На негнущихся ногах

С головой окунаясь в новою жизнь, будь готов пройти проверку на прочность. Но как слабый телом и духом, так и тот, кто способен выдержать тяготы экстремальных ситуаций, чья голова - как компьютер, а тело - кусок стали, равно бессильны перед прекрасным полом.

ОС - пони Принцесса Миаморе Каденца Стража Дворца

FO:E: И жили мы долго и счастливо

Прошло несколько лет с тех пор, как в мире Эквестрии началась цивилизованная жизнь под присмотром той, чье имя еще вчера означало "Ничтожная личность". Кажется, пони действительно начинают осознавать всю важность идеи "мир во всем мире", но прошло еще совсем немного времени. Увы, Эквестрия не излечится столь скоро...

Туман прошлого (Рабочее название)

Блейд Куин верный страж принцессы не помнит важную часть своего прошлого. Но старые шрамы и раны мучают разум вопросами.Принцесса что бы отвлечь его от мрачных дум посылает в Понивиль на непонятное задание. Но почему уходя от принцессы Куину кажется что он предаёт её?

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Спайк Принцесса Селестия Другие пони

Новые Традиции

Вот и подошла к концу нормальная и обстоятельная жизнь: Элементы Гармонии уходят на покой в сорок пять лет. Это произойдет уже завтра, и завтра Эквестрия погрузится в траур: а после? Что будет потом?

Райский Ад

Когда-то давным-давно Твайлайт попала в Ад. Всё было не так уж и плохо. Если уж по честному, то всё было даже здорово. Там была библиотека! Большая. Типа, больше-чем-Вселенная, вот какая большая. Но потом Твайлайт выгнали из Ада, и теперь она в депрессии. Есть только одно логическое решение: Твайлайт, взяв с собой не сильно жаждущую помочь Старлайт, собирается вломиться в Ад и добраться до библиотеки. О, это будет непросто — найти одно конкретное место среди бесконечного количества измерений, как правило, достаточно сложно, но бесконечные знания, которые там находятся, слишком привлекательны, чтобы отказаться. Твайлайт найдет эту библиотеку, даже если это будет стоить ей жизни (особенно учитывая, что Ад далеко не самое худшее место). Ну что здесь могло бы пойти не так?

Твайлайт Спаркл Старлайт Глиммер

Солдат Удачи / Soldier of Fortune

Всем известны истории про "попаданцев" в Эквестрии, поскольку их много и они самые разные: начиная от таких героев, как Сэмуэл Стоун, и заканчивая лейтенантом Лукиным - обычным офицером. Однако, довольно мало рассказов о том, как жители Эквестрии оказываются в нашем мире - мире людей. Что ж, я попытаюсь исправить этот дисбаланс своим самопальным творением... Встречайте, "Солдат Удачи"!

Принцесса Селестия Принцесса Луна ОС - пони Человеки Стража Дворца

RPWP-3: Драббл по музыке на выбор

17 рассказов, написанных за час на тему Напишите драббл по музыкальному произведению на ваш выбор. Музыка — язык, понятный каждому, он вызывает эмоции и создаёт настроение. Попробуйте воплотить эмоции в текст, так, как вы это понимаете.

Спутник

Холодная война. Сталлионград вырывается вперёд в космической гонке, запустив первый искусственный спутник планеты. Чем ответит Эквестрия?

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Рэрити Эплджек

Умойся!

От Эпплджек стало попахивать. И Рэрити полна решимости исправить эту ситуацию, с согласия Эпплджек или же без оного.

Рэйнбоу Дэш Рэрити Эплджек

Тень падших

Что будет если тьма, которую считали побеждённой вдруг вернётся в мир который к ней совершенно не готов?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Пинки Пай Принцесса Селестия Принцесса Луна Человеки Кризалис Принцесса Миаморе Каденца Шайнинг Армор

Автор рисунка: aJVL
Я никогда не думала о том, как сильно я тебя люблю Non, je ne regrette rien

В чем дело, милая?

У каждого в жизни бывают трудные моменты выбора, но во много раз труднее, когда этот выбор касается твоих детей, ведь от твоих решений напрямую зависит их судьба. Я поклялась быть хорошей матерью для своих детей. Я не хочу повторения моей истории, и если я что-то пообещаю своим детям, я сдержу слово, чего бы мне это не стоило.


Я вошла в кабинет директрисы школы. Розовогривая белая единорожка в деловом костюме, увидев меня, отложила бумаги, которые сосредоточено просматривала до этого.

– Здравствуйте, миссис Рэинбоу, – сказала она.

– Добрый день. – Я вошла в кабинет и села в кресло напротив нее. – Слушайте, я знаю, что Хенк любит хулиганить, но вы должны понимать, он растущий организм, и ему надо выплескивать свою энергию…

– Я вас позвала не по поводу Хенка.

– Да… тогда почему?

– Дело в Пресли.

– Что с ней?

– Дело в том, что она не совсем адаптировалась в школе, многие ученики ее сторонятся.

Она ведет себя… необычно.

