Автор рисунка: BonesWolbach
Искушение. Ночные посиделки.

Жаждущая.

Тяжело быть не такой как все. Впрочем, "не таким" также.

Биг Мак покинул лабораторию в приподнятом настроении.

В целом, все продвигалось даже лучше, чем он предполагал. Конечно, кое-какие части тел тварей подгнили за время их похода, но большая часть трофеев смогла достичь Понивилля в удовлетворительном состоянии. К тому же некоторые начавшие разлагаться органы выдали кое-какие очень интересные вещества при своем гниении. Во всяком случае, так говорит Бэрри, по своему обычаю стараясь уйти без объяснений. Это в очередной раз заставило Макинтоша задуматься об используемых ею ингредиентах для производства настоек.

Жизнь сделала его параноиком. Скоро собственной тени будет бояться. У них есть чуток винограда, которого как только соберут, вечно нигде не найти. А что так много времени между сбором урожая и появлением напитка – так они на то настойки, чтобы настаиваться. В крайнем случае допускаю, что какая-нибудь щепотка порошка, сделанного из тварей, таки добавляется в них для вкуса или чего-нибудь еще. В конце концов, некоторые аж пили их кровь и то ничего. Особенного. В Понивилле все абсолютно безопасно. Бэрри, конечно, гений, но никак не сумасшедшая.

Пусть даже далеко не все в этом уверены. Из-за профессии, естественно. Кто бы мог подумать, что ее «таланты», уже в те времена сомнительные, окажутся столь полезны нынешнему городу? Не будь с нами этой кобылки, то пришлось бы продавать одни панцири, да прочее сырье. Хотя, разумеется, в их теперешнем процветании не только и не столько заслуга Бэрри, сколько того типа, что обучал ее. Как там его…

Заместитель мэра на минуту остановился и задумался, пытаясь вспомнить имя рослого, мрачного жеребца, который, как и многие другие, не пережил Безумного похода. Хотя труп так и не нашли. На «Л» вроде…

Простояв пару минут в сомнениях, он отмахнулся и продолжил свой путь.

А, какая разница?

Да и не им единым понивилльская алхимия двигалась: Док кучу всего открыл и показал, Колгейт много приемов придумала, даже миссис Кейк отметилась, сделав пирог на жире собачки. Вернее, попытавшись – та полоска, вместо того, чтобы растаять, стала гибкой и пружинистой. Ремни из них теперь делают. Ну а вклад мисс Панш вовсе неоценим. Свое место главного алхимика она занимает по полному праву. Да и Стэйбл к ней наверняка не только за настойками бегает…

Стоп.

Это их личное дело.

К тому же, кому, как не тебе знать, что далеко не все слухи правдивы, что бы там тебе не почудилось.

Или, раз уж ты такой доверчивый, то когда наконец женишься на Бон-Бон?

Биг Мак вдруг споткнулся.

Все. Вернемся к нашим тварям.

Как и следовало ожидать, генерал доставил им кучу хлопот. Радостных, но все же. Щупальца-то ладно: несколько на вскрытие, а остальные смотать в канаты и отослать на консервацию. С внутренними органами все сложнее. Печень и почки, с позволения сказать, пошли на стандартную процедуру и вроде даже что-то из них получилось, сердце, если так можно назвать эту штуковину размером с пони, решили не изучать, а отвезти целиком. Та же участь постигла и большую часть прочих таинственных органических и еще недавно даже шевелившихся объектов, привезенных отрядом и почти все внешние ткани. Увы, прослойка между панцирем и внутренностями в основном сгнила, а ведь наверняка, по закону подлости, именно в ней находилась разгадка способности этого чудища к левитации. Хотя может все дело в том пустом пространстве внутри монстра? Там ведь действительно был какой-то газ. Тогда получается, что генерал – это, по сути, нечто вроде воздушного шара с щупальцами…

Ой, как будто он что-нибудь в этом понимает.

Для него главное, что кризиса консервации со скрипом, но удалось избежать. «Лишние» трофеи перевели в менее скоропортящиеся продукты, пусть это и повлияет на их цену. Все-таки целые перепонки и жвала дороже коричневой бурды и экстрактов. Впрочем, не в этот раз печалится о деньгах: поход был просто невероятно удачен, пусть даже яйцо потерялось во время атаки кликуш. Как бы не душила жаба, а его бы все равно пришлось перерабатывать, ибо слишком уж неудобно везти. Не важно – ведь они завалили генерала.

