ни к чему.

Я надел своё пальто. Очень его люблю. Цвет, правда, похож на ржавчину. Или красное дерево. Понятий не имею, я дальтоник, который видит цвета гораздо тусклее. Но этот цвет мне нравится.

Пальто не сковывает мои телодвижения, да и выемки под крылья есть, и ремень не даёт сползать одежде в силу моей любви к полётам. Не буду надевать шляпу. Пока что только ранняя осень, холодно быть не должно.

Выйдя из своего маленького и уютного дома, я направился вдоль по улице. На Платформе 02 всегда были широкие улицы и площади. Это единственное место, где пространство использовали самым неэкономным способом. На других Платформах я такого не видел.

Платформа находилась чуть выше облаков. Но в силу особенностей нового мира, над жителями порой проплывали одинокие тучки. Ведь уже 15 лет они движутся сами по себе. Пегасы всё ещё могут ими управлять, но давно перестали это делать. Это же лишняя работа. Все те, кто работал на фабрике погоды в Клаудсейле, давно заняты куда более «важными» делами.

Дома стояли плотно друг к другу. Переулков почти и не было. Солнечный и прохладный день казался мне тусклым и наполненным коричневыми красками. Я ведь уже говорил, что я дальтоник? Вроде бы да. Удивительно, что с таким виденьем мира я не впал в бесконечную депрессию, не начал пить и даже не потерял эмоции. Порой, даже смешно смотреть на тех «страдающих» алкоголиков, которые всё вспоминают старые времена. А для меня и тут хорошо. Я жив, и это главное.

Фонарные столбы не работали, ясное дело, ведь ещё день. Их было мало, и питались они от двигателя Платформы. Самое хорошее решение тех кудесников, которые и создали Платформы, было сделать самый-самый лучший двигатель для их детища. Пользуясь магическими кристаллами и расходуя по одному кристаллу в месяц, что было просто поразительно, он мог содержать целый город. Принцессы были бы довольны, если остались бы с нами…

Платформы удерживались в воздухе благодаря пастиллеру. Это огромная штука в центре каждой Платформы, которая поддерживала её над уровнем облаков, и тоже использовала магические кристаллы. Я не знаю, сколько, но затраты были выше, чем у чудо-двигателя. Не увлекаюсь этими вещами.

Вот и бар. Уже на входе слышался лёгкий джаз, играющий по радио. Даже такая вещь, как радио, питалась от двигателя. Отдельных приборов почти не осталось, так как магические кристаллы добывались на поверхности. А там мало мест, где можно обзавестись ими.

Открыв дверь, я сразу увидел своего друга, сидящего за столом в дальнем конце зала, рядом с барной стойкой. Откинувшись на спинку стула, он закрыл глаза, слушал музыку и наверняка мечтал. Я его полностью понимаю. Жизнь нынче – тяжелая штука.

— Гарни, ну что, заждался?

Бордовый пегас приоткрыл глаз и ухмыльнулся.

— Не могу сказать, что это было утомительное ожидание. Мэйнпони выпустили новый альбом, специально для радиовещания.

Я отодвинул стул и сел напротив него.

— Да, тоже люблю их музыку. Как раз по мне. Под мою тусклую атмосферу.

— Хе. А ты явно в настроении. Тоже получил повестку на собрание офицеров?

— Ну а как же ещё? Опять уныло стоять два часа и слушать, как в очередной раз бравые офицеры заключили отличное соглашение с Красной Платформой.

— Отрубить мне копыта, если они присоединятся к нам. Ты ведь был у них на Платформе? Помнится, мы вместе были. Эта грязь, выхлопы, военные. И они что-то говорят о победе рабочего народа, когда на улице ходят мертвецы.

— На Горной таких проблем куда больше. Может соединение с Красной даст нам ресурсы. Ищи во всём выгоду.

Гарни открыл глаза и облокотился на стол, подперев голову передним копытом.

— А если они только и ищут союза с Принцессой, чтобы пойти в атаку? Что будет потом? Тебе-то ладно, с твоими навыками тебя возьмут в их разведку. А мне? Я им не нужен. Я всего лишь стервятник. Посадят меня на станок делать им броню или чего ещё.

Гарни был стервятником. Эти пони исследуют земли Эквестрии в поисках чистых от Леса мест. Зачастую они обшаривают брошенные дома и поселения. Я не был с ним в такой вылазке, но уверен, что таким он не промышляет.

— Меня и тут официально разведчиком признать не могут, а ты меня уже к Красным присоединил. Спасибо. У тебя тоже сегодня позитивный настрой.

Гарни взял кружку и отхлебнул, судя по всему, сидра. Пора бы и мне что-то заказать. Я встал, подошел к барпони и попросил газировки. Я мог себе это позволить даже со средним окладом. Вредная и вкусная шипучая смесь со вкусом апельсина и яблока. Идеально. Кинув несколько монет, я вернулся за стол, держа стакан в зубах.

— Ладно, не будем о политике – начал Гарни – Тебя тут Соберий искал. Работу хотел предложить.

— Интересную?

— Хрен его знает. Он же занимается бумажными делами. Наверняка доставить донесение на Филлидельфийскую. Авось особо важное поручение выполнишь.

Я посмеялся и почесал подбородок.

— Собри только и может, что отправлять личные посылки. Выторгую двойную цену. Я не жеребёнок на побегушках.

— А вдруг опять, какое интересное дело подкинет? Вспомнишь давнюю профессию.

— Спасибо, и так хорошо живётся.

Я два года был частным детективом. Преступность увеличилась после этой катастрофы, произошло усиление стражи и охраны страны. Сыщики тоже часто стали появляться. Я делал большие успехи в своей карьере, но потом Министерство предложило мне довольно выгодную сделку. Только вот меня не покидает ощущение, что я продал душу дьяволу.