– Что вы подразумеваете под «необычно»? – Она достала книгу, на вид очень древнюю, покрытую незнакомыми мне надписями. – Что это?

– Это книга темной магии. Мы нашли ее у вашей дочери. Я не против самообразования учеников, но по мне, такие вещи не стоит приносить в школу, а тем более практиковать.

– Хм… мы стараемся не ограничивать детей в развитии, в придачу у Пресли очень развита магическая сила.

– Да, мы это заметили, на уроках магии она опережает остальных учеников. Но тот факт, что она владеет черной магией, заставляет задуматься, неизвестно, что она может сотворить. Вы только посмотрите на книгу, а этот язык на котором она написана, вы можете понять ее содержимое? Я нет. Но ваша дочь с легкостью ее читает, я попросила ее прочесть и перевести часть текста, она без запинки сделала это.

– И там было что-то ужасное?

– Нет… хотя слова: «И живые будут завидовать мертвым» меня насторожили.

– Хм… я поговорю с ней, спасибо, что рассказали мне об этом, – я встала с кресла и направилась к выходу.

– Не за что, и помните, их пороки лучше задушить в зачаточном состоянии.

Я вышла из кабинета, хотя могла бы остаться и повозмущаться, мол почему мою дочь тут притесняют, хочет оживлять мертвых – пускай оживляет, главное, чтобы не заразилась от них ничем.

Пресли ждала меня у кабинета директора. Она сидела на скамейке и читала «Пикник на обочине», увидев меня, отложила книгу и подошла.

– Ну что? – спросила она.

Я отдала ей том черной магии. – Давай ты не будешь носить подобное чтиво в школу.

Она кивнула мне, взяв книгу. Пресли и книга были примерно одного размера, и я терялась в догадках, как она ее таскает. Единорожка просто положила том к себе в сумку, и, как ни странно, это здоровенное чудовище туда поместилось.

– Как ты это сделала? – удивленно спросила я.

– Очень просто, пойдем к выходу, я тебе покажу.

Дойдя до выхода из школы, мы принялись одеваться, на улице была сильная пурга. Я сама была в черничном пальто, и хорошо помнила, что утром я одевала Пресли и Хенка в теплую одежду: шапку, пальто, шарфик. Куда же она все это дела?

Она открыла сумку, и оттуда в ее телекинетическом поле вылетело пальто. Я опять удивилась, но она с улыбкой протянула мне открытую сумку, и я почувствовала, что меня шатает, с виду обычная сумка для жеребят школьного возраста вмещала в себя сундук всякого барахла.

– Она внутри больше, чем снаружи, – объяснила дочка. – Я нашла в этой книге заклинание, которое позволило мне свернуть пространство, так удобнее носить вещи, там очень много всего, но на вес как пара книг.

– Поразительно, Пресли, а ты можешь сделать что-то подобное с нашим домом?

– Заклинание очень сложное, на эту сумку у меня ушли почти все силы.

– Но у тебя получилось. Гордись этим и продолжай развиваться, – мы открыли двери и вышли из школы.

– А ты не будешь забирать Хенка?

– Он уже дома, так что сегодня я за тобой, – мы зашагали к дому. – Расскажи мне еще об этой книге, откуда она у тебя, откуда ты знаешь ее язык?

– Ну… мне ее подарили, – уклончиво сказала Пресли.

– Кто подарил?

– Один пони, – быстро ответила она.

– Я его знаю?

– Нет.

– Пресли, не лги, я давно знаю, когда ты пытаешься меня обмануть. Скажи, откуда она у тебя?

– Зачем тебе это знать?

– Я твоя мама, и я должна знать, откуда моя дочь берет книги по темной магии, я переживаю за тебя, и если с тобой что-то случится, я должна знать причину.

– А что со мной может случиться?

– Темная магия непредсказуема. Ты не знаешь, на что она способна. Ты можешь

случайно удалить себе кости, открыть портал в другое измерение или вызвать каскадный резонанс. Это опасная штука.

– А вот и знаю, и знала бы лучше, если бы ты записала меня в… – она замялась. – Впрочем неважно.

– Записать тебя куда?

– Никуда.

– Нет, скажи.

– Нет и все, я тебе ничего не скажу! – она поникла, опустила ушки и злобно уставилась на дорогу.

Что ее беспокоит, все так хорошо начиналось, а стоило мне спросить ее о книге, как она вышла из себя. Ладно, отложим эту тему на вечер, может она будет поразговорчивее.

Сегодня хороший день. Не считая метели, мне нравится зимний Мэинхеттан. Хотя ничему не сравниться с осенним, у зимы есть свой шарм. До Вечера Согревающего Очага еще целый месяц, а пони уже готовятся: кондитерские лавки заготавливают праздничные леденцы, на фонарные столбы вешают разноцветные фонарики, отблески падают на снег, от чего он переливается всеми цветами радуги.


Был уже вечер, дети накормлены и сидят в своих комнатах, а мы с Мерком пьем кофе на кухне.

– Сегодня ходила в школу, директор рассказал об увлечении Пресли, – я помешала ложкой кофе.