Вернее, Страшила сделал это. Вот ведь бедолага. Док рассказал, будто такого в жизни не встречал – парень болен одновременно десятком различных болезней, в том числе детских или таких, что и за «патологии» зачастую не считаются. Просто у него какая-то ерунда с иммунитетом, от того они его и грызут, что свора собачек. Ну а заодно некоторые мелкие раны воспалились и кусочек ноги поразила гангрена. Ничего серьезного: единорог все удалил и заявил, что дальше беспокоится о ней не стоит. И как вишенка на торте – проблемы с пищеварением. Видно он пытался есть лесную «зелень» пока блуждал без отряда.

Однако, несмотря на столь внушительный список болячек, Стэйбл заявил о своем относительном спокойствии касательно будущего пациента. В своей обычной уклончивой манере, разумеется. Его де, вовремя принесли – еще бы пара дней и парень мог бы скопытится, а так ему вчера провели сеанс интенсивной терапии заодно с операцией по удалению омертвевших тканей. Он все это пережил, а значит теперь ему море по колено. Бояться нечего.

Кроме самого Страшилы. Док прямо спросил Биг Мака, должен ли он лечить пришельца по-настоящему. Свой врачебный долг-то единорог собирался выполнить в любом случае, но вот в требуемом результате уверен не был. До него тоже дошли слухи о «подвигах» иностранца и если для блага Плонивилля необходимо, чтобы этот парень подольше находился не в лучшей форме, то он может это устроить. Обратное также в его силах.

Макинтош сразу сказал ему, чтобы лечил на совесть. Как бы то ни было, а иноземец пострадал из-за них и не гоже отпускать его в полуразвалившемся состоянии. Сам вердикт, естественно, остается в силе – Страшила должен уйти. Просто срок исполнения приговора несколько отодвинулся.

-
— Агась – Биг Мак кивнул – все свободны.

Он отвернулся к окну и занес необходимые данные в журнал.

Что ж, все даже лучше, чем он предполагал: чудовища городок не беспокоят, раненные чувствуют себя нормально, никаких беспорядков и близко нет, обмундирование по большей части уже отремонтировано. Хотя оружейник, как всегда, выпендрился – выпросил у Бэрри некоторое количество кусков кожи, панциря и шипов из добычи. Честно говоря, когда Макинтош увидел результат столь нестандартного проекта, ему жгуче захотелось запереть этого энтузиаста куда подальше. Чинить эквестрийские доспехи кусками их злейших врагов казалось просто святотатством. И только один аргумент смог переубедить заместителя мэра – больше просто не чем: сами-то они металла, ясное дело, не добывают, а немалая часть запасных деталей ушла с затребованным Орденом отрядом.

Биг Мак в очередной раз вздохнул. Когда же они, наконец, вернутся? Хоть бы весточку, какую послали. Нет, ну это прямо-таки обидно: десятки парней, с которыми прошел огонь и воду плюс две сестры и никто не может уделить толику времени на написание хотя бы коротенького письмеца. Доставить, конечно, сложнее, однако все равно не Дискорда понять. Ведь наверняка же осознают, что он тут весь уже извелся. Это как больные зубы…

— Ваше высокоблагородие! Разрешите обратится! – звонко раздалось сзади.

Заместитель мэра на мгновение застыл, а затем со стоном приложил копыто к лицу в ставшем уже привычным жесте. Вселенная определенно не любит, когда мистер Эппл жалуется на свою жизнь. Даже про себя. И сразу дает ему возможность оценить, сколь счастлив он был до того, как начал себя жалеть. Стал быть, зубы болят? А вот тебе тогда полноценная мигрень.

Скажи уж что-нибудь — она ведь не отстанет.

— Валяй – он не повернулся. Сперва нужно подготовится к предполагаемому виду. Хотя разве существует возможность быть готовым ко всему на свете?

— Рядовой Арчер прибыла на службу! – без капли смущения раздалось сзади и оттуда на стену перед ним прыгнул солнечный зайчик – какие будут приказания?