— Как знаешь, я бы не отказался на твоём месте. А как у тебя с…

Он прервался. По радио послышалась заставка новостей. Большинство пони в баре повернулись.

« Здравствуйте, жители Эквестрии. С вами срочные новости и незаменимый Дэвид. Как вы знаете, несколько дирижаблей и воздушных шаров были атакованы неизвестными в районе Лас Пегасуса. Стервятники обнаружили, что атаковавшими являлись новые виды растений Леса. Они плюются разъедающим соком на довольно дальние дистанции. Тем не менее, сгустки их опасны только для больших судов, движутся они медленно. Пегасам следует проявлять осторожность в этом районе, а ход воздушного транспорта был остановлен на неопределённый срок. Спасибо за внимание».

Голос ведущего прервался, и заиграла прежняя музыка.

— Да камней мне в рот – сказал я – такой хороший город для любых пони был. А теперь только пегасы. Лес, похоже, расист.

— Воу, Сел, не думал, что ты так озабочен проблемой земных пони и единорогов в воздухе.

Я отпил половину содержимого своего стакана.

— А ты подумай, как тяжело жить старому поколению? Они же привыкли к твёрдой земле, а не к этим летающим кускам сплавов.

— Есть Мэйнхэттен. Он пока твёрдый.

— Ага, остров, на который легко попасть только пегасам.

— Ну, что поделать, приходится рисковать с лодками.

— И всё же нужно искать возможность победить эту заразу снизу. Пятнадцать лет живём. Меня это устраивает, но не один я важен?

— И ты думаешь, что ты один, или даже мы с тобой, сможем сделать что-то?

— Конечно же нет. Но вклад могут сделать все.

Гарни уперся щекой в своё переднее копыто и закрыл глаза, погрузившись в раздумья с музыкой.

— Пожалуй, я пойду. Не хочу тебя терзать.

— Терзаешь ты только себя, Сел.

Я ничего не ответил и вышел из бара. Надо бы найти этого чиновника. Не могу сказать, что я его сильно долюбливаю, но до жалования далеко, а моей особой пони, кажется, нужен был шарфик.

Уже вечереет, но фонари пока держат выключенными. Даже экономный двигатель в наше время требует экономии.

В администрации мне сказали, что чиновник уже ушел домой. Лентяй. Как можно было таким родиться. Хотя, он же единорог. Это большая честь. Тебе доступны высокие должности, и министерство смотрит на тебя, как на потенциального члена. Как тут не проникнуться духом красного коммунизма?

Дом его был не так далеко. Я решил размять крылья и закончить это дело в рекордно короткие сроки. Летун из меня не самый скоростной, но зато реакция была отменна. Поэтому я и заметил Собри на улице и резко приземлился в двух метрах около него.

Чёрный единорог выпучил глаза и сел на круп, уронив сумку из магического захвата.

— Селли, ты меня напугал – переведя дух, сказал он.

Я не хотел, чтобы он меня разболтал, и был максимально точен в словах.

— Мне сказали, что у тебя есть какое-то серьёзное поручение для меня.

— Серьёзно? А кто?

— Это моя забота. Давай работу.

— Ну, это дело непростое…

Я наклонил голову на бок, прищурив глаза.

— Ясно, ясно.

Единорог достал из сумки некий картонный пакет. Там явно была бумага.

— Доставка?

— Да, в Филлидельфию.

— У нас будут сборы в конце недели, как раз там. Подождать сможешь?

— Нет. Очень важные сведения. Может, обсудим, что да как у меня дома?

— Времени почти нет. Давай тут.

— Хорошо. Держи – единорог передал мне пакет, который я убрал под крыло – тут указан адрес. Доставь до восьми утра завтрашнего дня.

Рано или поздно я разобью ему нос. Я и так устал.

— Отлично. Удачи.

Сумки у меня с собой не было, поэтому пришлось взять пакет в рот и улететь к себе домой.

Открыв дверь своей уютной квартирки, я включил свет и положил на стол пакет с бумагами, и начал читать пометку: «Доставить в Государственное Управление. Филлидельфия»

Больше ничего указано не было. Может Соберий и солгал, назвав такие короткие сроки. Но рисковать не буду. Получу там расписку о доставленной посылке, выторгую у него побольше монеток и пойду, обрадую даму моего сердца. Сегодня не буду её навещать, только больше расставаний.

Путь до Филлидельфии занимал около сорока минут полёта. Если лететь на Дирижабле – подольше. Но у меня-то по бокам два преимущества. Да, мне нравится так жить. Свобода и перелёты.

Я взял сумку, положил пакет в неё, затяну ремень и вышел из дома. Ударив себя копытом по носу, я вернулся и выключил свет. В кой-то веки меня приучили выключать свет.


Полёт прошел спокойно, без нервов. Облаков было мало, и я успел на главную платформу Новой Эквестрии ещё до наступления ночи. Тут фонарей было больше, как и пони разных мастей и расцветок, однако город был не таким широким, как на Платформе 02.

Все Платформы называются как-нибудь красиво, а наша вечно 02. Просто прекрасно её назвали. И никто не помнит, почему. Нужно порыться в архиве, благо есть такая возможность.

Я прошёл таможню и вошел в город. Управление находилось в северной части города.

— Мистер?

Ко мне обратились два стражника города.

— Да, какие-то проблемы?

— Вы с посылкой в Гос. Управление?

— Даааааа…

— Позвольте пройти с нами. Не волнуйтесь и не оказывайте сопротивления.

Если я выберусь, то придется искать золотые зубы чёрному единорогу.