– Да, и что она у нее нашла?

– Книгу по темной магии.

– Я же просил не брать ее в школу.

– Погоди, ты знал?

– Ну да, Пресли мне показывала ее, видела, что она сделала со своей сумкой?

– Я видела! – повысила я голос. – Почему ты мне не рассказал?

– Это так важно? Это же просто книга, – он отпил кофе.

– Важно? Это чрезвычайно важно для меня, я мать, и я должна знать о таких вещах, это не просто книга, а учебник темной магии! Мерк, она в четыре года могла таскать диваны без усилий. Ты понимаешь, что за такой силой нужно следить, что, если она навредит кому-то или самой себе?

– Я говорил с ней об этом, милая, – он положил свое копыто на мое. – Она знает что делает, она у нас умная девочка и контролирует свою силу.

Я немного успокоилась. – Но все же я немного расстроена, что у моей дочери есть секреты от меня.

– Ну а как иначе, ты иногда чрезмерно опекаешь их.

– Да нет.

– Дэш, Хенк принес домой салют, и мы хотели запустить его во дворе, но ты посчитала это слишком опасным, и в результате мы с ним сидели во дворе с бенгальскими огнями.

– Но это было опасно.

– Это было бы опасно, если бы он был один и не знал, как их запускать, но я же был с ним.

Может и правда, я бываю слишком строгой, но я только хочу обезопасить своих детей, а может я просто не понимаю их.

– Отдай! – Я услышала голос Пресли сверху и топот ее копыт. – Отдай, я сказала.

– Ха-ха.. а ты отними.

Я встала и решила посмотреть, что там за шум.

Выйдя в гостиную, я увидела, как Хенк летает кругами под потолком, несколько недель назад он научился летать и теперь не дает покоя как нам, так и окружающим, в копытах пегас держал какую-то книжечку.

В центре комнаты стояла Пресли, она была очень зла.

– Хенк, верни мой дневник! – кричала она.

– А ты отбери! – парировал он.

– Я не шучу, верни его!

– О как страшно, а кто такой Бун?

Тут Хенк вспыхнул и повалился на пол, поначалу я не поняла, что произошло, пока не увидела, что его крылья исчезли. Пресли стояла рядом, ее рог прекратил светиться. Хенк с ужасом переводил взгляд со своей спины на сестру и обратно.

– Отдай дневник!

– Пресли! – я подошла к ней и строго посмотрела.

– Мам… я.

– Марш в свою комнату! – приказала я.

– Но…

– Марш!

На ее глазах показались слезы, она вырвала дневник из копыт брата и побежала наверх.

– И верни крылья брату! – Еще одна вспышка, и крылья Хенка вернулись на прежнее место. Он посмотрел на меня виноватым взглядом. – А с тобой, молодой жеребчик, мы поговорим позже.

Я направилась наверх.


У нас с Пресли состоялся долгий разговор в ее комнате. Я вышагивала по ней как часовой из стороны в сторону, Пресли же в это время лежала на кровати, уткнувшись носом в подушку.

– Ты понимаешь, что могла навредить ему? Прес, он мог упасть и что-нибудь сломать или удариться головой. И вообще, ты могла отобрать дневник лишь используя магию, зачем было лишать его крыльев?

– Потому что он всех достал! Научился летать, и все покоя нету, “смотрите, какой я!”. Дневник был последней каплей, – она опять уткнулась в подушку и заревела.

– Милая, я понимаю тебя, но он просто радуется, открывшейся способности, ты вела себя точно также, когда получила полный контроль над своей магией, – я подошла к ней, чтобы погладить и утешить, но она отбила мое копыто.

– Уйди, не хочу видеть тебя!

Для меня это были не самые лучшие слова, но я понимаю ее, когда-то я также кричала на отца, потому что он не пускал меня на вечеринку.

Я решила выйти из комнаты и дать ей немножко остыть. Снаружи меня уже поджидал Меркьюри.

– Дай-ка я с ней поговорю, – он обнял меня поцеловал в щеку и зашел, закрыв за собой дверь.

– Мам… – Хенк подошел ко мне. – Мам, извини меня, я не хотел, я собирался его отдать. Прости меня.

– Конечно прощу, сынок. – я обняла его. – Но все равно ты наказан, неделю не получишь десерта.

Он кивнул и ушел в свою комнату, он умный пони, но бывает ведет себя как… я.

Я же приникла ухом к двери.

– ... понимаешь, мама нас всех любит, и ей бывает очень трудно, особенно следить за вами… – говорил Мерк.

– Я понимаю, пап, просто это нечестно, она не слушает меня, она даже не знает, чего я хочу… – ответила Пресли.

– А ты ей рассказывала? – спросил отец дочку.

– Нет, я уверена, она не захочет и не будет этого делать.

– Дай ей шанс, милая, а теперь, давай спать, утро вечера мудренее. – Я услышала топот копыт по полу.

– Папа.

– Да, Пресли?

– Я люблю вас, тебя и маму, и Хенка.

– Мы тоже любим тебя, милая, помни это.