— Я так понимаю, что «иди домой» ты сразу не выполнишь? – главный по безопасности, наконец, одарил посетительницу взглядом.

Ну, все не так страшно, как он предполагал. Если не считать совершенно безразмерных наплечников, то голубая кобылка выглядела почти прилично. Видно они из цельного куска панциря. Ишь, проныра, смогла у кого-то выпросить часть добычи, а может даже у самой Бэрри. Хотя нет – сразу видно, что старые куски, полностью сухие, да к тому же слегка «потертые». Остальное: куртка, наколенники, шляпа с пером — нормальные. А на спине висит…

Непроизвольно вырвался еще один стон.

— Что с вами? – явно обеспокоенно спросила она. Видно последний выброс воздуха оказался уж слишком мученическим – вам больно? Я сейчас позову врачу.

— Не стоит – мгновенно отреагировал Биг Мак, отлично осведомленный о том, сколь мало у нее расходятся слово с делом – я в порядке. Лучше скажи: что ты здесь делаешь? Неужели кое-кто уже забыл…

— Папа дал официальное согласие – и улыбка до ушей.

— Агась – Макинтошу понадобилось какое-то время, чтобы переварить только что полученную информацию – значит, ты все-таки довела старика до того, что он начал желать тебе смерти.

Настала ее очередь ошарашенно смотреть на собеседника.

— Да как вы …- она вовремя поперхнулась, затем минуту восстанавливала самообладание – мой отец желает мне только добра. Так или иначе, это препятствие преодолено и вы обязаны принять меня в охрану.

— Агась. Обязан – он криво ухмыльнулся – впрочем, насчет твоего родителя спорить не буду. Он наверняка ожидает от меня очередного официального отказа, только на этот раз ты будешь мыть мозг лишь мне. Элегантно.

Он испытующе посмотрел на свою собеседницу. Судя по всему, ей такая мысль также приходила в голову. Ишь, напряглась.

— Разве я могу огорчить такого почтенного пони? – меж тем продолжил заместитель мэра — Разумеется, нет. В принятии отказано. Иди домой.

— Но…но как же? – кобылка сделала было шаг назад, но быстро вернулась на ранее занятые позиции – я являюсь гражданином Эквестрии…

Понеслась. Каждый год одно и то же, причем не по одному разу. И гражданство-то она свое вспомнит и на подвиги отцовские укажет и собственные силы с радостью продемонстрирует. Самое же странное, что этой, в общем-то, во всем ладной кобылке, просто не понять раз разом объясняемые ей причины отказов. Во всяком случае, создается такое впечатление. Однако надо признать – ее речь с каждым годом становится многословнее и насыщеннее, да и со своей деревяшкой она обращается все лучше и лучше. Ну а то, что папку своего наконец убедила – вообще мощное достижение. Коли не врет, естественно.

Биг Мак глянул на разоряющуюся собеседницу и мысленно покачал головой. Арчер никогда не врала. По крайней мере, о серьезных вещах.

Все, пора кончать – дел на сегодня еще много запланировано.

— Мисс, если вы замолчите хотя бы на пару минут, то я постараюсь в очередной раз разъяснить вам политику городской стражи – она явно хотела продолжить свой вдохновенный монолог, но под тяжелым взглядом столь страстно желаемого начальника стихла и обреченно повесила голову – а конкретно причины отказа. Первое: вы – представительница прекрасного пола…

— Ваши сестры тоже, насколько я помню – в голосе проскользнула злость. Что ж, кто-кто, а Биг Мак отлично понимал ее: обидно слушать одно и то же столько лет подряд – не говоря уже про спасительницу, Магистресс и десятки других кобыл в Ордене. И я искренне сомневаюсь, что их там заставляют стирать или готовить.

Биг Мак вздохнул про себя. Ему бы кто предложил заняться чем-то подобным. Естественно, не вместе, а вместо смертельно опасных рейдов или проверки постов. Почему некоторые из наших красавиц просто не могут принять того факта, что мы даем им именно ту работу, с которой они гарантированно справятся? Причем «мы» — не в смысле «мужики», а понимая как «Понивилль». В конце концов, мэр тоже кобылка.