Я встала и направилась вниз, мне стоило о многом подумать. Может я действительно погорячилась с ней.


Мы разговаривали с Мерком в спальне о том, что произошло в этот вечер.

– Думаешь, мы с ней помиримся? – спросила я, лежа на кровати, уставившись в потолок. Мерк смотрел на ночной город, покрытый снегом, он и вправду был красив в это время.

– Не переживай, милая, все у вас будет хорошо, – он развернулся и подошел ко мне. – Ты ее мама, а она твоя дочь, все будет в порядке.

– Надеюсь, не хочу становиться врагом для своих детей.

– Ты не станешь им, просто постарайся быть помягче и поговори с ними, – посоветовал Мерк.

– Я не понимаю, почему они так много скрывают от меня?

– Спроси их сама, и, думаю, вы найдете решение этой проблемы, – он забрался на кровать и стал целовать мою шею. – А теперь давай ляжем спать.


– Может немного поменять освещение? Не думаю, что пятьсот лет назад тут было так светло, мы должны создать для зрителя атмосферу... – я советовалась с мастером по свету. Лео был профессионалом в своем деле, серебристый пегас, который знал в этом толк.

– Можем попытаться осветить сцену свечами, но я боюсь, что зритель тут ничего не разглядит, и хватит ли самих свечей на представление.

– А менять их каждый антракт?

– Хм… может сработать, знаешь, Дэш, иногда мне кажется, ты знаешь все лучше меня, – похвалил он.

– Хи-хи… иногда и мастерам нужна помощь от пони со свежим взглядом.

– Думаю, надо будет заказать ящик свеч, – ответил Лео и развернулся к декорациям.

– Я займусь этим, ты пока подумай, как лучше их расположить.

Он отсалютовал мне. – Есть, мэм.

Дверь в зал открылась, и ко мне направилась фигура, по очертаниям можно было предположить, что это кобылка-пегас, и что-то в ней было знакомо мне.

Фигура вышла на свет, и я узнала родную мордашку, которую не видела больше шести лет.

– Скуталу! – радостно вскрикнула я, кинувшись к ней.

– Рэинбоу Дэш! – она побежала ко мне навстречу.

Она выросла за эти годы, я даже не сразу узнала ее. Последний раз мы виделись на четырехлетии Пресли. Она сильно похорошела, наверное жеребцы в Понивиле за ней табунами ходят, ее кьютимарка – колесо в огне, я знала, что делать опасные трюки на скутере – это ее судьба.

– Скут, как тебя занесло сюда?

– У меня тут выступление, буду на стадионе прыгать через горящие кольца. И решила проведать тебя.

Я обняла ее. – Я так по тебе скучала.

– Я по тебе тоже, сестренка.

– Давай зайдем ко мне в кабинет, ты мне все расскажешь.

– Хорошо.


Мы устроились в моем кабинете, я достала из бара бутылку вина.

– Расскажи, Скут.

– О чем? – спросила она.

– О Понивиле, как там девочки, как дела у Свити Бэль и Эплблум, что в городе нового?

– Ну… – она поерзала на кресле, чтобы сесть по-удобнее. – С чего начать…?

– Начни со своих подруг, – попросила я.

– … Свити Бэль получила метку певицы и теперь работает в баре “Голубая устрица”.

– Он еще работает? – удивилась я.

– Да, и мы с Блум приходим туда посмотреть на ее выступления, – она покрутила бокал в копытах. – Эплблум недавно родила двойню, обе кобылки. Она по-прежнему работает на ферме, как и ее семья, не смотря на ее талант в химии и всяких отварах.

– А семья ее как?

– Биг Мак все же нашел в себе смелость открыть чувства Черели, и они поженились, им пришлось делать к дому пристройки, чтобы уместить всю семью. Черели лет пять назад родила жеребчика, они долго не могли отважиться на это, не то что Эйджей, ее дочери сейчас девять, и она ждет второго. Бабуля кажется переживет всех, даже Спайка, когда родилась Эплмун – дочь Эйджей, в ней словно второе дыхание открылось.

– А что там Рэрити?

– Неделю назад развелась, это уже пятый развод за восемь лет. Все никак не найдет того единственного, хотя все говорят, что давно нашла…

– Правда?

– Да, это был ее второй муж, неплохой жеребец, знал ее привычки, всегда поступал с ней как с Пони Которую Любит, но ты знаешь Рэрити, стоило ему положить стакан не на подстаканник, как она взорвалась. Они видятся по праздникам, и то потому, что у Рэрити от него родился сын, и нужно, чтобы сынишка хоть иногда видел любимого папу. Но все обычно заканчивается скандалами.

– Не везет сынишке.

– Да… но он очень способный жеребчик, у него прекрасно выходит играть на гитаре.

– А у остальных?

– Помнишь Чиза Сэндвича?

– Ну да, – ответила я. – Как такое забыть, лучший день рождения и юбилей.

– Ну вот, он наведался в город под предлогом организации новой вечеринки и попросил Пинки помочь ему с этим. И когда вечеринка была в самом разгаре, он сделал ей предложение.

– И что она?

– Разумеется сказала “Да”, сейчас у них четыре жеребенка и пятый на подходе.

– А Твайлайт?

– Ей не до женитьбы, хотя поговаривают о романе с одним стражником из кристальной империи. Она, наверное, единственная, кто не женилась за все это время и не видит в этом необходимости, у нее есть Спайк, который тоже подрос за это время, и она этим довольна. Но Рэрити говорит, что годы уже не те, что она не Селестия и Луна, чтобы жить вечно и всячески торопит ее. Твайлайт занимается всякой всячиной в замке, даже школу открыла и принимает туда учеников, в основном единорогов. А мы, обычные пони, довольствуемся обычными школами. Но я не жалуюсь, она хорошая принцесса, за эти годы она стала очень мудрой.

– Но ошибки прощать еще не научилась, – пробормотала я. – А как там Флаттершай?

– Она была, так сказать в депрессии, после твоего ухода, я была слишком мала и не понимала этого, но сейчас четко вспоминаю, что она выглядела немного подавленной, как она рассказывала мне о ваших приключениях в детстве… она сожалеет обо всем: о том, что просила подруг не подпускать тебя к ней, что убегала. После того случая она стала как бы… бояться тебя. Но когда ты уехала, страх сменился пустотой, горечью о потерянном друге.

Флаттершай мой единственный и лучший друг, она поддерживала меня всегда, всегда была близка и открыта ко мне. – А что с ней сейчас?

– Она вышла замуж за своего бывшего одноклассника, ты наверное его знаешь, зовут вроде Шонг?

– Шонг? Помню, такой средний ученик, любил зоологию и прочие науки, у них с Флаттершай много общего.

– Он вывел ее из депрессии, заставил снова жить, у них дочь – ровесница дочки Эйджей.

– Если будешь в городе, передай Шай, что я сожалею о произошедшем, и что мы по-прежнему подруги.

– Обязательно.

– Ну а что ты расскажешь о своей жизни? Эплблум уже родила, – я оглядела Скуталу. – А у тебя пузика я еще не вижу.

– Хех… да мне некогда, да и не от кого, у меня были отношения с Рамблом, но он решил перекинуться на близняшек Алое.

– Тот еще бабник, как и его брат, – пошутила я.

– А братик как?

– Все подражает мне, хочет быть таким же крутым, как я.

– Хе… кого-то он мне напоминает.

– Да, но ему повезло – было у кого учиться летать, до сих пор помню себя в то время.

– Да, пегасам, родившимся в нелетающих семьях, хуже всего, они самые последние поднимаются в воздух.

– Но хорошо, что в моей жизни появилась ты, Дэш.


После разговора Скуталу ушла в отель, я предлагала ей переночевать у меня, но она сказала, что ей еще репетировать, и в отеле будет проще сконцентрироваться на работе. У меня к этому времени закончился рабочий день, и я пошла домой.

– Мама, а когда я буду летать? – спросила маленькая пегаска свою маму-земнопони.

– Скоро, солнышко, совсем скоро.

Этот разговор, не так давно услышанный мной, и воспоминания Скуталу натолкнули меня на мысль: в городе полно жеребят, которые родились пегасами в семьях, где нет пегасов или родители не в состоянии обучать своих чад полету. Они вынуждены терпеть издевки и обзывательства в школе. Хотела бы я им всем помочь, но как?

Мне в ногу влипла листовка, оторванная от доски объявлений, с надписью: “Школа для одаренных единорогов”.

А ведь нигде нет школы для пегасов, где жеребята могли бы получить помощь в обучении основам полетов, техники безопасности и знание что делать, когда выпадают перья и как их правильно чистить.

Идея захватила меня, и я свернула с дороги, ведущей домой, и направилась в мэрию.


Я была на хорошем счету в мэрии: кобылка года, спонсор благотворительности, звезда кино и театра, и просто красавица. Они не могли мне отказать, думаю, идея им понравится.

– Итак, миссис Дэш, – кобылка-мэр поправила свои очки. – Вы хотите, чтобы мы с вашей помощью построили школу для пегасов, где жеребята, не имеющие возможности обучаться полетам, смогли бы получить помощь?

– Совершенно верно, мы даже можем не заморачиваться со строительством, в Квартале Бронкса я видела заброшенную спортивную школу. Я думаю, ее можно приспособить для этих нужд.

– Хм…я обговорю все аспекты со своими советниками, миссис Дэш, мы известим вас, когда будет готов ответ.

– Хорошо.


Сегодня моя очередь забирать Пресли с занятий по плаванию. Мы ее записали туда год назад по ее собственной просьбе. Мы были не против, в последние годы у нее не складывалось общение со сверстниками в школе, тут она нашла себе хоть каких-то подруг.

И мы с Мерком договорились забирать ее по очереди, а если есть возможность, то и вместе.

Я хотела записать куда-нибудь и Хенка, но он не поддержал эту идею, прошлым летом мы купили ему видео-игру, и он теперь сидит целыми днями дома, играет в “Зельду”.