— Второе – внешне невозмутимо продолжил главный по безопасности. Раньше на этом месте был ее отец. Хорошая была отмазка – вы еще слишком молода. У вас даже любимого жеребца-то еще не было…

— А вот уже совершенно не ваше дело – вспыхнула она как маков цвет – когда захочу, тогда и заведу…в смысле познакомлюсь – тон несколько упал, но все еще был на не вполне приличной высоте – к тому же, насколько мне известно, в Орден берут еще раньше. Или ваша сестренка часто оставалась на второй год, так что в итоге я была с ней в одном классе?

Вот еще один фактор – зависть. Вполне вероятно, даже главный. Несчастная Эпплблум уже почти четыре года, как сражается с монстрами, а Арчер все это время сидела в тепле и относительной безопасности за стенами Понивилля. И кто кому должен завидовать?

— Третье – Макинтош для наглядности показал тетрадь с записями — охрана в данный момент полностью укомплектована и не нуждается в новых рекрутах. Более того – наличествует излишек.

— Ой ну не надо за…- видно она уже поняла, что вновь пришла зря, от того и настроение упало ниже некуда. Однако не сдается – насколько мне известно, последний поход привел к появлению нескольких легкораненых. Я могла бы их заменить – хотя бы на время. К тому же, большая часть наших вооруженных сил ушла по зову Ордена и никто не знает, когда они вернутся и вернутся ли…

Арчер успела заткнуться до окончания фразы, но смысл уже был вполне понятен.

— То есть, сейчас в охране должно быть место – совсем тихо завершила она мысль, стараясь не смотреть ему в глаза.

— Четвертое – голос звучал именно так, как должен был. Больше никакого сюсюканья – вы не обладаете необходимыми для несения службы навыками, что делает дельнейший разговор бессмысленным. Свободны.

— Но ведь Эпплблум тоже ничего не умела! – даже будучи буквально придавлена его взглядом к полу, кобылка все равно пыталась спорить – она проста ушла и там ее всему обучили, а я уже – она попыталась снять свое сокровище.

— Это было другое время – жестко бросил заместитель мэра – тогда каждый солдат был на счету и они были ВЫНУЖДЕНЫ принимать в свои ряды всех, кто только пожелает. Даже жеребят. Видит Твайлайт – Орден никогда этого не хотел и изо всех сил пытался отговорить их. Но Меткоискатели пошли до конца, защищая нас. Тебя и меня. В то время как ты осталась здесь, в Понивилле…

Он резко замолчал – не стоило этого говорить.

На какое-то время наступила тишина. Макинтош успел успокоится и раскаяться. Только уже поздно.

— Да, я не пошла с ними. Потому что боялась – в ее голосе явственно чувствовались слезы – я могу сколько угодно убеждать себя, что осталась ради отца, но мне известен правильный ответ. Почему же вы не даете…- видимо, у нее ком встал в горле. На пол закапало.

Этот тяжелый вздох все-таки вырвался наружу.

— Пятое – он осторожно подошел к ней и, подняв заплаканное лицо за подбородок, вытер слезы платочком – мы сражались за то, чтобы вы не знали битв. И они сейчас сражаются за то же самое. Война совсем скоро закончится, но в наших душах навсегда останется ее след. Избавить вас от необходимости переживать все это – наша мечта. Ты ведь поможешь нам осуществить ее?

Тяжело сделать голос ласковым после стольких лет команд и докладов. Вроде бы, получилось.

— Но ведь твари еще здесь. Рядом – в глазах вновь засверкала решимость – и никто не знает, сколько еще продлится жизнь леса. Вы ведь знаете мое предназначение. Все знают. Прошу вас: помогите мне осуществить его.

Биг Мак покачал головой.

— Пожалуйста.

Тяжело устоять перед умоляющим взглядом.

А может все-таки…

Нет. Ей там не место. Ни одному пони нет места на войне.

— Неа.

«Мне очень жаль» он говорил уже в спину убегающей кобылке.

Так надо.

Вдруг пришла мысль, что в этот раз она не успела показать свои трюки. Даже жаль – все-таки не каждый день удается посмотреть на то, как пони обращается с луком.

Странно, что ей вообще удается из него стрелять.

Впрочем, Кьютимарка у нее недвусмысленная.

Увы, это лишь усугубляет ее положение – когда у тебя на крупе лук и стрела, возможности для поиска мирного применения своего истинного таланта крайне ограничены.