Я вошла в спорт-комплекс, где занималась моя дочь, кучи мам и отцов скопились у входа, ожидая своих любимых детишек.

И они стали выходить из раздевалки, волоча свои здоровые сумки с формой, мочалками, мылом и прочим. Из всей этой толпы я выглядывала свою маленькую девочку.

Она вышла, оглядываясь по сторонам. Я помахала копытом, чтобы она заметила меня.

Увидев меня, Пресли подбежала, ее сумочка была в разы меньше, чем у других жеребят, наверное она и на ней применила свое заклинание.

– Ну что, готова? Пойдем домой?

Она кивнула в знак согласия. – А мы зайдем в то кафе по дороге?

– Там где подают твой любимый десерт?

– Угу… папа меня всегда туда водит после плавания, – она стала надевать зимнюю одежду.

– Ну раз папа… тогда зайдем, – и мы пошли.

– Мама, ты не туда идешь, – сказала Пресли, встав на месте.

– Да? А куда надо?

– Ты идешь по дороге домой, а мы с папой поворачиваем туда, – она показала в другую сторону.

– А… ну ты тогда говори мне, куда идти, я же не знаю, что вы делаете с папой после занятий.

Пресли повела меня по их с отцом маршруту.

– Как дела в школе?

– Нормально, сегодня была контрольная.

– И как ты сдала ее? На отлично?

– Я провалила, математика не мое. Да и другие науки тоже.

– Но как? Тебя же хвалит тот учитель… мистер.. Симос?

– Он учитель магии, это единственный предмет, который я знаю и практикую на отлично, ну еще биология. Люблю резать и доставать внутренности лягушек и других зверушек, это классно, – она поникла. – Вот только все считают меня странной.

– То что ты любишь вскрывать трупы животных в кабинете биологии не означает, что ты странная, просто ты... другая, не как все, и это хорошо, милая. Тебя, надеюсь, никак не обижают?

– Нет, меня побаиваются обидеть, думают, я могу открыть портал в тартар и вышвырнуть их туда. Или сделать из всех тех животных, что я вскрыла на уроке биологии, монстров. Мне даже дали кличку, “Мартиша”.

– Мартиша? Как та девочка из комиксов про семью Адамсов?

– Точняк, мам, – грустно сказала она.

– Знаешь, мне тоже в школе было не сладко.

– Правда?

– Да, я тоже была круглой двоечницей, только физкультура и пение были моими любимыми предметами. Ребята в школе вечно надо мной издевались, даже ботаники находили свой метод довести меня до слез.

– Да, и как?

– К примеру они меняли пароль на замке моего шкафчика, и чтобы его открыть, нужно было решить простенькую задачку и из полученных чисел ввести пароль.

– Ого… а кличка у тебя была? – поинтересовалась дочка.

– Да… эм... сейчас вспомню. Рэинбоу Крэш.

– Рэинбоу Крэш?

– Да, несмотря на мое мастерство полетов с посадкой было не очень.

– Думаю, это у нас семейное, – сказала Пресли.

Мы подошли к кафе, куда Мерк водит Пресли после бассейна. Типичная забегаловка с мягкими креслами, музыкальным автоматом и приветливыми официантками в красивых фартуках.

Войдя внутрь, мы сразу же нашли свободное место.

К нам подошла официантка – молодая единорожка с аквамариновой шкуркой и пурпурной гривой. Посмотрев на Пресли, она улыбнулась.

– Привет, Пресли, – сказала официантка.

– Привет, Тина, – улыбнулась в ответ Пресли. И показала копытом на меня. – Это моя мама.

– Ты с мамой пришла, как мило. Тебе как обычно?

– Да, мой любимый шоколадный десерт.

– Заметано, – она записала заказ в блокнот. – А вы что будете? – это уже мне.

– Я буду кофе.

– М… хорошо, ждите свой заказ, – она развернулась и пошла к кухне.

– Ты ее знаешь? – спросила я.

– Августину, а кто не знает? Все, кто тут завтракает, обедает или ужинает, знают ее.

– Во как?


Мы вернулись домой, пока мы сидели в кафе уже стемнело, ребята наверное проголодались, хотя Меркьюри может приготовить ужин получше меня.

– Вот вы и дома, – радостно объявил Мерк. – А мы тут с Хенком переживаем.

– Привет, милый, – я поцеловала его в щеку.

– А у меня для тебя сюрприз, – Мерк протянул мне конверт. На нем была печать мэрии.

Я открыла его.

– Да, успех! – радостно вскричала я.

– Что такое? – спросил меня муж.

– Я совместно с правительством города построю школу для пегасов. Представь, сотни маленьких не умеющих летать пегасов будут ходить в школу, где каждый сможет…

Громкий звук прервал меня, это Пресли кинула свою сумку на пол, на ее лице была злобная гримаса, на глазах слезы.

– Пресли…? – я не успела договорить, она сорвалась с места и побежала наверх. – Я поговорю с ней.

Я кинулась в комнату дочери, единорожка легла на кровать и уткнулась лицом в подушку, чтобы никто не слышал ее рев, в придачу окружив себя защитным полем.

– Пресли…

– Уходи, – сказала она. – Я не хочу говорить.

– Но почему, Пресли? Что тебя так расстроило?

– Ничего.

– Пресли, просто так кобылки не плачут, я хочу знать почему... – я подошла к ней поближе и наступила на буклет, на нем была изображена Твайлайт. Я открыла его.

“Приглашаем всех талантливых единорогов в школу одаренных единорогов имени Твайлайт Спаркл, которая расположена в новом крыле ее дворца. Вас будут обучать самые талантливые учителя Эквестрии.

Мы принимаем жеребят со всех городов страны.

Приходите к нам и будете великими, как Твайлайт Спаркл и Старсвирл Бородатый.”

Да уж, Твайлайт стоит подумать над маркетингом. Я посмотрела на дочку, она смотрела на меня.

– Это из-за школы? Ты хочешь туда? – спросила я.

Она согласно кивнула. – Там я не буду так выделяться, туда принимают всех, надо лишь отправить резюме и пройти вступительный экзамен.

– Но почему ты мне не сказала, что хочешь туда? Я бы помогла тебе, даже свозила бы в Понивиль.

– Ты себя со стороны слышала? Каждый раз когда рядом с тобой звучит имя Твайлайт, ты поминаешь ее нехорошим словом. Ты рассказывала, что вы были подругами, и как вы расстались и про твою обиду на нее. Я не знаю ее лично, как ты, но она кумир для меня, пони, которая выучила столько заклинаний, сколько другим единорогам и не снилось. Ученица принцессы Селестии, которая смогла открыть свою судьбу и стать кем-то большим, чем просто единорогом, и когда ее не станет, все равно многие пони будут помнить ее имя и равняться на нее. Я хочу быть такой же.

– Ты хочешь быть принцессой?

– Я хочу быть великим магом! Я хочу сделать что-то грандиозное, а не просто быть как все, хочу быть как Твайлайт, как ты. Но тебе это не важно, тебе важно, чтобы у нас были чистые зубы и вымытые копыта. Даже сейчас ты открываешь школу для пегасов, – она плюхнулась лицом в подушку.

Теперь я поняла, в чем проблема, и, думаю, я решу ее для своей дочурки.

– Милая, я не телепатка и не знаю, что у тебя в голове. Когда я спрашиваю тебя: “Почему?”, ты говоришь: “Ничего”, и обижаешься. Я хочу, чтобы ты была счастлива, – я посмотрела на буклет. – И если это для тебя так важно, я помогу тебе, моя ссора с Твайлайт не должна мешать тебе в достижении мечты.

Она повернулась ко мне. – То есть ты не против, если я туда поступлю?

– Это для твоего будущего, моя мама всегда говорила: “Мы сами выбираем свою судьбу”. И я не собираюсь препятствовать тебе или ограничивать твой выбор.

– Ты это сделаешь?

– Да, ради тебя я переступлю через свою обиду и напишу письмо, и я лично повезу тебя в Понивиль для собеседования.

Она сняла щит и кинулась ко мне в объятия. – Спасибо, мамочка, прости, что я так себя вела.

– Давно простила, я люблю тебя, милая.

– И я тебя.

– А для чего эта школа, мама? Зачем школа для пегасов?

– А зачем школы для единорогов? – спросила я.

– Ну для того, чтобы мы овладели навыками магии.

– А эта школа для того, чтобы пегасы, которые не могут летать могли научиться, у нас в семье папа – единорог, я – Пегас, мы оба можем вас учить. А есть семьи где мама и папа – земнопони, но сын у них пегас, кто будет учить его летать?

Она задумалась. – Эти школы для жеребят из таких семей?

– Именно, – улыбнулась я.


Я стояла на церемонии открытия новой школы для пегасов, всего за шесть месяцев мы отремонтировали старую школу и обустроили ее так, чтобы маленьким крылатым жеребятам тут было комфортно. Узнав об этой школе, семьи поспешили записать своих детей, Мэр сказал, что с таким ажиотажем придется построить еще подобных школ или открывать дополнительные занятия в обычных.

На площадке перед новой школой мы устроили ярмарку, родители со своими детьми пришли на открытие, и по их лицам было видно, насколько они счастливы.

Ленточку разрезали я, мэр и Скуталу, которую я пригласила, как мою ученицу, вдохновившую меня на эту идею, да и дети были рады видеть своего кумира.


Вернувшись домой, я проверила почтовый ящик, в котором нашла фиолетовый конверт с печатью в виде кьютимарки Твайлайт, мы с Пресли не сразу отправили письмо, она немного подтянулась в учебе и магии, и только тогда мы отправили заявку на ее поступление.

И вот спустя месяц пришел ответ.

– Пресли, смотри, что я принесла!

Она сбежала с лестницы и вырвала у меня конверт.

– О Селестия, прошу-прошу-прошу, – она открыла конверт, и ее радостное личико превратилось в угрюмую рожицу, ее ушки поникли, она отшвырнула письмо и потащилась в гостиную. – Плохая это была идея, – она доковыляла до дивана и со вздохом опустилась.

Я подняла письмо.

“Уважаемая Пресли.

Мы рады, что вы выбрали нашу школу для собственного саморазвития, мы очень ценим это. Но мы вынуждены отказать вам в поступлении, так как наша школа для “талантливых” единорогов, и ваша кандидатура не подходит под эту категорию.

Всего доброго. “Школа одаренных единорогов им. Твайлайт Спаркл.

Декан: Трикси Луламун.”

Трикси декан? Ну тогда понятно, почему мое золотце не приняли, побоялась, что ее затмят. Я отложила письмо и направилась к дочери.

– Тупая школа, – проворчала Пресли, сдерживая слезы.

– Прес, слушай, я понимаю, тебе сейчас плохо, но не стоит унывать, не все потеряно... Знаешь, я мечтала быть Вондерболтом.

– Знаю, ты эту историю рассказывала нам с Хенком.

– И знаешь почему не стала?

Она посмотрела на меня. – Потому что в моей жизни наступил переломный момент, я должна была понять, нужно ли мне это. И вот… – я показала на нее. – Я не прогадала, у меня семья, муж и двое прекрасных детей, и я ни о чем не жалею. Думаю, у тебя тоже будет такой момент.

Она ничего не ответила, просто слезла с дивана. – Я пойду в свою комнату, позовешь, когда будем обедать.


Я зашла в ее комнату, она собирала крепость из конструктора, забавно она это делает, заставляет пластиковые фигурки пони самостоятельно таскать блоки, а сама берет на себя роль прораба, указывая и распоряжаясь.

– Эй… – она посмотрела на меня. – Я тут подумала: папа с Хенком ушли на бейсбол, будут только вечером, может мы с тобой тоже займемся чем-нибудь, как мать с дочкой.


Мы устроили небольшую пижамную вечеринку, поели мороженого, сыграли в несколько настольных игр, затем накрутили себе на гривы бигуди и навели немного косметики, я достала свои старые альбомы.

– А это твоя бабушка Фаерфлай, – я показала ей портрет мамы, она тогда была еще здоровой.

– Она красивая, – сказала Пресли.

– Не то слово.

– А какая она была? Бабушка.

– Ну, будь она тут, сразу бы нашла, чем поднять тебе настроение, рассказать какую-нибудь историю из своего детства, а может просто обняла бы и держала тебя, пока не станет лучше.

– Ты скучаешь по ней?

– Да… очень, поэтому я вас так опекаю, я хочу, чтобы вы запомнили меня любящей и заботливой, я хочу быть для вас лучшей мамой.

– Ты и есть лучшая мама, – Пресли обняла меня. – Расскажи мне еще про Дедушку.


– Вот так, нет…

– Почти получилось, ай! – я пыталась поднять карандаш при помощи рога. Пресли проделала со мной тот же трюк, что и с Хенком, убрала крылья и дала мне рог, и, признаться, это забавно, странные ощущения.

– Почти, мам, попытайся представить, что карандаш летит и он взлетит.

– Я стараюсь, – мое рубиновое свечение охватило карандаш, и он стал подниматься. – О, получилось! Ура, я смогла! – я радовалась, как маленькая кобылка. Но тут свечение пропало и карандаш упал на пол. – Ай... конские перья.

– У тебя отлично выходит, мама.

– До тебя мне еще далеко, я до сих пор не понимаю, как единороги пользуются магией, а тем более используют заклинания?

– Ну заклинания может не каждый, они… они как музыка, чтобы сотворить нужное тебе заклинание, ты должна сыграть мелодию в своей голове, все эти свитки и прочее, как нотный лист.

– То есть ты прямо сейчас играешь музыку? – спросила я.

– Агась, – ответила Пресли. За это время она сделала несколько бумажных самолетиков и устроила целый воздушный бой.

Вряд ли я смогу, – вздохнула я. – А ты можешь сделать себе крылья? Давай побудешь пегасом, научу тебя летать.

– Эм… Я не думаю, что это хорошая идея. Я могу это сделать, но это будет билет в один конец, без рога я не верну себе прежнюю форму, а единорог способный сотворить такое заклинание на каждом углу не стоит.

– Понимаю, – я хотела по привычке обнять ее крылом, но поняв, что сейчас я единорог, прижала ее к себе ногой.

– Я горжусь тобой доченька, кем бы ты не была, знай, я горжусь тобой.

– Спасибо мама, я всегда желала услышать это, и не обижайся, когда я кричу на тебя и злюсь.

– Никогда, я только переживаю за тебя.

– Люблю тебя, мам.

– И я тебя.

Я поклялась быть хорошей мамой, я ей буду и останусь, как бы не относились ко мне дети, что бы они не делали, я всегда буду любить их и стараться помогать им во всем. Слово “мама” не должно значить “враг”, оно должно быть для них маяком надежды, напоминать о доме – месте, где тебя ждут, где ты любим, где тебя накормят и обогреют. И я надеюсь, что я стала именно такой мамой.